Герцогиня покраснела. Она пыхтела, как горшок с кипящей кашей. Мне казалось, что ее парик вот-вот начнет также подниматься, как крышка на таком горшочке. От этой картинки в голове я прыснула и поспешила закрыть ладонью рот.
– Тетушка, неужели вы что-то имеете против? – вскинув брови и мило улыбаясь, произнес Симус. Но было заметно, что за его приветливостью скрывается вызов. – Матушка уже три раза отправляла меня к вам, чтобы найти мне невесту, но у вас все никак не выходило. Как вы думаете, что она скажет, если узнает, что вы сознательно мешаете мне жениться?
Ой. Кажется герцогиня даже зарычала от раздражения. Она резко, насколько ей позволяла ее широкая юбка, развернулась и бросила мне через плечо:
– Когда наразвлекаешься с моим непутевым племянничком, жду тебя, – она громко стуча каблуками, поднялась по лестнице.
Я сделала формальный книксен ее спине и оценила обстановку в холле. Симус довольно ухмылялся, а Элиза неэстетично вытирала тыльной стороной руки нос и обиженно хлюпала.
– Это все из-за тебя! – ткнула она в мою сторону пальцем. – Приехала из своей дыры, рассчитываешь на наследство, позоришь нашу семью, еще и жениха хочешь увести?! Не мечтай! Лорд Герберт мой!
– Ага. А кроме тебя, еще и десятка таких же наивных, как ты, – ухмыльнулась я себе под нос.
– Что ты там бубнишь? – топнув ногой, вспылила Элиза. – Никаких манер! Замухрышка! С каким удовольствием я буду смотреть, как ты позоришься на балу!
Я сделала скорбный вид и поджала губы. Ну да. Учитывая, что этикет высшего света и танцы были обязательным предметом в школе наемников, без которого не переводили на следующий год, я обязательно опозорюсь.
Хотя я все еще искренне надеялась не попасть на этот проклятый бал. И уж точно не планировала играть роль чьей-то там невесты.
Симус тем временем, насладившись истерикой Элизы, похлопал ее по плечу.
– Не печалься, Элиза-каприза, – он сделал бровки домиком. – Мелина точно тебе не конкурент. Опозориться сильнее, чем ты в прошлом году, уже никто не сможет.
«Сестра» оттолкнула от себя Симуса и с громким криком: «Мама, меня Симус опять дразнит!» – убежала наверх. Интересно, а когда она с инквизитором ссориться будет, тоже к герцогине жаловаться побежит?
– Ну вот, невестушка моя, – Симус с довольной улыбкой подплыл ко мне. – Мы, наконец, остались наедине.
Ему что, в прошлый раз было мало? Я резко переместилась, остановив колено в миллиметре от его паха, а пальцами сильно сжав чью? кисть между большим и указательным пальцами.
– Успокойся ты, – Симус поспешил объясниться. – Если не захочешь сама целоваться, больше не полезу. Но вот кое на что тебе придется согласиться.
Он засунул руку во внутренний карман и начал что-то доставать. Я приготовилась к тому, что мне придется импровизировать, потому что от племянничка я вообще не знала, чего ожидать. Но тот всего лишь вытащил небольшую коробочку, открыл ее и продемонстрировал мне.
– Кольцо моей бабушки, – парень с любовью рассматривал небольшое кольцо с большим камнем, немного наклоняя его то в одну, то в другую сторону, чтобы грани самоцвета ловили солнечные лучи из панорамного окна и переливались. – Я не могу позволить невесте ходить без главного символа помолвки.
Я отошла от него на пару шагов назад, продолжая недоверчиво смотреть на Симуса.
– Мелина, не переживай, – он добродушно улыбнулся, перевернул мою руку ладонью кверху и положил на нее кольцо. – Это временно. Надо, чтобы до матушки долетели слухи, что я невесте уже и кольцо подарил. А потом можем расторгнуть нашу фиктивную помолвку. Если ты, конечно, не захочешь продолжения.
– Нет уж, пожалуй, без продолжений, – покачала головой я. – С чего я должна помогать тебе?
– Ну с того, что я могу пойти к инквизитору и сказать, что моя сестричка наврала, а ты вполне свободная дама.
Я еле сдержалась от того, чтобы отдавить ногу этому наглецу. Никаких больше инквизиторов. Поэтому я надела на палец кольцо, которое, на удивление, пришлось в пору.
– Обожаю темпераментных женщин, – ухмыльнулся он. – Не зря инквизитор тебе шанс давал.
***
Спустя четыре часа поисков платья мы, наконец, сели за один из столиков у окна в кондитерской, мне сунули в руки меню и ткнули пальцем в одно из названий.
– Это любимое пирожное моей матушки, – заговорщицки прошептал парень. – Закажи его, а я громко буду восхищаться тем, что у вас с ней вкусы полностью совпадают.
– Но зачем? – спросила я, «заинтересованно» рассматривая меню.
– Через два столика от нас дочка ее подруги, – Симус еле заметно стрельнул глазами влево. – Эта точно все донесет, кому надо и что надо. Еще и приукрасит. А, и не забудь демонстративно теребить кольцо.
– Ты жестокий манипулятор, – фыркнула я.
Подошел официант, мы сделали заказ, и Симус провернул ровно то, о чем говорил. Девушка за указанным столиком заинтересованно подняла голову и стала пристально рассматривать меня. А вот взгляд ее соседки мне совсем не понравился. Казалось, будь у нее копье, она, без сомнения, кинула бы его в меня.
Как-то слишком для меня, которая хотела отсидеться тихо и незаметно. Но хуже оказалось другое: перед окном остановилась карета с гербом лорда Герберта. В ней мелькнул знакомый и до мурашек пугающий профиль. Проклятье! И тут этот инквизитор, что ему в особняке не сиделось? Зная мое везение, он в любой момент мог повернуться, а то и зайти в кондитерскую.
Я схватила Симуса за плечи и резко развернула спиной к окну, прячась. Племянничек герцогини явно расценил мое действие как флирт и, ухмыляясь, перевел взгляд на мои губы. Бросив взгляд на улицу, я с облегчением выдохнула: карета поехала дальше. Когда я, расслабившись, отпустила Симуса, за спиной раздался недовольный возглас:
– А мне говорил, что еще молод для брака!
Я резко оглянулась. И вовремя! В меня летела пиала с недоеденным мороженым.
Естественно, получить по лицу мороженым не входило в мои планы. Я резко выдернула поднос из-под принесенных тарелочек с пирожными, так что они почти не сдвинулись с места, и выставила его перед собой. Пиала ударилась, отскочила на пол и разбилась. По потрясающе красивым разводам мрамора растеклись совсем неэстетичные разводы мороженого.
– Ты! Мымра безродная! Кто ты вообще такая? – кинулась с оскорблениями ко мне та самая соседка дочери подруги мамы Симуса. – Да такие, как ты, только сапожников с соседней улицы заслуживают.
– Поаккуратнее, Зелда, ты сейчас с моей невестой говоришь, – Симус встал из-за стола и, на удивление, выглядел очень внушительно и сурово.
– А ты, обманщик, как, вообще, можешь разговаривать со мной после всех обещаний? – Зелда, видимо, так ее звали, забавно топнула ножкой.
Это так было похоже на Элизу. Интересно, их где-то специально учат так делать? Странно, что нам в школе об этом не рассказывали. Упущение.
– Я тебе обещал, что вернусь, но не говорил, что к тебе, – хмыкнул с легкой улыбкой Симус.
Вот же ж засранец. Теперь понятно, почему его присылают на перевоспитание. Только вряд ли он перевоспитывается.
Замечание Симуса нисколько не обрадовало Зелду. Она поджала губы и набрала воздух в легкие, готовая разразиться новой партией возмущения. Народ, естественно, пялился на нас. Дочь подруги мамы Симуса с прищуром смотрела на меня, выжидая, как же я себя проявлю. Надо было это прекращать.
– Милый, у меня пропал аппетит, – я обратилась к Симусу, но посмотрела на Зелду. – Ты прав, я бы тоже не очень хотела есть надкушенное кем-то пирожное.
Симус выразительно поднял бровь и хмыкнул, а девушка в негодовании начала надвигаться на меня, протягивая свои ручки. Ну да, а за ножками следить? Я незаметно поставила ей подножку так, что показалось, что она просто поскользнулась на своём мороженом. Не позволю называть меня безродной.
Зелда пронзительно взвизгнула и шлепнулась в лужу. Симус подошел к ней и подал руку, чтобы помочь подняться. Те слова, которые она кричала дальше, я слышала только на мужских групповых тренировках.
Дочь подруги мамы Симуса, которая сидела за одним столиком с Зелдой, решила сделать вид, что с ней не знакома.
Из глубины кондитерской послышался раскатистый голос хозяйки. Я взглядом намекнула Симусу, что пора уходить. Он подал мне локоть, и мы гордо откланялись.
– Тебя потом не предадут анафеме? – тихо спросила я.
– Что мне, в первый раз, что ли? – усмехнулся он. – Ты откуда про «надкушенность» пирожного-то узнала?
– Угадала, – пожала плечами я.
Симус галантно открыл мне дверь, и я, уже выходя, почувствовала, как мою спину буравит очень знакомый и вызывающий трепет взгляд. И чем я так прогневила Праматерь, что все время натыкаюсь на инквизитора?
Он же вроде проехал мимо. Или зашёл через служебный вход?
– Ты мне должен, – буркнула я, пока мы ехали в повозке к особняку герцогини.
– За что это? – Симус удивлённо вперил в меня взгляд.
– Во-первых, я отвадила от тебя обиженную бывшую, – он попытался меня перебить, но я не дала, погрозив пальцем. – Мне вообще плевать, что у вас там было и кто что кому обещал. Во-вторых, мы привлекли слишком много внимания. Бедная сиротка должна тихо отсиживаться в доме герцогини, а не быть причиной скандала в популярной кондитерской. Ну а в-третьих, там был инквизитор, который, спешу тебе напомнить, ждёт приглашения на нашу свадьбу.
– Так, может, не будем заставлять его ждать? – подавшись вперёд, предложил Симус.
Я закатила глаза и откинулась на спинку диванчика, вызвав этим его добродушный смех.
– Ладно. Значит, буду должен, – сказал он. – Только намекни, и я весь твой.
***
Очень не хотелось, но по возвращении пришлось идти к герцогине. Она корпела над какими-то бумагами за своим необъятных размеров столом и тихо поскрипывала пером.
При моем появлении мадам Олейна подняла голову и, небрежно закинув перо в чернильницу, положила руки на подлокотники кресла.
– Ты решила, что самая умная, да? – презрительно бросила она мне. – Думаешь, племянника окрутишь и потом меня шантажировать будешь?
Я как стояла у порога, так и замерла там. Откуда у неё вообще появились эти мысли?
– Зная Симуса, он тебя обрюхатит и смоется. А ты так и останешься с ублюдком. И с документами я тогда помогать тебе не буду, – буквально выдавливала из себя по капле яд герцогиня. – Но держаться бы тебе от Симуса подальше. Именно его отец поймал твоих родителей и теперь роет носом землю, чтобы поймать тебя.
Все тело мгновенно напряглось, будто крича «тревога!». Пальцы тянулись сжаться в кулак, и я через силу заставила себя сохранить внешнее спокойствие.
Что касалось Симуса, дети не отвечают за родителей, уж я-то точно это знала. Просто теперь я понимала, что наше театральное представление пора заканчивать. Пока его родителям не приспичило приехать и познакомиться с «невестой».
Зачем герцогиня сказала это мне? Только, чтобы предупредить? Глядя на ее язвительный прищур, я понимала, что женщину беспокоит что-то другое. Ей что-то от меня было нужно. Но что?
– Ваша Светлость, позвольте вам напомнить, что у нас был уговор насчет помощи. Я добываю артефакт, а вы помогаете мне достать документы и уехать, – перестав строить из себя саму покорность, я начала разговор, который уже нельзя было откладывать. – Моя часть договора выполнена. Мне нужны бумаги.
Ноздри мадам Олейны недовольно расширились. Я думала, она разразится очередной порцией брани. Но та взяла трость, которую использовала при приступах боли в коленях, и ею захлопнула створки окна.
– Ты, неблагодарная, – понизив голос, сказала герцогиня. – Я тебя спрятала у себя, легенду тебе выдумала, запятнав, между прочим, этим честь своей семьи. А ты смеешь в чем-то меня обвинять? Я вообще тебе ничего не должна. Чистая благотворительность!
– У вас артефакт инквизитора, – процедила я.
– Уверена, что у меня? – вкрадчиво спросила она. – Ничего ни про какой артефакт не знаю. Пошла вон!
Интересный поворот, однако. Я уже перебирала в голове все известные мне способы мести. Пожалуй, то, что она меня прогнала, уберегло ее от того, чтобы я эти способы воплотила в жизнь. Хотя на ее месте я бы опасалась, не случится ли ночью чего… неожиданного.
Расшаркиваться перед герцогиней я не стала, развернулась на каблуках и пошла к двери.
– И не забудь привести себя в порядок и вспомнить манеры тихой сиротинушки за ужином, – кинула она мне вслед. – Иначе не то что документов не получишь. Сразу же вылетишь из моего дома. А колечко-то сними. Не по статусу тебе оно.
Не церемонясь, я хлопнула за собой дверью. Старая стерва. Мне нужно было срочно понять, что у нее на уме, пока дело не затянулось. Возможно, стоило поискать еще кого-то, кто может сделать документы. Только тихо и быстро.
За Симусом должок, поэтому, если что, деньги я раздобуду. Но самое главное – достать вторую часть браслета. Два дня до бала. За два дня надо понять, как я это сделаю.
Чтоб тебя виверны понадкусывали, лорд Герберт. Что тебе мешало уйти на праздник, веселиться там, а не ловить несчастную меня в своей спальне голыми руками? Я бы теперь не ломала голову и уже наверняка была бы далеко отсюда.
Когда мне пришлось уходить от столкновения с пятым слугой подряд, нагруженным платьями так, что он не видел дороги, я не выдержала и остановила его.
– У нас что, тут открывается магазин женской моды? – спросила я, наблюдая, как маленькая капелька пота стекает по лбу слуги.
– Что вы, леди, – немного заикаясь, пробормотал он. – Просто леди Элиза очень переживает. Она никак не может подобрать себе платье для бала.
– И она решила похоронить весь особняк под платьями? – усмехнулась я.
– Нет, леди, мы, конечно же, уносим все, что принесли, обратно в магазин, – скороговоркой выпалил мужчина, пытаясь стряхнуть ленту, которая упала на его голову.
Я аккуратно сняла ее, свернула и положила сверху на стопку одежды, а он подскочил с внезапным осознанием:
– Простите, леди, мне пора бежать.
Я закрыла глаза ладонью и тихо повторила себе: «Два дня».
Раздраженно пыхтя, я дошла до своей комнаты и замерла. Дверь была приоткрыта.
Через разрез кармана в юбке я выудила из ножен на бедре маленький кинжал, прижалась к стене спиной и носком туфли распахнула дверь. Из комнаты послышался шорох. Одним длинным движением я проскользнула внутрь, готовая сразу же отразить нападение.
Но вместо этого сначала услышала всхлип, а потом увидела Элизу, сидящую на коленях около моего сундука. В ее руках был нож, которым она старательно ковырялась в замке. К слову, этот замок вообще ничего не закрывал, просто висел для отвода глаз.
Кинжал я убрала, но вот расслабляться не стала. С чего это моей «сестричке» пришла в голову идея полазить в моих вещах? Очередная прихоть герцогини, которую она решила провернуть руками дочки? Она могла не отказаться от мысли, что что-то пошло не так с инквизитором. Или понять, что я не всю форму ей отдала. Любой из вариантов меня не устраивал.
– Леди Элиза? – удивленно распахнув глаза, спросила я и сделала книксен. – Чем-то могу помочь?
Делая вид, что совсем не заметила, как она пыталась вскрыть мой сундук, я подошла к Элизе и протянула руку. «Сестра» раздраженно ее откинула и сама встала, уперев кулаки в бока.
– Мне нужно твое волшебное мыло! – капризно заявила она и шмыгнула носом.
Н-да, Элиза-каприза вышла на сцену. Впрочем, мыла-то мне не жалко.
– У вас болит голова? – засуетилась я. – Сейчас-сейчас. Надо было раньше сказать. Я бы сразу дала. Маменькины рецепты никогда не подводят.
– Из-за тебя мама со мной поругалась, я разнервничалась… – Элиза демонстративно приложила два пальчика к своему лбу.
Я «в ужасе» прикрыла ладонью рот. Удовлетворившись тем, что смогла заставить меня понять, как я была не права (еще бы понять, в чем), она гордо подняла голову и, морщась, ждала, пока я сбегаю за «чудодейственным лекарством». За мной не пошла.
Хорошо, что я в прошлый раз убирать мыло в сундук обратно не стала. Плохо, что теперь им провоняла вся ванная.
Я натерла в маленький льняной мешочек мыльной стружки и добавила туда порошка бесцветника. Последний как раз гарантированно должен был снять головную боль. Элиза приняла от меня мешочек двумя пальцами вытянутой руки и брезгливо поморщилась. Может, стоило еще напомнить ей об ингредиентах?
***
Ответ на свой вопрос, рискнет ли Элиза умыться мылом, я получила сразу же, спустившись к ужину. Я была снова на сцене в роли скромной сиротки на спасительном дальнем конце стола.
Пахло так, что у прислуги, которая подносила еду, слезились глаза. Симус, сначала сидевший рядом с герцогиней, извинился и сказал, что жениху надлежит сидеть рядом с невестой, и пересел напротив меня.
Мадам Олейна сначала долго осматривалась. Под стол заглянула. Незаметно принюхалась к слугам. И только потом перевела негодующий взгляд на Элизу. А «сестра» сидела хоть немного и зеленая от запаха, но счастливая: все же голова прошла.
– Элиза… – позвала мадам Олейна, сжав вилку в руке до такой степени, что костяшки побелели. – Ты сегодня совсем ума лишилась?
– Нет, маменька, – приторным тоненьким голоском пропела Элиза. – Вы меня сегодня так расстроили, что пришлось лечить головную боль. Еще немного, и моего здоровья просто не хватит, чтобы участвовать в отборе.
– Еще немного, дорогая моя, и на твой новый парфюм не женихи, а мухи слетаться будут, – сквозь зубы процедила герцогиня.
– К чему другие женихи, если мы с инквизитором, считай, у алтаря стоим? – мечтательно улыбаясь, сказала Элиза и отправила в рот кусок мяса. – Все говорят, что именно я единственный достойный вариант для лорда Герберта.
«Надо же, как уже все решили. Но почему бы и нет? – подумала я и нахмурилась, гляда на тарелку. – Совет им да любовь. Главное, чтобы я была подальше».
Я представила, как на балу все девушки во главе с Элизой будут отвлекать инквизитора, а я спокойно и, главное, незаметно отыщу часть браслета и исчезну, как будто меня и не было. И инквизитор, наконец, исчезнет из моей жизни и мыслей. Исчезнет же?
– А еще знаете, о чем треплются в городе? – продолжала болтать Элиза. – Говорят, лорд Герберт очень переживает, что браслет тайно собираются выкрасть. Поэтому его выставят в самом центре бального зала, а вокруг – охрану. Ну, чтобы эта ценность все время была под надзором. Ну глупо же, да?
Вот… хитрый лис! То, что Элиза по своей простоте посчитала глупым, было на самом деле гениальным решением. Он хотел выманить меня.
Идти туда окольными путями смысла никакого не было. В своем костюме даже на балу-маскараде я была бы заметна, как булыжник среди бриллиантов.
Затесаться среди прислуги инквизитора было практически невозможно. Что мне оставалось? Только идти на бал гостьей. Что ж, можно было сказать спасибо Симусу, платьем он меня обеспечил. Как я поняла, если он меня туда возьмет в качестве невесты, даже герцогиня ничего не сможет сказать.
Оставалось отвлечь охрану и незаметно вернуть себе свое. И потом сбежать. А для этого нужны были документы.
– Мелина! Ты вообще меня слушала? – до моего сознания долетел возмущенный вопль герцогини только после того, как Симус пнул меня под столом. – Чтобы завтра занялась платьем Элизы! Сходишь завтра к швее, которая королеве наряды шьет и любыми – поняла меня? – любыми способами уговоришь ее сделать Элизе платье.
– Ваша Светлость, – нахмурилась я, подсчитав еще раз дни до маскарада, – но за два дня это невозможно!
– Когда очень хочешь, нет ничего невозможного, – она выгнула бровь. – Иногда кажется, что и спрятать человека невозможно.
Так, намек поняла, глазки потупила, скромно кивнула. С утра в город. Я знала, где найти королевскую швею. А также то, что ее муж занимается незаконными сделками. Она хорошо шьет для королевы, ему не шьют дело. Все просто.
Явный намек в словах герцогини Элиза и Симус, конечно, заметили. Но разве мадам Олейна стала бы что-то объяснять? Нет, конечно. А разве что-то заткнуло бы любопытство Элизы? Конечно, нет. Поэтому до конца ужина «сестра» заходила с разговором то с одной, то с другой стороны, чтобы выведать, на что же ее мама пыталась мне намекнуть.
Симус усмехнулся, глядя на меня, и вернулся к еде. Он был проницательней и серьезнее, чем хотел казаться. И это в нем импонировало. Даже несмотря на очень специфическое знакомство.
***
На следующее утро после завтрака я нашла Симуса в саду. Он сидел с книгой и, казалось, не замечал ничего. Я аккуратно присела рядом на лавочку.
Симус искоса посмотрел на меня и захлопнул книгу. «Тайная жизнь королевских наемников», мемуары Его Величества Сирка Великолепного. Какое, однако, увлекательное чтиво. Подавив в себе желание отодвинуться подальше, я натянуто улыбнулась.
– Доброе утро, дорогая невестушка, – подколол он меня. – Как ваша ночь вдали от изысканного парфюма вашей сестрицы?
После его шутки напряжение спало.
– Учитывая, что парфюм из моей коллекции, я уже привыкла.
– Тогда, моя дорогая, – рассмеялся он. – После свадьбы я буду намерен уничтожить конкретно этот ценный экземпляр.
– И ладно, – пожала я плечами. – Я уверена, что смогу приготовить новый. Только найду помет летающего каламиса.
– Обещаю, я буду пристально следить, чтобы этого не случилось, – парень прищурился, изображая внимательный, следящий взгляд. – А если серьезно, что случилось?
– Симус, мне нужны деньги, – вздохнув, призналась я. – Вернуть не смогу.
– Хм, – качнул он головой. – Честный запрос. Деньги-то не проблема. Но не наживешь ли ты этими деньгами проблем себе?
– Надеюсь, что только решу.
А что я могла ему ответить? Гарантий у меня не было никаких. Ни в чем. Оставалось действовать практически наугад. Но если сидеть на месте, то можно вообще ничего не добиться.
Симус посмотрел вдаль, похлопал книгой по ладони и встал.
– Идем, – он пошел по дорожке к дому.
К десяти утра у меня была сумма, которой должно было с лихвой хватить не только на документы, но и на оплату за срочность их изготовления. Я переоделась в простое платье служанки, выскользнула из особняка и поспешила к дому швеи.
Вселюбящая благословила утро замечательной солнечной погодой, и я надеялась, что мне Праматерь тоже отсыпала удачи. Птицы пели, листва в кронах весело шелестела, а люди спешили по своим делам.
Швея, мадам Пурпур, жила в небольшом светлом двухэтажном домике на окраине центральной части города. Вроде и не знатная, но и не последняя из мастериц, общавшаяся с самой королевой. Она оказалась высокой сухонькой женщиной, которая, внимательно выслушав меня и мою историю о том, что домой не пустят, если она не согласится, покачала головой.
– Моя милая, ну и родственнички тебе достались. Врагу не пожелаешь. Я же сама сирота, все понимаю, – женщина начала торопливо собирать ленты и булавки, чтобы, не откладывая, пойти снимать мерки с Элизы. – Как же хорошо, что Ее Величеству платье я уже закончила.
Я благодарно сделала книксен, даже зная, что это не по рангу. Ведь могла отказать, и тогда бы мне пришлось выдумывать, как ее уговорить. Видя расположение швеи к себе, я собиралась спросить про второе мое дело, документы, и рефлекторно проверила наличие денег в кармане.
Тут со второго этажа быстро спустился невысокий, с круглым упругим животиком мужчина в бежевых штанах и желтой жилетке. Отлично, он-то мне и был нужен.
– Мадам Пурпур, позвольте еще вас попросить об очень важном, совершенно секретном деле? – практически шепотом, с надеждой глядя в глаза швее, спросила я.
– Да, моя милая, что случилось?
– Мне очень… Хотелось бы попробовать поступить в академию, – на ходу придумывала предлог я. – Но у меня забрали все документы, чтобы я не могла сбежать. Я слышала…
Швея остановила меня движением руки, подошла к мужу и тихо что-то ему пробормотала. Он кивнул и подошел ко мне.
– Что конкретно вас интересует, леди? – низким, немного скрипучим голосом задал вопрос он.
– Мне нужны новые документы. На новое имя, – тихо сказала я и достала из кармана деньги. – Здесь за работу и за срочность.
Он развязал мешок, прикидывая, сколько там примерно. В этот момент швея практически подпрыгнула у окна, крикнула мужу что-то на непонятном мне наречии и, схватив меня за локоть, потащила куда-то вглубь дома.
Входная дверь внезапно открылась.
– Господин Пурпур, на вас был написан донос, – прозвучал до мурашек знакомый голос. – Вы задержаны.
Демон меня дернул, я оглянулась, и меня пронзил взгляд острых, как иглы, и глубоких, как бездонный колодец, глаз.
Бесплатный фрагмент закончился.