Простота, взаимная любовь… да будут непоколебимыми в братстве
Итак, поелику всем братиям, ведущим один образ жизни, предлежит одна, сказанная выше цель, то каждый да подвизается по мере сил, и да верует Богу, что при доброй тщательности и при упражнении в добродетели, достигнет он в совершенную меру христианского сыноположения. Простота же, искренность, взаимная любовь, радость и во всем смиренномудрие да будут всегда непоколебимыми в братстве, как основание, чтоб иначе превозносясь, или надмеваясь друг над другом, или предаваясь ропоту, не сделать нам труда своего напрасным. И тот, кто пребывает непрестанно в молитвах, да не превозносится над неспособным еще к такой постоянной молитве, чтоб дело его могло преспевать пред Богом и людьми. И тот, кто посвятил себя служению, или прохождению другого какого послушания, да не ропщет по внушению злобы, и да не клевещет на пребывающего в молитвах и постах, чтоб и ему приобрести благодать у Бога, и чтоб дело его стало благоприятно Богу.
Только бы были утверждены между братиями простота, любовь…
Будучи членами друг друга, обязаны мы один другого покоить. Как телесные члены, управляемые одною душой, без зависти услуживают друг другу, так и мы, будучи членами друг друга, управляемы единым Духом и питаемы единым живым Словом истины, должны, ко взаимному друг друга упокоению, проводить себя в общее согласие любовью и простотою, добротою и радостью. Когда будет сохраняемо такое расположение взаимной друг с другом простоты, тогда избыток упражняющихся в молитвах восполнит недостатки в сем деле несущих послушания, и обратно, избыток от трудов несущих послушания, восполнит недостатки сего в пребывающих в молитвах, яко да будет, по слову Апостола, равенство (2Кор.8:14). Только бы были утверждены между братиями простота, любовь, смиренномудрие и независтливость.
Тогда в какой мере кто верует, любит и трудится, в такой же мере ежедневно преуспевая, сподобится царствия. Вот подлинно Ангельская жизнь! Сие-то и значит: да будет воля Твоя, яко на небеси и на земли, когда соединяемся друг с другом независтливостью простотою, любовью, миром и радостью, преуспеяние ближнего почитая собственным своим приобретением, а равно немощи, или недостатки и скорби, признавая собственным ущербом, как сказано: не своих си смотряюще, но и дружних кийждо (Фил.2:4). Таким образом, сострадая друг о друге, и особенно сильные о слабых, и крепкие о немощных, в состоянии будем исполнить закон Христов, как указал св. Павел (Гал.6:2).
Любовь проста, любовь никогда не ошибется
Люби без размышления: любовь проста. Любовь никогда не ошибется. Также без размышления веруй и уповай, ибо вера и упование также просты, или лучше: Бог, в Которого веруем и на Которого уповаем, есть простое Существо, так же как Он есть и простая любовь.
Радуйся всякому случаю оказать ласку ближнему, как истинный христианин, усиливающийся стяжать как можно более добрых дел, особенно сокровищ любви. Не радуйся, когда тебе оказывают ласку и любовь, считая себя, по справедливости, недостойным того, но радуйся, когда тебе предстоит случай оказать любовь. Оказывай любовь просто, без всякого уклонения в помышления лукавства, без мелочных житейских корыстных расчетов, памятуя, что любовь есть Сам Бог, Существо препростое. Помни, что Он все пути твои назирает, видит все помышления и движения сердца твоего.
В молитве и во всяком деле своей жизни избегай мнительности и сомнения и дьявольской мечтательности. Да будет око твое душевное просто, чтоб было все тело твоей молитвы, твоих дел и твоей жизни светло.
Кто не имеет простоты, тот не может когда-либо увидеть смирение
Простота есть утвердившийся навык души, которая сделалась чуждою всякого различия и неспособною к лукавству. Лукавство есть искусство, или, лучше сказать, безобразие бесовское, которое потеряло истину и думает утаить это от многих.
Первое свойство детского возраста есть безразличная простота, и доколе Адам имел ее, дотоле не видел наготы души своей и ничего постыдного в наготе плоти своей. Похвальна и блаженна и та простота, которая бывает в некоторых от природы, но не так, как претворенная из лукавства через многие поты и труды, ибо первая покрывает нас от многоразличия и страстей, а вторая бывает причиною высочайшего смиренномудрия и кротости, почему и награда первой невелика, а последней преславна.
Все, хотящие привлечь к себе Господа, приступим к Нему, как ученики к Учителю, с простотою, без притворства, без двоедушия и лукавства, без пытливости. Он, будучи прост и незлобен, хочет, чтобы и души, приходящие к Нему, были просты и незлобивы, ибо кто не имеет простоты, тот не может когда-либо увидеть смирение.
Видел я таких людей, которые прежде были праводушны, а потом у лукавых научились лукавить. Я удивился, как могли они так скоро потерять свое природное свойство и преимущество. Но сколь удобно праводушным людям измениться в лукавых, столь трудно лукавым переродиться в простосердечных.
Если разум надмевает многих, то, напротив, невежество и неученость, некоторым образом, умеренно смиряют.
Неудобь богатый внидут в Царствие Небесное (Мф.19:23), неудобно и мудрецы, и безумные мира сего войдут в простоту.
спасение и правость о Христе Иисусе, Господе нашем.
Тихая душа вместит слова премудрости, ибо сказано: Господь наставит кроткия на суд (Пс.24:9), паче же на рассуждение.
Душа правая – сожительница смирения, лукавая же – раба гордости.
Отечник
Благоухание святой простоты и истинного служения Богу
Внимательное чтение этих изречений и повестей навевает на читателя – как из рая – из первых веков христианства благоухание святой простоты и истинного служения Богу, осененных обильно Божественною благодатью. Оно может направлять деятельность монаха на истинный путь Богоугождения, доставляя на эту деятельность самые верные взгляды, оно может приносить утешение в разнообразных скорбях, восстающих в душе монаха, – устремляющихся на него извне, им может питаться и поддерживаться мирное и молитвенное настроение монаха, как елеем питается и поддерживается горение светильника. Кто усвоит себе… учение Отцов, тот, находясь и среди общества человеческого, стяжет сердечное безмолвие. Кто же останется чуждым этого учения, тот и в уединеннейшей пустыне, и в неисходном затворе будет возмущен молвою помыслов и живописью мечтаний, будет проводить жизнь мирскую.
Истинное смирение соделывает человека обителью Бога
Приводится сердце в безмолвие душевным деланием, соединенным с болезнованием или плачем сердца. Постараемся привести сердце в безмолвие: в этом – сущность монашеского подвига. От сердечного безмолвия рождается истинное смирение: истинное смирение соделывает человека обителью Бога. Наставят на такой подвиг изречения Отцов, примеры точного исполнения евангельских заповедей, составляющего отличительную черту их деятельности. Кратки и просты изречения, деятельность Отцов – деятельность младенцев о Господе, но и изречения и деятельность их имеют глубокий смысл и глубокое значение. Они драгоценны, как плоды святого опыта, как точное, непорочное выражение воли Божией. К некоторым изречениям и повестям присовокуплены объяснения: потому что смирение Отцов, нравственные правила и учения их не всегда ясны для незнакомых с духовною монашескою жизнью. Братия, читайте и перечитывайте… учение! Вскоре вы усмотрите в нем чудное свойство: оно преисполнено жизни и силы, оно – присно-юно: оно читается каждый раз, как бы читалось в первый раз, изливая в душу читателя обильные струи духовного разума и благодатных ощущений.
Не труд и не ученость спасают, а смирение и простота
Самое главное для спасения – воздержание, внимание к себе, молчание. Хуже всего – суета, рассеянность, разговоры. Для спасения не надо быть ученым: не труд и не ученость спасают, а смирение и простота. В простоте является Бог.
Простота есть неразлучная черта смирения
Спрашиваете, что значат слова св. Лествичника: «невозможно лишенному простоты увидеть когда-либо смирение». Смысл этого можно было бы определить лучше, если бы знать, где это изречение находится и прочитать все в связи.
Скажу, однако ж, что простота есть неразлучная черта смирения, почему, когда нет простоты, нет и смирения. Простота не лукава, не подозрительна, не обидчива, не видит себя, никакого себе значения не придает, не мудрствует и проч. Все сие смирение означает. Вы сознаете, что бываете смиренноречивы, но смирения не имеете. Так позаботьтесь возыметь.
Главная черта смирения – чувствовать, что я ничто и если есть что, все то Божие.
Житие преподобного отца нашего Павла Препростого
Память 4 октября
Сей Павел был земледельцем в одном селении. Человек он был неученый, душою же был весьма прост и незлобив. Он вступил в брак с женщиною, красивой лицом, но дурной по своей душе и поведению, долгое время она тайно от мужа вела прелюбодейную жизнь. Однажды, возвратившись с работы домой, Павел застал жену свою с другим. Тогда, немного усмехнувшись, сказал он прелюбодею:
– Хорошо, хорошо! Я совсем не обращаю на это внимания. Призываю во свидетельство Иисуса Христа, что я не желаю более жить с нею. Вот ты обладаешь ею, посему и детей корми, а я уйду и стану монахом.
И тотчас же, оставив все, Павел ушел из дома, никому он при сем ничего не сказал, и порочную свою жену нисколько не укорил, но молча пошел в пустыню. Там он пришел к преподобному Антонию Великому, и постучал в двери его келии. Антоний спросил его:
– Чего ты хочешь?
Павел отвечал:
– Хочу быть иноком.
Антоний, увидев, что он уже стар, сказал ему:
– Тебе, старец, уже около 60 лет, – не можешь ты быть иноком, возвратись опять в село и исполняй свою работу, благодаря Бога, а пустыннический труд нести и искушений терпеть ты не сможешь.
Но Павел отвечал:
– Отец! Я готов исполнять все то, что ты повелишь.
Антоний же, не внимая ему, говорил:
– Я сказал тебе, что ты стар и уже не можешь быть монахом. Отойди отсюда. А если хочешь быть монахом, то иди в монастырь, где живет много братии, могущей переносить твои немощи, а я живу здесь один и по пяти дней ничего не вкушаю, посему не можешь ты жить со мною.
Сказав сие, Антоний затворил двери и три дня не выходил из своей келии. Но старец все это время оставался около келии, никуда не уходя. На четвертый день Антоний отворил дверь и опять увидел Павла и, чтобы заставить удалиться его, сказал:
– Уйди отсюда, старец. Зачем ты досаждаешь мне? Я сказал тебе, что ты не можешь остаться здесь.
– Умру тут, а не уйду, – ответил старец.
Антоний, видя, что у старца нет ни хлеба, ни воды, и что он уже четвертый день остается без пищи, подумал про себя: «старец сей, не привыкший так долго поститься, может умереть от голода, и на моей душе будет за него грех». Посему он согласился оставить его у себя и сказал:
– Ты можешь спастись, если будешь послушен и сделаешь то, что я повелю тебе.
Павел ответил:
– Отче, я готов исполнять все то, что ты скажешь мне.
Антоний же, испытывая его, сказал:
– Стой и молись на сем месте до тех пор, пока я не приду и не принесу тебе того, над чем ты должен трудиться.
Оставив Павла, Антоний вошел в пещеру.
Целую неделю он не выходил к нему, но тайно через окно наблюдал за ним и видел его все то время неподвижно стоящим день и ночь на одном месте.
Тогда, выйдя из келии, Антоний принес старцу финиковые ветви и, омочив их в воде, сказал ему:
– Плети, старец, веревку так же, как я плету.
И плел Павел веревку до девятого часа и с большим трудом сплел пятнадцать лактей. Антоний же, посмотрев работу, сказал:
– Нехорошо ты сплел, расплети и плети снова.
А был уже седьмой день, как он не давал ему ничего есть. Все же сие делал Антоний для того, чтобы удалить Павла от себя, ибо он думал, что тот уйдет от него, не выдержав испытания. Но Павел продолжал с большим трудом расплетать веревку и снова сплетать ее, и как он не был голоден, однако, нисколько не огорчился и не возроптал. Тогда Антоний сжалился над ним, – и вот, когда уже солнце заходило, он сказал Павлу:
– Старец, не хочешь ли немного вкусить хлеба?
– Как ты хочешь, отче, – отвечал Павел.
Антоний пришел в умиление от сих слов Павла, который, и, страдая от голода, не спешил, однако, к утолению его хлебом, но отдавался на волю Антония.
Они вкусили немного хлеба с водою и, вставши из-за стола, возблагодарили Господа.
Испытывал святой Антоний Павла и в молитвах, по целым ночам не ложась спать и поя псалмы со многими поклонами, но и в сем Павел оказался терпеливым и бодрым.
Раз, когда они вкушали пищу, Антоний велел Павлу вкусить более того, чем сколько вкушал сам, ибо он жалел его, как еще непривыкшего к строгому посту.
Но тот ответил:
– Если ты, отче, будешь есть еще, то и я буду.
– Мне довольно, – сказал Антоний, – потому что я монах.
А Павел ответил:
– И мне довольно, потому что и я хочу быть монахом.
И всегда Павел исполнял все, что ни повелевал ему Антоний.
Однажды Антоний велел сшить ему одежду, когда Павел сшил ее, Антоний сказал:
– Плохо ты сшил, – распори ее и сшей снова.
И вновь сшитую он велел распороть и опять шить.
Все сие делал Антоний для того, чтобы испытать терпение и послушание Павла. А тот нисколько не роптал на сие, но с усердием и старательностию исполнял все повеления Антония.
Наконец, Антоний убедился в способности Павла к пустынножительству и сказал ему:
– Вот ты уже и соделался иноком во имя Господа Иисуса.
И велел Антоний жить ему в одиночестве, сделав келию для него на расстоянии четырех метаний камнем от своей. И пребывал блаженный Павел близ святого Антония в той отдельной келии, трудясь день и ночь в подвигах иноческих, за сие получил он от Бога власть над духами нечистыми, чтобы изгонять их и исцелять недуги.
Раз к святому Антонию приведен был юноша, имевший в себе духа нечистого, весьма злого и сильного, одного из князей тьмы, который хулил Бога.
Но Антоний сказал:
– Не мое это дело, ибо не получил я от Бога власти над сильнейшими бесами, но Павел препростый имеет сей дар. И пошел он с юношею к Павлу и сказал ему:
– Авва Павел! изгони из сего юноши нечистого духа, дабы юноша мог вернуться в дом свой здоровым, хваля Бога.
Но Павел сказал:
– А ты, отче, почему же не изгнал его?
Антоний отвечал:
– Имею я одно неотложное дело и потому привел его к тебе.
И, оставив бесноватого юношу и Павла, Антоний ушел. А Павел, помолившись Богу, сказал бесу:
– Диавол! Авва Антоний велит тебе выйти из человека сего.
Диавол же с бранью ответил:
– Не выйду, всезлобный и лживый старик. Тогда Павел, взяв ту кожу, в которой ходил, начал бить его, говоря:
– Выходи, – так повелел тебе святой Антоний.
Но диавол не желал выходить. Тогда Павел сказал:
– Или ты выйди, или я помолюсь Христу и будет тебе худо.
Но бес, хуля Христа, говорил:
– Не выйду.
Тогда Павел разгневался на беса, и в полдень, когда в Египте солнце жжет как огненная пещь, взошел на камень и встал на нем, как неподвижный столп, взывая ко Христу:
– Господи Иисусе Христе, распятый при Понтие Пилате! Ты ведаешь, что не сойду я с сего камня, хотя бы пришлось мне и умереть на нем, и не вкушу ни хлеба, ни воды до тех пор, пока Ты не услышишь меня и не изгонишь беса из сего юноши.
Когда еще говорил он сие, бес начал кричать:
– Выхожу, выхожу и не знаю, где буду находиться. И выйдя из юноши, бес обратился в большого змея, длиною в 70 лактей, и поселился в Чермном море. Так святой Павел победил диавола простотою и смирением своим, ибо слабейших бесов изгоняют люди силою веры, а начальствующих князей бесовских побеждают люди силою смирения, как сей святой Павел.
Блаженный Павел имел и дар прозрения. Раз, войдя в один монастырь, встал он у церкви, наблюдая, кто с какою мыслию входит в нее. Была вечерня и все входили в церковь с радостным лицом и просветленною душою, и с каждым из них входил с радостию и ангел хранитель. Один же брат шел в церковь с лицом мрачным, душою озлобленною, будучи окружен бесами, из которых каждый влек его к себе, ангел же хранитель его следовал в отдалении, – в унынии и с плачем. Видя сие, святой опечалился и весьма скорбел о погибшем брате, от великой печали не вошел святой Павел и в церковь, но с плачем сидел вне ее. Когда церковная служба окончилась, то все братия выходили такими же, какими и входили, и свет Божественный озарял их. Увидал Павел и того, который прежде был мрачным, и вот лицо его светилось как бы лицо ангела, и благодать Духа Святого осеняла его, и ангел хранитель радостно поддерживал за руку его, бес же издали рыдал и не дерзал хотя немного приблизиться к нему.
Увидав столь быструю перемену, происшедшую с братом, блаженный обрадовался и, остановив его, поведал окружающим о том, что видел и затем спросил брата о причине его внезапного изменения.
Тот, видя себя обличенным Божиим откровением, в присутствии всего народа, рассказал о себе все:
– Я, – сказал он, – весьма грешен: много лет прожил я до нынешнего дня в беззаконии. Войдя сегодня в церковь, услышал я, что читают книгу пророка Исаии, или лучше, – Самого Бога, через пророка говорящего: Омойтесь, очиститесь; удалите злые деяния ваши от очей Моих; научитесь делать добро: и если будут грехи ваши, как багряное, – как снег убелю (Ис.1:16—18). Услышав сие, я умилился душою, отверзлись во мне духовные очи и, познав свое злодейство и нечестие, я с сокрушением сказал в душе своей Богу: «Ты, Господи, пришел в мир для спасения грешников, как то через пророка Своего Ты мне ныне поведал, исполни сие со мною грешным на деле. Ибо я даю обет отныне, при помощи Твоей, не только никому не делать никакого зла, но и оставить всякое беззаконие и послужить Тебе, Владыко, чистою совестию, только Ты Сам приими меня кающегося и не отвергни меня, припадающего к Тебе. С такими обещаниями, – продолжал он, – вышел я из церкви, решив в сердце своем не грешить более перед Богом.
Услышав сие, все громким голосом прославили Бога, принимающего всякого, обращающегося к Нему с покаянием.
Так прозорлив был святой Павел, ибо за простоту свою и незлобие свое он преисполнен был благодати Божией. Да и кто же приятен Богу более незлобивого? Непорочность и правота, – говорит Господь устами Псалмопевца, – да охраняют меня (Пс.24:21).
Преподобный прожил в святой простоте своей много лет и, сотворив много чудес, отошел ко Господу. Тот, кто был на земле простым и неученым, теперь стал премудрейшим на небеси, более всех мудрецов мира сего, и с мудрыми херувимами созерцает он Христа, Божию Силу и Божию Премудрость. Ибо истинная мудрость в том и состоит, чтобы бояться Бога и в чистоте души и незлобии сердца служить Ему и благоугождать.
Молитвами, Господи, угодника Твоего, Павла препростого, умудри и нас в исполнении заповедей Твоих. Дай нам иметь началом премудрости – страх Твой, дабы мы, из благоговения к Тебе, уклонившись от греха, могли творить перед Тобою добро и получить милость Твою во веки. Аминь.
Примечания:
Св. Антоний Великий, первый учредитель монашеского жития, родом египтянин, подвизался на восточном берегу реки Нила, около Фиваиды. Там, нося власяницу, питаясь только травами и кореньями, он, в постоянных трудах и молитве прожил 20 лет в неизвестности, поборая, благодатию Божиею, духа соблазнителя, тревожившего его искушениями и страхом. Наконец, святость жизни и чудеса привлекли к Антонию в пустыню многих подвижников, они поселились близ него и приняли за образец жизни правила, данные Антонием, что и было началом монашеского жития. Преставился св. Антоний 105-ти лет, в 356 году. Память его празднуется 17 января.
Прпеподобный Павел скончался в IV веке.
≈
Авва Петр рассказывал, что Макарий Великий очень просто обходился со всеми братиями. Некоторые говорили ему: «Для чего ты так ведешь себя?» Авва Макарий отвечал: «Двенадцать лет служил я Господу моему, чтобы даровал Он мне благодать сию, а вы советуете мне оставить ее!».
≈
Принял однажды Павел Препростый бесноватого, который, словно бешеная собака, кусал всякого, подходившего к нему. Усердно молился Павел, да изженет демона, мучившего несчастного. Но исцеление не совершалось… Павел в простоте своего сердца вдруг, подобно малому дитяти, воскликнул: «Не буду ж я есть сегодня, если Ты не исцелишь его!» Бог послушал Павла, как слуга капризного хозяина, и бесноватый получил здравие. Такую веру и упование на Господа имел Павел!
≈
Один из отцов рассказывал: был старец святой и чистой жизни. Когда он совершал святую Литургию, то видел Ангелов, стоявших по правой и левой стороне, но, будучи несведущ в Божественных догматах, по простоте и незлонамеренно, во время службы говорил не то, что должно, не сознавая своей ошибки.
По Промыслу Божию к нему пришел один брат, бывший диаконом, сведущий в догматах. Старцу пришлось при нем совершать Литургию. «Отче, – заметил ему брат, – то, что ты сказал во время священнодействия, не согласно с православной верой, но заимствовано у еретиков». Старец при виде Ангелов, предстоящих священнодействию, не обратил внимания на эти слова. Но диакон не переставал утверждать: «Ошибаешься, старче! Не принимает этого Церковь…» В следующий раз старец спросил у Ангелов:
– Вот что говорит мне диакон – правда ли это?
– Послушайся его: он правильно говорит, – ответили ему Ангелы.
– Почему же вы не сказали мне этого?
– Бог так премудро устроил, чтобы люди были исправляемы через самих людей.
С тех пор старец, возблагодарив Бога и брата, правильно служил Литургию.
Бесплатный фрагмент закончился.