© Владимир Михайлович Аксёнов, 2016
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Я шагаю, не глядя под ноги,
Я разглядываю звёзды в подлиннике…
Что руками не надо трогать,
Я приучен с детских лет.
Только тычу вполне сознательно
В небо пальцем своим указательным,
В точки света, которых нет…
Заиграл в последний раз
Школьный вальс,
Как у вас, как у вас и как у вас,
Осыпая счастьем и маня,
И повёл куда-то он меня…
Припев:
Через последний школьный порог,
Где не услышу последний звонок,
Где шум больших перемен —
Квартирант других стен
Будет чудиться мне
Лишь во сне…
Время треплет календарные листки,
Сединой покрыты уж вески,
Студит память вешнюю мою,
Но по-прежнему, когда грущу, пою:
Припев.
Переступил я последний порог…
Уже слышан последний звонок.
Никаких перемен,
В жизни я джентльмен,
Прозвенит, я уйду насовсем…
(после паузы)
Там шум больших перемен —
Квартирант других стен
Будет чудиться мне
Лишь во сне…
Три тысячника, три РБМК,
В руках надёжных три энергоблока —
Источники живительного тока
В историю войдут наверняка.
В артерию страны вливаем ток.
Энергия для всех, как и свобода…
Во благо процветания народа
Мы выполняем свой гражданский долг.
Не безупречен атомный прогресс…,
Но мы свои позиции не сдали.
Не за награды ордена-медали,
Работает Смоленская АЭС.
Даём мы людям и тепло, и свет
Для достиженья счастья и покоя.
Надёжность в нашем деле основное,
Культ безопасности – приоритет!
Мы выверяем планы, как итог,
И результат достоин уваженья…
Рассчитанный на совесть и уменье,
Отсрочим на года проектный срок.
Пусть наш энергетический накал
Не превзойдёт естественного фона.
И надо, чтобы каждый осознал:
Мы патриоты собственного дома.
Характер Женщины не ясен:
Он может быть игрив, красив…
Через мгновение
опасен,
Через мгновение
строптив,
Покладист и высокомерен,
Тернист, пушист и неуверен…
В одном Мужчина убежден:
Характер Женщины при нем!
P.S.: Мужчина, не играй с огнем!
Ропот, ропот:
«Топот, топот…»
Атаман приник к земле…
Взглядом был подавлен хохот
Тех, кто ржал, как конь, в седле.
Казачьё, кто трезв, кто пьян,
Разом залегли в бурьян ждать,
Что будет молвить
Трезвый нынче атаман…
Тот спешить не собирался,
Будто мертвым он казался,
Аж, глаза свои закрыл,
Напрягаясь, что есть сил.
Наконец, все же поднялся
И, шипя, заговорил:
«Хлопцы! Будет ныне сеча…»
Оборвал свою он речь
И велел, тут, недалече,
Казачкам своим залечь.
И стеречь, стеречь, стеречь!
Между тем шум нарастал.
Стало ясно: враг скакал.
Пики-копья наготове,
Казаки уже в седле…
Невезучие панове
Тоже пьяные в седле.
И пошел разбой-грабеж
К удивленью пьяных рож.
Что творили казаки,
Надо видеть, мужики…
Барин был слегка богатый.
Просто ехал он до хаты,
Ехал прямо от сватов,
Потому и был «готов».
Издевались казаки кто
Как мог, и как могли.
Все бы было ничего,
Да при нем была краса,
Ниже пояса коса.
Это был уже трофей,
Только чей? А так, ничей!
Атаман разгорячился,
Через пять минут был пьян,
А с чего он так напился
Он не понял даже сам.
Но скорее так влюбился,
Молодым был атаман.
Раскисать при бабе статной
Не хотелось, не с руки.
Как-никак дружиной ратной
Правил, мать их – казаки!
Барин быстро протрезвел
И со страху осмелел:
Как мужик с такою харей
На него переть посмел!
Да и девку молодую
Червь вонючий присмотрел?
Тут пришла пора наглеть
Атаману, крикнув: «Геть!»
Он рванул и пару раз
Сунул барину меж глаз.
Тот мешком на землю пал,
Скорчился и застонал,
И невнятно, что-то вроде
Промычал: «Я так и знал…»
Девка сцену оценила
И вовсю заголосила:
«Мужики совсем рехнулись
Мать святая помоги!
И меня обереги
От проклятых кобелей…
Сбереги, а я ей-ей…!»
Что она сказать хотела,
Но, как видно, не успела
Знает только один Бог,
Потому что бело тело
Сгреб в охапку атаман,
И как мог, и как не мог
За собою поволок.
Казаки в раз растерялись,
Матерились и ругались…
Созревал бунтарский план,
В планах новый атаман…
Да еще тут этот пан…
Барин-пан меж тем очнулся,
Про себя, как мог, ругнулся,
И с прищуром, вспомнив сан,
Из бурьяна вылез сам.
Слово молвил казакам,
Что, мол, бросил атаман,
Променял на бабу братьев,
Сбег, и грош ему цена,
И судьба ему одна:
Али дыба, аль тюрьма…
Семя брошено не зря,
Пригорюнилась «родня»…
Но сюжет вновь изменился:
Атаман с красой явился.
Девка краскою пылала,
В волосах бурьян торчал,
Атаман свет излучал…
И в глазах тот свет искрился.
Пыл казачий испарился,
Счастье было налицо,
А на девушке – кольцо.
Лик пановий зеленел,
Хохол спал, а лоб вспотел:
Мир, как будто, серебрился,
От подарков бил озноб.
Ни один не поскупился,
Мокрым стал у пана лоб:
На подарки шло его —
Пана-барина добро,
И старик совсем смирился.
Молвил казакам он речь:
«Да, не смог красу сберечь!
Сам увел на днях девицу,
Думал, отвезу в столицу,
Буду в старость при красотке.
Хвори смерть и смерть чесотке.
Ан не вышло, «не шарман»,
Пусть владеет атаман».
Свадьбу весело играли,
Пили-ели, потом спали,
Утром снова начинали.
А старик был молодцом:
Стал посаженным отцом
И напившись до «ни зги»,
Записался в казаки.
Вместе стали воевать,
Колобродить, воровать.
В чем мораль?
Мораль проста:
Лучше жить, чем умирать!
Победа сладка
После долгих мучений,
Когда тебе трудно,
Когда нелегко…
И в искрах и в пламени
Боли сомнений
Себя побеждаешь:
Себя самого…
В домино есть термин:
«Пусто-пусто»,
А в футболе – это «по нулям»…
Фестиваль вратарского искусства
Не всегда приносит
Радость нам.
Нам важнее гол,
Но в чьи ворота?
Это риторический вопрос.
Так устроена болельщиков
Природа,
Так болеет негр и эскимос.
Так болеют мужики и бабы
И ничем не лечится недуг,
И футболу мы не просто рады,
Без футбола в жизни, как без рук.
Разверни свои «сутулы плечи»
И бегом, скорей, на стадион,
И порадуйся прекрасной встрече —
Ты и спорт!
И ты в нём чемпион!
Страна в наложницах у Власти,
Сплошные беды и напасти:
То там убьют, то здесь сопрут…
А люди мрут, а люди мрут…
Ко всем приходит этот час,
Придет он и ко мне,
Придет как вор иль почтальон,
Что с сумкой на ремне…
Вот понедельник пролетел,
Как сумрак утра,
Как блеск амурных метких стрел,
Слетел, как пудра
С лица случайного в игре
От ноты ДО до ноты РЭ,
Как шалунишка компромисс
Как звук, оборванно повис…
И смят листок календаря
В абциссе времени не зря…
Для вторника теперь лафа
От ноты МИ до ноты ФА…
Мой внук родился в прошлом веке…
И вот ему тринадцать лет…
Дед в это время, был в Артеке,
Осваивал велосипед.
Шучу – осваивал УАЗик
И в председателях ходил
Седьмого пионеротряда
И дружбу с дуррами водил…
Бесплатный фрагмент закончился.