И гноллы действительно пришли. Уже через несколько десятин Гродак получил отчет с застав о переходе через земли Тириза огромной армии полугиен. Более десяти тысяч гиеноголовых солдат. Гноллы должны прийти в первой половине лета. Стоило подготовиться к заключениям письменных соглашений и всего прочего.
Совместный поход… Боги… Еще начнутся распри из-за каждого взятого города. Ну да что уж там. Уж не к богам надо обращаться за разъяснениями. Будь, что будет. Раз уж орки и гноллы идут под одним военным знаменем, то, глядишь, все как-то и разрешится.
Настраивая себя на добрый лад, Гродак отправился в тронный зал, собирать совет. Утром, вместе с гонцами прибыл и посол государства гноллов – Днапотиза. Стоит обсудить все заранее. Тем более, время не ждет. До выхода войска осталась пара-тройка десятин.
Зала была полна дипломатов гноллов и орков, членов совета Паргаса, Ортронда и Скротта. Все, кто успел прибыть после указа Гродака. Помещение было наполнено негромким, спокойным гомоном. По лицам присутствующих Гродак понял, что, пока он собирался и думал над всем происходящим, за него уже все решили. Гноллы, едва ли не со слюной на оскаленных пастях, потирали лапы. Орочьи дипломаты тоже выглядели довольными. Ну, возможно, они хоть пришли к взаимовыгодному соглашению. Все меньше мороки.
– Рад всех приветствовать, – гаркнул от самых дверей Гродак. – Прошу прощения за задержку. Дела государства неотложны.
Раздались вежливые смешки. Когда Гродак приблизился к своему пустующему месту за столом, все присутствующие приветственно встали со стульев, ожидая, когда сядет хозяин дома. Его величество не стало задерживать паузу. Сделав приглашающий жест гостям, он и сам уселся за высокий резной стул, с позолоченной спинкой.
– Ваше Величество, – подал голос посол Днипотиза, – меня зовут Гульгар. Меня направили, чтобы уточнить некоторые мелкие вопросы, пока наши народы не начали совместный поход на земли, что погрязли в варварстве.
– Я так понимаю, Гульгар, – Гродак обежал взглядом всех сидящих, – ваши вопросы уже нашли ответ. Мне осталось только согласиться с решением моих подчиненных?
– Именно так, Ваше Величество, – пасть оскалилась в подобии улыбки. – Не зря весь мир твердит о мудрости орков.
– Благодарю, – «Подлизывается», хмуро решил Гродак, но кивнул с легкой улыбкой. – Так что же мы с вами решили?
– Наши народы, – едва не мурлыча от довольства, начал посол, – согласились идти в совместный поход, во имя бога огня, дабы нести культуру и развитие в отставшие и заблудшие земли…
– Гульгар, – прервал Гродак, – мы все знаем, зачем мы тут собрались. Зачем тратить время на то, что вы уже обсудили с членами орочьей знати? Давайте сразу к делу.
Гнолл, даже не обидевшись, кивнул:
– Гноллы отказываются от земель, что будут покорены во время похода.
– Так, – кивнул Гродак, призывая продолжать.
– Взамен, мы хотим занять земли Ловелорна. Разумеется, ваши орки беспрепятственно пройдут по нашим землям сюда, в Кониун и расселятся в новых городах. Вся ваша знать с этим согласилась.
Гродак хмуро обвел зал взглядом. Все орки честно и преданно заглядывали ему в глаза. Неужели, все это пахнет полным успехом настолько, чтобы отдать гноллам земли, почти втрое превосходящие те, что у них уже есть?
– Что ж, – Гродак потянулся к чернильнице с пером, что стояла на столике позади его трона. Раз они уже все решили, осталось только подписать. В ином случае вновь начнутся разглагольствования, и он не избавится от всего этого до самой ночи, – я подпишу эту грамоту. Но, гноллы будут биться за город так же, как если бы город после победы достался им.
– Само собой, – не раздумывая поднял лапы гнолл. – Как можно больше захватнических действий при наименьших разрушениях города. Ваше величество, мы ведь не варвары. У нас цивилизованное королевство. Все будет прекрасно, не извольте беспокоиться.
– Вот и прекрасно, – кивнул Гродак.
«И где вас только учат так языком махать? Отправить тебя на рудники, чтоб так же киркой размахивал», – крутилось в голове Его Величества, когда он выводил острым кончиком пера на пергаменте свою подпись.
Хвала богам, на этом все и закончилось. Он встал из-за стола, раскланялся всем присутствующим, что тоже почтительно встали, и двинулся в опочивальню. На сегодня дела были закончены. Можно насладиться отдыхом. На охоту что ли скататься?
На тридцать первый день лета войско было готово. Орков вел в поход ландграф2 Затир. Крепкий светлый орк, с ореховым цветом жестких орочьих волос. Веселый мужик среднего возраста. Иногда он казался Гродаку легкомысленным, но не зря же он дослужился до полководца. Он отлично понимал военное ремесло, был неплохим стратегом и сам никогда не сидел в тени.
Конечно, за последние сто лет орки не вели серьезных войн. Если не брать в учет восставшие племена гномов, что отказались принимать новую политику орков. Но и войны с ними давно прекратились. Бывшие народы Тириза вновь воссоединились несколько лет назад, и с тех пор жили в хрупком согласии.
Но именно тогда Затир, будучи еще молодым орком, проявил себя в лучших качествах. Потому Гродак и решил выставить именно его во главе войска Тириза. К тому же, это лишь на время. В Жаторе уже дожидается армия из личных воинов наместников, под предводительством Даргана. Именно он поведет объединенные войска на Ортки. Не зря Дарган уже давно точит зуб на эльфов, за то, что те после Той войны оставили город себе.
Еще с вечера к колонне присоединились обозы с мукой, сухим пайком, пекарнями и походными кузницами. А теперь, на рассвете, Кирзак, под присмотром Гродака, благословлял войско в поход. Божья помощь будет кстати. Тем более, что ради этих же богов этот поход и был запущен.
– Ну что? Готов? – Гродак отечески похлопал Затира по плечу.
– Да, Ваше Величество, – Затир был почти на тридцать лет моложе, но и юнцом его не назовешь. Видалый орк.
– Войско сильно не гони, – наставил Гродак, – Вас еще Дарган нагоняется.
– Слушаюсь, – кивнул воевода.
– Ну, ступайте, – Гродак поднял сжатый кулак над головой. – Принесите Тиризу новые земли и не посрамите имя орков!
– Слушаюсь, Ваше Величество, – так же поднял руку Затир. – Войско! Стройся!
Наконец, под взошедшим над горизонтом Вкипасе, войско тронулось в путь. Последний ряд колонны сдвинулся с места через несколько часов. Лишь тогда Гродак, наконец, отвернулся к войску спиной и двинулся во дворец.
Едва Затир отошел от города, он тут же понял, идея тащиться в этот поход была не лучшей. Он уже и забыл, как медленно передвигается навьюченный обоз. А деды рассказывали про былые времена, когда обоз еще не использовался в военном деле. Тогда всю поклажу носили на себе, отчего скорость передвижения значительно возрастала.
Можно было сделать так же и сейчас, но Паргас располагался практически в пустыне, дичи на всех не напасешься, вот и приходится везти с собой уйму телег с провиантом. В итоге, дорога, что у одинокого всадника занимает меньше двух дней, у них растянется почти на четыре десятины.
Еще и погода. Лето в разгаре. Вкипасе не щадит бредущих орков. Посему, на первой же дневке3, было решено передвигаться по ночам. И принято очень вовремя, поскольку дневная жара задерживалась в следующие дни даже до самой ночи.
На девятнадцатый день пути, когда войско остановилось на долгий отдых, над песками раздался рев. К удовлетворенной ухмылке Затира, войско тут же подхватилось, встав в полной боевой готовности.
С запада, перескакивая с дюны на дюну, в их сторону громыхало чудище. Огромная обезьяноподобная тварь, размером с амбар. Не прошло и пары ударов сердца, как огромная обезьяна ворвалась в войско, размахивая колоннообразными лапищами.
Орки брызнули в разные стороны, некоторые бегом, а некоторые – от ударов чудища. Какими бы ни были воины Тириза, это чудище было очень уж сильно. Затир, старался перекричать шум битвы. Хотя, скорее, это было побоище. Чудище прорывалось вглубь колонны. Складывалось ощущение, что это не охота и не реакция испуганного зверя. Было видно, что ему просто нравится убивать.
Наконец, в колонне удалось наладить подобие порядка. Чудище зажали в кольцо копий, беспрестанно посыпая его болтами из арбалетов. Да прославится тот орк, что изобрел это мощное оружие. Ни один лук не пробил бы такую толстую шкуру. Зато бронзовый болт, выпущенный из самострела, глубоко засаживался.
Чудище начало брыкаться в разные стороны, но копейщики крепко держали кольцо из острых листообразных наконечников своих пик. Шаг в любую сторону отзывался для чудища уколом в ноги или грудь. Чудище походило теперь на ежа, со всех сторон истыканное болтами. Рев его становился все тише, а взмахи лапами, все реже. Песок под ним был залит черной кровью, что более не проникала в песок и скапливалась в лужицы. Еще несколько минут, и оно пало. Подмяв под собой нескольких копейщиков.
Хвала богам, все же, это кончилось. Затир ощущал, как дрожат его руки от осознания того, что он теряет своих орков. Вынув свой меч, он лично, торопливо прошагав несколько шагов, воткнул его острием в глотку уже обессилившей твари. Лезвие утонуло в шкуре, уйдя внутрь по самую гарду. Затир резко выдернул его, забрызгавшись кровью чудища.
– Снять с него шкуру, разделать мясо, – тяжело проронил Затир подошедшим оркам. – Подсчитать потери и доложить мне. Привал!
– Есть, Ваше сиятельство! – В голос отозвались воины.
«Ваше сиятельство, Ваше Величество, Сэр – придумали же», поморщился Затир, пока ему устанавливали шатер. На его взгляд раньше было как-то проще. Были вожди, был Совет. Но нет же, столько всего было перенято у соседей: болотников и гноллов.
Может, он и консервативен, но все же, тогда было несколько проще, чем сейчас. Хоть и говорят, что, чем сложнее дорога, тем большая награда ждет на ее конце. Но вот сейчас его наградой стала война. Поход не ради денег, славы, рабов, а во имя какой-то веры! Твою же налево! Когда орки успели докатиться до такого? Где честь? Где битвы во имя справедливости, доблести, мести? Теперь они будут резать только потому, что так им сказали сбредившие храмовники?!
В шатер в полусогнутом состоянии влез его оруженосец Жарб. В одной руке он нес небольшой поднос с хлебом, мясом и кружкой эля. В другой клочок пергамента.
– Ну, говори, – шумно вздохнул Затир. – Сколько?
– Девяносто один орк, Господин, – Не разгибая спины, прочел на пергаменте молодой оруженосец.
– Только орки? – хотя Затир и сам прекрасно видел, что чудище ворвалось именно в колонну орков. Гноллы шли далеко позади.
– Да, Господин, – Жарб едва не провалился под землю. Оруженосец знал, что могут сделать лорды в ярости, и знал истории о предыдущих оруженосцах Затира. Прошли те времена, когда убить орка считалось для другого орка чем-то, что пуще собственной смерти. – Колонна гноллов шла позади орочьей.
– Без тебя знаю! – рявкнул Затир. – Оставь еду и убирайся прочь!
– Да, Господин, – Жарб поспешил покинуть шатер ландграфа, пока Затир не приказал его казнить за просто так.
Откусив кусок вяленого мяса, Затир уставился в пергамент, что принес Жарб. Имен не было, это был просто короткий список потерь. Шестьдесят пехотинцев, семь стрелков, двадцать четыре всадника. То-то Дарган возрадуется, Затир понес потери на собственной земле. Позорище. В ярости Затир ударил кулаком по наспех сколоченному столу, отчего кусок доски затрещал. С этого момента ни один орк не снимет доспехи и не выпустит из рук оружия! Спать, есть и испражняться будут в доспехах!
Отоспавшись за день, Затир вновь отправил войско под заходящим на западе Вкипасе. Хвала богам, стало не так душно. Погода смилостивилась.
Путь пролегал хорошо до тех пор, пока Затир не услышал странный шум из стана гноллов. На большой стоянке в один из дней, когда этот шум стал уж слишком навязчивым, Затир со своим отрядом оруженосцев решил все же проведать, что там творится.
Как ни странно, его не пустили в сам стан. Но, к нему выслали троих переговорных. Трое рыцарей, в кольчуге, с широкими односторонними мечами, либо классическими боевыми топорами. Только сейчас Затир, наконец, разглядел оснащение гнолльских воинов.
– Что у вас случилось? – потребовал Затир. – Что за беспорядки?
– Не стоит беспокоиться, Сэр, – гнолл обратился к нему по чину, несмотря на равность их статусов. – Никаких беспорядков. Просто, болезни.
– Что?! – опешил Затир. – И это у вас не вызывает беспокойства?!
Затир прекрасно помнил, как по их землям бродила чума, унеся с собой уйму жизней.
– Нет-нет, – словно прочитав по глазам орка, поспешил успокоить гнолл, – ничего серьезного. Просто, жившие в тропиках гноллы трудно переносят пустынный зной. Всего лишь слабость, Сэр, ничего серьезного.
– Хвала богам, – выдохнул Затир, – Позвольте мне лично убедиться, что все в порядке.
– Не стоит, Сэр, – вежливо отказал гнолл. – Честное рыцарское, ничего серьезного. Всего лишь привыкание к климату этих земель.
– Тогда какого алька я не могу посмотреть на это?! – начал распаляться орк.
– Потому что мы не смеем тревожить вас своими трудностями, Сэр, – так же приторно ответила гиенья пасть. – Мы можем продолжать идти дальше. Все трудности скоро решаться. Не извольте беспокоиться.
– Не дай боги, ты лжешь мне, – Затир приблизился вплотную к гноллу, глядя ему прямо в глаза. – Возвращаемся в стан! – скомандовал он оруженосцам, отворачиваясь от гноллов.
– Странно это все, – обратился он к Жарбу, когда они отошли на достаточное расстояние. – Эти полузвери всегда что-то недоговаривают. И мне это очень не нравится!
– Что прикажете, Ваше сиятельство? – поклонился оруженосец, благоразумно не став влезать со своими мыслями.
– А ничего, – пожал плечами орк. – Не поднимайте шум в нашем стане. У гноллов явно что-то неладно. Оркам не стоит знать об этом, во избежание лишних беспорядков.
– Да, Ваше сиятельство, – вновь поклонился Жарб. – Мы будем немы, как наши носороги.
– Верно подмечено, – многозначительно кивнул Затир, давая понять, что будет лично с Жарбом в противном случае.
И почему орки не могут все сделать так, как это нужно?
Через несколько дней вся орочья колонна только и шумела о том, что позади них идут чумные гноллы. От которых стоит держаться подальше, а то и вовсе сжечь их всех в пламени Эквира! К Затиру все чаще подходили взволнованные воины, спрашивая, верны ли слухи, что в стане гноллов творится страшная болезнь?
К слову, Затир уже пару дней, как заметил, что шум и беспорядок со стороны гнолльского войска прекратились. Но попробуй объясни это простым воякам, что, кроме как копье держать, ничему не обучены.
Он пытался обращаться с тупоголовыми орками, как с глупыми детьми, вежливо объясняя им, что гноллам всего лишь трудно было привыкнуть к пустынным землям Тириза. Но понимали не все. По глазам орков он видел, что те не верят ему ни на медяк. Да что говорить? Он и сам не был уверен, что гноллы не обманули его, видимо, эту неуверенность и улавливали орки в его голосе.
Дошло, под конец, до нужды выйти перед своим войском и провозгласить, что в гнолльском стане все давно наладилось и что следующий, кто потревожит своего лорда по этому поводу, будет жестоко казнен на глазах у остальных.
Возвращаясь в свой шатер, он слышал за своей спиной ропот. Да и плевать. Пусть лучше боятся, чем донимают его всякой ерундой. Все, что творится в стане гноллов – дело самих гноллов.
Навесив на себя весь свой кольчужный доспех и надев перевязь с мечом, Затир вышел из шатра. Еще на выходе он слышал странный шум, что поднимался из лагеря. В ночи явно виднелись блестящие доспехи тысяч воинов, что окружили его шатер. Внутри, выставив щиты, плотным кольцом стояли его оруженосцы, сдерживая гомонящую и потрясающую оружием толпу орков.
– А вот и он! – раздалось из толпы, стоило ему показаться за шатром, – Держи ответ, ландграф Хварта Затир!
– Хм, – Затир немного опешил, застряв в выходе из шатра, – а что же беспокоит войско Тириза? – «Выловлю – четвертую», промелькнуло у него в голове, когда он натягивал на лицо благожелательную улыбку. – Мне нужен переговорный, что станет говорить за вас.
– Вот уж нет! – раздалось сразу с нескольких мест. – Говори со всеми нами!
– Я уже поинтересовался, что вас беспокоит, – улыбка начала сползать с лица Затира, но он старательно натягивал ее. – Говорите, и я лично, стоя перед вами, буду держать ответ!
– Почему мы все еще движемся вместе с зараженными альк знает чем гноллами?! Уж не ждешь ли ты, покуда и орки вновь окажутся под гнетом смертоносной болезни?!
– Слухи, что гноллы смертельно больны ложны! – громко, чтобы каждый слышал, возвестил Затир. «Откуда ж ты орешь?». – Уж, тем более, что эта болезнь заразна! Они всего-навсего испытывают трудности от тяжелого климата пустыни!
– Слышали мы твои байки! – звук шел из другой части кольца, окружившего шатер. Но вот голос-то был тот же. – Где доказательства того, что мы не поляжем от чумы, не дойдя десяти шагов до стен Жатора?!
– А моего слова вам уже мало? – это уж слишком, обвинять его в таком бесчестье. Попадется ему этот глашатай. Четвертование ему уже не светит. Скормит львятам на первом мясном прикорме. – Слово рыцаря! Лорда и ландграфа! Или честь сегодня не в ходу у орков, по вашему мнению? Так, может быть, и вы все здесь являетесь бесчестными животными, вроде гномов, что прислуживают вам? Чем я заслужил ваше недоверие?!
– Никто не сомневается в твоей чести, ландграф, – голос зазвучал немного неуверенно. – Но мы не можем быть спокойны, покуда за нашими спинами движется эта бочка с гноем!
– И что же ты хочешь? – еле сдерживаясь от гнева, гаркнул Затир.
– Пусть они движутся отдельно, – после небольшой паузы раздался голос. – И подальше от нас. Чтобы орки были спокойны.
Затир всерьез призадумался. Это может обидеть гноллов, но, зато это даст порядок в их собственном войске. К альку, будь по-твоему.
– Хорошо, я прислушаюсь к вашим словам, – вновь торжественно пророкотал Затир. – Ты лично станешь переговорным с гноллами в этом деле. Выйди ко мне, и, слово рыцаря, я не сделаю с тобой ничего страшного.
После небольшого замешательства к нему вышел один из стрелков. Арбалет воин держал за спиной разряженным. Уже радует, орки не намеревались устраивать кровопролитие.
– Как твое имя, орк, – вежливо, насколько позволяла бурлящая в венах кровь, обратился Затир. – Назовись, дабы я мог присудить тебе звание.
– Кирас, Ваше сиятельство, – орк преклонил колено, склонив голову перед Затиром.
– Отныне, Кирас, ты являешься переговорным между войском Тириза и Днапотиза, – Затир говорил громко, чтобы слышали бунтующие. – Идем со мной, я напишу послание гноллам о новой тактике передвижения войск.
– Да, Ваше сиятельство, – довольно скалясь, кивнул Кирас.
Они вошли в шатер, и Затир, как и обещал, написал на листе пергамента послание к гноллам. Хоть ему это и не нравилось, но, во избежание беспорядков, гноллам и правда придется двигаться чуть в стороне. По крайней мере, до Жатора.
– Ну вот и все, – улыбнулся Затир, – Ты лично отдашь это гноллам, и с этого дня они будут передвигаться отдельно от нашего войска. Мы свидимся с ними только под стенами Жатора, пока будем готовиться к дальнейшему походу.
– Мы все очень признательны вам, Ваше сиятельство, – склонился Кирас, принимая из рук полководца свиток, с восковой печатью.
– Ступай, – кивнул Затир, улыбнувшись воину. – А как вернешься, будь готов отправляться в путь. До Жатора осталось совсем немного.
– Да, Ваше сиятельство.
Кирас шел в сторону войска Днапотиза с широкой улыбкой во все лицо. А они ему не верили! Дурни деревенские! А он говорил им, ландграф тоже орк и понимает, что такое честь! Он не станет допускать беспорядки! Ему просто нужно было указать на опасность его орков, и он не дал их в беду! Все просто!
Его встретили два гиеноголовых. Стражники что-то пролаяли, но попробуй их пойми. Кирас потряс перед ними свитком с печатью ландграфа Затира. Один из гноллов кивнул, указал лапой на место, где стоял Кирас, приказывая ему ждать, а сам двинулся к шатру.
Он вернулся спустя пару минут. Все это время второй гнолл беззастенчиво разглядывал орка желто-коричневыми глазами. «Интересно, они различают друг друга? Они ж все на одно лицо!» – промелькнуло в голове Кираса, когда вернувшийся гнолл отвлек его. Гиеноголовый кивком указал Кирасу следовать за ним к шатру.
За порогом шатра его ждало еще три гиеноголовых. Судя по доспехам, такая же знать, как и Затир. Хотя чему удивляться? Он ведь зашел в шатер полководца. Раздался этот воюще-лающий звук, но, хвала Эквиру, речь была на языке древних.
– И с чем же пожаловал наш союзник перед самым выходом в дорогу? – несмотря на трудности гнолльских интонаций, Кирас не заметил угрозы в его голосе.
– Ваше сиятельство, – Кирас по выучке преклонил колено, – Послание от ландграфа Затира, – орк протянул гноллу свиток с печатью Затира.
Гнолл кивком принял свиток, свободной рукой подбрасывая воздух, позволяя орку встать. Нетерпеливо сковырнул восковую печать длинным когтем и замер на несколько мгновений, вчитываясь в малознакомое ему письмо. Уж писать всех учили только на собственном языке.
По окончанию прочтения гнолл издал громкий непонятный звук, напоминавший истерический хохот толстой орчицы. Он поднял смеющиеся глаза на орка:
– Ты читал это послание, орк?
– Нет, Ваше сиятельство, – замотал головой Кирас, голос гнолла ему не нравился. – Я простой городской ремесленник, мы не обучены читать.
– Тогда хочешь, я прочту его для тебя вслух? – Вновь оскалился гнолл. Удивительно, Кирас до сих пор не знал, как его зовут.
– Если вам это угодно, Ваше сиятельство, – склонил голову Кирас.
– О да! – хохотнул гнолл, оглядывая двух своих спутников. – Оно стоит того! Итак, – гнолл вновь распахнул перед своим лицом свиток:
«Мой друг, герцог4 Валир. Спешу сообщить вам, что в войске орков начались беспорядки. Посему рекомендую вашему войску двигаться с разницей в пару часов от нас. Дабы поведение недостойных орков не несло пагубное влияние на ваших честных гноллов.
Одно из первых восстаний было подавлено мирными переговорами. Даст Эквир, они больше не повторятся, но я все же рекомендую вам держаться подальше от всех этих бесчинств, чтобы обезумевшие деревенщины орков не ополчились и против вас.
С письмом я высылаю одного из зачинщиков этого восстания. Вы вправе сделать с ним все, что хотите. Даже отдать на корм своей химере.
С наилучшими пожеланиями, ландграф Затир.»
Глаза Кираса наполнились ужасом еще до того, как лорд Валир дочитал последний абзац до конца. Он попытался было дернуться из шатра, но дорогу ему тут же преградили оба спутника Валира.
– Нет! – пал на колени Кирасс. – Прошу вас, лорд Валир!
– Сэр, – гавкнул Валир.
– Простите. Сэр, – Кирасс стукнул лбом о ковер. – Пощадите меня! Я не замышлял ничего худого!
– Так ли это? – мягко проговорил герцог.
– Клянусь вам, Сэр Валир! – продолжал стучаться головой в пол орк. – Ничего худохо! Пощадите, прошу вас!
– Ты поднял восстание против своего предводителя, – раздался обрекающий рык гиены. – Ты оскорбил ландграфа Затира при многотысячном войске! Ты думаешь, подобные вещи прощаются?
– Я не хотел, Сэр Валир!
– Заткнись! Я не закончил! – Валир с силой пнул лапой, облаченной в слой кольчуги. Так, что Кирас откатился на бок. – Честь ландграфа непоколебима для его подданных! А ты поднял орков на восстание! И как же теперь прикажешь благородному лорду Затиру смыть с себя этот позор?
– Я не знаю, Сэр Валир! – причитал, валяясь на полу Кирас. – Я сделаю все, что прикажете! Пощадите, благородный Сэр!
– Все, что прикажу? – ухмыльнулся гнолл. – Ты не мой подчиненный, чтобы я тебе приказывал. А вот они, – обернулся Валир на спутников, отрезавших Кирасу дорогу к выходу. – Взять его! Отрезать все пальцы! Включая его греховный орган. Такая бездарь не должна размножаться впредь.
– Нет! Прошу вас! – раздался едва ли не истерический визг Кираса. За ним вновь последовал удар тяжелого сапога в лицо.
– Отрезанное вывесить ожерельем ему на шею, и заткните чем-нибудь его пасть, чтобы не распугал всю дичь в округе. Самого распять и установить на телегу. Отправить в дар ландграфу Затиру. Думаю, ему это понравится.
– Да, Сэр!
Он еще долго слышал, как в двадцати шагах от его шатра истязали орка-предателя. Вопли бедолаги разносились, вероятно, над всей пустыней. И поделом, честь благородного лорда или сэра должна быть превыше всего. Затир поступил мудро, что прислал его к нему, прежде чем казнить. Это будет хорошим примером для обоих войск.
Затир отошел за шатер, когда его окликнул один из его гвардейцев:
– Ваше сиятельство.
– Мне что уже и отлить нельзя в покое?!
– Простите, Ваше сиятельство, но привели зачинщика.
– Он что? Живой? – Затир едва не выронил уд.
– Ну, – воин замялся, – с одной стороны – да.
– Идем!
Он и сам начал слышать непонятное волнение в войске. И вот он сам увидел причину. Кирас висел на огромном столбе, прикованный за руки. По ним стекала кровь, сочащаяся из лишенных пальцев рук. И еще большее пятно крови сползало по его порткам. Валир не разочаровал. С его злорадной ухмылки побелел даже стоявший рядом гвардеец, хотя он видел немало крови.
– Долго он так протянет? – зловеще протянул Затир.
– Не знаю, Ваше сиятельство, – пожал плечами орк. – Может до утра. Крови уже много потерял.
– Ну уж нет, – покачал головой Затир. – Снять его с петель и тащите в центр. Прикажи развести костры и калить железо.
– Да, Ваше сиятельство, – отсалютовал воин, торопливо выполняя указ.
И вот он стоит на помосте, держа за гриву этого полоумного Кираса. Вся площадь заполнилась орками. Все ждали. А он не спешил. Он наблюдал, как, медленно, Кирас теряет свою черную кровь.
– Все узнают это отродье? – гаркнул Затир.
В толпе загулял гомон. Все кивали. Разумеется, все узнали этого орка.
– Он поплатился за то, что пошел против своего лорда! – Затир подергал гриву Кираса, заставив того замычать. – Но честь орка не позволяет мне убить другого орка. Пусть даже он из низшего сословия и, что еще хуже, предательская крыса! Потому, мы залечим его раны! Мы не дадим ему погибнуть!
Затир кивнул солатам, что калили железо неподалеку. Глаза Кираса полезли на лоб от ужаса. Он начал вырываться в руках Затира, что-то мыча.
– О! – Затир оглянулся на пленника. – Наш друг хочет нам что-то сказать. Выньте его кляп изо рта, пусть говорит.
Освободив свой рот, Кирас завопил почти охрипшей глоткой. Продолжая вырываться из руки Затира.
– Не надо! Ваше сиятельство! Добейте меня! Молю вас! Убейте меня!
– Законы чести орков издревле не позволяют орку убить другого орка, – жалостливо покачал головой Затир. – Мы должны вылечить тебя. Не переживай, мы не будем слишком долго.
Каленое докрасна железо коснулось кисти Кираса. Первым послышалось шипение прижигаемой кожи, и лишь через мгновение страшный вопль разнесся над пустыней. Наверняка, даже Валир в этот момент злорадно улыбнулся, услышав знакомый голос Кираса.
– И там тоже, – указал Затир на окровавленные портки Кираса. – Исцелять, так исцелять.
Уже обессилевший и охрипший Кирас, не обращая внимания на то, что Затир все еще сжимал его гриву в руках, шкрябал культями по земле, стараясь уползти.
С него сняли портки. Затир оглядел войско зловещим взглядом. Орки были белыми, как песок, на котором стояли.
– Кто-то из вас еще желает указать своему предводителю, как надо управлять войском? – гаркнул Затир в толпу.
Ответом была мертвая тишина, что прервалась лишь очередным душераздирающим воплем боли.
– Ох и воняет же он! – оттолкнул едва дышащее тело от себя ландграф, – И как только циклопы поедали орков? – он вновь повернулся к толпе орков, – Я надеюсь все запомнили произошедшее? Мне бы не хотелось показать это еще раз особо непонятливым! Я ваш ландграф, благородный лорд Затир! Я не потерплю неповиновения от черни! Повесить этого обратно на столб и двигаться в путь!
К концу ночного перехода они добрались до Гримбо, деревеньке при Жаторе. Затир рассчитывал отдохнуть там день и заодно прикупить провианта в дорогу. Ночлег ему, конечно, нашли. Не такой богатый, как он привык, живя в Хварте. Но все лучше, чем в тряпочном шатре. Вот только провиантом тут и не пахло. А ведь двигаться еще около десятины! Проклятые наместники уже давно скупили все продукты из прошлых урожаев. А следующий поспеет только через пару десятин. И чем прикажете кормить войско еще десятину?!
Пожилой гном-староста отвел его в свою хижину, его личную гвардию расположили по конюшням да сеновалам. Тоже неплохо, под крышей да на мягком сене. Ужин гнома был скудным, но и он выставил все, что было. Эти традиции у них сохранились еще со времен, когда орки и гномы существовали в едином Великом Клане. А после ужина из мясной похлебки и серых пресных булочек, ландграфу Хварта выделили кровать в одной из комнат.
Уснуть не удавалось еще очень долго. За окном слышалось мычание ослушника с заткнутым ртом. А в голове бегали мысли о том, что его люди будут есть в дороге. Не песок же им есть, в конце-то концов!
– Ты чувствуешь что-нибудь? – вновь раздался из ниоткуда голос.
– Да, – огрызнулся Пронт, – усталость!
Он только-только прикончил десяток големов, созданных Кедопегом. Раньше он был хотя бы один. И то, Пронту не единожды приходилось сращивать собственные кости. Теперь же их десяток! И ремонту после каждой битвы подлежат уже не кости Пронта, а его большой меч. Тот самый железный друг, что прошел с ним от Хота до Врат. «Гребень».
– Так что я должен чувствовать? – потребовал Пронт, смахнув со лба заливающий глаза пот.
– На Альконаре что-то происходит, – раздался в ответ голос бога.
– Что-то? – выдержав паузу, протянул Пронт. – А что именно?
– Если я тебя чему-то и научил за целый век, то ты сам все узнаешь достаточно скоро. Надеюсь.
– А может, ты сам удосужишься мне объяснить? – сорвался Пронт. – Я человек, а не эльф, и тем более – не люмми. Это они могли чувствовать все, что происходит в природе.
– А ты воспользуйся своим вторым чутьем, – насмешливая интонация Кедопега заставила Пронта прикусить язык.
– Ты знаешь?
– Пронт, – зал наполнился звуком, напоминающим вздох, – я только что сказал тебе, что чувствую беспокойство на Альконаре. А ты удивляешься тому, что я чувствую происходящее в моем же дворце?
– О боги, – всплеснул руками Пронт. – Для начала, появись уже на мои глаза, мне надоело общаться с голосом в моей голове! И объясни уже, наконец, что там такое происходит?!
– Потом, Пронт, – насмешка в голосе бога усилилась. И это притом, что сам голос в голове Пронта становился все тише. – Всему свое время.
«Надоел со своими загадками», – хмуро подумал Пронт, заводя меч за спину. Кедопег поднял всех десятерых големов. Если не рассыплется Гребень, то это сделает сам Пронт.