Он вышел вместе с ней, взял ее телефон и побежал на работу.
Аля же два дня жила, словно сомнамбула, пока он не позвонил. То есть она знала, что он позвонит, потому что с судьбой невозможно спорить, просто ожидание было невыносимо.
В первый же вечер он пришел к ней домой. На втором свидании выяснилось, что остаться не может, потому что у него есть жена. И дочка. Дочка не его, а от первого брака жены, но он привязался к этому ребенку. С женой они живут плохо, и если бы не девочка, давно бы развелись, но он боится, что тогда жена не позволит ему видеться с ребенком, а у него нет никаких прав.
Аля не слишком вслушивалась в слова, ей нравился его негромкий вкрадчивый голос. Ей все в нем нравилось – мягкие руки, взгляд серых глаз, манера поворачивать голову, как будто к чему-то прислушиваясь. Ведь она встретила своего единственного, так какая разница, женат он или нет. Все равно он будет с ней, с Алей, от судьбы не уйдешь. Она знает свою судьбу, свою карму.
Почти год все было прекрасно. Герман часто бывал у нее, говорил, что у них с женой дело идет к разводу. Однако по прошествии года Аля стала задумываться. Ей хотелось жить вместе, выйти за него замуж, родить ребенка, чтобы была настоящая семья. Да хотя бы подружкам его показать, ходить куда-нибудь вместе, друзей общих завести!
На ее робкие вопросы он отвечал, вздыхая, что сейчас у него очень трудный период, что с женой все никак не разобраться, потому что она человек очень сложный, да еще и на работе не все гладко. Отвечал ласково, просил прощения, обнимал и гладил по голове. Говорил, что нужно подождать еще немного, и все у них наладится.
Успокоившись, Аля засыпала в его объятьях. А когда просыпалась, его уже не было рядом.
Так прошло еще несколько месяцев.
А потом позвонил Алексей Иванович. Он изредка позванивал Але, поздравлял с праздниками, с днями рождения, но не навязывался, понимая, что его забота не слишком нужна. Тактичный человек.
На этот раз у него было предложение. Его хороший знакомый, занимавшийся гостиничным бизнесом, открывал новый отель в Новгороде. Алю, если подучится, могли взять туда на работу. Оклад побольше, чем секретарский, а поработав там год, можно будет просить перевода в Петербург или в Хельсинки, где тоже есть отели этой сети.
– Ты ведь одна совсем, – говорил Алексей Иванович, – долго ли секретарем тебя продержат? Годы-то идут, нужно как-то в жизни устраиваться.
– А я, может, замуж выйду! – обиделась Аля. – Меня муж будет содержать!
– Это, конечно, неплохо, – согласился он, – однако профессия и в замужестве не помешает. Мало ли как жизнь повернется? Муж работу потеряет, разорится, заболеет, другую найдет. Опять же, каждый раз у мужа на тряпки денег просить тоже несладко. Так что давай, соглашайся.
Аля понимала, что Алексей Иванович прав, и надолго задумалась. Отчего-то разговоры с ним всегда действовали на нее здраво. Так, может, и правда изменить свою жизнь? Она действительно совсем одна, ведь Герман ей вовсе не муж, а любовник. Причем любовник, который вовсе не горит желанием ее содержать. Да от него грошового подарка не дождешься, если на то пошло! К ужину бутылку вина не принесет, к чаю – коробку конфет!
Аля тут же замерла в ужасе. Что она делает? Как может так думать? Ведь это же он, ее судьба, ее карма…
Карма… Это слово решило все, слишком свежи были воспоминания о маминой погубленной жизни.
«Не хочу, – подумала Аля, – не хочу такой судьбы, как у мамы».
И рассказала обо всем Герману. В первый раз за все время их знакомства разразился жуткий скандал. «Ты не смеешь на меня давить! – кричал Герман. – Уж не знаю, кто посоветовал придумать такую историю, но ничего у тебя не получится. У меня сейчас трудный период, и я все должен решить сам, торопить себя я не позволю. Это моя жизнь, а ты пытаешься влезть в нее грязными сапогами».
Аля пыталась возражать: мол, она ничего не придумала, что ей действительно предложили такой вариант, но Герман не слушал ее оправданий. Когда кричал, голос у него становился высоким и надтреснутым, сам он был весь красный, и пот струился по лицу.
В конце концов, соседка постучала по батарее. Аля сказала, что она и полицию может вызвать. Герман притих и ушел, на прощание хлопнув дверью.
После его ухода Але стало ужасно плохо.
Что она наделала? Собственными руками оттолкнула любимого мужчину, свою судьбу. Она была готова побежать за ним и умолять его остаться, да если нужно, и на колени посреди улицы упала бы. Что ей посторонние люди? Только бы он не ушел!
Аля выглянула в окно, увидела, как Герман садится в свою машину, и крикнула не очень громко, помня о противной соседке:
– Вернись! Герман, вернись!
Но он не услышал, даже не поднял голову, чтобы в последний раз взглянуть на ее окна, газанул и уехал.
Аля вспомнила мамины слова: «Что же тут роптать? Это судьба. Как судьба захочет, так и будет».
Как ни странно, такое отношение ей помогло. Мать приняла уход отца безропотно, а Але руки на себя наложить, что ли?
Она согласилась с Алексеем Ивановичем, что пора ей менять работу, и подала заявление об уходе.
И вот однажды, когда она уже понемногу готовилась к отъезду, пришел Герман с огромным букетом цветов. Просто позвонил в дверь и сказал, что Аля права, что они непременно должны быть вместе, что без Али он не мыслит своей дальнейшей жизни и еще много замечательных слов.
В первый раз он остался у нее на всю ночь.
Аля, конечно, одурела от счастья и позвонила Алексею Ивановичу. Тот был недоволен, однако ей было все равно. На работе, конечно, нашли человека на ее место, но Алю и это не волновало, ведь Герман предложил ей выйти за него замуж. Вот как только оформит развод, так сразу и пойдут в загс.
Потом он уехал в командировку, потом закрутился с делами. Аля твердо спросила, когда же он решит свои проблемы. С работы она уволилась, ей скоро не на что будет жить. Герман подумал и пригласил ее в ресторан «Три пескаря».
– Это будет наша помолвка. Посидим, обговорим дальнейшие планы. И вообще… – Он таинственно улыбнулся, и Аля поняла, что он купил кольцо, и ей стало жарко от счастья.
И вот теперь, нарядившись как дура, она уже сорок пять минут сидела в ресторане, а Германа все не было.
Он не придет, это точно. Он ее бросил. По телефону не отвечает, а потом вообще сменит номер. Но Аля не станет за ним гоняться. Раз уж судьба такая, что тут поделаешь…
– Алену Кортневу просят пройти в четвертую кабинку! – объявил бармен.
Аля встрепенулась. Она не ослышалась? Ну да, это ее фамилия – Кортнева. И тут же в душе расцвел огромный бутон счастья. Герман решил сделать ей сюрприз!
Вот сейчас она войдет в четвертую кабинку, а там… Стол накрыт в три стекла – икра, шампанское, разные деликатесы, экзотические фрукты. Герман ждет ее с улыбкой, играет музыка. Он подойдет к ней и скажет: «Дорогая, будь моей женой! Ты согласна?» «Конечно, согласна», – прошепчет она, потому что от неожиданности лишится голоса.
Герман посмотрит на нее ласково и махнет рукой официанту, который будет скромно стоять в уголке. Тот откроет шампанское, разольет по бокалам и исчезнет. А Герман подаст ей бокал, попросит закрыть глаза и выпить до дна. И она сделает вид, что ни о чем не догадывается. А ведь он положит на дно бокала кольцо. Так что пить надо осторожно. Интересно, какое будет кольцо? Золотое, это понятно. А вот с каким камнем? Неужели с бриллиантом?
Да господи, тут же опомнилась Аля, какая разница! Хоть самое простенькое золотое колечко. Важно то, что это их помолвка, и теперь они будут вместе.
– Госпожа Кортнева, пройдите в четвертую кабинку! – повторил бармен.
– Иду! – сказала Аля, выходя из бара. – Иду!
Перед дверью четвертой кабинки она остановилась, прижав руки к колотившемуся сердцу. Через несколько минут вся ее жизнь засверкает яркими красками. Уйдут тоска и одиночество, все изменится.
Аля толкнула дверь, шагнула в кабинку. И улыбка счастья начала сползать с ее лица. Вместо накрытого стола и сияющего Германа, она увидела незнакомую женщину. Впрочем, стол был, только девственно чистый, лишь перед женщиной стояла пустая чашка из-под кофе. Незнакомка была немолода, то есть перешагнула уже сорокалетний рубеж и годы свои не скрывала. В черных волосах, скрученных в тугой узел, змеились седые пряди. Темные яркие глаза смотрели внимательно и недобро.
Аля остановилась у двери и совершенно некстати вспомнила сказку, которую мама читала ей в детстве: про некоего Булата-молодца, который верой и правдой служил царю. Но однажды царь его предал, и от этого Булат-молодец по колено стал каменным.
Сейчас Аля чувствовала, что ноги ее стали каменными, и сдвинуть их с пола не было никакой возможности. Голова, однако, оставалась ясной, и в эту секунду Алю озарило. Женщина, сидящая перед ней, – не кто иная, как жена Германа. Неужели он прислал ее вместо себя, а сам побоялся встретиться с Алей, чтобы окончательно выяснить отношения?
– Здравствуйте, – сказала женщина без улыбки. – Это вы Кортнева?
– Да, я, – машинально ответила Аля. – Но как…
– Проходите и присаживайтесь, – пригласила женщина, – тут мы спокойно поговорим.
Аля хотела сказать, что ей совершенно не о чем разговаривать с женой Германа. Раз он ее бросил, то выяснять она ничего не хочет, все и так ясно.
А вдруг все задумала она, эта злыдня? Говорил же Герман, что у его жены сложный характер. Так вот что он имел в виду! Она не хочет отпускать его к Але, а когда он объявил, что уходит навсегда, взбеленилась и решила мстить? Вдруг она убила его, а теперь пришла убивать Алю?
Она потрясла головой, чтобы изгнать ужасные мысли. Немного полегчало. Нет, пожалуй, насчет убийства Германа – это перебор. Это уже из области фантазий.
– Садитесь же! – повторила женщина. – Нам нужно многое обсудить.
Аля вдруг почувствовала, что у нее совершенно нет сил сопротивляться, и села к столу.
– Кофе? – нелюбезно предложила женщина.
– Нет-нет, лучше воды!
– Сейчас принесут. А пока… – Женщина достала столовый нож и начала медленно покачивать его перед глазами Али. – Смотрите внимательно…
Алена осторожно потянула носом воздух. Ореховым ликером не пахло, к счастью, ее сосед уже допил свой кофе и ушел. Не было и кукольной блондинки. Дождалась, значит. Или поняла, что никого не дождется, и ушла.
Алена села на прежнее место и взглянула на часы. Прошло уже пять минут после назначенного времени встречи. Она забеспокоилась. Вдруг эта женщина, что говорила с ней по телефону, помешана на точности? Надо же, из-за дурацкого орехового ликера она может упустить свой шанс!
– Простите, – обратилась она к бармену. – Никто не спрашивал Алену Кортневу?
– Спрашивали, – ответил тот с вежливой улыбкой.
«Ох, как нехорошо получилось! – подумала Алена. – Первая встреча очень важна, и если я произвела впечатление ненадежной, неаккуратной женщины, которая не может вовремя прийти на встречу, могу потерять эту работу…»
– Давно спрашивали? – озабоченно переспросила она.
– Минут семь назад, – ответил бармен. – Ее пригласили в четвертую кабинку, и она сразу ушла…
– Кто – она? – удивленно переспросила Алена.
– Как – кто? Вы ведь спросили меня про Алену Кортневу?
– Ну да, но это…
– Вот она и ушла. Та женщина, которая сидела вот здесь, – бармен кивнул на табурет, который совсем недавно занимала блондинка, напоминающая забытую на даче куклу.
– Ничего не понимаю. Этого просто не может быть… – пробормотала Алена.
– Почему же? – Бармен удивленно поднял брови. – Ее пригласили – она и пошла. Хотите еще чего-нибудь?
– Нет, спасибо… – Алена положила на стойку деньги, соскользнула с табурета и еще раз уточнила: – Вы говорите, в четвертую кабинку?
– Ну да, в четвертую. – В глазах бармена появилась настороженность.
Он хотел что-то сказать, но Алена чуть ли не бегом направилась в зал ресторана. Когда нужно, она умела действовать быстро.
Наверняка случилось какое-то недоразумение.
Бармен не мог ошибиться: позвали ее, Алену Кортневу, но блондинка со своими кукольными мозгами все перепутала и отправилась вместо нее в четвертую кабинку…
Но в таком случае недоразумение сразу же разъяснилось бы, и блондинка должна была вернуться. Почему же ее нет?
Наверное, возникла какая-то путаница.
В любом случае, ей нужно пойти в кабинку и объяснить, что произошло. Она не может по глупости какой-то случайной блондинки потерять эту работу! На ней ипотека висит, и кредит за машину нужно выплачивать.
Слегка поморщившись от неприятных мыслей, Алена быстрыми шагами прошла через зал, подошла к четвертой кабинке – и резко затормозила.
Что-то здесь было не так.
Допустим, блондинка не расслышала фамилию и отправилась в четвертую кабинку. Но она тут же должна была заметить свою ошибку, вежливо извиниться и уйти. Судя по ее поведению, она ждала в баре мужчину, скорее всего, любовника. А в четвертой кабинке находится женщина, ведь Алену пригласила на встречу женщина.
Чтобы разобраться в ситуации, нужно не больше пары секунд. Ну, допустим, у блондинки не высокий коэффициент интеллекта, но все равно она давно уже должна была покинуть кабинку. Да и женщина, которая назначила встречу Алене, вряд ли приняла бы ту блондинку за специалиста по страхованию со знанием двух языков. Видно же, что девица небольшого ума, среднюю школу закончила с грехом пополам, да еще курсы какие-нибудь…
Тем не менее прошло уже почти десять минут, а блондинка все еще не вышла из кабинки.
В чем же дело?
Если сначала Алена хотела войти внутрь и немедленно разъяснить досадное недоразумение, то сейчас передумала и решила незаметно заглянуть в кабинку и понять, что там происходит. Нечего вваливаться как слон к незнакомому человеку, как бы себе хуже не сделать.
Дверь кабинки, а точнее раздвижная створка вроде той, какие бывают в купе в поезде, была плотно закрыта. Алена потянулась к ручке, но в это время в коридоре появилась официантка с подносом, на котором стояла бутылка минеральной воды и два стакана. Увидев Алену, она задержалась и спросила:
– Могу я вам чем-нибудь помочь?
– Да. Где здесь туалет?
– Вон там, налево по коридору.
Алена пошла в указанном направлении, но тут же остановилась и оглянулась.
Официантка вошла в четвертую кабинку, однако тут же вылетела из нее, как пробка из бутылки. Лицо ее покрывали красные пятна, она что-то раздраженно бормотала под нос. Видимо, ее выставили из кабинки, причем не самым вежливым образом. Пролетев стрелой мимо Алены, они скрылась за служебной дверью, скорее всего, чтобы без свидетелей дать волю эмоциям.
Алена подошла к кабинке. На этот раз дверь была закрыта неплотно, из небольшой щели пробивался неяркий свет и доносился странный монотонный голос.
Алена достала из сумочки пудреницу с зеркалом, осторожно просунула ее в просвет и, повернув зеркальце, как перископ, разглядела внутренность кабинки. За столом сидели две женщины, одна – та самая блондинка с кукольным лицом, вторая – худощавая женщина средних лет с яркими, темными, широко расставленными глазами и темными, с заметной проседью волосами, стянутыми в тугой узел.
Эта брюнетка вела себя более чем странно. Медленно раскачивая перед лицом своей собеседницы столовый нож, она говорила глубоким, гипнотическим голосом:
– Следите за этим ножом… не спускайте с него глаз… слушайте мой голос, отбросив все посторонние мысли… вам ничто не мешает, вас ничто не беспокоит, вы не воспринимаете никакие посторонние звуки, кроме моего голоса… вы слышите только мои слова, и только они имеют для вас значение… ваше дыхание становится ровнее и глубже, как во сне… с каждой секундой, с каждым моим словом вас охватывает приятная сонливость… раз, два… все ваше тело расслабляется и одновременно тяжелеет, словно наливается свинцом… три, четыре… приятное тепло разливается по вашему телу… пять, шесть… вы все глубже погружаетесь в сон, в глубокий сон без сновидений…
Блестящий нож из нержавеющей стали качался, как сверкающий маятник, голос брюнетки звучал монотонно и убедительно:
– Мой голос действует на вас успокаивающе, вы слышите только его… вы засыпаете, засыпаете все глубже… семь, восемь… никакие звуки вам не мешают, вы слышите только мой голос… девять, десять… слышите только мой голос и беспрекословно подчиняетесь ему…
В какой-то момент Алена почувствовала, что тоже поддается гипнотическому воздействию этого голоса, следит за сверкающим стальным маятником, еще немного – и сама заснет, подчинится этой женщине, будет делать все, что та ей прикажет.
Но… не на ту напали! Алена встряхнула головой, сбросив странное оцепенение, и снова вгляделась в зеркало.
Кукольная блондинка впала в гипнотический транс. Глаза ее были открыты, но ничего не выражали. Они стали пустыми и безжизненными, словно стеклянными, еще больше увеличив сходство блондинки с грустной куклой. Казалось, если взять ее и наклонить, та жалобным голосом скажет: «Мама».
«Эта брюнетка ее загипнотизировала, – поняла Алена. – А ведь если бы я пришла в эту кабинку, то сейчас была бы на месте этой куклы и сидела бы с остекленевшими глазами… Что вообще происходит?»
Тут ей в голову пришла другая мысль: эта девица попала сюда по чистой случайности, а значит, ей достанутся чужие неприятности. Как говорится, в чужом пиру похмелье.
Брюнетка тем временем, по-видимому, удовлетворилась достигнутым результатом, положила нож и проговорила властным, уверенным голосом:
– Сейчас вы встанете из-за стола и пойдете вместе со мной. Пойдете туда, куда я вас поведу, беспрекословно подчиняясь мне и не задавая никаких вопросов. После того, как я скажу кодовое слово «пируэт», вы придете в себя, но не будете помнить, что говорили и делали в состоянии транса.
Блондинка действительно встала и замерла, ожидая дальнейших приказаний, а женщина-гипнотизер положила на стол деньги и шагнула к двери.
Алена в панике отскочила и заметалась по коридору. В нескольких метрах от нее стояла невысокая консоль, на которой громоздилась декоративная деревянная кадка с большой, ухоженной монстерой. Не найдя ничего лучшего, Алена спряталась в темной нише за этим развесистым растением.
В этот самый миг дверь четвертой кабинки раздвинулась, и женщины вышли в коридор. Они шли рядом, как лучшие подруги. Правда, движения блондинки были немного скованными, как у сомнамбулы, и спутница слегка придерживала ее под локоть.
«Куда она ее ведет?» – подумала Алена, понимая, что в любом случае несчастную девицу не ждет ничего хорошего. Так же отчетливо понимала она и то, что неприятности, которые ждут эту грустную куклу, первоначально предназначались ей, ведь это ее пригласили в злополучную кабинку.
Тем временем женщина-гипнотизер внимательно огляделась.
Алена напряглась, но в коридоре, к счастью, было полутемно, и брюнетка не заметила ее и двинулась вперед – не к выходу из ресторана, а в обратную сторону, к двери, на которой висела табличка: «Только для персонала».
Едва женщины скрылись за этой дверью, Алена бросилась вслед за ними. Не в ее характере было так быстро сдаваться, она должна разобраться в ситуации. Что это за женщина? И что ей нужно от нее, Алены? Предложение работы было только предлогом, чтобы заманить ее в ресторан, а потом загипнотизировать и куда-то увезти.
За дверью оказался короткий полутемный коридорчик. Пройдя по нему, Алена оказалась на кухне.
Здесь было жарко и шумно, как в аду, на нескольких огромных плитах шкворчали сковороды и булькали кастрюли, во все стороны, как черти в аду, сновали помощники и подручные повара. Сам повар, смуглый горбоносый брюнет с лицом старого пирата, стоял посреди помещения, как капитан на мостике. На нем была белоснежная куртка и высокий колпак с лихим заломом.
Увидев Алену, он сурово проговорил:
– Па-ачему посторонние на кухне?
К Алене тут же устремился кривоногий толстяк в такой же белой куртке, как у шеф-повара, но заляпанной томатным соусом. Если шеф-повар был похож на капитана пиратского корабля, то этот толстяк – на боцмана. Он вращал глазами и выставил вперед руки, явно собираясь вытолкать девушку из запретной зоны.
Но как раз в этот момент Алена увидела в дальнем конце кухни две удаляющиеся женские фигуры. Ловко увернувшись от кривоногого толстяка, она проскользнула среди раскаленных плит и разделочных столов и оказалась возле той двери, за которой только что скрылась женщина-гипнотизер со своей жертвой.
Толстяк, увидев, что она собирается покинуть кухню, утратил к ней всякий интерес.
Выждав несколько секунд, Алена открыла дверь, за которой оказался еще один короткий коридор, а в конце его – еще одна, неплотно прикрытая дверь.
Женщин не было видно.
Алена проскочила вперед, выглянула за дверь и увидела задний двор ресторана, несколько машин и мусорные баки. А также две знакомые фигуры – гипнотизера и кукольную блондинку. Они шли к подворотне, из-за которой доносились звуки большого города.
Выскользнув во двор, Алена перебежками, от одной машины к другой, двинулась вслед за ними.
Миновав подворотню, женщины оказались на девятой линии и сели в темно-зеленую машину: женщина-гипнотизер – за руль, блондинка – рядом с ней.
Дверцы захлопнулись, и машина отъехала от тротуара.
Алена заметалась по улице. Куда эта злодейка везет свою безвольную жертву? Что собирается с ней делать?
Хотя она видела ту недалекую блондинку первый раз в жизни, но не могла оставить ее на произвол судьбы. Кроме того, вся эта непонятная история каким-то образом была связана с ней самой: ведь это ее пригласили для собеседования в ресторан, ведь это ее позвали в злополучную четвертую кабинку, и только из-за удивительного стечения обстоятельств на ее месте оказалась блондинка. А значит, если она хочет понять, кто и почему решил втянуть ее в опасную историю, то должна проследить за женщиной-гипнотизером и узнать, куда она везет свою жертву и что собирается с ней делать.
Размышляя так на бегу, Алена отыскала свою машину, села за руль и устремилась в погоню. К счастью, Васильевский остров в этот час был переполнен транспортом, и машины двигались с черепашьей скоростью. Когда же Алена вслед за зеленой машиной подъехала к Тучкову мосту, они и вовсе встали в длиннющей пробке.
Так прошло минут двадцать. Наконец транспорт медленно двинулся вперед, просачиваясь сквозь бутылочное горлышко моста, и еще через четверть часа Алена и преследуемая ей машина оказались на Петроградской стороне. Зеленая машина свернула налево, переехала еще один мост и вскоре выехала к Черной речке.
Здесь она снова свернула в сторону Старой Деревни – района, застроенного после войны пленными немцами. С тех пор аккуратные двухэтажные дома на несколько квартир стали называть репарационными. В советские времена получить жилье в таком доме считалось большой удачей. В последние годы некоторые владельцы квартир выкупили у соседей их жилье, качественно отремонтировали дома и превратили их в уютные особнячки с собственным садом и парковкой.
К одному из таких особнячков и подкатила зеленая машина. Женщина-гипнотизер вышла, оглянулась на свою безвольную спутницу и сказала властным голосом:
– Сиди и жди, когда я за тобой вернусь!
После этого направилась к особнячку.
Алена остановилась чуть в стороне, выскользнула и подобралась поближе к зеленой машине, прячась за густыми кустами персидской сирени.
Кукольная блондинка неподвижно сидела на пассажирском сиденье, глядя прямо перед собой пустыми безжизненными глазами. Алена невольно содрогнулась и окликнула:
– Эй, очнись! Нужно бежать, пока она не вернулась!
Блондинка не шелохнулась.
– Да очнись ты! – Алена принялась трясти блондинку за плечо, но безрезультатно.
Никогда прежде она не сталкивалась с загипнотизированными людьми и не представляла, насколько глубоко они погружаются в транс, поэтому ощутила собственное бессилие. А времени было в обрез, женщина-гипнотизер могла вернуться в любую секунду…
Алена еще раз изо всех сил встряхнула блондинку, так что у той громко клацнули зубы, но ничего не изменилось: девушка все так же безразлично смотрела перед собой, еще больше напоминая грустную куклу.
И тут Алена вспомнила слова женщины-гипнотизера: «После того, как я скажу кодовое слово «пируэт», вы придете в себя…» – и громко произнесла:
– Пируэт!
Блондинка вздрогнула, завертела головой и удивленно проговорила:
– Где я? Что это за место? Как я сюда попала?
– Пойдем скорее отсюда, – Алена потянула ее из машины, – пойдем, пока та женщина не вернулась.
– Какая женщина? – Блондинка наморщила лоб, словно пытаясь что-то вспомнить. – А ты кто такая? Я тебя не знаю!
– Потом, потом! – отмахнулась Алена. – Я все тебе объясню позже, а сейчас нужно скорее убираться из этой машины.
– Но почему я должна тебе верить?
– Ну, знаешь ли… – Алена задохнулась от возмущения. – Я пытаюсь тебя спасти, а ты мне не доверяешь?
– Но я тебя первый раз вижу! Хотя… – В ее глазах что-то забрезжило. – Где-то я тебя видела… А от чего меня нужно спасать?
– Глупая курица! – в отчаянии крикнула Алена. – Да не тяни ты время, потом поздно будет!
На дорожке возле особняка появилась темная фигура женщины-гипнотизера.
– Ну все, – отчеканила Алена, – если мне не веришь – можешь оставаться здесь, в этой машине. Я ухожу… как говорится, умываю руки. Пока-пока!
– Ладно… я с тобой…
Блондинка выбралась из машины, двигаясь неуверенно, как автомат. Алена схватила ее за руку и потащила за кусты сирени.
Женщина-гипнотизер подошла к машине, заглянула в нее и, удивленно оглядываясь по сторонам, раздраженно проговорила:
– Что за черт? Как она могла уйти? Этого не может быть! Я же оставила ее в глубоком трансе… – Она пристально вгляделась в темноту и громко, повелительно проговорила: – Вернись немедленно!
Кукольная блондинка напряглась и уже хотела пойти на властный голос гипнотизерши, но Алена крепко схватила ее за локоть и прошипела:
– Не слушай ее!
Женщина-гипнотизер, видимо, что-то расслышала, потому что вгляделась в кусты и громко повторила:
– Немедленно вернись! Ты должна беспрекословно выполнять мои приказы!
Блондинка вытянула шею, глаза ее снова начали терять осмысленное выражение. Она тянулась на гипнотический голос, как ночная бабочка на пламя свечи.
– Стой! – зашипела Алена и больно ущипнула ее за ляжку. – Стой на месте!
Щипок явно удался, потому что блондинка взвизгнула. К счастью, в этот момент в одной из машин, припаркованных в переулке, включилась сигнализация. Преследующая их женщина отвернулась, и Алена потащила блондинку в другую сторону, к своей машине.
Девица упиралась с неожиданной силой.
– Пируэт! – повторила Алена кодовое слово.
Блондинка вздрогнула, лицо перекосилось от раздирающих ее побуждений, но хотя бы сопротивляться она перестала.
Наконец Алена довела ее до своей машины, втолкнула на пассажирское сиденье, сама села за руль и торопливо запустила мотор. Позади уже слышались быстрые приближающиеся шаги. Алена торопливо нажала на педаль газа, и машина послушно устремилась вперед.
Сзади, в свете уличного фонаря, мелькнула темная фигура.
– Куда мы едем? – подала голос блондинка.
Алена покосилась на нее. Теперь голубые кукольные глаза не казались пустыми и безжизненными, в них читались страх и растерянность.
– Куда – пока не знаю, – ответила она. – Сейчас главное как можно скорее уехать отсюда.
По дороге Алена решала сложную задачу, которую поставила перед ней ее пассажирка. Действительно – куда им ехать? Алена совсем не хотела везти новую знакомую домой и раскрывать перед ней душу. С другой стороны, ей хотелось с ней поговорить и понять, что же произошло в ресторане «Три пескаря».
Судя по всему, блондинка думала о том же самом, потому что вдруг сказала:
– Давай зайдем в какое-нибудь кафе. Поговорим.
– В кафе? – переспросила Алена. – А это идея!
Она вдруг почувствовала, что ужасно хочет есть.
– Вон то кафе я знаю! – Блондинка показала на заведение, мимо которого они проезжали.
Алена затормозила и припарковала машину рядом с каким-то невзрачным кафе.
Они вошли внутрь.
С первого взгляда Алена поняла, что заведение это – не из самых приличных, раньше она такие обходила стороной. Довольно обшарпанные столики, накрытые несвежими скатертями, пыльные шторы на окнах, в туалете наверняка протекает унитаз… нет, раньше Алена ни в жизнь сюда не пришла бы.
«Пора забыть о прежних привычках, – подумала она, пробираясь к свободному столику. – Раньше я была обеспеченной деловой женщиной, а теперь безработная… А если не смогу достать денег для оплаты взноса по ипотеке, могу стать и лицом без определенного места жительства».
Они заняли свободный столик. К ним тут же подошла немолодая официантка.
– Девочки, что будете заказывать?
– Ты что будешь? Кофе? – спросила Алена блондинку.
– Ох, только не кофе! – Девицу передернуло. – Я уже столько кофе сегодня выпила, что от меня можно телефоны заряжать! Я бы чего-нибудь съела.
– Пиццу хотите? – предложила официантка.
– Пиццу, пиццу! – Блондинка обрадовалась как ребенок, кукольное личико расцвело.
– Что ж, пицца – это хорошо, – кивнула Алена. – Есть хочу – умираю! Мне – четыре сыра.
– Такой нет. – Официантка поморщилась. – Сами знаете, как сейчас с сыром…
– А какая есть?
– «Маргарита», «С цыпленком и томатами», «Неаполитанская» и «Каприз»…
– Какая не острая?
– С цыпленком.
– Давайте с цыпленком. И воду без газа.
Блондинка заказала «Маргариту» и чай. Официантка ушла, и блондинка тут же спросила:
– Так как же я оказалась в том месте и в той машине?
Алена ответила вопросом на вопрос:
– А что последнее ты помнишь?
Блондинка наморщила лоб.
– Помню, как сидела в баре ресторана «Три пескаря», ждала Германа…
– Герман – это кто?
– Мой мужчина… мой единственный мужчина… – Блондинка скривилась, казалось, сейчас она зарыдает.
– Не раскисай! – прикрикнула на нее Алена. – Рассказывай, что еще помнишь?
– Вот! – оживилась вдруг та. – Вот где я тебя видела! Ты тоже была в том баре! Точно! А потом куда-то ушла, а меня позвали в ресторан…
– И вовсе не тебя позвали! – недовольно проговорила Алена. – Позвали меня, а ты не расслышала…
– Да что ты говоришь? – обиженно возразила блондинка. – Я пока что не глухая! Позвали меня, бармен так и сказал: «Алену Кортневу приглашают в четвертую кабинку…»
– Что? – Алена широко открыла глаза от удивления. – Но это же я – Алена Кортнева!
– Ты что, дуру из меня делаешь? – перебила ее блондинка. – Это я Алена Кортнева…
– Серьезно? – Алена смотрела на собеседницу недоверчиво. – Ты не прикалываешься?
– Да какой к черту прикол! – Блондинка начала сердиться. – Это ты, наверное, прикалываешься! И вообще, чего тебе от меня надо? Схватила, потащила куда-то…
– Так, стой! – Алена открыла сумочку и достала оттуда водительские права. – Это ты видела?
Блондинка недоверчиво взглянула на документ – и лицо ее вытянулось.
Бесплатный фрагмент закончился.