– Это угроза? – усмехнулся старик.
– Нет, но вчера я убил своего друга.
– Зачем, ты так и не рассказал нам? – воскликнула Энн.
– Я добил его, чтобы тот не достался на съедение чертовым зомби…
– Ужас. Мне жаль… – прошептала Энн, хлопая выпученными глазенками. – Ты как?
– Уже нормально, – шмыгнул носом Рудый. – По началу чуть не сдох… Но мне легче это воспринимать, когда я вспоминаю, что мой друг убил Хана.
– Что? – в один голос воскликнули Гектор и Энн.
– Хан обратился, – грустно проговорил рыжий. – Мастер избавил его от постыдной участи вечно бродить и жрать людей… И тем самым спас мне жизнь. Я не сразу заметил, что с Ханом что-то не так. Так обрадовался, когда увидел его и готов был расцеловать.
– Почему ты сразу нам этого не рассказал? – удивилась Энн.
– Еще не привык рассказывать. Месяцы, проведенные с отшельником научили меня молчать. Мы редко разговаривали. В основном все только по делу: это касалось лишь тренировок и охоты. Жаль Мастера… Он дважды спас меня.
– А Хана тебе не жаль? – Энн укоризненно покачала головой.
– Я смирился с потерей Хана, Полковника и Кузнеца уже давно. Я был уверен, что они погибли.
– Почему? – недоумевала Энн.
– Потому что иначе бы они нас уже давно нашли.
– Так может и с нашей потерей ты смирился? – ехидно проскрежетал Гектор. – Тоже нас уже похоронил и забыл?
– С вашей нет… Вы мне дороги, как никогда. Доктор и Лилия погибли, и теперь, вы мне ближе всех на свете.
После таких слов Энн не выдержала и обняла Рудого:
– Как же хорошо, что ты вернулся…
Парень обнял девушку и, уткнувшись в ее волосы, с наслаждением вдохнул ее запах:
– Я тоже по вам скучал. А по тебе больше, чем по старому хрену.
– Я все слышу! – проворчал Гектор.
– Ой, прости, – улыбнулся Рудый. – Все время забываю, что ты еще пока не оглох от старости…
– Не дождешься, – сказал Гектор. – Скорее у тебя вторая рука отрастет, чем я оглохну.
– Дом, милый дом… – улыбнулся Рудый.
Глухая ночь была настолько темна, что казалось, лес провалился под землю. Не видно ни луны, ни единой звездочки. Густые фиолетовые облака сковали небосвод. Рудый проснулся от неясного шума. Он вглядывался в темноту и не мог понять, где Юрген. Сейчас его очередь была дежурить. Энн и Гектор сопели рядом, лежа на подстилке из елового лапника. Костер на ночь затушили, чтобы не привлекать внимания и теперь не видно ни зги.
Но в темноте, явно, кто-то шебуршился. Рудый приподнял руку со стилетом. Он не стал его на ночь отстегивать, хоть с клинком и неудобно было спать: он то и дело цеплялся за тело, и Рудый постоянно царапался о его острие.
Стараясь не шуметь, парень потихоньку встал и даже задержал дыхание. На фоне машины он увидел промелькнувшую тень. Черт!
– Вставайте! – закричал он и растолкал Гектора и Энн. – У нас гости!
Энн подскочила, как ужаленная и схватилась за лежащий рядом меч. Гектор проснулся не так резво, открыл глаза на секунду позже и непонимающе завертел головой.
– Ты что орешь? – уставился он на Рудого, шаря руками по земле в поисках топора.
– Там кто-то есть! – парень махнул на электромобиль, что стоял в двадцати шагах от лагеря в ложбине.
– А где Юрген? – обеспокоенно спросила Энн.
– Пропал, – ответил рыжий и, выставив вперед стилет, шагнул к машине. – Пойду проверю…
– Не ходи один! – взвизгнула Энн и вцепилась ему в руку.
– Пойдем все вместе, – кивнул Гектор, адреналин, наконец, прочистил его мозги от остатков сна.
Иногда старик сам удивлялся тому, как мог крепко спать в преклонном возрасте. Его сверстники давно уже страдали бессонницей, а если и спали, то вечным сном.
Старик, наконец, нашел топор и встал рядом с рыжим. В этом момент он смотрел на него с уважением. Мажор больше не походил на раздолбая и пустобреха, который был трусливее самой маленькой мышки. Перед ним теперь стоял статный плечистый парень с рыжей бородой и с клинком вместо правой руки.
Вооруженная троица осторожно шагнула по направлению к машине. Вдруг автомобиль загудел и рванул с места. Колеса выбросили куски дерна и понесли его прочь в сторону шоссе.
– Твою мать! – закричал Рудый. – Ваш убогий сбежал!
– Как сбежал? – Энн удивленно хлопала глазами вслед скрывшемуся за поворотом автомобилю.
Слышно было, что он выехал на шоссе и рванул по асфальту прочь.
– Откуда я знаю! – раздраженно ответил рыжий. – Это ваш друг, я его знаю второй день.
– Да какой он нам друг? – Гектор сокрушенно покачал головой. – Сами с ним знакомы всего три дня. Эх… В машине все наши припасы остались. Теперь у нас совсем нет еды. Что же взбрело в голову этому недотепе Юргену?
– Все просто, – ответил Рудый. – Не захотел, наверное, с вами делиться запасом еды.
– Нет, – ответил старик. – Он бы тогда вообще мог в бункере остаться. И про его запасы мы бы ничего не узнали. Что-то здесь нечисто… Не мог он так поступить с нами. Я в людях разбираюсь… Он неплохой человек.
– Хреново, значит, разбираешься, – проворчал Рудый. – Раз всякой шантрапе доверяешь.
– А ты не шантрапа был? Тебе тоже не надо было доверять? – огрызнулся старик.
– Я – другое дело, я свой…
– Согласен, только сейчас время такое, что свои меняются так быстро, как день и ночь. Мы постоянно теряем своих. А новых не прибавляется… Вот и решили мы с Энн довериться этому прохвосту. Он, главное, таким добряком нам показался. А сейчас, гад бросил нас посреди леса. Но все-таки чует мое сердце, не чисто здесь дело…
– Может он меня испугался? – предположил Рудый. – Увидел одноглазого однорукого, который зомби крошит, как лебеду тяпкой. Вот и слинял.
– Нет, Юрген хоть и блаженный, но с логикой у него все в порядке. Он понимал, что такой боец, как ты повышает его шансы на выживание. Сам-то он ни одного мертвеца за всю жизнь не укокошил. А теперь сбежал… Ничего не понимаю… Почему?
– Мне сразу он показался каким-то мутным, – сказал Рудый. – вроде здоровый, а сам мягкий, как теленок. Но в глазах есть что-то странное. Будто он притворяется. Хорошо, хоть во сне нас на прирезал… Он заранее это задумал. Помните, говорил, что батарея на машине дохлая? А сам вон как деру дал.
– Юрген не такой, – вступилась за него Энн. – Он бы нас никогда не убил… И не бросил. Наверное, у него была очень веская причина.
– Так что ж ты с ним не сбежала? – усмехнулся Рудый. – Если он такой хороший?..
– Придурок! – фыркнула Энн и отвернулась.
– Прости, – уже миролюбиво проговорил Рудый. – просто не пойму почему ты его защищаешь…
– А ты что? Ревнуешь?
– Нет, конечно! – фыркнул парень.
– Молчи, сука, и не скули! – крикнул человек, сидящий на заднем сиденье несущегося вперед электромобиля.
Юрген судорожно вцепился в руль и напряжено вглядывался в темноту. Он еле мог рассмотреть тусклую ленту асфальта. Фары включать боялся, чтобы не привлечь внимания зомби.
По пухлым щекам Юргена текли слезы. Затылком он чувствовал холодное дуло оружия, которое приставил к нему сидящий сзади человек.
– Прошу, – ныл Юрген, – отпусти меня, я только нашел друзей! Зачем ты меня заставил уехать?
– А на родного брата тебе насрать? – незнакомец приблизился ближе к Юргену.
Луна вылезла из-за тучи и осветило его лицо. Оно было один в один, как у Юргена. Только огромный красный шрам через правую щеку, говорил, что это совсем другой человек…
– Калиб, мы уже давно не братья, – плакал Юрген. – Ты ушел из семьи очень давно, у меня даже доказательство есть. Вот… Сейчас…
Юрген засунул руку в нагрудный карман и вытащил какую-то свернутую бумажку:
– Вот документ, посмотри!
– Убери эту хрень! – брат-близнец ударил Юргена по руке рукояткой револьвера.
Инженер взвизгнул, бумажка упала и завалилась под водительское сиденье.
– Смотри на дорогу, придурок!
– Зачем ты так со мной? – пролепетал Юрген. – Я тебя любил.
– А сейчас что? – злобно прошипел Калиб.
– А сейчас тебя не должно здесь быть, ты ушел…
– Как видишь, я снова здесь, и больше никогда не оставлю своего любимого братца.
– Мне нужно выпить свои таблетки, мне нехорошо, – пробормотал Юрген и снова полез в нагрудный карман. – Доктор сказал принимать их каждый день, но я иногда забываю…
Трясущаяся рука достала из нагрудного кармана оранжевый пластиковый флакон.
– Тебе больше не нужны таблетки, брат! – Калиб выхватил флакон и вышвырнул в окно.
– Нет! – Юрген резко нажал на тормоза и машину чуть не занесло. – Мне без них будет плохо! А если я буду страдать, плохо будет и тебе, ведь мы близнецы.
– Езжай вперед, брат, – Калиб вновь приставил дуло к затылку инженера. – Теперь тебе не будет плохо, ведь я с тобой…
Юрген повиновался, выровнял машину и нажал на газ:
– Куда мы едем?
– Возвращаемся в бункер.
– А как же Энн, Гектор и тот рыжий парень, я забыл его имя. Мы бросили их в лесу.
– Твою мать, братец! Когда же, наконец, до тебя дойдет, что семья превыше всего. В твоем бункере мы сможем жить долго. Если никто нам не помешает.
– Откуда ты знаешь про бункер? – удивился Юрген. – И вообще, как ты меня нашел?
– Я много чего знаю, – многозначительно хмыкнул Калиб. – А это ты не помнишь?
Он протянул свою руку вперед перед лицом Юргена:
– Этот браслет ты специально сделал для меня, и у тебя, я смотрю, такой же на руке. Он подает сигналы геолокации, чтобы мы всегда знали, кто из нас где находится и не потерялись.
– Но геолокация сейчас не работает, я думал браслет бесполезен, – ответил Юрген.
– Некоторые спутники еще работают на автомате, – ответил Калиб. – Тебе ли это не знать? Да и сам ты не снял браслет. Почему?
– Я носил его в память о тебе.
– В память? Ты не хотел, чтобы я вернулся?
– Хотел, но знал, что это не возможно.
– А я тебе нашел! А ты почему-то не рад.
– Я очень рад, Калиб, но как-то это все неправильно…
– Что неправильно?
– Почему ты вернулся? Ты не представляешь, как мы с мамой страдали, когда ты ушел. Тогда ты не внял нашим мольбам. А заявился только сейчас!
– А я соскучился! – оскалился Калиб. – А отец что? Не страдал?
– Он слишком был занят работой.
– Чертов ублюдок! – брызнул слюной Калиб. – Ему всегда было на меня наплевать.
– Не говори так! Он ушел с головой в работу, чтобы отвлечься. Он тоже переживал.
– Если ты так страдал, почему ты не вернул меня?
– Я пытался, – оправдывался Юрген. – В бункере я построил центр связи.
– Я видел, – хмыкнул Калиб.
– Ты следил за мной?
– Не важно…
– Ты думаешь, я искал людей по всему миру?! – голос Юргена перешел на визг. – Я все это сделал ради тебя, придурок. Я надеялся тебя найти. А потом потерял надежду.
– Интересно получается, – саркастично проговорил Калиб. – Ты искал меня, но не нашел. Когда я нашел тебя, ты почему-то совсем не рад этому. Почему?
– Я же говорю, – всхлипнул инженер, – не правильно это… Ты должен уйти.
– Никогда! Смотри на дорогу и рули. Теперь мы будем вместе, как говорится, пока смерть не разлучит нас. А будешь артачиться, я вернусь и убью твоих друзей.
– Нет! – заскулил Юрген. – Это наши с тобой дела, они не при чем. Что тебе от меня нужно? Почему ты так со мной?
– А ты не догадываешься?
– Нет.
– Это из-за тебя мне пришлось уйти, – злобно процедил Калиб. – И, вытащив откуда-то старую газету, швырнул ее в лицо Юргену. – Смотри, там все написано…
– Помню эту газету, – тихо проговорил Юрген. – Я всегда ношу с собой такую же. Но я все рано не понимаю почему ты ушел?
– А что мне оставалось? – прошипел Калиб. – Внешне мы были с тобой одинаковы, но ты всегда прилежно учился и слушался родителей. Тебя все любили и прочили блестящее будущее. А на меня смотрели, как на обязательный придаток, как никчемное приложение к талантливому братцу. А я не хотел учиться, я хотел заниматься спортом. Но меня постоянно одергивали и ставили тебя в пример. Я вынужден был все делать, как ты. Ходить в ту же элитную школу, изучать те же гребаные науки, заниматься чертовой музыкой. Однажды мне это совсем надоело и я ушел…
– Прости, я не знал…
– Ничего, брат, теперь нам никто не помешает быть вместе. Но я все-таки вернулся и убил бы твоих новых друзей. Вдруг они будут тебя искать?
– Нет, не делай этого…
– А что ты так за них беспокоишься? Я смотрю, они стали тебе дороже, чем я?! Разворачивай машину, разделаемся с твоими попутчиками и поедем в бункер.
– Нет, ты сумасшедший! Заряда батареи не хватит, чтобы вернуться потом в бункер.
– Не важно, – ледяным голосом проговорил близнец, – разворачивай тачку. У меня в револьвере как раз три патрона.
– Так это мой револьвер? – воскликнул Юрген и откинул крышку бардачка. – Я припрятал его на черный день, как ты нашел его?
– Мы же близнецы, – довольно хмыкнул Калиб, – а близнецы мыслят одинаково. Неужели ты думал, я не догадаюсь, где ты прячешь оружие? Разворачивай тачку, сука!
Калиб снова приставил дуло к затылку брата. Обливаясь слезами, Юрген развернул машину и бормотал:
– Прости, Гектор, прости Энн, прости рыжий парень, я не хочу вашей смерти, но мне очень страшно. Я ничего не могу поделать, мой брат всегда был сильнее меня.
– Что ты там бормочешь?
– Ничего, я просто молюсь!
– Бога нет, недоносок.
– Но мы же все детство ходили в церковь? – удивился Юрген. – Ты разве не помнишь?
– Я это ненавидел больше всего! Притворяться и поклоняться несуществующему духу…
– Не говори так… Бог вернул тебя.
– Я сам пришел, а твой бог может идти в задницу вместе с твоими друзьями. А вот, кстати, и они.
Машина мчалась по шоссе на последнем издыхании батареи. Юрген увидел впереди бредущую по асфальту знакомую троицу. Энн, Гектор и рыжий шли плечом к плечу, словно хотели остановить автомобиль.
Юрген высунулся из окна и заорал:
– Бегите! У него револьвер!
Он резко нажал на тормоз, машину занесло на обочину, она чуть не перевернулась, но привалившись боком к толстенной березе, заглохла.
Последнее, что видел Юрген, это перекошенная от злости рожа его брата.
– Ах ты, сука! – заорал он. – Ты сдохнешь вместе с ними! Неблагодарная тварь!
Хрясь! Мелькнула рукоятка пистолета, ударившая Юргена по голове. В глазах потемнело и Юрген погрузился во тьму.
– Ну и жара, – Рудый вытер со лба пот, снял футболку и заткнул ее за пояс. – Еще только утро, а уже так парит.
Энн невольно залюбовалась на жилистый торс парня. Вот уже два почти два часа они брели по шоссе, не зная куда.
Рудый рассказал им про гибель поселения апостолов, теперь туда идти не имело смысла. Если Полковник и Кузнец их ищут, то их явно уже там нет… Теперь там вообще никого нет, только головешки и зомби.
– Ну что, молодежь, – вздохнул Гектор. – Какие планы на ближайшее будущее? Так и будем по дороге шататься?
– Где-то должны быть придорожные деревушки, – ответила Энн. – Поищем там хоть какую-нибудь еду…
– Должны быть, – скептически кивнул старик. – Но пока никаких указателей не видать. Мертвяки их что ли сожрали?..
– Черт! – ворчал Рудый. – Как вы могли оставить ключи от машины этому полоумному?
– А на кой нам были ключи? – пожал плечами Гектор. – Мы водить не умеем.
– Так я умею…
– Ну вот сам бы и забрал, – поморщился Гектор. – А нас за что коришь?
Рудый раскрыл рот, чтобы отвесить старику очередную колкость, но Энн его прервала.
– Смотрите! – закричала она, вглядываясь вперед и прикрывая ладонью глаза от первых лучей солнца. – Впереди машина.
– Мотора не слышно, – проговорил Рудый. – едет почти бесшумно… Так это наш электромобиль!
– Я же говорил, что не чисто дело, – заулыбался старик. – Одумался шельмец и возвращается за нами. Сейчас я у него все спрошу! Заставил нас поволноваться, ирод!
Но машина набирала скорость и не думала останавливаться. Из окна высунулась голова Юргена и он прокричал:
– Бегите! У него револьвер!
Троица бросилась врассыпную, спасаясь от несущегося авто. Но электромобиль вдруг резко затормозил. Раздалось пронзительное визжание шин, машину закрутило по дороге и она слетела в кювет, бухнулась о дерево и замерла.
Дверь автомобиля распахнулась и из нее вывалился человек. Он был похож на Юргена, но лицо было до неузнаваемости перекошено злобой. В его руке блеснул пистолет. Бах! Бах!
Пули прожужжали над головой и ушли в лесок, срезав несколько веточек.
– Берегись! – крикнул Рудый и упал сверху на Энн, прикрыв ее собой.
Бах! – Третья пуля взрыла землю рядом с головой Рудого.
Человек отшвырнул револьвер и вытащил нож. С диким криком он бросился на Гектора, тот оказался ближе всех к нему. Старик замахнулся на него топором, но здоровяк без труда увернулся и выбил оружие. Он приставил нож к горлу старика и прошипел:
– Сейчас ты сдохнешь, тварь! Зря вы прицепились к моему брату! Он мой!
Бум! – Раздался глухой стук, и человек повалился на землю. Сзади него стоял Рудый и потирал металлическое основание стилета, которым он огрел по голове нападавшего.
Испуганный Гектор таращился то на лежащее тело, то на Рудого.
– Почему ты не убил его? – спросил старик.
– У меня есть к нему вопросы, – ответил Рудый. – Я хочу знать, что на него нашло и почему он на нас напал.
Парень подтащил бездыханное тело к дереву, привалил его спиной к стволу и связал за деревом руки его же собственным ремнем.
Снял с пояса фляжку и вылил ее на голову пленнику. Тот несколько раз фыркнул, отплевываясь от воды, и открыл глаза. Из его рассеченной кожи на макушке струился красный ручеек. Он застонал, посмотрел на всех и спросил:
– Где мой брат?
– Какого черта Юрген ты творишь?! – Гектор сотрясал морщинистым кулаком перед мордой пленника. – Ты хотел нас убить? Отвечай, бесово отродье!
– Меня зовут не Юрген, я Калиб! Где Юрген? Помогите ему…
– Ты что несешь, блаженный? – старик с удивлением вытаращился на него. – Получил по чайнику и крыша поехала?
– Я же говорю, я Калиб. Юрген в машине, я вырубил его, сами посмотрите. Мы с ним близнецы и очень похожи, но у меня шрам на щеке. Разве вы не видите?
– Нет у тебя никакого шрама, и в машине никого нет, – ответила Энн. – Есть только вот эта бумажка. Она лежала возле водительского сиденья.
– Что это? – спросил пленник.
Энн развернула измусоленный листок и сказала:
– Это свидетельство о смерти, выданное двадцать лет назад. Имя умершего странное. Совсем, как ты говоришь…
– Какое имя? – насторожился пленник.
– В документе засвидетельствована смерть мальчика по имени Калиб.
– Что?!
– Он был твои братом, Юрген? – Энн участливо погладила пленника по плечу. – Он умер еще двадцать лет назад.
– Смотрите! – воскликнул Рудый. – Я еще кое-что нашел в машине.
Рыжий развернул старую измятую и уже напоминающую грязную паутину газету:
– Здесь есть интересная статья двадцатилетней давности. Вот… Смотрите…
Рудый зачитал заголовок: “Страшная трагедия. Брат близнец покончил с собой”…
– Нет, я не верю… – ревел Юрген. – Это опять со мной случилось…
– Что происходит? – недоумевал Рудый. – Этот придурок выдумал себе брата? Который погиб двадцать лет назад? Так получается?
– Похоже на то, – покачал головой Гектор. – У него кукушка поехала. Эх… Юрген, Юрген… Ты нас чуть не угробил. Что же нам с тобой делать? Вот задал ты нам задачку…
– Простите, я не хотел, это все Калиб…
– Какой нахер Калиб?! – вспылил Рудый. – Это бы ты, урод! Никакого Калиба не существует!
Парень подскочил к Юргену и что есть силы ударил стилетом. Тот вонзился рядом с его головой в ствол березы:
– Зачем ты нас хотел убить? Говори!..
Инженер зажмурился и завыл:
– У меня болезнь, иногда я превращаюсь в него. Мне нужно пить таблетки, чтобы не было приступов. Но Калиб их выбросил.
– Какие таблетки? – участливо спросила Энн.
– Галоперидол, – всхлипнул Юрген. – Но я после них вялый. Поэтому я постоянно прятался в бункере. Но когда вы пришли, я подумал, что смогу с вами покинуть опостылевшее место. Думал, буду с вами в безопасности. Но ошибся… Вы со мной не будете никогда в безопасности. Простите… Я не хочу жить. Зачем мне все это… Прошу, убейте меня…
– Ты что несешь? – гневно воскликнула Энн. – Мы что-нибудь придумаем? Хочешь, мы отвезем тебя обратно в бункер?
– Нет, вы должны меня убить, – причитал инженер. – Иначе Калиб вернется и отомстит вам. Я его знаю, ведь я – это он…
– Твою ж маковку! – Гектор плюнул. – Не было печали, да черти накачали! Свалился ж на нашу голову… И что нам с тобой делать?
– Нужно его отпустить! – заявила Энн. – Мы его просто прогоним и все.
– Нет, – мотал головой здоровяк, пуская ручьи слез по пухлым щекам – Вы хорошие люди, я не хочу чтобы с вами что-то случилось. Прошу… Убейте меня. Мой брат – нехороший человек. Я его сам боюсь. Раньше я мог его сдерживать, но сейчас таблеток больше нет… Теперь Калиб может прийти в любой момент. Он злопамятный… Он сильный, не то что я.
– Почему ты превращаешься в него? – спросила Энн и погладила Юргена по плечу.
– Да ясно почему, – хмыкнул Рудый. – Он шизофреник. В нем уживаются две личности. Первая безобидная – он сам, а вторую, честно говоря, я бы убил не задумываясь…
– Ты что несешь?! – сверкнула глазами Энн. – Он просто болен, ему нужна помощь.
– Ага, – усмехнулся рыжий. – Сейчас позвоню в психушку и за ним приедут… И нас заодно заберут. За то, что звоним в разгар апокалипсиса в клинику.
– Что же нам делать? – вздохнула Энн.
– Ясно что, – прокряхтел Гектор. – Отпускать его никак нельзя. Он может обернуться и отомстить нам.
– Ты хочешь его убить? – щеки Энн раскраснелись от негодования. – Нет! Мы его отпустим, а сами уедем подальше. Он нас не найдет…
– На чем уедем? – Гектор показал пальцем на уткнувшийся в дерево автомобиль. – На этом корыте. Теперь мы его явно не заведем. И батарея у него сдохла, наверное…
– Должен же быть какой-то выход… – причитала Энн.
– А выход один… – грустно проговорил старик. – Юрген хоть и блаженный, но дельную вещь говорит. Мы должны выполнить его просьбу. Избавим человека от страданий.
– Нет!
– Энн, дочка, пойми… Сейчас весь мир такой. Либо мы их, либо они нас. Жалости нет места. Жалость ведет к нашей смерти.
– Если мы его убьем, чем мы будем лучше апостолов?
– А если он нас убьет? Не для того мы через столько прошли, чтобы погибнуть от рук сумасшедшего. Мы всех потеряли. Нас осталось только трое… Ты пойми, нам никак нельзя рисковать. Он сам мучается и боится этого второго я.
– И кто из вас это сделает? Ты? Или Ты? Или быть может прикажете это сделать мне? – по лицу Энн струились слезы.
– Все нормально, Энн… – Рудый попытался ее обнять, но девушку дернула плечом. – Это сделаю я.
– Да пошли вы!.. – Энн развернулась и побрела прочь.
– Иди за ней, – кивнул Рудый на удаляющуюся фигуру. – я сделаю все как надо…
– Ты уверен? – Гектор обеспокоенно посмотрел на парня. – Ты сможешь? Может лучше я возьму грех на душу? Меня уже в раю и так не ждут.
– Все нормально, иди уже, не оставляй ее одну.
Гектор протянул руку рыжему:
– Спасибо тебе…
– За убийство спасибо не говорят, – скривился тот.
– За то, что возьмешь этот груз на себя. Я все-таки, наверное, бы не смог. А ты другим стал… Я тебя не узнаю.
– Я сам себя не узнаю, – пожал плечами Рудый. – И иногда даже себя боюсь… Ладно, иди.
Гектор засеменил вслед за Энн. Рудый повернулся к Юргену. Тот отрешенно смотрел в пустоту, привалившись к березе и, казалось, ничего вокруг не замечал.
– Ты готов? – спросил парень.
– Да, – тихо ответил Юрген. – Только у меня одна просьба…
– Какая?
– Сделай это быстро и не больно.
Впереди раздался лай Локи. Мы выскочили за ним следом на поляну, где оставили свою группу. В одной руке я держал трофейный обрез, в другой топор. Нож я повесил на пояс. Лилия вцепилась обеими руками в биту, готовая в любой момент обрушить ее на голову врага.
Но было поздно… На поляне уже никого не было, кроме троицы зомби, что обгладывали двоих убитых из нашей группы, которую мы так не предусмотрительно оставили. Люди разбежались по лесу. Увидев нас, из кустов вышла перепуганная Аида.
Мы прикончили мертвецов, те даже не видели, как мы приблизились к ним со спины – настолько они были заняты пиром. Я покричал людей, но никто не откликнулся. Либо они уже далеко в чаще, либо мертвы. Вот чем оборачивается помощь. В итоге мы и тем не помогли, и своих потеряли. Я плюнул с досады, но вслух ничего не сказал. Видел, что Лилии и так тошно. Она ходила по поляне взад и вперед и всматривалась в каждый куст, будто надеялась найти там кого-то из наших.
– Все хорошо, – я попытался ее успокоить. – Мы не могли знать, что так получится… Мы хотели, как лучше…
– Ты был прав, – отрешенно пробормотала Лилия. – Лучше бы мы не совались куда не надо.
– Не переживай, погибших всего двое, наверняка остальным удалось убежать. Может они повернули назад к пещере. Прибьются к другим группам и выживут.
– Ты же знаешь, что это не так, – покачала головой Лилия. – Они разбежались кто-куда, а большинство из них понятия не имеют куда идти. Они просто шли за нами, потому что доверяли нам, а я их убила…
– Ты не виновата. Не возможно всех спасти, каждый день гибнут люди. У нас другая задача… Помнишь? Я должен тебя беречь.
– Зачем? – Лилия дернулась. – Кому нужна будет эта вакцина, если людей скоро совсем не останется?!
Женщина больше не могла сдерживаться и зарыдала. Я подошел и обнял ее. Она прижалась к моей груди. Сквозь ткань рубахи я почувствовал теплые капли.
– Куда мы теперь? – всхлипывала Лилия.
– Нужно найти транспорт и ехать в крупный город. Может, там нам удастся найти ученых-медиков и лабораторию.
– Вряд ли сейчас где-то есть уцелевшие лаборатории…
– Главное – найти медиков, лабораторию можно и восстановить.
Рудый догнал Гектора и Энн, когда они уже вышли на шоссе.
– Все нормально? – спросил Гектор парня.
– Да, – ответил тот, вытирая стилет листьями лопуха. – Юрген нас больше не побеспокоит.
– Убийца, – прошипела на него Энн. – Он ни в чем не виноват…
– Я знаю, – ответил Рудый, – Не всегда погибают только виновные. Особенно сейчас.
– Ты сам как? – Гектор обеспокоенно смотрел на рыжего.
– Терпимо, – криво улыбнулся тот.
На обочине за поворотом неожиданно вырос указатель: “Орловка 6 км”.
– Ну наконец-то поселение, – всплеснул руками старик. – Давайте свернем и пошукаем в деревеньке. Может съестного чего сыщем.
– Хотелось бы, – вздохнул Рудый. – Оружия тоже не помешало бы нормальное раздобыть. Стилет, топор и меч – конечно, хорошо. Но против большой стаи бесполезны.
– Да какое в деревне оружие? – поморщился Гектор.
– Ну мало ли, – пожал плечами Рудый. – Охотников везде хватает.
За указателем уходила вбок наезженная грунтовка. Она петляла по полю и терялась где-то в редколесье.
– Странно, – пробормотал Гектор, разглядывая дорогу. – Будто недавно кто-то здесь проезжал. Только следы не машины.
– Это телега, – сказала Энн. – И отпечатки копыт. Вот… Видите?
– А деревня похоже обитаема, – старик озадаченно почесал бороду. – Что делать будем, други? Пойдем туда, али как?
– А почему нет? – пожал плечами Рудый.
– Да потому, что люди сейчас норовят убить друг друга. – ответил Гектор. – И каждый второй из выживших бандит и мародер. Вон, даже мы теперь убивцы… Юргена сгубили.
– Ты же сам это предложил? – негодующе посмотрел на него Рудый. – А теперь мне предъявлять будешь?
– Да я не в укор… Я и сейчас считаю, что мы поступили жестоко, но верно. Просто для других мы можем опасными показаться, и они тоже ради свой безопасности захотят нас укокошить…
– В кого мы превратились… – Энн покачала головой. – Теперь мы убиваем и людей…
– Не переживай, дочка, – сказал Гектор. – Мы не самые страшные из людей. Чтобы выжить среди монстров, нужно самому стать чудовищем. Вот мы ими и становимся…
– Вы так спокойно об этом говорите, – возмутилась Энн. – Будто обсуждаете фильм.
– А что изменится если мы будем горевать? – Гектор прищурился. – Уже слез нету. Кончились… Наши все погибли. Вы единственные, кто у меня остался в целом мире. Если мне придется убивать, чтобы защитить вас… Я буду это делать.
Рудый одобрительно закивал:
– Гектор прав… Не мы такие, а мир такой…
– А ты вообще, молчи! – Энн гневно сверкнула глазами на рыжего. – Убийца…
Сзади послышался еле слышимый скрип. Энн обернулась и воскликнула:
– Смотрите, там кто-то едет!
– Этот что? Телега? – приглядевшись, сказал Гектор и снял с пояса топор. – Приготовьтесь. Там могут быт душегубы.
Энн вытащила меч, а у Рудого оружие всегда с собой. Он встал в боевую стойку, поглаживая клинок.
Поднимая облака желтой пыли, к путникам приближалась старая телега, запряженная откормленной коренастой лошадью, с аккуратно подстриженной гривой.
– Не могу разглядеть. Солнце слепит… – Гектор всматривался вдаль приложив руку ко лбу. – Сколько там человек? Один что ли?
– Один вроде, – ответил Рудый и опустил стилет.
– Это хорошо, – с облегчением выдохнул Гектор. – Бандюки по одному не шастают.
– Этого тоже убьете? – капнула яда Энн.
– Тише ты! – шикнул на нее Гектор. – Он уже близко, услышит…
Телега подъехала и остановилась возле путников. В повозке на ворохе соломы сидел архаичного вида мужичок в льняной косоворотке и серых штанах-шароварах. Вылитый крестьянин девятнадцатого века. Косматая борода и длинные русые волосы, стянутые на лбу ремешком, подчеркивали это сходство.
– День добрый, люди добрые! – мужичок лучезарно улыбнулся и отвесил головой поклон. – Вы заблудились, или в гости к нам идете?
– И тебе не хворать, – на правах старшего разговор начал Гектор. – в Орловку мы идем.
– Так нет больше Орловки, – всплеснул руками мужичок. – Сгорела вся. Могу в общину нашу вас подвезти. Голодные небось? Меня Аким зовут. Гостями нашими будете.
– Что за община? – насторожился Гектор.
– Староверы мы, – улыбнулся Аким. – Жизнь почитаем. Живем в мире и согласии с природой-матушкой… Прыгайте в телегу. Пешком долго идти.
– Прости Аким, но мы должны это обсудить, – улыбнулся в ответ Гектор. – Как-то в гости сегодня не собирались.
– Да конечно, погутарьте, – махнул рукой Аким. – Да вы не беспокойтесь. У нас народ правильный. Каждую жизнь ценит. Потому как жизнь – это свыше подарок нам. Забирать ее только бог может… А людям убивать – грех смертный.
Гектор отозвал в сторону друзей:
– Ну, что думаете?
– Да вроде безобидный дядька, – пожал плечами Рудый.
– Одна старушка тоже безобидной казалась, – нахмурилась Энн. – А потом чуть нас не съела. А ее сынку мне пришлось кусок шеи откусить.
Рудый с удивлением уставился на Энн:
– И ты еще мне будешь предъявлять Юргена?
– Это другое, мы защищались.
– Хватить трындеть, – шикнул Гектор. – Решайте, что делать будем. Орловки нет, значит, либо назад надо вертать, либо с ним идти.
– Не знаю… – жалобно протянул Энн. – Не хочется как-то к людоедам или другим извращенцам попасть. Но кушать очень хочется, а он накормить обещал.
– Я бы рискнул, – сказал Рудый. – Не похож он на людоеда или бандита. Набожный и добрый слишком. Если у них все такие, то нам нечего бояться.
– Ладно, – кивнул Гектор. – Проверим, что за староверы. Надеюсь они нас не сожрут. А если сожрут, то пускай подавятся…
Бесплатный фрагмент закончился.