Пройти через все это, видеть все это и остаться ребёнком? Я смотрела на все глазами взрослого человека, я была старше своих ровесниц.
Летом одна серьёзная на вид студентка в Волгограде сказала мне, туристам с теплохода:" Я родилась после войны в Волгограде. И все никак не побываю на Мамаевом кургане". Может быть, это только наше?
Нас, детей войны, жалели и растили все...
"Я родом из детства",- говорил о себе Сент-Экзюпери.
А они родом из войны...
Раненые детские души порой пугали больше самой смерти.
Война не скоро кончилась... Считают: четыре года. Четыре года стреляли... А забывали сколько?
Когда-то великий Достоевский поставил вопрос: а найдется ли оправдание миру, нашему счастью и даже вечной гармонии, если во имя этого, для прочности фундамента, будет пролита хотя бы одна слезинка невинного ребенка? И сам ответил - слезинка эта не оправдает ни один прогресс, ни одну революцию. Ни одну войну. Она всегда перевесит.
Всего одна слезинка...
Увидела первых фашистов, даже не увидела, а услышала - у них у всех были подкованные сапоги, они громко стучали. Стучали по нашей мостовой. А мне казалось, что даже земле больно, когда они идут.
– Как не хотелось умирать... Никогда так умирать не хочется, как на рассвете...
Папа привез красивые детские игрушки. Игрушки были немецкие. Я не могла понять, как могут быть такие красивые игрушки немецкими…