– Ты, это, Кузьма, вечером вот что – собери всех своих офицеров в штабе! Мне надо с ними со всеми поговорить. И чтобы никто ничего не знал.
После отъезда гостей Кузьма дал команду построить всех.
– Товарищи казаки, наше обучение закончено! Послезавтра в ночь мы выступаем на войну. С сегодняшнего дня мы по легенде не казаки, а матросы морской пехоты Черноморского флота. У всех звания флотские. Так надо для пользы дела. Обращение друг к другу только товарищ матрос, к урядникам – товарищ старшина. Всем нашить на левый рукав на форме штат с желтым якорьком в красном круге. Младшим урядникам присваиваются морские звания старшины 2 статьи, старшим урядникам – звание старшины 1 статьи, приказным – старшего матроса. Вороненко, Ковтуну, Хорошихину из взвода разведки, Ковпаку, Павленко, Громову, Царегородцеву, Нургалиеву – из боевой роты, Вислогузову из медицинской службы, Попову из службы снабжения, Максимову из механизированного взвода присваивается звание главный старшина. Сразу поясняю, что казачьи звания за всеми вами сохраняются, но носить их будем с гордостью, когда вернемся на Кубань. Теперь по офицерам. Всем офицерам выйти из строя и построиться перед строем! Волкову тоже встать в строй офицеров!
После того, как офицеры выполнили команду и построились лицом к строю казаков, Кузьма зачитал приказ и вручил новые погоны.
– А теперь начать сборы к выступлению. Новые кубанки подписать и завтра вместе с ненужными и личными вещами сдать на склад капитану Ускову. Снабженцам дополучать необходимое имущество и вооружение, спальные мешки, коврики, подстилки, медикаменты и т. д. Казакам боевой роты грузить все это в машины и БТРы. Отцу Михаилу отстрелять новые снайперские винтовки на полигоне до нашего отхода.
Отец Михаил кивнул головой и после того, как Кузьма закончил, вышел вперед и попросил слова:
– Головные уборы снять! На молитву!
И стал читать молитву. Все казаки крестились и повторяли слова за отцом Михаилом. Эта молитва, повторяемая двумя сотнями людей, казалось, летела над лагерем и была слышна далеко. Солдаты Ускова собрались у своей казармы и издалека разглядывали казаков.
– Кройсь! – раздалась команда младшего лейтенанта Волкова после того, как отец Михаил закончил молитву и прочел казакам духовное наставление.
После этого Кузьма распустил всех казаков заниматься своими делами. Офицеры пошли распоряжаться и контролировать действия подчиненных. У всех были свои дела.
Осипович принес к штабному домику новую винтовку «Винторез». Рассматривали все ее с огромным интересом.
– Дали в специальных ящиках с ЗИПом специальный чехол для прицела, отдельно придается ночной прицел. Ведь могут делать, если хотят! взахлеб рассказывал Осипович.
– А я слышал, что у боевиков такие давно есть! – пробасил отец Михаил.
– Вот это и заботит нас больше всего! – отозвался Носов, – хорошее оружие, похоже!
Снайпера взвода разведки с отцом Михаилом побежали отстреливать полученные винтовки ВСС на полигон. Разведчики проверяли коней, паковали палатки, имущество. Есаул носился между ними, считая все это игрой.
В штабном домике стояло врученное отряду знамя, у которого несли караул казаки, поставленные вахмистром, вернее, младшим лейтенантом Волковым.
Вечером Кузьма наконец собрал офицеров в штабном домике. Науменко тихо сидел на отдельном стуле немного в стороне и думал о чем-то своем. При всех офицерах он вскрыл конверт с маршрутом движения.
– Давайте, товарищи командиры, диспозицию составлять по движению и размещению на машинах! – предложил Кузьма, – капитан-лейтенант Осипович со своими разведчиками и табуном пойдет по Краснодарскому краю и Северной Осетии до Моздока, с ним пойдет фельдшер Вислогузов – позывной взвода разведки на первый день «Марат», по отделениям от «Марат-1» до «Марат-5». Идете скрытно до места предназначения. Вот карта вашего движения! – Кузьма вручил капитан-лейтенанту Осиповичу карту движения. Тот сразу взял и стал изучать.
– Теперь по всем остальным! – продолжил Кузьма, – мы выступаем вторым отрядом. Первым пойдет за милицейским сопровождением БТР с майором Семеновым и с первым отделением – позывной «Артем-1», второй БТР пойдет со вторым отделением и в нем пойдут майор Миронов и Ковпак с нашим знаменем – позывной «Артем-2», в третьем БМП пойду я. На командном БМП с третьим отделением старшин Люльки и Павленко – мой позывной «Тагир»! Четвертым, пятым, шестым, седьмым, восьмым пойдут «Уралы» с полевыми кухнями и на них пойдет второй взвод – четвертое и пятое отделение во главе со старшим лейтенантом Сыркиным и главным старшиной Громовым и все снабженцы. Их позывные «Самсон-1» – «Самсон-4». Последним выдвигается четвертый БТР с шестым отделением – позывной «Артем-3», затем идет медицинский БММ со старшим лейтенантом Плаховым – позывной «Максим», за ним идет БРВМ-К – ремонтный со старшим лейтенантом Варгановым – позывной «Алмаз», далее идут оба ЗиЛ-130 с минометно-артиллерийским взводом – позывные «Самсон-5» и «Самсон-6». И замыкают колонну четыре БТРа с третьим взводом – позывные «Артем-4», «Артем-5» и Артем-6», «Артем-7». На первом БТРе идет наш связист – старший лейтенант Суворов. На предпоследнем БТРе идет майор Носов – позывной «Тагир-2» и главный старшина Царегородцев на последнем. Проверка связи каждые пятнадцать минут в порядке очередности движения. Кто не понял? Форма одежды – камуфляж, каски-сферы, теплые куртки, черные вязанные шапочки, без знаков различия, на всех бойцах бронники и разгрузки, оружие в руках. Пока идем по Краснодарскому и Ставропольскому краям на броне максимум по два человека, остальные в десантных отделениях. В Чечне на броне идут уже все. Приготовить себе сидушки, чтобы не отморозить и не отбить все, что можно отморозить и отбить на холодной броне.
Все аккуратно записывали в записные книжки позывные и расположение подразделений. Вопросов не было.
После того, как Кузьма довел боевые распоряжения, тихо встал полковник Науменко и, тихо приоткрыв дверь, проверив, нет ли кого за ней, потом прошел мимо окон, заглянув в них, задернул занавески.
– Товарищи офицеры, с этого часа вы не просто казаки или морские пехотинцы по легенде, а офицеры спецназа ГРУ! Слышали о таких войсках?
Осипович один из всех молча кивнул головой.
– Поэтому, – продолжил Науменко, – нам всем необходимо оформить или, так сказать, узаконить свои отношения.
Он достал из папки чистые листы бумаги с каким-то непонятным штампом в углу.
– Вам всем необходимо написать заявление о своем согласии работать с ГРУ и взять себе на всю оставшуюся жизнь оперативные псевдонимы, под которыми вы будете в дальнейшем работать.
– А если у меня есть оперативный псевдоним, то есть был? – спросил, не поднимая глаз, Осипович.
– К вам, «Мурена», у нас вопросов нет. Вы можете идти и заниматься подготовкой своих разведчиков к выступлению.
– Я с вашего разрешения немного посижу. Подожду товарищей.
Науменко пожал плечами и стал диктовать текст заявления. Все присутствовавшие, включая врача, снабженца и механика, молча и старательно записывали его слова на листах бумаги. Наконец, он дошел до конца.
– А теперь вы пишете, что беру себе псевдоним, и выбираете тот псевдоним, который вам по нраву.
Кузьма немного подумал и записал себе псевдоним «Мансур» – имя своего друга по авианосцу «Брест».
Науменко взял листы и, глядя на офицеров, стал зачитывать выбранные ими оперативные псевдонимы.
– Носов Николай Николаевич – «Север», Волков Александр Павлович – «Саланг», Суворов Иван Иванович – «Грибник».
Все посмотрели на Суворова, он лишь пожал плечами.
– Семенов Аркадий Николаевич – «Есаул», Лихошерст Александр Александрович – «Волк», Плахов Игорь Владимирович – «Свирель», Миронов Сергей Викторович – «Дизель», Варганов Андрей Григорьевич – «Столяр», Сыркин Дмитрий Владиславович – «Сокол» и Осипович Михаил Юрьевич – «Мурена».
Теперь это ваши имена и позывные на время всей работы в нашей конторе, под которыми вы будете подписывать все документы, общаться с руководством, подписывать донесения и даже называть друг друга.
Он аккуратно сложил все бумаги в папку. Усмехнулся и сел на стул.
Кузьма встал, усмехнулся и объявил:
– Тогда всем спать! Подъем в пять часов! Осипович выходит завтра вечером. Миша, останься! Остальные свободны!
– Подожди, Кузьма, а кто отменял традиции офицеров? Звания надо обмывать? – спросил довольный Осипович.
Предложение Осиповича ошарашило Кузьму.
– Как обмывать? Мы же в походе и спиртное табу.
– Одно другому не мешает! Наши отцы отмечали присвоение званий даже на фронте. И потом, ты свое звание отметил, а чем мы хуже?
Носов заулыбался, ожидая решения Кузьмы. Все внимательно смотрели на Кузьму, ожидая его вердикта. Но он стоял и смотрел на офицеров.
– Я думаю, что ничего не случится, если ребята по чуть-чуть! – предложил отец Михаил.
– Вы очумели, наверное? Завтра и послезавтра выходить, а вы пить! Как в глаза будем казакам, вернее, матросам смотреть? Мы можем, а они нет? – Кузьма не находил слов.
– Ладно, Кузьма Степанович! Все нормально! – подошел к Кузьме Носов и похлопал его по плечу. – Сыркин, у тебя все готово? Давай!
– Так точно, готово! – ответил Сыркин и открыл дверь.
В помещение вошел главный старшина Попов с подносом, на котором стояли стаканы с чем-то прозрачным желтоватого цвета.
– Кузьма, ты не беспокойся! Здесь яблочный сок! Так, символически отметим и традицию выполним и, как говорится, флот не опозорим!
Кузьма махнул рукой. Все разобрали стаканы. Отец Михаил опустил в стаканы звездочки, которые, видимо, он припас заранее. Все подняли стаканы, и после этого Носов вышел вперед и представился всем присутствующим:
– Представляюсь по случаю присвоения звания капитан 3-го ранга! – и выпил сок из стакана.
За ним этот ритуал повторили все остальные офицеры.
– Ладно, традицию, так традицию исполнили, как положено! – произнес радостный Кузьма, – а теперь все к своим казакам, тьфу, перепутал – к матросам. Осипович, останься!
Все дружно рассмеялись. Когда все ушли, Кузьма сказал:
– Маршрут никто кроме нас с тобой и Носова не знает точно. Второй отряд идет на Моздок, но ты движешься самостоятельно, напрямик. Где переправляться через Кубань – решай сам. Место нашей встречи на границе Чечни и Ставропольского края. На карте все нарисовано. Колонна у нас большая: 10 БТРов и 6 машин с прицепами и груженных имуществом. А провести надо по территории, занятой в том числе диверсантами и недружественным населением. Надо их обмануть. Встречаемся через два дня в районе станицы Галюгаевской на перекрестке дорог. Избегай дорог и населенных пунктов. Нам так не пройти с таким хвостом. Поэтому мы пойдем открыто по дорогам.
– Будем там своевременно! – ответил Осипович, внимательно изучив карту.
– Учти, в наших и ставропольских, да и в кубанских казачьих станицах, много чеченских соглядатаев. О движении второго отряда станет известно в Чечне в тот же день. Станицы и населенные пункты обходи стороной. Если будут проверки на дорогах – документы у тебя нормальные. Передовая группа отряда пойдет на границу Чечни, но после Моздока мы сменим маршрут и пойдем на соединение с тобой. Если что не так – выходи сразу на связь. Твой позывной личный «Тагир-3». Мы рассчитаем так, чтобы подойти к месту встречи ночью в районе полуночи.
– Понял, Кузьма – будем ждать в назначенном месте!
– Пароль для встречи – на послезавтра будет шесть! Как осуществлять паролирование – помнишь?
– Обижаешь, Кузьма! Запрос – любая цифра до десяти. Отзыв – запрос плюс пароль.
– Паролирование с пересечением границы Северной Осетии. Внутри твоих отделений паролирование до завтрашней встречи самостоятельное.
– Я снимусь с места и уйду ночью часа в четыре.
– Добро!
Они обнялись напоследок.
– До встречи!
– До встречи!
Выступление отряда Кузьма назначил на пять часов утра. В четыре часов утра подъем. На лугу, где стоял разведвзвод Осиповича, уже дымились только костры, палатки были убраны, исчезли все кони с луга.
– Ушли с утра пораньше! – сказал Кузьме Носов, подсоединяя рожок с патронами к десантному автомату, который он получил вчера для себя и Кузьмы.
– Всем надеть бронежилеты и каски-сферы! – приказал по колонне Кузьма, – каски и бронежилеты не снимать! Подсоединить рожки к автоматам!
У КПП уже стояли милицейские УАЗики. Старший лейтенант Федоров и лейтенант Морозов доложили Кузьме о готовности сопровождать колонну.
Кузьма обговорил с милиционерами позывные. Возглавляющий колонну милиционер получил позывной «Восток-1», а замыкающий «Восток-2». Попрощаться с отрядом вышло несколько офицеров Ускова, и он сам лично подошел к Кузьме.
– Счастливо вам! Возвращайтесь живыми и с победой!
Они обнялись с Лихошерстом, Мироновым, Суворовым, Волковым, Семеновым.
– Спасибо и вам всего доброго и хорошего! – жали им руки убывающие.
Кузьма с Носовым пожали руки провожающим офицерам.
Колонна по команде «Гвоздика» из штабного БТР медленно двинулась вперед.
Движение колонны осуществлялось по принципу: три часа движения – пятнадцать минут перерыв. Питание осуществлялось сухим пайком прямо на маршруте. Пройдя Краснодар, колонна вышла вдоль Кубани к знакомому по засаде городу Кропоткину. На мосту через Кубань осуществлялся досмотр всех машин милицейским патрулем. На той стороне стол военный пост ВАИ. У поста колонну остановил старший лейтенант в бронежилете и каске с надписью ВАИ. Кузьма спрыгнул со своего БТР и подошел, надевая черную шапочку, к старшему лейтенанту.
– В чем проблема?
– Ваши документы товарищ подполковник и документы, маршрутные листы на колонну, списки вооружения! Количество бойцов, стволов, орудий, минометов, БТР.
– Вы что, не предупреждены о прохождении колонны?
К ним подошел Носов.
– В чем проблема, Кузьма Степанович?
– Да вот старший лейтенант осуществляет досмотр. Хочет знать количество бойцов и вооружения, вооружение отряда и обязательно маршрут нашего движения.
– Старлей, ты что, на Дудаева работаешь, если задаешь такие вопросы, которые тебя не касаются? – задал прямой вопрос Носов, – кто надо – тот все знает! Позвони, узнай у командования! Наверняка твои получили все данные о нашей колонне.
Тот побагровел и вытащил из кобуры пистолет.
– Товарищ майор, оружие на землю! Пост к бою!
Из-за бетонных плит показалось три автомата и дуло пулемета, направленное на Кузьму и Носова.
Старший лейтенант милиции Федотов, было попытавшийся подойти к ним, дипломатично отошел в сторону и пошел к своим – пусть военные разбираются между собой.
– Старлей, ты что, одурел? – спокойно спросил Кузьма. – Немедленно прекрати концерт! Тебе о нашей колонне что, не сообщили? Немедленно запроси свое командование по связи! А человек, на которого ты направляешь свое оружие, между прочим, майор ФСБ Николай Николаевич Носов. Николай Николаевич! Покажи ему свое удостоверение!
Вдоль трассы двигались гражданские машины. В сторону моста двигались люди. Все смотрели с улыбками на конфликт между военными.
Николай Николаевич достал свое удостоверение и показал.
Видимо, поняв всю комичность ситуации, старлей после некоторых раздумий убрал пистолет в кобуру.
К Кузьме подошел майор Семенов.
– Товарищ подполковник, мы долго будем здесь стоять?
– Сейчас решим вопросы и пойдем дальше! – и уже, обращаясь к старлею, спросил, – вы сообщите своему командованию – мы передовой отряд войсковой части 15035, идем на границу Ингушетии и Чечни в станицу Ассиновскую, по приказанию высшего командования.
– Сейчас приедет комендант Кропоткина подполковник Ваксельбаум, и он решит, что с вами делать дальше.
Подошли два милиционера, охранявшие мост, к сопровождающему колонну старлею милиции и о чем-то стали спорить. Старлей показывал им документы и что-то пытался доказать.
Через полчаса показалась со стороны города черная «Волга». Она переехала мост и подъехала к месту встречи. Из нее выскочил энергичный и низкорослый подполковник с большим и мясистым носом.
– Что здесь происходит?
Старший лейтенант принял строевую стойку и доложил, приложив руку к козырьку:
– Товарищ подполковник, старший лейтенант Никифоров! Я им говорю, что без вашего приказания не могу пропустить, а они настаивают.
– Так в чем дело, господа? Вам что, неясно? – низким фальцетом спросил он, – сейчас запрашиваем по вашему поводу Ростов – штаб округа! Мы имеем предписание проверять все колонны, особенно воинские. Если все нормально – пойдете дальше!
– А вы запросите Москву или ближе – Краснодар! Мы идем по приказу из Москвы. Ростов может не знать! – подумав, сказал Кузьма. – Или давайте, я свяжу вас с нашим командованием, и вам все объяснят!
– Лучше, товарищ подполковник, проедем ко мне в комендатуру и оттуда свяжемся! – предложил подполковник.
Носов посмотрел на часы.
– Пожалуй, лучше я съезжу в Кропоткин и свяжусь со своими из «конторы», а ты, Кузьма, будь здесь и жди! Если что, я выйду на связь! – и он показал личную радиостанцию. Режут они нас без ножа! У нас же каждый час на вес золота!
– Это точно, Николай Николаевич!
Носов сел в «Волгу» к подполковнику и, развернувшись, они уехали в сторону города.
Кузьма пошел к своему БТР и дал команду перекусить. Бойцы высыпали из машин и БТР, на обочине разложили импровизированный завтрак. У машин остались вооруженные часовые охранять боевую технику. Семенов и Миронов прошли мимо колонны и проверили состояние бойцов и техники. Бойцы на обочине расположились на завтрак, расстелив брезент на земле, повытаскивали на него сухой паек.
Прошел час – бойцы пообедали и расположились на молоденькой траве или броне БТР отдыхать, некоторые разделись, подставляя свои белые телеса теплому весеннему солнышку. Кузьма посматривал в сторону города и на часы. Носов не появлялся, как, впрочем, и убывший с ним подполковник, комендант Кропоткина.
– Кузьма Степанович! Пора, наверное, подмогу Николаю Николаевичу высылать – время вышло! – предложил, глядя на часы, Семенов.
Кузьма направился к блокпосту. На него сразу навели автомат.
– Эй, сынок! Позови старлея! – крикнул Кузьма, присаживаясь на траву.
– Мне не велено с вами разговаривать до выяснения обстановки! – крикнул минут через пять старлей из-за бетонных блоков. Видимо, он что-то запрашивал по рации.
К Кузьме подошел Суворов и тихо сказал:
– Я тут сел на их волну. Они Николая Николаевича арестовали и сейчас собираются силами танкового полка блокировать нас. Полк уже на марше из станицы Ищерской. Они просто тянут время. Нас хотят разоружить!
– Ничего себе! – вскочил присевший Кузьма, – нам только не хватает вступить в бой со своими! Значит так, Ваня, выходишь на связь с Науменко и докладываешь обстановку! Семенову скажешь, чтобы предупредил бойцов, чтобы все были с оружием и не расслаблялись, сферы и бронники надеть! Первому отделению во главе с Павленко скрытно окружить блок пост и разоружить солдат. Мне нужна их рация и связь с этим Ваксельбаумом!
– Эй, старлей, я не буду с тобой разговаривать, но ты послушай меня! Мне только нужна связь с моим майором. Что-то здесь не так, ты чувствуешь? Тебя одного бросили против нашей колонны. Подумай!
– Чего думать? Я выполняю приказ! – раздалось из-за каменных блоков и мелькнули слова старлея, надевшего каску.
– Выполняешь, так выполняй, только штаны не разорви от усердия! – плюнул со злости Кузьма.
– Науменко на связи! – подбежал к Кузьме Суворов. Связь в штабной машине!
Кузьма быстрым шагом направился к штабной машине.
– Кузьма Степанович, тут недоразумение произошло какое-то! Кто-то влез в наши линии управления и приказал коменданту любыми средствами задержать вас! Теперь прошла команда выдвинуть против вас танковый полк из Ищерской. Сейчас разбираемся! Все коменданты предупреждены какой-то вражиной, что чеченские террористы идут по маршруту вашего движения и даны ваши данные! – раздался сквозь шумы голос Науменко, – не вздумай стрелять! Я еду – ждите!
– Понятно! Они у меня Носова арестовали!
– Я выезжаю к вам с представителями ФСБ. Если есть возможность, продолжайте движение – мы разберемся со всеми проблемами. Носов догонит вас в Моздоке. Будьте постоянно на связи!
– Суворов, быть на постоянной связи с Науменко!
В БТР к Кузьме заглянул мрачный Павленко.
– Мы этих там, того, разоружили! Можете идти послухать, шо они там про нас по рации балакают! Оказывается, мы чеченский террористический отряд, пробивающийся в Чечню.
– Совсем одурели! Ладно, пойдем, Павленко, на этот блокпост, посмотрим, что у них там и к чему.
На земле между бетонными надолбами валялись связанные солдаты, сержант, прапорщик и старлей. Оружие было аккуратно сложено у бетонного блока.
– Семенов – двигай колонну вперед! – приказал Кузьма, – кроме штабного БТР, – и уже тихо на ухо Семенову, – но не сразу на Моздок, а иди к Григориполисской станице и вдоль Кубани и далее ждете нас у Старой станицы, не заходя в нее. Наша задача не встретиться с этим танковым полком. Там и ждите нас с Носовым. Если будут изменения – указания передам по связи. Суворова оставляю с собой. Ваша задача как можно раньше уйти с трассы!
– Есть двигать колонну дальше!
– Связь со мной по рации поддерживать постоянно!
Павленко и третье отделение осталось с Кузьмой.
– Всем «Гвоздика»! Идем на Армавир! – раздался громкая команда Семенова.
Через пару минут колонна проследовала мимо блокпоста и мелькнули тормозные огоньки замыкающего милицейского УАЗика. Дым от выхлопов БТР и прохождения машин долго стоял в воздухе вокруг дороги.
Командирский БТР подъехал к блок посту.
– Какой у тебя позывной? – поднял Кузьма старлея на ноги.
– Ваших все равно перехватят в Армавире! Там танковый полк вышел из Ищерской, он уже на связь выходил! – ответил тот, улыбаясь.
– Назови свой позывной? Давай говори, говори, если не хочешь, чтобы я тебя немного пощекотал.
– Не скажу! – уперся старлей.
– «Жернов»! Я «Кубань»! – раздалось внезапно в наушниках радиостанции, стоявшей на специальном столике.
Павленко схватил рацию и ответил:
– «Кубань»! Я «Жернов»! На связи!
– Как там эти «чехи»? Стоят? Не буянят? Нам надо еще сорок минут. Крути им дурку. Мы этого тут расколем.
– Стоят как миленькие! – передал Павленко, глядя на Кузьму. Бойцы на руках перетаскивали захваченных солдат в укрытие. Всего было захвачено три солдата и младший сержант, толстый прапорщик и старлей. Напуганные солдатики делали все, что им прикажут.
Кузьма молча кивнул головой, как бы одобряя действия своих казаков.
– Павленко, передай, что ты сказал подполковнику, что их майор уже выехал сюда, и они теперь ждут его.
– Молодец, Никифоров, так держать! Можешь дырку для очередного звания и для награды колоть! – раздался голос из рации, – мы сейчас этих чеченов будем брать. Это отряд Ахмеда Барукаева – они идут на помощь Бамуту!
– Вот так, Никифоров! И ничего не надо у тебя узнавать. Все так рассказали. Не знал, что я Ахмед Барукаев! – насмешливо сказал Кузьма, поправляя снаряжение, – а что, действительно, похож?
– Сейчас танковый полк придет, тогда посмеетесь! – пробурчал Никифоров.
Кузьма посмотрел на часы. Прошло пятнадцать минут, как ушел отряд.
«Рано еще!» – подумал он.
– Товарищ подполковник, а может, мы в Кропоткин сходим за товарищем майором? – предложил Микола Павленко.
– Сейчас вместе пойдем на БТР. Грузите Никифорова в БТР и оружие солдат заодно на всякий случай. Гордиенко и Меркурьев! Остаетесь на блок посту! – скомандовал Кузьма.
Кузьма направился к милиционерам, смотревшим с моста за всеми развитиями событий. К нему присоединился Суворов.
– Суворов, у тебя здесь друзей из ментов нет? – на ходу спросил Кузьма.
– Нет, отсюда, вроде как, никого нет знакомых.
Проходя мимо БТР, Кузьма скомандовал механику-водителю:
– Деревянко! Разворачивай БТР и выдвигайся назад на мост!
Кузьма вышел на мост. Милиционеры ждали его, один направил на него свой автомат.
– Здорово, ребята! – протянул Кузьма руку старшему наряда по званию капитану.
Тот пожал руку Кузьме и заулыбался.
– А я вас узнал, товарищ подполковник! Вы тогда брали эту машину чеченскую, когда у нас Берестенко с должности сняли. Только, по-моему, вы были тогда полковником! Может, ошибаюсь, ночь была. То-то, смотрю, знакомая нашивка «Тамань». А эти говорят нам – «чехи» идут. Накурились дури, наверное.
– Вот и я говорю, дураки они! Не разбираясь остановили, а мы на задание шли. Сроки все нам рвут.
– Привет, капитан! – сказал Суворов, присмотревшись поближе к капитану, – по-моему, твоя фамилия Петров, а имя – Саня?
– Здорово, Иван, не узнал тебя! – обрадовался капитан, – мы с ним на задании были по конопле. Ты же со станицы Переславской, по-моему?
– Был со станицы, а теперь вот в армии, – улыбнулся Иван, – да, опустите вы стволы, свои мы. Нам бы надо своего майора освободить.
– Так этот придурок Ваксельбаум его держит на гауптвахте, там караул вооруженный стоит! – с серьезным лицом ответил капитан.
– А сам Ваксельбаум где находится?
– Сам, наверное, в комендатуре сидит. Там рация у него, оттуда он дурные приказания и раздает!
– Слушай, Саня покажи нам, где эта чертова комендатура и где гауптвахта! – предложил Кузьма.
– Не вопрос, только вот машину не могу у ребят забрать.
– Так мы не на машине, а на БТР! – похлопал Кузьма рукой по броне, – быстро домчим. Ну что, братья, на броню!
Втроем они быстро запрыгнули на броню и БТР помчался в город.
– Семкин, остаешься за меня! – крикнул издалека Саня Петров одному из остающихся милиционеров.
– А вы кто все-таки? Армия или менты? – спросил Саня Петров, усаживаясь на броне рядом с Суворовым.
– Армия, скорее флот – морская пехота! – сквозь шум двигателя БТР крикнул Суворов.
– То-то я вижу у вас форма, скорее, флотская! Черные шапочки, тельняшки и желтые якоря на рукавах.
БТР выехал на улицу, где показал Петров, находилась комендатура. На скорости БТР подлетел к комендатуре. Кузьма приказал Суворову выйти на связь с Науменко и доложить обстановку, а сам направился в комендатуру.
Часовой у входа отдал Кузьме честь. В комендатуре творилась неразбериха. Солдаты комендантского взвода бегали с оружием, бронежилетами и прочей амуницией. Какой-то капитан пытался их построить.
– Где кабинет коменданта? – спросил Кузьма, поймав за рукав пробегавшего мимо солдата.
– Самый последний по коридору, отпустите, пожалуйста, товарищ подполковник! – попросил солдатик, – а то капитан накажет!
– Ладно, беги! – улыбнулся Кузьма и отпустил солдатика.
Дверь кабинета открылась и оттуда выплыла дородная женщина с кучей бумаг в руках.
– Подполковник сейчас очень занят. Уезжает на дело! У нас тут чеченские боевики орудуют! – доверчиво сказала она Кузьме, который, видимо, ей приглянулся.
– Меня примет, меня он ждет! – улыбнулся Кузьма и открыл дверь.
Надо было видеть, как изменилось лицо подполковника Ваксельбаума, когда он увидел Кузьму и как покраснел его огромный нос.
– Взять его! – закричал он двум солдатам связистам, копошившимся около радиостанций, стоявших в углу, а сам пытался вытащить из кобуры пистолет.
Кузьма играючи отобрал у солдат, так и не успевших снять автоматы, и положил солдат легкими ударами на пол. Держа оба автомата за дуло одной рукой, Кузьма поставил их в угол и другой рукой обезоружил подполковника, с трудом вытащившего свой пистолет из кобуры.
– Ну, что у вас тут, товарищ подполковник? Рассказывайте! – приказал он, садясь на стул напротив подполковника и кладя отобранный пистолет Макарова на стол перед собой.
У дверей коменданта заняли позицию Павленко и Люлька, вошедшие за Кузьмой по пятам.
– Что рассказывать? – мне позвонил из штаба округа полковник Николаев, ведающий работой комендатур, и сказал, что через у нас будет прорываться банда Ахмеда Барукаева на десяти БТР и шести машинах с минометами, орудиями, сопровождаемые милицейским нарядом! – вытирая пот платком со лба рассказывал подполковник Ваксельбаум, – а у меня здесь сил нет, один комендантский взвод! Полковник Николаев сказал, что скоро подойдет танковый полк из Ищерской или Моздока. Главная задача – задержать и что документы будут самые, что ни на есть чистые и правильные – тоже сказал. «Тамань» называется.
– Где мой начальник штаба, майор Носов? – спросил, поморщившись, Кузьма, – у тебя никаких мыслей не появилось, что мой начальник штаба – представитель ФСБ?
– Он арестован и находится под надежным караулом!
– Звони начальнику караула и прикажи срочно доставить в твой кабинет!
Подполковник быстро схватил телефон и стал звонить начальнику караула:
– Быстро задержанного Носова доставить ко мне! – пробормотал он дрожащим от волнения голосом.
– С документами и оружием доставить! – приказал Кузьма.
– Так они у меня здесь – в сейфе! – испуганно сказал подполковник Ваксельбаум.
Его маленькие глазки испугано бегали на Кузьму и на пол. Оба солдата испугано с пола смотрели то на Кузьму, то на грозных Павленко с Люлькой, застывших в дверях.
– Давай тогда все мне! А вы не бойтесь, ничего вам не будет! – сказал он, обращаясь к солдатам, а затем, обернувшись к полковнику, достававшему из сейфа документы и пистолет Носова, спросил, – как же ты, подполковник, поверил такой дезе? Мы что, похожи на чеченов? Уточнил бы у командования!
– Так они документы любые делают сейчас! – немного осмелел Ваксельбаум, поняв, что сейчас его убивать не будут, – а потом чеченцы, они тоже светлые есть и по-русски здорово говорят.
– А позвонить в краевую ФСБ и проверить данные на Носова слабо? Звони-ка прямо при мне этому Николаеву, я, пожалуй, с ним поговорю!
Подполковник снял трубку телефона оперативной связи и попросил соединить со штабом округа. Там попросил соединить его с полковником Николаевым.
– А он же с женой уехал две недели назад в санаторий в Сочи на Черное море! – раздался голос телефонистки.
Ваксельбаум сидел, как ударенный по голове чем-то тяжелым.
– Как же? Так я его голос знаю! Он звонил не по телефонной, а по оперативной связи и даже про жену спросил, как ее здоровье?
– Это говорит о том, что звонил вам хорошо знавший вас и Николаева человек! Ну, вы тут разбирайтесь, а у меня задание, которое с помощью вас хотел сорвать этот лжениколаев! – сказал, нахмурившись, Кузьма, – я сейчас забираю Носова. Скоро здесь будет полковник Науменко с заместителем начальника ФСБ края – все это им и расскажете! Лучше – пишите все, что произошло в письменном виде. Старшего лейтенанта Никифорова мы оставим вам здесь на его посту – хороший нормальный парень. Выполнял ваши приказы, как положено офицеру!
В дверь постучали. Микола Павленко открыл дверь и посмотрел.
– Товарищ подполковник, майора Носова привели! – доложил он Кузьме.
Бесплатный фрагмент закончился.