Ну, а ночью мне вдруг приснился довольно-таки странный сон. Будто бы, Сашка Осинцев пригласил меня зайти к нему в гости. Я вхожу в новый, только-только окрашенный подъезд, поднимаюсь на третий этаж. На лестничной площадке случайно встречаюсь с Натальей Зинатуловной, нашей юристкой.
– Привет, Олег Владимирович! Ты как тут?
– Друга ищу!.. – ответил я и тотчас проснулся в холодном поту, будто бы мне приснился какой-то кошмар.
Глава 3
В понедельник утром я прибыл на работу не в самом лучшем настроении. Впрочем, я вряд ли припомню хоть один понедельник, когда бы моё появление на службе было хоть как-то связано с превосходным расположением духа.
Заглянул в директорский кабинет.
– Доброе утро, Сергей Валерьевич!.. – поздоровавшись с руководителем, я тотчас попытался найти повод по-тихому смыться из офиса. – …Я, пожалуй, съезжу с утра на наш новый дом. Посмотрю, что там и как?..
По моим прикидкам, на дорогу до жил комплекса «Рерих» и обратно, у меня уйдёт не более полутора часов, плюс ещё часок на то, чтобы побродить по подъездам, по прилегающей к дому территории. В общем, примерно к обеду я мог запросто вернуться домой, дабы покемарить часок-другой на своём любимом диване, чтобы доспать то, что у меня украл утренний звонок будильника.
– Зачем куда-то ехать?.. – усмехнулся в ответ Твердов. – …Тут пешком, не более ста метров! Да и чего тебе смотреть на ту рухлядь?
– Нет-нет, я ныне веду речь не о доме на Тепловозной!.. – мне пришлось внести некоторую ясность. – …Я о втором доме, который на Рериха!
– Олег Владимирович!.. Сдаётся мне, ты пятничной гулянкой вовсе не ограничился, пробухал все выходные!.. – Сергей Валерьевич глянул на меня предельно серьёзно. – …Какой, к чертям собачьим, второй дом? Какой, на хрен, Рерих?..
– Ну, как же? Ведь ты сам, в пятницу!.. – я уж было собрался поспорить, однако вовремя остепенился. – …Очевидно, я действительно что-то напутал!
«Теперь-то ты понял, до чего могут довести злоупотребления, и пьяный трёп по поводу оживших мертвецов и прочих возвращенцев с того света!.. – покидая директорский кабинет, мне оставалось лишь недовольно поморщиться. – …Скорее всего, этот самый жилмассив «Рерих», реестры с фамилиями погибших друзей и прочая чертовщина – всё это, мне просто-напросто приснилось. Да, ты сам вспомни Кощея, которому, якобы, принадлежали сразу несколько квартир!.. Уже тогда можно было посмеяться над своими бредовыми фантазиями!..»
Вспомнив о Кощее, все вопросы относительно новостройки на «Рериха» были полностью исчерпаны. Начиналась новая трудовая неделя. Ну, а ближе к обеду, как гром среди ясного неба, поступило трагическое известие о том, что наш юрист, ранее упомянутая мной Наталья Зинатуловна, скончалась в больнице. Диагноз: тромб. Смерть нелепая и практически мгновенная.
В моей памяти тотчас всплыл реестр собственников мистического дома на «Рериха», в котором среди прочих погибших, значилась и наша Наталья Шабиева.
А был ли вообще этот самый список?
Несколько позже я подсел к Терехову.
– Володя! В минувшую пятницу я, похоже, сильно перебрал!.. – стараясь не привлекать к себе постороннего внимания, я тихо обратился к своему коллеге. – …Ты, случаем, ничего не помнишь о втором, переданном нам на обслуживание доме? Вспомни, быть может, ты что-то рассказывал нам о жил комплексе на «Рериха»?
– Ну, да!.. – неуверенно повёл плечами Владимир. – …Я действительно трепался об аферах, связанных со строительством данного микрорайона. О том, как наша омская строительная компания нахлобучила москвичей, не знавших, куда девать деньги, которые сыпались на них, как манна небесная. При этом я и словом не обмолвился о том, что этот дом переходит под наше управление!..
Немного побродив по служебным коридорам, я решил обратиться с тем же самым вопросом к главному бухгалтеру, весьма и весьма рассудительной даме.
– Татьяна Васильевна! В минувшую пятницу, во время импровизированного застолья вы, случаем, ничего не слышали о новом доме в жилмассиве «Рерих»?
– Как будто бы что-то говорилось!.. – отчасти рассеянно ответила собеседница.
И этот ответ меня так же не порадовал. Более того, я уж всерьёз начал подумывать о первых симптомах «белой горячке». Ну, а как иначе? Ведь выходило так, что лишь я один помнил пятничный разговор о новом доме. Причём, помнил его в самых ярких подробностях. Перед моими глазами по-прежнему стоял реестр собственников с именами и фамилиями, досрочно ушедших из жизни друзей.
– Надо полагать, мне это и в правду лишь приснилось!.. – произнёс я в полной растерянности. – …Тем не менее, ещё в пятницу!.. Я как будто бы знал о том, Наташа умрёт!..
– Ну-ка, ну-ка!.. – в глазах Татьяны Васильевны вспыхнул неподдельный интерес. – …С этого самого момента, если можно, то поподробнее!..
Мне ничего не оставалось, кроме как сообщить собеседнице свою версию пятничных событий. Я вспомнил, как в самый разгар пирушки в офис вернулся Твердов, сообщивший нам о том, что мы берём на обслуживание не один, а сразу два дома. Как он протянул мне документацию на новостройку; как открыв реестр, я обнаружил фамилии своих знакомых, успевших расстаться с жизнью. Среди них отчего-то оказалась и Наташа. Не забыл я упомянуть и о своём мистическом сновидении, в котором присутствовала всё та же Наталья и мой ранее пропавший без вести сослуживец.
– Какая-то параллельная реальность!.. – в заключение моего монолога, в полном недоумении подытожила Татьяна Васильевна. – …Ведь я отлично помню, как в пятницу Сергей Валерьевич говорил лишь об одном доме, который, якобы, нуждался в капитальном ремонте!..
– Нет-нет, это вовсе не параллельная реальность!.. – произнёс я в лёгкой задумчивости. – …Скорее всего, я получил определённое послание с того света, которым так и не сумел правильно распорядиться. Кто знает… Предупреди я Наташку, её лечащих врачей; предприми ещё какие-то активные действия – быть может, наша коллега была бы нынче жива!..
– Уж и не знаю, как ты, Олег Владимирович!.. Лично я абсолютно уверена в том, что в нашем офисе существует определённая потусторонняя аномалия!.. – тихим голосом произнесла Татьяна Васильевна. – …Причём, эту самую аномалию сформировали неадекватные граждане, с легкостью рассыпающие вокруг себя проклятия и всевозможные ругательства. Кстати!.. Помниться, Оксана Викторовна в ту же самую пятницу, о которой ранее шла речь, хвасталась, будто бы, у неё имеется какая-то знакомая, связанная с потусторонним миром. Не желаешь к ней обратиться?
– Пожалуй, не стоит! – я отрицательно мотнул головой.
Прошли девять дней, со дня смерти Натальи Зинатуловны; потом сорок дней; минуло ещё какое-то время – в общем, наступила поздняя осень, с мерзкой распутицей, слякотью, порывистым ветром, непрерывно моросящим дождём. И, как назло, в эту отвратную погоду мне было поручено съездить в один из пригородных райцентров, дабы привезти в офис кое-какие стройматериалы. Ничего уж тут не поделаешь, служебная необходимость. Более того, прямое распоряжение шефа. Короче, скрипя сердцем, я отправился в Тмутаракань.
На мокрой трассе особо не разгонишься, того и гляди снесёт с трассы или ещё хуже столкнёшься с встречной машиной. Как по одну, так и по другую сторону дороги просматривался однообразный, унылый и скучный сельский пейзаж. Пытаясь зацепиться взглядом хоть за какой-то ориентир, я непрерывно крутил головой по сторонам. Проехав едва ли не добрую половину пути, вдалеке вдруг замаячил высотный дома, по сути, стоящий в чистом поле. В моей памяти, как-то сам собой, всплыл рассказ Терехова трёхмесячной давности, относительно жилого массива «Рерих». Похоже, именно этот дом и имел самое прямое отношение к тому, так и не достроенному микрорайону.
Из чистого любопытства, я уж было собрался подъехать к данной, одиноко стоявшей многоэтажке несколько поближе. Сбросив скорость (дабы не проскочить поворот) проехал ещё пару километров. К своему удивлению никаких свёртков с главной дороги я так и не обнаружил, сплошной перепаханный на зиму чернозём. При этом вышеозначенная многоэтажка уж давно успела оказаться у меня за спиной. Очевидно, я проскочил необходимый мне поворот несколько раньше.
«Ничего страшного!.. – успокоил я самого себя. – …На обратном пути заеду!»
– Олег, ты поступил совсем уж не по-товарищески!.. – я вдруг услышал за своей спиной очень знакомый мне голос.
Оглянулся и увидел Осинцева, своего армейского друга, который стоял сейчас на крыльце подъезда высотного дома. Сашка был одет в обычную домашнюю одежду и такие же домашние тапочки. Рядом с ним стоял мужчина в сером костюме. По всему было видно, что данный мужичок был Сашки хорошо знаком. Вернее всего, он пришёл к Осинцеву в гости. Потому как одет он был совсем не по-домашнему.
Дождь уж давно кончился. О нём напоминали лишь многочисленные лужи.
– Помниться, ты обещал зайти в гости!.. – заметив моё замешательство, продолжил Осинцев. – …Но так и не заглянул к своему армейскому другу!
– Я заходил!.. – мне ничего не оставалось, кроме как соврать. – …Однако в твоей квартире живут совсем другие люди!
– Подскажи, в какую именно квартиру ты заходил!.. – продолжил свой допрос Сашка. – …На какой этаж поднимался?
– По-моему, это быт третий этаж! – ответил я, не на секунду не задумавшись.
– Ну вот!.. Ты вновь всё перепутал, ведь я живу на четвёртом!.. – недовольно поморщился Сашка. – …Ошибся этажом. Мог бы расспросить соседей, поинтересоваться у людей на улице, на детской площадке!..
Я подскочил с кровати посреди ночи. Осмотрелся, где, собственно, ныне нахожусь? Достаточно скоро пришло понимание того, что это была спальня моей квартиры; окно, выходившее во двор дома, сквозь которое светила полная луна. Никакого Сашки Осинцева рядом со мной вовсе не было, как и не было рядом со мной луж и многоэтажки.
Почему я столь подробно описываю свои первые впечатления после пробуждения? Да, потому что мои недавние сновидения были чересчур реалистичными. Скажу больше, окружавшая меня действительность, казалась мне менее достоверной, нежели то, что я увидел во сне. Дабы полностью вернуться в нынешнюю реальность, мне пришлось припомнить события минувшего вечера. Вспомнил, как на обратном пути из райцентра, я вновь промчаться мимо недостроенного жилмассива «Рерих». Пришлось возвращаться слишком поздно. Да, и кроме того, я как-то отвлёкся, о чём-то задумался. В общем, о высотке в чистом поле, я вспомнил лишь тогда, когда възжал в городскую черту.
«Опять же Осинцев! Какого чёрта он будоражит мою душу, мои воспоминания? Что, вообще, ему от меня надо?..»
Уж и не знаю, чувствовал ли я за собой какую-то вину, либо то была давняя болезнь моей совести. Имею в виду многолетние душевные терзания по поводу того, что я даже не попытался отыскать своего товарища во время боя, не вспомнил о нём и во время отступления. Весьма стремительной оказалась атака противника, чересчур сумбурно выглядела сдача наших позиций в октябре девяносто пятого…
Так уж вышло, что я с нетерпением дожидался наступления выходных дней. В субботу, с самого утра собирался отправиться за город, дабы попасть на территорию жилищного комплекса «Рерих». Это была одна-единственная цель, которая с недавних пор поглотила весь мой разум.
Вновь проехал по трассе километров десять. Памятуя свой прежний, не слишком-то удачный опыт по поиску дороги, я двигался совсем медлено, пристально всматриваясь в окружавший меня рельеф и ландшафт. И вновь я не обнаружил поворота, ведущего к вышеозначенному жилмассиву, состоящему лишь из одного дома. Обратился к помощи навигатора, интернету, электронным картам. Оказалось, что прямой дороги к «Рериху» вовсе не существует. Быть может, она когда-то и существовала, да только с течением времени она заросла, затянулась, в общем, ушла в небытие. Мне необходимо было сделать приличный крюк, километров в двадцать; проехать через центральную усадьбу, имевшую самое прямое отношение к местному агропромышленному комплексу. Как не крути, а по логике вещей, наступило то самое время, когда мне следовало послать тот жил массив куда подальше и вернуться домой. Однако всё вышесказанное было вовсе не про меня. Подчиняясь какому-то внутреннему зову, как бык, я тупо пёр на красную тряпку.
Примерно через четверть часа, мне всё же удалось добраться до той самой центральной усадьбы, которую я ранее видел на карте. Однако и там мне вовсе не удалось обнаружить прямой или какой-то иной дороги, ведущей к «Рериху». Попытался заглянуть в один из магазинов, дабы расспросить продавцов или кого-то из местных жителей о том, как я могу добраться до многоэтажного дома, выстроенного недалеко от их посёлка. Поднялся на крыльцо «сельпо» и буквально в дверях данного магазина вдруг столкнулся с мужчиной, лицо которого мне показалось отчасти знакомым.
«Герман Лобов!.. – я непроизвольно припомнил его имя. – …А он ли это?.. Сразу и не поймёшь!»
Попытался было задать ему уточняющий вопрос, но так и не успел этого сделать. Тот самый мужчина, весьма схожий с Германом Лобовым, пристально глянув мне в лицо, процедил сквозь зубы.
– Тебе не нужно туда ехать! Не спеши, ещё рано!
Данная фраза прозвучала в достаточно резкой форме, заставив меня отстраниться.
– Ты Герман? – поинтересовался я, уступая мужчине дорогу.
– Какая разница?.. – махнул рукой неизвестный. – …Ты, главное, глупостей не наделай!.. Не суйся туда, где тебя вовсе не ждут. Запомни!.. – мужчина напоследок обернулся. – …Смерти нет! На том свете так же кипит жизнь. Да, ещё как кипит!.. Ты прислушайся, присмотрись, будь предельно внимателен и тебе откроются многочисленные сообщения из загробного мира, которые время от времени прорываются в земной мир. Слушай радио, обращай внимание на мелочи при использовании компьютера, мобильного телефона, иной техники, способной переносить твой разум в виртуальные миры!..
Я осмотрелся по сторонам. Полное ощущение, будто бы я только что проснулся. Нет, это была вовсе не спальня, не моя квартира… Ныне я стоял на центральной площади небольшого загородного посёлка. Мужчины, принятого мной за Германа Лобова, рядом со мной уже не было. Не обнаружил я его и на улицах, уходящих от центральной площади в четырёх разных направлениях. Его словно и вовсе не было.
– Ну, её на хрен, эту мистику!.. – сплюнув, я прямиком отправился к своей машине.
Глава 4
Со временем история о мистическом жил комплексе «Рерих», к которому я так и не нашёл дороги, как-то сама собой подзабылась. Точнее было бы сказать: не забылась, а отошла на дальний-дальний план. Потому как появились иные, более важные дела, заботы, проблемы. В конце концов, приближался всенародный праздник Новый Год. Если и вспоминал я о той загородной многоэтажке, построенной в чистом поле, то были они несколько схожи с воспоминаниями о неприятном сновидении.
Дня за три до начала новогодних праздников, в нашем офисе был запланирован небольшой корпаративчик. Собрались мы, как и прежде, достаточно узким кругом. Ну, разве что, пригласили на данное мероприятие парочку общих знакомых, с которыми нам регулярно приходилось пересекаться по тем или иным служебным вопросам; которые уж давно успели стать если не друзьями, то уж точно, нашими очень хорошими знакомыми. Одним из тех приглашённых был Виктор Витальевич Петрищев, инспектор тепловой компании, весёлый, добродушный дядечка, лет шестидесяти. Вторым гостем нашего корпоратива стал Пётр Иванович Уйманов, представитель «Водоканала». По возрасту Пётр Иванович являлся моим ровесником. Да и, кроме того, у нас с ним было много общего. Имею в виду какие-то предпочтения, увлечения, взгляды на жизнь.
Не стану скрывать того, что я очень люблю Новый Год, это едва ли не самый любимый мой праздник. Для меня новогодние праздники гораздо важней и желанней, нежели мой день рождения. Как будто бы заканчивается какой-то этап, определённая веха твоей жизни. Самое время подвести определённые итоги, подумать о планах на ближайшее будущее. При этом в моей душе непременно живёт надежда на то, что следующий год обязательно будет намного лучше прежнего. Именно эти самые ожидания накануне праздника и поддерживают во мне избыточный позитив. Если ж к отличному настроению прибавить ещё и целую неделю праздничных дней, хлебосольный стол, бессонную ночь… Надо полагать, примерно того же мнения придерживались и мои коллеги. Потому на новогодних мероприятиях мы, как правило, отрывались по-особенному; гуляли, словно в последний раз. Именно так было и нынче.
Уж и не знаю, успел ли читатель заметить одну немаловажную особенность, характерную для руководителя нашей компании, на которую я вновь попытаюсь обратить ваше внимание. Дело в том, что Сергей Валерьевич предпочитает присоединяться к нашим, не таким уж и частым посиделкам с некоторым опозданием. Вот и на этот раз, ещё утром шеф отправился на какие-то районные или городские мероприятия, в которых его присутствие было обязательным. В офис он вернулся ближе к вечеру, когда дружный коллектив уже успел опрокинуть по четыре-пять рюмок горячительных напитков, пару раз перекурить и немного потанцевать. Кроме того, мы только-только вернулись в помещение после запуска праздничного фейерверка.
– Тарасов! Ты, похоже, накаркал!.. – едва появившись в офисе, директор тотчас отыскал за столом именно меня. – …Месяца три назад ты, помниться, спрашивал меня о многоквартирном доме в жил комплексе «Рерих»?.. – на праздничный стол тотчас упали сразу четыре увесистые папки с документами. – …Вот, получи! С первого февраля в этом доме начнется официальное заселение. Сразу после новогодних праздников отправишься на дом, будем принимать его на обслуживание. Посмотришь, что там и к чему. Проверишь котельную. Сейчас она работает в режиме ожидания, то есть, сама на себя. Заодно глянешь инженерные коммуникации – всё ли там в порядке. Примерно к двадцать пятому числу, заберёшь слесарей, и потихоньку начнёте подключать отопление. Пару дней на прогрев, затем запуск горячего и холодного водоснабжения. Короче, к первому февраля, дом должен принять первых новосёлов. В основном это будут переселенцы из ветхого и аварийного жилья!.. – выдержав небольшую паузу, Твердов тряхнул головой. – …Признаться, я удивлён! Как?.. Каким образом тебе удалось узнать о данном доме?..
Информация, только-только озвученная директором, для большинства моих коллег оказалась практически незамеченной, потому как все они были к тому моменту в изрядном подпитии. Лишь главный бухгалтер, Татьяна Васильевна, ранее посвящённая в мои, ни то бредовые фантазии, ни то непонятные предчувствия, глянула в мою сторону взглядом, полным тревоги.
Я поднял со стола, переданные мне документы. Среди прочих бумаг быстро отыскал «Реестр собственников». Рядом со мной тотчас оказалась Татьяна Васильевна.
В открытом мною списке оказалось достаточно много свободных, вовсе не заполненных строчек, свидетельствующих о том, что та или иная квартира попросту не успела найти своих обладателей, либо о том, что документы на право собственности находятся на стадии оформления. Бегло пробежав взглядом перечень, я тотчас отыскал запись, относящуюся к жилому помещению под номером двадцать семь. После чего, я молча ткнул в данную строчку пальцем.
– И правда!.. Наталья Шабиева!.. – с волнением в голосе, произнесла Татьяна Васильевна. – …Полное совпадение, как имени, так и фамилии с отчеством!
– Вы, случаем, не припомните дату рождения Наташи? – обратился я к собеседнице.
– Если мне не изменяет память… Кажется, двадцать восьмое августа.
Практически одновременно, оторвавшись от реестра, мы в ужасе глянули друг на друга. Потому как там, в графе «год рождения собственника» – значилась только-только озвученная дата: двадцать восьмое августа, одна тысяча семьдесят шестого года.
Дабы хоть как-то сгладить неприятные чувства, я принялся перелистывать страницы, выхватывая из того списка целый ряд знакомых мне фамилий. Причём, знакомы они были лишь мне, в то время как Татьяна Васильевна, вовсе не имела о тех людях ни малейшего представления. Возможно, именно поэтому волнение нашего главбуха достаточно скоро сошло на «нет». Правда, сошло оно совсем ненадолго… На одной из последних страниц я оставил реестр открытым. Теперь уже Татьяна Васильевна ткнула пальцем в одну из строчек. Пытаясь понять, на что именно обращает моё внимание дама, я прочёл: «Петрищев Виктор Витальевич, собственник квартиры двести двадцать два».
Мы вновь, практически одновременно перевили свои взгляды на инспектора тепловой компании, весело отплясывавшего быстрый танец по центру импровизированного танцпола, фамилия и имя которого полностью совпадали с записью в мистическом реестре.
– Быть может, нам следует его предупредить? – полушёпотом поинтересовалась Татьяна Васильевна.
– О чём?.. – в некоторой растерянности я почесал свой затылок. – …О том, что Виктор Витальевич умрёт в самом ближайшем будущем? Лично я, хрен бы в это поверил!
– Давай хотя бы скажем ему о том, чтобы он был предельно осторожен! – неуверенно пожала плечами Татьяна Васильевна.
Ту-то и случилось непредвиденное.
До сего момента пляшущий весельчак Петрищев, вдруг замер на месте. Тяжело дыша, он схватился за грудь в области сердца. После чего, ноги его подкосились. Виктор Витальевич рухнул на пол.
Первая, оказанная помощь, как и вызванная «неотложка», реальной пользы инспектору тепловой компании так и не принесла. Виктор Витальевич умер, не приходя в сознание. Тут уж было не до праздников. Не чокаясь, выпили по полстакана водки за душу безвременно ушедшего друга, после чего, вся наша компания дружно разъехалась по домам.
Учитывая вышеизложенные обстоятельства, достаточно тягостно и абсолютно непразднично протянулись последующие новогодние праздники. Ни настроения, ни желания идти к кому-либо в гости, произносить шутливые тосты, пить за чьё-то здоровье вовсе не хотелось. Вне всяких сомнений, Виктора Витальевича мне было искренне жаль. Однако думал я вовсе не о нём. Моё подсознание прибывало в непонятных, раздвоенных чувствах. С одной стороны, смерть Петрищева могла быть чистой случайностью; с другой стороны, уж слишком много случайностей было связанно с мистическим жилкомплексом «Рерих». Вроде бы, дом, как дом… Подобных новостроек, за годы своей работы в управляющей компании я принял более трёх десятков. Меж тем, именно эта самая многоэтажка казалась мне какой-то особенной. Чересчур много скрытых аналогий, каких-то пересечений и прочих подсознательных противоречий переплелось нынче на данном объекте.
При этом заметьте, я ещё ни разу не приблизился к жилмассиву «Рерих», ни разу не вошёл вовнутрь подъезда данного дома, ни разу не обошёл данное строения по периметру.
Тем не менее, я весьма стойко ощущал, исходившее от него неприятное дуновение. От той многоэтажки, в буквальном смысле, веяло смертью, каким-то могильным запахом.
Пожалуй, лишь в последние пару дней новогодних праздников, я всё же немного пришёл в себя. Сходил с супругой в кино, немного погуляли по городу, заглянули в уютное кафе. В общем, немного отстранился от прежних, поглотивших мой разум, мыслей…
Глава 5
Сразу после новогодних праздников директор решил отправить меня на дом по адресу улица «Рерих», один. Как говориться: на разведку. При этом ехать мне туда вовсе не хотелось, потому и принялся я врать напропалую.
– Сергей Валерьевич, в новогодние праздники, от нечего делать, я уж пытался съездить на новый дом. При этом я вовсе не нашёл к нему дороги. Сплошное, заметённое снегом поле!..
Вместо ответа Твердов взял в руки телефон и набрал чей-то номер.
– Здравствуйте, Евгений!.. Отправляю к вам нашего сотрудника, познакомьте его с новым объектом!.. Заодно покажете ему дорогу!..
Завершив разговор, директор обратился уже ко-мне.
– Олег Владимирович! Ты наверняка, и сам слышал, о чём я только что говорил. Выезжай прямо сейчас. Возле поста ГИБДД тебя будет ожидать представитель строительной компании, которая завершала строительство данной высотки. Все вопросы, которые возникнут в процессе осмотра, адресуй тому самому прорабу!..
Легковушку, пристроившуюся рядом с постом ГИБДД, я заметил ещё издали. Махнув мне рукой, дескать, следуй за мной, водитель того автомобиля выехал на трассу. Очень скоро мы свернули на широкую, хорошо очищенную от снега дорогу.
«Как же я сразу её не заметил? Либо ранее, её тут и вовсе не было!..
Проехав не более километра, машина прораба вплотную приблизилась к многоэтажному, одиноко стоящему строению. Причём, остановились мы не возле подъезда, а рядом с небольшой котельной, из трубы которой тянулась тонкая струйка белого дыма.
Покинув салон, я осмотрелся. Вокруг меня, то там, то тут из-под снега торчали контуры недостроенных конструкций. Точнее было бы сказать, то был лишь фундамент и невысокие стены каких-то непонятных долгостроев. Ну, а прямо передо мной возвышался двадцатидвухэтажный дом, стены которого были подёрнуты лёгким инеем. Он выглядел полностью промёрзшим и абсолютно безжизненным. Рядом с данным строением (в какой-то сотне метров) должна была вырости ещё одна, точно такая же высотка. Правда, её строительство так и не успело завершиться, потому и замерло её возведение на уровне второго или третьего этажа. В общем, представшая передо мной картина, вовсе не вселяла в меня какого-либо оптимизма.
Тяжело вздохнув, я вошёл в котельную, вслед за представителем строительной компании. Оказавшись внутри тёплого помещения, мой провожатый скинул с себя шапку и куртку. Только теперь я сумел рассмотреть его более внимательно. Причём, лицо прораба, как будто бы, показалось мне знакомым.
– Евгений!.. – протягивая мне руку, представился собеседник. – …В строительной компании я работаю прорабом. На данном объекте занимаюсь абсолютно всем: от отмостки и кровли, до подготовки тепловых узлов и прочих инженерных коммуникаций. Можешь считать меня специалистом широкого профиля, либо козлом отпущения, на которого свалили абсолютно всё. Если ты не в курсе, то этот дом был построен несколько лет тому назад, нам лишь оставалось внести некоторые штрихи, заделать откровенные строительные дыры, потому и наша бригада, посланная на данный объект, оказалась малочисленной. Именно этим коллективом я и руководил, исправляя строительные недоделки целого треста. Точнее было бы сказать: достраивали брошенный ранее дом!..
– Если ты имеешь к строительству дома самое непосредственное отношение, тогда рассказывай: какие «подарки», могут нас здесь поджидать?.. – поинтересовался я без какого-либо энтузиазма. – …Заставить вас что-либо переделывать у нас вряд ли получиться, ведь вы вовсе не застройщики!.. Потому, говори: на что именно мне следует обратить самое пристальное внимание?
– Ты прав, гарантийных обязательств на дом, построенный несколько лет назад, мы перед собственниками не несём. Что же касаемо «косяков», то начнём по порядку!.. – Евгений обвёл рукой помещение, в котором мы ныне находились. – …Котельная! Её мощность рассчитана на отопление лишь одного дома. Того самого, который вы, собственно, и будете принимать. Сейчас котельная работает сама на себя, тепло к дому ещё не подключено. Потому как в доме не проживает ни одной живой души!.. – на слове «живая», как мне тогда показалось, Евгений сделал особый акцент и усмехнулся. Ну, а последующая фраза, произнесённой прорабом, меня и вовсе аовергла в шок. – …Впрочем, я вовсе не вижу резона греть дом и после его заселения!..
Я пристально глянул в лицо собеседника.
– В каком смысле: «не вижу резона»? – по моей спине пробежал холодок. Потому как я вспомнил о собственниках, которые значились в реестре, переданном нам от застройщика. Ведь в большинстве своём я знал тех людей, не иначе, как ранее умерших.
– Да, шучу я, шучу!.. – рассмеялся Евгений. – …Как же можно оставлять людей без тепла? Кстати!.. За котельной необходимо присматривать. Невзирая на то, что она полностью автоматизирована, тем не менее, возможно всякое. Сам понимаешь, возможны перебои с газом, электроэнергией. Я уж молчу о всевозможных хулиганах, вандалах и иных пакостников. Представь, какие последствия могут быть, если, к примеру, переморозить один из трубопроводов… Меж тем, я живу совсем рядом, за определённую плату могу поглядывать за здешним порядком!
– Спасибо!.. – я предпочёл отклонить вышеозначенное предложение. – …Сами как-нибудь справимся!
– В таком случае, держи ключи!.. – недовольно поморщился прораб. Надо полагать, он всерьёз рассчитывал на дополнительный заработок, потом и протянул мне ту связку с нескрываемой неохотой. – …Это ключи от подвала первого подъезда. Когда спустишься вниз, справой стороны найдёшь стеллаж с ключами от остальных служебных и вспомогательных помещений. Каждый ключ подписан, потому и не вижу я смысла таскаться с тобой по промёрзшим квартирам. Когда прогреете дом, сам пробежишься, посмотришь, оценишь, сделаешь выводы. Ну, а коль возникнут какие-то претензии – звони. Обязательно помогу, в пределах своей компетенции.
Что же касаемо «косяков», сразу скажу о том, что лифты не работают. И в самое ближайшее время работать не будут. Прошлый застройщик не рассчитался с подрядчиком… Ну, а тот в отместку, залил машинные отделения бетоном! В общем, пока не расковыряете тот бетон, пока не доберётесь до автоматики… Думаю, ты меня понял.
Если ты не заметил, то на доме вместо двадцати двух этажей, предусмотренных проектом, имеется ещё и двадцать третий!.. Ради увеличения жилой площади, застройщик упразднил технический этаж, добавив ещё один жилой уровень, практически не имеющий окон. Вполне ожидаемо, что собственники данного этажа будут непременно мёрзнуть. Потому как теплоизоляции между кровлей и бывшим техническим этажом вовсе нет.
Кроме того, следует учитывать ещё и тот факт, при котором, новостройка стояла без эксплуатации более шести лет. При этом нормальной кровли у дома фактически не было. Принимая в расчёт всевозможные протечки, естественный износ от климатических перемен и прочих природных катаклизмов, впоследствии вас могут поджидать всевозможные скрытые «сюрпризы».
В системе отопления, горячего и холодного водоснабжения на данный момент воды нет. Дабы не размёрзлись трубы, мы стравили всё, до последней капли!..
Уезжая, Евгений пожелал мне удачи. Я остался один. Прямо передо мной возвышался огромный, пустынный мёртвый дом с тёмными глазницами окон. Меж тем, окружавшая меня местность постепенно начали погружаться в сумерки, усилился вечерний морозец. Однако, я вовсе не спешил уезжать. Мне отчего-то захотелось воспользоваться теми самыми ключами, которые передал мне прораб. При этом я вовсе не понимал, зачем мне это было нужно. Надо полагать, в ту минуту мой разум подчинялся вовсе не моей, а какой-то чужой, посторонней воле.
Бесплатный фрагмент закончился.