– Что вы хотите сказать? – спрашивает мать Мэгги и Энди.
– Мы больше не на земле. Земли нет! Мы висим в воздухе! – Кенни отступает от двери и на подрагивающих ногах присоединяется к группе. – Я не знаю, как высоко мы парим, но отель больше не стоит на земле.
Тотчас среди отцов и матерей наступает сумятица. Они перекрикивают друг друга с раскрасневшимися лицами и яростно жестикулируют. Хелла и остальные дети переводят взгляд с одного на другого, словно следя за теннисным матчем. Они не могут вставить ни словечка.
Хелла подходит к одному из окон. Она встаёт на цыпочки и, выглянув наружу, видит только облака – и перед отелем, и под ним. Она ловит ртом воздух. Земли нигде не видно! Отель на самом деле висит в воздухе. Этого не может быть, это невозможно. Энди подходит и встаёт рядом с ней, не вынимая рук из карманов. Хелла искоса смотрит на него.
– Вот чудно́, – говорит он просто.
– Как ты можешь не психовать?
Он приподнимает плечи, затем снова опускает их.
– Что случилось, то случилось.
– Серьёзно? Да брось. Кто ты? – Красавчика Энди следовало назвать Ледяным Энди, думает Хелла.
Он игнорирует её вопрос.
– Ты разве не почувствовала сразу, что с этим отелем что-то неладно? Как только вошла?
– Да, о’кей, почувствовала. Но такого я не ожидала! – Это звучит довольно резко. Хелла вздыхает и говорит, понизив голос: – И ты не ожидал, никто не мог такого предугадать.
– Это сюрреалистично, тут ты права.
Хелла рычит.
– Это ещё вежливо сказано. А тот мужчина, тот администратор. Что за псих!
Энди оборачивается и смотрит на стойку ресепшен. Хелла прослеживает направление его взгляда. Мужчина по-прежнему стоит там, точно фонарный столб, бесстрастно и спокойно глядя на переполошённую группу взрослых.
Хелла хмурит лоб.
– Он как будто чего-то ждёт. У меня уже возникло это чувство как раз перед тем, как отель взлетел в воздух. И вот опять.
– Как солдат в ожидании приказа.
Хелла кивает.
– Да, точно.
– Интересно, грядёт что-то более безумное или менее?
– Ты серьёзно? Какой во всём этом смысл? Стукни меня.
Энди смотрит на неё, приподняв бровь:
– Хм?
– Я задумалась, не сплю ли я.
– О’кей. – Он легонько толкает её в плечо.
– Пф, мой семилетний брат бьёт сильнее.
Энди замахивается снова, но Хелла останавливает его:
– Нет, не важно. Все это слишком реально, чтобы быть сном, и я не в настроении получать тумаки. – Она выуживает телефон из заднего кармана. – Ну конечно, нет связи, чего я ждала.
– Мы довольно высоко.
– Ты серьёзно, Шерлок? Не думаю, что высота имеет значение. Сигнала не было уже по дороге сюда.
Энди тоже хватается за телефон.
– Действительно, ни одной палочки. Абсолютно ничего.
– Отель не может летать.
Энди смотрит на неё, наклонив голову, словно говоря: «Да неужели я и не додумался до этого?»
– Да, да, – говорит Хелла. – Глупое замечание, но почему здесь мы? Почему в этом летающем отеле? Мы что, умерли или вроде того и направляемся на небеса?
– Неа, в это я не верю. Когда мы приехали, мы были здесь первыми, – отвечает Энди. – Чуть позже приехал Вилли со своими родителями, а затем вы. И потом только объявился этот странный хрыч и поднял отель в небо. Он как будто дожидался, пока вы доберётесь сюда.
– Но почему мы?
Энди коротко пожимает плечами.
– Про твою семью я ничего не знаю. А мы просто ехали в отпуск, ничего особенного.
– И мы тоже. Если не считать этого, ничего особенно, разве что я чаще обычного ругалась с родителями в последнее время.
Энди смотрит на неё.
– Моя сестра поссорилась с матерью. А потом моя мать с отцом из-за того, что он вечно потакает Мэгги во всём и недостаточно строг с ней. Что правда, то правда. Её часто балуют.
– Принцесса Мэгги.
– Хм?
Хелла ухмыляется.
– Извини, я всегда у себя в голове придумываю всем прозвища, я так лучше запоминаю имена.
– И какое у меня?
Щёки у Хеллы делаются пунцовыми.
– Ну… э… Ледяной Энди. А Вилли – Кислый Вилли.
– Хм, это я переживу, – усмехается Энди.
– Но ссора с родителями не могла стать причиной всего этого, правда? С кем такого не бывает время от времени?
– Это может быть совпадением, просто, например, мы единственные оказались в окрестностях отеля.
– И тогда остаётся вопрос, – медленно произносит Хелла, – какая цель этого пленения. Ведь это оно и есть, верно? Мы не можем уйти, разве что полетим.
Энди бросает взгляд через одно и другое плечо.
– Неа, крылья на спине у меня пока не выросли.
– Ха-ха, джокер. Может, всё это иллюзия. Подожди минутку.
Хелла подходит к дивану, берёт подушку и идёт с ней к парадной двери.
– Будь осторожна, Хелла, – окликает её отец.
Девочка открывает дверь и вышвыривает подушку. Подушка падает и продолжает падать, пока не скрывается из виду. Хелла закрывает дверь и возвращается к Энди.
– Значит, не иллюзия.
Взрослые плотной группой подходят к стойке, по всей видимости, чтобы расспросить мужчину.
– Что они собираются делать? Поколотить его, пока он не даст вразумительного ответа? По-моему, без шансов. Этот дядька робот, как по мне, – говорит Хелла.
Энди не успевает ответить, потому что тут у Хеллы перехватывает дыхание и она вцепляется в его руку. Девочка просто не находит слов для того, что видит.
В этот самый момент Принцесса Мэгги начинает плакать, а Серж – громко звать маму. Кислый Вилли стоит неподвижно, разинув рот.
Энди поворачивает голову и видит, что поразило Хеллу и остальных.
– Куда подевались наши родители?
К Хелле подходит её маленький брат Серж и обхватывает её руками за талию.
– Мама с папой просто взяли и исчезли, – хнычет он. – Вот только что были тут, а потом – пф! – пропали.
В первое мгновение Хелла не знает, что и сказать.
– Мамочка, папочка! – орёт Мэгги. Она заглядывает под диваны и кресла, как будто её родители просто играют в прятки. Затем она смотрит на Энди, сердито раскрасневшаяся, сжав кулаками. – Энди! Что ты сделал с мамой и папой?!
Энди закатывает глаза.
– И снова я виноват. Эге, Мэгги, ты что, думаешь, я могу колдовать или ещё что?
С Хеллы довольно. Она отталкивает Сержа и идёт к стойке. Этому странному дядьке придётся дать ответы! Пускай сердце стучит у неё в горле – ведь он может и её заставить исчезнуть – она полна решимости не поддаваться страху. Злость сильнее.
Хелла ещё на подходе открывает рот и тут впервые видит движение на неподвижном лице мужчины. Слабая улыбка появляется на его лице, когда он говорит:
– Игра начинается.
Хелла всего в трёх футах от него, но его и след простыл. Вот он ещё здесь, улыбается этой своей пугающей улыбкой, а в следующее мгновение его просто нет. Девочка заглядывает через стойку, чтобы посмотреть, не прячется ли он за ней. Но нет, его нигде не видно.
Хелла в первое мгновение слишком ошеломлена, чтобы действовать. Тем временем к ней присоединяется Энди.
– Он что, – говорит он негромко, – действительно сказал «игра начинается»?
Хелла готова закричать. Отель в небе, родители пропали, какой-то дядька, больше похожий на фонарный столб, чем на живого человека, а тут ещё Энди, спокойный как ни в чём не бывало! На мгновение это оказывается для неё чересчур. Она подтягивает колени к груди, опускает на них голову и закрывает глаза. Ей хочется отгородиться от всего этого, и тогда, может, она откроет глаза, и всё опять станет нормальным.
Сверху звучит:
– Это ваших рук дело, неудачники! Вы знаете, где они. – Это визгливый голос Кислого Вилли. – Верните моих родителей!
Хелла рывком поднимает голову.
– Придурок! Ты серьёзно?! Наши родители тоже пропали. Мы все в одной лодке.
Встревоженные и грустные дети какое-то время молча стоят, глядя вперёд и по сторонам. Хелла жалеет, что они вообще переступили порог этого отеля. Что им теперь делать? Ждать, когда родители вновь появятся? Но почему они пропали? Что всё это значит? От множества вопросов у неё голова идёт кругом. Она как будто попала в кинофильм или какую фэнтезийную книжку. Всё было таким нереальным!
Энди оглядывается по сторонам, смотрит на этажи, протянувшиеся у них над головами, и на лестницы, которые непонятно куда ведут.
– Тот странный дядька сказал, что игра начинается. Наверное, нам стоит отправиться на разведку. Где-то здесь должны быть ответы, где-то здесь должны быть наши родители! – Он протягивает руку. – Пойдём, Хелла, если сидеть на одном месте, ничего не изменится.
Хелла от души вздыхает и берёт его за руку, а затем поднимается. Энди прав, нельзя сдаваться. Если ничего не делать, ничего и не выйдет.
– Не хочу тут оставаться! Только не с вами, недоумками! – Кислый Вилли стоит, уперев руки в боки, можно подумать, он тут главный. – Вам, детишки, меня не заставить. Я говорю, что мы останемся здесь и будем ждать родителей или выйдем наружу!
– Удачи тебе, – спокойно произносит Энди. – Надеюсь, ты захватил с собой парашют.
Вилли отвечает жгучим взглядом и топает к двери. Он открывает её, но снова быстро закрывает, когда порыв ветра взъерошивает ему волосы. С бледным лицом и дрожащими губами Вилли поворачивается. Он скрещивает руки на груди и, надувшись, садится в одно из кресел.
– Я ненавижу вас всех, – бормочет он достаточно громко, чтобы все услышали.
Хелла говорит:
– Если хочешь остаться тут один – дело твоё. Мы пойдём искать наших родителей, ты тогда уж присмотри за багажом, пока он тоже не исчез. Адью! – Она крутится, осматриваясь: – Странно, если не считать входной, на этом этаже нет других дверей. Одни только лестницы. Тут нечего особо исследовать. Нам нужно подняться наверх.
– По какой лестнице пойдём? – спрашивает Энди. Его сестра, Мэгги, стоит рядом с ним.
Да, это хороший вопрос. С каждого из двух концов необъятного помещения стартуют три лестницы. Там, где стоит письменный стол, в разные стороны расходятся ещё две лестницы. Итого, восемь. Хелла задумывается, ведут ли они на все этажи сразу или каждая на свой этаж. Это невозможно понять, потому что лестницы заканчиваются в чернильной темноте.
Судя по сомнению, написанному на лице у Энди, он бьётся над той же проблемой.
– Надеюсь, там наверху есть свет, – замечает Хелла.
– Мы можем использовать фонарики на наших телефонах. – Серж подходит к сестре.
– Лучше поберечь батарейки, – предостерегает Ледяной Энди. – Мало ли что.
Хелла оглядывается по сторонам, а затем направляется к паре настенных подсвечников. У них массивные канделябры и длинные чёрные свечи. Канделябры словно сплетены из прутьев. Странно, что она не замечала их раньше. Впрочем, это её не удивляет, всё в этом отеле необычно и, похоже, постоянно то появляется, то исчезает. Хелла берёт две свечи и отдаёт одну Энди.
– Готов? – спрашивает она. – Тогда выбирай лестницу.
– Эне, бене, рес, квинтер, финтер, жес, эне, бене, раба, квинтер, финтер, жаба.
Хелла сгибается от хохота:
– Да ладно тебе.
Энди пожимает плечами:
– Это тоже способ выбрать.
Мэгги и Серж идут вплотную за ними по пятам, когда они подходят к лестнице за стойкой ресепшен. Хелла ставит ногу на первую ступеньку и делает глубокий вдох.
Энди смотрит на неё и кивает. Она кивает в ответ.
Хелла насчитывает по меньшей мере двадцать ступеней, ещё залитых слабым светом люстры, а затем ещё предстоит узнать, что там. Тёмное зияние в конце лестницы выглядит зловеще. Кажется, оно хочет сожрать их. Хелле совсем не хочется подниматься туда, но делать нечего. Они должны действовать, если хотят разобраться, что происходит и где их родители. Хелла и Энди держат перед собой свечи, продолжая взбираться.
– Эй, подождите меня!
Хелла оглядывается и видит, что к ним идёт Кислый Вилли.
Догнав их, он надменно сообщает:
– Вы, детишки, слишком тупы, чтобы найти моих родителей. Мне придётся пойти с вами. Но я тут босс, не забывайте об этом!
Хелла и Энди закатывают глаза.
– Смотрите сюда. – Хелла указывает на середину ступени. – Тот же символ, что на стойке ресепшен, а ещё такие, но побольше, на главных дверях отеля.
Серебристый символ зеркально поблёскивает.
– Может, это что-то значит, – говорит Энди. – Или это просто декор, сама понимаешь.
– Они появились, как мне кажется, когда мы уже ступили на лестницу, – задумчиво произносит Хелла.
– Хелла, я боюсь, – шепчет Серж.
Хелла мягко сжимает его плечо.
– С тобой всё будет в порядке. Держись рядом.
И они идут дальше.
– Энди, мама с папой там наверху, как ты думаешь? – Мэгги так близко подходит к Хелле сзади, что та чуть не оступается из-за неё.
– Мы не знаем, Мэгги. Где-то они должны быть, и выйти из отеля они не могли, раз он парит в воздухе.
Ещё несколько шагов, но темнота наверху лестницы ничего не таит.
– Что, если там совсем ничего нет? – говорит Хелла. – Что, если это фальшивый отель и все эти этажи – иллюзия?
Ещё десять шагов.
– Через минуту увидим, – отвечает Энди.
– Если со мной что-то случится, это вы будете виноваты, тупицы. Я хотел дожидаться внизу.
Хелла рассерженно поворачивается к Кислому Вилли.
– А ну прекрати! Или заткнись, или возвращайся обратно. Мы все в одной лодке, так что отчаливай, если будешь только критиковать. – Хелла вдруг осознаёт, что говорит в точности, как мать. Ну и ладно.
– Как ты смеешь так со мной разговаривать! – Вилли сердито поджимает губы и отводит взгляд.
– Энди! Я забыла свои игрушки! – визжит Принцесса Мэгги.
– Ничего страшного, тебе они сейчас не нужны, – спокойно отвечает её брат. – И они никуда не убегут, мы же потом вернёмся обратно.
– Я хочу их сейчас! Вернись за ними сейчас же!
Энди делает строгое лицо и покачивает перед ней указательным пальцем.
– Нет, Мэгги, и прекрати вести себя как маленькая девочка или избалованная принцесса. Я не папочка, из которого ты можешь верёвки вить, и я тебе не раб.
Мэгги надувает губы, но больше об этом не заговаривает.
Ещё одна ступенька и…
И тут неожиданно, не успев и глазом моргнуть, они оказываются в ярко освещённом коридоре, который, кажется, тянется на целые мили. Во всяком случае, Хелла не видит, где он заканчивается. Должно быть, тут сотни номеров, хотя снаружи отель не выглядел таким большим.
По обеим сторонам коридора идут простые белые двери одна за другой. Каменный пол с шахматным узором из чёрных и белых квадратов выглядит блёклым и грязным. Выглядит немного дёшево, думает Хелла, какой контраст с тем залом, откуда они пришли. На стене простецкая табличка сообщает «1 этаж». Здесь тепло, почти удушающе. С каждым вдохом волна горячего воздуха попадает в Хеллино горло. Она узнаёт стоящий тут запах, но не может подобрать ему название. И тут вспоминает: спички и горящее дерево, вот что это за запах. Как на каникулах в той маленькой хижине в Арденнах. На стенах висят горящие лампы, но только они без абажуров.
– Так значит, электричество в этом отеле есть, – говорит Хелла скорее себе самой, чем остальным. – А я думала, тут всё освещается свечами.
Энди задувает свою свечу и ставит её на пол.
– Если мы будем проверять все комнаты, мы никогда не закончим.
– Да, но нужно с чего-то начинать.
Хелла так же поступает со своей свечой и делает шаг к первой двери справа от себя. Она кладёт руку на щеколду и в сомнении замирает. Воображение снова бежит впереди неё. В комнате прячется монстр, или там заперты родители. Что за чушь, это обычный гостиничный номер, успокаивает она себя.
– Хелла, смотри. – Серж стоит перед одной из дверей и указывает.
Группа подходит и видит тот же кельтский символ, что и на лестнице. Три завитка, соединяющихся вместе, нанесены серебряной отражающей краской.
Энди идёт от двери к двери.
– Этот символ тут не везде. Вот ещё один.
– Может, это знак, и наши родители в этих комнатах? – высказывает предположение Хелла.
– Давайте проверим?
Хелла кивает.
Энди делает глубокий вдох и хватает ручку двери.
– Двигайся, неудачник! – Вилли проталкивается перед Энди и пихает его.
– Эй, полегче, парень.
– Я босс, помнишь?
Вилли мельче, чем Энди, да и младше, но он явно привык важничать и воображать себя боссом.
Энди пожимает плечами.
– Делай что хочешь.
Дверь открывается с лёгкостью, и их немедленно ослепляет яркий свет. Хелла моргает глазами и лишь через какое-то время снова может видеть.
– Это же… – начинает Энди. – Вилли, это ты! Как так может быть?
И правда, Вилли стоит одновременно в центре гостиничного номера и перед ними в коридоре. Одет он в ту же самую одежду и смотрит на них с нелепой улыбочкой. Затем он вперивается в Вилли в коридоре и манит его указательным пальцем.
Вилли на мгновение оглядывается на Хеллу.
– Вот видите, я важная персона, потому что меня двое. Теперь вы должны слушаться меня. – Он с улыбкой шагает в комнату.
Как только Вилли шагает через порог и прежде чем остальные успевают войти, дверь с грохотом захлопывается. Хелла в испуге отпрыгивает назад.
– Что? – выдавливает она. Она хватает ручку двери и толкает, но дверь не двигается. – Застряла.
– Дай я, – предлагает Энди.
– Ну да, я-то всего лишь девчонка, – цедит Хелла.
– Извини, я ничего такого не имел в виду. – У Энди тоже не получается открыть дверь. По лбу его бежит пот. – Здесь чертовски жарко, аж руки слабеют.
– Конечно, всё дело в этом. Мне так же жарко, как тебе, между прочим.
– Что там сейчас происходит? – воет Принцесса Мэгги. – Он умрёт?
– Нет, конечно, нет, – успокаивает сестру Энди. – Это просто его двойник, ничего ему не будет.
Хелла прикладывает ухо к двери, но совсем ничего не слышно. А затем дверь становится прозрачной, и они видят, как Вилли дико колотит по ней кулаками. Губы его шевелятся, но они не слышат, что он говорит. Однако панический страх в его глазах говорит о многом.
Энди кладёт руку на дверь и наталкивается на невидимое поле.
– Она по-прежнему закрыта. Мы не можем войти.
– Что нам делать? Мы не можем бросить его здесь, – говорит Хелла. – Какой бы он ни был противный, – прибавляет она, скривившись. – Очевидно, у него проблемы.
Серж хихикает.
– Он не один, с ним его лучший друг. Эй, тот второй Вилли теперь выглядит совсем иначе!
Второй Вилли – Отельный Вилли, как Хелла называет его у себя в голове, – больше не точная копия. Он всё же похож, вот только глаза у него сделались красного цвета, а рот кажется порванным. Кровь капает между зубов, и длинный язык – он напоминает Хелле лягушачий – скользит туда-сюда изо рта. Не считая этого, Отельный Вилли стоит совершенно неподвижно, хоть и не сводит глаз со своего близнеца. Он выглядит так, будто готов сожрать его в любую минуту, как будто Вилли для него добыча, ни больше ни меньше.
Мэгги хватает брата за руку.
– Второй Вилли страшный, Энди.
– Я нахожу их обоих страшными, – рассудительно замечает Серж. – И того, что с красными глазами и длинным языком, и того, что без.
Отельный Вилли приходит в движение и делает шаг к Кислому Вилли. У Хеллы занимается дыхание, потому что настоящий Вилли ничего не замечает. Он продолжает колотить по двери, повернувшись спиной к Отельному Вилли.
– Обернись! – кричит Хелла, но, разумеется, он её не слышит. – Он идёт за тобой!
Мэгги кричит и забивается за спину брата.
– Я не могу на это смотреть!
Отельный Вилли открывает рот.
И показываются его кровавые острые зубы.
Вилли, похоже, услышал или что-то почувствовал, потому что он рывком поворачивается и оказывается спиной к остальным. Отельный Вилли не набрасывается на него и даже не подходит ближе, но что-то говорит. Судя по всему, нечто ужасное, потому что через некоторое время Вилли зажимает руками уши и бешено трясёт головой.
«Если бы я только умела читать по губам», – думает Хелла, и в этот миг как будто кто-то выкручивает регулятор громкости. Голос Отельного Вилли доносится из-за двери вполне отчётливо, он в точности такой, как у его двойника.
– Ты же знаешь, что мы неудачники. Поэтому-то мы и задираем других, что не уверены в себе. Мы боимся, что нас обидят, и поэтому лезем на рожон и цепляем других детей. Мы грубы с каждым, кто хоть немного не такой, потому что мы завидуем. Завидуем их смелости, тому, что они могут быть собой, а мы не можем. – Отельный Вилли выплёвывает предложения одно за другим и не думает останавливаться. – Мы неудачники, тупицы, мы пустое место. Маменькины сыночки, которого мамуля постоянно балует, и всё равно мы ей грубим. Мы завидуем даже нашему папочке, вот же глупо.
– Нет! Прекрати! – кричит Вилли. – П-погоди, это неправда.
– Это правда. Мы ужасны, и всё потому, что чувствуем себя незначительными и завидуем всему и вся.
Хелла смотрит на всё это с открытым ртом.
– Ого, – наконец изрекает она. – Это совсем не круто.
Энди кивает.
– Он получил весьма недурную трёпку от своего стрёмного я.
Отельный Вилли какое-то время продолжает сыпать оскорблениями, а затем делает шаг вперёд, раскинув руки. Смотрится это так, словно он хочет придушить Кислого Вилли. Всё ближе и ближе подходит он. Вилли делает шаг назад и налетает на дверь. Деваться ему некуда.
Хелла чувствует бессилие и злость на себя. Она ничего не может сделать, даже дверная ручка исчезла.
Отельный Вилли теперь совсем близко к Кислому Вилли, они стоят почти нос к носу.
Хелла зажмуривается. Она не может больше этого видеть.
Она слышит, как Энди втягивает воздух сквозь зубы.
И тут Хеллу и остальных отбрасывает назад, и они приземляются на пятую точку.
Дверь снова белая и матовая, символ на ней сияет даже ярче, чем раньше.
Вилли, по всей видимости, был вышвырнут в дверь Отельным Вилли. Он весь сжался и лежит, хныча, на полу в проходе.
– Я хочу домой. Я хочу к моей мамуле.
Вот он лежит, сломленный, а ведь каким был сухарём.
Хелла всё равно жалеет его и кладёт руку ему на плечо.
– Всё хорошо, Вилли. Твоего дубля тут больше нет. Ты уже не в комнате. Всё закончилось.
Он поднимает на неё взгляд, грубо вытирает слёзы с глаз и сопли из-под носа, а затем до него доходит, что остальные видят его в таком состоянии.
– Отвалите от меня!
– Эй, давай, что ли, поприветливей, – прикрикивает Энди. – У меня руки зудят забросить тебя обратно в тот номер.
Вилли подскакивает и угрожающе становится перед Энди.
– Это твоих рук дело?!
– Спустись на землю, идиот, ты сам зашёл в эту комнату. Ты же тут босс, помнишь?
Вилли с силой толкает Энди в грудь.
– За всем этим стоишь ты? Ты и твои друзья-неудачники? Хочешь, решим это на кулаках?
Энди выставляет руки в отталкивающем жесте.
– Слушай, сначала успокойся. Я не собираюсь с тобой драться. Ты явно расстроен тем, что видел и пережил.
– И ты явно ничему не научился, – негромко прибавляет Хелла. – Всё такой же придурок.
Мэгги ужом влезает между двумя мальчиками.
– Оставь моего брата в покое! Если ты не прекратишь, мы оставим тебя одного, – рычит она, словно маленькая львица.
– О’кей, это нас ничуть не приближает к цели, – говорит Хелла. – В этом отеле явно есть что-то сверхъестественное, привидения, или проклятие, или ещё что. Должно быть какое-то решение, а значит, нам нужно разузнать побольше. Нам надо проверить другую дверь и продолжать поиски.
Вилли выдаёт полуугрожающе-полуслезливо:
– Я никуда больше не зайду. Давайте, детишки, сами.
– Трус, – припечатывает его Серж.
Вилли делает шаг к Сержу, но его хватает за загривок Энди.
– Прекратите немедленно. Все вы. Мы должны помогать друг другу, а не нападать, иначе этот отель победит.
«Да, – думает Хелла, – этот отель живой, и он зол на нас. Но почему и зачем эта игра, даже правил которой мы не знаем?» У неё пока нет никаких идей, но она это выяснит.
Вилли резко вырывается из захвата Энди и с недовольным видом прислоняется к стене.
Хелла задумывается… Она подходит к другой двери с таким же символом.
– Энди?
Он идёт за ней.
– Ты можешь придержать меня за свитер? Не давай мне войти в эту комнату, как бы я ни просила.
– Ты уверена?
– Да, вполне. Может, вам стоит закрыть глаза, чтобы я одна могла видеть комнату и что там внутри.
Серж подходит и становится с ней рядом.
– Не надо, сестра, ты же видела, что там сделалось с Вилли.
– Отойди подальше, Серж. Я хочу кое-что попробовать, мне нужно это сделать, просто чтобы быть уверенной. И не смотри!
Серж неохотно делает так, как она просит, и встаёт чуть поодаль от двери.
Энди захватывает большую складку свитера у неё на спине.
– Храбрости тебе не занимать, Хелла. Я держу тебя. Давай, вперёд, глаза у меня закрыты!
– Спасибо тебе. Все готовы?
Так до конца и неуверенная, что поступает правильно, она берётся за ручку двери и держится за неё какое-то время. Хелла несколько раз глубоко вдыхает и выдыхает, пытаясь успокоить быстрое биение сердца, как когда-то видела на видео с YouTube. Она искала способ успокоиться перед самым началом матча по поло, и обычно это помогало.
Вдохнуть, выдохнуть, вдохнуть, выдохнуть.
На этот раз не помогает.
Но она всё равно толкает дверь, открывая её.
Бесплатный фрагмент закончился.