Игорь стремительно вышел со двора, растерянно оглядываясь по сторонам. Не понимая, где он, и куда ему теперь идти.
Неужели теперь и смерть старика на его совести? Почему? Что он наделал? Боже, почему он такой никчемный? Почему он все делает не так?
Какое же ты ничтожество, ничего не можешь сделать как положено. Да, отец, знаю. Ты прав.
Вереница образов закрутилась в сознании, вызывая головокружение и тошноту: отец, глядящий с ненавистью и отвращением. Мать – с равнодушием и немым укором. Старик – с испугом…
Игорь почувствовал, как тело стало сотрясать крупной дрожью. Чувство вины удушающей силой легло на плечи. Оно перекрывало кислород, черным густым туманом заполняло грудную клетку.
Игорь сорвался с места и побежал. С каждой секундой набирая скорость, не чувствуя земли под ногами.
И вот он уже несется во весь опор, так что легкие горят. А ему все мало, он хочет бежать еще быстрее, так чтобы дыхание совсем остановилось и весь кислород в мире уже не смог бы вернуть его к жизни. Так, чтобы тело и разум больше никогда не могли чувствовать. Так, чтобы больше никогда не отравлять чужие жизни. Так, чтобы наконец по-настоящему превратиться в ничто…
Он мчался, не разбирая направления, пока ноги наконец не отказали. Споткнувшись о камень, свалился в овраг у обочины дороги. Легкие адски болели. Живот сводило. Спазм скрутил внутренности в рвотном позыве. Игорь захрипел, но нет, ничего. Когда он ел в последний раз? Когда спал? Куда бежал?
Внутри была пустота. Благословенная пустота. Ни чувств, ни мыслей, ни желаний, ни сожалений. Игорь развалился на земле, раскинув руки и уставившись в звездное небо. Вселенная была так огромна. Так величественна. И она мечтала его задавить, как ненужную букашку.
Игорь так и уснул в том овраге. Проснувшись через пару часов, обнаружил себя за двадцать километров от поселка. Добравшись домой на попутке, Игорь в тот же день собрал все накопленные деньги и вещи и уехал из поселка в ближайший город. А через неделю поступил в ПТУ на автомеханика.
– Я бы так не поступил… Начал тренироваться у определенного тренера, так и иди с ним до конца. А так… похоже на предательство. – Ковыряя носком кроссовка лежащую на полу плитку, высокопарно разглагольствовал рыжий. Игнат, кажется. Черт их разберет этих близнецов. Внешне не отличишь, только по поведению. Этот болтливый до тошноты, неугомонный. Второй более спокойный и ненавязчивый. Даже сейчас стоит в сторонке, молчит, только иногда искоса поглядывая на брата.
Зря Игорь сегодня явился на тренировку пораньше, лучше бы задержался в автомастерской, да посмотрел бы на работу мастера по ремонту Теслы. Такого ему еще не приходилось видеть. Первый электромобиль в их убогом городишке. Такое событие возможно в первый и последний раз… Так нет же, приперся, рассчитывая встретиться до начала занятия с тренером и в спокойной обстановке обсудить предстоящий турнир. Но тот, видимо, забыл, или не счел необходимым. Зато близнецы явились зачем-то за полчаса до тренировки. И вот уже битый час Игорю приходилось слушать размышления Игната на тему отношений ученика и учителя. Парень решил поведать ему о двоих бывших подопечных тренера, которые, как последние сволочи, заняли первые места на турнирах государственного значения и остались жить в столице, бросив любимого тренера, давшего им билет в жизнь.
Игорь смотрел на философствующего подростка и лишь скептически ухмылялся. Ему не хотелось спорить с излишне романтично настроенным мальчишкой. Подрастет, сам поймет, какие глупости вещает. Зачем ему знать, что любой уважающий себя борец, намеренный заняться профессиональным спортом, нуждается в росте, в личном тренере, в агенте, в конце концов. Зачем это знать парнишке, которому ничего на этом поприще не светит?
–… Андреич в тебе уверен. В твоей победе через месяц. Ну… на области. А там не за горами и межрегиональный турнир… – Игнат многозначительно уставился на Игоря, ожидая, наверное, что Игорь начнет рассказывать о своих планах. Хочет убедиться, что хоть этот не бросит его драгоценного тренера и не свалит в столицу, как те другие.
Игорь усмехнулся и покачал головой, и уже открыл было рот, чтобы успокоить парня и убедить, что он не собирается «предавать» тренера ближайший год точно, когда дверь открылась, впуская в помещение холодный ноябрьский воздух, и в зал заплыла девчонка. Внимание Игната тут же переключилось и он, растопырив руки, двинулся ей навстречу.
– Кирюха, ты ли это? – Заключив девушку в объятья, со смесью радости и удивления произносит малец. – Тебе, что ли, заняться больше нечем в свой день рождения? Разве ты не должна сейчас танцевать где-нибудь на барной стойке в объятиях голого стриптизера? Восемнадцать, Кира! – восклицает Игнат и вскидывает руки в знак небывалого возмущения.
Девушка высвобождается из крепких назойливых объятий, улыбнувшись парню, снимает куртку и сдает ее в гардероб.
– Откуда знаешь про день рождения? – Спрашивает девушка, закинув на плечо спортивную сумку.
– Ну как же?.. Социальные сети, детка. – С самодовольным видом протягивает Игнат. Девчонка фыркает и закатывает глаза.
– А я не сомневался, что ты придёшь. – Подает голос Ваня, и, подходя ближе к девушке, продолжает: – Тренировку можно пропустить только, если ты умер, да, Кир?
Девушка ухмыляется и кивает, Ваня обнимает девушку, скомкано поздравляет и отпускает ее переодеваться.
Игорь же, оттолкнувшись от стены, на которую опирался, движется в зал, видя на пороге запоздавшего тренера.
Первый час тренировки проходит как обычно, разминка, заминка, силовые упражнения. На втором часу тренер делит учеников на пары и дает задание отрабатывать удары руками. Сам же становится в спарринг с Игорем. Уже третью тренировку они готовят так называемые «домашние заготовки» – шифры, подразумевающие конкретные действия – удар, блок, отступление, связка. Их во время боя подсказывает тренер, и чтобы соперник не узнал стратегию, им присваиваются номера.
Броски и захваты давались Игорю сложнее всего. Он привык работать руками, бить и блокировать. Ноги были словно деревянные, а о том, что противника можно просто взять на удушающий так и вовсе забывал. Но тренера это, кажется, и вовсе не волновало. Он то и дело во время спарринга произносил непонятные для посторонних «шесть», «восемь», «два» и весело улыбался, когда Игорь путался или забывал значения шифра. Игорь переживал, а тренера это только забавляло. Ничто не могло пошатнуть его уверенность в победе.
– Ничего, еще целый месяц впереди. – Пожимая руку Игорю, сказал тренер по окончании тренировки. – Хотя… мне кажется ты уже готов. Хоть сегодня.
Игорь скептически улыбнулся и бросил взгляд на зал.
– Э-э, нет, даже не думай. – Перехватив взгляд парня, произнес тренер. Понял, что Игорь хочет как обычно поработать по мешку. – На сегодня хватит. Переутомления нам ни к чему.
– Но я не устал… – Вяло возразил Игорь, прекрасно понимая, что раз уж тренер сказал, решение свое уже не изменит.
– Устал-устал. Я даже устал. Замотал ты меня. – Покачал головой Михаил Андреевич и подтолкнул Игоря к выходу из зала.
Игорь послушно поплелся к выходу. Да, поработали они неплохо, но ему все время казалось, что он может больше, что где-то он проседает, недодает усилий. Турнир совсем скоро. Хватит ли ему тех навыков, что у него есть? Ведь это уже не детский турнир. Он будет биться со взрослыми, парнями от 18 лет и старше…
Для тренера это тоже новый опыт, раньше он отправлял на турниры только детей, никогда – взрослых. Но несмотря на это, он выказывает необычайную уверенность в победе. Может и он, Игорь, зря волнуется? Михаил Андреевич давно в этой системе, знает все правила, схемы, возможности других тренеров и их бойцов. Был бы он так беспечен, если бы существовала реальная угроза не победить? Наверняка, нет.
Игорь должен верить своему тренеру. Доверять ему. Победа важна для них обоих, так что… Велено отдыхать, значит, он будет отдыхать. Хотя бы сегодня.
Приняв душ, Игорь оделся и, уже направляясь к выходу, заметил девушку, стоящую у окна около входной двери, и вглядывающаяся куда-то в сторону парковки. Игорь проследил ее взгляд и увидел за окном худощавого паренька, опирающегося задом о боковую дверь новенькой белой мазды. Кажется, этого парня он уже видел пару раз. Видел, как девчонка прыгала к нему в машину после тренировок. Он решил, что это ее ухажёр.
Судя по всему, он ее ждет. Так чего же она стоит тут и топчется в нерешительности? Не торопится к своему мажорику?
Игорь снова бросил взгляд на девушку, оглядел с ног до головы. Кожаные ботинки, стильные джинсы. Спортивная сумка с логотипом Найк. И теплая парка, висящая на локте, с таким же значком. Здоровенный айфон в руке.
Ну логично. Подобное притягивается к подобному.
Золотые детки, родившиеся под счастливой звездой. Они оба.
Интересно, зачем она ходит сюда? Даже в день рождения приперлась. Слишком скучно стало в этой уютной богатенькой жизни? Или ее сухопарый мажорик не в состоянии ее защитить? Что вообще подталкивает девчонок, да еще и таких, как она, к этому виду спорта?
Пока он разглядывал девушку, размышляя над ее мотивами, она в последний раз взглянула в окно, тяжело вздохнула и, обреченно опустив плечи, толкнула входную дверь, на ходу накидывая куртку.
Игорь вышел вслед за ней и увидел, как девушка неторопливо подошла к парню. Поцеловала, села в машину и через минуту пара умчалась прочь. Игорь с ноткой зависти во взгляде проследил за удаляющимся белым пятном.
Хорошая машина.
Хорошая жизнь.
Игорь застегнул молнию на слишком тонкой для такой погоды куртки, нахлобучил на голову шапку и быстрым шагом отправился в общежитие.
Сунув руки в карман, почувствовал стопку смятых купюр. Улыбнулся.
Лучшее достижение – это сделанное самостоятельно. Что может быть лучше хорошего ужина, приготовленного на заработанные твоими же усилиями деньги?
Сегодня он заработал достаточно неплохо на замене летней резины на зимнюю, а значит может позволить себе заскочить по пути в магазин и купить еды. Пополнить телефон и позвонить матери. Отдать долг Пашке – соседу по комнате. Да еще и останется на черный день.
Нет, не черный, – светлый день, – поправил сам себя Игорь. День, когда он купит билет и уедет к чертовой матери из этой дыры в столицу.
День, когда он начнет жить той жизнью, которой должен.
Жизнью боксера.
Жизнью чемпиона.
За столом царила крайне неловкая атмосфера. Со стороны могло показаться, что здесь собрались четыре человека, говорящие на разных языках. Разговор не клеился. Папа молча жевал свою еду, искоса поглядывая то на Киру, то на Андрея. Мама то и дело подсыпала Андрею разные блюда и как гостеприимная хозяйка, ожидающая оценки ее стараний, то и дело спрашивала: «Ну как?». Что было странным, ведь все эти блюда были заказаны из ресторана по той простой причине, что мама терпеть не могла, да и не умела готовить. А Кира хоть и умела, но не располагала временем. Она нарочно решила пойти на тренировку в свой день рождения, отказалась перенести празднование на выходной, чтобы на сие странное, нелепое мероприятие осталось как можно меньше времени. Ей нужно было просто выполнить данное Андрею обещание, на это хватит и пары часов.
Андрей с виду казался расслабленным, улыбался, нахваливал салаты, но Кира прекрасно видела, как напряжены его плечи, как бегают глаза, когда он лихорадочно соображает, что бы такое сказать, чтобы завязать разговор. Кира ему совсем не помогала. Не могла и не хотела. Сам ввязался в эту авантюру, пусть сам и выпутывается.
– Кто ваши родители, Андрей? – Вдруг спросила мама и плечи Андрея расслабились, наконец не нужно было размышлять над темой разговора.
– Эм.. у папы бизнес. А мама… просто домохозяйка. – С почтительной улыбкой ответил Андрей.
– О, видимо, неплохой бизнес, у вашего отца… судя по вашей машине.
– Мам! – возмущенно вскрикнула Кира и выразительно уставилась на маму. Но Андрей жестом руки показал ей успокоится, и ответил:
– Да, у отца сеть аптек. Но машину купил я сам, на свои первые заработанные деньги. Это была машина-мечта.
– Да? И кем же вы работаете? – Мама взглянула на Андрея теперь уже с большим интересом.
– Я программист. Айтишник. – Улыбнулся Андрей и, видя мамин вопросительный взгляд, добавил. – Работаю на западную компанию, пишу компьютерные игры.
– О-о… – Губы мамы округлились, а глаза засветились уважением. – Это… перспективно.
– Да. – Добавил Андрей и за столом снова повисла тишина, нарушаемая лишь стуком вилок и ножей о тарелки.
Через несколько минут, когда все уже наелись, и заниматься набиванием ртов уже не было сил, мама наконец спросила:
– А как же вы познакомились?
– Случайно. Кира написала мне в социальной сети, просила помочь с сайтом. – Ответил Андрей и с любовью взглянул на Киру. Кира тяжело вздохнула и продолжила за него:
– Я хотела создать сайт нашему детдому и искала программиста. Так получилось, что Андрей был первым кто откликнулся. Мы встретились, обсудили детали, пообщались. А через пару дней сайт был уже готов. Андрей не взял с меня денег… Наверное, этим и покорил меня. – Рассказала Кира, с нежностью глядя на Андрея. Сам бы он этого не рассказал, а Кира считала важным сообщить семье о его достоинствах, но бросив взгляд на маму, поняла, что та не очень-то впечатлилась. Ее больше интересовали его денежные успехи, чем личностные качества. Папа лишь с уважением покачал головой, но так ничего и не сказал. Андрей скромно потупил взгляд.
– Мне это ничего не стоило, да и он был сырым.
– Да. Но позже Андрей сделал из него нечто восхитительное. И снова не взял с меня ни копейки. – Продолжила Кира, но мама на это лишь фыркнула.
– Ну ты тоже за эту всю возню с сайтом ничего не получаешь. Да и будет ли от него толк? Не лучше ли это время посвятить учебе? – С расстановкой проговорила мама и с укором взглянула на Киру.
– Обязательно будет. – Встал на ее защиту Андрей. – Кира – большая молодец. Она подала отличную идею со всплывающей рекламой. Анкеты детей будут постоянно на виду, все время будут мелькать в соцсетях и на различных сайтах. Кто-то да зацепится взглядом. И если это будет не потенциальный усыновитель, то хотя бы человек неравнодушный, способный помочь финансово. Это отличная идея, я не знаю, почему до сих пор никто до этого не додумался. Я думаю, она вдохновит многие благотворительные организации на подобное информирование. Она делает большое дело. Я так считаю. – Взгляд Андрея светился теплом, и Кира растаяла. Ну подумаешь, захотел познакомиться с родителями, не так уж это и сложно. Зато он ее поддерживает. Понимает. Любит. Кира благодарно улыбнулась Андрею и беззвучно прошептала: «Спасибо».
Андрей ответил ей широкой улыбкой и набрал в грудь побольше воздуха, будто собираясь толкать длинную речь. И вдруг хлопнул себя по коленкам, встал и решительно заявил:
– Я напросился на этот праздник не просто так… – Начал Андрей, глядя на родителей, и Кира неосознанно напряглась. Нехорошее начало, что-то тут не так, не нравится ей его решительный вид. – Я люблю вашу дочь. И хочу попросить у вас ее руки.
Мама охнула. Папа закашлялся. Кира выронила бокал из рук и, выпучив глаза, уставилась на Андрея. Она не ослышалась? Он хочет попросить ее руки? Они что, в американском кино?
– Андрей. – Вскрикнула девушка, с нотками паники в голосе, когда увидела появляющуюся из кармана его брюк бархатную коробочку. – Нет, Андрей. Пожалуйста. Что ты делаешь? – Затараторила в отчаянии.
– Кира. Я люблю тебя. Я решил. Я хочу, чтобы ты стала моей женой. – Серьезно произнес Андрей, глядя ей прямо в глаза.
– Но ей еще нужно учиться! – Подала возмущенный голос мама.
– О, конечно. Я не тороплю ее со свадьбой. Я просто… хочу обозначить свои намеренья. – С почтительным кивком ответил маме Андрей и перевел взгляд на отца. Кира умоляюще взглянула на папу. Тот замешкался, заметив на себе пристальное внимание и неуверенно пробасил:
– Я не против… в принципе. Ты, кажется, хороший парень. Надежный. Кхм… Кира. Дело за тобой, дочь. Тебе восемнадцать… Я не приму решение за тебя. – И одними губами добавил «прости».
Кира шумно выдохнула и посмотрела на Андрея, отрицательно качая головой.
– Андрей… это… Я не знаю, что сказать.
– Кирюш, я тебя не тороплю. – Андрей поставил коробочку на стол и подвинул ее ближе к Кире. – Когда ты наденешь кольцо, я пойму, что ты приняла решение. А пока, пусть оно просто побудет у тебя. И, Кира… я умею ждать. Столько, сколько нужно.
Кира уставилась на коробочку как на орудие для жертвоприношения, внезапно появившееся на этом праздничном столе. На шею будто набросили удавку, так ей тяжело было дышать. Все казалось немного нереальным, будто в любой момент она очнется от дурного послеобеденного сна. Боже. Пусть весь сегодняшний день окажется всего лишь сном. Она готова еще хоть год ждать своего восемнадцатилетние, лишь бы все это было неправдой. Кира сильно зажмурилась, прося вселенную, чтобы, когда она откроет глаза, все это исчезло. Но увы, открыв глаза, она натолкнулась на спокойный взгляд Андрея.
– Ладно. – Тихо, голосом смирившегося со своим приговором смертника произнесла девушка, и, протянув руку, взяла коробочку. Андрей облегченно выдохнул и улыбнулся.
Мама встала из-за стола и приобняла рукой ссутулившуюся дочь.
– Что ж, это было весьма неожиданно. Признаться, я слегка растеряна. – Мама манерно поправила прическу и продолжила. – Я надеюсь, что Кира все-таки сначала получит образование и устроится в жизни, прежде чем выходить замуж и рожать детей. Вот. Таково мое условие. В остальном вы разберетесь сами. Я верю, что вы оба будете благоразумны.
– Несомненно, Анна Григорьевна. – Учтиво кивнув, заверил ее Игорь и встал из-за стола.
Пожал руку отцу, поблагодарил маму за вкусный ужин, скомкано попрощался и попросил Киру проводить его. Уже на пороге, видя ее угрюмый вид, крепко обнял, поцеловал в макушку и прошептал:
– Прости, я не хотел тебя ошарашить. Я был уверен, что ты догадываешься.
– Угу. – промычала Кира куда-то ему в шею. – Я и думать не могла. Боже, Андрей. Не слишком ли ты торопишь события? – Кира взглянула Андрею в глаза с глупой надеждой на то, что он сейчас согласится, что поторопился и заберет проклятую коробку, что словно раскаленный уголь жгла ее ладонь.
– Нет, не слишком. Я достаточно хорошо тебя узнал. – Андрей поднял ее лицо, нежно держа пальцами за подбородок и легонько поцеловал. – Я люблю тебя, Кирюш.
– Я знаю. – Тихо прошептала девушка и снова вздохнула. – Я знаю.
Закрыв за Андреем дверь, прислонилась к ней лбом. Знала бы она, что ее сегодня ожидало, сожгла бы паспорт. Лишь бы не было этого дурацкого дня рождения.
– Кира. – Из кухни вышла мама и, увидев дочь в таком убитом состоянии, решила уточнить: – Ты я вижу не рада, детка?
Кира развернулась и угрюмо посмотрела на маму.
– Я просто счастлива, ма. Разве не видно?
– Не понимаю, что не так. Ты сама говорила, какой он хороший парень. Зарабатывает неплохо. Воспитанный. Благотворительностью вон занимается… Прекрасная партия, как по мне.
– Да-да. С рациональной точки зрения… – Пробурчала в ответ Кира и проскользнув мимо мамы, направилась в свою комнату. Однако мама, видимо, решив окончательно расставить все точки над і, последовала за ней.
– Зачем ты звала его сегодня на ужин, если не была готова к подобному?
– Я даже… Мам. Это какой-то бред. Мы так мало знакомы… У меня и в мыслях не было, что он выбросит ТАКОЕ. – Кира принялась расхаживать по комнате и, пытаясь выразить все свое негодование, размахивала руками.
– Господи. Я думала ты у меня умная девочка. – Разочарованно покачав головой, сказала мама. – Зачем еще ему знакомиться с родителями, если он несерьезно настроен?
– Ладно, мам. Да. Я НЕумная. Хорошо. Все. Я устала. Прошу тебя. – Кира выразительно посмотрела на маму, намекая на то, чтобы она покинула ее комнату. Мама недовольно поджала губы, окинула дочь хмурым взглядом, но вышла.
Кира устало опустилась на кровать. Почему они с мамой никогда друг друга не понимают? Словно с разных планет. У каждой – своя реальность. Мама, кажется, вообще не признавала существование любви, брак для нее – союз, заключающийся исключительно из вопроса целесообразности и выгоды. А после – это ответственный труд двоих людей. Разумеется, часть правды в этом есть, но как же чувства? Разве любовь – это не главное соединяющее звено? Она, конечно, испытывала к Андрею нежные чувства, была влюблена в него. Но разве, этого достаточно для заключения брака?
И что об этом думает сам Андрей? Он утверждает, что любит ее, но при этом не готов принимать ее образ жизни, требует, чтобы она все свое внимание отдавала ему. Как он представляет себе их возможную супружескую жизнь?
Известно, как, – тут же ответила сама себе Кира. Он захочет, чтобы она была как его мама – сидела дома и ублажала мужа. Но Кира не такая, она – полна здоровых амбиций, интересов и сил. Это не в ее характере – быть послушной домохозяйкой, готовящей ежедневно ужины, воспитывающей ораву детишек, и выслушивающей с заинтересованным видом рассказы мужа о его успехах.
Неужели Андрей думает ее переделать под себя? Это глупо. И эгоистично. Несмотря на то что это почти нереально – изменить сложившийся характер человека, вклиниться в его природу и все переписать по-своему.
Нет, она не готова к браку. Ни с Андреем, ни с кем-либо другим. Не сейчас.
Кира резко встала с кровати и схватив коробочку, даже не взглянув на содержимое, швырнула ее в дальний угол ящика стола, с грохотом его захлопнула и наконец расслабилась, приняв решение. Андрей сказал, что умеет ждать. Что ж, пусть ждет.
Пусть ждет, пока она не разберется в своих чувствах, пока не полюбит его достаточно сильно, чтобы связать свою жизнь с ним навсегда. Пусть ждет, пока он сам не станет по-настоящему зрелым, чтобы понять, что ее он изменить не сможет. Пусть узнаёт ее, изучает, познает с разных сторон, и убеждается в этом снова и снова.
Кто знает, возможно, в конце концов он и сам передумает.
Бесплатный фрагмент закончился.