Я осмотрелась, подошла к окну и увидела причину такой беспечности. Да, все эти артефакты на фоне открытого окна я считала вопиющей беспечностью. Дело в том, что я могла просто шагнуть из окна и подхватила бы себя магией воздуха.
Могла бы, но во внешнюю стену тоже были вмурованны артефакты как защитного, так и боевого назначения. Магия бы не сработала, потому что антимагические там тоже были. И хотя их было немного, по первым прикидкам мне бы и этого хватило.
Какой у них радиус? Наверное, метров пять, может, семь. Вряд ли больше. Но это и не важно. Я не смогу выпрыгнуть на такое расстояние. Значит, их придется уничтожить, если я захочу смыться через окно.
Но проблема была еще и в защитных артефактах. Я не знала точно, что они из себя представляют, по внешнему виду это не определить. Но они вполне могут выстрелить в нарушителя струей огня или ледяным штырем, или ударить током.
Могу ли я их уничтожить? Без сомнений. Но вот останется ли это незамеченным? Безусловно, вряд ли. И потом мне придется убивать кучу народу, которая сюда набежит, что так себе идея.
Нет, я, конечно, крутая и сильная, но не совсем же безмозглая! И я не боевик, а их учат противостоять таким, как я. Поэтому если я хочу выйти отсюда, надо действовать неожиданно.
А значит что? Значит, пробуем выйти просто через дверь. Ну как, просто? Не просто, но действовать надо сейчас, потому что ночью патрули наверняка усилятся, на стражу встанут дополнительные артефакты.
Но ладно, выбраться отсюда – это еще полдела. Если я правильно понимаю, где я, то мне как-то надо добраться до города, а до него километров двадцать – не меньше. Если я пойду пешком, то меня схватят очень быстро. Можно попробовать угнать мобиль, только вот я не умею водить.
Это еще больше усложняет ситуацию, потому что мне тогда придется либо полностью зачищать это место, либо действовать настолько скрытно, чтобы меня всю ночь не хватились.
Я, конечно, изначально собиралась тут всех убить, но я-то думала, что их тут максимум человек десять, а в таком огромном доме может и сотня разместиться. К тому же тут рабы.
А, кстати! Я дотронулась до своего ошейника и его части упали мне в руки. Магией я их пока уничтожить не могла, поэтому положила в карман. Как и все остальные части артефактов, которые мне пришлось здесь уничтожить. Изначально, я не собиралась это делать, но мне нужно, чтобы мой дар работал в полную силу, а значит, нужно убрать то, что ему мешает.
А пока он восстанавливается, есть время хорошо обдумать план побега. Потому что пока мне ни один из вариантов не нравится.
Итак, что мы имеем? Я могу выбраться отсюда сейчас, ну, в смысле, выйти из этой комнаты и даже из здания. Но что потом? Примерно представляя, где эта усадьба находится, могу сказать, что я просто не успею дойти до города – меня настигнут по дороге, тем более что сейчас день и мне просто негде будет спрятаться. Убить тут всех? Если бы их было человек десять-двенадцать – это была бы рабочая идея, но что-то мне подсказывает, что их больше. И даже если не все они сейчас здесь, то если я кого-то убью, меня смогут выследить и догнать.
Пробежать больше двадцати километров по дороге, ведущей через поля и редколесье – нереальная задача. Я же обычный человек, да кое-как умею магией усиливать тело на короткое время, но в целом этому не училась, да и тратить магию на усиление ног – слишком опрометчиво и может стоить жизни, если начнется бой.
Это если говорить о побеге прямо сейчас, когда ведьмовские силы стабилизируются. Сейчас где-то около пяти вечера, до города я до темноты добраться не успею, и самый опасный отрезок пути придется пройти уже в сумерках.
Нет, не хороший вариант. К тому же какой бы я ведьмой не была, а потусторонних сущностей и духовных паразитов я уничтожать не умею, для этого нужны другие дары. А ведь в горах этих тварей много. Вряд ли они причинят сами по себе мне вред, но могут мешать и даже сбить с пути.
С другой стороны, выбора у меня нет в любом случае. Либо уходить сейчас и тогда я буду в темноте на перевале, либо уходить ночью и тогда на перевале я буду перед рассветом. Что тоже не очень хорошо, потому что это и само по себе опасно, и там очень удобно ловить беглянок.
Что же касается самого по себе второго варианта, то да, надо уничтожить артефакты на стене и просто бежать… Так стоп! А почему я, собственно, не могу ночью выйти через дверь? Не через входную, разумеется, а просто выйти из комнаты, а потом найти окно на первом этаже и просто вылезти через него. Артефактов от фундамента до этого окна будет явно меньше, чем от него до третьего. Но все же они будут более серьезными, чем те, что здесь.
И да, придется, если мне удастся сбежать, идти в темноте по пересеченной местности – на дорогу-то выходить опасно. Вот умора будет, если я где-нибудь ногу сломаю!
Обдумав ситуацию и так, и этак, я приняла решение ждать. Силу я уже восстановила, но ко мне так никто и не пришел, значит, они скорее всего не знают, что от артефактов я уже избавилась. Это плюс. Да и в целом прямо сейчас сбегать – не очень хорошая идея, потому что мой побег могут обнаружить раньше, чем мне бы того хотелось.
Значит что, ждем ночи?
Походив по комнате и еще раз все внимательно осмотрев, я решила лечь поспать. Кормить меня, видимо, особенно не планировали, да это и к лучшему, учитывая то, что я сняла ошейник и уничтожила артефакты, так что надо как-то отвлечься от голода и восстановить силы, которые мне явно понадобятся.
Проснулась я от холода через несколько часов. Окно я ведь так и не закрыла, и сейчас вместе с ночным холодным воздухом, а температура в предгорьях к ночи обычно падала, комнату наполняли звуки ночной жизни. Насекомые пели свои песни, где-то вдалеке слышался вой диких животных. Не то чтобы их здесь много, ведь спрятаться негде, так что по их поводу я совершенно не волновалась. Да и хищники тут имеются посерьезнее, двуногие такие.
Зажигать свет я не стала, сползла с кровати, размялась и подошла к окну. Постояла, понаблюдала, усилив зрение магией воздуха. Вот бы где пригодилось ведьмовское усиление органов, но у меня его нет, а магией – это так, костыли. Но сейчас и так сойдет.
Пока мне нужно было понять, ходят ли вокруг усадьбы патрули, как она вообще охраняется. Но пока все, что я видела, это собак, которые бегали по территории в артефактных ошейниках. Это и плохо, если они обучены, и хорошо. Хотя нет, это хорошо все же.
Я щелкнула пальцами и на ближайшей собаке, которая совершала очередной круг по двору, ошейник распался на части. Псина резко затормозила, заозиралась, постояла немного, а потом припустила в поля, лихо перепрыгнув через невысокую ограду.
Про себя ухмыльнувшись, я стала дожидаться следующей.
Нет, ну как неосмотрительно! Мало того, что взяли необученных охране собак, такое ощущение, что вообще нашли каких-то беспризорных шавок в городе, так еще и сами за ними не особенно следили. Как можно полагаться на охрану только собак, подчиненных артефакту?
– И чего это мы такие беспечные? – прошептала я. Не к добру, не нравится мне это. Но выбора нет, придется пока действовать так, а там посмотрим.
Собак было семь, ну по крайней мере, в моей зоне видимости, и через полчаса я уже успела освободить каждую из них от ошейника. Дальше ждать было нельзя, их могли попросту хватиться, поэтому следующим этапом было освобождение стены от артефактов.
Впрочем, частично повезло – при детальном рассмотрении выяснилось, что первоначально я ошиблась. Поскольку нападающих ждали, вероятно, извне, активных защитных артефактов в стене на третьем этаже не было. Ну а смысл? Маги, даже очень сильные маги ветра, не умеют летать, так что подлететь сразу к третьему этажу минуя оборону первых двух, задача пусть и не невозможная, но довольно сложная. Это как с ведьмовскими дарами… Какой шанс встретить в этом захолустье высший дар?
Так что тут были лишь сигнальные, но я от них быстро избавилась. Настолько быстро, что подать этот самый сигнал они не успели, да и рассчитаны были на уничтожение магией.
Ну а дальше все было делом техники. Я забралась на подоконник, как можно сильнее оттолкнулась и спрыгнула вниз, тут же подхватив свою тушку ветром, и на пределе магических сил отнесла себя как можно дальше от стены. Да, я в итоге бухнулась с высоты примерно полутора метров, потому что силы закончились, но все же ни один из артефактов на стене так и не сработал.
Я присела и прислушалась, но вроде бы все было тихо. Хотя из пары окон на газон и лился свет, но кажется, мне удалось спуститься незамеченной. Теперь нужно развить этот успех.
Пригибаясь и старательно обходя освещенные участки, я побежала к загородке. Ограда была и правда низкой, но по ее периметру находились сигнальные артефакты, завязанные в цепь. Вот их трогать было нельзя, потому что стоило мне эту цепь разорвать, уничтожив одно устройство, и сработают все остальные.
Впрочем, было здесь одно но: собаки же перепрыгнули, не все, а три из семи, остальные куда-то за дом умчались, а значит, мне тоже надо перебраться через забор так, чтобы его просто не задеть. А как это сделать? Все же прыгать на метр в высоту я не умею, но а магия на что?
В итоге, разбежавшись, я оттолкнулась, опять подхватила себя потоком и взлетела над оградой. И, вероятно, меня заметили именно в этот момент.
Откуда появился этот мужик, я так и не поняла, то ли они все же ходили осматривать территорию, но редко, то ли что-то привлекло его внимание, но он вышел из-за дома как раз в самый неудачный момент. Стоило мне приземлиться уже по ту сторону забора, как он меня окликнул, но как-то неуверенно, будто не мог понять, видит ли он то, что видит.
Впрочем, растерянность его продлилась недолго, и я увидела, что он начинает создавать какую-то технику и уже открыл рот, чтобы позвать товарищей. Но этого я уже не могла допустить.
– Прости мужик, но зря ты вышел, – прошептала я и впервые в жизни применила свой дар на человеке.
Это потребовало гораздо большего количества усилий, чем я ожидала, но все получилось. Буквально через долю секунды на месте живого человека лежала зловонная кучка внутренних органов.
Пару секунд я на это смотрела, не веря до конца в то, что сделала, потом очнулась и побежала в ночь. Если я права, мне предстоит дорога длиною в двадцать километров, так что не стоит терять время.
В город я вбежала уже на рассвете, и хорошо, что в этот час мало прохожих, а то они бы испугались и вызвали местный Круг магов, чтобы те нечисть изгнали.
Выглядела я и правда шикарно: платье было порвано сразу в нескольких местах, пусть оно было и не очень длинным, но все равно мешалось, и я периодически на него наступала, когда преодолевала какие-то преграды. Руки были изодраны в кровь о камни, острую траву и кусты, я вся была в земле, соке от растений и какой-то липкой грязи, о происхождении которой думать не хотелось. К тому же я умудрилась забрести в какое-то болото уже недалеко от города и с подола юбки текла вода. В общем, красотка та еще!
Но по крайней мере, программу минимум я выполнила и прошла перевал еще в темноте. Никогда не думала, что можно бегать впотьмах по пересеченной местности с такой скоростью.
Не знаю уж, хватились меня или нет, но запчасти своего товарища эти бандиты уже должны были найти. И понять, что собаки имение больше не охраняют, так что я спешила, как могла.
Вот и знакомый барак, через который я обычно прохожу в свой дом, но в этот раз я решила сделать крюк и войти с улицы, чтобы меня точно никто не увидел. Не сейчас. Мне нужно только добраться до дома и все, можно считать, что я спасена – меня из него и армией не выкуришь. Точнее, может, армией и удастся, но вот на бандитов сюрпризов хватит.
Прошмыгнув по стене барака и пройдя в узкую калитку, я не стала выходить во внутренний двор, а точно так же по стеночке добралась до своего дома. Уже дрожащими от усталости и волнения руками отключила все артефакты на входе, вошла, заперла дверь и привалилась к ней спиной.
Дала себе минуту, чтобы отдышаться и прийти в себя и начала по очереди активировать все находящиеся в доме артефакты. Перво-наперво дверь, потом окна – там у меня стояла специальная артефактная завеса на случай, если кто-то захочет посмотреть, чем это я в своей лаборатории занимаюсь. И на первом этаже, и в моей спальне было не видно, включаю я свет или нет, но охранные артефакты стояли абсолютно на всех окнах – район у нас такой, что если не удалось влезть в окно на первом этаже, влезут на втором и даже через чердак пытались как-то. Благо, я в тот момент была дома и смогла прогнать наглых ворюг, а то они у меня много чего ценного могли унести. Но с тех пор и на вентиляционном окне чердака тоже стояла защита.
Мне не хотелось, чтобы кто-то знал, что я добралась до дома, не сейчас. Сейчас мне нужно привести себя в порядок, поесть и подумать, что делать дальше. Благо, выспалась еще в плену и мозги работали предельно четко.
Я приняла душ, переоделась в брюки и куртку, собрала сумку со всем необходимым на первое время. Нет, я не собиралась никуда бежать, но может возникнуть такая необходимость, и времени на сборы мне могут не дать. Наконец-то смогла поесть, правда, аппетита не было, но сейчас мне нужны были силы, я прилично потратилась и в магии, и в даре. Правда, в магии все же больше, потому что нужно было бежать в темноте по не слишком ровной поверхности, и без нее я бы точно что–нибудь себе сломала.
Итак, что мы имеем на данный момент? После того, как я убила одного из бандитов, да и после собачьих ошейников, ведь части артефактов я не убирала, им должно стать вполне понятно, что у меня за дар. Это плохо, но в жандармерию они вряд ли пойдут.
Вопрос, пойду ли я?
С одной стороны, я убила человека, с другой, ведь при самозащите. Но вот признают ли это самозащитой – это вопрос на тысячу кинов, потому что я могла просто попытаться сбежать, ведь напрямую он меня не успел атаковать. Нет, любому нормальному человеку ясно, что если бы он атаковал, чем выдал мое местоположение, и позвал на помощь, мне бы вряд ли удалось сбежать, но то нормальная логика, а у жандармов труп на руках.
Или нет? Бандиты ведь вряд ли пошли в жандармерию на меня жаловаться. Но труп, останки, в любом случае найдут при обыске, правда, смогут ли доказать, что это сделала я – не знаю, не знаю.
Проблема в том, что я не зарегистрирована как ведьма с опасным даром, а значит пусть и не нарушила закон, но не проявила должную гражданскую сознательность. Это всего лишь значит, что доверия моим словам может быть меньше, что в этой ситуации очень важно. Да, в теории, я регистрироваться была не обязана, но это только в теории, на практике, на это смотрят не очень положительно.
А я мало того, что не зарегистрировалась, так еще и применила свой дар на человеке.
Я могу пойти в жандармерию, сказать, что меня и Лидию похитили и я сбежала, но во-первых, отец Лидии может это не подтвердить, потому что если выяснится, что он заплатил похитителям, пострадает его репутация. А во-вторых, как я смогла сбежать? Не смогу этого объяснить, не раскрыв свой дар.
Но в-третьих, я же там была не одна пленница, а значит, этого так оставлять нельзя.
Не знаю, что делать. По-хорошему, все равно надо заявить жандармам и все честно рассказать. Даже если убийство не признают полностью самообороной, все равно какие-то жесткие меры вряд ли будут. Вот если бы я всех убила – тогда да, тогда бы точно где-нибудь закрыли, а тут, ну оштрафуют, возможно, заставят где-то на артефактном производстве какое-то время отработать.
Самый главный тут минус в том, что все узнают о моем даре. Но я вот сейчас не вижу возможности этого избежать. Поэтому надо собираться и идти, нечего рассиживаться. Чем дольше тут сижу, тем больше вероятность, что меня где-то перехватят.
А кроме того, помимо жандармерии, мне еще надо в лавку зайти, ведь я вчера пропустила работу, потом в Академию. И да, хорошо бы еще поймать Гроса и задать очень интересный вопрос: с какой стати он меня сдал этому франтоватому хмырю?
Перед тем, как выйти из дома, я проверила глазами, магией и артефактами всю округу. Но вроде бы все было чисто. Не только во внутреннем дворике никого не было, но и в бараках по периметру не появилось подозрительных шевелений.
Может, они не знают, где я живу? Не спросили у Гроса сразу, потому что им это было не нужно, а теперь им необходимо время, чтобы это выяснить? В принципе, и такое возможно. В студенческом удостоверении не пишется адрес, более того, в Академии этого никто не знает. Мэтр Тонсирон тоже знает лишь то, что я живу в районе дальних бараков и вожу дружбу с бандой Гроса, вот и выходит, что точной информацией о месте моего проживания владеет лишь он.
Ну то есть как, можно у местных поспрашивать, но это ведь надо знать, у кого. Да и не уверена я, что эти пьянчуги не уйдут в несознанку, все же у них есть свой, если так можно сказать, кодекс чести. Но, но… все равно можно узнать, если сильно поднапрячься. Не стоит рассчитывать на хорошее отношение и благодарность этого контингента.
Тем не менее, пока путь был свободен, так что я перекинула собранную сумку через плечо и, выскользнув за дверь, активировала все защитные артефакты. Вещи я решила взять с собой, потому что может случиться так, что мне придется срочно бежать.
Я пересекла внутренний двор, прошла сквозь барак и перед тем, как выйти на основную улицу, проверила обстановку. Но вроде бы все опять было тихо.
Странно, ведь у них единственный шанс меня перехватить – это сделать все здесь. Выходит, и правда не успели. Но рано радоваться, нужно все равно соблюдать осторожность.
Конечно, может и стоило пойти в жандармерию сразу, прямо так, в грязном порванном платье – это было бы более достоверно, но мне эта идея не нравилась. Во-первых, в этом районе жандармерии не было, надо идти в центр, а центре сейчас непонятно что происходит. Я была далеко не уверена, что все успокоилось за эти два дня. И меня за такой вид могли просто задержать и доказывай потом, что я именно к ним и направлялась.
К тому же, я до сих пор до конца не уверена, что стоило идти к жандармам. А когда я только прибежала домой, я об этом вообще не думала.
Дорога была довольно дальняя, но уже минут через десять я вышла в относительно нормальный район и меня серьезно начало настораживать то, что тут очень мало людей. В это время рабочие движутся на завод, а я иду как раз по тому району, где они живут – решила специально не идти в центр по своей обычной дороге, а пробираться больше по заводским окраинам. К тому же, тут тоже есть свой жандармский пункт, который может отнестись ко мне более лояльно, чем центральный, где предпочитают общаться с богачами и аристократами. Хотя самое лучшее – это пойти в ближайший к Академии, но он вообще на другой стороне города, и поскольку он для меня самая очевидная цель, меня около него могут ждать.
Так вот, тут было слишком мало народу. И это странно, очень странно.
А дальше начали появляться и вовсе странные вещи. Например, мне встретилась сгоревшая лавка. Честно говоря, не помню, что тут было, но то, что она сгорела недавно – это точно. А еще дальше было что-то не так с улицей, будто из дороги выковыривали камни, которыми она вымощена. Но отсюда я точно не видела, зато видела остатки каких-то нагромождений посреди дороги. Баррикада?
– Это ж сколько я интересного пропустила-то! – буркнула я себе под нос.
Судя по состоянию домов и лавок дальше по улице, там был погром. И в сочетании с тем, что тут практически нет людей – мне это не нравится. Да и те, что есть, просачиваются тенями по стенам домов, стараясь не поднимать головы и не смотреть вокруг.
Тут я порадовалась, что жандармский участок находился через несколько домов всего, в небольшом переулке. Впрочем, радовалась я зря, потому что, когда я туда дошла, над его пепелищем поднимался лишь легкий дымок. Судя по всему, его даже огнеборцы не тушили. Картину пожарища довершало полуобуглившееся тело, висящее на решетках в глубине того, что осталось от здания – судя по всему, бедолаге не повезло оказаться там запертым.
– Прелестно! – опять буркнула я и, прижавшись к стене ближайшего дома, чтобы меня не сильно было видно с улицы, начала размышлять, что делать дальше.
Что-то я не уверена, что в центре ситуация будет намного лучше, и что жандармам сейчас до меня вообще будет хоть какое-то дело.
С одной стороны, я, как честная гражданка, должна сообщить о своем похищении, но что-то мне кажется, что мне просто не поверят. Хм, а может это и к лучшему.
Тут невдалеке что-то грохнуло, кто-то заорал, но крик тут же оборвался, ярко демонстрируя, что отсюда лучше убираться. Что бы здесь не происходило, не хочу в этом участвовать.
Я высунулась из переулка и поняла, что это я неудачно зашла, потому что по улице бежали люди, много. Потом задние ряды останавливались и что-то бросали в своих преследователей. Только я не поняла, кто это был. Ни те, ни другие были не похожи на рабочих или стражей порядка. Какая-то местная разборка? Но не многовато ли народу?
Потом, как я поняла, кто-то что-то кинул, и в рядах преследователей грохнуло, поднялся огненный шар, захвативший, наверное, десяток человек.
Оглядевшись, я пошла обратно к жандармскому пункту. Не может быть, чтобы у них не было выхода в соседний переулок, так по логике рассуждая. Искомое я нашла очень быстро – за боковой стеной здания, точнее за тем, что он нее осталось, оказался выход на соседнюю улицу. Уверена, что и с другой стороны есть такой же, но там придется перелезать через рухнувшую часть фасада и крышу.
Пройдя по небольшому, буквально пару метров шириной, проулку, я оказалась на соседней улице. И с предыдущей ее роднило лишь то, что на ней не было людей. Но по виду все здания и брусчатка на дороге были целыми.
Я только повернулась в сторону дома, как меня схватили сзади, закрыли рот рукой и затащили в какой-то дворик.
Через секунду меня отпустили и развернули лицом к похитителю.
– Ты что творишь, идиот! – прошипела я. – Я тебя чуть магией не шибанула!
Честно говоря, шибануть я планировала не только магией, потому что была уверена, что до меня добрались давешние похитители.
– Извини, не подумал, – повинился Грос. – Как увидел тебя, понял, что надо спасать.
– А ты меня спасал? От кого, можно полюбопытствовать?
– А ты не знаешь, что происходит?
– Говори, не тяни кота за хвост.
– В городе объявлена чрезвычайная ситуация, комендантский час, идут беспорядки. С того конца улицы идут жандармы.
– Жандармы? Именно они мне и нужны, – пробормотала я и ринулась посмотреть, но Грос схватил меня за руку и дернул обратно.
– С ума сошла? У тебя пропуск есть?
– Пропуск? – подозрительно уставилась я на парня, предполагая, что он меня разыгрывает.
– Ну да, пропуск. Его дают тем, кто работу не может остановить, лекарям там всяким, огнеборцам, рабочим фабрик с непрерывным производством. А вот студентам и лавочникам его не дают, так что сомневаюсь, что он у тебя имеется, – скривился тот.
– Ты тоже на лекаря с рабочим не очень тянешь!
– Не смеши, я тут каждый закоулок знаю, а ты, смотрю, прямо посреди улицы идешь. Жандармы сейчас злые, как собаки, лучше им не попадаться.
– Но мне к ним надо, – покачала головой я. – Кстати об этом, ты зачем меня предал?!
– Предал? О чем ты? – от моего яростного взгляда Грос даже отошел на шаг назад, впрочем, выглядел он как человек, который действительно не понимает.
– А о том, – прошипела я. – Меня два дня назад похитили бандиты какие-то. А потом они как-то узнали, что я делаю для тебя артефакты. Ничего сказать не хочешь?
– Два дня?.. Так, постой, я думал после случившегося в лавке старика ты сбежала из города…
– А похоже, что я сбежала?
– Нет, но… – Грос окончательно растерялся.
– Так, что случилось в лавке, что с мэтром?
– Старика убили, лавку спалили. Я даже думал, что ты там, но огнеборцы потом сказали, что только один труп, мужской. Поэтому я и подумал, что ты сбежала, когда, ну… все увидела.
– Это точно был мэтр Тонсирон? Может, Дэни?
– Старик. Я Дэна вчера вечером видел живого и относительно здорового.
– Почему относительно?
– Потому что в его доме был пожар, кто-то то ли зажигалку, то ли огненный шар кинул, вот Дэна и пожгло. Я навещал наших в лекарне, дал местным дамам мзды, они меня и пустили, смотрю, а Дэн на соседней койке лежит.
– Так, может, он?..
О политических взглядах моего сменщика я ничего не знала, что ведь он вполне мог подпалить лавку и мэтра, если был его идейным противником, раз уж тут такие страсти происходят.
– Не, он с самого первого дня в лекарне, как Академию распустили, а лавку сожгли на следующий. Но говорят, там, в центре, нехилая заруба была, лекарня переполнена.
– Понятно все, но мы отвлеклись. Что насчет моих похитителей?
– Я не знал, что тебя похитили, клянусь, – Грос приложил кулак к сердцу, впрочем, он не был магом и это был просто жест, а не магическая клятва. – И меня никто о тебе не спрашивал, а мои парни тоже не сказали бы, а если бы и сказали, то потом долож…
Парень оборвал сам себя на полуслове, его глаза забегали.
– Что? Кто-то из твоих сболтнул?
– Нет, то есть да, но… В общем, к главному приходили какие-то типы пару дней назад, он с ними какие-то вопросы решал, что-то про деньги, про..
– Ну же, продолжай, – поторопила я его, потому что он опять замолчал на полуслове.
– Про выкуп, – Грос посмотрел на меня. – Я не знал, что выкуп за тебя, я бы тогда сказал главному, что так не поступают со своими.
– Я не ваша, – на всякий случай напомнила я. – Но выкуп не за меня, а за Лидию Шерьерт, нас вместе похитили. А потом, видимо, решили поинтересоваться, кто я, раз уж я им попалась.
– Да, похоже на то. Но главный вряд ли знал, что тебя похитили.
– Я тоже так думаю, – ответила я совершенно искренне.
Скорее всего бандит, Муно, если это был он, просил узнать, кто я, а главный просто сказал, что я артефактор и с ними изредка сотрудничаю. А уж отговориться о причине интереса никакой сложности не составит.
Это же получается, что Муно зашел на территорию другой банды и похитил их человека, что, вообще-то, не практикуется и не приветствуется. Главный точно бы не объявил войну, но заставил бы меня отпустить, если бы знал.
– Что можешь сказать о бандите?
– Не местный, франтоватый какой-то тип откуда-то из центра. Слышал краем уха, что они занимаются азартными играми и похищениями по заказу.
– Значит, Лидию ему заказали?
– Скорее всего. Он же у нас человек новый, – парень пожал плечами, – откуда он мог знать, кто заплатит? Подружку твою уже несколько раз похищали, а главный вообще деньги получает за то, чтобы докладывать сиру Шерьерту, если узнает, что за его дочерью опять охотятся. В этот раз не срослось, по ходу. То-то главный уже второй день такой злой. Впрочем, и без твоей Лидии сейчас проблем хватает!
– Как интересно!
– Я тебе ничего не говорил, – вдруг испугался тот.
– Мы, артефакторы, тайны можем хранить получше лекарей, – усмехнулась я.
– Это хорошо. Только знаешь что я тебе скажу, еще нескольких людей похитили. В том числе пытались похитить твою подружку Лауру, – парень выразительно на меня посмотрел.
– Лаура мне не подружка… Стой, пытались?
– Ну да, эта отмороженная стерва просто иссушила похитителей. Оказывается, она и так умеет.
Про ее дар стазиса знали многие, да все в городе наверное, да и в целом она личность известная не только в Академии, но лишь немногие понимали, на что реально способен ее дар. Самая крайняя форма стазиса – полное лишение жизненных сил. В мумию, конечно, человек не обратится, но станет похож на старика, на труп старика.
– Те же самые похитители?
– Не знаю, в этой всей кутерьме сложно понять, – покачал головой Грос. – Может, и нет, но по логике…
– Те же самые, – согласилась я. – А я сбежала и теперь могу привести на их базу жандармов. Мне нужно к ним.
– Не нужно тебе туда, – покачал он головой.
– Ты же сам говорил, несколько человек похитили. Они еще там, скорее всего.
– Да, но тут такое дело…
– Да не мнись ты!
– Я слышал, что этот говнюк Тимми в доле. Похитили только детей противников графа или тех, на кого необходимо повлиять.
Говнюком Тимми у нас в городе все называли главу жандармского управления Тиммони Севая, и он и правда был еще той тварью. Никакие потусторонние сущности не нужны, если есть Тимми, он их всех за пояс заткнет.
– Ага… То есть я убила парня, босс которого в сговоре с местными жандармами? Прелестно!
– Ты там еще кого-то убила? – проговорил парень, мне показалось, восхищенно.
– В общем так, я иду домой.
– Я тебя проведу так, чтобы не поймали, – тут же предложил Грос. – И я тебя не видел.
– Ты сможешь это скрыть?
– Я постараюсь, – ответил Грос, отводя взгляд. – По крайней мере, докладывать не побегу. Но это все, что я могу.
Мы оба понимали, что если за него возьмутся всерьез, он меня выдаст. Фиговая ситуация…
Бесплатный фрагмент закончился.