– Добрый день, – сказал я, входя за Бимом и Бомом. Ощущение, что меня сильно подставили, возникло, стоило двери закрыться за моей спиной. Я совершенно запамятовал, что на острове всего два клана, активно практикующих Юань-ци. Ксу и… Хэй. И сейчас за не слишком большим круглым столом большая часть учеников оказалась именно из рода рыбаков. – Рад приветствовать всех, и спасибо за приглашение.
– Тебя сюда никто не звал! – злобно сказала Хэй Лин, вскочившая со своего места – рядом с центральным. – Какого черта вы его привели?
– Мы это уже обсуждали, – примирительно поднял руку коренастый юноша, в котором легко угадывались человеческие и дварфийские корни. – Новый член Гуй должен войти в состав Совета и стать его почетным членом. Решение принято.
– Но не единогласно! – ударила своим кулачком по столу Лин. – Я на такое не соглашалась, как и большинство моих братьев. А то, что вы провели это решение до отставки прошлого председателя и главы ученического Совета, не дает вам права на избрание. У нас половина членов Совета тогда находилась в изоляции, лазарете или на турнире. Решение было неправомочным, и я требую повторного голосования новым составом.
– Госпожа Хэй Лин. Как почетный член студенческого Совета факультета Юань-ци вы имеете право возмущаться и даже выразить ноту протеста. Но не принимать решение. Вы НЕ председатель и НЕ глава Совета, – покачал головой полудварф. – Вы можете покинуть зал вместе со своими сторонниками, однако я как временно исполняющий обязанности председателя буду вынужден провести собрание без вас. Со всеми вытекающими последствиями.
– Ну уж нет, – мрачно сказала Лин. – Чего доброго, вы этого придурка еще председателем сделаете. А от такого уже не оправиться. Я не позволю вам допустить такую ошибку.
– Я рад, что в вас проснулся голос разума, ведь именно ему мы здесь должны следовать, – сказал юноша. – Господин Валор, прошу извинить нас за это маленькое представление. Совет находится в тяжелом состоянии после перипетий последних двух лет. К тому же так получилось, что наш предыдущий председатель, досточтимый мастер Пяти Техник Души Ксу Допван закончил академию не один, а вместе со своей четвертиной. Большая часть мест в Совете освободилась, и нам предстоит доукомплектовать его.
– Возражаю! В Совете было четырнадцать участников, сейчас ровно столько же! – вновь сказала Хэй Лин. – Никого набирать не нужно. Достаточно проголосовать за текущий состав и выбрать председателя простым большинством.
– Вы дадите мне договорить или нет, госпожа почетный член Совета? – чуть повысил голос врио. Судя по поясам – серебряный воин. – Я прекрасно понимаю ваши мотивы. Но! Вы уже получили свое исключительное место, которое невозможно обжаловать или отобрать до вашего выпуска. Более чем серьезное преимущество по отношению к другим членам. А посему прошу вас сесть. Итак, на чем я остановился?
– Вы хотели представиться, – напомнил я. – Мы еще не знакомы.
– Вот как? – нахмурился полудварф. – Мне казалось, мы не раз встречались. Что ж, хорошо, давайте начнем сначала. Мое имя Ксу Канг. Я прямой потомок Гуй Юшенга и Ксу Дано. Главной ветви клана Ксу. Подмастерье Пяти Техник Души, как ты и сам можешь видеть – серебряный воин, а также староста старших классов. Почетный и последовательный член Совета на протяжении последних семи лет. Дослужился с наблюдателя до ревизора.
– Ого, впечатляет. А я…
– Можешь не рассказывать, за твоими успехами Совет внимательно следил еще при прошлом председателе, – улыбнулся Канг. – Возмутитель спокойствия, умудрившийся сломать блокаду и прямо повлиявший на пробуждение старших учеников и преподавателей. Пусть напрямую этим занимался уже Гуй Юшенг, но мы знаем о твоем вкладе.
– А еще он паразит, лжец, вор и пройдоха, – резко сказала Лин.
– Напоминать о собственном позоре – плохое решение, – покачал головой врио председателя. – Тем более что в этом только половина его вины. Вторая же лежит на охране клана Хэй, и, уверен, они свое наказание уже сполна получили.
– Он тоже рано или поздно сполна расплатится за свои преступления, – сквозь зубы проговорила девушка. – Вся правда всплывает. Вода расскажет свои тайны.
– Порция мудрости от Хэй. Я понял. Так что насчет Совета? Сколько членов сейчас утверждено?
– Хороший вопрос, – вновь улыбнулся Канг. – Правильный. В данный момент нас всего трое. Я, вы и госпожа Хэй Лин. Все мы являемся почетными членами, и наше исключение невозможно. Председатель может быть выбран голосованием Совета, а в Совет может войти не более двух представителей каждого года обучения.
– А потому нет смысла тратить время и заново обходить классы. Все представители уже здесь, нравится вам это или нет, – упрямо сказала Лин. – Именно им доверяют ученики, именно они готовы выступать в качестве старост и гарантов для своих товарищей. Большая часть студентов, практикующих Юань-ци – из клана Хэй, хотите вы того или нет.
– Больше не значит достойнее, – покачал головой врио председателя. – Если бы Валор не пришел, я сам занялся бы выборным процессом. Но теперь у нас есть три участника Совета, и мы готовы начать справедливый и беспристрастный отбор кандидатов.
– Это абсурд! Как он может быть беспристрастным, если среди нас есть ярый ненавистник моего клана, который будет специально засуживать кандидатов? – строго спросила Лин. – Нет, это не выборы, а фарс! Понятно, что большинство мест достанутся клану Ксу! Отец и городской Совет узнают о такой несправедливости, можете мне поверить. И тогда дварфы лишатся любых привилегий, которыми пользовались до сих пор.
С этими словами Лин вскочила с места и увела за собой большую часть потенциальных участников. Мы остались впятером, включая братьев-близнецов и еще одного подростка, у которого на рубахе красовался знак молота и наковальни. Мне на душе как-то сразу стало легче, а вот Канг сгорбился и даже осунулся.
– В чем дело? – спросил я у врио председателя. – Что-то не так? Вы же сами говорили, если они уйдут, мы сможем проголосовать без их участия.
– Нет, не выйдет, – вздохнул полудварф, массируя виски. – Я уже объявил о новом наборе и изложил вслух схему. Она ее услышала и отреагировала. Мы не можем себе позволить лишить клан поддержки, так что у меня связаны руки. Но не у тебя. Если меня не смогут обвинить в предвзятости, а ты сумеешь добиться того, чтобы нужные кандидаты получили достаточное количество голосов от своих классов, то мы сможем сформировать сбалансированный Совет.
– И в чем проблема? Что нужно сделать? – не понял я.
– Проблема в том, что ты должен отобрать кандидатов из каждого потока и провести их в Совет. Убедить других учеников, что именно они являются самыми достойными и активными. Теми, на кого можно положиться, – объяснил Канг. – А это не просто слова, но и дела. У тебя уже сложилась репутация. Весьма воодушевляющая, так что, уверен, многие старосты пойдут тебе навстречу.
– Но не все, – помрачнел я, представляя, со сколькими придется встретиться и договориться. В академии было два основных клана: Пинг и Хэй. Остальные куда малочисленнее – в силу естественных или экономических причин. А учитывая, что из Пинг почти никто не практиковал Юань-ци, у меня на горизонте маячили очень большие проблемы. – Сколько старост Хэй среди учеников факультета?
– Пять из семи, – не стал смягчать ситуацию Ксу Канг. – При этом я и мой помощник являемся старостами выпускных курсов и можем привести еще по одному человеку с полной поддержкой своих групп. Будет четыре из четырнадцати. Пять, включая тебя. Если братья получат поддержку у твоего курса как твои сторонники, будет уже семь – ровно половина Совета. Но тогда меня могут обвинить в предвзятости и распустить Совет еще раз.
– Значит, мне нужно найти как минимум четырех достойных кандидатов среди всех курсов и привести их на Совет. Понятно. Осталось придумать, как это сделать. Есть идеи?
– Я не вижу других вариантов, – покачал головой Канг. – Тебе придется переговорить со всеми старостами групп и договориться о представителях. Это тяжелая работа, но, будучи старостой класса гениев, ты должен быть к ней готов.
– Это не совсем так, – пришлось признаться мне. – У меня есть два заместителя, которые занимаются всей рутинной работой.
– Делегирование обязанностей – это, безусловно, важный и полезный навык, особенно при управлении. У многих военачальников даже есть стратеги, принимающие за них решения о тактике боя, – заметил врио председателя. – И все же в данном случае лучше бы тебе предпринять самостоятельные действия.
– Как мне лучше поступить? О чем говорить, и что обещать? Я просто не до конца понимаю, насколько полезен Совет лично для участника. Какие решения он принимает, какие положительные и отрицательные стороны имеет. Понятно, что ко множеству ученических обязанностей добавится еще и присутствие на заседаниях…
– Что ж. Ты прав. Прежде чем говорить с другими, лучше во всем разобраться самому. Такой подход я одобряю. Кроме очевидного повышения социального статуса – что тебе лично уже не нужно, потому что тебя и так все знают, – в обязанности Совета входит прямое перераспределение благ для студентов факультета Юань-ци.
Скорее всего, ты получал на первых курсах эликсиры за хорошую учебу, так вот, именно наш Совет решает, какие группы и в каком количестве должны получать их в первую очередь. Кроме того, мы занимаемся такими важными вопросами, как организация мероприятий, установка расписания дополнительных занятий, кружков и клубов по интересам.
– Чего? Каких еще кружков и клубов? – проговорил я, смотря то на врио старосты, то на своих подопечных близнецов. – Я о них первый раз слышу.
– Ничего удивительного, учитывая, как именно ты занимаешься. Ты пришел в середине года с дополнительным набором, так что твоя программа оказалась сверхзагруженной. Кроме того, знаешь ты или нет, но ты участвуешь в деятельности санитарного, кулинарного и кузнечного клубов. А твой приятель Куват даже стал руководителем клуба среди адептов и поваром.
– Бред какой…
– Почему же бред? Это очень важно. Далеко не все выпускники академии проводят всю свою жизнь на стене. Хотя таких и много. Есть увлекающиеся живописью, музыкой, танцем, торговлей и многими другими вещами, необходимыми для повседневной жизни после окончания обучения. Хотя, помня аукцион, уверен: твоя деловая жилка обеспечит тебе существование.
– Это все очень странно. Но допустим. Какое отношение к дополнительным профильным занятиям имеет студенческий Совет?
– Согласно количеству одаренных учеников Юань-ци, мы собираем группы по их уровню энергии, независимо от курса, и проводим дополнительные занятия по техникам. Если бы ты был студентом нашего факультета официально – мог и обязан был бы участвовать в данных мероприятиях. Насколько я слышал, твой мастер – госпожа Кингжао? Она тоже дает дополнительные уроки; правда, только для девочек.
– Значит, они смогут влиять на распределение эликсиров, собственные занятия, дополнительные тренировки и кружки, – перечислил я, загибая пальцы. – В принципе, спектр достаточно большой. Я думаю, каждый сможет найти себе что-то по душе. Хорошо, я переговорю со старостами.
– Договорились, – кивнул Канг, и мы по-дружески распрощались. Вот только уже спустя несколько часов весь мой азарт и предвкушение победы сошли на нет. Хэй были повсюду, а старосты из Ксу находились в подчиненном положении. По всему выходило, что Лин получит в Совете большинство и станет председательницей. И я даже не представлял, как ей помешать. Но знал, кто может быть в курсе.
Черт. Хочу я или нет, но с Хироши придется мириться.
– Я хочу поговорить с Джен Хироши, – упрямо говорил я, стоя перед небольшим закутком, в котором несла дежурство отдельная стража из третьекурсников. Два бугая-эльфа года под двадцать два, очевидно, не способные ни на что, кроме как на охрану коридора, стояли безучастно и неподвижно, как скалы. Ну ничего. Годам к двумстам даже такие дубы у них набираются мудрости и хитрости. Да вот только мне-то нужен один хитрый парнишка, которому на вид так и осталось двенадцать лет. Ну, может, тринадцать. При том, что свой второй серебряный пояс он уже получил.
– Вход только для членов клана Джен, – упрямо повторил охранник, который тоже носил только два пояса. Учитывая, что никаких дополнительных нашивок у них не было, я делал вывод, что и навыками никакими особенными они не обладают. А значит, можно рискнуть, попробовав прорваться. Но начинать отношения с драки не лучший вариант.
– ХИРОШИ! – крикнул я, усиливая гортань энергией Чжен-ци. – ВЫХОДИ!
– Нечего тут орать, – возмущенно сказал стражник, зажимая уши. – Так и оглохнуть можно!
– ХИРОШИ! – не слушая охранника, снова позвал я.
– В чем дело? – донесся недовольный голос, и в поле моего зрения появился важный юноша лет девятнадцати с тремя поясами и гримасой отвращения на лице. – Кто прерывает нашу медитацию? А, вижу, можете не представляться. Я вас и так знаю. Валор, предпочитающий оставаться бесклановым. Ваши попытки бесполезны, Хироши здесь нет.
– В смысле, нет? Мне сказали, он скрылся здесь.
– Вам либо соврали, либо вы неправильно поняли, – усмехнулся эльф. – Авторитетно могу заявить, что его нет не только в нашем крыле, но и во всем здании. Джен Хироши вернулся в клановый дом. Больше ему в академии делать нечего. Его обучение оказалось достаточно эффективным и превысило все ожидания, но дальше он продолжит дома.
– И сколько времени это займет? Ему же и так больше шестидесяти…
– Стоп. Это все полное вранье, – прервал мое возмущение юноша. – Он с детства любил обманывать других, так что неудивительно, что и вас он провел.
– Нет, не верю. Такими вещами не шутят. Я хочу с ним переговорить!
– Боюсь, это невозможно. Как я уже сказал, его здесь просто нет, так что прошу прощения, но не могли бы вы уже уйти и не мешать нашим ученикам заниматься? – раздраженно сказал эльф, прогоняя меня прочь. – Сколько бы вы ни кричали – он не ответит на ваш зов, просто потому, что его здесь нет.
– Если его здесь нет, то почему бы вам не показать мне помещения? – спросил я. – Могу поспорить, у вас нет ничего незаконного, так что и проблем вызвать обычный осмотр не может.
– Это собственность клана Джен, и, естественно, мы не пускаем чужаков на нашу территорию. Разве что вы хотите присоединиться к нашему клану. Нет? Я так и думал. А теперь уйдите, иначе вас выведут силой, и, чтобы вы не сомневались – здесь десяток золотых адептов. Каким бы вы сильным ни были – мы вас сломаем.
– Если вы делаете Хироши плохо… – с угрозой произнес я.
– Мы? А не вы ли вовлекали его раз за разом в авантюры? Не ваша ли ответственность в том, что он перешел с регламентированной диеты на мясные продукты и потерял в контроле? – ехидно спросил эльф. – Ваше присутствие влечет только негативные последствия.
– Он мой друг, и, если он попал в беду, я клянусь, что помогу ему!
– Вы его беда! Из-за вас он оказался на грани, – чуть не сорвавшись на крик, заявил староста адептов Джен, но почти мгновенно вернул себе самообладание. – Прошу прощения за повышенные тона. Хироши в полном порядке. Теперь. Если вы и вправду считаете его своим другом – оставьте и больше не беспокойте. Иначе сделаете только хуже.
– Объясните, в чем дело! Чем я могу ему помочь?!
– Просто не приближайтесь. Это все, что вы можете сделать, – строго сказал эльф. – А теперь найдите себе нового друга и напарника. С вашей харизмой и известностью с этим не будет никаких проблем. Мы не против, даже если это станет кто-то из Джен. Но Хироши оставьте в покое.
– Я не уйду, пока не пойму, в чем дело! Или хотите, чтобы я всем рассказал о поздних детях?
– Так вот как ты ему добра желаешь? – зло оскалился староста, подходя максимально близко. – Ты довел его до приступа. Ты заставил его переступить через порог. Из-за тебя старейшинам пришлось запечатывать моего племянника в его собственном теле, и теперь он проснется только через несколько десятков лет. Что-то твоя дружба требует слишком большой платы.
– Но… я думал, что мы делаем ему только лучше. Он стал сильнее, выше…
– Благими намерениями вымощена дорога в ад, – оборвал мои рассуждения эльф. – За пару лет веселья теперь ему придется расплачиваться десятилетиями комы, пока остальные нормально растут, общаются и учатся. Именно то, о чем он так долго мечтал. И его лишил всего этого именно ты, мальчишка, летящий по ступеням, едва их касаясь. Семь рангов за два с половиной года! Наслаждайся результатом.
– Должен быть другой способ, – мрачно заявил я. – Тело можно совершенствовать сознательно. Есть те, кто владеет могучими техниками Чжен-ци, и им при этом не нужно впадать в спячку. Ему еще слишком рано формировать ядро!
– А ты упрямый, да? Не лезь своим длинным носом в дела клана Джен! Мы сами прекрасно знаем, что лучше для будущих героев. Он получит от жизни все, пусть ему и придется проспать несколько десятков лет. То, что для короткоживущих трагедия, для нас – обычные будни. Тебе, тифлингу, однажды это должно стать понятно. Ведь вы бессмертны, если вас, конечно, раньше не убьют. Последний раз прошу, убирайся из нашего крыла. Стража!
– Я все выясню. ХИРОШИ, ТЫ СЛЫШИШЬ? Я НАЙДУ ВЫХОД И ВЕРНУСЬ ЗА ТОБОЙ! – что есть мочи крикнул я, отступая перед направленными в грудь копьями. – Обязательно вернусь.
– Хорошо-хорошо. Только орать прекрати, – поморщился староста эльфов, возвращаясь в собственную комнату.
Что же делать? Черт, я даже не уверен, здесь ли мой друг. Что, если его и в самом деле увезли в клановый дом? И у кого я могу спросить совета? На ум пришел только один человек. Вернее, высший эльф и герой. Госпожа Гуй Хотару, мой мастер на Пути Жизни. А еще потенциальная убийца, о которой я не стал говорить Гуй Шену.
После турнира я старался минимизировать наше общение. Даже стал аккуратнее вести себя на занятиях и тренировках, чтобы лишний раз не приходить в лазарет. Тем более, пока изученная техника летнего вихря продолжала прогрессировать и без участия мастера. Если честно, я просто боялся выдать собственную догадку преподавателю. Что, если эльфийка посчитает меня угрозой?
Я же даже ничего ей не смогу противопоставить. Но сейчас на кону стояла не только моя жизнь, но и жизнь моего друга, и больше я медлить не мог. Вечно убегать нельзя, и я направился прямиком в лазарет. Чем скорее все прояснится – тем лучше. В конце концов, мы всегда нормально общались, и, пока я не узнал эти глаза, она была чуть ли не самым доверенным моим человеком среди взрослых.
– Что-то случилось, Вал? – озабоченно спросила Хотару. – Ты ранен? Сломаны кости?
– Нет… вернее, да, случилось, но не со мной. Я в полном порядке. Спасибо, госпожа.
– Должно быть, произошло что-то очень важное, раз ты пришел ко мне, – улыбнулась эльфийка. – В последнее время ты меня избегаешь.
– Да? Наверное, простите, – сказал я, потупившись. – Что вы знаете о поздних детях?
– Прости, Вал, но это тайна клана Джен, и я не вправе ее раскрывать, – покачала головой доктор. – Это одно из условий моего перехода в Гуй. И я прошу тебя его уважать.
– Хорошо. Тогда я буду говорить, а вы кивайте или мотайте головой. Получится, что вы мне ничего не рассказывали. Хорошо?
– Боюсь, это не так работает, – грустно улыбнулась женщина. – Я никаким образом не могу рассказывать, показывать или писать о тайне, о которой могут знать только посвященные высшие эльфы. Исключений из этого правила нет.
– Черт. Тогда просто слушайте. Не отвечайте, – упрямо сказал я, сосредоточенно глядя ей в глаза. – Поздние дети. Это те, чей разум развивается быстрее тела. Их силы могут расти паранормально быстро, а у некоторых и вовсе проявляются с раннего детства. При этом многие из них не используют в техниках собственную энергию Чжен-ци, выкачивая ее из других: из растений и животных. Управляют законами природы, но сами их переносят крайне тяжело. Иногда их адаптация к собственным новым силам выходит из-под контроля. При формировании ядра, которое начинается слишком рано, их тело меняется, ломается, покрывается той силой, которой они наиболее подвержены – природной. Кора, побеги, лианы из волос…
Чем дольше я перечислял известные мне признаки джиннов – магов, обладающих первостихиями, которых старались убивать в младенчестве, чтобы они не натворили дел: что в империи, что в других странах, – тем больше хмурилась Хотару. После некоторых предположений ее брови чуть поднимались, почти незаметно. Но даже то, что мог бы не уловить мой собственный взгляд, цеплял и записывал интерфейс. По всему получалось, что о многих вещах доктор вообще не знала, или их сумели побороть.
– Откуда ты все это знаешь? – спросила эльфийка после того, как я замолчал, выдохшись. – Опять из старинных манускриптов? Это многое бы объяснило.
– Например? – не сдержавшись, спросил я.
– Учитывая все, рассказанное тобой, даже не знаю, есть ли что-то, что следует от тебя еще скрывать. Поздние дети и в самом деле именно такие. Почти. В их раннем младенчестве, когда обнаруживают их великую силу, старейшины запечатывают ее в разуме младенца до тех пор, пока он не подрастет и не сумеет сам ее контролировать. Но благодаря этому мы уже многие тысячи лет не производим на свет уродов. Создание ядра становится куда более опасным делом, но в конце концов именно оно определяет, каким будет новый герой клана Джен.
– Значит, Хироши заперли, чтобы создать его ядро? – пробормотал я. – Поэтому он сказал, что не хочет иметь с нами ничего общего? Потому что знает, что большинство из нас вырастет, пока он борется с собственной природой? Это жестоко. Но если такова плата за то, чтобы оставаться нормальным – возможно, ее стоит заплатить. Я бы точно не хотел, чтобы он портил собственную жизнь только из-за меня.
– Давай так, – предложила Хотару. – Я пообщаюсь со старейшинами и выясню, что с твоим другом, а ты перестанешь кукситься и начнешь уже нормально заниматься. У тебя ведь пока только одна техника Чжен-ци. А к моменту, когда ты станешь золотым адептом, их у тебя должно появиться по крайней мере три, и каждая при этом восьмого ранга. Чтобы при переходе на девятый ты начал формировать ядро.
– Хорошо. Спасибо, госпожа, – кивнул я. Похоже, все же придется разбираться самому. Хотя одна идея у меня в голове попискивала, и оставалось лишь поймать ее за хвост.