– Возьмите, Анжелина.
– Спасибо, – пробормотала красавица, прикладывая батист к губе. На его поверхности мгновенно образовалось алое пятнышко.
– Как плохо у Вас останавливается кровь… – тихо, словно самой себе, сказала д’Альбре, обратив внимание на это обстоятельство. – Что произошло?
– Не знаю, – едва приходя в себя, ответила девушка. – Со мной такого раньше не было. Я так перепугалась…
– Вероятно, всему виной Ваш горячий нрав… – предположила де Нанон. – Если губа прикушена не во время вкусной трапезы, значит, Вы были чем-то рассержены.
Маркиза отняла платок от раны, посмотрела на него со вздохом и снова приложила назад. Кровь ещё сочилась.
– Полно, успокойтесь. Кровотечение уже уменьшается, и это хорошо. Возможно, обойдётесь без доктора. А вот платье… пришло в негодность, – покачала головой француженка.
Леди Линкольн подошла к большому зеркалу на стене в уборной герцогини д’Альбре. «Странная какая деталь интерьера в таком месте», – машинально отметила племянница короля и, критично оглядев себя с ног до головы, проворчала:
– Да, выгляжу я, как урод… Послушайте, – обернулась к родственнице Анжелина. – И почему Вы обо мне заботитесь? После всего, что я Вам наговорила?
– У меня нет причин желать Вам зла, миледи, – пожала плечами де Нанон. – Да и Вы ничего предосудительного пока не натворили, слава Богу. А то ведь в Англии крутые нравы… Вспомните Вашего прадеда Генри VIII и его обезглавленных жён, обвинённых в государственной измене, адюльтере и колдовстве… Ну это я так, к слову…
Казалось, что Анжелина особенно и не слушала ответ Констанции – её больше занимало собственное отражение.
– Ах, мои губы! Мои прекрасные губы! Боже, во что они превратились!
– Не переживайте так, маркиза. Недели не пройдёт, как Вы снова станете прежней. Но впредь будьте осторожнее.
– Спасибо, – ответила первая леди и отвернулась от зеркала. – Я пойду… Платок перешлю Вам с пажом завтра…
– О, не стоит, не стоит, – сделала возражающий жест рукой д’Альбре. – Можете его просто выбросить.
Анжелина поспешно покинула гостеприимные покои французской родственницы. Девушка крепко задумалась – что же происходит? Если в душе Ирены нет ненависти и Констанция, судя по всему, тоже таковой не испытывает, то почему же тогда она, леди Линкольн, пылает ко всем такой жгучей и, действительно, малообоснованной злобой?
Девушка решила, что во всех её бедах виновата старая ведьма, которая, разумеется, успела её проклясть…
Ночь прошла спокойно. Наутро, едва разомкнув глаза и встретив приветливые лучи солнца, Ирена поняла, что поедет в Лондон сразу после завтрака! Девушка даже не сомневалась: она встретит там Майкла и Сема.
Наскоро перекусив поджаренным овсяным хлебом с дичью – дорога всё же была дальняя и силы ей ещё потребуются, девушка облачилась в простое платье голубого цвета. На ноги она предпочла надеть крохотные лёгкие туфли – после ночного дождя день обещал быть улыбчивым.
Тайно запряжённый Буран уже стоял в тоннеле, поджидая свою хозяйку. Прикрыв голову плотным шёлковым платком, Ирена в обличии горничной прошмыгнула мимо полуспящей стражи, оказалась рядом с любимцем и помчалась на свободу.
Трава была ещё мокрой, но влага уже начинала испаряться, и дышать от этого было необыкновенно: воздух, тягучий, как кисель, проникал в лёгкие и словно обволакивал грудь изнутри. Быть может, кто-то ёжился от такого мокрого утра, но для Ирены не было лучше погоды, чем тёплый день после ночного дождя.
Она пустила коня полем, наперерез дорогам.
Было ещё слишком рано, когда девушка добралась до знакомой рыночной площади. Лондонский люд сновал по своим делам, неспешно и несуетно. Разукрашенных карет и повозок в помине не было – вельможи и мещане ещё спали.
Переодетая принцесса оставила Бурана у коновязи возле гостиницы и прошлась пешком по рынку. Увидев продавца рыбы, она не могла не уделить старичку внимание. Но разговор не был долгим – скоро на площади появились кузены Тоберты, приехавшие за провизией.
Едва наполнив тюки и корзины, парни привязали их к сёдлам и забрали Ирену с собой. Три всадника, весело гогоча, удалялись от Лондона в Эшерский лес по мокрой просёлочной дороге.
Несмотря на все происшествия вчерашнего дня, Анжелина проснулась в прекрасном расположении духа. В её голове родилась новая мысль: вспоминая, сколько времени Ирена после приезда провела в конюшне с Брюсом, красавица поняла, что этот человек, вероятно, знает о её тайнах и планах больше, чем обе камеристки вместе взятые.
Спустившись к завтраку, первая леди отметила, что принцессы во дворце нет, и смекнула: надо идти в конюшню – проверять, на месте ли Буран. Девушка грациозно спустилась по чёрной лестнице и ступила на мокрую траву. Поёжившись, она плотнее закуталась в плащ и прошествовала к цели.
Младший конюх едва покинул стойло и выходил на улицу – это обстоятельство несказанно обрадовало маркизу, которой вовсе не хотелось входить внутрь.
– Брик, – окликнула мужчину леди Линкольн, – подойди сюда.
– Брюс, миледи, – как всегда исправляя своё имя, ответил Вильямс. – Я к Вашим услугам.
– Принцесса уже уехала на прогулку?
– Да, миледи. Бурана я приготовил ещё рано утром.
– И когда же она вернётся?
– Вероятно, скоро, потому что на вечер запланирована ещё одна прогулка.
– Ещё одна? А не много ли?
– То, что доктор прописал, – ослепительно улыбнувшись и разведя руками, ответил конюх.
Такой ответ явно не устроил Анжелину, которая буквально взорвалась гневом:
– Что за дерзость? Да как ты смеешь так отвечать мне?!..
– Ваша Светлость, в мыслях не было Вас обидеть, – искренне удивился такой реакции Брюс, привыкший к тому, что наследная принцесса, к конюшням которой он был приставлен, сама выражалась именно так.
«Стоп…» – мысленно сказала себе красавица, вспоминая, что она не капризничать пришла, а информацию выведывать и, следовательно, ругаться с Брюсом не было никакого резона.
– Скажи мне, Брик…
– Брюс, миледи, – снова вставил конюх, одаривая маркизу улыбкой.
– Пусть Брюс, какая разница?! – нервно огрызнулась красавица. – Что ты там сказал насчёт вечера?
– Наш лейб-медик рекомендовал Её Высочеству выезжать верхом дважды в день. Утром, после завтрака и вечером, перед поздним ужином гулять по берегу Темзы и дышать речным воздухом, раз уж до моря у нас далеко.
– Забавное лечение… От этого можно простыть!
– Напротив, очень укрепляет!
– Не сомневаюсь…
– Её Высочество довольна. А я человек маленький, что прикажут, то и делаю.
– Если я решу присоединиться к Её Высочеству, к какому времени мне быть готовой?
– Обычно для вечернего моциона я готовлю коня к семи часам. Если, конечно, Её Высочество вовремя возвращается в замок и вообще планирует вторую прогулку.
– Понятно, – проговорила Анжелина. – И как долго будет продолжаться это «лечение»?
– По плану – до холодов, – снова улыбнулся Брюс. – Но, по-моему, нашей наследнице очень понравилось, и она вряд ли будет сидеть зимой дома.
– Это зависит от того, какая выдастся зима, – усмехнулась красавица и, выделив интонационно имя конюха, несколько кокетливо попрощалась с ним: – Ну что же, Брюс… до встречи.
Довольная проделанной работой первая леди вернулась к себе через чёрный ход. Войдя в покои, она скинула плащ на пол и прошла к окошку.
Спальня Анжелины была просторной, обставленной с большим вкусом, выдающим любовь хозяйки к очень дорогим вещам. Как и в опочивальне наследной принцессы, в комнате маркизы Линкольн преобладали холодные строгие тона: снежно-белые занавески, синие бархатные кресла, пол был застлан дорогим персидским ковром с преобладанием холодной и чёрной гаммы, а в углу, возле ширмы для переодевания стояло огромное кресло-качалка. Кровать, комод, туалетный столик и прочая мебель были сделаны из чёрного дерева, а стены и потолок обиты белым шёлком.
Прошествовав к большому креслу у камина, Анжелина опустилась в него и, подперев правой рукой подбородок, улыбнулась своим мыслям.
– Сара! – крикнула красавица свою верную служанку. – Сара!
В комнату из смежного помещения вбежала молоденькая мулатка – крепкая и тоненькая, как серна.
– Ступай на крышу донжона43 с моим флагом и вывеси его там.
– Да кто же меня туда пропустит? – очаровательно надув шоколадного цвета губки, камеристка сложила ручки на переднике.
Анжелина усмехнулась и протянула девушке фамильное кольцо:
– Возьми, с этим тебя пропустят везде.
– Уже бегу! – сделала книксен мулатка и поспешила прочь.
– Флаг не забудь, дурёха! – чуть наклонившись вперёд, крикнула ей вслед маркиза.
Стяг на Круглой башне являлся условным знаком для Кеннеди и его людей.
На крыше загородного особняка была установлена подзорная труба. Едва ответственный за наблюдение разбойник увидел флаг с гербом маркизы Линкольн, он в тот же миг сообщил об этом атаману.
– Сержант! – крикнул Кеннеди. – Какой там поблизости?
Играя в армию, Чёрный Джон придумал своим помощникам сержантские звания и заставлял всех остальных величать их именно так.
– Джим Токкинс, атаман, – отчеканил вошедший в комнату испанец.
– А, Джимми, – обернулся Кеннеди и снова уселся в своё любимое кресло, как на трон. По губам его расплылась улыбка. – Пошли кого-нибудь из своего отряда во дворец к маркизе Линкольн.
– К маркизе? – едва сдержав трепет в сердце, возникший при упоминании титула красавицы на белом коне, переспросил Токкинс и, получив утвердительный кивок, выскочил прочь.
В его глазах появился странный огонёк, который Чёрный Джон ошибочно принял за задор в ожидании нового дела. Уже через полминуты Джим вернулся с рыжим здоровяком.
– Мы с Корсаром поедем, – доложил испанец.
– Нет-нет-нет, Джимми, – недовольно промычал Кеннеди и отрицательно покачал пальцем. – Ты мне нужен здесь. Останься. Придёшь через четверть часа ко мне.
– Да, атаман, – покорно ответил испанец.
В этот миг ему показалось, что едва успевшие проклюнуться крылышки были безжалостно подрезаны суровым надзирателем. Джим развернулся на каблуках и вышел прочь.
– Очень хорошо, – проговорил Чёрный Джон. – Подойди сюда, Корсар, объясню, что от тебя требуется.
– Сара! – вновь раздался нетерпеливый крик капризной красавицы.
Мулатка вошла в опочивальню маркизы и тут же получила приказ:
– Иди по чёрной лестнице к северным воротам. Встретишь там человека в маске – его нужно тайно провести в мою приёмную.
– Да, миледи, – сделала книксен мулатка и юркнула за ширму.
Едва Сара скрылась, красавица прошла в свой личный кабинет, села за стол и стала писать.
Когда служанка вышла к обозначенному месту, стал накрапывать мелкий дождь. Мулатка поёжилась и плотнее закуталась в накидку. Через пару минут из-за берегового холма нарисовался всадник, приближающийся к тайному лазу. В решётку ограды были встроены ворота, открывавшиеся только теми, кто знал об их существовании. Всадник спешился и стал привязывать коня к прутьям, Сара с интересом его рассматривала. Пришелец оказался высоким рыжим человеком с длинной бородой. Как и говорила её госпожа, на лице бандита была полумаска44.
– Значит, тебя ждёт Её Светлость? – без тени стеснения поинтересовалась девушка.
– Не болтай, а веди, – буркнул в ответ Корсар.
Мулатка открыла решётку и впустила гостя в королевский парк.
Преодолев потайные подземные ходы Виндзорского замка, хорошенькая камеристка и разбойник достигли дверей в кабинет маркизы Линкольн. Сара постучала условно.
«Войдите!» – раздался властный женский голос, и мулатка толкнула створку вперёд.
После тёмного коридора у Корсара зарябило в глазах от блеска богато убранных покоев племянницы короля. Анжелина стояла у окна спиной к пришельцам.
– Привела, миледи, – сделала книксен служанка.
– Пошла вон, – спокойно ответила красавица и обернулась к разбойнику. Едва мулатка покинула помещение, маркиза протянула мужчине свёрток со словами: – Это отдашь своему атаману. А на словах передай, чтобы действовал без промедления. Я надеюсь, ты на это способен?
Корсар молча принял бумагу и поклонился, как умел.
– По дороге смотри не напейся, – бросая серебряную монету, которую бандит ловко поймал, продолжала напутствовать Анжелина. – Да за всякими старухами не ходи!
– Не понял? – чуть склонившись вперёд, удивлённо произнёс разбойник.
– А понимать и не надо, – отрезала красавица. – Нужно просто выполнять приказ. Много будешь знать, попадёшь на виселицу. – Анжелина сверкнула глазами на гостя и, повернув голову к смежной комнате, крикнула: – Сара!
Едва служанка вошла, сразу получила приказ:
– Проводи этого пирата к северным воротам.
– Я Корсар, – не без достоинства исправил Анжелину разбойник и учтиво добавил: – Ваша Светлость.
Красавица в ответ лишь скроила презрительную мину, а когда Сара закрыла за гостем дверь, пренебрежительно фыркнула. «Учат меня всякие!» – возмущённо подумала первая леди, вспомнив, как нагло её исправляет тот противный младший конюх Вильямс, с которым дружна наследница.
В два часа пополудни Ирена вернулась во дворец. За обедом Анжелина не произнесла ни слова, и это очень насторожило наследницу, зато порадовало короля, наивно полагающего, что его девочки помирились.
Как и ожидала маркиза, вечером принцесса направилась на вторую прогулку. Анжелина лично поднялась на крышу Круглой башни и в подзорную трубу стала наблюдать за маршрутом кузины. К удивлению племянницы короля, её сестра за все два часа прогулки не совершала никаких подозрительных движений: она просто каталась по берегу Темзы, явно играя с Бураном, заставляя его переходить с галопа на рысь и назад.
Ирена настолько увлеклась скачкой, что совсем позабыла о времени, но когда стало смеркаться, она направилась назад, во дворец. В полночь девушка, конечно, снова ожидала увидеть свою странную кузину, но к великому удивлению принцессы, этого не случилось. Единственным гостем оказался лишь дождь, стучавший в окно.
Четвёртую ночь принцесса могла спать спокойно.
С наступлением утра наследница почувствовала невероятный прилив сил и бодрости. Пребывая в игривом настроении, она спустилась к завтраку.
Анжелина опаздывала. Дождавшись племянницу, король прочёл трапезную молитву, после чего обратился к девушке:
– Дитя моё, Вы неважно выглядите. Как Ваше самочувствие?
– Ничего страшного, дядя, я просто плохо спала, – пользуясь тем, что в будние дни за столом они оставались без посторонних и могли не использовать титулы, Анжелина не упускала возможности напомнить королю о ближайшем родстве.
– Причиною тому, вероятно, был дождь? – осведомился монарх, нанизывая грудинку на серебряную вилочку.
– Вероятно, так, – томным голосом произнесла девушка, красиво коснувшись тонкими пальцами виска. – Этот ливень был ужасен!
– Ваша мама тоже плохо переносила ливни, – вспомнил Ричард IV.
– Да, не скрою, – хитро прищурившись, встряла в разговор Ирена, – я тоже не могла долго уснуть. До полуночи – это точно.
Анжелина подняла ресницы и обратила на принцессу пронзительный взгляд агатовых глаз – она прекрасно понимала, на что её кузина намекает. Замечая, что между девушками начинается что-то недоброе, в разговор вступил Дешторнак:
– Быть может, миледи, Вам сменить шторы на более плотные? Совсем недавно из Персии нам привезли прекрасные полотна – я думаю, для портьер они подойдут как нельзя лучше. И даже молнии в грозу не будут Вас беспокоить, не то что какой-то средний ливень.
– Я воспользуюсь Вашим советом, граф, – вздохнув, ответила Анжелина.
Король и министр уже было успокоились, как Ирена совершенно неожиданно обратилась к сестре с весьма странным предложением:
– Кузина, я сегодня планирую поездку в Лондон. Не желаете составить мне компанию?
Монарх остановил на полпути вилку и изумлённо перевёл взгляд с одной девицы на другую, а потом вопросительно посмотрел на Клиффорда, который едва не подавился, услышав слова любимой крестницы.
– В Лондон? – изумлённо переспросила маркиза после длительной паузы, вскинув ресницы. – Я не советую Вам этого делать, принцесса.
– Это ещё почему? – как ни в чём не бывало поинтересовалась Ирена и стала крутить перед носом веточкой салата, словно дразня сестру.
– Да, почему? – подхватил вопрос король, которому стала уже интересна игра его дочери, поскольку о её регулярных отлучках за пределы Виндзора он был прекрасно осведомлён.
– Дядя, вероятно, Вы давно не были в столице, – немного повысив тон, ответила первая леди. – Это очень грязный город! Не в пример Виндзору, надо сказать. Кроме того, там можно встретить не лучших представителей нашей страны.
– О, мне грязь – не помеха, – игриво складывая лист салата на пустую тарелку, ответила Ирена и очаровательно сплела тонкие белые пальчики под подбородком. – Тем более что ночной дождь умыл город.
– Разумеется, кузина, – повернув к собеседнице голову, тихо произнесла Анжелина. – Дождь смыл грязь, но вряд ли он умыл чернь.
– Да… Об этом я не подумала, – наигранно-разочарованно протянула наследница, переводя хитрый взгляд от родного отца к крёстному и снова вернув взор к маркизе. – Что ж, придётся дождаться другого раза, когда будет более подходящая компания.
Король и министр переглянулись. Тюдор остался вполне доволен таким решением дочери: он и предположить не мог, куда собиралась направиться его наследная принцесса на самом деле! О дружбе наследницы с Лесными стражами шпионы короля ещё не узнали.
Разумеется, предлагая Анжелине составить себе компанию, Ирена и не рассчитывала на утвердительный ответ – ей просто безумно было интересно посмотреть на реакцию кузины, получившей столь неожиданное предложение. Ведь конюх Вильямс рассказал девушке о странном желании маркизы присоединиться к её вечерним прогулкам. Оставить этот вопрос без ответа Ирена попросту не могла.
Спустя час, едва покинув Виндзор, принцесса Уэльская уже неслась в лес к своим друзьям.
Амори Фантье, он же капитан четвёртого звена «красных», сидел на полянке и начищал до блеска свою шпагу, напевая при этом забавную французскую песенку. Рядом на травке расселись ещё три шатена четвёртого звена: Майер, Бобби и Питер, поэтому Амори иногда в шутку называли капитаном шатенов. Хотя, конечно, цвет волос в рядах «красных» не имел ровно никакого значения – дальше шуток на эту тему дело никогда не заходило, ведь важна была не внешность, а душа и дружба.
Ирена смотрела, как к изысканному французу подтягиваются и другие ребята. Совершенно не зная его языка, они, как могли, начинали подпевать. К поющим вокруг гостьи стражам подошёл белокурый Эрик и обратился к девушке:
– Ирен, ты знаешь, какое звено сегодня дежурное?
– Да, первое, – обратив к Вайту взор, ответила Ирена.
– Я не хочу тебя огорчать, но все они… – Эрик при этих словах присвистнул и трижды нарисовал в воздухе круг.
– Что? – не поняла его Ирена.
– Уехали. Можно сказать, вопреки правилам. Поэтому в дозоре сегодня второе.
– Понятно, – ответила Ирена. – Ничего страшного – мы увидимся с ними в следующий раз.
– Это правильно! – отозвался Амори, ослепительно улыбнувшись. – Ты к нам почаще приезжай, иначе мы соскучимся без своей Русалки.
Ирена только улыбнулась в ответ.
Облачённая в тёмные одежды, Анжелина сидела в саду и читала книгу, пытаясь сосредоточиться на замысловатом сюжете одной из новелл «Гептамерона» – книги французской писательницы, королевы Маргариты Наваррской45.
Тихо ступая по мокрой дорожке, к ней подошла служанка:
– Миледи, к Вам снова пират в маске…
– Что? – оторвавшись от чтения, переспросила маркиза.
– Стоит за оградой и просит, чтобы Вы пришли к тайным воротам.
– Да что у них там – проблемы возникли? – захлопнув книгу, прошипела девушка.
Оглядевшись по сторонам, первая леди поспешно направилась в северную часть парка. Нырнув за кусты, она аккуратно прошагала по мокрой траве к тайным воротам и увидела Кеннеди.
– Атаман? Собственной персоной? – изумлённо приподняв брови, едва не воскликнула маркиза.
– Собственной персоной, – улыбнулся Чёрный Джон и снял шляпу, галантно приветствуя даму.
Бандит покосился на Сару, что стояла за спиной своей госпожи. Поняв его мысль, маркиза тихо произнесла, не оборачиваясь:
– Пошла вон.
Кеннеди прильнул к воротам и, повесив на них руки, проговорил:
– Итак, наша задача – следить за целью во время конных прогулок, а потом в один прекрасный вечер устроить засаду и…
– Стоп! – подняла правую руку Анжелина. – Не слишком ли долго?
– Но это дело того стоит, – возразил атаман. – Кстати, о цене…
– Что? Я тебе уже сполна заплатила.
– Это была лишь предоплата. Мы потратились на шпионаж. Добавьте деньжат.
– Я ещё не видела никакого результата – остальное получите после поимки.
– Так дело не пойдёт. Я хочу ещё тысячу фунтов золотом сейчас.
– Я уже заплатила тебе 10 тысяч авансом, – напомнила маркиза. – Ещё 10 ты получишь, когда заколка будет у меня в руках.
– Тысяча фунтов – это будет награда за моё молчание. Остальные ведь не знают, на что идут – дело требует большой конфиденциальности. Не могу я своим людям назвать титула жертвы.
– Не слишком ли ты много хочешь? Может, тебе ещё и полдворца оттяпать? – огрызнулась Анжелина.
– Да не скупитесь Вы, миледи, у Вас денег больше, чем у самого короля!
– А это уже не твоё дело, – прошипела красавица.
Чёрный Джон молча протянул сквозь решётку руку в перчатке ладонью вверх. Анжелина закусила губу и крикнула по привычке:
– Сара!
Мулатка спустя мгновение зашуршала юбками по траве.
– Сходи к канцлеру, выпиши мне тысячу фунтов золотом сейчас же.
Служанка сделала книксен и удалилась, искоса поглядывая на атамана. Анжелина облокотилась на решётку со своей стороны, встав спиной к непрошеному гостю, и забарабанила пальчиками по изогнутым прутьям.
– И всё-таки ты дорого берёшь, атаман, за такое простенькое дельце. Она ездит одна, без охраны ежедневно, а то и дважды в день. Гуляет на приличном удалении от замка. Чего тебе стоит поймать девчонку? Тут даже много людей не нужно привлекать – два-три бандита легко с нею справятся.
– Очень хорошо, – усмехнулся Чёрный Джон. – А Ваша Светлость не подумали о том, что едва она исчезнет, король поднимет всю гвардию на поиски? Везде будут рыскать сыщики, полиция и церковь наша поднимет все свои силы. А если европейские короли узнают о пропаже? Они тоже начнут поиски, ведь Англия для каждого – лакомый кусочек.
Анжелина повернула к атаману своё безупречно-красивое лицо и, выдержав паузу в несколько секунд, многозначительно произнесла:
– Именно поэтому твоя цель – покинуть страну вместе с ней. А можешь воспользоваться случаем и продать голову девчонки тому, кто распорядится ею более удачно, чем ты. Увези её в Азию – там блондинки ценятся.
– Да ну Вас! – отвернулся атаман и недовольно сложил руки на груди.
– Ты что – обиделся? – усмехнулась красавица.
– Очень хорошо! Я, по-Вашему, похож на бусурмана?
– Глуп ты, атаман, – произнесла Анжелина, высматривая между кустов светлое платье Сары. – Ты бы лучше кинул свою шайку на растерзание шерифу и йоменам да увёз девицу куда подальше. На те деньги, что я тебе плачу, можно жить припеваючи. Купить маленький замок, есть-пить на золоте. Да жену бы имел королевских кровей, раз рука на неё не поднимается. В провинции её бы никто не нашёл.
Разбойника словно ножом по сердцу резанула боль, и оттого он передёрнул плечами.
– Слушайте, маркиза, – снова повернулся к воротам Чёрный Джон. – Я, может, и бандит, но молва многое привирает. Для благородного дворянина обидеть женщину, тем более леди – это бесчестно и невозможно.
– Ой, заговорил-то как! И какое отношение к тебе имеет благородство?
– А я, может, лорд, – заговорщически понизив голос и прильнув к решётке, произнёс Кеннеди.
– Лорд! – усмехнулась маркиза и повернула к нему лицо. – Ты и «из благородных» – не смеши меня.
Наконец между кустов появилась фигурка мулатки. Она несла под накидкой солидный мешочек с золотом. Анжелина приняла ношу и кивком приказала служанке исчезнуть. Кеннеди был готов принять награду. Взвесив на руке золото, маркиза прищурилась и произнесла:
– Ну так что, Чёрный Лорд, берёшь ты мою плату за молчание?
– Беру и обещаю, что после этого дела Вы ни меня, ни её более не увидите, – сверкнул глазами атаман.
– Вот и отлично, – протягивая мешочек с золотом к решётке, произнесла красавица. – Желаю успехов в покорении сердца Тюдоров.
– Да ну Вас! – только и ответил разбойник, схватил деньги и был таков.
Маркиза покачала головой, наблюдая, как из-под копыт чёрного коня во все стороны разлетелись брызги сырой земли. «Не понимаю, почему этот бандит мной не пленился? Я рассчитывала отделаться незначительной суммой и парой вздохов… Разоритель казны!» – озадаченно подумала Анжелина.
Недовольство медленным продвижением дела и без того переполняло девушку, а когда она дошла до мулатки, Сара весьма невпопад брякнула:
– Зря вы с такими хамами связались, миледи.
– Молчи, дура! – вмиг влепила ей пощёчину маркиза и быстрыми шагами направилась во дворец.
Кеннеди вернулся к бандитам, сновавшим вокруг дворца, и, отдав им последние распоряжения, отчалил в ближайший кабачок пропустить пару стаканов эля.
Среда подходила к концу.
Разбойники Чёрного Джона организовали слежку за «целью» – наследной принцессой Англии, сами того не ведая. Атаман предусмотрительно не сообщил им имени персоны, за которой необходимо следить. По легенде, бандиты должны были просто выкрасть несговорчивую фрейлину для безумно влюблённого жениха. Посвящённым в тайну, кого именно собирается похищать Кеннеди, был только Джим Токкинс.
Что же касается полного сходства жертвы с некоей девушкой, знакомой им уже несколько дней, то этого никто из разбойников не заметил просто потому, что они не подходили близко к Ирене, не обращали на неё особого внимания и поэтому не могли запомнить её лица. Все, за исключением Токкинса. Но Токкинс не приближался к жертве так же, как не приближался и сам атаман.