– Привет, гуманитарий! – прозвучал знакомый голос, – Посылка, как я понимаю, уже доставлена. Всё описание у тебя в сообщениях, но если будут вопросы или, не дай бог, претензии, звони.
Не дождавшись ответа, Технарь сбросил вызов. Итак, судя по всему, у меня сегодня новогодний день рождения, ибо в пакетах должно находиться заказанное снаряжение! О, определённо лучший день начинается не с кофе, а с холодильника. Полного холодильника!
Прежде чем приступить к потрошению содержимого, глянул на сообщения. В личной трубе высветилось уведомление банка о пополнении карты на сумму покупки. Так, вот кто моими деньгами ещё распоряжаться может?!
Этот вопрос следовало досконально изучить, дабы впредь исключить вероятность повторения. А то, не ровён час, у него на кассе в магазине денег не хватит, так он моими рассчитается, и глазом не моргнув!
Но в целом данный заход очень впечатлил. Приобрёл товар, тебе его доставили и никаких лишних вопросов. Как он это всё замутил, конспиратор хренов? Ведь только на днях думал, как организовать передачу, не привлекая лишнего внимания.
На «технофон» же пришло несколько файлов с подробными инструкциями и описанием содержимого пакетов, изучение которых по понятным причинам было отложено. Сначала посмотреть и пощупать!
* * *
«Изделие Х-01-НК / Прототип-II» – тактическая броня нового поколения из композитных материалов. Из знакомых компонентов оказались только карбон и керамика.
Она состояла из множества многослойных пластин различных размеров и форм, находящих друг на друга по принципу чешуи. Чёрный матовый цвет и рельеф придавали ей футуристический облик, вызывая ассоциации с различными фантастическими боевиками про будущее.
Гарантировалась стопроцентная защита от всех видов холодного и травматического оружия (Вот это уже хорошо). В зависимости от места и угла выдерживала попадание осколков, выстрел из ПМ и гладкоствольных видов охотничьего/гражданского оружия (Правда, первое и последнее зависело от массы снаряда и не исключало возникновение травм, но оно и понятно). В ряде исключительных случаев могла даже спасти от выстрела из АК, но с крайне низким шансом.
Учитывая, что она действительно относилась к категории скрытого ношения и практически не сковывала движения, в этом мире её можно вполне наречь полноценным доспехом.
Не Хранителя, конечно, но доспехом «Оберега тела Жнеца», как минимум. При поворотах и сгибах ощущалась некое сопротивление, но это являлось такой мелочью, на которую даже внимания обращать не хотелось.
В местах, исключающих сгибы, защита усиливалась. Как, например, на голени, которой можно было стены ломать. Танцуют ёжики ламбаду, до чего же она прекрасна! Эта тактическая броня.
Сразу сериал «Бригада» вспомнился – такая только у меня и Майкла Джексона. При распаковке пакетов поменьше, пришло понимание, что с хаты придётся съезжать и подыскивать реальную берлогу.
Огнестрельное и холодное оружие хранить дома чревато очень серьёзными проблемами с законом. И не известно, когда, кому и зачем захочется произвести осмотр жилища или, не дай Тьма, обыск…
Глава 6
«Важнее первого шага, могут быть только его последствия»»
(от автора)
Начнём с наручей. Скрыть их было возможно только под одеждой широкого кроя. Типа плаща, или чего-то типа этого. Некоторые фасоны пуховиков и курток тоже сгодятся, но модели подобного плана не слишком популярны в последнее время.
Несмотря на то что основу конструкции составлял металл, вес оказался значительно меньше ожидаемого. Фиксировались наручи сразу несколькими способами. От скрутки с затяжкой до зажимов с фиксаторами.
Сначала откровенно расстроился из-за столь сложного подхода к этому вопросу, но, примерив левый, понял, что поспешил с выводами. Он не болтался, не ёрзал, не имел люфта, а внутренняя поверхность, покрытая каким-то чёрным, пупырчатым и мягким материалом, исключала даже намёк на скольжение.
А самое любопытное, что при самой жёсткой фиксации отсутствовало передавливание, препятствующее току крови. Как им удалось достичь такого эффекта, непонятно. В общем, зафиксированные наручи превращались в полноценное продолжение тела.
Внешняя сторона не имела швов или соединений, и изделие выглядело полностью литым. И как Технарь это умудрился сделать? Завод у них там, что ли? Теперь, что касается размера.
Он оказался немалым и полностью закрывал предплечье от локтя до запястья, где стыковалась подвижная платина, закрывающая кисть. Лезвие не выскакивало, а буквально выстреливало, выступая сантиметров на десять от края костяшек, сжатого кулака.
Широкий, обоюдоострый клинок с желобом кровотока выглядел внушительно. Механизм приводился в действие при сильном загибе кисти внутрь. Звук же оказался не громче карманного выкидного ножа, что для такой конструкции можно считать вообще бесшумной работой.
С возвратом лезвия оказалось несколько сложнее. Требовалось также скрючить кисть и начать давить на остриё, упёртое в ладонь – специальные перчатки позволяли произвести манипуляцию без опасения получения колотой раны.
Пройдя половину обратного пути, дальше клинок заскакивал в наруч уже самостоятельно. Как я понял, данный подход обеспечивал максимальную надёжность механизма и жёсткость упора.
Не знаю, вроде не так уж и сложно. А учитывая, что до этого дня вообще нихрена не было, так и вовсе артефакт настоящий! Единственное, одежду для их скрытого ношения придётся прям подбирать.
* * *
Далее по списку шло два пистолета с кобурами для всевозможного типа ношения. Оружие имело интегрированный глушитель, обладало довольно компактным размером, удобно сидело в руке, даже в перчатках, а магазин вмещал аж пятнадцать патронов.
Несмотря на отсутствие маркировки и каких-либо обозначений, больший интерес вызвала не неизвестная модель, а тип её боеприпасов. Пистолетные патроны калибра 5,45 мм мне были знакомы лишь по одному редкому экземпляру – ПСМ, коим раньше любили награждать всяких генералов.
Держать в руках подобное оружие не доводилось, и знал о нём лишь по картинкам, как говорится. Потому и патроны вызвали изрядное удивление. В упаковку находилось сорок штук, а их оказалось весьма немало.
К каждому пистолету шло по три магазина. По одному в рукоять и по два про запас. Выходит, девяносто выстрелов на себе. Блин, можно маленькую, сельскую революцию даже устроить!
Завершением вооружения явились световые… гранатки, размер которых вызывал сомнения в их эффективности. Просто от предмета величиной со спелую сливу ожидать чего-то великого не приходилось.
При этом в описании особо подчёркивалось, что при использовании закрытых глаз будет недостаточно, и во избежание поражающего эффекта, рекомендовалось отвернуться в противоположную сторону, а также закрыться чем-то плотным. Например, предплечьем.
В действие они приводились посредством утапливания в корпус торца выступающего запала. Время замедления составляло всего четыре секунды. На тёмно-зелёном фоне поверхности имелась милая надпись «Светлячок».
Всегда восхищало умение наших мастеров придать оружию и спецсредствам максимально миролюбивые названия. Электрошокер – «Ласка», наручники – «Нежность», самоходная артиллерийская система – «Акация» и многое другое.
Ну, разве это не милота? Вот и здесь – «Светлячок». Прелесть же! Прямо хочется кого-нибудь нежно приласкать в цветущих акациях под мерцание светлячков. Согласитесь?
* * *
На фоне брони, наручей и пистолетов неизвестной модели, остальное снаряжение уже не выглядело чем-то выходящим за грани разумного. Перчатки одновременно выполняли функцию кастета, обладали защитой от порезов и были очень цепкими.
Короткие ботинки на стяжках имели «стакан» в носке, надёжно защищающий пальцы ног, были удобными, с мягкой и нескользящей подошвой. Как это, честно говоря, не совсем понял, но так говорилось в описании.
Очки типа противоосколочных, только с функцией прибора ночного видения и тепловизора. Эффективная дистанция была небольшой, но всё же. Плюс портативная глушилка связи с весьма впечатляющим радиусом действия в противоударном и водонепроницаемом корпусе.
Несколько комплектов камуфляжа из странного тёмного материала с необычным узором в виде ломаных под разными углами линий с разводами в чёрно-серых тонах.
Да, отдельного внимания заслуживал предмет, который я не заказывал – кожаный плащ. Возможно, звучит несколько странно, но такой на голое тело в парках не носят. Вы просто его не видели. А какой от него стоял запах!
Чёрная, плотная, но не жёсткая, кожа, глубокий капюшон, скрытые карманы… Он больше напоминал элемент снаряжения из мира меча и магии. Сперва так и решил даже, пока не увидел бейдж с правилами ухода за изделиями из натуральной кожи. Жаль.
Что могу сказать в итог,е подобного «холодильника» у меня ещё точно не было. Шило в заднице накалилось до такого предела, что хоть в тазик с холодной водой садись. Нужно срочно проверить всё это в деле!
Но перед тем как приступить к бесчинству, надлежало определиться с будущей «берлогой». Хранить такое приданное в обычной квартире точно не следует. Тут, блин, полноценная Комната для Хранения Оружия требовалась…
* * *
Продажа акций обещала принести весьма внушительную прибыль, поэтому, можно было себе позволить подобрать более подходящий вариант для проживания, компенсируя часть расходов с последующей продажи нынешней квартиры.
Основным требованием к новому месту жительства являлась черта города, поэтому варианты с поиском пещер и подземелий в округе, увы, отсеялись сразу. Возвращение с ночных прогулок, как выход на них, должно носить непринуждённый характер.
Путешествия же во всякие чигеря и очкуры на задворках цивилизации могли обернуться непредвиденными трудностями, которых и без того в избытке. Любой же другой многоквартирный дом относился к категории «шило на мыло».
Частный сектор? Возможно. Фазенд и коттеджей в черте города хватало, только цена на них существенно выходила за пределы планируемого бюджета. Отличным вариантом мог стать гараж, но тут уже внутреннее пространство не отвечало требованиям, да и ходить в ведро – такое себе.
Дом на колёсах? В целом, очень неплохой вариант. Да, меньше гаража, но зато мобильный и сральник есть! Единственное, в силу климатических особенностей, данный вид транспорта вообще не пользовался популярностью среди местного населения.
Поэтому рассекать по округе в такой халабуде на колёсах, только внимание привлекать. Да и не оставишь его без лишний раз, могут и напакостить. Шины порезать, залезть элементарно или на капот нагадить, в конце концов. Малолетних имбецилов хватало.
И тут я вспомнил про ещё один вариант проживания, причём довольно популярный в наших краях – гаражи. Только не автомобильные, а лодочные! Часто имеющие по три яруса или этажа. Это уже кому как нравится называть.
Первый – выход к воде и место под лодку. Второй – основной вход с берега, кухня-гостиная и балкон. Третий – каждый под своё усмотрение. При всём при этом: центральное водоснабжение, электричество, санузел с септиком и нередко даже сауна с купелью!
Соседей, опять же, не так много. Вот на этом-то варианте решил остановиться и заморочиться. Четыре полноценных дня с самого утра и до позднего вечера ушло на «поквартирный обход» данного типа застройки, прежде чем удача ощерилась в улыбке.
* * *
Около недели ушло на то, чтобы привести новое жилище в относительно приемлемый вид, а также сделать ряд дополнительных тайных ниш для хранения предметов, владение которыми преследовалось по закону.
В соседнем городе г.Находка отыскал хорошего специалиста-частника, который повтыкал мне камеры везде, где только можно было. Подъезда к нашей секции гаражей всего два, и теперь я мог просматривать оба от самой дороги, включая периметр. И без слепых зон.
Вот так, легко и непринуждённого, я встретил начало лета, а заодно вспомнил слова Истинной Тьмы о быстром тормозе и медленном газе. Столько времени просрать! Однако изменившиеся реалии диктовали свои правила игры.
За этот период Технарь единожды вышел на связь с очередным предложением о вложении средств и в очередной раз пропал. В этот раз рекомендации выполнил более смело и снова не прогадал.
Чувствовал себя уже мини-олигархом, если честно. Из прослушки так и не удалось поймать никакой информации о покушении на меня, зато иного компромата набралось с лихвой.
Решил не затягивать с возмездием над всякими выродками в погонах, раз поклёвки нет. Собрал полученную информацию в кучу и принёс её к бывшему начальнику следкома.
– Точно не хочешь вернуться?
– Да, хватит с меня. Успел почувствовать вкус вольной жизнь.
– Хех, понимаю. Ну, как знаешь. Откуда такая информация? – нахмурился он, пролистывая файлы в папке.
– Источник пожелал остаться неизвестным, но просил считаться проверенным, – ответил, не моргнув глазом.
– Ты пойми, это очень серьёзный компромат, и касается он достаточно многих и далеко не последних людей, как в этом городе, так и за его пределами. Вопросы возникнут в любом случае.
– Тогда стоит сразу принять тот факт, что отвечать на них будет некому, со мной на связь информатор уже не выйдет, а паспорт такие люди, как правило, не показывают. Да и самому отсвечивать не улыбается, если что. Тут вопрос скорее в желании, ведь проблем с реализацией при таком прикупе возникнуть не должно.
– Насчёт себя мог бы и не говорить, это и так ясно. А вот насчёт желания согласен. Тут действительно есть с чем поработать. Значит, запускаем в ход? Смотри, зашевелятся многие.
– Так может, стоит анонимно оформить? Чтобы и к тебе, Евгеньевич, вопросов неудобных не возникло? – в ответ он усмехнулся.
– Хех, за меня можешь не волноваться. Я разберусь, как преподнести информацию.
– В таком случае мне тем более переживать не о чем.
– Ну, не знаю. У тебя с ним конфликт был, и он под тебя конкретно копает. Об этом очень многим известно. Когда лопата внезапно в камень упрётся, вопросы возникнут в любом случае.
– Суть понял, – кивнул в ответ, – Только какой спрос с простого следака? Откуда у меня доступ к такому компромату? Не логично же.
– Я с тобой и не спорю, – согласился он, – Только и не мне тебе рассказывать, как бывает.
– Пусть приходят, – отмахнулся я, – Пусть своё время тратят.
– Отлично. Но ты подумай ещё раз над тем, чтобы вернуться. Оно, знаешь ли, лишний раз и прикрыть где-то может.
– Переживу, Борис Евгеньевич.
– Дай бог. Тогда удачи! – мы пожали друг руки и попрощались.
* * *
Кажется, на третий день после этой встречи, в дверь моей квартиры уверенно так постучали. Так совпало, что я с самого утра пришёл ещё раз посмотреть, не забыл ли чего, прежде чем передавать ключи риелтору.
– Серов Сергей Сергеевич? – на пороге стояло двое крепких парней в гражданской одежде, почти одинаковых кожанках с хмурыми моськами.
– Допустим. Вы-то кто будете?
– Управление собственной безопасности УМВД России по Приморскому краю.
– Кто? – появление этих гавриков вызвало откровенное недоумение, – От меня вам чё надо-то? Я уже давно не мент, а на пенсию так вообще с комитета вышел. Вы ничего не перепутали?
– Может, по-хорошему поговорим? – ничего хорошего в интонации вопроса, к слову, не уловил.
– Не-а, – цыкнув, мотнув головой, – Вообще никак говорить не будет.
– Тогда проедем? – настойчиво спросил самый инициативный из них.
– Слушай, ты дурак, что ли? Идите нахер оба два отсюда, пока нормальных ментов не вызывал, а не их заднеприводное подобие, – УСБ в МВД не особо чествовали. Интересы своих «коллег» данные «гулящие женщины» никогда защищали, зато стоило кому-то из сотрудников оступиться, как эти стервятники сразу тут как тут. В общем, мерзотные личности. Более того, «работа» с моей категорией лиц выходила за пределы их полномочий.
– Серов, ты подумай. Как бы потом сожалеть не пришлось, – зло процедил второй.
– Это угроза, что ли?
– Напутствие. Зачем три дня назад встречался с начальником комитета?
– Воу, ребята. Зачем и куда я хожу, на секундочку, вас вообще сношать не должно. Восстановиться подумывал, ясно?
– Ну, су…, – зашипел первый, но тут же получил локтем под рёбра от напарника.
– Чего? Да пошли нахер вообще! В натуре берега попутали.
– Не с теми ты тягаться решил, Серов, – зло процедил всё тот же пискапротивный тип.
– Вы за кого шакалить пришли, гиены гнусные? Вам самим-то не стрёмно?
– Ты за свой базар ответишь, ручаюсь, – заиграл желваками второй.
– Ага, ксиву сперва покажи, ряженый.
Твою мать! Надо было сразу с этого начинать, идиоту. Разыграть из себя оленя поролонового – так бы хоть данные их запомнил. Хорошая мысля, приходит опосля.
– Жена показывать будет.
– Э, притормози, Вася, – попытался было придержать того, что ближе, но самоуверенные парни поспешили удалиться.
* * *
Однако здравствуйте. Суть их появления вполне понятна, но вот первопричина? Неужели бывший начальник слил? Вряд ли, не похож он таких людей. Однако про визит к нему этим шакалам откуда-то известно.
Данный эпизод вскипятил содержимое говнобака так, что сразу из квартиры направился навестить Бориса Евгеньевича. Требовалось понять корни этого визита. Я допускал, что теперь могли организовать слежку, но ничего подозрительного по пути не заметил.
Тянуть же с данным вопросом смысла не было, звонить так тем более глупо. А тут, глядишь, с пылу с жару, может, и проскочу незаметно. Хотя я не ожидал, что и тот визит кому-то глаза резать начнёт.
Кто-то из подчинённых Евгеньевича сливает? Хрен его знает, тут гадать сколько угодно можно. Бывшего начальника застал в его кабинете, собирающим вещи.
Оказалось, сегодня утром у него тоже состоялся весьма неприятный разговор только со своим руководством, суть которого сводилась к тому, что пора начинать двигаться дальше.
«Предложение» с карьерой имело посредственную связь, поскольку подразумевало «поднятие целины» в чегирях отдалённых северных районах, что можно сравнить со ссылкой.
С этого, как правило, начинают свой карьерный путь, но никак не заканчивают его. Или же предлагали выйти на заслуженный отдых, раз сил для «работы» не осталось. М-да, некрасиво как-то получается, если мягко выразиться.
– Вот такие дела, Сергей, в общем, – произнёс он, остановившись и осматриваясь в поисках ещё не собранных вещей.
– Офигеть. И это всё из-за той информации?
– Ну, прямо о таких вещах говорить не принято. Но насколько понял, назови я им источник, этого можно было бы избежать. Что? – хмыкнул Евгеньевич, поймав мой взгляд, – Думал, сдам тебя? Хрен им! И твоей вины в этом нет. Скажи, вот на кой фиг мы тогда вообще служим, если не можем ничего сделать?
– В последнее время задаюсь тем же вопросом.
– И это правильный вопрос. Знаешь, – он поставил на стол коробку и повернулся ко мне, – А не пошли бы они все нахрен. Всё, – Евгеньевич с силой хлопнул ладонью по столу, – Молодец, что зашёл, помог принять решение. И я ещё думал что-то? Мы под вашего Смоленчука уже второй год роем, и всё без толку! В кои-то веки появилась реальная информация, как тут же ставится под сомнение её подлинность и законность получения. И ведь не стесняются даже говорить такое! Незаконно, бл… им! Когда неудобно. Вон, в соседнем районе у Михалыча, слышал? Три трупа разом, и всё нормально. Никакого криминала. У одного перелом шеи – упал, второй сам себе артерию на ноге вскрыл, у третьего яйца всмятку, но отъехал от сердечного. Представляешь? И никаких вопросов! Потому что так удобно. Да, – сбавил Евгеньевич обороты, – У самих рыло в пуху, но у всего же есть свой предел. Та грань, переступать за которую не следует. Я тебе больше скажу, – понизил он голос, – Иногда хочется, как фильме с этим, как его, судья, который в дредах… Короче, выносить приговор всякой мерзости прямо на месте. Поймали на износе или педофилии? Завели за угол, да там и оставили с отверстием промеж глаз. Или, например, ваш Смолнечук. Ну ведь каждая собака знает, что лапы до самой спины косматые, но нихрена с ним не сделаешь, так как крылышком прикрыт. Петуха такого же. Вот и с ним так же. Информацию проверили, подтвердилась? И расход собаку дикую. Ты только пойми меня правильно, – смутился он, выпустив пар.
Однако прорвало начальника знатно. Не ожидал подобных откровений от него. Видимо, в комитете говна ещё больше, чем в МВД, раз даже таких, как он, кроет. Дело в том, что Евгеньевич являлся безэмоциональным циником с холодной головой.
Поэтому подобные откровения несколько не вязались с привычным образом. Хоть и являлись здравым рассуждением, суть теории которых я поддерживал обеими руками. В этот момент пришло очередное озарение.
Души, как ни крути, мне требовались. Валить всех и вся, направо и налево было недопустимо, но жизненно необходимо. Вот тут-то мы «белой стрелой» и вклинимся в хитрое переплетение этических норм, закона и справедливости.
А что? Неплохая идея. И овцы, как говорится, целки и волки сыты. От убийств мне всё равно никуда не уйти. Натура такая. А так, хоть нравственную сторону вопроса закрою, да общество подлечу.
Как моя Покровительница ненаглядная напутствовала? Куда ж тебе душегубу… Не, не то. Нам нужны души. Вот! И чем их больше, тем мы сильнее.
А сила мне ой как необходима была. Причём не абы какая, а Истинной Тьмы. Та самая, что я в себе несу. Или нёс. Раньше. Но твёрдо намеревался поднять это знамя над головой вновь.
– Евгеньевич, я прекрасно понимаю, о чём ты.
– Ты же приходил, чтобы узнать, не я ли тебя слил. Так? – усмехнулся он.
– Да, – не стал отрицать очевидное.
– Ну и скотина же ты, Сергей, – рассмеялся он, – Хотя правильно сделал. Вот поэтому я и не хотел, чтобы ты уходил, а в итоге ухожу сам…
* * *
Этот разговор оказался переломным не только для Евгеньевича, принявшим окончательное решение, но и для меня. Теперь-то тернистый путь к возвращению виделся более отчётливо.
Неважно, готов ли этот мир к приходу Жнеца или нет. Есть лишь одна угода – Истинная. Ла’Амия верила в меня и говорила, что у меня всё получится. И я не подведу свою любимую кровожадину.
Евгеньевич меня не сдал, в чём, в принципе, не сомневался. Практически. Зато бывший начальник оказался сукой редкой, злопамятной и представляющей реальную опасность. А когда это мы от проблем бегали?
Только в лесах Новачей на дерево. Ну, ещё от Инквизиции по окрестностям. А, от Тоннельного дракона немного. От игроков недолго. Короче, неважно. Раньше когда-то бегали, но только это всё в прошлом!
Полночи провёл в подготовке снаряжения, примерке, подгонке и разработке плана возмездия, а под утро понял, что идея в целом достаточно сомнительная. И это я не заднюю врубил, а мозг.
Смоленчук – гнида породистая, но и не какой-то там гоголь-моголь Хриплый. По нему учётный отказной точно делать не станут. Проверку проведут так, как никогда не проводили.
Гостей в своих стенах точно избежать не удастся. Припрутся, к гадалке не ходи. Не исключено, что с обыском. В очередной раз перепроверил свои схроны – на вид надёжные.
Когда знаешь, как ищут, прятать становится значительно легче. Когда искал сам, понимаешь нюансы. Простукиванием мои тайники не нащупаешь, а визуально хрен их срисуешь.
Вроде надёжно и грамотно, но перспектива предстоящего кипеша сильно напрягала. Не хотелось так сразу обращать на себя внимание. Однако утренний звонок внёс свои коррективы.
– Слушаю, – недовольно проворчал в трубку. Вот кому чё надо? Только заснул, блин.
– Серёга, привет, – голос Грунёва узнал сразу.
– А-а, Миша, здоров. Умер кто?
– Вообще да, – резко ответил он, – Ночью Бориса Евгеньевича машина сбила.
Вот это да! Любили в цирке верблюдА! Твою мать, до чего же шутка неуместной вышла. Сонливость как рукой сняло. По предварительной версии, наезд совершило неизвестное лицо на угнанном автомобиле, скрывшееся с места преступления.
Ага, конечно, суки рванные, так я вам и поверил. Вот и пересечена последняя красная линяя, точка невозврата и прочие отговорки для нерешительных. Поскольку следующей «случайной жертвой» обстоятельств запросто мог стать я сам, решил начать действовать на опережение…
* * *
С наступлением ночи, убедившись по камерам в отсутствии посторонних, вышел на тропу праведной жатвы. Я Чёрный плащ, я ужас, летящий на крыльях ночи! Я тот, кому так не хватает тех самых крыльев, сука!
Насколько же беззащитным казался этот мир перед лицом Жнеца Истинной Тьмы. Впрочем, как и я сам перед лицом этого мира, но это поправимо. Надеюсь. Нет, уверен, что так и есть.
Пора переходить к активным действиям, и навёрстывать упущенное время, дабы не посрамить веру в меня Ла’Амии и Истинной Тьмы. Вопрос с мантиями всё ещё оставался открытым, но Технарь, по непонятным причинам, перестал отвечать и выходить покуда. Стену проломить или окно вырвать, покуда все спят, неважно. Главное, обеспечивать максимально быстрый доступ в помещение.
Но это чуть позже. Сперва следовало нанести визит вежливости и отплатить той же монетой тому, кто привык сам ею рассчитываться. О, мои пять копеек имели особенный вес – после них копилка становилась непригодной для использования.
Попасть на территорию частного домовладения оказалось слишком простой задачей и отсутствие собак пошло только на пользу дела. Не понимаю, на кой хер частный сектор без живой охраны, тем более, когда обесточивание объекта не является проблемой?
– Кто здесь? – выкрикнул Смоленчук, когда я спокойно и беспрепятственно вошёл в дом через веранду, – Вы даже не представляете, к кому вообще вломились! Последний шанс одуматься!
– Уф, какой вояка грозный. В дом мудака редкостного?
– Серов? Ты чё здесь делаешь? Вообще берега попутал, капитан?
– Уже майор, если что, но не суть. Что, сука, думал ты неприкосновенный? Можешь писяверить так, как заблагорассудится? Не, так не бывает. По крайней мере, в моих реалиях. В мире должно быть Равновесие, и я здесь именно за его восстановлением.
– Придурок, ты вмазанный, что ли?! Сюда уже выехали, кабздец тебе. Вали, пока можешь.
– Серьёзно? Позволь уточнить, а кто именно? Те, кому ты никак дозвониться не в состоянии, или экстрасенсы? – прежде чем рубануть провода, перекинул глушилку через забор прямо к крыльцу и подобрал перед тем, как войти.
Однако обмудок смог удивить и даже попытался сдержать слово, ибо кабздец действительно чуть не наступил. И когда он успел свой карамультук из сейфа взять? Хрен знает, как бы всё вышло, не прикрой рефлекторно голову рукой.
– Ты чё творишь, гнида?! – резко сократив дистанцию, вырвал у него вертикалку, нанеся хороший удар ногой в грудь, – Чуть не оглох из-за тебя, идиота. Надымил ещё, падла, – произнёс, размахивая клубы пороховых газов, попутно массируя ухо, попавшее под направление выстрела.
Отлетев, бывший начальник завалился на журнальный столик, разнеся его калёное стекло вдребезги.
– М-м-м, – застонал он, переворачиваясь набок, – Ты живая ещё, что ли, тварь? Как?
Выстрел с короткой дистанции из двенадцатого калибра оказался довольно ощутимым. Броня не подвела, но я предпочёл бы избежать подобных проверок на прочность. Хорошо хоть дробь заряжена была, а не тяжёлая пуля.
* * *
– Заговорённый я, – ответил, наклоняясь за валявшимися на полу двумя патронами, выпавшими откуда-то из Смоленчука. Прям лут настоящий.
– Ты понимаешь, что тебе кранты? Ты на себе крест поставил, – усмехнулся он, утирая кровь с порезанной щеки, – Всё, допрыгался.
– Всё, это когда ноги остынут, гнида, – улыбнулся в ответ, перезаряжая ружьё. Кстати, зачётный ствол оказался. Итальянский. Не каждый себе такой позволить может, – Покайся, сними груз с души, легче ведь станет. С твоей подачи меня в больничку положили, а Евгеньевича переехали?
– Откуда вообще у тебя эта информация, а?
– Не заставляй повторять вопрос, – удивительно, но подействовало.
– С твоим начальником перегнули, согласен, не стоило полагаться на идиотов, – ответил Смоленчук, принимая сидячее положение, – Но ничего, ты-то уже никуда не денешься. Теперь…
– Пасть захлопни! – честно, охренел с того, как он спокойно об этом говорить начал, – Растеперькался тут. До тебя никак не доходит суть происходящего? Твой никчёмный жизненный цикл подошёл к логическому концу. То есть, в твоём случае – это действительно Всё.
– Ты головой тронулся? Ты чё несёшь, Серов? Знаешь, что тебе будет? Тебя же из-под земли достанут! У тебя только один выход – бежать! Без оглядки и прямо сейчас.
– Ага, только сперва той землёй тебя присыпят. Итак, – я навёл двустволку ему между ног, – Имена, пароли и явки всех причастных к нападениям на меня с Евгеньевичем.
– Э-э! Притормози коней, – заголосил он, прикрывая пах руками, – Слышишь? Давай обсудим ситуацию. Думаю, мы сможем договориться.
– Имена, – опыт, приобретённый в Адэлеоне, показал, что в тылу нельзя оставлять врагов. Гнид следовало давить ногтем незамедлительно, решительно и без шансов.
– Слушай, ты ведь неглупый парень. Ты ведь…, – грохот выстрела прерывал речь, не содержащую нужной информации, – А-а-а!! М-м-м! Мля, урод! А-а-м-м, гнида! Кабзда тебе, сука!
В одном из стволов очутился патрон, снаряжённый картечью. Левая кисть оказалась разорвана в лохмотья. Уверенно себя чувствовал только большой палец, в мгновение осиротевший. М-да, такое хирурги соберут уже вряд ли, да и не придётся им, если честно.
– Имена-а. Или следующим выстрелом я тебе голень от бедра отделю, – холодно произнёс, уперев ствол в правую ногу, игнорируя завывания с угрозами. Таким меня не пронять. Насмотрелся, наслушался, привык, так сказать, – Ты пойми, упёртость тут неуместна. Зачем сознательно стремиться причинить себе боль и страдания?
– Не надо! Не убивай! Я всё скажу! Что же ты делаешь?! М-м-м! Вызови скорую, блин!
– Имена. И больше повторять не стану.
Это была короткая, но очень содержательная исповедь. В моём случае исполнители были неизвестны, зато узнал, к кому именно тот обращался, а также, что если бы «жалкие ссыкуны» чего-то не испугались, то итог для меня стал бы куда печальнее.
Что же касается Евгеньевича, то «акцию по устрашению и запугиванию», вышедшую из-под «контроля», возложили на тех самых двух мудозвонов, что навестили меня на квартире. Только теперь я знал их имена, фамилии и должности.
Кто именно поделился информацией о нашей встрече с начальником следкома, Смоленчук не знал. Однако те самые УСБ-шники, что угнали машину и «не справились» с управлением, должны располагать сведениями по этому вопросу.
– Ну, признавайся, полегчало? – спросил у него, когда узнал всё, что хотел, – Снял часть груза со своей жалкой души?
– Скорую вызови! Где мой телефон? – прижав к груди повреждённую руку, Смоленчук начал подниматься и осматриваться.
– Э, ты куда, Вася? – дурак до последнего отказывался принять неизбежность своей участи.
Бесплатный фрагмент закончился.