Даже если у нас нет прошлого, дорогая, у нас всегда есть настоящее.
В поисках правды мы заходим в опасные места, - сказала Старуха Джози. - Зачастую мы попадаем в самое опасное место - в библиотеку. Знаешь, кто это сказал? Нет? Джордж Вашингтон. За несколько минут до того, как его сожрали библиотекари.
Возможно, она недостаточно умна. Или же мир недостаточно умен. Недостаточно умен для того, чтобы создать повествование, имеющее смысл. Возможно, мир мог лишь в случайном порядке совместить случайные элементы, образуя, по известному выражению Шекспира, «бессмысленную суету, которая в конечном итоге ни к чему не приводит».
Когда ничего не получается, лучше поесть.
«Луна – это игра света, внушаемая нам морями», – подумал дом.
– Диана, меня кое-что беспокоит, – начала Катарина. – На днях вечером кто-то побывал у меня в кабинете. Я не обвиняю тебя в том, что на днях вечером ты что-то вынюхивала у меня в кабинете, но что же ты вынюхивала у меня в кабинете на днях вечером после работы?
На прочном потускневшем металле виднелись надписи, передающие пять постулатов журналистики (Что? Что! Что?! Что. Зачем?)
Для хорошего вранья требуются две составляющие — первая — уверенное изложение; вторая — повествовательная логика, которую невозможно опровергнуть фактами.
А за Кинг-Сити и вокруг него - другие обычные города, населенные обычными людьми. Людьми, которые спят или не спят, которые живы в прямом или переносном смысле, или мертвы в тех же смыслах. Эти люди ушли, но остались жить в наших сердцах, или ушли и были забыты, но существовали где-то в широком диапазоне утрат.
Ты была моим ребенком. Но дети подрастают и идут в школу, где их учат тому, как свергать правительства, и где они интересуются мальчиками и девочками. Или не интересуются. В любом случае они меняются. Потом переходят в старшие классы, где узнают много опасных вещей. Потом они взрослеют и сами становятся опасными....У нас нет детей. У нас есть робкие, искаженные отголоски наших детей, которых этот город вернул к нам.