Это незаконченная книга, которую автор пишет прямо сейчас, выкладывая новые части или главы по мере их завершения.
Книгу нельзя скачать файлом, но можно читать в нашем приложении или онлайн на сайте. Подробнее.
Война – войной, но, как говорится, самое интересное – это разбор трофеев и «полетов», то есть, того, что ты натворил. А натворили мы, и правда, немало. Если бы дед здесь был и увидел, во что превратилось его родовое имение, то он, наверное, словил бы инфаркт.
Я оглядел гостиную, где ещё совсем недавно шла кровавая битва. Теперь здесь царил относительный порядок: мои гвардейцы уже успели убрать трупы, поснимали снаряжение, забрали оружие и прочие трофеи. Но всё равно всё вокруг напоминало последствия недавнего противостояния – выбитые окна, где-то проломленные стены, обвалившиеся потолки.
– Дядь Кирь, – обратился я к Скале, который как раз с энтузиазмом осматривал коллекцию оружия, что когда-то принадлежала герцогу Иванову. В его руках сейчас красовался здоровенный, причудливо изогнутый кинжал с черной рукоятью, украшенный рубинами. – Как думаешь, хватил бы деда инфаркт, если бы он увидел, что мы тут натворили?
Скала, не отрываясь от осмотра, лишь усмехнулся, аккуратно проводя пальцем по лезвию кинжала, проверяя его остроту.
– Я так не думаю, Теодор, – наконец ответил он, откладывая кинжал в сторону и поднимая с пола оброненный кем-то из бойцов боевой топор. – Владимир Григорьевич был человеком боевым, и не такое видел. Я тебе скажу даже больше: эта усадьба при твоём деде, как минимум, два раза видела нечто подобное. В первый раз – когда мы отбивали её у прусских диверсантов, которые решили взорвать главный арсенал, расположенный в подвалах. А второй раз – когда какой-то ушлый аристократ, маг иллюзий, решил захватить её, используя артефактную магию. Но Владимир Григорьевич быстро разобрался с ним.
Скала задумчиво покачал головой, а затем, с лёгкой усмешкой, добавил:
– После этого случая он приказал установить повсюду артефакты, блокирующие магию иллюзий. Сказал, что не хочет больше видеть этих «фокусников».
– Хорошее решение, – кивнул я, прислушиваясь к его рассказу.
Скала, как всегда, был полон историй о моём деде. И каждый раз, когда он начинал говорить о нём, в его глазах появлялся особый блеск – уважение, восхищение, а ещё… тоска по тем временам, когда Род Вавилонских был на вершине славы.
В этот раз я не стал перебивать его, а просто слушал, наблюдая, как мои гвардейцы заканчивают уборку. По такому случаю у меня была идея на заднем дворе выкопать глубокую яму, но сейчас на это попросту не было времени. Поэтому все трупы, как и весь старый хлам, ненужный мусор и прочее, сносились в старое имение по подземным туннелям.
К слову, в моём старом имении ни разу мусор не выносили, а все отходы – как бытовые, так и… гхм… «биологические», просто сваливались в колодец глубиной… в очень глубокий, в общем. Раз в десять лет его просто нужно было утрамбовывать с помощью магии.
– Интересно… – произнёс я, оглядывая одну из комнат, в которой всё было перевёрнуто вверх дном. – Этот дом… я его уже почти не помню.
Скала, стоявший рядом, усмехнулся.
– Да просто он был совсем другой, – пояснил он. – Иванов здесь многое переделал. Вот здесь, – он кивнул на одну из стен, – висела огромная картина – Владимир Григорьевич в полный рост, во всём параде – с медалями, в мундире. А ещё у него в руке был особый клинок, который выдают только лучшим из лучших, по личному распоряжению Императора.
– И где этот клинок сейчас? – с интересом спросил я.
– Хороший вопрос… – Скала задумался. – Когда твой дед умер, твои родители сказали, что похоронили его вместе с ним. Но я так не думаю. Скорее всего, они его продали, – он нахмурился, вспоминая этот момент. – Эта вещь стоила больших денег.
– И сколько именно? – уточнил я.
– За прошлые сто лет таких клинков было выдано всего несколько десятков, все номерные. Меч Владимира Григорьевича имел номер «сорок два», – ответил Скала. – И они не продавались.
– Ну, получается, ты ошибаешься, дядь Кирь, – усмехнулся я. – Мои родители решили иначе.
А про себя подумал, что нужно будет проштудировать этот вопрос и, может, мне где-то удастся найти и вернуть этот меч. Хотя, честно говоря, в успехах этого мероприятия я очень сомневаюсь.
Я ещё раз осмотрел дом, вспоминая своё детство, но так и не смог восстановить в памяти всех деталей. Видимо, Иванов, и правда, тут весьма сильно всё переделал, чтобы ничто не напоминало ему о Вавилонских.
– Дядь Кирь, ты же понимаешь, что твоим гвардейцам сейчас придётся поработать обычными рабочими? – сказал я, оглядывая разгромленные комнаты.
– Да, понимаю, – кивнул Скала. – Без проблем. Всё равно мы уже в деле.
– Я бы вызвал сюда рабочих с фирмы, – задумчиво произнёс я, – но боюсь, что они не справятся. Здесь нужно всё делать деликатно.
– Всё будет сделано, не волнуйся, – Скала хлопнул меня по плечу своей могучей рукой. – Не зря мы столько лет прослужили с твоим дедом.
– Извините, господа, – раздался позади нас спокойный голос Фредерика. – Я тут дворецкий. И это моя работа, – он сделал паузу, и, гордо выпятив грудь, добавил: – Я справлюсь.
– Ты один? – Скала, смерив его взглядом, удивлённо приподнял бровь.
– Не волнуйтесь, полковник, я всё сделаю, – уверенно кивнул Фредерик. – Я привык работать быстро и качественно, – он лукаво улыбнулся.
– А может, – предложил я, – ты вернёшься к своей прежней работе, к убийствам? Как там называлось это элитное подразделение… «Ночные Волки»?
– Нет-нет-нет, господин! – Фредерик отрицательно покачал головой. – Всё это уже в прошлом. Сейчас я мирный дворецкий. Ну… практически мирный.
– Хорошо, – я кивнул ему, – тогда займись, пожалуйста. Я думаю, тебе помогут наши гвардейцы. Нужно собрать все ценные вещи, которые здесь остались. Картины, скульптуры, мебель… И всё, что может пригодиться для восстановления интерьера. А личные вещи Иванова, – я усмехнулся, – я добавлю в будущую галерею поверженных врагов. Есть у меня такая задумка.
– Галерею? – Анастасия, которая всё это время молча наблюдала за нами, с любопытством посмотрела на меня.
– Да, – кивнул я, – это будет коллекция оружия, доспехов и артефактов, которые принадлежали моим врагам.
– А этих… врагов… много будет? – спросила она, с улыбкой глядя на меня.
– Думаю, что достаточно, – ответил я, вспоминая всех своих недавних недоброжелателей, которых накопилось уже приличное количество.
Мы ещё несколько часов провели в имении, раздавая указания, координируя действия гвардейцев, и помогая Фредерику. Я использовал свой Дар, чтобы укрепить стены, восстановить пол, замаскировать следы недавнего боя.
Когда всё было готово, я устало опустился в кресло, которое когда-то принадлежало моему деду. В этот момент на меня нахлынули воспоминания. Я представил, как он сидел здесь, в этой комнате, читал книги, играл в шахматы, размышлял.
«Ну вот, дед, – подумал я про себя, – я выполнил своё обещание. Я вернул твоё наследство. Наше родовое гнездо. Ощущаю ли я себя от этого счастливее? Да, ощущаю».
Архитекторы – очень не любят, когда у них что-то отнимают, особенно что-то значимое, как эта усадьба. Поэтому от проделанной работы я сейчас чувствовал настоящее удовлетворение. Ведь я не просто вернул себе дом. Я вернул часть своего Рода.
На самом деле, у меня были грандиозные планы на это имение. Я хотел полностью перестроить его, сделать ещё более защищённым и неприступным. И всё это, конечно же, я мог бы сделать уже в ближайшие дни. Но сейчас на это просто не было времени. Ведь война в княжестве уже началась, и мне придётся принимать в ней непосредственное участие.
Я встал из кресла и огляделся по сторонам.
– Ладно, – сказал я, обращаясь к Скале. – Собирай всех. Выдвигаемся.
– Всех? – переспросил он, с удивлением глядя на меня.
– Всех, кроме тех, кто сейчас в лавке, – кивнул я. – Борис, – обратился я к своему водителю, – первым делом, закинь Анастасию и Фредерика в лавку. Они сегодня там ночуют.
– Теодор, – возразил Скала, – всё-таки я бы кого-то оставил здесь. Ведь мы только что вернули имение, и не хотелось бы его так просто потерять.
– Думаю, одного бойца будет достаточно, – кивнул я.
– Одного человека? – с удивлением переспросил Скала.
– Да, – сказал я, и щёлкнул пальцами.
В этот момент из подвала, словно призраки, начали подниматься мои големы. Железяка и Глиняная Башка, как всегда, шли впереди. А за ними, словно небольшая армия, тянулись остальные, – каменные болванчики, песчаные паучки, железные крабы.
– Здесь… полторы сотни. Думаю, хватит, – сказал я, с улыбкой наблюдая, как они выстраиваются в боевой порядок.
Скала, глядя на них, не смог сдержать свою улыбку.
– Да уж, Теодор, – произнёс он, – ты меня всё больше и больше удивляешь.
На самом деле, я создал их буквально за несколько часов, вдобавок к тем, что уцелели в ходе сражения. Они были «одноразовыми», и предназначались для того, чтобы отвоевать всего одну битву. Но, учитывая последние события, пришлось «влить» в них больше энергии, чтобы они смогли продержаться ещё, как минимум, несколько дней на охране двух имений.
Я, сделав глубокий вдох, вышел во двор. Энергии оставалось всё меньше, но у меня ещё хватило сил на то, чтобы с помощью магии помочь сгрузить трофейную бронетехнику в подземный гараж. А мои гвардейцы в это время, кто трупы выносил, кто с техникой возился, кто разбирал привезённые ящики с оружием и боеприпасами.
– Готовы? – спросил я, подходя к машине.
Борис, Фредерик и Анастасия кивнули.
– Желаю тебе удачи! – Анастасия, с неподдельной тревогой глядя на меня, подошла ко мне и поцеловала в щёку. – И чтобы ты побыстрее вернулся ко мне…
– Вернусь, – кивнул я, улыбаясь, – не переживай, это даже не обсуждается. Как я могу не вернуться, если мы ещё должны разработать проект нашей будущей спальни? – добавил я, подмигнув ей.
– Не-не-не… – Анастасия погрозила мне пальчиком.
Я даже, грешным делом, подумал, что перегнул палку. Мне-то показалось, что после слов о «нашей кровати» отношения между нами будут развиваться гораздо стремительнее.
Но затем по лицу Анастасии пробежала лёгкая усмешка, и она заявила категоричным тоном:
– Проект буду разрабатывать я. И только я!
Я тяжело вздохнул.
«Ох уж эти женщины! – подумал я про себя. – Страшнее архитектора может быть только женщина-архитектор. И пусть она не по титулу, но по диплому».
Борис увёз Анастасию и Фредерика в лавку, а я, оставшись со Скалой, пошёл в переговорный пункт, который мои люди развернули прямо посреди гостиной дома.
– Какой расклад, дядь Кирь? – спросил я, глядя на карту, которая была развёрнута на столе.
– Расклад такой: Австро-Венгрия ведёт обстрел Лихтенштейна. На границе стягиваются войска. Мелкие стычки уже идут. Они, скорее всего, прощупывают почву.
– И что, – спросил я, – много аристократов вписалось?
– Не то, чтобы много, – Скала пожал плечами, – но… все самые «сладкие» места уже заняты.
– Самые «сладкие»? – я рассмеялся. – Дай угадаю: там, где менее опасно?
– Ну да, – кивнул Скала. – Смотри, есть три варианта, которые нам могут подойти.
Он начал объяснять, перечисляя преимущества каждого из направлений. Но я, не дожидаясь пока он закончит, указал пальцем на труднопроходимую горную местность, расположенную на границе с Австро-Венгрией.
– Вот сюда! – сказал я.
– Ты уверен? – с удивлением спросил Скала. – Там идут самые кровопролитные бои. Австро-Венгрия заняла те горы, и сейчас перекидывает по ним свои пешие войска. Там виконт Рогов. Они там с большими потерями отступают. Ты уверен, что нам нужно такое направление?
– Ну, конечно, уверен, – улыбнулся я, – эти горы и станут одной большой безымянной могилой для наших противников.
Я стоял на вершине огромной каменной башни, которую сам же и создал всего несколько минут назад, и с помощью старенького, но мощного армейского бинокля, внимательно осматривал поле боя, раскинувшееся передо мной. Скала, который, опасливо поглядывая вниз, стоял рядом, с нескрываемым любопытством наблюдал за моими действиями.
– Я не понимаю, – покачал я головой, опуская бинокль. – Как они умудрились сюда пробраться? Даже специально пропустить такое количество людей было бы сложно.
Не знаю, как это назвать: халатностью, подкупом или умышленным вредительством, но факт остаётся фактом – австро-венгерские войска уже заняли часть княжества. Они, словно грибы после дождя, появились из ниоткуда, быстро и бесшумно заняв позиции на склонах гор.
– Наверное, кто-то их пропустил, – предположил Скала, сжимая кулаки. – Либо на границе кто-то продался, либо…
Он не договорил, но я понял, о чём он подумал – среди тех, кто должен был защищать княжество, были не только наши войска, но и гвардия местных Родов. И кто знает… Возможно, кто-то из них решил переметнуться на сторону противника.
Эта мысль была неприятной, но не неожиданной. Уже давно ходят слухи, что многие аристократы Лихтенштейна, недовольные политикой Империи, были готовы поддержать Австро-Венгрию. И теперь, когда война началась, их предательство стало очевидным.
Но сейчас было не время для размышлений. Нужно действовать. И действовать очень быстро.
В этот момент что-то просвистело в воздухе, и внизу, в основании башни, раздался оглушительный грохот. Скала вздрогнул, но я, не обращая внимания на взрыв, спокойно сказал:
– Не переживай, дядя Кирь, она крепкая.
Я ещё раз поднял бинокль и внимательно осмотрел местность.
– Ага, вижу, – пробормотал я, заметив на одном из склонов гор вражескую артиллерийскую установку.
Я присел и прислонил руку к каменной поверхности башни, а затем сконцентрировался на своей силе. В следующее мгновение, прямо передо мной, начало формироваться тяжёлое каменное копьё, которое с каждым движением моих рук становилось всё больше и больше.
Каменное копьё, послушно подчинившись моей воле, зависло на уровне моей груди. Я, используя свой Дар, ещё раз проверил цель, а затем, сделав несколько пассов руками, с силой оттолкнул его, словно баскетбольный мяч. Копьё, со свистом рассекая воздух, взмыло вверх и, пролетев несколько километров, с грохотом рухнуло на вражескую пушку, разнося её на мелкие осколки.
– Одну пушку уничтожил! – с удовлетворением отметил я.
Скала, не отрываясь, смотрел в бинокль, а затем, опустив его, покачал головой и сказал:
– Удивительный ты человек, Теодор!
– Ты так думаешь? – усмехнулся я.
– Не думаю, я уверен, – Скала кивнул. – Ты, наверное, не понимаешь, что только что сделал. Ведь противник уже успел окопаться и замаскировать свои огневые точки. Даже опытный разведчик, используя самую современную технику, не смог бы так быстро их обнаружить. А ты… Ты пришёл сюда, воздвиг гигантскую непробиваемую башню, и за несколько минут уничтожил установку противника.
– Ну да! – пожал я плечами. – А как по-другому?
Скала, не отвечая, задумчиво посмотрел на меня.
В этот момент в нашу сторону полетели пули. Я, не теряя времени, остановил их в воздухе и, изменив траекторию полёта, разбросал по сторонам.
– Их снайперы работают, – сказал я, прищурившись.
Скала, щёлкнув предохранителем, снял с плеча свою верную снайперскую винтовку.
– Прикроешь? – спросил он, ловко перещёлкивая затвор.
– Конечно, можешь начинать отрабатывать, – кивнул я.
Скала, прильнув к прицелу, начал методично отстреливать вражеских стрелков на указанных мной позициях.
Мысли лихорадочно метались в моей голове. Ситуация выходила из-под контроля. Я даже насладиться моментом захвата родового имения не успел, а уже пришлось заниматься более важными делами.
Приказ императора – есть приказ. И, даже если я не хотел его выполнять, у меня не было выбора. Последствия могли быть серьёзными – не только для меня, но и для всего Рода Вавилонских.
Ведь если даже межродовые войны, по личному распоряжению императора Николая Александровича, были прекращены, значит, ситуация в княжестве – действительно критическая.
Сейчас я смотрел на поле боя и видел огромное количество людей. Они заняли позиции на горах, используя все преимущества местности, установили миномётные расчёты, артиллерию, зенитки, и даже одну систему ПВО, которую я, к сожалению, сейчас достать не мог – она находилась за горой, чтобы в случае необходимости перехватывать цели, летящие в сторону Австро-Венгрии.
И против всей этой армады у меня – только я и горстка моих гвардейцев.
Я покачал головой, глядя на это, и подумал: «Нужно срочно увеличивать гвардию. Возможно, в ближайшее время это будет сделать не так сложно, учитывая, что война – это не только кровь, пот и смерть, но ещё и деньги. И зачастую – огромные деньги. Они привлекают разных искателей удачи, которые могут прибыть сюда в поисках заработка. Если подсуетиться, можно набрать себе приличную армию».
Ещё раз я глубоко вздохнул, и посмеялся про себя: «Уже третий раз томно вздыхаю, но ситуация от этого не меняется. Наверное, это не помогает».
Не весь мой бизнес будет процветать во время войны и после её окончания. Для строительной фирмы война – это, конечно, хорошие перспективы. А вот для моей лавки… Тут я пока не совсем понимал, хорошо это или плохо. Как бы смешно это ни выглядело, но моя строительная компания «Созидатель» приносила меньше денег, чем лавка. Возможно, это даже не странно, если учитывать, что лавка сейчас приносила мне больше удовольствия. В своём прошлом мире я постоянно что-то строил, а вот владеть лавкой – это что-то новое и интересное для меня.
Пока я размышлял, продолжал сдерживать все выстрелы, которые летели в сторону Скалы. Светать будет только через два часа. А поскольку мы собирались очень быстро, и времени не было на нормальные сборы, у дяди Кирилла нет сейчас прибора ночного видения. Поэтому я сам корректировал некоторые пули, которые выпускал Скала, меняя их траекторию, чтобы они попадали точно в цели. Но долго так продолжаться не могло.
Мысли мои прервал внезапный грохот – в нашу башню угодил какой-то чертовски мощный снаряд. Я опустил бинокль и осмотрелся.
– Что за чертовщина? – обеспокоено спросил Скала.
Активировав свой Дар, я просканировал местность.
– Кажется, – с досадой покачал головой, – они притащили сюда какую-то вундервафлю, плюющуюся огненными шарами.
Мы оба посмотрели в сторону, откуда раздался грохот. Там, на склоне горы, окутанный клубами чёрного дыма, стоял огнемётная самоходная артустановка, из жерла которого вырывались языки пламени.
– Это «Саламандра», – объяснил Скала, вглядываясь в очертания вражеской машины. – Экспериментальная САУ, стреляющая сгустками плазмы. Её огневая мощь в несколько раз превосходит обычные танки. Каждый выстрел – это шар раскалённой плазмы, вызывающий мощный термический удар.
Я быстро оценил ситуацию. Несмотря на то, что первый заряд угодил гораздо ниже наших позиций, всё равно такое оружие могло полностью изменить ход сражения не в нашу пользу. Отчаявшись поразить нас простыми пулями, противник решил превратить нашу башню в пылающий «факел», поджарив всех, кто находился внутри.
– Нужно его уничтожить, – сказал я. – Иначе он нам всем тут устроит ад.
– Легко сказать, – покачал головой Скала. – Его броня усилена артефактами. Наши пушки его не возьмут. А подходить ближе – самоубийство.
– Что ж, – хмыкнул я, – придётся использовать «тяжёлую артиллерию».
Я прислонил ладонь к камню и начал концентрировать свою силу. Энергия, словно мощный поток, хлынула в меня. На этот раз я решил не мелочиться.
В этот момент земля под танком «Саламандра» начала проваливаться. Тяжёлая машина, потеряв опору, накренилась набок, словно бумажная игрушка.
– Давай ещё! – крикнул Скала, с азартом наблюдая за происходящим.
Я щёлкнул пальцами, и из-под земли вырвались каменные «щупальца», которые, будто живые существа, обхватили танк, сжимая его в своих тисках. Сталь начала сминаться, и танк, не выдержав давления, развалился на части.
– Отлично! – Скала с восторгом хлопнул меня по плечу. – Вот это я понимаю – «тяжёлая артиллерия»!
Я устало выдохнул, чувствуя, как силы покидают меня.
– Мне нужно немного отдохнуть, – сказал я, присаживаясь на каменный пол.
– Отдыхай, – кивнул Скала, – а я пока поработаю.
Он вскинул винтовку и продолжил методично отстреливать снайперов.
Мои люди, под командованием Бурана, сейчас занимали позицию на другом склоне, чтобы оттуда начать контрнаступление. Часть Лихтенштейна уже была занята противником – небольшая часть, которую можно было пройти пешком за десять минут.
Виконт Рогов, который должен был защищать этот участок, оставил свои позиции и бежал вместе со своими людьми. Они, видимо, рассчитывали, что прибудут первыми в точку, где нет врага, думая, что из-за гор здесь будет меньше всего противников или их вовсе не будет. Но они встретили здесь австро-венгров, и завязалась такая заварушка, что, когда с виконтом попытались связаться, чтобы узнать обстановку, он даже трубку не взял.