В одно очень стремное время, в одном очень стремном месте, родилась одна недоношенная крошечная девочка с торчащим подбородком и острым носом, которую нарекли Анна-Мария Гросхольц. Странным образом, это стремное создание выжило и выросло. Примерно так начинается «Кроха» - сказочная макабрическая биография Мадам Тюссо.
«Я родилась размером с два маменькиных кулачка, сложенных вместе, и мало кто ожидал, что я долго протяну».
Кэри писал короткую книжку с картинками 15 лет. Все это время он рисовал, строгал и лепил. Среди фоток в его инстаграме, есть одна с карандашными огрызками - это Кэри, который из всего делает арт-объект, собирал их по ходу работы над книгой.
Первым делом, для вдохновения, он сделал куклу, изображающую Тюссо в полный ее, совсем небольшой (чуть больше четырех футов) рост. Одежду для Тюссо Кэри собрал на блошином Парижском рынке, стеклянные глаза купил в секонд-хенде в Праге, волосы ему подарила супруга. Голова куклы вырезана из старого Ирландского телеграфного столба.
Кэри - сказочник, от реальных биографических фактов он оставил лишь остов. Например, «папенька» Мари был офицером, а не простым солдатом, и погиб он на войне, а не приехал помирать домой с челюстью, сделанной из серебра. Наставник Тюссо, доктор Филипп Вильгельм Куртиус не был настолько эксцентричным персонажем, а фигура злой мачехи «вдовы Пико», измывающейся над бедной крошкой, и вовсе под вопросом. Но тот, кому интересны исключительно факты, могут припасть и к другим, более точным источникам.
«Отец – человек праведный, говорила маменька. И таким вот папенька и остался бы в нашей памяти, не вернись он никогда».
«Кусок тела, думала я, ты чей? Я видела шрам, веснушку, родинку, морщинку на холодной плоти, волоски на руке – и пускалась фантазировать. И ведь это зрелище не внушало мне ужаса, совсем нет, оно стало обычным, привычным. Этому научил меня Куртиус. – Это же просто фрагмент человеческого тела, Мари. И ничего в нем нет особенного. Человеческие тела, в конце концов, самые обычные предметы».
«Пока я махала своим карандашом туда и сюда, Пайе узнала много нового о содержимом своего туловища, о чем раньше даже не догадывалась. Елизавете это все тоже было в новинку.
– Трудно все это запомнить, – вздохнула Елизавета.
– Но мы делаем успехи! – с энтузиазмом воскликнула я.
– Почему мне нужно забивать голову тем, что находится внутри у этой служанки?
– Потому что то же самое имеется у всех, мадам. У всех людей одинаковые внутренности.
– Что-то я сомневаюсь.
– Но это так.
– Ты уверена?
– Да, мадам.
– Как ужасно.
И она поглядела на Пайе с нескрываемым омерзением».
«Общественный прокурор, предъявляя обвинение, провозглашал: «Вы виновны из-за складки на вашем платье. Вы виновны из-за вашего имени. А вы – из-за ваших усов. Вы – из-за ваших волос. Вы будете убиты, потому что вы родились, имея больше денег, чем у других. А вы – потому, что меньше, чем у других. Вы – потому, что однажды вы шепотом высказали свое мнение. А вы – потому, что однажды вышли из дома без триколора на груди. Вы – потому, что ваш сосед однажды нелестно высказался о вас. Вы – потому, что как-то раз вы не кричали достаточно громко. Вы будете казнены, потому что нам не нравится ваша внешность. Вы будете убиты, чтобы повысить уровень массовости казней. Вы будете убиты, потому что мы так решили...»