Амелия Борн

закончил, – донеслось мне в спину. – Я снова тебя добьюсь, любимая. Но я сделала вид, что этого

новому статусу. – С женой, – согласился Саша. – Так ответишь на вопрос? Теперь я нахмурилась. Этот странный разговор, когда мы вели беседу в стиле: «Кто кого переспросит?» мне не нравился. – Если ты помнишь, наши с тобой отношения не заладились с

друг от друга подальше. Произнесенные слова породили в душе чувство острого сожаления. Ну почему я не заслужила хотя бы шанса на то, чтобы жить нормальной жизнью? Общаться, с кем захочу. Строить хорошую карьеру. Растить ребенка и

– Мама, пойдем домой. – Что случилось? – встревожилась я. – У тебя что-то болит? Или тебя кто-то обидел? – Дома поговорим, – произнесла дочь так серьезно, что захотелось улыбнуться, но губы не слушались. Я почувствовала, что произошло что-то действительно пугающее. – Лисонька, в чем дело? – спросила, присаживаясь перед ней на колени, когда мы оказались в надежном укрытии нашего дома. Во всяком случае, тогда мне казалось, что там надежно. – Лиза говорит…. Опять эта Лиза! Чем еще ее неугомонная

– Солгал. Она молчала несколько секунд,

глаза. При этом на лице его появилась холодная усмешка.  – Подумай ночку – а может, больше – о своих дальнейших действиях.

приезде Сотникова ничего не знал. И не решил дать нам возможность побеседовать наедине. При упоминании имени бывшего партнера лицо Юры пошло