- Ей не нужен этот проект! - повысил голос Шейн. - Ты что, не видишь кто она?
- Ну и кто я?! Сталкер? - Кровь закипала в венах. О, Боже... как же этот кретин меня бесит! - Или я просто настолько плохо играла?
Шейн вновь сузил глаза, пристально глядя мне в лицо:
- Разве имеет значение то, как ты играла?
- Да что тебе от меня надо?!
- Ребята, вы знакомы? - прозвучал голос мистера Вонга.
- Нет! - одновременно рявкнули я и Шейн.
Мне хотелось испепелить его взглядом, прожечь дыру в самом центре лба и убедиться в полном отсутствии мозгов у этого придурка!
«Никогда не спрашивайте разрешения на то, чтобы идти за своей мечтой. Следуйте за ней хоть на край света, независимо от того, что думает об этом мир. Его мнение – не важно. У вас только одна жизнь, и вы являетесь автором вашей истории. Ответственность за вашу мечту лежит на ваших плечах»[1].
(Любительский перевод, Evanescence «Where Will You Go»)
Evanescence «Call Me When Youre Sober»,
- ...задний ход дают только трусы и неудачники, смелые же и достойные люди всегда идут вперёд, несмотря на то, как сильно виляет дорожка.
Красное – красное. Не алое, не пунцовое, не рубиновое.
Снег – белый и холодный. Не волшебный, не сказочный, не пушистый.
Запахи, вкусы, ощущения… Всё в моём понимании охвачено рамками реализма. Я не мечтательная натура, не фантазёрка и вовсе не пессимистка. Я – это я. Сегодняшний день – моё всё. Завтрашний день… это завтрашний день. Не больше и не меньше.
Музыка – единственное в моём понимании, что может быть разным: одна и та же песня способна возродить в душе множество противоречивых эмоций. Сильных и горестных. Радостных и грустных. Болезненных и воодушевляющих. То, что способна делать музыка, не может делать ничто. Она во мне. Я в ней. Мы одно целое. Мы две половины. Две родственные души. Всё остальное стандартное и безвкусное. Реальное. Такое, как было, есть и будет.
Земля не станет квадратной. Снег не будет тёплым. Красное не назовут белым.
А для музыки границ не существует.
Те, кто идёт позади, сильно не любят тех, кто оказывается на вершине.
Парни никак не поймут одного: нельзя так запросто брать и целовать девушку, а потом без каких-либо объяснений провожать до дома и оставлять в одиночестве. Мы ведь не экстрасенсы!
... лучше бы я молча ушла из комнаты. Лучше бы молча покинула проект, пусть и с позором... Лучше бы было так, чем то, что произошло в следующие секунды.
- Миллер...
- М?..
- Ты ведь не прекрасный сон? - тяжёлые веки Шейна были закрыты, губы едва шевелились.
- Я твой кошмар, Бенсон, - ответила на полном серьёзе.
- Точно, - слабо хмыкнул Шейн, - самый прекрасный кошмар на свете.