– Хорошо, Фрэнк. Тогда, что с астероидом, который летает над нашей планетой? Не ожидать ли нам его приземления? – Барни как всегда играл роль скептика – другого от него и не ждали.
– Над нашей планетой – весьма условное определение – рассмеялся Фрэнк звучным басом. – На самом деле нас разделяют сотни тысяч миль, если не миллионы, более точную информацию можно запросить у NASA. К тому же, по траектории – Земля не входит в зону риска, о чем неоднократно заявляли в агентстве. Если сказать иными словами – наша планета не стоит у астероида на пути. Шансы на столкновение один к миллиону. Достаточно благоприятный расклад, не находите?
Барни кивнул.
Дэйн кивнула следом.
Фрэнк улыбнулся ослепительной улыбкой обнажив ряд белых зубов.
– Надеюсь, я смог максимально понятно ответить на ваш вопрос, Барни?
– Да, спасибо Фрэнк, большое спасибо. Увидимся в субботу на шоу «Взгляд в будущее». – телеведущий повернулся к коллеге. – Что скажешь, он тебя убедил? Ты не будешь оставшуюся жизнь прятаться в бункере?
– Что за вопрос – конечно буду! – рассмеялась Дэйн.
– Я и не сомневался… – Барни повернулся к камере. – О, режиссер подсказывает, что время рекламы, а после в студии появится Джонатан и расскажет о погоде. Скажу вам по секрету – если собрались на пляж – верное решение!
«Если вы захотели охладиться – Пепси Кола верное решение…»
«Денвер-бест» загудел словно улей под впечатлением беседы телеведущих с Френком: тут были и согласные, и не согласные и нейтралитеты вроде Швейцарии – главное, было информация, которую можно обсудить под градусом алкоголя, что посетители бара и не минули сделать.
– Эй, Боб, – обратился к стоявшему за стойкой бармену, худощавый блондин. – Налей еще виски – не могу упустить момента выпить за счастье нашей Планеты! Пока нам ничего не грозит – нужно веселиться!
Джек легкой походкой шел по улице, направляясь к дому.
Его дом – небольшой двухэтажный коттедж, с просторной террасой, гаражом на четыре автомобиля и собственным садом, находился на 80-й авеню, в тихом и уютном пригороде Денвера. Достаточно далеко от центра, но в тоже время, со всеми удобствами в виде магазина, больницы, ряда кафе, гольф-клубом и прекрасным озером неподалеку.
Два часа назад Джек приземлился в международном аэропорту Денвера. Взяв такси, он по традиции не доезжая до дома, вышел улицей раньше и теперь не спеша прогуливался, наслаждаясь видами своего любимого города.
Кэролайн и Энни – жена и дочь, хотели встретить его в аэропорту, что было ожидаемо – они не виделись уже почти три месяца, но он настоял на обратном. После событий последних двух дней, ему нужно было время, для того, чтобы… не то, что прийти в себя, он был в норме… почти в норме… но хотя бы для того, чтобы все обдумать.
Какое-то неопределенное состояние: он был рад, что жив – с другой стороны – Эрл…
Джек поморщился.
Молодой парень, буквально полгода назад сыгравший свадьбу, и теперь вот… Никки жена Эрла позвонила ему вчера… до сих пор в голове звучали ее рыдания… Он как мог пытался успокоить, помочь ей… Но разве есть такие слова, которые помогли бы унять эту боль? Боль от потери самого близкого человека? Если бы он потерял Кэрри или Энни, то…
После трагедии в Аляске, с ним провел консультацию психолог из Центра. Джек хотел отказаться – не удалось. Адам, шеф настоял на разговоре со штатным психологом. Пришлось согласиться. Целый час он отвечал на нудные вопросы о своих чувствах, мыслях, желаниях, ощущениях. Может, ему и хотели помочь, но он этого не почувствовал. Напротив, стало только хуже. Молодая женщина, проводившая консультацию, заявила о том, что у него синдром выжившего, и это нормально. Главное, суметь справиться, и она готова ему в этом помочь. Она сможет ему помочь. Джек ей не поверил и вежливо отказался от дальнейшей терапии. Конечно, он чувствовал свою долю вины за гибель коллеги, но не настолько, чтобы вскрыть себе вены, удавиться, потом утопиться, а напоследок поджарить себя на высоковольтном напряжении.
Джек тряхнул головой, прогоняя мрачные мысли. Еще издали он увидел, как две прекраснейшие в мире женщины вышли на террасу и махали ему рукой.
Джек, свернул с асфальтированного тротуара на мощенную красивой плиткой дорожку по направлению к дому. В ответ также махнул рукой.
Кэрри – шатенка, с приятными миловидными чертами лица, в легком летнем платье от Армани, не дожидаясь, пока он поднимется на террасу, сама спустилась, и добежав, бросилась к мужу на шею.
– О, Джек, любимый… когда сказали, что метеорит упал в Аляске… я так боялась… думала, что потеряла тебя… это было так ужасно… – заплакала она.
Джек прижал ее к себе, и вытерев слезы с щек, легонько поцеловал в губы.
– Тссс-ссс… Спокойно, дорогая… Спокойно… Все хорошо. Я здесь, с тобой, видишь?
– Да… но было так страшно… казалось, что умру…
– Все хорошо, все хорошо… – Джек, еще крепче обнял ее. Заметив одиноко стоявшую Энни – шестнадцатилетняя, со светлыми волосами, голубыми глазами, и обворожительной улыбкой с выступающими ямочками на щеках – он позвал ее:
– Энни, дочка, ты чего в стороне. Обними отца.
– Говоришь, как будто мне не шестнадцать, а шесть, – улыбнулась Энни. Подойдя она нежно обняла отца, уткнувшись ему в шею. – Я рада, что ты дома, папа.
Москва.
Столица, и крупнейший мегаполис Российской Федерации с великолепным сочетанием исторической архитектуры, серыми однообразными зданиями советских времен, ультрасовременными небоскребами, многочисленными торговыми центрами, модными бутиками, церквями и мечетями.
Центр «Метеор» располагался в огромном двадцатиэтажном здании, с прилегающим к нему гигантским парком площадью, ни много, ни мало – пять акров, и принявший у себя в одной половине здания, научный метеорологический центр, а в другой, аэрокосмическое подразделение.
Метеорологический центр, находился в левом крыле, занимая все двадцать этажей, и упирался прямо в озеро безымянного парка, который собственно, и принадлежал «Метеору».
Сейчас здесь, как в принципе и любом другом научном центре мира, велась оживленная работа. Особенно, работы прибавилось за последние два месяца, из-за чего штат сотрудников был увеличен почти в два раза.
Илья Сергеевич – опытный аналитик в сфере изучения и моделирования климатических изменений, последние пятнадцать часов, которые он провел здесь, на рабочем месте, исследовал магнитные импульсы.
Не смотря на то, что результаты показывали вполне себе приемлемый сценарий развития, с весьма небольшими отклонениями от нормы, он не был этим доволен.
Илья протер очки.
Что-то определенно не давало ему покоя.
Правда, что именно?
Он посмотрел на листок с формулами, с которыми за последние десять лет провел времени раза в два больше, чем со своей женой – черт, да он еще на первом курсе знал их наизусть! Но, сегодня, что-то не клеилось. Формулы не работали – давать один и тот же результат, с точностью до… Быть такого не должно! И никогда не было! Что же сейчас изменилось? Если только…
Илья прикрыл рот рукой чтобы не вскрикнуть.
Точно!
Его осенило!
Надо было изначально попробовать этот вариант!
Илья тут же схватился за ноутбук. Быстро набрав сложную комбинацию, которую простой обыватель набирал бы часа два, не меньше, он нажал «Enter».
– О Боже… – Илья схватился за голову, смотря на непонятные любому очевидцу линии. – О Боже!!!
Схватив ноутбук, опрокинув при этом кружку кофе, прямо на лежащие на столе бумаги, он выбежал из кабинета, спустился по металлическим ступеням в громадное помещение и побежал прямо через зал, занимающийся исследованиями природных аномалий, на ходу наталкиваясь на столы, стулья, приборы и людей.
Денвер.
Штат Колорадо.
Коттедж семьи Куэрри.
– Энни, может, я заеду сегодня за тобой?
Энни, нервно прикусила нижнюю губу.
Она удобно устроилась на кровати в своей комнате, которая располагалась на верхнем этаже, коттеджа и сейчас, понизив голос до шепота, общалась со своим возлюбленным по скайпу.
– Ты не хочешь, меня видеть? – увидев нерешительность своей девушки, парень с длинными густыми волосами, которые красиво обрамляли его лицо оливкового цвета, по ту сторону экрана, нахмурил брови.
– Не в том дело, Карл… Я ведь и сейчас тебя вижу… – Энни тихо рассмеялась.
Карл улыбнулся.
– Я опять занудствую, не так ли?
– Есть не много, – Энни поправила волосы. – Тут просто… папа… Он приехал, и…
– Ты ему еще не говорила? О нас?
Энни отрицательно мотнула головой.
– Нет, о нас он не знает. Папа был в командировке больше двух месяцев… по телефону такое не обсуждают… да и вообще… – она запнулась.
– Продолжай, дорогая… – голос Карла стал еще мягче. – Вижу, переживаешь… поделись…
– Ну… эммм… папа, он такой… как сказать… – Энни снова прикусила губу. – Он хороший, добрый, ласковый… и хотя, его часто не бывает дома, я все равно чувствую его заботу и любовь. Он настоящий отец! И в отличии от многих своих подружек, я могу с гордостью заявить, что живу с самым лучшим папой в мире! Но, – Энни печально усмехнулась. – Есть у него один пунктик, насчет парней…
– Пунктик? Он, что, пуританин?
– Почему сразу пуританин? – Энни обиженно сдвинула брови.
– У моего друга, Пита, родители пресвитериане. Так у них все по строгим правилам. Жуть прямо какая-то… Они ему сами выбирают невесту из церкви, представляешь? Как у мусульман. Вот, и спрашиваю… Я же с твоим отцом не знаком, и…
– Нет, нет… – Энни перебила Карла, замахав руками. – что за жуткие картины рисуешь… Мой папа, просто любит, в общем… начинает лекции читать… Тебе, всего шестнадцать… парни только испортят… станешь хуже учиться, лишишься стипендии, секс опасен, СПИД и все такое… Все в этом духе, понимаешь, да?
– Ага, – Карл тяжело вздохнул и сжал голову руками.
– Эй, – Энни, наклонилась ближе к веб-камере. – эй, милый… ты чего? Это я в самых мрачных тонах обрисовала… Он с тобой познакомиться, узнает тебя… Я уверена, ты ему понравишься…
– Ага, понравлюсь… также, как нам, американцам, нравятся мексиканцы…
– Фууу… ты что, расист?
– Да шучу я, – Карл звонко рассмеялся. – а ты повелась!
– Подонок же ты, знаешь, я…
– Энни, дорогая, спускайся вниз. У нас семейный ужин, забыла? – это был Джек.
– Сейчас, па!
– Это папа, надо идти. – Энни с нежностью посмотрела на Карла. – я в ближайшие дни постараюсь с ним поговорить. Обещаю. Ну, я побежала. Люблю, тебя, Карл.
– Люблю, тебя Энни. Вечером на связи?
– Конечно.
– Ну давай.
– Пока.
– Эй, дочка, ты идешь? – Джек, предварительно постучав, открыл дверь в комнату.
– Иду, – Энни спрыгнула с кровати. – Люблю тебя папа – она поцеловала отца в щеку. – О, пахнет индейкой! Боже, кажется, я такая голодная…
Москва.
Российская Федерация.
Центр «Метеор».
Спустившись на второй уровень здания, находившейся на третьем этаже под землей, Илья пробежал по светлому коридору и остановился у массивной деревянной двери. Чуть выше, золотыми буквами было написано: «Вице-президент центра Метеор. Яковлев Максим Петрович»
Проведя пропуском, Илья вошел в кабинет.
Сразу, справа находился кабинет секретаря, с прозрачной стеклянной стеной. Завидев Илью, она тут же поспешила к двери.
– Илья? – она явно была удивлена. – Разве, у тебя назначено?
– Нет, – буркнул Илья, и направился к двери по центру, но секретарь преградила ему дорогу. – Эй, Оля, ты что… мне нужно к Максиму, срочно!
– Максиму Петровичу, – поправила его Оля. – Он сейчас занят.
– Да плевать, мне он нужен. И поверь, это срочно!
– Все так говорят, – Оля явно не намеревалась уступать. – Что у тебя, зарплату выплатили, на пару тысяч меньше? Ну извини… кризис и все такое…
– К черту, зарплату! – вспылил Илья. – Слушай, меньше всего, я хочу стоять сейчас здесь, и еще, меньше разговаривать с Максимом, после того, как он турнул меня с совета директоров… Но это срочно! Он должен узнать результаты!
– Да, – Оля недоверчиво посмотрела на него. – Твоя очередная уловка?
– Нет! Нет! И еще раз нет! Слушай, не дашь войти, придется связать тебя, и выломать дверь! Так или иначе, но я войду! Понятно? Так, что, будешь и дальше стоять глазеть на меня, или все же пойдешь и доложишь о моем визите?
– Ну и придурок же ты… Подожди немного, – Оля скрылась за дверью.
Через минуту она вышла.
– Иди. Правда, сразу скажу, он не в настроении.
– Хм, сейчас станет все еще хуже… – саркастически хмыкнул Илья, и подмигнув побледневшей Оле, шагнул в кабинет.
Конечно, он мог обойтись и без этой злой шутки, но… как же упустить такую возможность? Оля еще та, дурочка. Как ее вообще до сих пор держат?
– Очередная твоя уловка? – громкий бас вывел Илью из раздумий.
– Максим, – он протянул ему руку.
Максим Петрович – уже немолодой, с седыми волосами, и морщинами на лбу, профессор метеорологической академии РФ, почетный гражданин РФ, и имеющий немало других заслуг, в нерешительности посмотрел на протянутую руку, но спустя секунду, крепко пожал ее.
– Так, по какому поводу такой срочный визит? – Максим Петрович тяжело кряхтя, опустился в кресло.
– Боюсь, у меня плохие новости…
– Плохие новости… – медленно повторил Максим Петрович. – И почему меня это не удивляет… – он поднял голову, и внимательно посмотрел на Илью, словно пытаясь прочесть его мысли. – Насколько плохие?
– Очень плохие.
– Н-да… надеюсь, Сочи не смыло в океан?
– Там море.
– Точно! – Максим Петрович улыбнулся. – Хотел пошутить – похоже, не вышло. Выкладывай, что произошло?
– Эмм… как бы это сказать…
– Говори, как есть – прямо! Ты же знаешь, я не люблю, когда ходят кругами – вокруг, да около…
– Хорошо, – Илья поправил пиджак. – В общем, магнитное поле Земли изменилось!
– Прости, ты сказал изменилось?
– Да, именно так.
– Но это невозможно! – Максим Петрович улыбнулся. – А если и возможно, то только в фильмах – а там, все возможно… прикинь, гориллы летают, сам недавно видел…
– Ага, а еще там бог с молотом. И все же, то, о чем я сказал возможно… и не в фильмах, а тут, в реальности…
– Думаю, ты просто ошибся…
– Исключено, – Илья отрицательно покачал головой. – Я проверял пять раз. Еще, дал Георгию, он проверил, правда не зная, что именно проверяет… Результат один!
– Невероятно… – лицо Максима Петровича приобрело мертво-серый оттенок. – Черт… Ты в этом уверен, на сто процентов?
– Я бы и сам хотел ошибиться, но нет… В результатах я уверен…
– Пресвятой Иисус… Но, как?
Илья пожал плечами.
– Похоже, что метеориты, имели свои магнитные поля… При взаимодействии с полем Земли и произошло смещение…
– Последствия?
– Пока неизвестно, но вряд ли это к лучшему…
– Конечно, а как же иначе… – пробормотал Максим Петрович. – Кто еще в курсе событий?
– Пока только я.
– Отлично, пусть так и остается… В срочном порядке займись моделированием изменений, на ближайший месяц, а я свяжусь с президентом.
– Конечно, – Илья встал, и направился к выходу, но прямо у двери, его окликнул Максим Петрович.
– Илья, что с нами будет?
Лицо Ильи помрачнело.
– Боюсь, ничего хорошего…
Только на следующий вечер, через день, как он оказался дома, Джек сумел отыскать время, чтобы наконец, оказаться у себя, в рабочем кабинете, расположенном, на мансарде – что-то, наподобие третьего этажа.
Огромный, рабочий стол, на котором, помимо кипы бумаг и папок, уместились два монитора, ноутбук, и музыкальный центр; справа от стола всю стену занимали ряд стеллажей, сверху донизу заставленные книгами, папками, бумагами, а также виниловыми дисками – одно из хобби Джека. Слева от стола – кожаный диван для посетителей, хотя за последние пять лет никто, кроме него, Джека, в кабинет не входил, даже жена – такое вот, негласное правило. Самое главное украшение кабинета – гигантский глобус, стоящий в центре – Джек, несмотря на свой высокий рост, был только едва выше него – все это определяло внутренний облик места, где в основном, за исключением рабочих командировок, Джек проводил свое время.
Из окон, хотя скорее, это была просто стеклянная стена, так как окна были от пола до потолка, открывался прекрасный вид: захватывающий дух, панорама гор и скал Колорадо.
Тяжело, опустившись в кресло у стола, Джек включил ноутбук, и уставился на экран.
В центре «Э. Джефферсона» от него требовали детальный отчет о поездке в Аляску. Вот, только: о чем писать?
О том, что едва они приступили к работе, как с верху прилетел камешек, весом в пару десятков тысяч футов? Или о том, что он не сумел спасти жизнь напарника? О том, что он счастливчик и не только выжил, но и царапины на нем не было? О том, что, как это не смешно, но он чувствует вину «выжившего»?
Психолог, назначенный Центром ему не особо помогла. Зато ее неудачу компенсировали два стакана виски, которые он пропустил в баре. Джек сказал об этом Адаму. Предложил ему хороший вариант, с помощью которого он сможет уменьшить бюджет: каждого испытавшего стресс отправлять не к психологу, а в бар. Адам шутки не оценил. Как и всегда, впрочем.
Джек глянул в окно.
В общем, к черту отчет, работу и Адама… стоп!
Он замер.
Не сон ли это?
Джек, протер глаза, одел очки, затем снова посмотрел в окно.
Нет, определенно не сон! Все выглядело также, как и несколько секунд назад.
Но, как?
Джек не верил своим глазам!
Стремительно соскочив с кресла он подошел ближе, к оконной панораме. На первый взгляд все было в порядке – не было ядерного взрыва, инопланетной атаки, восстания роботов, да даже обычной уличной драки, или полицейского конвоя – вечер; прекрасное голубое небо; легкий ветерок, заставляющий тихо шелестеть листву деревьев; панорама изумительных гор; яркое солнце… вот только солнце, оно…
Накинув кожанку, и схватив трубу телескопа, Джек, хлопнув дверью кабинета, бросился вниз по лестнице на первый этаж, чудом не подвернув себе обе ноги, причем несколько раз.
На выходе, он столкнулся с Энни.
– Папа, нам нужно поговорить…
– Не сейчас, дочка, не сейчас… Хьюстон горит…
– Хьюстон? – Энни проводила отца недоумевающим взглядом. – А мы то тут причем?
Выбежав из дома, не обращая никакого внимания, на оклик соседки, Джек направился к заднему двору, как раз тому месту, куда открывался вид окон из его кабинета.
Задний дворик коттеджа Куэрри – идеальное место для отдыха, пикника или барбекю, которое они обычно проводили в воскресенье после утренней службы, когда Джек находился дома.
Задний двор представлял собой площадку с апельсиновыми деревьями, виноградом, живописными клумбами, удобными скамейками, двумя фонтанами, бронзовыми статуэтками львов, гигантским глобусом, не уступающим в размерах тому, что у него в кабинете, и старинными астрономическими часами. Заканчивалась площадка отвесным обрывом, где внизу бурлил грозный водопад, хотя наверху его было едва слышно.
Джек подбежал к астрономическим часам, которые находились в нескольких ярдах от пропасти.
– Невероятно, – прошептал он, склонившись над ними. – Это же… Невероятно…
В голове не укладывалось, и все же… это факт!
Установив телескоп, Джек одел защитные очки и направил оптическую трубу в сторону солнца.
– О Боже… это действительно так! Невероятно! Просто… О, Боже… Солнце сместилось!
Утро.
Денвер.
Штат Колорадо.
Коттедж Куэрри.
– Привет! – Джек, подтягиваясь, и одновременно зевая во весь рот, поприветствовал родных, спускаясь на кухню. – Чем это так вкусно пахнет?
– Обычные тосты… – пробурчала Энни. – Каждое утро их едим…
– В Аляске, утром я обычно ел крыс…
Энни вытаращила глаза, и прекратила жевать, при этом забыв закрыть рот.
– Что? Ты серьезно?
– Ну… Выбор был невелик… – Джек сел за стол и взял газету. – О, так я и думал…
– Мам? – Энни широко раскрытыми глазами посмотрела на мать. – Он и правда ел крыс? Это же… ненормально!
– Скажу по секрету, – Кэрри наклонилось над ухом дочери. – Когда папа был в России, он ел собак.
– Фууу! Там, что за это не сажают?
Кэрри пожала плечами:
– Похоже, их там слишком много…
– Па, – Энни тронула отца за руку. – Па…
– Что хочешь? Шоппинг? Сейчас, достану кредитку… – Джек отложил газету и вытащил бумажник.
– Нет, нет… – Энни отрицательно замотала головой. – Что вчера с тобой случилось?
– Прости? – Джек непонимающе посмотрел сначала на дочь, а потом на жену. – О чем ты?
– Ты выбежал из дома… говорил, что Хьюстон горит… Я залезла в Гугл, с Хьюстоном все в порядке…
– Дорогой? – Кэрри нахмурила брови. Кажется, она сердилась, так как ничего не знала. А он ей не стал говорить. Зачем? Попробуй, правда ей так ответь… Генеральный прокурор покажется милейшим человеком, даже если ты окажешься серийным маньяком.
– Ну… Хьюстон и правда не горел… что вчера было… эммм… – Джек наморщил лоб, делая вид, что усиленно пытался вспомнить – хотя тут и вспоминать нечего было – он думал об этом с той самой минуты как проснулся. – Не помню уже… Правда, кое-что я все же помню… – он посмотрел на дочь. – Ты хотела со мной о чем-то поговорить… Не так ли?
– О черт… – Энни тут же прикрыла рот ладошкой.
– О черт? – Джек вскинул брови. – Вот это уже интересно, – он даже перестал жевать, и отодвинул от себя тарелку. – Солнышко, что случилось?
– Нет, ничего… – Энни нервно теребила прядь волос.
– Ничего?
– Просто…
– Энни, – Джек нежно взял ее за руку. – Я твой отец, помнишь, что это значит?
Энни кивнула:
– Человек, которому можно полностью довериться.
– Итак? – Джек обнял дочь за плечи. – Так, что ты хотела сказать?
Через час.
Денвер
Штат Колорадо.
Задний двор коттеджа Куэрри.
– Джек, – крикнула Кэрри мужу, который в это время находился на крыше гаража, сидя на стуле, и спокойно смотря в телескоп, словно наблюдал за очередным бейсбольным матчем.
– Джек!!!
– Да? – Джек наконец посмотрел на жену.
– Ты что делаешь на крыше?
– Стену крашу… А на что это похоже?
– Очень смешно… Не проще это делать в Центре «Э. Джефферсона»?
– Там не знают о моих исследованиях…
– Каких еще, исследованиях? Ты только вернулся…
– Ага, – протянул Джек, словно это все объясняло.
– Ты поговорил с Энни?
– Ага…
– И это все?
– У нее есть парень – Джек сказал это таким тоном, словно заказывал себе чизбургер в Макдональдс.
– Об этом я и хотела поговорить, ты можешь, наконец спуститься? Или будем так общаться, я снизу, ты вверху…
– Если ты про постель, то я не против…
Кэрри закатила глаза.
– Весьма оригинально. У Энни с Карлом все серьезно – я хочу, чтобы ты это знал, и принял во внимание.
– Ей шестнадцать, что тут может быть серьезного? – Джек оказался рядом с женой, и чуть отодвинул ее в сторону, продолжая пристально смотреть куда-то вдаль. – Теперь, с этим никто не поспорит. Более, чем очевидно.
– Я не согласна! – Кэрри гневно нахмурила брови.
– И с чем же? – Джек был удивлен.
– Энни, шестнадцать, но это не повод сомневаться в серьезности ее намерений, или намерениях ее кавалера. Ограничивать, или контролировать ее личную жизнь в таком возрасте просто бессмысленно – она лишь взбунтуется.
– Хорошо… – Джек, смотря на небо, прикрыл глаза ладонью, пытаясь что-то рассмотреть.
– Что тут хорошего? Джек! Ты меня не слушаешь! – Кэрри возмущенно хлопнула мужа по плечу. – Что ты все время смотришь на небо?
– Дорогая, ты здесь родилась? В Денвере? – не отвечая на вопрос, неожиданно спросил Джек.
– Ну, да…
– Что, если я тебе скажу, что вчера солнце село прямо за горой Смита?
– Как? Оно не могло там зайти… Я здесь выросла, и солнце никогда не садилось за горой Смита. Обычно оно заходит за тем утесом, чуть левее…
– В том то и дело… – Джек поджал губу. – Вчера оно зашло за горой Смита.
– Но… Как?
Джек лишь развел руками.
– Похоже, солнце сместилось. Сегодня вечером, Энди берет у меня интервью… Нам будет, о чем поговорить.
Денвер.
Штат Колорадо.
Научный центр «Спэйс».
– Что у нас на повестке дня? – к Эмилии подошел директор научного центра – Маршалл Хоган – бывший военный, высокий, широкоплечий, со звучным басом и несколько не походивший на ученого имеющего более десятка наград, включая Нобелевскую премию.
– К южным штатам приближается торнадо, а в Калифорнии небольшие толчки…
– Не тот калибр, – отмахнулся Маршалл. – Торнадо… толчки… Что у нас с астероидом?
– Пока, хорошо…
– То есть?
– А?
– Поточнее…
– За всеми космическими объектами наблюдает NASA. Они тревогу не бьют, значит все в порядке.
– NASA, значит. На что наши специалисты?
– У них другие задачи… – Эмилия развела руками.
– Другие задачи… – Маршалл нахмурился. – Через пятнадцать минут планерка. Думаю, нам нужно изменить приоритет… Хм… другие задачи… – он круто повернулся, но затем развернулся обратно. – Еще, вспомнил… Как там, Джек?
– Какой, Джек?
– Куэрри?
– Что с ним?
– Это я и хочу узнать…
Эмилия ослепительно улыбнулась.
– Мистер Хоган, сэр… я ведь руковожу сектором космических угроз, и обеспечение связи с внешними подразделениями и агентами, вне моей компетенции…
– Хм… – неопределенно хмыкнул Маршалл. – В ЦРУ было проще чем здесь… Уже год, в «Спэйс», и… А, не важно. Так, к кому мне обратиться по поводу Джека?
– Думаю, к Рейчел. Вот, ее внутренний номер, – Эмилия протянула Маршаллу карточку.
– Благодарю, – Маршалл зашагал вдоль рядов. – Через десять минут планерка в конференц-зале наверху! Не забывай…
– Но, вы же говорили через пятнадцать… сэр…
У лифта, Маршалл взглянул на часы.
– Уже, через пять!
Пригород Денвера.
Штат Колорадо.
Коттедж Куэрри.
Десять часов вечера.
Энди Броуди – телеведущий рубрики «сенсации, и не только» – высокий, приятный на внешность, словно сошедший с обложки журнала «men’s style», хотя, а как иначе должен выглядеть телеведущий, в крупнейшей телекомпании штата, удобно расположился в кожаном кресле, просторного зала, на первом этаже коттеджа, и сейчас свободно разговаривал с Джеком на отвлеченные темы, пока оператор – Ричард – настраивал оборудование для съемки.
– Планируешь в этом году посетить Уимблдон? – Энди посмотрел на Джека, сидевшего напротив с бокалом пива.
– Уимблдон – дело святое…
– То есть, да?
Джек мрачно усмехнулся.
– Это с какой стороны посмотреть…
– Не понимаю…
– Погоди немного, и поймешь – Джек отпил пива. – Скажу так, если турнир состоится, то я там буду.
– Что значит: если состоится? Это ведь обязательный турнир… Из-за травм кто-то пропустит, но не могут же все, сто двадцать восемь игроков, травмироваться одновременно…
– Дело не в этом, – протянул Джек и слегка откашлялся. – Может случиться так, что его отменят еще до начала… Или, того хуже…
– О чем это ты?
– Той, страны где проводят Уимблдон к тому времени уже не будет…
– Что? – кажется Энди был испуган. – Ты же шутишь, верно?
– Конечно, – Джек это произнес так, что было ясно, что он не шутит. – Пойду, принесу еще пива. – он встал.
– Эй, – Энди тоже встал. – Что ты сейчас имел ввиду? В Аляске, что, приземлился не метеорит, а инопланетный корабль? Наша Земля под угрозой вторжения?
– Ага, что-то вроде этого, – Джек вернулся с пивом, и поставил на стеклянный столик у кресел. – Инопланетяне – лучше не мог придумать?
– Что мне еще остается? Ты говоришь, как мой пастор…
– Если я говорю, как преподобный Джим, то мне пора лечиться, – рассмеялся Джек.
Энди, запрокинув голову, расхохотался во весь голос.
– Ну ты и даешь…
– Не сравнивай меня больше с Джимом…
– Окей, не буду. – Энди поднял ладони вверх. – Так, что все-таки произошло в Аляске?
– Метеорит упал, вроде…
– Но ты говоришь слишком странные вещи… этот метеорит особенный, ведь так?
Джек сморщил лоб.
– Может, ты смотришь не туда?
– Или тебе пора перестать говорить загадками! – телеведущий наставил на него указательный палец.
– Скоро загадок будет еще больше, поверь.
– Энди, камера готова, можем начинать. – Ричард махнул им рукой.
– Секунду, – Энди повернулся к Джеку. – Ну что, ты готов?
Джек посмотрел на горящую красную лампочку в объективе камеры.
Готов ли он?
Наверное, нет… не совсем, во всяком случае…
С другой стороны, что еще оставалось?
Люди должны знать правду.
И он готов был ее озвучить, насколько она не была шокирующей…
После его слов, мир уже не будет прежним.
Он, вообще никогда больше не будет прежним.
Готов ли он?
Джек кивнул Энди.
– Я готов!
– Итак, Джек… – Энди посмотрел мимо камеры прямо на собеседника. – Твоя поездка в Аляску… Расскажи, как все это происходило, как приземлился метеорит, что при этом почувствовал ты, твой коллега, какие действия предпринимали? Вопросов много – и на все зрители хотят получить ответ.
– Нет, так не пойдет, – Джек покачал головой.
– Слишком много вопросов? Давай, тогда по порядку. Расскажи, как…
– Я не о том, – Джек прервал его, махнув рукой. – Тема не та. Полнейшая скукота, – он демонстративно зевнул. – Ну подумаешь, камешек свалился с небес…
– Размером с футбольное поле… камешек, да…
– Тоже мне, сенсация… На нас, что, никогда булыжники с неба не падают?
– Вообще-то, нет.
– Знаешь, Энди, у меня есть материал поинтересней…
– Правда? – телеведущий придвинулся на краешек стула. – Тогда, вперед…
– Как тебе, смена полюсов?
– Смена… чего? – Энди озадаченно посмотрел на Джека.
– Полюсов.
– И? – Энди все также непонимающе смотрел на собеседника.
– Север – Юг. Юг-Север.
– Ааа… – Энди улыбнулся. – Точно. Полюса.
– Что, если я тебе скажу, что там, где сейчас Юг, буквально через полгода будет Север. А там, где Север, Юг.
– Тогда, я посоветую зрителям из Флориды, как можно скорее перебираться в Аляску… – рассмеялся Энди, и посмотрел на Джека. Тот не смеялся. Даже не улыбался. – Погоди… ты… ты… – его глаза расширились. – Ты, что сейчас серьезно об этом говорил?
– Более, чем…
– Нет, постой… – Энди пытался найти подходящие слова. – То есть, ты говоришь, о том, что наши полюса… полюса Земли… они, изменились? Поменялись местами? Ты, это имеешь ввиду?
– Почти, но не совсем…
– Тогда, поясни… – Энди ослабил галстук.
– Смена полюсов произойдет, и в ближайшем будущем…
– Насколько ближайшем?
– Самом ближайшем… Может год, полгода… может и еще меньше… Точно не знаю… но, что это произойдет – факт, и…
– Извини, Джек, перебью – Энди поднял руку. – Откуда такая уверенность? Ты говоришь вещи, которые не могут не пугать…
– Есть одна очень ясная предпосылка…
– Да?
– Вчера вечером, солнце зашло за горой Смит…
Энди непонимающе посмотрел на Джека.
– И это все? Солнце зашло за горой Смит? Причем тут перемена полюсов?
Джек позволил себе улыбнуться.
– Ты живешь на другом конце города… все ясно… Проблема не в том, что солнце зашло за горой Смита – проблема в том, что оно не должно там заходить…
– Разве, это опасно? Зашло не там, где обычно заходит… В чем же тут проблема?
– На первый взгляд безобидно – солнце зашло чуть левее, чем обычно – но только на первый… За этот день, я провел ряд экспертиз – результат пока один – Солнце уклонилось на десять градусов от обычной траектории…
Энди поднес руку ко лбу.
– Звучит серьезно…
– Поверь, последствия еще ужасней…
– Я верю, – Энди достал из верхнего кармана пиджака платок, и вытер лоб. – Говоришь, солнце уклонилось… Гм… Но… Как это возможно?