Джозеф обнаружил себя вновь у костра.
«Фух!»
– Ты… серьезно? – убийца покраснел.
«Боже, да он девственник!»
– Абсолютно. Я расскажу тебе историю. Если ты признаешь её страшной, я с тобой пересплю.
– И ты ничего не попросишь взамен?
– Нет.
– И это не подстава в стиле «но, вот только дай мне свою способность рассказывать истории, чтобы она была такой же страшной, как твои»?
– Нет, потому что ты и так дал мне её, когда использовал на мне! – рассмеялся Андерсон.
– Что?..
И вот, один гнойный уродец оказался прямо посреди ледяной пустоши. Холод пронизывал его одетое в одежды южан тело. Вокруг была лишь снежная пустота. И звездное небо над головой.
– Так нечестно! Тут нет страшных противников! Тут только холод!
Да, и абсолютная пустота вокруг. Можешь идти в любую сторону. Повсюду лишь пустота. И холод, что с каждой минутой крепнет все сильнее. У тебя начали отмерзать пальцы. Ты дуешь на них изо всех сил!..
– Ты не можешь управлять моими поступками в своей истории!
Да, пожалуйста! Делай что хочешь. Вокруг пустота. И температура, что опускается каждую минуту все ниже и ниже. Через час там станет холоднее, чем в ледяном аду. И ты умрешь. Этот час можешь делать, что угодно. В мире, где есть лишь снег и ветер не из чего сделать костер, чтобы согреться.
– Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет!
Как и ожидал Джозеф, уродец умер где-то через час. Его посиневшее от холода тело возникло у костра.
– Отлично, хотя в следующий раз нужно сразу отправлять в космос без скафандра, – сказал вслух Джозеф, возвращая себе собственное обличье, – надо бы выпить крови, пока проклятье за это колдовство не накрыло меня…
– Можете не спешить, – из-за дерева вышел Фергюссон.
– Фрэнк? Что ты тут делаешь?
– Понимаете, агент Андерсон, благодаря своему умению перенимать чужие способности, вы теперь можете создавать новые реальности. А руководство в этом совсем не заинтересовано, – сказал Фрэнк и всадил Джозефу пулю в голову.
Затем он достал мобильник и набрал номер.
– Задание выполнено, господин Куратор!
– Мистер Куратор, не люблю, когда меня называют «господин». Хорошо, теперь вы занимаете то место в нашей иерархии, которое занимал агент Андерсон. Как доедете до города, заскочите в круглосуточный фаст-фуд, что у самого вокзала. Я вручу вам ваше новое задание, – Куратор повесил трубку.
«Наконец-то я свалю из этого гнилого болота», – подумал Фрэнк и, размяв спину, пошел в машину.
Фейдерштейн испуганно вцепился в спину Ракши.
Байкерша, несомненно, была столь же крута, как и красива. Это Эрик понял с первого взгляда. Высокая брюнетка в косухе, кожаных штанах, темных очках и черной бандане с узором в виде Желтых Знаков буквально излучала ауру крутости.
Но заключая контракт с Джокером, некромант не предполагал, что под «наш человек обеспечит вашу охрану и транспортировку до Луизианы» имеется ввиду, что полоумная байкерша будет вести его на своем байке через всю Америку (реально через всю, штаты Вашингтон и Луизина практически в противоположных концах!) на скорости, превышающей все разумные пределы!
То, что она сразу же популярно объяснила ему, что сделает с ним, если его стошнит во время поездки, так же не добавляло ему душевного комфорта. Впрочем, её убедительность поразительно подействовала на его организм – его не тошнило до самого прибытия в пункт назначения. Зато, едва они подъехали, и он встал с байка, его вывернуло так, как не выворачивало никогда в жизни.
Когда он вернулся в реальность, Ракша беззлобно переругивалась о чем-то с какой-то шлюхой в латексном фетиш-костюме монашки. Впрочем, едва он на них посмотрел, Ракша повернулась к нему и сказала:
– Короче, сестра Мария, это Эрик Фейдерштейн, Эрик Фейдерштейн, это сестра Мария. Теперь она – твоя нянька, а он – твой геморрой.
– Я думал, вы меня будете охранять до конца операции?
– Делать мне больше нечего. Я обеспечивала транспортировку и охрану до Луизианы. Она обеспечит охрану на кладбище. А я проводить ночь на кладбище, где орудует некромант, не нанималась, да и не наймусь ни за какие шиши! Короче, теперь ты – её.
– Развлечемся, детка? – улыбнулась монашка.
– А как же я доеду обратно до Сиэтла?
– Вопрос к нанимателю, а не ко мне, – сказала Ракша и, вскочив на байк, оставила за собой лишь облако пыли.
– Ладно, черт с ней. Ты уже нашла могилу этого самого Джозефа Андерсона, которого мне предстоит оживить?
Ракша направлялась в родной Детройт, но по дороге решила заскочить в Чикаго. Во-первых, уже опускалась ночь, а во-вторых, в Чикаго было куда больше возможностей потратить заработанные деньги. Увы, все эти кризисы больно ударили по Детройту, почти все позакрывалось. Темные дела, конечно, стало вести по-проще, но надо же где-то тратить заработанное на этих темных делишках?
Она поехала в бар Великана. Великан помимо того, что был крутым мафиози, так же являлся могущественным чародеем, а потому в его баре всегда было много непростых личностей. Да и инквизов можно было не бояться, у него с ними был мир, а потому в его бар они не совались. А если и совались, то не по души таких, как Ракша.
Она, как и всегда, заказала «Адское Пламя», посмотрев при этом на бармена с приспущенным очками, чтобы увидев её глаза, он понял, что она из тех клиентов, которым можно заказывать особые коктейли.
– Что пьешь, красотка? – начал под неё подкатывать какой-то латинос.
Парень был довольно симпатичным, лет двадцати на вид, с крутыми татуировками. Его зеленые глаза напоминали колумбийские изумруды, тем более, что судя по всему, он и был колумбийцем. Впрочем, то, что он не опознал «Адское Пламя», да и сам потягивал «Кровавую Мэри» по обычному, а не по особому рецепту, говорило о том, что это обычный человек. С другой стороны, сегодня Ракше хотелось быть хищницей, так что хотя обычные люди не могут в сексе многих сногсшибательных вещей, возможно, сегодня та ночь, когда именно это нужно Ракше.
«По крайней мере, не выкинет какой-нибудь фортель, вроде того придурка, что месяц назад решил внезапно превратить свой орган в щупальца», – подумала она и ответила, хищно улыбнувшись:
– Напиток, что не дает мне умереть со скуки.
– Тебе скучно? Тогда я очень удачно подошел, так как в этом баре нет лучшего специалиста по развлечениям, чем я, – ухмыльнулся колумбиец и многозначительно показал изнанку своей куртки.
«Да, точно колумбиец».
– Это очень милые развлечения, и я бы купила у тебя что-нибудь, но, честно говоря, я воспринимаю это скорее, как дополнение к развлечению, чем как само развлечение, – Ракша резко припала грудью к колумбийцу, схватив его за грудки, – ты ведь специалист по разным развлечениям?
Вдохнув кокс, они занялись бурным сексом в туалетной кабинке.
– Может снимешь очки?
– Мне так больше нравиться, детка!
Вдруг, во время бурного поцелуя, колумбиец случайно стащил с её головы бандану.
– Твою мать, что это за хрень?! – закричал он, увидев в её волосах маленькие оленьи рожки.
– Ох, жаль, ты чуток раньше положенного, – наигранно погруснев, Ракша сняла очки и посмотрела на колумбийца своими желтыми змеиными глазами, – ну, что же, развлекусь иначе! – её ощетинившаяся нечеловеческими клыками пасть впилась ему в горло, и Ракша начала терзать несчастного.
– Каролина Персефона Худ, более известная, как Ракша! – произнес Великан, когда её, не смотря на отчаянное сопротивление, привели в его кабинет.
– Ещё раз назовешь мое документальное имя, я тебя укорочу до размера обычного человека! Меня зовут Ракша, урод! – заорала она, пока её приковывали к креслу.
– Я бы сказал «хотелось бы на это посмотреть», но я видел это так много раз, что уже просто скучно. А исход один – после очередной неудачной попытки, я ломал горе-укоротителю позвоночник в трех местах одним легким движением левой руки.
– Выпусти меня, жирный козел!
– Заткните её, меня это здорово утомляет, – устало приказал Великан, и Ракше заткнули рот кляпом. Впрочем, возмущенно мычать и гневно смотреть на Великана своими змеиными глазами она не перестала.
– Итак, давай перейдем к делам. И, на твоем месте, вместо того, чтобы бессмысленно тратить силы на это забавное мычание, я бы обратился в слух, так как от моих слов сейчас зависит твоя жизнь.
Ты убила смертного в моем баре. Хотя могла просто заказать крови у бармена, по моим данным, с деньгами у тебя сейчас все отлично. Но, нет, вам, шабашитам же вечно хочется сотворить какую-нибудь хрень!
И все было бы просто прекрасно, если бы не мой договор с Догмой. И теперь мне придется потратить кучу ресурсов, чтобы замять это дело. А я очень не люблю тратить ресурсы, ты меня понимаешь?
Ракша продолжала нечленораздельно поливать его проклятиями через кляп.
– Я бы пустил тебя в расход, но тебе дико повезло, – вот тут Ракша действительно обратилась в слух и стала внимательно слушать, – выньте у неё кляп.
– Спасибо.
– Не за что. Так вот, я прощу тебе твой долг, если ты выполнишь для меня одно задание. Как ты знаешь, у меня договор с Догмой.
– Я понятия не имею, что ты называешь «Догмой». Это вы, умники, вечно пытаетесь выдумать всякие термины, объединить, классифицировать. Нас вон Шабашем называете, хотя, твою же мать, мы даже единой организацией не являемся, так, толпа разрозненных отморозков, считающих, что не нам с нашей силой бояться людей.
– Я так называю организацию охотников на таких, как вы.
– Организацию, тоже мне! Сотни, если не тысячи, разрозненных конторок с религией головного мозга, а иногда и без оной, из которых хорошо, если половина хоть как-то координирует свои действия друг с другом!
– Будешь тратить мое время на бессмысленные разговоры, прикажу заткнуть тебя снова.
Ракша притихла.
– Так вот, мои договоренности с ними, скажем так, связывают мне руки. И хотя безопасность моего бизнеса от их внимания вещь полезная и здорово экономит ресурсы, связанность рук в некоторых делах больно бьет по моим прибылям… Короче, мне нужно, чтобы ты доставила кое-какой груз в Бостон.
– Всего-то? Говно вопрос!
– Хорошо, условие всего одно – не смотреть, что ты везешь. И да, будь готова, груз попытаются отбить. Ну и, разумеется, нигде и никогда не должно всплыть, что нанимателем был я.
– Вот чисто из любопытства, а как же ты это проверишь?
– Ну, после доставки груза тебе затрут память. Если ты откроешь груз, в Бостоне опять-таки об этом узнают, как и если слух о моем участии поднимется раньше твоего прибытия.
– А что мне помешает просто свалить с этим грузом?
– О, отличный вопрос! Парни, тащите это сюда!
– Что за?… – начала кричать Ракша, когда на неё начали надевать какой-то ошейник.
– Замечательная штука. Догма заказала мне разработку. Нейтрализует действие выпиваемой носителем ошейника крови. То есть, пьешь ты кровь, пьешь, а проклятье все равно действует.
– Твою мать, ты совсем охренел, ты вообще понимаешь, как часто мне придется колдовать в дороге, если, как ты сказал, груз попытаются отбить?!
– Не то, чтобы это мои проблемы, сколько у тебя появится бородавок к концу пути, – усмехнулся Великан, – все равно, отказаться от работы ты не сможешь, иначе останешься в ошейнике навечно! Снять его, кстати, без ключа невозможно физически. И да, дабы ты не выкинула какой-нибудь фортель, когда мы тебя отцепим от кресла, уведомляю тебя о том, что ключ от ошейника в Бостоне. Ну, что же, ребята, отковывайте её!
Сказать, что Ракша была зла, это не сказать ничего. Она чувствовала себя вулканом, чье жерло заткнули пробкой перед извержением, и теперь лава копится и копится…
«Ладно, хорошо хоть, этот блокиратор сделали в виде ошейника, а не пояса верности или анальной пробки», – ухмыльнулась она про себя, чтобы хоть как-то разбавить гнев. Все равно он в этой ситуации не поможет, а ей сейчас нужна предельная концентрация.
Надежно прикрепив контейнер с грузом к своему байку, она помчалась в ночь.
Напали на неё в районе Кливленда.
Она ехала на полной скорости, когда кто-то телекинезом перевернул её байк.
«Хорошо, что моя регенерация – это волшебство, а не колдовство, а то бы после такого у меня по меньшей мере хвост бы вырос!» – подумала она, поднимаясь.
К ней приближалась до боли знакомая парочка. Бородатый толстяк в смокинге, цилиндре и красной рубашке, что отвратительно не сочеталась с его мертвецкой бледнотой, прихрамывал, опираясь на лопату, что заменяла ему трость. Чернявый метис в косухе и с щетиной, что начинала переходить в бороду, но ещё была щетиной, улыбался своей пастью начавшей трансформироваться в волчью.
Луи Гробовщик и Жан-Поль Зверь, более известные, как Луизианская Парочка. Ракше приходилось иметь с ними дела раньше, как сотрудничая, так и конкурируя, а иногда, как сейчас, и противостоя.
Луи был редким случаем ведьмака-мужчины. Его семья, будучи луизианскими плантаторами, так много поколений занималась самыми мрачными видами колдовства, что проклятье передалось и на мужскую линию тоже. Из-за этого он очень рано начал пить кровь. Впрочем, он все равно завидовал своему старшему брату, который родился без врожденного проклятия. А потому в определенный момент убил брата и его жену. Когда это вскрылось, семья похоронила Луи заживо. К счастью, колдовство и помощь Жан-Поля помогли ему выбраться из могилы и сбежать, подавшись на вольные хлеба.
Жан-Поль же был оборотнем каджунско-чарокского происхождения. Семья Луи часто нанимала его для разных грязных дел, но особенно ему нравилось иметь дела с Луи, ведь тот сам будучи изгоем (передача ведьминого проклятия по мужской линии свидетельствует о скорой трансформации семьи в Прекрасный Народ, и из-за этой плохой новости Луи недолюбливали с самого рождения) относился к нему без высокомерия и даже, напротив, с уважением. Поэтому Жан-Поль помог Луи спастись и они стали партнерами.
– О, Ракша, ты! Прости, знал бы, что на байке столь прекрасная дама, как ты, остановил бы тебя нежнее, о, темная валькирия дорог! – как всегда витиевато высказался Луи, – честно говоря, необходимость борьбы с такой прелестной особой как ты, доставляет мне ужасные душевные муки, может ты отдашь нам этот груз миром?
– Пошел к черту!
– Кончаем её без лишних разговоров, – рявкнул Жан-Поль, окончательно приняв волчью форму и бросившись на Ракшу.
Ракша из-за ошейника решила до упора не использовать колдовство, а потому выхватила из сиденья байка купленный у одного чародея топор и рубанула им по оборотню.
Тот отскочил, схватившись за раненный бок.
– Заговоренное серебро, твою мать?! – провыл он.
– Очень невежливо с твоей стороны, Ракша, так поступать со старинными друзьями, мне же потом его латать, ты понимаешь, сколько невинных девочек ты вынуждаешь меня зарезать, чтобы заживить нанесенные тобой Жан-Полю раны? Тем более, это все равно не спасет тебя, моя милая, ты же понимаешь, что я фехтую лопатой гораздо лучше, чем ты топором, а она не менее зачарована?
– Да, но вряд ли она умеет делать так, – Ракша перевернула топор и из его топорища выдвинулось дуло. Нажав на рычажок, она выпустила по Гробовщику дробь, так же из заговоренного серебра.
– Тварь!!! – заорал Луи, – учти, больше я никогда не буду платить за тебя в ресторане на свиданиях!
– Мы начинали встречаться трижды и я не уверена, что четвертый раз когда-нибудь наступит, – отрезала Ракша, садясь на байк.
Но не успела она проехать и пары метров, как в неё влетел Жан-Поль.
– Волчару так просто не завалишь, особенно, если он на половину каджун! – прорычал он, придавив её лапами к земле, – Луи, как отойдешь от дроби, забирай груз! – крикнул оборотень партнеру, не выходя из волчьей формы, – ну что, детка, тебя изуродовать или изнасиловать?
– Ни то, ни другое, – проорала Ракша, оттолкнув его огромным разрядом электричества. На то, что от этого её рожки вырастут раза в два, ей было плевать.
Но не успела она подняться на ноги, как её оглушил удар лопатой по голове.
Ракша очнулась связанной и с кляпом во рту. Жан-Поль, перекинув её через плечо, куда-то её нес. Она начала мычать и выворачиваться, но он больно впился в неё когтями.
– Потише там, а то отгрызу твое милое личико! – прорычал он.
– Жан-Поль, твоя манера общения с дамами нагоняет на меня тоску и почти что экзистенциальную боль, – пожаловался Луи.
– Молчал бы! Вечно у нас из-за твоей сентиментальности лишний геморрой! Вот какого черта мы её тащим с собой?
– Ну, если бы мы её просто оставили там, придя в себя она бы отправилась за нами в погоню и доставила бы лишних проблем. А убивать… Слушай, ну у нас же столько общих воспоминаний!
– Если бы ты не был так крут, я бы тебя загрыз за твои тараканы.
– Да ладно тебе, зато, получив плату от клиента, сможем с ней поразвлечься!
– Я, кстати, говорил тебе, что мне до чертиков не нравиться наш наниматель?
– Слушай, в нашем бизнесе нанимателей не выбирают! Так, вот и назначенное место! Клади её сюда и доставай пока ром. А я костер сейчас разожгу.
Луи разжег костер и парни начали пить ром, обсуждая позы, в которых они развлекутся с Ракшей, и посмеиваясь над её возмущенным мычанием. Где-то через полчаса пришел тот, кто, видимо, был их заказчиком.
Это был крупный мужчина с ледяными глазами, в деловом костюме и кожаных перчатках. На плече у него висел портфель, через левую руку был перекинут плащ-пыльник.
– Рад вас видеть, джентльмены! Судя по тому, что я вижу курьершу, вы успешно захватили груз. Кстати, зачем вы её саму с собой притащили?
– Не твое дело. Где деньги?
– Сначала я бы хотел увидеть груз.
Луи достал контейнер.
– Открыть?
– Не стоит, я и так чувствую, что это он.
– Где деньги?
– Боюсь, мое руководство сочло, что не желает платить такому отребью, как вы. В общем-то, борьба с таким отребьем, как вы и эта милая девушка – одна из моих многочисленных обязанностей.
– ЧТО?! – Жан-Поль перекинулся в волка.
– О, не думаю, – ответил мужчина с ледяными глазами и щелкнул пальцами.
Рядом с ним село два черных вертолета и из них выскочили люди в черной спецназовской форме без опознавательных знаков. Ракша готова была поклясться, что не слышала звук лопастей, когда вертолеты подлетали.
– Черные вертолеты?! Кто ты вообще такой?!
– Такие, как я, не пользуются именами. Зачистить их! – прокричал он, и спецназ начал пальбу.
«Почем он не боится, что попадут по нему?» – непроизвольно подумала Ракша, когда её схватил в охапку Луи, держащий в другой руке контейнер. Вместе с Жан-Полем, что так и остался в звериной форме, они понеслись от пуль в ночь.
Силой мысли Луи прямо на ходу превратил веревки в тлен.
– Придурок! – закричала Ракша, вынув кляп, когда Гробовщик поставил её на землю.
– Меньше слов, больше бега! – проорал он, и они втроем продолжили убегать от армии спецназовцев, что продолжали по ним стрелять.
– Кто это вообще такие?! – прорычал Жан-Поль.
– Я откуда знаю, к каким уродам вы нанимаетесь, придурки?! – прокричала на бегу Ракша, увернувшись от очередной пули.
– А я тебе говорил, что этот урод мне не нравиться!
– В нашем бизнесе всегда есть риск напороться на неадекватного клиента! Этот хотя бы не пытается нас изнасиловать!
Ракша и Жан-Поль непроизвольно усмехнулись, вспомнив тот случай.
– Ракша, ты ещё не забыла колдовство тленного тумана? – проорал Луи.
– По ряду причин, я бы не хотела сейчас колдовать!
– Женщины, все приходиться делать самому! – Луи взмахнул рукой, и за спиной беглецов появился туман.
Из тумана начали раздаваться крики гниющих заживо спецназовцев.
– Это их задержит, но того мужика остановит вряд ли, так что ходу-ходу-ходу!
Они сидели в фаст-фуде, и Ракша обрисовала им вкратце ситуацию, не называя, впрочем, имени нанимателя по названной ею причине.
– Н-да, дела не очень хороши. Ладно, мы тебя подставили, так что поможем тебе добраться до Бостона бесплатно!
– Ага, хоть этому немигающему уроду подгадим! Кто он вообще такой?!
– Он, как ты помнишь, не представился… Н-да, пора уже приучить себя наводить справки о клиентах.
– Сам понимаешь, многих из них это отпугнет.
– Обсудим эту дилемму в другой раз. Ладно, давайте перейдем к нашим делам. На сколько я помню, твоя способность призывать байк чародейской природы, а не колдовской, так ведь, Ракша?
– Да, он уже едет. Будет минут через пять-десять.
– Хорошо, тогда действуем по схеме «Зачем тебе такие зубы»?
– Ага, оптимально. Что, моей спине опять тащит твое жирное тело?
– Парни, я вам говорила, что ваша манера поездок Гробовщика верхом на Звере очень гейская? Купили бы себе уже машину!
– Это не так стильно! Ты что? Верхом на волке, да в одежде гробовщика, я же прямо реально колдун-колдун!
– Просто он жмот, и ему не жалко мою спину, в отличие от денег на машину, – отрезал Жан-Поль, доедая очередную куриную ножку.
– Ничего вы не понимаете! Ладно, окей, доедаем и помчались!
Агент Фергюссон был напряжен. На задание его выцепили неожиданно, без предупреждения и подготовки, а он этого не любил. И хотя ему дали в помощь отряд спецназа, ему все равно чертовски это все не нравилось.
– Так, короче, парни, главное – это девчонка на байке. Если остальная парочка свалит, то и фиг бы с ними, в другой раз поймаем. И да, никому не трогать груз, руководство поручило мне взять его лично и не отпускать, пока не передам его им. Всем все ясно?
– Да, сэр!
– Отлично! А вот и наша девчонка. Хм, похоже эти двое уже её бросили. Ожидаемо.
К ним действительно на полной скорости неслась байкерша. Остановившись в нескольких десятков метров от заградителей, она достала УЗИ и начала пальбу по ним. Они открыли ответный огонь.
– Агент Фергюссон, справа пробежал волк, верхом на котором был колдун!
– Черт с ними, главное девчонка! Пугните их парой выстрелов, если попытаются ударить в спину. Но главное, это байкерша!
Вдруг, спустя минут пятнадцать от начала перестрелки, девчонка начала резко толстеть, а её байк покрываться шерстью. Через минуту Луи и Жан-Поль, приняв свой истинный облик побежали куда подальше со всех ног.
– Твою мать! В погоню за девчонкой! – заорал агент Фергюссон, но в этот момент его и спецназ накрыло тленным туманом.
Принимающий груз человек был похож на Киану Ривза. Да и одет он был как известный персонаж этого актера. На шее у него висел кулон в виде стилизованного под микросхему паука на паутине.
– Это вам я должна отдать этот чертов контейнер?
– Да. Я бы представился вам, но все равно стирать вам память.
– Сначала снимите этот проклятый ошейник!
– Сначала память, – сказал мужчина и достал аппарат, похожий на стиратель памяти из известного фильма про инопланетян.
Вспышка была последним, что увидела Ракша.
Она очнулась в грязном номере какого-то мотеля.
Судя по всему, она напилась так, что вырубилась в сон не снимая одежды.
Нащупав рукой бандану и очки, она облегченно выдохнула.
«Ну, хоть администрацию мотеля зачищать не придется! Что же я такое делала этой ночью, что у меня так болит башка? И почему зудит шея?»
Подойдя к зеркалу, она увидела, что у неё слегка побледнела кожа и заострились уши. Сняв бандану она увидела, что рожки тоже подросли.
«Похоже, я неплохо развлеклась ночью. С колдовством! Странно, что кровь пить не стала. И на шее следы странные, словно от ошейника. Что-то не видно такого принца на черном коне, с которым я могла заниматься БДСМом с использованием колдовства. Ладно, надо глянуть на навигаторе, где я, и валить из этого чертового Чикаго в родной Детройт!»
Она взяла навигатор, посмотрела на экран и заорала на весь мотель:
– ЧТО ЗНАЧИТ, Я В БОСТОНЕ?!
Бесплатный фрагмент закончился.