И. Н. Погожина, М. С. Асланова, М. Б. Агасарян
ФГБОУ ВО «Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова», Москва;
ФГАОУ ВО «Первый МГМУ им. И. М. Сеченова Минздрава России» (Сеченовский Университет), Москва
pogozhina@mail.ru, simomargarita@ya.ru, ritoketook@mail.ru
Повышение роли цифровых знаний в образовании, индивидуализация траекторий обучения ставят перед специалистами проблему организации профессиональной психолого-педагогической поддержки процессов обучения и развития учащихся с особенностями развития. В проведенном исследовании определена и описана структура деятельности по сопровождению обучения. На основе сравнительного анализа выявлен ряд ограничений существующих подходов: тьюторство, кураторство, коучинг. Показано, что тьюторство в большей мере способствует реализации личностного потенциала учащегося с особыми образовательными потребностями.
Ключевые слова: индивидуальная траектория обучения, наставничество, тьюторство, сопровождение обучения, психолого-педагогическая поддержка, особые образовательные потребности.
Проблема исследования
Процесс роста социализации среды Интернета сопровождается тем, что в настоящее время фактически в ней разворачиваются процессы обучения и психического развития. Помимо расширения возможностей дистанционного доступа к методам и средствам организации учебного процесса учащихся с особенностями развития, высокая цифровая активность детей и подростков чревата множественными рисками. Образование как информационное пространство объединяет в себе не только учебную функцию, реализуемую учителем, но и социально-практическую и образовательно-рефлексивную, остающиеся за учащимися; вместе с тем большинству из них не под силу самостоятельно с этим справляться. Поэтому стремительно развивается направление организации профессиональной психолого-педагогической поддержки учащихся, основной задачей которого является построение индивидуальной траектории развития и саморазвития личности с опорой на ее возможности и потребности. Необходимость выбора эффективного метода сопровождения индивидуальных образовательных траекторий учащихся с особыми образовательными потребностями остается актуальной проблемой.
Цель: выявление оптимального метода сопровождения индивидуальных образовательных траекторий учащихся с особенностями развития на основе выделения и сопоставительного анализа ключевых аспектов популярных подходов к сопровождению образовательного процесса учащихся с особыми образовательными потребностями.
Результаты
Традиционное обучение не дает четких характеристик учащемуся как субъекту деятельности, а его намерения считаются исключительно познавательными. Программы развивающего обучения призваны преодолевать прагматичность в образовании, но в них субъектом выступает группа (класс), что не позволяет развивать индивидуальные траектории (Кларин, 2016). Принципиально иной подход подразумевает наставническая деятельность, затрагивающая внеучебные аспекты образовательного пространства.
Сравнительный анализ сходств и различий состава и структур разных видов наставнической деятельности с опорой на выделение объекта воздействия, результата воздействия, процесса преобразования объекта в результат и средств (Леонтьев, 1983) показал, что объект воздействия куратора (фасилитатор) ограничен, он не затрагивает в своей работе учебную и образовательно-рефлексивную функции, в работе же коуча и тьютора индивидуализация процессов обучения и развития выходят на первый план. При этом, в распоряжении тьютора находится широкая методико-технологическая база, включающая, в том числе, и методы групповой работы, что ускоряет процесс выхода «особенного» учащегося на индивидуальную образовательную траекторию; коуч же ориентируется лишь на решение текущих задач локального характера, а процесс и средства деятельности сложно адаптировать для учащихся с особенностями развития.
Все современные методы сопровождения имеют ряд ограничений формального и содержательного характера (таблица 1).
Таблица 1
Современные методы сопровождения
Выводы
Сопоставительный анализ структур разных видов наставнической деятельности и учет ограничений позволяет сделать вывод, что академическое тьюторство как профессиональное обеспечение внешнего психолого-педагогического сопровождения индивидуализации процессов развития и саморазвития наилучшим образом подходит для учащихся с особенностями развития, выступает элементом инновационного обучения и является оптимальным в сложившихся социальных условиях.
Однако на сегодняшний день тьюторская деятельность остается малоизученной и требует дальнейшего подробного структурно-деятельностного анализа. Мы предлагаем организовывать ее с опорой на обобщенную ориентировочную основу деятельности, построенную нами на базе деятельностной теории учения (Pogozhina, Simonyan, Agasaryan, 2018).
Кларин М. В. Инструмент инновационного образования: организационно-деятельностная педагогика // Непрерывное образование: XXI век. 2016. Т. 13. № 1. С. 86—103.
Леонтьев А. Н. Избранные психологические произведения: В 2 т. Т. 2. М.: Педагогика, 1983.
Pogozhina I., Simonyan M., Agasaryan M. The support of individual educational trajectories // European Proceedings of Social and Behavioral Sciences. 2018. V. 33. P. 86–93.
О. Б. Сизова
Центр социальной адаптации детей с ТНР, Санкт-Петербург
osizova@yandex.ru
Исследование подтверждает возможность прогнозирования развития когнитивных функций и целенаправленного поведения на основе данных о раннем моторном и речевом развитии ребенка. На основе данных лонгитюдного исследования доказывается взаимосвязь состояния функций восприятия со способностями к классификации и обобщению, а также влияние способности к программированию последовательных действий на формирование целенаправленного поведения и принятия решений.
Ключевые слова: сенсорное и моторное развитие в детстве, речевой онтогенез, стратегии развития, когнитивное развитие, целенаправленное поведение.
Формирование высших психических функций в отечественной психологии рассматривалось как процесс, обусловленный состоянием уровня приспособления организма к окружающей среде. Появление теорий о независимости сознания от функций головного мозга оказывает соответствующие влияние на понимание процессов формирования языка и мышления в детстве. В исследовании обосновывается правомерность представлений о взаимовлиянии низшего, общебиологического, и высшего, исключительно человеческого, уровней функционирования нервной системы. Такой подход дает возможность предсказывать перспективы развития высших психических функций на основе данных о двигательном и речевом развитии детей в дошкольном возрасте.
Материалом послужили данные продолжавшегося от 12 до 48 месяцев лонгитюдного наблюдения развития 30 дошкольников с ежегодным тестированием двигательных и языковых функций. У 17 детей выявлены признаки недостаточности кинетической коры, обеспечивающей переключение в процессе целенаправленной деятельности, т. е. первичная кинетическая дисфункция (ПКД). У 13 детей – недостаточность соматосенсорных отделов коры, обеспечивающих восприятие положения мышц в каждый момент движения и формирование двигательных сенсорных эталонов, т. е. первичная соматосенсорная дисфункция (ПСД). Показатели речевого развития подтверждают у детей с ПКД признаки референциальной стратегии речевого развития, у детей с ПСД – признаки экспрессивной стратегии. Эти стратегии описаны у детей, осваивающих русский язык (Доброва, 2018). Доказано, что длительное преобладание голофраз и трудности перехода к двусловному высказыванию у детей референциальной стратегии обусловлены ПКД, затрудняющей развертывание целенаправленного действия, в том числе высказывания. Напротив, с ПСД связана нечеткость артикуляции детей экспрессивной стратегии (Сизова, 2017). Выявлена причинно-следственная связь между уровнем моторики и стратегиями речевого развития. Можно ли обнаружить подобную каузальную зависимость между сенсомоторным уровнем и путями формирования мышления и поведения?
В рамках направления embodied cognition – воплощенной когнитивистики, постулирующей, что высшие уровни человеческой психики формируются на базе телесного опыта взаимодействия организма со средой, – выдвинута концепция образных схем (Лакофф, 2004). Процессы обобщения и классификации формируются на основе образной схемы «контейнер». Базовой классификацией является дифференциация между собственным телом и окружающим миром на основе определения телесных границ. Опыт определения границ тела обеспечивается соматосенсорной корой. Соответственно, в случае ПСД можно ожидать дисфункций в формировании образной схемы «контейнер» и трудностей в становления функций обобщения и классификации.
Образная схема «источник – путь – цель» обеспечивает способность к планированию целенаправленного поведения на основе опыта двигательного освоения, окружающего и достижения целей посредством передвижения в пространстве. Эти функции обеспечивает кинетическая кора, выстраивающая переключение движений с учетом цели действия. При ПКД вероятна недостаточность опыта целенаправленных действий на ранних этапах и впоследствии трудности самостоятельного планирования целенаправленного поведения.
В рамках исследования формирования обобщений дошкольникам среднего возраста предлагалось назвать ряд изображений одним словом – гиперонимом: животные, овощи, фрукты, одежда, мебель. При включении в анализ точных ответов, всех реакций с обобщающим значением («продукты/еда» вместо «овощи/фрукты») и реакций с неточным выбором («обувь» вместо «одежда») подтвержден более высокий уровень развития обобщений в группе ПКД (в среднем 3,56 ответов в группе ПКД и 2,06 – в группе ПСД, p < 0,1).
Для решения вопроса о способности к самостоятельному программированию поведения анализировалось, как ведут себя дети в самостоятельной деятельности и каким образом компенсируют дисфункции в этой сфере. Признаки дисфункции кинетической коры (персеверации) выявляются у детей с ПКД как в двигательной сфере, так и в речевой деятельности (Сизова, 2017). Признаки персевераций выявляются и в поведении: вместо завершения действия, цель которого достигнута, дети с ПКД совершают его «в обратном порядке»: мальчик, одеваясь, застегивает молнию и тут же расстегивает ее. Не справляясь с повседневной деятельностью самостоятельно, дети с ПКД опираются на образцы и решения, предлагаемые взрослыми. Описывая картину, включающую незнакомый сюжет, все дети с ПСД приняли решение о его значении самостоятельно. В этой же ситуации половина детей с ПКД обратилась с вопросом к взрослому: «А что тут должно быть? / А другой чего делает?». При этом опора на авторитет взрослого поддерживает уверенность у детей с ПКД; самостоятельно действующие дети с ПСД более объективны в оценке рисков и менее уверенны в успешности собственных решений.
Таким образом, особенности развития когнитивной сферы обусловлены состоянием функций, обеспечивающих приспособление организма к среде. В случае недостаточности восприятия стимулов (сомато)сенсорной системой в процессе развития вероятны трудности формирования обобщения и классификации. При недостаточности программирования действий на моторном уровне ожидаемы проблемы формирования целенаправленного поведения и самостоятельного принятия решений. Эти взаимосвязи создают базу для организации на ранних этапах развития превентивных мер по формированию высших психических функций на основе данных о формировании моторики и речи.
Доброва Г. Р. Вариативность речевого развития детей. М.: ИД «Языки славянской культуры», 2018.
Лакофф Дж. Женщины, огонь и опасные вещи. М.: ИД «Языки славянской культуры», 2004.
Сизова О. Б. К вопросу об иерархии механизмов речи // Механизмы усвоения языка и овладение речевой компетенцией. Acta Linguistica Petropolitana. Т. XIII. Ч. 3. СПб.: Наука, 2017. С. 741–773.
О. Н. Усанова
Московский институт психоанализа, Москва
olgausanova@yandex. ru
Статья посвящена систематизации знаний о современной специальной психологии как науке. Рассматривается ее место в системе научного знания, теоретическое и практическое научное пространство, анализируется предмет и объект исследования, концептуальные источники и стратегии развития науки на современном этапе.
Ключевые слова: теоретическое и практическое научное пространство, проблемное поле, смысловые доминанты, социальный результат, функциональность знаний, концептуальные источники.
Специальная психология возникла и развивалась как пограничная область знаний, имеющая широкие связи с другими науками, особенно с психологией, дефектологией и медициной. Эта наука, выросшая в результате наблюдений и экспериментальных исследований нарушений психического развития в разных областях научного знания, занимается изучением закономерностей атипичного развития, его проявлений и влияния на жизненный путь человека. Сегодня специальная психология как наука – предмет дискуссий. Рассмотрим проблемное поле специальной психологии и основные дискуссионные вопросы.
В теоретическом пространстве науки можно выделить следующие составляющие:
А. Структурирование науки.
• установление границ компетентности;
• методология;
• определение объекта изучения;
• уточнение системы понятий;
• дифференциация от других наук;
• интеграция с другими науками;
• перспективные проблемы.
Б. Предметная область науки.
1. Атипии развития и закономерности их проявления.
• исследование психологических механизмов отклонений и нарушений развития в связи с деятельностью мозга;
• установление закономерностей проявления позитивных и негативных атипий развития;
• классификация нарушений психического развития;
• разработка методов выявления нарушений психического развития и определения их структуры.
2. Закономерности усвоения социокультурного опыта при атипиях развития.
• исследование особенностей освоения социокультурного опыта при атипиях развития;
• разработка методов оценки овладения социокультурным опытом.
3. Система помощи лицам разных возрастных категорий с атипией развития:
• научное обоснование тематики обучающих программ и их содержания;
• научное обоснование и разработка методов социализации.
4. Общественные установки по отношению к людям с атипией развития и разработка системы воздействия на эти установки:
• научное обоснование и разработка методов, способствующих социальному принятию лиц с атипией развития;
• нахождение путей формирования общественного сознания по отношению к людям с а типией развития.
Практическое пространство науки:
А. Практике-ориентированные з адачи.
• разработка технологии различных видов психологической помощи детям с атипией развития и их семьям;
• обоснование и разработка психологических и социальных мероприятий, позитивно влияющих на качество жизни людей с атипией развития;
• разработка технологий формирования общественного сознания по отношению к людям с атипией развития;
• профессиональная подготовка психологов для работы с детьми с атипиями и их семьями;
• повышение психологической компетентности населения и профессионалов смежных профилей.
Б. Организационные задачи.
• определение стратегий, направлений и путей организации системы помощи людям с атипией развития в современном обществе;
• разработка стратегии и тактики взаимодействия параллельных служб.
Говоря о самостоятельности специальной психологии как науки, необходимо четко определить ее грани, границы компетентности и методологию. Если исходить из междисциплинарного статуса специальной психологии, необходимо иметь ввиду два уровня ее взаимосвязей, которые в определенной мере и порождают дискуссию о самостоятельности этой науки и ее месте в системе научного знания.
Первый уровень – внешнепсихологический. Он предполагает изучение предметно-объектных оснований проблем специальной психологии с позиций философии, социологии, медицины, педагогики и других наук о человеке. Второй уровень – внутрипсихологический, на котором изучаются проблемы на границе различных областей психологии (общей, возрастной, клинической, социальной, педагогической и др.).
Возникнув на стыке медицины, психологии и дефектологии, специальная психология до сих пор сохраняет свой статус пограничной науки. Мнения ученых о самостоятельности специальной психологии и ее месте в системе наук неоднозначны. Нахождение на пересечении других наук приводит к неопределенности положения любой новой науки, каждая из «родительских» дисциплин зачастую рассматривает ее в качестве своей составной части. Причина неопределенности положения специальной психологии в том, что она в разное время обращала свои результаты к «обслуживанию» запросов медицины, дефектологии и общей педагогики.
Специальная психология рассматривается нами как самостоятельная область общепсихологического знания, выделенная изначально по основанию «развитие», а впоследствии и по «конкретной деятельности». Это означает, что становление специальной психологии соответствует общим закономерностям организации психологического знания.
Психология как наука, по сравнению с другими науками, имеет особые практические следствия, так как направлена на изучение внутреннего мира человека. Задача психологии – понять этот внутренний мир и научиться управлять им с целью улучшения качества жизни людей. Применительно к специальной психологии эта задача рассматривается нами не только как изучение особенностей развития и усвоения культурного опыта при атипиях, но и как управление развитием и усвоением опыта, нормализация (или приближение к ней) качества жизни самих лиц с атипией, адаптация их в обществе, что в конечном итоге служит обеспечению психологической экологии жизни лиц с атипиями развития и принятию их обществом.
Исторический взгляд на содержание науки позволяет констатировать, что специальная психология в общепринятом понимании традиционно рассматривает те отклонения, которые вмещаются в рамки сурдопсихологии, олигофренопсихологии, тифлопсихологии, логопсихологии как разделов дефектологии.
Однако сегодня специальная психология не ограничивается дефектологическим ракурсом.
Отдельные исследования в ее контексте посвящены изучению детей со сложными комбинированными расстройствами, с эмоционально-волевыми нарушениями и аутизмом, с двигательными нарушениями, с девиантным поведением, с СДВГ. Некоторые авторы рассматривают в качестве направления специальной психологии и психологию детей-сирот, психологию детей-инвалидов и др.
В связи с изменением контингента лиц, являющихся объектом изучения, в разное время менялись и задачи специальной психологии.
Как известно, детская популяция в аспекте развития включает в себя три большие группы: нормально развивающихся детей (типичное развитие), одаренных детей (атипичное позитивное развитие), детей с разными отклонениями и нарушениями развития, выраженными в различной степени, и с девиантным поведением (атипичное негативное развитие). Таким образом, с нашей точки зрения, задачи специальной психологии должны быть разделены на две категории по полюсу отклонения от нормативности – соответственно, людей с позитивными и негативными отклонениями развития; а дети с отклонениями от нормативного развития (со знаками плюс и минус) должны стать объектами изучения специальной психологии.
В настоящее время достаточно активно расширяется «объектность» специальной психологии. Кроме того, появляется новый ракурс объектности этой науки. Современная жизнь сформулировала конкретный социальный заказ: психологически осмысливать восприятие обществом тех лиц, которые отличаются от нормативного большинства, и формировать отношение к этим людям. Этот социальный заказ определил новый объект изучения современной специальной психологии – отношение к лицам с атипичным развитием в обществе.
Итак, сегодня объект специальной психологии как науки неоднороден и многогранен. Специальная психология отходит от нозологий только дефектологического или только медицинского тезауэрса.
Объектом изучения становятся лица с различными по своей природе и формам проявления атипиями (врожденными или приобретенными отклонениями развития, при котором возникают изменения в виде отклонений или нарушений в функционировании когнитивных, эмоциональных и регуляторных процессов психики), а также отношение общества к ним. Следует отметить, что объект изучения специальной психологии (субъект с врожденными или приобретенными нарушениями развития) является общим как для нее, так и для многих других наук о человеке, в частности – для медицины. Однако предмет изучения в этих науках различен. Для специальной психологии – это закономерности атипичного развития, его причины и механизмы, особенности освоения социокультурного опыта людьми с атипиями, закономерности спонтанного и направленного познания окружающего мира, приобретения практического жизненного опыта и тех изменений в психике, которые происходят под влиянием корректирующего воздействия специалистов.
Расширение объектности специальной психологии и ее неоднородность должны, безусловно, отразиться и на ее задачах.
Одновременно с расширением контингента лиц, являющихся объектом изучения специальной психологии, и уточнением предмета ее исследований, изменяется проблемное поле и научное пространство специальной психологии.
Научное пространство специальной психологии определяется ее проблематикой и проблематикой смежных с ней наук, т. е. изучением атипичного развития и организацией помощи людям с атипией. В этом пространстве специалисты перерабатывают психологическую информацию, структурируемую понятием нормы и атипии психического и личностного развития, решают общепсихологические, клинико-психологические и социально-психологические проблемы людей с атипией развития. В этом пространстве сегодня доминируют исследования и достижения в области детской нейропсихологии, личностные и социально-психологические теории, раскрывающие закономерности социализации индивида и взаимоотношений в малых социальных группах, теории специального обучения и богатый арсенал методических разработок по обучению и воспитанию детей с нарушениями физического и психического развития.
В центре этого пространства как объект изучения находится человек с атипией развития.
Специальную психологию интересуют законы когнитивного и эмоционально-личностного развития людей с атипией, трансформация их общения и поведения, включение детей с атипией в систему образования и подбор для них наиболее благоприятной формы обучения, своеобразие отношений таких детей с родителями и другими членами социума, специфика развития у них потребностей и удовлетворения этих потребностей. В настоящее время специальная психология направляет свои усилия на получение новых знаний о внутреннем мире ребенка с атипией, о формировании у него жизненных ценностей.
Специальная психология выявляет влияние на все эти процессы возрастных составляющих и ставит целью разработки методов, способных помочь таким людям усовершенствовать их жизнь и добиться удовлетворенности ею, а также методов оказания оптимальной помощи детям и лицам других возрастных групп, которые по разным причинам не могут самостоятельно освоить жизненное пространство в необходимых пределах и нуждаются в специфической поддержке в процессе их обучения, воспитания и социализации. Она разрабатывает методы психологической помощи как самому ребенку, так и его семье.
Признавая, что проблема атипии развития имеет общественно-исторический характер, специальная психология обращается к анализу социальных установок по отношению к людям с атипией и ищет способы гуманизации общественного сознания.
Таким образом, один из важнейших векторов обозначения научного пространства специальной психологии сегодня – это изучение спонтанного и направленного формирования психических новообразований при атипичном развитии и определение способов управления ими в целях эффективной и оптимальной нормализации жизнедеятельности каждого индивидуума с атипией.
Современное общество, образ и качество жизни его граждан в течение последних трех десятилетий значительно изменились. Трансформировались как межличностные отношения, так и социальные институты. Новые ценностные ориентиры в социальной сфере обусловливают и переход специальной психологии к несколько иным смысловым доминантам.
Моральное благополучие человека, его самооценка и соответственно эмоциональное состояние связано с феноменом «принятия». Психологи гуманистического направления не случайно считают теплое эмоциональное отношение со стороны окружающих (принятие) условием психического здоровья человека (К. Роджерс, 1991), той почвой, на которой вырастают и крепнут побеги человеческих возможностей (Т. Гордон, 1991). Ребенок лишь тогда полноценно развивается, когда чувствует, что его принимают таким, какой он есть. «Язык принятия» помогает ему стать открытым, доступным для общения и развития. Секрет успешных психологов и педагогов во многом состоит в умении внушить обратившимся к ним людям, что их понимают, в них искренне верят. Этот секрет раскрывается афоризмом «Какими вы нас видите, такими мы и станем». Феномен принятия обуславливает не только общение отдельных людей, но и взаимодействие человека и общества. В последнем случае его воздействие на личность, возможно, даже сильнее, чем при частном общении. Таким образом, отношение общества к его членам, в нашем контексте – к людям с атипией развития, является одной из важных составляющих, формирующих личность и влияющих на ее психическое благополучие и психологическую экологию здоровья.
Именно изучение отношения общества и отдельных его членов к «атипичным» людям становится сегодня одной из актуальных научных доминант специальной психологии, поскольку феномен принятия, столь важный для любого человека – и тем более для людей с атипичным развитием, – по существу не изучен.
Психологическое благополучие, успешность, а следовательно, и удовлетворенность современного человека зависят от его способностей и умения достойно представить себя в бытовом общении, на рынке труда, на рабочем месте. Успех сопутствует, как правило, людям с высокой самооценкой, навыками самопрезентации, адекватностью социального поведения – то есть людям, управляющими своим поведением в соответствии с социально-психологическими закономерностями и социально приемлемыми нормативами. С другой стороны, становление названных свойств во многом определяется восприятием человека окружающими, их отношением и оценками.
Поэтому специальная психология должна сегодня обратиться к изучению того, каким образом воспринимаются люди, отличающиеся атипией развития, прежде всего, в целях выработки на научной основе программ, позволяющих регулировать это восприятие. Трансляция и внедрение этих программ, в том числе по государственным каналам, будет помогать социализации атипичных людей и положительно влиять на улучшение качества их жизни.
Итак, изучение отношения общества к людям с атипичным развитием – несомненно, актуальное направление специальной психологии, развивающееся на стыке с социальной психологией и социологией.
Признавая взаимодействие и взаимовлияние биологического и социального в процессе развития, специальная психология, имея в виду атипии развития, интересуется вопросом о влиянии средовых социальных факторов на состояние мозга.
Социальная активность ребенка требует нейробиологической готовности мозга, позволяющей такую активность осуществлять. С другой стороны, социальная активность играет роль в функциогенезе мозга. Современной наукой доказано, что для полноценного созревания мозга необходимо своевременное востребование его функций. Если перед ребенком своевременно не ставятся социально значимые задачи, т. е. имеет место социальная депривация, то функции его мозга оказываются невостребованными, и биологическое развитие ребенка замедляется.
Исследования созревания мозговых систем позволяют выделить важные критерии для квалификации и классификации нарушений психического развития (атипий), выявляя их неврологические механизмы. Прогресс детской нейропсихологии, благодаря усилиям ученых разных стран, показал перспективность использования нейропсихологического подхода к изучению закономерностей формирования детской психики и нарушений ее развития. Этот подход представляется актуальным и в специальной психологии, так как атипичное развитие в большинстве случаев так или иначе обусловлено незрелостью или патологией мозговых систем. В частности, перспективно изучение связи нейробиологической зрелости мозга и формирования высших психических функций в условиях атипичного развития, а также влияния зрелости мозга на усвоение социокультурного опыта и процессы социализации.
Уровень развития личности, как известно, во многом определяется ее знаниями и умениями. В условиях атипичного психического развития усвоение знаний и приобретение жизненного опыта имеют свою специфику как по содержательному, так и по временному параметру. Практика показывает, что при значительном объеме программ образовательных учреждений достижения детей с атипией зачастую формальны и ограниченны. В первую очередь это проявляется в том, что полученные по большинству программ знания не функциональны. Они с трудом актуализируются и быстро забываются, не будучи востребованы на практике. Возникает, следовательно, задача подбора учебного материала, который был бы для таких детей более полезен. Кроме того, в образовании при атипиях развития должна быть заложена задача: научить детей функциональному использованию любых знаний. Это одна из важнейших смысловых доминант специальной психологии, которая почти всегда обозначается в педагогических материалах, но довольно часто игнорируется на практике, что приводит к серьезным психологическим последствиям развития личности.
Кардинально изменились на современном этапе развития общества смысловые доминанты специальной психологии относительно профессиональной помощи лицам с атипией. В постиндустриальном обществе, где основное внимание сосредоточивается на благополучии человека, такое изменение вполне закономерно.
С одной стороны, в обществе стихийно повышается толерантность к «инаковости» и эмпатия к людям с атипией, создаются предпосылки перестройки отношений между людьми с нормативным и атипичным развитием. С другой стороны, государство целенаправленно развивает различные службы помощи лицам с атипией развития. Стратегия этой помощи в новых условиях всё больше строится с ориентацией на определенный социальный результат. Этот результат предполагается видеть во всестороннем развитии их личности, повышении качества жизни и удовлетворенности ею.
Бесплатный фрагмент закончился.