Марина Ефиминюк

вооруженный кисточками Ян примчится на битву с ее озверевшим братом

хочешь… Ренисса, давай соорудим десерт. Полей мне лед напитком вон из того графина. Горничная повернула голову в указанном направлении, к столику с хрустальными графинами. – В них же бренди, – шепотом подсказала она на талусском языке. – Что поделаешь, если фруктового сиропа в библиотеке не найти? – вздохнула я. – Принести? – С готовностью услужить и немедленно исправить недоразумение едва не вытянулась в струнку горничная. – Нет! Какая жизнь, такие десерты. *** В Блоквер

Да лучше бы вообще не находила! – Николас! – воскликнула я. – Ты тоже это видишь? Мы… мы… Никогда не заикалась, но вот случилось. – Наши рейтинги сильно упали, – невозмутимо прокомментировал Блайк. – Сильно упали? – Я едва не задох

– Фостен! – Повернулась я к нему. – Мы обязаны купить тебе подарок. Ты сегодня столько всего мне подарил, несправедливо оставлять тебя ни с чем. – Ты оставишь меня с деньгами, и я смирюсь с несправедливостью, – отказался тот.

Облачившись в длинную кружевную сорочку из тончайшего кружева, я подошла к зеркалу и снова вздрогнула. Зря постеснялась примерить сразу после того, как получила коробку от модистки. Одежду придумали, чтобы скрывать все, что должно быть скрыто, но этот наряд для новобрачной к такой категории явно не относился. Ни стежка пуританской сдержанности!

– Претензии все еще не принимаются, деньги не возвращаются, – напомнила я, – но ты переплатил, поэтому на сдачу дам тебе зелье радости. Денек порадуешься жизни, потом словишь смешные побочки… Честное слово, ну очень забавные! Когда переживешь это приключение, поймешь, какой ты удачливый парень. Хочешь?

Невольно мы повернули головы. Я с раскрытым от изумления ртом. Соверен, уверенно стискивая пальцами каменное «хозяйство» статуи. Бахнула вспышка репортерского гравирата…