Паттары прислушались к совету Ойюза, и в этом году на прощальной вечеринке в честь очередного выпуска спиртного почти не было.
Алетта решила на праздник не ходить. Зачем? Ей предстоит ещё один в следующем году. И у неё было не так много времени, чтобы побыть со своими родными, гораздо меньше чем обычно. Поэтому зачем тратить его на праздник, не несущий ей радость. К тому же туда обязательно придёт Халит. А она при всём своём отношении к нему не собиралась терпеть его подколы. Не сегодня.
Илист тоже не хотел идти, но Алетта уговорила его не нарушать многолетнюю традицию. В конце концов, он согласился, что ему лучше развеяться с приятелями. Это поможет ему не думать о том, что его планы нарушены и их с Алеттой свадьба отложена ещё на год.
Молодёжь веселилась вовсю. Отсутствие спиртного почти не сказалось на их настроении. Разбившись на небольшие группки, выпускники обсуждали время, проведённое вместе, танцевали и просто дурачились. Кто-то заметил отсутствие Алетты, но все единодушно решили, что она предпочла нежиться в объятиях Илиста.
Когда в разгар праздника появились выпускники прошлых лет, все ещё больше оживились. Теперь праздник становился больше похож на смотрины. Сейчас у юверов и гадэтти появлялась возможность найти себе пару, а если повезёт, то и заполучить расположение паттаров.
Из всех паттаров сложней всего было привлечь внимание Салиса и Эйнара. Они всегда, с самого детства появлялись в сопровождении сестры Салиса Ады и двух гадэтти. Со временем к ним присоединился ещё один гадэтти, оказавшийся хагасом. Почему они подпустили к себе только этих троих, никто объяснить не мог. Просто так сложилось и всё тут. Ни у кого больше не получалось приблизиться к паттарам.
Но сегодня с ними не было ни Ады, ни Алетты с Илистом. А значит, у всех остальных появлялся шанс. Конечно, с ними был этот бабник и балагур Халит. Ничем особым он не отличался, кроме как дружбой с паттарам. Именно этим и объяснялась его популярность среди девчонок. Но как только он найдёт себе очередную жертву, у всех остальных появится возможность пообщаться с паттарами. Они наверняка будут скучать без своей обычной компании и не откажутся от общества.
Эйнар с Салисом вздохнули с облегчением, когда Халит растворился в толпе, уводимый очередной пассией. Он уже начал их раздражать. Все эти его шуточки о том, как Эйнара променяли на тампон, стали порядком бесить. Паттары начали задумываться, каким образом он затесался в их компанию и почему они столько времени терпят его.
Салис вспомнил Алетту, которая всегда сглаживала ситуацию, ловко переводила неумелые и неуместные шутки Халита в разговор на нейтральные темы. Он вспомнил, что это именно она привела его к ним, пожалев затравленного всеми мальчишку. Вспомнил, как она отвешивала Илисту оплеухи за то, что тот цеплялся к пацану. Как она шикала на них с Адой. Самая маленькая в их компании и смела шикать на них, на паттаров! Хорошо хоть все оплеухи доставались Илисту.
Да, это она сделала Халита частью их команды. Они об этом уже и забыли. А вот он, судя по всему, это помнил. Наверное, поэтому ни разу за вечер не отпустил в её сторону ни одной грязной шуточки.
Халит ушёл, и круг вокруг паттаров стал сужаться. Ребята старались показаться интересными собеседниками, девчонки демонстрировали себя, всячески пытаясь соблазнить молодых паттаров – поцелуи же никто не запрещал. То одна как бы случайно проведёт рукой по груди или щеке паттара, то другая прижмётся своим бедром к его бедру.
Даже девушки из других семей паттаров решили попытать удачи. В конце концов, теперь не только Салис, но и Эйнар был свободен. Почему была разорвана его с Адой помолвка, никто не знал. Да это было и не важно. Главное, что теперь у всех появился шанс породниться с одной из самых богатых и влиятельных семей во всём мире.
– Ух ты! Милые пташки превратились в хищниц! – неизвестно откуда возникший Халит одним своим появлением вмиг расчистил пространство вокруг Эйнара и Салиса. Никто из девушек не хотел попасться на острый язычок этого ювера.
– Ты чего так рано вернулся? – поинтересовался Салис.
– Помешал? Извините, ухожу-ухожу, – и Халит демонстративно развернулся, намереваясь сдержать обещание.
– Даже не думай! – остановил его Эйнар. Уж лучше Халит с его подколами, нежели толпа девушек, готовых растащить его по кусочкам. – Ты нас просто спас. Спасибо, друг. Салис просто хотел узнать, что случилось. Ты никогда так быстро от девушки не возвращался.
– Оказалось, что она ещё не выпустилась. Я не стал рисковать. Ого! Посмотрите, кто здесь!
Бесцеремонно растолкав паттаров, Халит поприветствовал Илиста.
– Как ты? Слышал, свадьбу перенесли. Сочувствую. Хотя нет, – тут же поправил себя Халит. – Даже рад немного, – он был в своём репертуаре. – Если в следующем году окажется, что Алетта ювер, я сам на ней женюсь. Вот так! – и крепко хлопнув гадэтти по спине, Халит расплылся в довольной улыбке.
Илист даже не обиделся на друга. По крайней мере, он был откровенен. Конечно, Илист был уверен, что повторные тесты покажут то же, что и в этом году. Ну а если всё-таки нет, то Алетта в любом случае будет потеряна для него.
Появление на празднике Илиста привлекло всеобщее внимание. Илист был здесь, а Алетта так и не пришла. И судя по его расстроенному виду между ними не всё было гладко. В этой компании явно что-то произошло. Раньше эти шестеро были не разлей вода, а сейчас помолвка с Адой разорвана, свадьба Алетты, похоже, тоже не состоится.
Парни остались без девушек. А надолго или нет, зависело, возможно, от тех, кто сегодня пришёл на прощальную вечеринку. Словно поняв это, все девушки устремились к Илисту и компании. И даже присутствие Халита уже никого не останавливало.
Ада не хотела идти на праздник по той же причине, что и Алетта. Халит. В том, что ему известно всё, что произошло на суде, можно было не сомневаться. Но и сидеть в четырёх стенах было невыносимо.
Набросив на плечи палантин, она вышла в прохладу ночи. Вдалеке раздавались знакомые звуки прощальной вечеринки. Но яркие огни и громкая музыка больше не манили её. Сегодня ей едва удалось избежать заслуженного наказания, и она старалась не думать о том, что может случиться завтра.
Наверное, даже хорошо, что Алетту оставили ещё на год. Как знать, может быть ей снова понадобиться помощь этой гадэтти. Хотя становиться с ней лучшими подружками Ада не собирается. Только не с ней. И не потому, что она гадэтти. А потому что…
Ада сразу невзлюбила эту мелкую. Источающая энергию и оптимизм пигалица! Поразительно, как она вообще смогла достичь среднего роста. Ведь в начальных классах она была ниже всех своих сверстников, не говоря уже о паттарах. Самая младшая среди них эта гадэтти с лёгкостью командовала её братом и Эйнаром.
Удивительно, как ей это удавалось? Как она вообще смогла затесаться в компанию к паттарам? Детская непосредственность. Какая ещё детская непосредственность? Или у других детей её не было?
А потом ещё посмела притащить за собой сначала одного гадэтти, а потом и второго. И всегда делала вид, что не замечает, что Ада её терпеть не может.
Да уж, актёрского мастерства ей не занимать. Как сыграла сегодня! Ада сама чуть не поверила ей. Интересно, что она сейчас делает? Наверное, даже на праздник пошла. С неё станется! А что? Будет делать невинный вид, будто ничего не произошло. Илист будет прижимать её к себе и целовать. Халит, как всегда, будет поддразнивать их. И даже её брат с Эйнаром пару раз пригласят гадэтти на танец.
И так было всегда. Салис с Эйнаром прощали ей всё. Илист с Халитом флиртовали с ней, споря, кому она достанется. Вот, наверное, обрадовался Халит, узнав, что у него ещё есть шанс, что Алетта окажется ювером. Зато Илист, скорей всего, расстроился…
Ада брела по саду, не разбирая дороги. Она так долго думала, представляя себе, что происходит на празднике, что в итоге решила пойти на него и узнать, права ли она в своих предположениях относительно друзей.
Но когда она огляделась вокруг, то поняла, что всё время шла в противоположном от места проведения праздника направлении. Она не успеет добраться туда до его окончания. Тем более что небо уже озарили первые всполохи салюта.
Очередной залп осветил маленькую скамейку под раскидистым дубом. Сердце замерло в груди. Всё это время она, не замечая, шла к тайному месту встречи с НИМ. Не в силах сдерживать себя, паттар в слезах опустилась на скамью.
Ада рыдала. Чувство ревности и обиды разрывали ей душу. Она здесь, одна. Она прошла через унижение, через ужасный суд. Едва спаслась. Она не выдала его. А он скорей всего веселится. Смотрит на салют и обнимает другую девушку. Целует чужие губы.
– Ада, – знакомый голос прорвался через стену рыданий. Паттар подавила очередной всхлип. Дожила. Ей уже слышится его голос. – Ада.
Голос стал мягче и ещё более обеспокоенным. Она медленно открыла заплаканные глаза. Он действительно был здесь и, присев перед ней на корточки, с беспокойством вглядывался в мокрое от слёз лицо любимой.
– Ты что здесь делаешь?
«Дура. Другого вопроса не могла придумать?», – тут же ругнулась про себя Ада.
– Тоже, что и ты. Разве что не плачу, – улыбнувшись, добавил Илист и притянул девушку к себе.
– Ты не пойдёшь на праздник? – Иметера убрала остатки ужина и присела на скамью рядом с дочерью.
– Нет настроения. К тому же не хочу мешать Илисту с Адой. Сегодня у неё и без меня был нелёгкий день.
– Он мог быть гораздо хуже, если бы не ты, – Иметера нежно обняла свою малышку. – Ты не представляешь, что я почувствовала, когда Ойюз вызвал меня. Я так боялась, что он начнёт копаться в моей голове. В отличие от тебя я не могу так безоговорочно верить собственным фантазиям.
– Но ведь всё обошлось, – Алетта взяла мать за руку. – Ты всё правильно сделала. Ты просто молодец. Ты самая лучшая, – и, рассмеявшись, она чмокнула Иметеру в щёку. Та, улыбнувшись в ответ, лишь сильней прижала дочь к себе.
– Думаешь, Ада пошла на вечеринку? После того, что ей пришлось пережить на суде?
– Вряд ли. Но думаю, Илист захочет увидеться с ней. Как он объяснит свой уход с праздника, если я буду там? Нет, не буду им мешать. Пусть побудут вдвоём. Да и, повторюсь, нет у меня никакого настроения веселиться.
В дверь постучали. Гадэтти переглянулись – кто бы это мог быть в столь поздний час? Неужели что-то случилось с Арребой? Иметера поспешила открыть. Дверь распахнулась, и на пороге возник паттар.
– Иметера, я… – он осёкся, заметив в глубине дома Алетту. – Ты разве не на празднике? – Инейл выглядел растерянным. – Я пришёл объяснить твоей матери, почему, несмотря на моё обещание ей, тебя хотели выбрать в суррогатные матери… – никогда раньше паттар не оправдывался перед гадэтти.
– Не надо. Я всё знаю, – остановила его Алетта.
Момент стал ещё более неловким, чем секунду назад.
– Пойду, посмотрю салют, – захватив накидку, она направилась к двери. Поравнявшись с матерью, она поцеловала её. – Я заночую у сестры, – и, кивнув на прощание растерянному паттару, вышла.
– Так она знает? – Иметера лишь смущённо пожала плечами. – И давно?
– Я не спрашивала. А она не говорила. Просто в какой-то момент я поняла, что моим девочкам всё известно о нас, – Инейл удивлённо вскинул брови. И Арреба? – Да, обеим моим девочкам всё известно. И я уверена, что они никогда даже не обсуждали это между собой. Просто приняли и всё.
– Но как они узнали?
– Наверное, просто заметили, какой счастливой я становлюсь после твоего прихода, – Иметера прильнула к груди Инейла. Она не думала, что он придёт сегодня, но ей было очень приятно, что сейчас он здесь. – Они у меня очень внимательные.
– И, как я узнал сегодня, очень хорошо умеют хранить чужие тайны.
Иметера подняла голову на паттара.
– Ты сердишься на Алетту? – обеспокоено спросила она.
– Не знаю. Но я не хочу о ней говорить. Я вообще не хочу говорить, – и, подхватив Иметеру на руки, направился к её спальне.
С каждым годом у паттаров, несмотря на все старания, рождалось всё меньше и меньше детей. Всё реже были случаи успешного оплодотворения, всё чаще оплодотворённые яйцеклетки не приживались в теле суррогатных матерей.
Семьи паттаров мельчали. Иметь двух детей было пределом мечтаний.
Но когда Варе было десять, а Эйнару почти семь, Тая заявила, что хочет ещё одного ребёнка. К этому времени ей было уже тридцать семь.
Доктора не рекомендовали забирать яйцеклетки у паттаров уже с тридцать пяти лет. Даже в случае удачного оплодотворения риск для ребёнка и суррогатной матери был очень велик. Но Тая настаивала. И Инейл не мог ей отказать.
Всё это их с Калией соперничество. Да, в своё время он женился на Тае, которая была старше его на четыре года только для того, чтобы Калия отстала от него. Но с тех пор прошло много лет и он ни разу не пожалел о своём выборе. Тая оказалась замечательной женой и другом.
Начинался новый учебный год. Школьный двор гудел. Младшие дети носились друг за другом. Те, что постарше, сбившись в кучки, что-то оживлённо обсуждали. Пятилетки жались к родителям, очень скоро им предстояло узнать, что уже здесь действует жёсткая система иерархии: паттары общались только с паттарами, юверы с юверами, гадэтти с гадэтти. Только так и никак иначе.
Да, они все учились в общих классах, вместе выполняли задания, даже, бывало, разговаривали друг с другом на переменах, но только до тех пор, пока не прозвенит последний за день звонок.
Да, юверы позволяли гадэтти приблизиться к себе. Но только в последних перед выпуском классах.
Паттары же за пределами класса, а чаще даже там, и близко никого к себе не подпускали. Ни юверов, ни тем более гадэтти.
Преподаватели и родители – паттары с интересом наблюдали за разношёрстной массой в школьном дворе. Шесть лет назад суррогатным матерям запретили рожать собственных детей, и сегодня в школу поступили последние из тех, кого успели зачать до появления этого закона. Точнее последняя.
Пятилетняя Алетта в отличие от других своих сверстников порывалась присоединиться ко всем этим весёлым бегающим по двору детишкам, но Иметера крепко держала младшую дочь за руку. Ей так не хотелось отпускать своих девочек и возвращаться в пустой дом.
Арреба, ловко освободившись от матери, уже о чём-то радостно болтала с подружками. Алетте, крепко удерживаемой Иметерой, ничего не оставалось, как наблюдать за всем этим праздником жизни со стороны.
– Посмотрите, это же Иметера привела свою младшую, – Ойюз привлёк внимание паттаров к гадэтти. – А девочка, похоже, в отца пошла, рыженькая.
– Тая, думаю, надо будет с ней поговорить, – Тая непонимающе посмотрела на Акасэ. – Если, конечно, ты всё ещё думаешь о третьем ребёнке, – негромко добавил он. Тая хотела сохранить свои планы от Калии, и доктор знал об этом. – Иметера идеальный кандидат. Она здорова и уже показала себя хорошей суррогатной матерью для твоих детей. У нас есть все шансы, что плод приживётся. Теперь, когда Иметера отдала всех своих девочек в школу, она может полностью посвятить себя вынашиванию твоего.
– Думаешь, она согласится? – Тая с сомнением смотрела на Иметеру. – По закону мы не можем требовать больше двух раз. А все знают, что такая беременность несёт опасность как для ребёнка, так и для суррогатной матери. Я слышала, она овдовела пару лет назад. Вряд ли она рискнёт, ведь если с ней что-нибудь случится, её девочки останутся одни.
– Да, я слышал о том несчастном случае на стройке. Но думаю, именно поэтому она и должна согласиться. Ей тяжело одной поднимать детей. Надо лишь предложить ей хорошее вознаграждение. Или у тебя есть другие варианты? – видя сомнение Таи, поинтересовался Акасэ.
– Нет, у меня нет вариантов, – вздохнула Тая.
Ей нравилась Иметера, и ей не хотелось, чтобы с ней что-нибудь случилось по её вине. Но доктор был прав – Иметера была идеальным кандидатом.
– Инейл, – обратилась она к мужу, – может быть, ты поговоришь с Иметерой?
– Поговорить о чём? – Инейл наблюдал за Варей с Эйнаром и не прислушивался, о чём там перешёптывались между собой его жена и доктор.
– Ах! Как же они смотрятся вместе! – бесцеремонно вмешалась в их разговор Калия. – Нет, вы только посмотрите на наших детей! Нам уже давно нужно договориться об их свадьбе.
– Потом, – одними губами произнесла Тая, Инейл понимающе кивнул. – Свадьбе? – обратилась она уже к Калии. – Не совсем понимаю, о чём ты? Какая свадьба? Вари и Салиса?
– Не говори глупостей, подруга! – подруга! Калия и Тая подруги? Ага, как змея и кролик. – Варя слишком стара для моего сына, – а вот и доказательство. Огромный огненный камень упал в огород Таи, даже не намекая, а крича о её разнице в возрасте с Инейлом. – Конечно же, я говорю об Аде и Эйнаре. Я уже давно об этом думаю.
– Тогда тебе стоило заговорить об этом на день раньше, – вмешался Ойюз, – а пока, чтобы объявить о помолвке, придётся ждать каникул, если, конечно, родители Эйнара согласны на брак…
Алетта радостно бежала к Кади. Родители пятилеток, наконец-то, ушли, оставив своих испуганных детей на попечение школьных воспитателей. Одна лишь Алетта наслаждалась обретённой свободой. Едва войдя в школьный двор, она увидела соседскую девочку, с которой раньше часто играла. Для Кади это был второй год в школе, и сейчас она весело носилась по двору со своими сверстниками. Алетте не терпелось к ней присоединиться.
– Кади! – крикнула Алетта и остановилась, маша соседке рукой. И уже через миг оказалась на земле.
Подняв голову, Алетта увидела убегающего мальчишку. Он даже не обратил на неё внимания.
– Алетта! – Кади звала её к себе, но та, отряхнув одежду, уверенным шагом направилась к наглецу.
Эйнар запыхался. И как Салису удаётся так быстро бегать? За ним просто не угнаться. Но ничего, Эйнар не собирался сдаваться, однажды он обязательно обгонит Салиса.
Вдруг он получил резкий удар в спину и тут же растянулся на земле. Во дворе стало заметно тише. Те, кто стоял рядом и всё видел, затихли в ожидании развязки.
Первое, что увидел Эйнар, когда поднялся на ноги, это удивлённое лицо друга с едва уловимой ухмылкой. Рядом стояла сестрёнка Салиса Ада, которая везде хвостом следовала за ним. Вот ведь липучка! Она хватала ртом воздух, словно что-то хотела сказать, но не находила слов, и зло смотрела на кого-то.
Эйнар обернулся. За его спиной, уперев свои маленькие ручки в бока, стояла рыжая девчонка. Такая мелкая, даже не верилось, что ей уже пять лет. Но иначе её здесь не было бы. И судя по её запачканной пылью одежде, она сама недавно падала.
Эйнар прищурил глаза, кажется, он сбил кого-то по дороге. И этот кто-то, похоже, сбил его в ответ и сейчас гордо стоял перед ним.
– Если человек не извиняется, он получает сдачу! – грозно констатировала девочка, в довершение своих слов топнула ногой и развернулась, собираясь уйти.
– Понял… – растерянно произнёс Эйнар.
– Господин Тагапактуру! – у Ады, кажется, прорвался голос. – Господин Тагапактуру! Сюда!
– Что случилось? – воспитатель немедля пришёл на зов. Ещё не хватало заставить паттара ждать! Ведь, судя по истеричному крику Ады, произошло что-то очень серьёзное. – Что случилось, Ада?
– Эта… эта… – Ада просто задыхалась от ярости и с трудом могла говорить, – эта гадэтти толкнула Эйнара.
– Гадэтти? Толкнула? – воспитатель не верил своим ушам. Как вообще такое возможно? Это немыслимо! – Кто?
– Вот эта рыжая! – Ада чуть ли не проткнула Алетту пальцем. Та была абсолютно спокойна, уверенная в своей правоте. Но её версия никого не интересовала. Главное – что скажет в такой ситуации паттар.
– Это правда, Эйнар? Эта гадэтти толкнула тебя?
– Нет, это я её толкнул, – Тагапактуру внимательней посмотрел на девочку, та тоже была в пыли.
– Но Ада утверждает, что гадэтти толкнула тебя.
– Значит, Ада всё придумала, – стоял на своём Эйнар.
– Но ты весь в пыли.
– Я упал, – согласился с воспитателем паттар.
– Тебя не толкали?
– Нет, я упал по своей вине, – настаивал Эйнар.
– Но Ада сказала…
– Она всё придумала. Я упал лицом вниз. Если я встану перед этой мелкой, её не будет видно за мной. Как Ада могла увидеть, что гадэтти меня толкнула? – Варя еле сдерживала улыбку. Она не понимала, зачем её братишка защищает гадэтти, но ей нравилось, как умело он это делал.
– Ада? Ты видела, как гадэтти толкнула Эйнара?
– Нет, я не видела. Другие видели, – Ада решила обратиться к помощи свидетелей.
– Кто? Кто видел? – Тагапактуру повернулся к столпившимся вокруг ученикам. – Кто-нибудь видел, как эта гадэтти толкнула паттара?
– Я не видела. И если мой брат говорит, что его не толкали, значит так и есть, – и Варя внимательно оглядела толпу. Все молчали, не желая спорить с дочкой Инейла. – Никто не видел, как гадэтти толкнула моего брата, господин воспитатель. Аде показалось.
– Но она толкнула его. Я знаю! – вскричала Ада. – Ты должна была его толкнуть, – и она стала напирать на маленькую гадэтти. – Должна была. Слышишь? Должна!
– Ну, раз должна, – и обойдя раскрасневшуюся от крика Аду, Алетта спокойно подошла к Эйнару и толкнула его. Все вокруг ахнули. Тагапактуру уже собрался тащить гадэтти на дисциплинарное разбирательство, когда та невозмутимо добавила. – Раз должна, я толкну.
На этот раз Варя не выдержала и рассмеялась, малышка оказалась не так проста. А гадэтти протянула руку паттару, чтобы помочь тому встать.
– Поднимайся. Я Алетта, кстати.
Эйнар молча взял её за руку и резко потянул на себя. И Алетта, потеряв равновесие, повалилась на землю рядом с ним. Сплёвывая попавшую в рот пыль, она медленно поднялась на ноги. Огромные карие глаза внимательно смотрели на Эйнара некоторое время, потом в них пробежал какой-то огонёк, и на грязном от пыли лице засияла улыбка.
– Понял…
– Алетта, – увидев, что Тагапактуру не собирается наказывать сестру, Арреба схватила её за руку, – пойдём, тебе надо умыться, скоро занятия начнутся и надо успеть привести тебя в порядок, – с этими словами она поволокла её в туалет для девочек.
На занятиях Алетте сразу понравилось, она с удовольствием слушала, что ей рассказывают воспитатели, всё было так интересно. А вот на переменах оказалось не очень. Подружки Кади отказались с ней водиться – слишком мелкая, видите ли, остальные пятилетки тоже не стремились с ней дружить. А всё потому, что она из неполной семьи, все знали, что денег у них немного.
Но Алетта не унывала, Арреба нашла же себе подружек, значит и она найдёт. В конце концов, это же был только первый день в школе.
Размышляя так и попутно с любопытством рассматривая свой первый школьный обед, Алетта вышла в сад. Она оглянулась вокруг, пытаясь найти свободное место, но все лавочки были заняты. Оставалось надеяться, что кто-нибудь пустит её за свой стол. Впрочем, она может сесть и на траву.
Найдя подходящий пятачок на газоне, Алетта решительно направилась к нему. Она уже преодолела большую часть пути, когда что-то зелёное влетело ей в лицо. Разразился громкий смех. Это малолетние юверы развлекались, кидаясь желе.
К их вящему удовольствию одно из них угодило прямиком в лицо гадэтти, а потом ещё скатилось на поднос, который та продолжала держать, точно в стакан сока. Смех стал ещё громче.
– Извинитесь.
– Чего? – один из юверов оглянулся на голос. Кто там ещё смеет указывать им? Но спесь его тут же прошла, едва он увидел перед собой паттаров. Паттары были младше, но это ничего не меняло. Паттары есть паттары.
– Если человек не извиняется, он получает сдачу, – Алетта удивлённо вскинула бровь, ювер же сглотнул. Все в школе знали, что этот малыш Эйнар обладает сверхсилой, он с лёгкостью повалит взрослого, не то, чтобы девятилетнего школьника. И не стоило заставлять его ждать.
– Извини, – повернулся ювер к гадэтти, – это была плохая шутка.
– Да, так себе, – согласилась с ним Алетта. – Я теперь осталась без сока, – расстроено добавила она.
– Возьми мой, – поспешно предложил ювер. – Я всё равно такой не люблю.
– Спасибо. А ты можешь взять моё желе. Твоего-то теперь у тебя нет, – с детской простотой в свою очередь предложила Алетта.
Ювер недоверчиво посмотрел сначала на гадэтти, потом на Эйнара, затем снова на гадэтти, нет ли тут какого подвоха.
– Бери, – Алетта вытянула поднос перед собой.
– Ага. Спасибо, – ювер осторожно взял желе с подноса девочки. Ничего не случилось. – Спасибо, – повторил он. – Ещё раз извини, что так получилось, – и, подав знак товарищам, на всякий случай поспешил уйти подальше.
А Алетта спокойно заняла место на заранее облюбованном ею участке газона, вытерла лицо салфеткой и приступила к обеду. Эйнар, Салис и вместе с ними Ада присоединились к гадэтти. Отныне, на удивление всем – и ученикам и преподавателям, они каждую перемену проводили вместе.
Когда дети на зимние каникулы вернулись домой, их ждал сюрприз.
Алетта с Арребой узнали, что их мама снова ждёт ребёнка. Вместе с этой новостью в их дом пришёл достаток, семья паттаров щедро платила суррогатной матери, а паттар Инейл, который часто навещал Иметеру, всегда приходил с подарками. И даже доктор Акасэ, как-то раз заглянувший к ним, принёс девочкам сладости.
Единственное, что расстраивало Алетту – мама не разрешала ей называть малыша братиком. Алетта не понимала почему, но видя, что это очень огорчает Иметеру, согласилась с ней.
Варя и Эйнар очень обрадовались скорому появлению в их доме малыша. Родители выглядели такими счастливыми, чего ещё можно было желать? Но вот вторая новость расстроила Эйнара, обрадовала Аду и удивила Салиса с Варей.
– Не хочу я жениться на Аде! С чего вдруг? Она мне совсем не нравится. И почему это моя помолвка должна быть первой? – справедливо возмущался Эйнар. – Варя старше меня, а значит, сначала должна быть её помолвка. Пусть она выходит замуж за… Салиса, – от этих слов у его друга округлились глаза.
– Эйнар, сынок, – пыталась успокоить сына Тая, – не надо так реагировать. Помолвка – это не приговор. К тому же свадьба если и состоится, то не скоро, а за это время ты можешь и полюбить Аду.
– Ни за что! – новоиспечённый жених был непреклонен.
– Сын! – вмешался Инейл. – Споры ни к чему не приведут. Всё решено. Но мама права, раньше, чем через четырнадцать лет свадьбы не будет. Помолвка же – это своего рода соглашение о намерениях. Не понимаю, чего ты так противишься. У паттаров выбор не велик, а Ада, я уверен, вырастет просто красавицей, – Калия вся расплылась в улыбке от этих слов, хотя ей совсем не понравилось «если и состоится» Таи.
Все каникулы Ада просто порхала от счастья и, конечно же, первое, что она сделала, вернувшись в школу, это растрезвонила всем вокруг о её помолвке с Эйнаром.
– Помолвка? – новость ошарашила Алетту. – Но вы же ещё дети! – никто из гадэтти не обручался в столь раннем детстве. По крайней мере, после появления хагасов. – Разве люди не должны сами выбирать, на ком жениться?
– Это ты ещё ребёнок. А я – невеста! – и, взяв под руку Эйнара, Ада положила голову ему на плечо. Её жених так закатил глаза, что Салис едва удержался от смеха. – У каждой девочки должен быть жених, – с важным видом продолжала Ада. – Тебе стоило бы попросить своих родителей, чтобы и тебе нашли кого-нибудь.
– У меня только мама… папа умер, – добавила Алетта, увидев удивление на лицах друзей.
– Давай я тогда тебе найду, – Ада внезапно прониклась к Алетте, возможно, в первый и последний раз. – На Салиса не смотри, он мой брат, – поспешно предупредила она.
– Я помню. Спасибо, Ада. Но я, наверное, сама справлюсь.
– Хм, как знаешь, – Ада не очень-то расстроилась отказу Алетты. Даже была рада. Ещё бы! Не гоже паттару быть свахой для гадэтти.
Все уже почти забыли об этом разговоре, когда спустя месяц Алетта появилась в компании мальчика – гадэтти из класса Салиса и Эйнара.
– Это ещё кто? – Ада недовольно скривила лицо.
– Это Илист, – представила друга Алетта. – Мой жених, – и уверенная, что её новость впечатлила друзей, довольно улыбнулась.
– Ты где его нашла? – не унималась Ада.
– В библиотеке. Он помог мне достать книгу с полки. А потом мы разговорились. Мне с ним так интересно! – глаза Алетты горели, когда она говорила об Илисте. Однако паттары были совсем не рады его появлению.
– Зато нам с ним не интересно, – заявил Салис, когда Илист уже собирался сесть к ним за стол. – Ему с нами не место.
– Но почему? – Алетта медленно поднялась из-за стола и встала рядом с другом.
– Он – гадэтти, – аргументировал Эйнар. Ему совсем не понравился этот мальчишка.
– Да, но я ведь тоже гадэтти, – возразила ему Алетта.
– Ты можешь остаться, – немного подумав, сказал Салис. – Мы к тебе привыкли. А он пусть уходит.
– Но он мой жених, – Алетта растерянно смотрела на друзей. – Как я могу остаться, если он уйдёт?
– Вот и уходи с ним, – зло ответил Эйнар.
Алетта некоторое время стояла, глядя на паттаров. Потом молча кивнула головой, взяла Илиста за руку, развернулась и ушла на другую сторону сада. Паттары удивлённо переглянулись – их променяли на какого-то гадэтти? Неслыханно!
Но после того, как они прогнали Илиста, Алетта больше ни разу к ним не подошла. Все перемены они с Илистом проводили вместе и даже гуляли после уроков. Более того, с началом дружбы с Илистом круг общения Алетты как-то незаметно вырос. Если раньше она ни с кем, кроме как с тремя паттарами не общалась, то теперь у неё появились новые знакомые и не только среди её сверстников и сверстников Илиста, даже подружки Кади приняли её.
Алетта отлично проводила время в компании Илиста и других гадэтти. Зато её прежним друзьям в это время было не особо весело. Салис явно скучал, наблюдая за своей сестрой и Эйнаром. Эйнара ужасно раздражала роль жениха. Ада постоянно висла на нём, не получая при этом в ответ даже улыбки, и ей самой это скоро надоело.
И в один прекрасный день она прошла через весь сад и села рядом с Илистом и Алеттой. Обменявшись коротким приветствием с гадэтти, Ада спокойно принялась за свой обед. Провожаемые удивлёнными взглядами школьников Салис и Эйнар присоединились к ним.
Теперь в их компании было пятеро. А ещё через четыре года Алетта буквально за руку приволокла щуплого, затравленного всеми мальчишку и, не произнося ни слова, усадила рядом с собой. На то, чтобы принять Халита ушло больше времени, нежели на признание Илиста, но Алетта своего добилась.