В Авалоне оставались люди, судьба которых меня не то чтобы сильно волновала, но всё же не хотелось, чтобы с ними случилось нечто плохое. Да, они не попытались остановить Столыпина и даже не предупредили, что на меня открыта охота, но будем считать, что компания старичков ничего не знала. Самообман? Скорее всего так, но плевать.
Первым делом я использовал жучка на дядьке Ермолае. Старичок оказался за пару сотен километров от меня, где-то на северо-востоке. Этот в безопасности… С Михалычем ничего не вышло. Система написала, что объект находится за пределами игровой локации. В данже, что ли, сидит или в каком-нибудь расколе? Будем считать, что тоже защищён. Целительница Нина обозначилась на точке, где находился дом кузнеца. Там, помнится, стоял охраняющий от мобов артефакт порядка. Вот пусть и сидит там… Деда Матвея проверять не стал – мана небесконечна, но, думаю, что он неподалеку от жены.
Восемь часов я, будто заправский шпион, прятался ото всех игроков. И у меня это, признаться, вполне неплохо получалось. И почему я раньше не занимался развитием арканума? Можно же было избежать десяток свалившихся на голову проблем. Один раз, когда выбирался из палатки, нос к носу столкнулся с человеком. Я отпрыгнул в самый последний момент и уже приготовился снести ему голову (даже выдвинул клинок), но тот лишь нахмурил брови, с подозрением осмотрел место и как ни в чем не бывало отправился дальше.
За треть суток достаточно неплохо успел изучить территорию. И мне нравилось то, что я видел. Мне, мягко говоря, повезло.
Подслушанный разговор у одного ангара подсказал мне, что в строении отсутствуют люди. Я оббежал здание, а когда убедился, что рядом нет никого, кто мог бы меня засечь, активировал стихийную свободу и просочился сквозь стену.
Я попал в просторное помещение, напоминающее лабораторию средневекового алхимика. Здесь были разнообразные мензурки, какие-то инструменты, но главное – целые кучи крафтовых материалов. Малахитовое железо просто так валялось на полу, будто это не что-то ценное, а обыкновенный расходный ресурс.
Осмотрел кусок, который весил пятьдесят килограммов. Убедился, что нет никаких нажимных пластин или охранных чар, и попросту выставил его на пятиминутный аукцион. Следом на торги отправилось ещё четыре куска, пропажу которых если и обнаружат, то далеко не сразу. Минимальную цену установил в сорок тысяч. Хаотический гриндер и улыбка фортуны изменят модификатор опыта, так что в скором времени я должен срубить миллион – уже хорошо. Этого хватит, чтобы заполнить ограничитель. Этой возможностью, конечно, воспользуюсь после смерти, чтобы триста тысяч опыта не пропали впустую. Почти сразу же какой-то добрый человек повысил ставку – пошло дело!
Возникло чувство, что эта часть Авалона включила режим паранойи. По территории бродили патрульные. Они то и дело просвечивали людей приборами неизвестного назначения. Тот, кто не ходил в военной форме, отточенным движением показывал карточку, на которой значились данные игрока. Затем взгляды людей затуманивались. Понял, что они обмениваются сообщениями. Из всего этого выходило, что трюк с изменением внешности и принятием чужого облика у меня бы не прошел. Я мог бы преобразить лицо или сделать отображение другого прозвища, но личный идентификатор подделать, насколько мне известно, попросту невозможно. Так или иначе, но от таких групп я старался держаться подальше. Почему-то был уверен, что их артефакты вскроют мой арканум. Впрочем, предположение подтвердилось через час.
Я вышел к очередному охраняемому периметру. В километре, если я всё правильно рассчитал, должна находиться тюрьма, в которую меня пытались заточить. Там же – палатки, где отсыпаются люди после прохождения пространственных брешей.
Пятиметровый забор не имел ничего общего с той преградой, которую я не так давно преодолел. Здесь не было колючей проволоки под напряжением, зато имелось нечто другое. Стена оказалась упичкана артефактами.
Одно из свойств моей новой кирасы включало в себя незаметность. Внезапно я ощутил, как предметы в заборе вскрывают магический эффект брони. Доспех начал приобретать настоящие формы, которые видел только я, а сторонний наблюдатель, если бы и пробился через арканум, заметил бы только стандартный элемент защиты, а не толстенный слой высококачественного металла.
Почувствовал, как неведомый артефакт снимает скрытность. Пришлось отскочить.
На одного из крафтеров, когда тот приблизился на пятнадцать метров к стене, сразу же направили монструозные стволы странного оружия. Караульный на вышке предупредил, что будет стрелять, если человек не отступит. Почти в этот же момент из невидимости проявились четверо бойцов, которые попросили незадачливого игрока проследовать с ними. При этом на крафтера нацепили какой-то амулет. Я успел считать его характеристики. Поделка Гермеса (опять он!) обладала свойством блокировать защитные умения атакующих школ. Сдается мне, что нацепи на меня такой талисман, и о стихийной свободе придется забыть.
Атмосфера в лагере была гнетущей. Никто не общался на отвлеченные темы, никто не смеялся, никто не травил байки. Все были злы, раздражительны и сосредоточены. Люди постоянно оглядывались, будто ожидали, что на них кто-то нападёт. Странное поведение… И я не мог разобрать, в чем его причина.
Обошел стену. Заметил КПП, который охранялся так, будто на территории обитают главы всех государств, президенты трансатлантических корпораций и крупнейшие оружейные бароны. А помимо этих влиятельных личностей тут размещается весь золотой резерв, ценнейшие экспонаты и самые страшные тайны, до которых добралось человечество. Те караульные, которых я видел, на фоне этих высокоуровневых бойцов казались детьми. Не удивлюсь, если их высокофункциональная экзоскелетная броня позволяет летать аки Железный человек и стрелять из глаз убийственными лазерами.
Я ретировался, опасаясь, что найдется умелец, у которого в характеристике наблюдательность показатель будет выше, чем мой скрыт. Да и разного рода многочисленные приборы-визоры не внушали оптимизма.
Рассмотрел большущее здание, которое на фоне одноэтажных строений возвышалось, как «Родина-мать зовёт» над Мамаевым курганом. А это, видимо, территория бывшего дома Михалыча. Там, помнится, был размещен артефакт порядка. Армейцы собирались использовать небоскрёб как дом для тех, кто не может себя защитить: дети, женщины, старики и неинициализированные. Надеюсь, хотя бы это обещание Столыпин выполнил и не использует многоэтажку для сохранения своей начальственной персоны и персон своих прихлебателей. Когда буду устанавливать аномалию, сделаю так, чтобы артефакт не попал в зону действия.
Почти всё, что мне было надо, я узнал. Оставалось сделать последнюю вещь: убедиться, что здесь нет обыкновенных гражданских.
Два часа выгадывал момент, когда я бы мог забраться на вышку. Требовалось, чтобы рядом не ходили патрули, чтобы не произошла смена караула, чтобы не было любой другой неожиданности, после которой последует моё обнаружение и, соответственно, полет к точке возрождения. Но всё же спустя какое-то время я справился.
Наконец-то я увидел, что такое Авалон. По огромной территории было раскидано несколько поселений. Тысячи палаток напоминали военный лагерь времен римских завоеваний. Вдалеке заметил множество очередей, шедших тонкой лентой к полевым кухням. Во многих местах полыхали костры магического происхождения. Лес исчез, превратив этот участок земли в проплешину. Появились дороги, по которым ездили многочисленный джипы. Со стороны трассы, если я правильно понял, к городу – а это был именно город – тянулась вереница из фур.
Я не смог рассмотреть, что располагалось на особо охраняемой точке. Всю территорию застилала непроглядная дымка, перед которой пасовала моя перцепция. Но моё внимание привлекло другое.
К главным воротам подкатил автозак. По переливам металла я понял, что машина не из простых. Видимо, это нечто системное, что, благодаря местным умельцам, поставили на колёса. Даже интересно, какие свойства приобрел транспорт после такой модификации. Ничего подобного я раньше не видел.
Боец распахнул двери, схватился за прут и потянул его на себя. В следующее мгновение я до хруста сжал пальцы и стиснул челюсти. Сука! Уничтожу тварей!
Солдат выволок девушку. И, что самое странное, я узнал её, хотя видел один раз в жизни. Лика. Молодая дерзкая девчонка, которая в первые дни прихода Игры умудрилась прокачаться в погибающей Москве. Талантливый огненный элементалист. Она прибыла в лагерь в числе первых. И ведь уже тогда называла армейцев надсмотрщиками и говорила, что её держат здесь насильно. Лика предлагала Альтаиру, чтобы он её отпустил, но тот, ссылаясь на бессмысленную секретность, сказал, что не может этого сделать. Я помню, что она хотела сбежать, но её артефакт фиксации находился в руках военных.
Руки и ноги девушки были закованы в сверкающие кандалы. Штырь, который тянул боец, крепился к шее жертвы и не позволял приблизиться к конвоиру. Солдат дернул поводок. Лика упала, но тут же подскочила и бросилась на врага. Её атаку прервал сильнейший пинок, заставивший девушку завалиться. Один из охранников материализовал дубинку и несколько раз с силой ударил Лику в разные части тела. Спустя полминуты её уволокли через КПП.
С такого расстояния я ничем не мог ей помочь. Автомат под рукой отсутствовал. К тому же я не лучший стрелок, чтобы поразить цель на такой дистанции. Радиус действия моих сфер ограничен. Да и если бы магическая субстанция достала до девушки, то что бы изменилось? Она бы отправилась на точку возрождения, но там, я уверен, её уже ждут. И для чего Лика понадобилась им? Начальству захотелось порезвиться с молодой рабыней? Мрази!
Я спустился с вышки и подбежал к одному из ангаров. Развернул интерфейс и открыл вкладку по установке аномалии. Взглянул на таймер – оставалось два часа до обнуления.
Выбрать противоборствующие стихии: да / нет?
Мысленным усилием вдавил первый пункт. Передо мной всплыло два окна. Ввел «огонь» и «мороз».
Этот момент я продумал в то время, когда находился в Туле. Раз уж я не только обладаю магией этих направлений, но и относительно защищен от них, то в будущем это могло на мне как-то сказаться. Тот же хаос мне очень помог…
Внимание!
Стихия элементализма не может быть противопоставлена стихии элементализма.
Хм. Ну ладно. А если так? Ввел «вода» и «огонь».
Внимание!
Стихия гидрокинеза не противопоставлена элементализму.
Холод, мороз, пламя, огонь – я перебирал различные вариации, но ни к чему так и не пришел. С чем может противоборствовать элементализм? Ничего придумать не получалось. Фантазия сбоила.
Ввел «хаос» и «порядок» – система написала, что в одном мире не может быть два зазеркалья с одинаковым направлением. К энтропии также ничего подобрать не смог.
Больше не стал гадать и ограничился тем, что сразу же приняла Игра:
Противоборствующее перезагружаемое пространство: тьма и свет.
Выбрать место на карте: да / нет?
Обозначил точку рядом с ангаром, где я реквизировал малахитовое железо.
Внимание!
Несоответствие заданным параметрам.
Невозможно разместить зазеркалье на территории берегини.
Носитель активатора является центром нового зазеркалья.
Для выбора места выйдите из радиуса действия берегини.
Хм, неплохие свойства у артефакта порядка. Вот уж действительно – берегиня. Защищает не только от мобов, но и от других системных явлений. И почему нигде не было обозначения, что новая аномалия должна появиться вокруг меня? Хорошо ещё, что не тянул до последнего и не установил её в Туле. Центру города и без этого досталось.
Посмотрел на системный таймер:
126дн. 22ч. 59мин. 34с… 35с… 36с… / 945дн.
Значит московское время – 13:58. В голове возникла идея. Простая, но в то же время гениальная: а зачем мне торопиться? До моего обнуления больше двух часов.
Я выдвинулся к ангару, который принёс мне много опыта, и принялся ждать. Перед этим убедился, что система приняла все мои условия. Оставалось нажать на последнее «да».
Заметил, что нервозность у людей увеличилась. Патрули зверствовали. Теперь уже останавливали и проверяли всех без разбора. Стражи порядка, которые, как я понял, работали в несколько смен, повыползали из своих берлог. Они просвечивали всех, включая самих себя. Началась не наблюдаемая ранее суета. Я заметил несколько стычек, возникших на пустом месте. Кто-то улетел к артефакту фиксации. Вспыхнула одна из палаток, но её быстро потушили. Пару раз до меня доносилось эхо взрывов. Несколько раз по кому-то отработали пулеметные точки. Игроки явно что-то чувствовали…
Мне пришлось затаиться, чтобы не попасть под горячую руку. Я засел в ангаре, забившись в ничем не примечательный угол. Старался дышать через раз, чтобы не выдать своего присутствия. И плевать, что в помещении в этот момент не было людей.
Снова глянул на таймер и сравнил со стандартным временем: 14:59. Вот теперь пора.
Вы действительно хотите подтвердить сделанные ранее выборы: да / нет?
Внимание! Это последнее предупреждение. После него произойдет мгновенная активация.
– Да, – сказал я.
Мир потонул в тумане. Я видел, как исчезает стена ангара, а вместе с ней – все здания, строения, артефакты…
Пространство перезагрузилось.
Чем отличается игрок от неинициализированного? Любой человек назвал бы наличие характеристик, способность вызывать интерфейс, умение взаимодействовать с магией, возможность доставать и прятать вещи в инвентарь и многое-многое другое. Но убери это всё, и что останется в итоге? Ничего? Как бы не так!
Командарм Столыпин заметил первые изменения к концу третьего месяца существования системы. Преображения были и раньше, но тогда они не столь явно бросались в глаза. Теперь же между носителями интерфейса и теми людьми, которые в нужный момент не успели или не захотели заходить в подключающие к системе лучи, лежала пропасть. Пропасть, подтвержденная исследованиями. Аналитические центры проводили эксперименты. Всё было исключительно на добровольной основе, а сами подопытные получили прекрасные бонусы для себя и своих семей. Хотя семей – сильно сказано. Слишком уж много человек погибло…
Первое, что выделялось, это способность к исцелению. Те игроки, которые не додумались взять регенерацию или любую другую лечащую характеристику, принадлежащую организменному единству (именно этот параметр люди Столыпина выделили как высший в иерархии), всё равно волшебным образом восстанавливались. Переломы ног и рук срастались без чужого вмешательства, порезы зарастали, ссадины и синяки довольно быстро проходили. Естественно, у всех имелись зелья, да и целители не зевали, но тем не менее опыты проводились. Там, где неинициализированному требовался месяц, у игроков всё проходило за полторы недели.
Второе – физические показатели. Сила и выносливость были выше. Причем даже у тех людей, которые ещё не ходили в данжи и не открывали характеристики и классы – имелись и такие: им это попросту не надо. Игроки быстрее восстанавливались после работ, брали больше веса, дальше прыгали и дольше могли бегать. Нет, об Олимпийских рекордах речи, конечно, и близко не шло, но динамика прослеживалась.
Третье – и это было, пожалуй, самым главным – поменялось мышление и функциональность мозга. Игроки более успешно выявляли закономерности в числовых рядах: тесты показали, что в среднем они затрачивают на 17% меньше времени. Немного лучше запоминали расположение предметов. Среди десятков схожих изображений быстрее находили искомую картинку. Таблицы Шульте (таблицы со случайно расположенными объектами (обычно числами или буквами), служащие для проверки и развития быстроты нахождения этих объектов в определённом порядке – прим. автора) так и вовсе выдавали запредельные значения. Заметно повысилась обучаемость.
Когда образовался значительный перекос среди военного и гражданского населения, командарм распорядился сделать из людей настоящих солдат. Солдат, знающих тактику боя, умеющих правильно вести себя в опасной обстановке и беспрекословно выполняющих приказы. Опять же: всё на добровольной основе. Никого силком не загоняли. Да этого и не требовалось, потому что желающих хватало с излишком. И снова игроки показали себя с лучшей стороны. Там, где для изучения основ требовался хотя бы месяц, носители интерфейса справлялись за пару недель. Хотя и обычные люди не сильно-то и отставали. Никто не хотел быть обузой, поэтому авалонцы выкладывались по полной.
Столыпин из боевого офицера окончательно превратился в администратора. Он назначал, давал распоряжения, делегировал. Собрал прекрасную команду, которая справлялась по всем направлениям: обустройство и добыча пропитания, связь с другими поселениями, прокачка и развитие игроков…
Командарм понял, что старый мир рухнул, а его закостенелые мозги не способны адекватно реагировать на изменяющуюся обстановку. Тогда он просто приблизил к себе других людей, не только военных. Взять того же Альтаира. Он, генерал-полковник российской армии, который прошел через десятки интриг, который лично был знаком с каждым президентом постсоветского пространства, который планировал и утверждал сотни операций, начал спрашивать совета у какого-то синеволосого мальчишки (благо, что тот не стал опять красить волосы после вынужденного облысения). И ведь советы почти всегда оказывались здравыми.
Однажды командарм направлялся в ту часть Авалона, где когда-то проживал Фрол. Столыпин так и не понял, почему ему взбрело в голову не перемещаться порталом, а поехать на обычном джипе. Видимо, просто захотелось немного отдохнуть. До перезагрузки было ещё три часа, но всё же в воздухе появилась странная точка, которая моментально расширилась, а из неё хлынула орда мобов: сотня исчадий бездны невысокого уровня. Опытная сопровождающая группа среагировала мгновенно. Артефакты, зелья, огнестрел – всё это быстро утихомирило монстров. Командарм тоже поучаствовал в полуминутном бою.
Генерал заметил странность: во время сражения он действовал вполне сносно, прекрасно реагировал на обстановку, правильно использовал отвары и своевременно опустошил магазин именного пистолета, но при этом его мысли были где-то далеко. Сознание будто разделилось на два потока. За тридцать секунд он успел оценить общую ситуацию, вспомнил разговор с коллегами из Китая, проанализировал последствия одного спорного решения.
Командарм не постеснялся спросить об этом водителя, на что шофер ответил, что это вполне естественная реакция. Иногда за минуту, если человек находится в стрессовой ситуации, он может выдать ответы на несколько вопросов, над которыми раньше бился днями. И чем больше стресса – настоящего, на грани выживания, с применением всех системных способностей и сил – тем лучше.
Впоследствии Столыпин поручил «мозговитому отделу» разобраться над этим вопросом. И вновь исследования показали, что так и есть, мышление разгоняется. Хотя эту особенность сложно полноценно изучить, ведь требовалась не просто угроза одной жизни (умирать все относительно привыкли), а угроза обнулением. Испытуемые всё же понимали, что никто не допустит, чтобы они приняли окончательную смерть.
Последней замеченной разницей между игроками и неинициализированными была интуиция. И снова ставились эксперименты. При броске монетки и последующем отгадывании «орёл или решка» носители интерфейса выдавали, как правило, верные значения, которые можно было бы списать на статистическую погрешность, вот только таких совпадений набралось очень много. Использовались и карточки Зенера (колода карт с пятью рисунками (круг, крест, три волнистые линии, квадрат, пятиконечная звезда), предназначенная для изучения паранормальных форм восприятия – прим. автора), которые позволяли более точно определить: совпадения это или нет. Если брать во внимание всю выборку испытуемых, то с уверенностью можно заявить, что экстрасенсорные способности существуют.
Столыпин, когда читал отчёт, лишь ухмылялся. Ну ещё бы: люди пулялись молниями, поднимали пласты земли, испаряли воду (в чужих организмах в том числе), телепортировались, а сам командарм мог летать, так что экстрасенсами никого нельзя было удивить. Да и имелись в Авалоне представители школы ченнелинга, которые выдавали такое, что всяким Вангам, Мессингам и Нострадамусам даже и не снилось. Не просто абстрактные предсказания, подгоняющиеся под те или иные мировые события, а прогнозы с указанием точного места и времени. Иногда аналитикам удавалось установить причинно-следственные связи, но чаще казалось, что адепты этого направления тычут пальцем в небо. И ведь попадают!
Всё началось на сто пятнадцатый день прихода системы. Командарм как обычно сидел в кабинете и разбирал огромную стопку важнейших докладов. Он ставил печати, подписывал, давал разрешения или выражал несогласие. В общем, занимался рутинной административной работой, которую не мог переподчинить другим людям.
Неожиданно возникло странное чувство: непонятное беспокойство, заставляющее сердце биться чаще.
Ощущение неминуемой беды нахлынуло резко, но так же резко и ушло, оставив после себя лишь смутное воспоминание.
Он не стал ни с кем делиться переживаниями. Подумал, что сознание начало сбоить из-за огромной ответственности. И речь не только об Авалоне и ста пятнадцати тысячах проживающих в нем людей. Столыпин уже знал, с чем предстоит столкнуться человечеству, когда таймер завершит отсчет, и понимал, что стоит на кону.
Генерал осознавал, что не будет участвовать в битве, но его миссия была в другом: в подготовке бойцов. Он воспитывал элиту Земли. И, если судить по сведениям разведки, Авалон на этом поприще продвинулся очень далеко. Настолько далеко, что с их городом хотели сотрудничать все.
Китайцы, индийцы, американцы – все спрашивали, в чем их секрет. Творения крафтеров, выставляемые на аукцион, на целые порядки превосходили чужие ремесленные изделия.
Цельная броня, гасящая множество магических воздействий, считалась эталоном. И ведь на торги доспех добавлялся по символической цене. Истинная стоимость была намного выше, но Авалон хотя бы таким образом старался помочь другим поселениям и сильным одиночкам.
Многочисленное оружие обладало не только высокой прочностью, но и имело волшебные свойства. Чего стоит только поглощение жизни, которое залечивало владельца посредством убийства мобов? А дополнительный урон огнём, ядом или кислотой? Да взять хоть ножичек, который имел пассивное умение при использовании: кинжальщик четвертого ранга. К слову, на данный момент в данжах никто ещё не доходил до этажей, где выпадал хотя бы третий ранг! Подготовленный боец с таким ножичком, если никто не будет применять магические способности, в одиночку сможет противостоять пятерым людям с мечами и копьями. И сможет не только защищаться, но и нападать, а в последствии и выиграть в схватке.
Нет, естественно, попадались и самородки. Творения, выходившие из-под рук Цинь-Шиня, не гнушался покупать и сам генерал. Да и некий Мардук радовал поделками. Громоздкими, тяжелыми, но очень прочными. Хотя, стоило признаться, подходила такая броня далеко не для всех.
Столыпин знал, что есть непонятная группа людей, которые мало того, что занимают первые места в рейтинге, так ещё и изготавливают лучшие зелья. Командарм смог связаться с человеком по имени Кару-ор-Рон и договориться об обмене отваров на опыт.
Но больше всего Авалон поднаторел в создании артефактов. Разгадка тайны была простой. Поселение обладало чуть ли не неисчерпаемым источником материалов.
В городе имелся кузнец, способный изготавливать наконечники, указывающие на пространственные бреши. Ведь просто так такие провалы не найти. Казалось бы, появился в воздухе огромный портал, ты собираешь группу и входишь в него. Но нет. Периодически пространства скрывались под толщей земли или зависали в воздухе на большой высоте.
Командарм помнил, как участвовал в одной из раскопок. Экскаваторы углубились на семь метров лишь для того, чтобы освободить участок размером в спичечную головку. Человек, стоящий первым, прикладывал палец к разлому, ему приходило оповещение, что он может взять с собой до сотни других игроков, которые должны, держась за руки, вытянуться в цепь, а после этого происходило перемещение.
В том провале группа обнаружила баулы, снижающие вес на девяносто восемь процентов и обладающие свойством неразрушимости.
Иногда попадались места, где были целые горы из малахитового железа. Гора – это не фигура речи. Её пик, если считать от подножья, возвышался на две с половиной тысячи метров. В портал тогда попал боец, который прокачал силу и крепость тела на пятнадцать единиц. Только он один смог вынести в сумке пятнадцать тонн, а ведь с ним были и другие люди…
Ещё попадался странный материал, крепкий и очень легкий. Один кубический метр этого вещества весил всего два килограмма. В свойствах значилось, что он усиливает действие некоторых обнаруживающих артефактов. В том же проломе попалась схема изготовления цитадели, способной защитить почти от любых вторжений. Защитные умения, делающие тело нематериальным, пасовали перед такой преградой. Существо, которое снаружи наблюдало за территорией, видело лишь черную дымку.
Проблема была в том, что материал можно было поместить в баул только один раз на срок не более часа. В противном случае – распад и превращение в бессмысленную пыль. Потом его надо было некоторое время хранить в абсолютном мраке, чтобы свет звезды не попадал на поверхность. Подходящих помещений не было, а катакомбы ещё не были расширены до нужных пределов, но с этим поспособствовал Стоменов.
Бывший полковник, а ныне заместитель самого могущественного поселения планеты, умел раздвигать пространство. Он и в двухсотлитровую бочку мог влить чуть ли не цистерну бензина, так что справился и с этим веществом. А ещё нужно было где-то хранить целые склады других предметов, и не только системных, но и обычных. Стоменов справлялся.
Столыпин поражался тем людям, которые первоначально жили в деревне. Целительница-Нина в определенный момент смогла генерировать в сутки по десять зерен, которые на максимум заполняли шкалу жизней. Подобные зерна как-то принесли бойцы из раскола, но резерв был небезграничен, а эти артефакты больше не хотели попадаться в человеческие руки. Сто дополнительных возрождений в день – это огромное подспорье. На Арене такой человек будет незаменим.
Её муж был ещё более полезным. Ему можно было рассказать всё. Вообще всё. И он мог поделиться знаниями. Система никак не наказывала его за разглашение тайн. Именно благодаря нему многие авалонцы попадали в ТОПы. Он поведал и про одиннадцатый этаж данжа, и про Арену, и про порталы в другие миры. А ещё он добывал опыт. Сперва ему нужно было самому доставать нити из тварей. Затем он просто преображал отдельные шнурки. Потом же дошло до того, что он мог спрятать в шкатулку одинокую нить, а через час достать опыта на весь объем посвященного. Да, двадцать миллионов в сутки, может, и не так много, но то ли ещё будет… Неизвестно, что станет, когда он дорастет до адепта! Количество будет исчисляться миллиардами!
Ермолай мог слышать пространство. И радиус способности впечатлял! Он мог найти любого человека, опираясь исключительно на слух. Против его умения не помогали ни зелья со свойством преломления лучей, ни класс невидимости, ни артефакты. Уже четырежды услугами Ермолая пользовали московские коллеги. Первый раз требовалось найти раскачавшегося обезумевшего игрока, которого не улавливали визоры. Несмотря на неадекватность, тот человек действовал очень аккуратно. Ни у кого не получалось срисовать его ник, чтобы отправить команду ловцов к его артфиксу. Эта тварь, по слухам, обнулила столько игроков и неинициализированных, что его репутация опустилась до минус десяти тысяч. Ермолай справился за четверть часа. Ещё через тридцать минут безумец был обнулён. В последствии Ермолаю давали не менее трудные поручения, с которыми он прекрасно справлялся.
Елена Викторовна – жена Стоменова – была темной лошадкой. Столыпин видел, что она о чем-то знает, но при этом не хочет рассказывать. Зато она неплохо умела сканировать людей. Видела всё: класс и вложенные знаки силы в древо развития, названия характеристик и уровень развития того или иного параметра, а после – и предметы в инвентаре вместе со способностями. Любой игрок был перед ней как на ладони.
Как-то раз генерал послал к ней группу бойцов, которые были увешаны артефактами защиты разума. Задача – выведать секрет. С ними были и менталисты с телепатами. Гипотетически женщина не должна была понять, что на неё воздействуют, а после копания в мозгах она бы всё забыла.
Не получилось.
Елена Викторовна взяла одновременно всех под контроль. Наличие артефактов она и не заметила. Женщина фурией влетела в штаб-командования, где заседали начальники, и устроила форменный разнос: самым наглым образом заставила всех отжиматься, а после раздеться. Напоследок предупредила:
– Если будет хотя бы ещё одна подобная попытка, то отсутствием одежды вы не ограничитесь. Заставлю выйти весь ваш штаб на улицу, где игроки будут наблюдать за стихийно образовавшейся оргией!
Стоменов, хорошо знавший любимую жену, потом сказал генералу, что она говорила правду и лучше не нарываться. Какая бы ни была тайна, она её расскажет только в тот момент, когда посчитает нужным. Секреты Елена Викторовна хранить умела.
Был ещё один человек – Фрол. Игрок, благодаря которому ушел продовольственный кризис. Необычный класс и грамотный набор характеристик мог бы превратить его в отличного бойца. И ведь за его спиной могли быть ещё какие-то особенности, которые не удалось рассмотреть за первое время.
Внезапно Василий Котов помешался. Он раз за разом твердил, что из-за Фрола Авалон может пасть. Первый представитель школы ченнелинга на Земле обычно не ошибался, потому было принято решение устранить опасность.
Не вышло.
Авалон подготовил целую легенду с убийством детей, но местные, включая армейцев и уголовников, принялись рьяно защищать Фрола. Лишь один раз из-за непонятной силы почти удалось обнулить его. Дальше вмешалась разъяренная Елена Викторовна, которая как-то прознала про покушение:
– Вы дебилы тупоголовые! Вы даже не понимаете, что случится со всеми вами, если с него хоть волосок упадет! Она явится и перебьет каждого из вас! И вы никак не сможете её остановить! У вас нет шансов! Хотите, чтобы Авалон был разрушен? Она тут всё сравняет с землей! Вы так и не поняли? Именно по этой причине Авалон падёт!
Бесплатный фрагмент закончился.