Во-первых, он решил остаться в лесу. Если всё пойдёт как обычно, то спустя несколько дней он вместе с лесом окажется в другом месте. И выберется наконец-то из этого Богом проклятого ущелья!
Во-вторых, пока не произойдёт смена локации, найти ублюдочного костоправа он не сможет – следовательно, пока что ему некуда спешить.
Ну, и в-третьих, критически важно было понять, зачем человек и кот приходили сюда. А для этого нужно исследовать каждый сантиметр котлована. Каждый камушек, каждое бревно! И он будет землю носом рыть, но найдёт эту причину. А потом найдёт и Ника…
Успокоившись, Егерь подкинул в костёр ещё одно бревно и направился в «своё» ущелье за шкурами и новой порцией мяса. У него есть время, чтобы подготовиться к встрече и всё хорошенько спланировать. Ведь месть – это то блюдо, которое подаётся холодным.
Сперва он хотел соорудить себе домик из разбросанных по котловану брёвен и досок. Но, всё хорошенько обдумав, Егерь решил последовать примеру американца и выкопать в склоне котлована снежную берлогу.
На создание дома у него ушёл весь день, но то, что получилось, превзошло все его ожидания. Из подходящих брёвен и досок он сложил пол и лежанку, устлал их и часть стены бараньими шкурами, пробил в «потолке» несколько отверстий для вентиляции.
Посередине берлоги он устроил костровище – камни пришлось тащить из ущелья – и перенёс туда треть всех углей.
Удостоверившись таким образом в том, что огонь теперь точно не погаснет, Егерь с удовольствием переночевал в тепле. Он немного нервничал, что его иглу подтает и рухнет, но обошлось. Ночи в лесу оказались значительно холоднее, чем в ущелье, и выделяемая из-за избытка тепла влага абсорбировалась, превратив его берлогу в ледяную крепость.
Позавтракав сочным шашлыком – соли бы! – Егерь принялся за исследование котлована.
Он перебрал каждое бревно, каждую полусгнившую доску. Нашёл обломки сложенной из кирпича печки. И стал гордым обладателем кожаной сумки, нескольких серебряных монет, медного ожерелья и чугунного (!) горшка. Чуть позже к добыче присоединились какие-то засохшие до состояния камня фруктово-ореховые плитки, от которых тянуло мятой, и тетивы для лука в количестве десяти штук.
Как все эти вещи смогли сохраниться спустя столько времени – Егерь не представлял.
Попробовать «мятные» плитки он не решился, с удовольствием пообедав шашлыком. Воду он вскипятил в найденном чугунном горшке и в первый раз за всё своё пребывание в этом мире напился горячего чая. Ему, как бывшему леснику, не составило труда найти в сосновом бору подходящие травки.
Ещё раз внимательно осмотрев свои трофеи, Егерь приступил к самому, на его взгляд, важному и пугающему – осмотру матово-чёрного обелиска.
Стоило ему подойти к четырёхгранной стеле, как он первым делом обнаружил у её подножья обгорелый и разодранный чёрный балахон. Встряхнув находку, Егерь подобрал вылетевшие оттуда два небольших изумруда. Убрав добычу в карман плаща, он с опаской посмотрел на обелиск.
Всё его чутьё кричало о том, что лучше к нему не прикасаться, лучше оставить его в покое, лучше уйти куда подальше! Например, пожарить ещё мяса, но так, чтобы вышло средней прожарки, желательно с кровью.
И всё это настолько походило на перенесённые им на своей шкуре ментальные внушения Вики, что Егерь, зажмурившись и не думая о том, что делает, выбросил руки вперёд. Ещё пара секунд сомнений, и он точно не смог бы прикоснуться к этому поглощающему свет тёмному обелиску. Но, обманув свой ум, Егерь сделал ставку на чёрное. И не прогадал.
Стоило ему открыть глаза, как перед глазами волшебным образом появилось сообщение:
Внимание! Ошибка Сети, устойчивое соединение потеряно!
Внимание! Запущен сценарий «Автономная инициация»!
Для продолжения необходим Имперский амулет. Осталось времени:
10
9
8
…
На «7» Егерь вышел из ступора и рванул к костру, следуя вбитой в него привычке – сначала делать и только потом думать. Выхватив из лежащего хабара медное ожерелье, он в три прыжка вернулся к стеле и вцепился в неё свободной рукой.
О чём-то таком его предупреждали на Инструктаже, да и несколько прочитанных книг весьма подробно описали визуальный интерфейс и его преимущества.
…
2
Внимание! Данный амулет не подходит! Всё равно продолжить выполнение инициации?
Егерь неуверенно согласился.
Внимание!
В качестве основы будет использован внутренний источник / ядро носителя. Следующие функции будут недоступны:
Пространственный карман
Внутренние переводы
Доступ к Аукциону
Информационная справка
Продолжить?
Да / Нет
– Продолжить, – хрипло согласился мужчина и облизнул пересохшие губы.
Внимание! Ошибка сценария! Неверный реципиент!
Запуск аварийного пакета!
Егерь моргнул, и мир вокруг него померк. Исчезли лес, котлован и странная стела. Исчезло небо и даже его тело. Исчезло всё, кроме единственной перламутровой точки. И эта точка принялась увеличиваться в размерах. Секунда длиной в вечность – и Егерь увидел. Увидел себя со стороны.
Вот он живёт в лесу следующие три дня. Вот на рассвете четвёртого дня по его телу проходит невидимая волна, и он вскакивает как ошпаренный. Мчится по следу Ника, покидает лес и видит – о чудо! – идущий через долину след, который заканчивается у воды.
Некогда искать брод! Он берёт разбег и перепрыгивает речку. Находит след и несётся по спрятанной за валуном горной тропе.
Утомительный подъём, встречающиеся по пути скелеты, разваливающиеся от одного удара ногой. И такой знакомый запах ненавистного американца. Ещё час стремительного подъёма, и он его видит! Летит к нему, но на пути возникает снежный барс.
Он, ослеплённый жаждой мести, бросается вперёд. Левая рука обмотана бараньей шкурой, в правой – верный нож.
Но снежная кошка не спешит кидаться на выставленную вперёд руку и стремительно летит ему в лицо. Удары ножом сменяются жуткими укусами и вспарывающими живот и ноги когтями. Тело кричит от боли, но ненависть придаёт сил, и он нечеловеческим усилием пробивает жёсткую шкуру ирбиса.
Чувство опасности на мгновение гаснет и тут же вспыхивает сверху. Он поднимает голову, чтобы увидеть летящий ему в лицо ледоруб и вцепившегося в него американца.
Удар. Вспышка боли. Влажный треск. Толчок в развороченный живот. И вот он уже летит с обрыва в ту самую тёмную речку, через которую перепрыгнул несколько часов назад. Ледяная вода, заливающая лёгкие. Смертельный холод, вцепившийся в измученное тело. Ядовитая боль, вгрызающаяся в живот…
– Чёртов американец, – просипел Егерь, стоило видению окончиться. – Все проблемы из-за…
Он вспомнил, что на самом деле послужило причиной его безрассудной атаки. Жгучая ненависть, сводящая с ума жажда крови. Застилающее глаза безумие.
«А может, – в голове мелькнула непривычная Егерю мысль, – оставить этого сосунка на потом и заняться собой? Вдруг получится совладать с внутренним Зверем?»
Он пробежал глазами появившуюся надпись:
Внимание! Выберите класс!
И несмело улыбнулся. Если у него действительно появился шанс сохранить набранную силу и не превратиться в Монстра, он его не упустит! А костоправ… Что ж, костоправ подождёт.
Как он забрался на этот утёс – Ник помнил смутно. Он вообще мало что помнил из событий вчерашнего дня. Кажется, он дошёл до первой попавшейся на пути трещины, в которую смог протиснуться человек, занёс туда Котю и скинул рюкзак.
Сначала он хотел подежурить пару часов, отбиваясь трекинговой палкой от возможных атак скелетов, но после того, как заснул стоя, свалился и чуть не разбил себе нос, передумал.
Пришлось импровизировать.
Воспалённый мозг не придумал ничего лучшего, чем достать из рюкзака спасодеяло и попытаться замаскировать трещину. Слегка намоченная плёнка отвратительно держалась на камне. И Ник, до сих пор мучимый насморком, не соображая, что делает, высморкался прямо на спасодеяло и приклеил его к скале.
К его удивлению, спасодеяло с горем пополам прилипло к камню.
«Теперь я понимаю значение русской фразы – висит как на соплях», – подумал Ник и, забравшись в трещину, отрубился.
Через четыре часа он с трудом открыл слипшиеся глаза и едва слышно застонал от боли в замёрзшем и онемевшем теле. Впившись зубами в свёрнутую верхонку, чтобы, не дай Бог, не выдать себя ни единым звуком, Ник дождался, пока тело отойдёт от тысяч раскалённых игл, и с опаской выглянул из трещины.
Скелетов было штук двадцать, и они бессистемно бродили выше и ниже по тропе.
Шурх-шурх!
Шорох отклеившегося спасодеяла слышен был, казалось, во всех горах. Сердце парня ушло в пятки, и он тут же подхватил прислонённый к скале ледоруб.
Внимание!
За применение запрещённого классу оружия штраф ко всем характеристикам – 10 %
Ник скрипнул зубами и вернул топорик на место. Подхватив вместо ледоруба трекинговые палки, он насторожённо посмотрел наружу. Скелеты, к его облегчению, не обратили на шуршащие звуки никакого внимания.
«Значит, – сделал вывод замёрзший Ник, – они лишены не только обоняния – иначе давно нашли бы меня с Котей в этой трещине – но и слуха».
Чтобы проверить свою теорию, он подобрал валяющийся камень и неуклюже швырнул его в валун.
Дзанг! – камень звонко врезался в валун и отрикошетил вниз – прямо перед тройкой замерших у обрыва скелетов.
На звук мертвяки не обратили никакого внимания, но стоило им увидеть камень, как костлявые не на шутку возбудились и принялись рыскать взад-вперёд по тропинке. Понаблюдав за скелетами ещё некоторое время, парень прикинул свои шансы на победу и хрустнул шеей.
«Let’s go!» (Прим. автора: поехали!) – подумал Ник, расстёгивая рюкзак, доставая оттуда динамо-фонарь и кошки. Фонарь отправился в карман, а кошки Ник негнущимися пальцами с трудом нацепил на ботинки.
Присмотрев плацдарм для обороны, он выскочил с палкой наперевес и тут же столкнул самый любопытный скелет вниз по тропинке.
Послышался грохот костей, и парень на всякий случай оглянулся, ожидая атаки сверху. Но нет, скелеты, для которых Ник находился вне поля зрения, так и остались на своих местах.
«Это будет легко, – мысленно усмехнулся Ник, дрожа от холода и адреналина, – заодно и разомнусь!»
Укрывшись за валуном так, чтобы его не было видно с поднимающейся вверх тропинки, он вышел на тропу войны.
Ник швырял в мертвяков камни, колол трекинговой палкой в светящиеся зелёным глазницы. Дробил ногами рёбра и просто сбивал скелеты с ног. Вот только стальные кошки, пристёгнутые ко всё ещё влажным ботинкам, больше мешали, чем помогали.
Вообще, скелеты представляли собой довольно слаБого противника. Пёрли скопом, мешали друг другу, били медленно и слабо. Ник использовал трекинговую палку, чтобы не подпускать к себе самых резвых, а остальных банально крушил ногами.
Одного удара в таз хватало, чтобы скелет складывался пополам, а палкой, при удачном выпаде прямо в глазницу, удавалось окончательно упокоить мертвяка.
Удар ногой, шаг назад, тычок в лицо самому резвому торопыге, пинок в коленную чашечку и снова удар ногой.
Поначалу пришлось повертеться. Во-первых, слишком далеко отступать было нельзя – не дай Бог, верхние скелеты увидят, что веселье идёт без них. Ну, а во-вторых, мертвяков было слишком много.
В какой-то момент Ник отпустил трекинговую палку, в которую вцепились сразу два скелета, и заработал кулаками. Тонкие флисовые перчатки совершенно не подходили для рукомахательства, но других вариантов у Ника не было.
«Мне бы тактические перчатки дяди с кевларом! – подумал Ник, отбивая себе костяшки об твёрдые черепа мертвяков. – Ну, или кастеты, на крайний случай!»
Он неосознанно захотел убрать боль в руках и машинально попытался перегнать часть внутренней энергии из Муладхары в кулаки.
К его удивлению, у него получилось, и охота превратилась в избиение.
В энергетическом плане от нижней чакры к рукам устремились две светящиеся нити, образовав в кулаках небольшие энергетические сферы. Его руки не начали светиться, но одного прямого удара стало хватать, чтобы зелёные искры гасли в глазницах, и скелет рассыпался ворохом костей.
– О-хо-хо! – азартно крикнул Ник, перебив два десятка скелетов. – Вот это я понимаю – кунг-фу!
Покончив с угрозой снизу, он с любовью посмотрел на свои кулаки и принялся за верхних мертвяков.
Парень ловко уклонялся от медленных ударов и уничтожал скелеты один за другим, максимально используя особенности горной местности.
Увлёкшись, Ник позабыл про усталость и целеустремлённо поднимался вверх, к видневшемуся выше утёсу. Перед глазами всплывали системные уведомления, но он их досадливо смахивал, сосредоточившись на подъёме. Он совершенно точно видел этот утёс в одном из своих снов, и чуть ли не на сто процентов был уверен, что найдёт там подходящую для лагеря пещеру.
В бою Ник действовал, как автомат: уклониться от удара мечом и вырвать костлявую руку из плечевой сумки. Ухватиться за рёбра покалеченного скелета и швырнуть под ноги ещё двум противникам. Шагнуть вперёд и вырвать боевой посох из слабых рук мертвяка.
Посох, в отличие от скелета, сохранился достаточно хорошо. Нижняя часть его была расщеплена, будто кто-то ударил по нему булавой или в него попала молния, но верхняя часть оставалась грозным оружием. По уму, нужно было бы отрубить нижнюю половину, превратив расщеплённый посох в дубинку, но у Ника не было на это времени.
И хоть у него не было навыка владения посохами, но зато Ник был костоправом и в совершенстве знал человеческую анатомию. А хороший глазомер помогал направлять удары в самые уязвимые места.
Рёбра, ключицы, сочленения, локтевые сгибы и коленные чашечки.
Ник работал посохом, как заведённый, до тех пор, пока не иссяк поток жаждущих его крови скелетов. И только когда был добит последний скелет, он устало опустился на усеянный костями снег.
Дико хотелось есть и пить. А ещё хотелось помыться. Голова чесалась так, будто у него завелись вши. А ещё было жарко. Ник покосился на палящее солнце, достал дрожащими руками пластинку сухпайка и с жадностью принялся её разгрызать.
До утёса, который он видел во сне, оставалось идти ещё где-то час-два. До темноты – примерно пять-шесть. Вопрос: сначала дойти до утёса, потратив на подъём и без того невеликие силы, или сначала спуститься за Котей и рюкзаком?
Нику, честно говоря, не нравился ни первый, ни второй. Он бы с большим удовольствием разбил лагерь прямо на этом самом месте и перевёл дух. Но здравый смысл подсказывал, что ночь в горах без укрытия – это прямой путь на небеса.
«Ладно, – подумал Ник, – разберусь с уведомлениями и добегу до утеса. Может, там нет никакого укрытия, и придётся снова мёрзнуть в той трещине!»
Приняв решение, он опёрся спиной на нагретый солнцем валун и развернул свёрнутые сообщения:
Внимание! Вы упокоили нежить (класс: скелет), получено достижение: Охотник на нежить
+ 10 % к урону любой нежити
Внимание! Вы упокоили более десяти представителей нежить (класс: скелет), получен навык: Костолом
+ 15 % к шансу сломать кость противнику
+ 25 % урона дробящим оружием
Внимание! Для восстановления характеристик требуется усиленное питание и покой.
– Покой нам только снится, – усмехнулся Ник, с разочарованием смаргивая сообщения.
Он надеялся, что загадочная Система вернёт ему хотя бы одно очко Выносливости или Силы. Но и так, в принципе, вышло недурно. То-то он так легко расправился со всей этой некрошоблой.
«Интересно, – подумалось ему, – а кулаки и локти считаются дробящим оружием?»
Орудовать расщеплённым посохом, несмотря на его увесистость, Нику не понравилось. Во-первых, он был тяжёлым, во-вторых, застревал в рёбрах, в-третьих, был бесполезен на узких участках тропы.
«Мне нужны кастеты, – сделал вывод парень, – и плотная кожаная куртка с шипами на локтях. Ближний бой – это, конечно, опасно, но в текущей ситуации – лучший выбор».
И вправду, хоть посох и дарил иллюзию силы и безопасности, но лучше всего у Ника получалось орудовать руками и ногами.
Критически посмотрев на расщеплённый посох, который после боя треснул ещё больше, он прислонил его в скале, а сам, с кряхтением поднявшись на ноги, пошёл искать брошенные на тропе трекинговые палки.
Найдя палки и упокоив по пути недобитый скелет, Ник покосился на ослепительно-яркое солнце и зашагал наверх. Он забыл в трещине очки и не намазал лицо защитным кремом, и сейчас пожинал последствия своей дырявой памяти.
«Ладно, – поморщился Ник, – денёк перетерплю».
До утёса он добрался за два часа, упокоив по пути ещё дюжину скелетов. Причём последний чуть было его не убил.
Яркое солнце грело затылок и спину Ника, а лежащий на тропе снег слепил парню глаза, отчего приходилось постоянно жмуриться. Скелет стоял за поворотом и напал сразу же, стоило Нику пройти мимо.
В спину что-то ткнулось, и Ник тут же лягнул нападающего ногой. Усиленный стальными кошками ботинок раздробил нападавшему рёбра, и скелет упал на снег. Ник, развернувшись, с силой наступил на пожелтевшую голень, левую опустил на хрустнувший таз и вбил правую в переносицу мертвяка.
Зелёное свечение в глазницах погасло, и на Ника с запозданием накатил страх.
В руке скелет держал рукоять кинжала с обломившимся почти под корень лезвием. По спине Ника прокатился холодок, а левая рука, выронив трекинговую палку, принялась ощупывать поясницу.
– Твою душу медь, – прошептал парень, которого бросило в жар. – Повезло!
Будь у скелета полноценный кинжал, Ник потерял бы сейчас почку. Но кинжал со сломанным лезвием лишь вспорол пуховую куртку и слегка кольнул кожу.
– Повезло, – повторил Ник, облизнув пересохшие от накатившего волнения губы.
Оставшуюся часть пути он шёл, внимательно смотря по сторонам и проверяя все встречные валуны.
Чтобы попасть на утёс, Нику пришлось снять кошки и, цепляясь за выемки, оБогнуть скалу.
Причём выемки эти были явно рукотворные. Удобные, с выдолбленным углублением для пальцев, находящиеся на одинаковом расстоянии друг от друга. А вот выемок для ноги неизвестные инженеры не предусмотрели. Ботинки Ника несколько раз предательски соскальзывали, и парень повисал на вытянутых руках.
Благо, выемки были широкие, и он продолжал огибать скалу, обходясь силой одних только рук. По спине лился холодный пот, под ногами зло завывал ледяной ветер, правое плечо наливалось пульсирующей болью, но Ник упрямо полз по скале.
Мышцы сводило судорогой, ладони вспотели и начали скользить, ноги безуспешно скребли по отвесной скале. Парень уже попрощался было с жизнью, чувствуя, как правая рука не выдерживает напряжения, как вдруг его нога коснулась края утёса.
Прильнув всем телом к скале, Ник через силу оторвал сведённую судорогой ладонь, шоркнул ею по пуховке, стирая пот, и вцепился в следующую выемку. Перенеся центр тяжести на правую ногу, он бросил тело вправо, чтобы в следующую секунду покатиться по утёсу.
– Фуф, – выдохнул парень, прижимаясь к заснеженной земле. – Чтобы я ещё раз полез на скалу… – он осёкся, вспомнив, что ему как минимум придётся ползти обратно, да ещё и нести на себе Котю с рюкзаком.
– God damn! (Прим. автора: Чёрт возьми!) – ругнулся Ник, с неохотой отрываясь от земли.
Справившись, наконец, с дрожью во всём теле, он оглядел утёс. В глаза сразу же бросились геометрические фигуры, вписанные в несколько кругов, которые не были занесены снегом. Круги были выбиты прямо в камне и, начинаясь у самого края утёса, уходили в тёмный зев пещеры.
Дойдя до края утёса, Ник нашёл вбитое в камень кольцо, к которому была прицеплена синеватая цепь. Заинтересовавшись, парень улёгся на землю и посмотрел вниз. Утёс под острым углом уходил в скалу, а цепь с пристёгнутым к ней ошейником болталась в воздухе.
– М-да, – глубокомысленно изрёк Ник, поднимаясь на ноги, – ладно, глянем, куда идут эти круги.
Сунув руку в карман, он вытащил оттуда динамо-фонарь и, похвалив себя за предусмотрительность, направился к пещере.
Узкий луч искусственного света вспорол темноту, и Ник увидел круглое помещение, в глубине которого вспыхнули две изумрудные искры. Что-то звякнуло, послышался неприятный скрежет, будто кто-то провёл когтями по полу, а динамо-фонарь высветил скелет готовящегося к прыжку зверя.
– Shit! (Прим. автора: Чёрт!) – Ник рванул назад, но запнулся о камень и покатился по земле под цоканье когтей и звон цепи.
– Shit! – прошептал он, глядя на замершую в полуметре пасть с внушительным набором бритвенно-острых зубов. – Ей-Богу, повезло…
Откатившись на всякий случай ещё на пару метров назад, он с силой заработал правой ладонью и посветил на выскочившего из тьмы молчаливого монстра.
Раньше это, судя по длинным клыкам, был кто-то из семейства саблезубых тигров. На шее у него отливал синевой ошейник, от которого скелет пытался избавиться. Пока что ему мешали клыки, но ещё немного – и умертвие обретёт свободу.
Ник в панике посмотрел по сторонам и отступил назад – к центру утёса. Искры в глазницах мёртвого тигра горели в сотни раз ярче, чем у скелетов, когти оставляли на камне внушительные борозды, а скорость, с которой мертвяк преодолел добрый десяток метров, и вовсе потрясала.
Хорошо хоть, время было на стороне Ника, и можно было подумать, куда спрятаться от этого чудовища.
Звяк! – скелет хитро изогнулся и сбил задней лапой ошейник.
Секунда – и костяная гончая с пылающими изумрудом глазницами летит на Ника.
Фонарь полетел в сторону, а сам Ник рванул от умертвия. На глаза попалось вбитое в камень кольцо, и парень, не думая, рыбкой прыгнул с утёса. Прыгнул, не добегая до края и вытянув руки в отчаянной попытке.
Сзади повеяло могильным холодом, а глаза сами собой зажмурились, увидев перед собой ледяную пропасть. Сердце пропустило удар, но Ник всё же успел ухватиться за болтающуюся на ветру цепь.
Мимо всё так же молча пролетел скелет саблезуБого тигра и, извернувшись, царапнул парня по икре. От боли и неожиданности Ник проехался по цепи вниз, отбивая ладони, но в последний момент смог зацепиться за ошейник.
– Да чтоб вас всех! – прокатился по горам полный злости и отчаяния вопль.
Парень продел в ошейник левую руку и вцепился ею в цепь, зажав холодный и жёсткий ошейник подмышкой. Правая рука жутко болела – видимо, связка, не выдержав напряжения, снова порвалась. Левую икру неприятно жгло, и Ник почувствовал, как ботинок заливает кровью.
Согнув ногу, чтобы кровь не текла в обувь, Ник, не в силах больше сдерживаться, разрыдался.
– Ну почему вся эта чертовщина происходит со мной?! – тянул он, уверенный, что никто не видит его позора. – Какого чёрта в книгах и фильмах всё так чертовски просто?! Ненавижу! Как же я вас всех ненавижу!
– НЕ-НА-ВИ-ЖУУУУ! – что было сил проорал парень, чувствуя, как наливаются тяжестью руки, как холодеет разорванная нога, как ледяной ветер забирается под пуховку.
«И зачем мучиться дальше? Нужно всего лишь заставить себя разжать руки, и всё. Эта бесконечная пытка закончится».
«А как же Котя!» – обожгла внезапная мысль.
«Уж он-то точно выберется, – возразил Ник сам себе. – Не то что я… Да и, вообще, что я здесь делаю? К чему я стремлюсь? Добраться до ретранслятора и поменять дебильный класс? Да плевать мне на все эти классы, вместе взятые! Выжить? А для чего я вообще живу? Чего хочу? Всю свою сознательную жизнь бегал от воронок, а сейчас бегу от смерти. Что за жизнь-то такая у меня?!»
Ник зажмурился и попытался вспомнить всё самое хорошее, что было у него в жизни.
Мама с папой. Старшие сёстры. Дядя Юра. Правки. Котя. Вика…
«Так вот же оно, – осенило парня. – Всё, что мне нужно – это небольшой двухэтажный домик, где я буду жить с Викой. Детишки, Котя, аккуратный газон, который я буду каждое утро подстригать. Один гараж для машин и второй, переделанный для приёма посетителей. Зачем ездить по всему миру, если люди сами могут приезжать к тебе? Буду заниматься любимым делом – править людей. Ставить на место кости, избавлять от грыж, стабилизировать осанку и убирать перекосы в пояснице…»
Ник запрокинул голову и посмотрел на ярко-голубое небо. Порыв ветра высушил бегущие по щекам слёзы и попробовал было забраться под куртку.
«Поревел – и хватит! – одёрнул себя Ник. – Заберись на этот чёртов утёс и там уже, если хочешь, рыдай, как девчонка!».
Он шмыгнул носом и выбросил правую руку вверх. Плечо полоснуло болью, но он лишь крепче сжал ладонь и выбросил вверх левую руку. Уцепился, подтянул правую ногу и упёрся ею в ошейник.
– И… раз! – бормотал он себе под нос, перебирая онемевшими от холода руками. – И… два!
Ник не забывал помогать себе ногами, зажимая цепь рифлёными подошвами. Добравшись до утёса, он подтянул ноги повыше и зафиксировал цепь подошвами ботинок. Ухватился левой за торчащее из утёса кольцо и рывком бросил себя вверх и вперёд. Левое плечо прострелило болью, но Нику было плевать. Он лежал на отчего-то тёплом утёсе и счастливо смотрел на небо.
Двухэтажный домик и семья – это, конечно, хорошо, но ещё лучше, что он до сих пор жив! Повалявшись пару минут без движения, Ник опёрся на левую руку, принял сидячее положение и посмотрел на окружающие утёс горы.
Нужно было дообследовать пещеру, сообразить, как вернуться назад и как поднять сюда Котю, но Ник, не отрываясь, смотрел на соседнюю гору. Прямо на склоне, спрятавшись между двух скал, находился храм с заснеженными куполами.
Внимание! Вы нашли легендарное место Порога: «Северная башня»!
Все очевидцы получают + 1 к Выносливости
Текущее значение: 5 (базовое: 8, штраф – 3)
Внимание! Вы прибыли к одному из семи бастионов Порога! Только чистые сердцем и сильные духом защищают Порог от межмирных захватчиков.
Открыта новая характеристика: Стойкость.
Скрытая характеристика Стойкость + 2.
Текущее значение: 2 (базовое: 2)
Несанкционированный доступ к Сети. Немедленно свяжитесь с Орденом Чистоты.
– Так вот ты какая, – Ник жадно впился взглядом в поднимающуюся над храмом серебристую струйку дыма, – Северная башня…
Бесплатный фрагмент закончился.