Рита выдохнула с облегчением. Спортивными достижениями она не блистала, и занятия по спортподготовке выбили бы её из колеи окончательно. Хуже могли быть только заигрывания и комплименты со стороны Феликса. Рите они казались издевательскими. Покинула лекторий Рита одна из первых, практически сразу после Исихару – тот просто не имел возможности проводить целых два часа впустую.
Эсти жила в одной квартире вместе с Лией. Приготовить ужин, сходить в кафе или за покупками в супермаркет, прибраться и навести дома уют – всё это им было легко и приятно согласовывать. Лия Кларк приехала из Канады, в МПК она трудилась в биохимической лаборатории, но всей душой хотела развиваться в качестве вирусолога.
– Феликс – противный микроб, – выпалила Эсти. Пререкаться с этим мерзким бабником теперь стало её хобби.
– Отлично, так и будем его называть! – захохотала Лия.
– Как же хорошо, что эти придурки садятся подальше от нас.
– А ты просто делай такой же высокий хвост, как и я. Тогда сзади нас точно никто не сядет. Даже в лектории.
На Лию в главном корпусе многие засматривались. Высокая пышнотелая красавица с тёмной кожей и непослушными кудрями притягивала взгляды. Эсти же она нравилась за лёгкость на подъём, добродушный характер и нескончаемый оптимизм.
– Ты говорила, что бывала в России.
– Ага, ездила на новогодние праздники в Москву с родителями, когда училась в старшей школе, – ответила Лия. – Друзья по переписке говорили, что снег может даже в мае выпасть.
– Кошмар. Мне в сентябре впервые в жизни захотелось надеть зимнее пальто. Вчера был дождь, а за ночь всё замёрзло. Пока я до остановки дошла, три раза упала.
– Помню. Идеальный каток зато, ха-ха. Я же зимой в Россию ездила. Не знаю, как будет здесь, но вот в Москве мы оставались на неделю. Я с ума сошла от перепадов температур. Может быть, это нам так повезло. Когда мы с родителями приехали, стоял лютый мороз, на следующий день началась резкая оттепель, через пару дней вся эта вода замерзла. К вечеру начался снегопад. Идёшь ты по неутоптанному снегу, а под ним лёд.
– Какой ужас!
Феликс, Макс и Имон покидали лекторий последними, но уже на лестничном пролёте догнали девушек.
– Вау, сегодня все решили спортподготовкой заняться? Никаких лифтов?
– Я худею, – весело сказала Лия, оборачиваясь на Феликса.
– Тебе не надо худеть, ты и так богиня, – подмигнул он девушке.
Эсти закатила глаза. Феликс бесил её своими тупыми шутками и неуместными приставаниями, но девушка не могла не отметить его привлекательной внешности: слегка волнистые до плеч золотисто-русые волосы, выраженный подбородок, широкие плечи и крепкое тело, а руки – боже – какие руки! Мысленно залепив себе пощёчину, Эсти сказала:
– Можно нас в покое оставить?
– Понял, – лицо Феликса расплылось в широкой улыбке.
Феликс Обермайер, в двадцать четыре года закончивший Технический университет Дрездена, уехал в далёкую Россию, чтобы продолжить разбивать сердца. Он беззастенчиво смотрел Эсти прямо в глаза, но девушка выдержала этот настойчивый красноречивый взгляд. Так просто, как Риту, смутить Эсти не получилось.
Риту Самойлову девушки приметили на первом этаже. Она сидела в фойе подальше от ресепшена, уткнувшись в конспекты. Заметив, что Лия и Эсти приближаются к ней, Рита занервничала.
– Привет ещё раз, – сказала Лия, присаживаясь рядом на диван. Эсти продолжила стоять. – Ты же наша соседка, мы с тобой в одном доме живём.
– А, ну да.
– Не бойся, мы не будем шутить дурацкие шутки как Феликс. Не обижайся на него. У него привычка бегать за каждой юбкой. Мы с Эсти вполне дружелюбные и адекватные.
– А дружить с парнями разве можно? Сомневаюсь в этом, – цокнула языком Эсти. – По крайней мере со мной они дружить не хотят.
– Потому что хотят с тобой переспать? – понимающе посмотрела на неё Лия, широко улыбаясь.
– Не без этого. Мужчины такие примитивные существа, – поморщилась Эсти.
– Даже наши мальчики?
– Не могу сказать за всех, но Феликс и Макс точно. Марго… Можно мы будем называть тебя Марго?
Рита молча кивнула.
– Звучит красиво! – подхватила Лия. – Приходи к нам в гости, поболтаем! Или мы к тебе можем прийти.
– Это было бы здорово, – робко улыбнулась Рита.
– Значит, договорились. Подумай сегодня, в какой день тебе было бы удобнее, а мы с Лией подстроимся под твой график. Всё-таки работа и учёба здесь отнимает много сил, – Эсти не имела привычки жаловаться, но тут не удержалась.
– А давайте перед тем как разойтись по своим лабораториям добавимся везде где только можно, – предложила Лия, доставая телефон. – Я даже в российских соцсетях зарегистрировалась.
Эсти и Рита последовали её примеру. Рита была неимоверно рада, что девушки решили с ней заговорить, сама бы она в силу своей замкнутости никогда бы так не сделала.
***
Пока ребята с восьми и до десяти утра отдыхали и вели беседы в лектории вместо занятий по спортивной подготовке, Исихару время попусту не терял. Изучив самый короткий путь от лектория до медблока, он помчался в ординаторскую доделывать отчёты, чтобы не брать работу на дом.
Петров оценил старания Исихару и отправил его трудиться в отделение гематологии и трансфузиологии. Молодой врач обожал проводить время за рутинным, по мнению многих, делом: проводил обширные исследования, определяя состав крови, анализировал биохимические параметры, свёртываемость и другие показатели. Под присмотром более опытных коллег разрабатывал индивидуальные планы лечения. Медсёстры отделения называли Исихару Хранителем крови и радовались, когда у них совпадали смены с этим спокойным, немного замкнутым и всегда вежливым врачом.
Работа в МПК не для слабаков.
Она требовала выносливости и самодисциплины, чего у Исихару имелось в избытке. Вечером после непростого рабочего дня он, отложив учебники и конспекты, отдыхал в непривычном для себя формате – лежал на диване и бездумно просматривал ленты новостей в своих заброшенных соцсетях. Его группа нашла нового басиста. Они справляются и без него, незаменимых нет. Исихару было немного странно и грустно смотреть на объявления релизов и шоу, он понимал, что хотел там быть – вместе с ребятами из группы записывать новый материал, пропадать на репетициях и выступать на сцене, общаться с фанатами, с пониманием и терпением относясь к преследованию в соцсетях и реальной жизни. С издержками публичности ничего не поделать. Однако без медицины Исихару не мыслил своей жизни. «Его учебниками можно убивать. Нас заставляет русский учить. А ещё мы знаем, как лечить анемию», – улыбнулся Исихару, вспоминая слова гитариста.
Стук в дверь прервал его мысли. Стучали настойчиво, но Макс и Феликс решили притвориться глухими или сделали вид, что заняты очень важными делами на кухне. Исихару пришлось отложить телефон и пойти узнать, кто так настойчиво ломился к ним в квартиру.
Только Исихару открыл дверь, как тут же получил оглушающую пощёчину такой силы, что с него чуть очки не слетели.
– О господи! Простите! Я ошиблась дверью, видимо.
– Вы ищете Феликса, – без дальнейших объяснений понял Исихару, потирая раскрасневшуюся щёку. – Он мой сосед.
– Значит, я не ошиблась, – мстительно заблестели глаза у девушки. Стройная высокая красотка – как раз во вкусе Обермайера. – Феликс дома?
– Нет.
– Тогда передайте ему, что он козёл!
– Непременно. Всего хорошего, – без улыбки произнёс Исихару и захлопнул дверь.
Макс и Феликс выглянули в гостиную.
– Спасибо, что не выдал меня.
– Ага. Ты всё слышал? Не буду повторять, что она сказала.
Исихару с недовольным лицом вернулся на диван и залип в телефон.
– Где ты находишь таких ненормальных баб? – поинтересовался Максим.
– С сумасшедшими и секс сумасшедший, – довольно ухмыльнулся Феликс.
– Ха, главное, чтоб у неё не было мужа.
Невыносимый Феликс сводил с ума. И когда он только успевал о девушках думать – вот, что не укладывалось в голове Исихару.
Имон зачастил с визитами к Максу и Феликсу, но они были рады новому другу. Шутки Имона разбавляли их серые трудовые будни, хоть и были не всегда понимаемы.
– Привет, ребята! Я захватил пива. Приютите меня.
– О, это ты по адресу! – обрадовался Феликс. – Заходи.
– А что Исихару? Он к нам не присоединится?
Феликс и Макс, переглянувшись, ухмыльнулись.
– Мои соседи такие же, – вздохнул Имон. – Мемами они не хотят обмениваться. Алекс меня вообще пугает. Вечно каких-то призраков видит. Я скоро кирпичный завод открою от его историй.
– Ха-ха-ха-ха, а переезжай к нам! Исихару пусть к Алексу и Барыму перебирается. Компании по интересам.
– Не, идея так себе. Если эти трое вместе поселятся, то быстро плесенью зарастут. Мы Исихару держим в тонусе, хоть он и ворчит, – ухмыльнулся Феликс, открывая баночку.
– Кстати, если мы будем налегать на пиво, то превратимся в забулдыг, – рассмеялся Макс.
– Это что за слово такое? – встрепенулся Имон. – Нет, ну с вами реально интересно! Всякие словечки новые узнаёшь.
Имон нравился Исихару ничуть не больше своих соседей: такой же шумный и невыносимый, разве что чуть более уважающий личные границы других людей. С остальными коллегами Исихару не общался, но прекрасно понимал, почему те игнорировали Имона – вывозить такое количество оптимизма на один квадратный метр было задачей не из лёгких. Он и сам общался с соседями по квартире в редких случаях. Ходил на остановку служебного транспорта отдельно. Вечер пятницы тоже с ними не проводил, поэтому Макс и Феликс однажды сильно удивились, когда Исихару попросил их купить продуктов по списку.
– Капуста, свекла… Ты борщ собрался делать? – подозрительно посмотрел на него Максим.
– Из нас только я умею готовить, судя по всему. Вы питаетесь неправильно и кухню после вас убирать долго. Особенно после ваших посиделок с Имоном. Мне надоело. Предлагаю следующее: я готовлю, вы моете посуду и за продуктами ходите.
– Полностью согласен! – поднял вверх руку Феликс. – Я за продуктами ходить буду.
– И пожалуйста, больше никаких пережаренных яичниц по утрам, сковородки потом не отмыть. Я уже сменил три штуки, а новые в магазине не появляются.
– Замётано! Ты теперь готовишь, – согласился Макс.
– И пивные бутылки с банками, пожалуйста, кладите в пакет, а не ставьте рядом с мусорным ведром. Запинаешься об них.
– Душная тирада окончена? – уточнил Макс.
– Да.
С этих пор в жизни Исихару появилась стабильность и некое чувство контроля. Стресс он если и испытывал, то только на работе, но за пару недель немного привык к бешеному ритму, признавая, что в целом работа в МПК ему нравится, не зря он здесь оказался.
***
Уэно, передав ящики с реагентами в главную лабораторию, решил не спешить обратно в спецблок. Он, натянув респиратор до самых глаз, расположился в фойе на мягком диване подальше от главного входа и стойки администратора. Уэно наблюдал за суетящимися сотрудниками: все они были одеты в синие костюмы, улыбались друг другу почему-то. Этот факт заставил Уэно задержаться в фойе главного корпуса дольше, чем он планировал.
Сотрудники главного корпуса, те, кто нарядился в синие костюмы, вышли на улицу не более, чем на пять минут, а когда вернулись, то привели с собой каких-то непонятных людей. Гражданских. Точно не репортёров. И уж совершенно ясно, это была не экскурсионная программа. Их было девять: три девушки и пятеро парней. Уэно отметил, что все они были очень молоды, взволнованны и почему-то рады, что прибыли сюда.
С тех пор Уэно стал чаще проситься в главный корпус: то кейсы с инструментами отнесёт, то новые зарегистрированные вакцины. Очень хотелось познакомиться с молодыми учёными поближе, но Уэно стеснялся. С одним из них ему удалось столкнуться у входа в медицинское крыло. Присмотревшись, Уэно решил, что высокий парень в очках его соотечественник и рискнул обратиться на родном языке.
– Доброе утро. Полагаю, вы один из тех молодых специалистов, кто прошёл конкурс?
– Вы говорите на японском? – ахнул Исихару вместо приветствия.
– Да, не волнуйтесь. Камеры здесь звук не пишут. Меня зовут Уэно Юити.
– Токамото… О-ох, у вас, маска сползла, – побледнел Исихару, отходя назад на несколько шагов.
– Простите, – смутился Уэно, поправляя маску. – Со мной приключился несчастный случай на работе.
– Прямо здесь, в МПК?
– Да, я работаю в спецблоке, иногда наведываюсь в медицинское отделение главного корпуса. В общем, если вам нужна будет помощь, то я всегда рад помочь. Врачи в МПК на вес золота. Да вы не волнуйтесь, аварии в производственных цехах тут случаются редко.
Встреча с Уэно стала не единственным потрясением для Исихару. После окончания рабочего дня он устало плёлся в фойе первого этажа, далее на КПП к автобусам, чтобы умчаться в Сибирь-1 и хоть немного отдохнуть. В фойе сегодня было не протолкнуться. Как будто здесь собрался весь главный корпус. Люди выглядели взволнованными и напуганными.
Исихару, найдя глазами в толпе Макса и Феликса, направился в сторону дверей отделения биохимии. В небольшом предбаннике собрались все его коллеги, с которыми он проходил учёбу.
– Говорят, что сенсорная плитка дала сбой, случилось короткое замыкание. Два автобуса сгорело, люди не могут вернуться в Сибирь-1, – поделился последними новостями Макс.
– Я своими глазами видела, как всё произошло. Столько человек погибло, ужас… – побледнела Эсти. – А ведь я могла бы среди них оказаться, если бы не задержалась в отделе качества.
– Какой кошмар! – обняла подругу Лия. – То есть, домой мы сегодня не попадём?
– Попадём. Я слышал, что всех выпустят через чёрный вход, поедем объездными путями, – сказал Феликс. – Главное, чтобы… Имон!
– Привет, ребята. Меня так мощно током шибануло у главной проходной, что ух! Думал, одни уши останутся, – сказал Имон, сползая по стеночке на пол.
– Ты весь в крови! – ахнула Эсти, опускаясь рядом.
– Я не уверен, что это моя кровь, – сказал Имон. – Меня как долбануло током, так я и упал. А там на КПП кровавое море разлилось. Мою куртку хоть выжимай.
– Подожди, – Исихару, присев на корточки, оценил состояние Имона. – У тебя бровь рассечена. Вроде неглубокая рана, дай посмотрю.
У Исихару в рюкзаке всегда имелась аптечка: как привычные стерильные салфетки, пластыри для сведения ран, антисептики, так и упаковки по виду пластиковых карт с дисплеем, бегущей строкой по которой отображалась серия и номер устройства. Сначала Исихару постарался как можно быстрее остановить кровотечение, приложив к ране на пару минут стерильную повязку, промыл рану водой и обработал антисептиком, наложил три полоски пластыря и – чтобы края не разошлись – решил подстраховаться, наложив две стяжки параллельно на рану.
– Вот и всё. Рана неглубокая, должно помочь, – сказал Исихару, поднимаясь на ноги.
– Слушай, Исихару, как же нам повезло, что ты наш сосед, – прикинул Макс, глядя на внушительную аптечку.
– Что б вы знали, в МПК производят не только вакцины и средства дезинфекции, но и шовный материал нового поколения. Медработникам МПК его выдают в качестве дополнительной премии. У меня есть куча всяких антисептических устройств, которыми я пока не научился пользоваться.
– Ничего себе…
– Они идут как экспериментальный материал, и при использовании его надо регистрировать.
– Вот спасибо! Теперь я буду жить, – улыбнулся Имон.
– Да, пока мы все живы…
Молодые люди обернулись на смуглого парня с короткими кучерявыми волосами.
– О, это Алекс! Он мой сосед. Иди сюда. Почему ты вечно сторонишься нас? – помахал ему рукой Имон.
Микробиологу Алексу Паркеру было двадцать четыре года, когда он приехал в МПК из Нью-Йорка. В центр ночной жизни и столицу моды он с родителями перебрался из южного штата. С коллегами, прошедшими по конкурсу, Алекс не общался, иногда перекидывался словечком с Имоном, поскольку они были соседями.
Алекс вышел вперёд и молча переводил взгляд с одного коллеги на другого, пока не остановился на Исихару – тому показалось, что Алекс смотрит не на него, а как бы сквозь него. Теперь стало понятно, почему Имон зачастил в гости. Оставаться в одной квартире с парнем, у которого странностей было припасено на несколько жизней вперёд, оказалось очень неуютно.
– А ты знаешь… – обратился Алекс к Исихару, выдержав паузу. – За тобой следует тень. В автобусе, на ресепшене, здесь. Она давно с тобой.
– Тень? – севшим голосом спросил Исихару и обернулся, а следом за ним ребята – никакой тени они не увидели.
– Больше похожа на призрака, пожалуй. На призраке военная форма и белый халат сверху. Это мужчина. Он просит простить его. Ему очень тяжело там. Ты злишься на него. Ему от этого плохо.
– Где там? – спросил Исихару.
– Обычно это никому не интересно. Я увлекаюсь астральными проекциями. Другими словами, вижу больше остальных людей. А так я абсолютно нормальный, – улыбнулся Алекс.
– Призраков видит он, короче говоря. Ты где учился, в Хогвартсе, что ли? Народ, давайте обменяемся соцсеточками, очень надо, – неловкое молчание прервал Имон. – Такой стресс! Мне надо отвлечься от своего смертельного ранения.
– Ты чего весь зелёный на фотках? – ухмыльнулся Феликс, добавляя Имона в друзья. И почему он только не сделал этого раньше?
– А, так это было празднование дня Святого Патрика. Готовьтесь праздновать вместе со мной! Скоро Хэллоуин, кстати.
– Мне нравится. А давайте будем все праздники отмечать вместе? И Рождество, – подхватила Эсти. Имон с восхищением посмотрел на неё. – Что? Мне тоже нравится день Святого Патрика. Вообще люблю зелёный цвет.
Ирландец задал тон беседе, самые смелые в лице Эсти, Феликса и Макса его подхватили. Молодым людям казалось, что они знают друг друга очень давно. Даже Исихару немного осмелел, и Алекс перестал бубнить про свои астральные проекции.
Исихару неуклюже дёрнул длинной рукой и едва не вышиб телефон из рук Имона, но тот не растерялся и ничуть не рассердился.
– Да ничего страшного, дружище, – похлопал он Исихару по плечу.
– Эсти Арлетт Бернар, двадцать два года, – Феликс нашёл профиль Эсти и не удержался от комментария: – И когда ты успела на генетика отучиться?
– Тебе рассказать про систему образования во Франции? – прищурилась Эсти, всем видом показывая свою неприязнь к Феликсу. Вмиг позабылась авария на КПП, ранение Имона и странные бормотания Алекса. – Я закончила школу в семнадцать. Училась в Университете Пари Сите: три года по программе «биомедицинские науки» и ещё два года по программе «генетика». Считать, надеюсь, не разучился?
– Всё-всё, ладно, я в твоей компетентности не сомневаюсь, – Феликс поднял руки вверх, решив, что донимать Эсти он больше не будет.
Возвращаться в Сибирь-1 пришлось по окружной, проезжая мимо испытательного полигона и недостроенных корпусов. Стоя в переполненном автобусе, Исихару забыл, как дышать. Ему и остальным даже не пришлось держаться за поручни, хотя автобус бодро подпрыгивал по ухабистым дорогам. В голове крутилась одна мысль: лишь бы доехать без приключений, лишь бы автобус не перевернулся на крутом повороте, лишь бы не влетел в ближайшее дерево.
Следующий день был объявлен выходным, а Исихару и его соседи, вымотавшись морально от происшествия на КПП, без ужина свалились спать ровно в девять часов.
Утро внезапного выходного застало Исихару в недоумении и непродуктивном безделье. По привычке он встал в шесть часов. Где-то с полчаса пил некрепкий чай, смотря как за окном носится снежная крупа, потом залипал в соцсетях и чуть не заснул на диване от бесконечного просмотра коротких видео. Когда серая утренняя хмарь стала чуточку светлее, Исихару засел за научные статьи по гематологии. Он любил работать в тишине, за что очень сильно радовался наступлению выходных – утром ему никто не мешал. Макс и Феликс в выходные спали обычно до обеда, но Феликс часов в десять вышел из дома, вернулся только через полтора часа, минут десять шуршал в коридоре, помогая курьеру с разгрузкой заказа.
– Что там происходит?
Макс, только продрав глаза, выглянул в прихожую и уставился на объёмные коробки, которые Феликс деловито и аккуратно разбирал прямо не отходя от входной двери.
– Я надеюсь, ты не нашёл себе очередную прелестную дурочку, которая на радостях решила к нам переехать? – на всякий случай спросил Макс, ничему уже не удивляясь.
– Ну-ну, я помню, что мы обсуждали важный момент: девушек не водим домой. Ко мне приехала ударная установка!
– Ого, класс! Тащи в гостиную. Давай соберём. Хотя бы ради того, чтобы посмотреть, что за красоту ты заказал и фотки сделаем.
Исихару, услышав грохот и возню в гостиной, чисто из любопытства выглянул с кухни. Его соседи собирали ударную установку. Почему и – главное – зачем она нужна в двушке многоквартирного дома? Исихару зажмурился, вернулся на кухню, а потом снова в гостиную. Весь выходной Макс и Феликс возились с новой игрушкой, позабыв про обед. Исихару было крайне интересно, что происходило в их крошечной квартире.
– И вот как ты оставишь потом её на репетиционной базе?
– Никак. Буду собирать, разбирать и с собой носить.
– Хм… Долго и муторно.
– Слушай, Исихару, а бас-гитара, которую ты привёз с собой, твоя?
Исихару посмотрел на Феликса, как на сумасшедшего, разве что у виска не покрутил.
– Да.
– А поподробнее?
– До того как приехать сюда, я играл в рок-группе.
– Ты в рок-группе играл? – хором воскликнули Макс и Феликс, даже не пытаясь скрыть своего удивления.
– Да, – раздражённо процедил сквозь зубы Исихару.
– Подожди, не обижайся только. Нам с Максом надо переварить эту информацию. Подскажи, где мы можем твою музыку послушать. А ещё лучше сыграй что-нибудь.
Исихару послушно выполнял просьбу за просьбой. Он достал свой белый пятиструнный бас и вновь упал в ностальгию. Белоснежный новенький Джексон был его лучшим другом, его успокоительным и на данный момент самой большой любовью всей жизни.
– Да, ты явно не в дворовой группе играл, – присвистнул Феликс, послушав партии Исихару. Потом он повернулся к Максу и сказал: – Пойдём, обсудим кое-что.
Исихару был рад, что его оставили в покое. Только вернулся к статьям, как телефон начало разрывать от сообщений.
Максим Ковалёв
Скинь список, мы в супермаркет пойдём.
Исихару Токамото
Ок.
Максим Ковалёв
Тебе что-нибудь дополнительно взять, кроме списка? Может, что-то любишь из местных продуктов.
Исихару Токамото
Нет, только по списку. Спасибо.
Феликс Обермайер
А я знаю, что ты любишь, ха-ха. Мы возьмём. И это… Ничего, что сегодня ребята к нам придут? Пятница же, так что и завтра выходной.
Исихару Токамото
Ок.
Макс и Феликс отправились по магазинам ближе к вечеру, закупались основательно, так что у Исихару было предостаточно времени на работу в идеальной тишине. Исихару клонило в сон от самой большой и нудной статьи про гемобластозы. Он дремал прямо за экраном монитора.
Обширная военная зона имела форму квадрата со стороной, равной почти шести километрам. Громадное сооружение было окружено рвом и забором с колючей проволокой, по которой пропускали ток высокого напряжения. Здание именовали блоком «Ро», потому как напоминало оно знак японской азбуки, схожий по форме с квадратом. Исихару ходил вдоль пустынных застроек, видел впереди и вокруг себя чёрные тени. А может, именно этих призраков видел Алекс? Тени были повсюду. Тысячи их. Понурив головы, эти тени бесцельно брели по окружённой колючей проволокой зоне и еле слышно стонали, и плакали от того, что не могут выбраться за её пределы.
– Исихару, проснись! Исихару! – сверху послышался голос Феликса. – Ты лицом прямо на клавиатуре ноута заснул.
Исихару разлепил глаза и зажмурился от яркого освещения. Феликс и Макс раскладывали продукты в холодильнике, не забыли прикупить вкусняшки, которые так любил их сосед, а на вечер к приходу гостей затарились пиццей и роллами. Про пиво они тоже, разумеется, не забыли.
– Заработался ты совсем, хоть в выходные отдохни.
– Я… Это статья была очень сложная, – потёр глаза Исихару.
Макс и Феликс уселись за стол, подвинули соседу на выбор пиццу, салаты и роллы. Как будто нашкодили и хотели за что-то извиниться. Феликсу надо было выговориться, и он начал первым:
– Исихару, выслушай нас. Не посылай сразу, пожалуйста. Ты сегодня сыграл нам на басу, а потом мы послушали песни твоей бывшей группы. Нам неловко признавать, что ты для нас слишком хорош, но… Мы с Максом планируем выступать с концертами. Каверы запишем, из классики что-нибудь поиграем для начала. Может быть, дорастём до чего-то своего. Ты бы нас очень выручил, если бы играл с нами.
– О, ну… – со вчерашнего дня удивительные события, приятные, но чаще всего не очень, не переставали бить Исихару по лицу. – Я не против, но смутно представляю, как возможно совмещать работу в МПК и хобби. Потому что вы сами видите, что моё хобби – это доделывать работу дома и успевать учиться в ординатуре.
– Мы понимаем, но ты подумай. Не каждый же день будем собираться на репетиции.
Исихару ничего не обещал. Он хотел заниматься музыкой, но стресс выкорчёвывал эти мысли, не давая попыток расслабиться даже после тяжёлой рабочей смены: вместо телефона ему приходилось брать в руки конспекты. К тому же жизнь в гостиной для Исихару являлась адом на земле, ведь это был вечный проходной двор: то Максу надо было постоянно ходить из своей комнаты до ванны или кухни, то в гости к парням стали приходить новые друзья – Имон, а сегодня ещё и Алекс обещался прийти. Макс, Феликс и Исихару несказанно удивились, увидев его на пороге.
– Ну вот, почти все в сборе! – радостно произнёс Имон, звякнув бутылками в пакете.
– А другой загадочный азиат так и не хочет почтить нашу дружную компанию? – спросил Макс.
– Барым сказал, что он занят. Я не знаю, для меня он занят всегда, – пожал плечами Имон. – Ну и ладно! Он многое теряет.
Хан Барым отказался идти в гости, мотивировав это тем, что предпочитает практиковаться в русском со своим репетитором, а не с ребятами. Так он и написал в сообщении Максиму, когда тот лично пригласил его присоединиться к пятничной дружеской посиделке. Коллег Барым знал плохо, а с незнакомыми людьми он чувствовал себя не в своей тарелке – стало быть, ни о каком веселье речи не шло.
– Вот скоро обживёмся и будем в гости девочек приглашать, – мечтательно закатил глаза Феликс, откидываясь на спинку дивана. – Я очень надеюсь, что темнокожая богиня примет наше приглашение. Как её зовут? Лия, кажется.
– Ха, размечтался! А что, Эсти тебя больше не интересует? – спросил Макс.
– Интересует, но, увы, Эсти мне не по зубам. К тому же, не привык я бегать за девчонками, мне быстро надоедает. Но если моя самооценка упадёт, как у вас говорится, ниже плинтуса, то приглашу на свидание эту… Как её? Забыл! Ну та, которая на автобус чуть не опоздала и в лектории печеньками с нами поделилась.
– Рита, – сказал Исихару.
– Во-о-о-т, точно. Но, по правде говоря, она не в моём вкусе. А вот администратор ничего такая: и ноги, и грудь. Два раза мы с ней встретились, всё прошло шикарно. Теперь вот не знаю, как от неё отвязаться.
– Мы живём в закрытом городишке. Если ты так быстро будешь менять девушек, то они закончатся. А потом они сговорятся, да и закопают тебя где-нибудь в лесу, чтобы не прыгал больше от одной к другой, – засмеялся Макс, открывая пиво себе и протягивая по банке остальным.
– Я не пью, – отмахнулся Исихару, вжавшись в диван.
– Токамото всё ещё переживает из-за тени, которая преследует его, бу-у-у! Если верить словам Алекса, – весело добавил Макс. – Ты ведь не пошутил?
– Нет. Но бояться совершенно не стоит, – уверил всех Алекс. – Эти сущности живут в другом мире, они слабее нас.
– Подожди, я ещё пивка принесу из холодильника, ну, чтоб проникнуться этой темой, – сказал Феликс. Подорвавшись с дивана, он побежал на кухню. Спринт в течение пятнадцати секунд, и вот Феликс уже во все уши готов был слушать Алекса. – Что? Мне интересно.
Алекс был уверен, что после знакомства его посчитали психом, но Феликс, Исихару и даже Имон с Максом слушали его внимательно, не перебивая и не переходя на снисходительные переглядывания и смешки.
– Мне не всегда нравится следовать астральным проекциям. Чаще всего это происходит во сне. Раньше я путал выход в астрал с осознанными сновидениями. Но такие путешествия позволяют лучше понять иные измерения, – рассказывал как зачарованный Алекс. – Бывает, что я нарушаю технику безопасности, тогда в нашу реальность просачиваются они. Духи, полтергейсты…
– Приходи почаще рассказывать страшные истории на ночь, – предложил Феликс.
Алекс натянуто улыбнулся и продолжил, обращаясь уже к Исихару:
– Я понимаю, что вы мне не верите. Но вот та тень… Послушай, это наверняка дух твоего предка. Он был с тобой тогда в день аварии на КПП. И не только там.
Алекс замолчал и посмотрел в сторону кухни, в темноте он видел что-то, что другие увидеть не могли.
– Он и сейчас с тобой. Вот здесь. В этой квартире. Но это не зловредный дух, он хочет тебя предупредить о чём-то, – и Алекс, встав с кресла, пошёл на кухню. За ним следом двинулись все остальные. – Он говорит: «Не попади за колючую проволоку. Не попади за колючую проволоку».
Исихару почувствовал, как по его коже пробежали мурашки: эти слова он столько раз слышал во снах, что ему даже стало не по себе, когда он услышал их из уст другого человека.
Максим не выдержал и, включив свет на кухне, отправился к холодильнику за новой порцией пива и закусок.
– Мой прадед был учёным. Он служил во время Второй мировой. Вроде бы он покончил жизнь самоубийством. Не хочу об этом говорить, пожалуйста, не спрашивайте меня о нём, – хмуро пробормотал Исихару.
– Ты держишь на него обиду? – спросил Алекс.
– Нет. Но мне стыдно за него. Он работал в ужасном месте и совершенно недостоин добрых слов в свой адрес, – выпалил Исихару.
Феликс решил, что хватит уже Исихару оправдываться за галлюцинации Алекса, поэтому он сказал:
– Мне часто снятся кошмары. У моей семьи тёмное прошлое, мой прадед тоже натворил дел во время войны.
– Я бы мог помочь тебе справиться с кошмарами, – с готовностью произнёс Алекс.
– О, а это реально? – оживился Феликс. – С помощью вот этих астральных выходов или что?
– Скорее медитаций. Да, есть разные методики. Меня они очень успокаивают.
Все, кому было интересно избавиться от ночных кошмаров, а именно Феликс и Исихару, вернулись за Алексом в гостиную. Имон и Макс стояли в проёме кухни и не спеша потягивали прохладное пиво.
– Что стоите? – кивнул на диван Феликс, призывая друзей присоединиться.
– Спасибо, но я предпочитаю деградировать. Меня не особо интересуют разные потусторонние сучности, – сказал Имон.
– Может, ты имел в виду – сущности? – аккуратно переспросил Макс.
– Может. В общем, если у вас есть что-нибудь для меня, типа прикольных мемосиков, то я весь ваш, – сказал Имон.