– Пилоты и стрелки истребителей у ашжуров являются высшей военной кастой, – счел я нужным пояснить свою реакцию. – Туда берут только самых лучших, и вообще они имеют массу привилегий.
Даля. Стрелок
– Ну так! – гордо ответила я. – Мол, знай наших.
– Ты лучше скажи, как эти ашжуры хоть выглядят? А то я планшет с информацией получила, но пока только самое главное вычитать успела, про оружие и некоторые правила.
– Типичные вулканцы, – ответил Павел.
– А как выглядят типичные вулканцы? – задала я следующий вопрос.
– Ты что, «Стартрек» не смотрела?! – удивился собеседник.
Даже перестал пялиться на мое декольте.
– Нет, а что это такое?
– Сериал. Очень известный.
Только пожала плечами в ответ. Мол, мне не известен. Потом Паша взял свой планшет, открыл папку с картинками и показал мне. На фото был вполне узнаваемый образ.
– Если это и типичный, то эльф, – ответила я. – Во всяком случае, в любом фэнтези сможет без грима сниматься.
– Ой, извини, это ашу, – ответил Павел, глянув на экран. – Может, и похож на эльфа, я как-то не задумывался. Фэнтези не увлекаюсь. А вот ожу действительно стопроцентные вулканцы.
Потом он сменил картинку и опять показал мне.
– Не знаю, – ответила я, глянув на фото, – этот тоже на эльфа похож. Хотя точно не такой красивый, как первый. А чем они хоть отличаются, кроме цвета волос и черт лица? С разных планет?
– Нет, с одной, – начал рассказывать мужчина. – Из того, что я успел узнать, причем не только имеющегося на планшетах, следует, что это две расы одного вида. Развивались изолированно друг от друга на разных материках одной планеты. И эту обособленность сохранили, даже когда вместе вышли в космос. Теоретически могут иметь общих детей, но на практике смешанных браков не случается. Формально не запрещены, но у них какие-то то ли религиозные, то ли морально-этические причины, не позволяющие этого. Если не считать заостренных ушей, то и те и другие довольно сильно похожи на людей (в планшетах есть несколько страниц о различиях внутренних органов, но я их пропустил, так как вскрытие делать все равно не собираюсь). Ожу по сравнению с ашу чуть более коренастые, имеют темные волосы, рост сто семьдесят – сто восемьдесят. Обитали на крупном континентальном массиве, как наша Евразия с Африкой, только раза в полтора больше.
– А эльфы, в смысле, ашу? – спросила я.
– Ашу жили на двух крупных островах общей площадью с нашу Австралию. Потому с самого начала были значительно малочисленнее. Волосы и глаза светлые. Стройнее, чуть выше, уши самую малость длиннее. Сила меньше, реакция лучше. Рост сто семьдесят пять – сто восемьдесят пять. Причем и у тех и у других в указанных пределах. Не встретишь ни одного, чтобы был выше или ниже. Толстых у них тоже не бывает. К параметрам людей, как я слышал, предъявляют те же требования. Так что мало быть специалистом нужной квалификации.
– Да, любители стандартов, – ответила я. – Хорошо хоть, уши растягивать не заставляют.
– А тебе бы пошло, – тут же пошутил Паша.
А еще врет, что фэнтези не увлекается! Но я на шутку никак не отреагировала. Задала следующий интересовавший меня вопрос:
– Сколько нам хоть здесь ждать, не знаешь? В сопроводительных документах значится только до сбора трех десантных дивизий.
– Это ошибка перевода. Мы уже раз двадцать обращались, но они почему-то исправлять не спешат. На самом деле три десантных отряда по сто человек в каждом. Наш, кстати, второй, первый уже отбыл. А если бы речь действительно шла о дивизиях, то такими темпами, чего доброго, и одну не раньше окончания войны собрали бы.
Алексей Шишкин. Десантник
А еще меня бабником называют! Абсолютно незаслуженно, между прочим. Или почти незаслуженно, но все равно.
Вон лейтенант Паша уже успел найти самую красивую девушку на лунной базе. Вчера ее тут еще не было, я бы знал. Теперь мирно сидят на диванчике в общем зале, беседуют. Причем он все больше ей на почти неприкрытую грудь пялится. Делает вид, что награды рассматривает. Ага, так ему кто-нибудь и поверит. Настолько увлекся беседой, что даже не заметил, как я вошел. А вот о ней такого не скажу. Головы в мою сторону не повернула, но откуда-то есть уверенность, что увидела, оценила, приняла к сведению.
Нет, я его ничуть не осуждаю. Посмотреть там явно есть на что. И не только выпирающая из подобия кителя грудь, но еще и почти ничем не прикрытые ноги (не считать же ту «юбку» одеждой). Пускай женщина и сидит, но не сомневаюсь, что с фигурой у нее тоже все в порядке. В противном случае оделась бы иначе.
Полюбовался незнакомкой с некоторого расстояния и, наконец, прислушался к тому, что ей там Павел заливает. Повод подойти и присоединиться к разговору нашелся сразу же, тем более что я как раз и шел, чтобы это сообщить.
– Планы поменялись! – заявил я сразу после слов Паши о том, что нам тут еще довольно долго куковать. – Буквально несколько минут назад пришло сообщение. Дзыны если не разбили, то довольно сильно потрепали один из флотов ашжуров. Двадцать восемь линкоров Арбитры забрали на капремонт, выдав взамен новые. Экипажи, где они вообще остались, переформировывают, доукомплектовывают, и снова в бой. Ну и нас заодно берут. Отправляемся уже сегодня, портал через пять часов.
– А как же третий отряд?! – возмутился лейтенант. – Нам обещали, что все три полагающиеся по штату линкору будут состоять из землян.
– Не знаю, – честно ответил я. – На этот самый вопрос мне ответили что-то невразумительное. Мол, постараются сформировать из вулканцев, курсантов военного училища, и это в лучшем случае.
– А в худшем? – спросила уже девушка.
– В худшем придется обходиться всего двумя, – ответил ей. – Я, кстати, Леша.
– Даля.
– Красивое имя, – тут же не упустил случая сказать комплимент.
– Знаю, мне говорили, – выдала она нестандартный ответ.
Меня таким не смутишь, знаю, что девушке нравится, когда интересуются ее именем. Поэтому спросил:
– И что означает?
– Богиня судьбы и удачи.
– Странно. Обычно это противоположные силы.
– Во мне вполне уживаются противоположности, – усмехнулась она.
– Даля у нас снайпер, – счел нужным объяснить Павел.
Потом сделал театральную паузу и добавил:
– И стрелок истребителя.
Эффект, конечно, был, врать не стану, но вовсе не такой сильный, на который рассчитывал лейтенант. Это он в пилоты попасть хотел, а я как раз именно в десант и метил. В армии там служил и в космосе буду.
– Все это, конечно, хорошо, но я вынужден расстаться с такой прекрасной компанией, – выдал я, имея в виду не всю компанию, а конкретно девушку. – Побежал предупреждать остальных. Портал, как я уже говорил, всего через пять часов.
Сделал шаг в сторону, потом, как будто спохватившись, вернулся и сказал, обращаясь к ней:
– Даля, я очень надеюсь, что мы продолжим знакомство в менее спешной обстановке.
Та кивнула в ответ.
– Гитару не забудь! – крикнул мне уже вслед Паша.
Ничего не ответил. Это у них дежурная шутка такая. Я вообще редко где бываю без гитары.
Павел Смирнов. Лейтенант Военно-Космических Сил России
То, что поступил опрометчиво, предложив Дале помочь перенести ее вещи из багажного в закрытый сектор Лунной в одиночку, я понял не сразу. А ведь она предлагала взять еще кого-нибудь. Как-то не подумал, что тяжелые сумки – это реальная их оценка, а не с точки зрения девушки. А вот когда их увидел…
Нужно было Леху Шишкина звать, а то и еще кого-нибудь. Хорошо девочка затарилась, ничего не скажешь. Этим сумкам до морских контейнеров если и не хватало, то самую малость.
– Вот в такие моменты и начинаешь жалеть, что на Лунной базе установлена искусственная гравитация, равная земной, – заявил я, укладывая сумки на гравитележку. – Что у тебя там? Кирпичи?
– В этой, – указала девушка на ту, что несла сама, – в основном белье и прочие женские секреты, а в остальных оружие и патроны.
Фразу она построила с расчетом на определенный эффект и, нужно сказать, его добилась. Я чуть не выронил громадный баул. В таких же по размерам, только не брезентовых, а полиэтиленовых матрасных расцветок, в свое время челноки товары возили.
– Осторожней, там и гранаты есть, – предупредила Даля.
– Ты что, на войну собралась? – от удивления ляпнул я.
– Тонкое наблюдение, – с иронией ответила она. – А ты?
На последний вопрос по очевидным причинам отвечать не стал. Просто продолжил разговор в той же манере. Что еще делать, шагая за тележкой?
– Думаешь, нам не выдадут?
– Кто их, эльфов, знает? Вдруг они до сих пор из луков стреляют? И потом, у снайпера оружие должно быть свое.
– Это все, конечно, так, но не столько же! – продолжил я.
– А на стену в каюте повесить?! – самым натуральным образом удивилась Даля. – И потом, может быть у девушки маленькое хобби?
Вот так и шли, обмениваясь репликами. По пути в закрытый сектор Лунной базы в коридорах нам несколько раз попадались ас-шииш-а. Каждый раз Даля сдержанно ругалась про обезьян. Хотя не очень-то и сдержанно. Вполне могли услышать.
– Ты с этим поосторожнее, – предупредил я ее, когда мы пришли. – Ведь могут и на дуэль вызвать, хотя обычно с женщинами и не дерутся. Однако сочтет, что оскорбление было слишком уж большим…
– Дуэль – дело добровольное, причем обязательно с обеих сторон, – ответила девушка. – Привыкла видеть горилл в оптическом прицеле и вызова ни от кого из них принимать точно не собираюсь.
– Но… – попытался было объяснить ситуацию я, однако она мне не дала:
– И мне плевать, что эти приматы обо мне подумают! Кстати, успела прочитать кое-какую информацию как раз по этому вопросу у себя в планшете. Мы поступаем на службу к ашжурам, а у них совсем другие правила. В данном случае имеющие приоритетное значение.
– Слышал, что там тоже есть дуэли, – счел нужным напомнить я.
– Ага, краем уха, – тут же ответила Даля. – Я очень внимательно прочитала всю предоставленную информацию именно по этому вопросу. Дуэли у ашжуров в принципе не запрещены, но очень не поощряются. В случае отказа принять вызов в очень глупое положение попадает именно вызывающий. Показывать пальцем и посмеиваться за спиной точно будут, а для отказавшегося совсем никаких последствий. Вообще в ответ на вызов можно и в морду плюнуть… а можно и принять. И придумать самые выгодные для себя условия.
Не думаю, что девушка врала. У разных народов действительно могли быть свои правила. У нас в школе военно-космических сил проходили только дуэльный кодекс ас-шииш-а. Фехтованию там тоже учили, но так, чисто формально. Попав в Средние века, с ополченцем справиться умения хватило бы, а вот с профессиональным воином – уже никак. Если исключительно мечом драться. Так на то навыки рукопашки имеются. У рыцаря шансов все равно было бы мало. Настучал бы кулаком по ведру, что вместо шлема на голове.
Правда, против ас-шииш-а от карате или самбо толку мало, реакция у них будь здоров. Но и на этот случай у нас рецепт придумали. Скрестили фехтование с классической греко-римской борьбой. Ведь гориллоиды – они никогда в своих поединках сразу не убивают. Сначала наносят несколько совсем легких, чисто символических ранений, потом уже серьезных, и только потом, если до тех пор поединок не заканчивается, смерть. Вот на этом и рассчитывали их подловить. Пропустить первый удар, сократить дистанцию и просто схватить противника. Аналитики рассчитали, что шансы на победу более девяноста процентов. Даже во второй раз против того же ас-шииш-а может сработать. Рефлексы, выработанные чуть ли не с детства, – великая сила… и слабость. На практике эту идею, правда, пока никто не проверил, но, думаю, шансы действительно неплохие.
– На какое там расстояние ас-шииш-а неспособны целиться по физиологическим причинам? – продолжила тем временем рассуждать Даля.
– На двести метров по движущимся мишеням, будь они хоть с дом размером, и на триста-четыреста по неподвижным, – машинально ответил я.
– Вот и прекрасно! Пускай вызывают. Будет снайперская дуэль. Стрельба с колена, расстояние километр.
– Это некрасиво и чести точно не прибавит, – прокомментировал я. – Уж лучше сразу от вызова отказаться.
– Успели же Арбитры тебе мозги промыть, – с сожалением произнесла женщина. – Со дня вторжения прошло не так уж и много времени, а уже многие похоже считают. Сам задумайся: когда родившийся чуть ли не с мечом в руках обезьян, потративший полжизни на тренировки, побеждает человека, толком не знающего, с какой стороны за эту железку вообще браться, да еще и по правилам, максимально благоприятствующим физиологии ас-шииш-а, то все красиво и честно. А если вдруг, наоборот, человек решит воспользоваться своими преимуществами в опыте и чисто физическими, то просто ужас.
Так сразу и не нашел что ответить. А Даля продолжала, видимо, тема была для нее актуальной или, скорее, болезненной:
– А вообще, дуэли – каменный век, и в космосе им не место. Недаром во многих странах Европы, как только там появились зачатки цивилизации, перешли на пистолеты. Полностью запретить у властей еще долго не получалось, а протолкнуть этот довольно безобидный суррогат сумели.
– Ничего себе безобидный! – удивился я ее логике. – Сколько народу именно на пистолетных дуэлях погибло.
– Ага. Только не погибло благодаря пистолетам в десятки, если не сотни раз больше.
– Вот прямо так в сотни?
– А ты сам из них стрелять пробовал? – усмехнулась девушка. – Именно из дуэльных?
– Нет, конечно, – признался я. – Да и откуда у меня такая экзотика?
– А вот я пробовала. Для начала скажу, что у меня талант. Дай мне любую стреляющую штуку, и через полчаса тренировки покажу оптимальный результат для данного оружия, а через день его превышу. Купила по случаю пару дуэльных пистолетов середины девятнадцатого века. Так сколько потом ни тренировалась, с тридцати метров в мишень в виде человеческого силуэта попадала только три из десяти. Причем вовсе не туда, куда целилась, а куда хотелось самим пулям. У меня есть «кольт» того же возраста, вот из него с такого же расстояния весь барабан почти в одну точку положить могу. Так что если на таких дуэлях кого и убивали, то скорее случайно. Зато дуэлянты могли гордо рассказывать, как отстояли свою честь. Поэтому и повторяю: правильнее было бы сказать, сколько народу осталось жить только потому, что дрались на таких пистолетах вместо настоящего оружия.
В том, что Даля отлично стреляет, я не сомневался, но в ее теорию про дуэльные пистолеты поверить был не готов. Слишком уж она отличалась от привычных представлений.
– Но на Диком Западе как раз из упомянутых тобой «кольтов» и стрелялись, – нашелся я.
– Кроме всего прочего его еще и поэтому диким называют, – отрезала она.
– Как же тогда быть с теми, кто из подобного оружия из туза мог тройку или пятерку сделать? – спросил я. – Граф Монте-Кристо, например?
– Да, граф – это аргумент! – с немалой долей иронии в голосе произнесла девушка. – Все подобные истории исключительно на совести автора. Или кто-то просто сжульничал, изготовив себе настоящее боевое оружие под видом дуэльного.
Решил с ней не спорить. Мало ли что? Вдруг так или примерно так и было?
Тем временем Даля полезла в одну из своих сумок и достала оттуда здоровенную деревянную кобуру с торчащей из нее маузеровской ручкой.
– Заметила, тут многие с оружием ходят, – ответила она на мой вопросительный взгляд, вешая ее справа на ремень.
– А почему именно «маузер»? Ничего современнее не нашлось?
– Думаешь, современное лучше? Немецкая армия до сих пор вооружена пистолетом, разработанным во время Второй мировой. Английская до самого последнего момента была вооружена появившимся еще до Второй мировой, а американская – вообще до Первой. Так что советские «ТТ» и «макаров» всегда были новейшим оружием. А у всяких «глоков» вообще единственное предназначение – вытянуть деньги из карманов покупателей и переместить их в карманы производителей.
Никогда не думал, что придется выслушивать, как красивая женщина увлеченно читает лекцию об оружии. А ведь ей это действительно нравилось.
– Вообще у меня есть не только «маузер», – охотно продолжала рассказывать Даля. – Но он мне нравится больше всех.
– Почему? – задал я вопрос, которого она явно ждала.
– Кроме всего прочего, это один из очень немногих пистолетов, имеющих разметку прицельной планки до тысячи метров.
– Разметить можно на сколько угодно, а вот потом попасть… – прокомментировал я. – Напомнить анекдот про винтовку, что на три километра стреляет?
Анекдотом девушка не заинтересовалась. Вместо этого она продолжила ту же тему:
– Человек десять на планете Земля смогут воспользоваться этим прицелом в полной мере. Готов поспорить, что я не одна из них?
– Не готов, – честно признался я.
Алексей Шишкин. Десантник
Первым, на что я обратил внимание, когда вышел из портала, была метаморфоза, произошедшая с синей пуговицей автоматического переводчика Арбитров. Она вдруг заговорила с резким инопланетным акцентом. Или машинным? Но в любом случае впечатления оказались неприятными. Такое было во время испытания. Когда земные языки по-быстрому расшифровали, взяв за основу радио– и телепередачи. Потом, само собой разумеется, базы данных привели в соответствие, но тут по непонятным причинам все повторилось. Может, сюда не прислали обновлений? Или сбой в программе?
– Солдат хомо, – обратился к нам встречающий вулканец. – Следовать комната один три восемь пять. Пункт медицина проверка обучение.
– И где же эта комната один три восемь пять, в которой проверяют, насколько хорошо мы обучены медицине? – с немалой долей шутки спросил один из парней.
Качество перевода действительно давало широкий простор для всевозможных интерпретаций. Однако ожу вступать в дискуссию не стал. Может, не счел нужным, а возможно, обратный перевод просто ничем не отличался от того, что он произнес с самого начала. Похожий на вулканца инопланетянин просто показал пальцем в пол. Стоило большинству из нас опустить глаза, как там засветился зеленый пунктир.
– Линия, курс, идти, – прокомментировал он очевидное.
Все помнят анекдот про то, что если они такие умные, то почему строем не ходят? Ну так вот, солдаты им точно не ходят. Никогда! Если не было соответствующего приказа. Совсем не трудно догадаться, что его и не было. А попробуй его отдать строго по уставу при таком-то переводе. Фиг получится!
Встречающий счел свою работу выполненной и куда-то исчез, а те офицеры, что имелись среди нас, таковыми были в прошлом. Кто кем станет по новому месту службы, с полной уверенностью пока сказать никто не мог. В назначениях у всех стояла пометка: потенциально пригоден. Вот мы и поперли пестрой толпой в сотню человек. Кто налегке, кто груженный сумками, не сданными в багаж, кто обвешанный оружием, я сам с гитарой в руках.
Как оказалось, в комнате под нужным номером проверяли здоровье и пригодность (о чем большинство с самого начала догадалось) и обучали местному языку (о чем никто даже и не заподозрил). Но обо всем этом мы узнали позже. Поначалу вообще никто не понял, где этот самый номер. Какие-либо таблички и указатели на дверях, к которым привел нас зеленый пунктир, отсутствовали.
Аппарат, с помощью которого проверяли медицинские показатели, в комнате имелся всего один, но очередь у него не задерживалась. Встал в обозначенный на полу круг, сверху довольно быстро опустился металлический обруч метра полтора в диаметре и еще быстрее поднялся обратно.
– Следующий! – раздалось из пуговицы переводчика.
С этим, в общем-то, понятно. Формальность в чистом виде.
Ведь большинство идет в космические наемники вовсе не в погоне за длинным рублем. Хотя нужно признать, платят очень неплохо. За год как за десять лет на Земле заработать можно. И тем более не за романтикой. Кому довелось повоевать, знают цену такой романтики. Нет, идем мы за здоровьем и молодостью для себя или своих близких. Весь курс был пройден еще до отправки на лунную базу, поэтому эта проверка и являлась не более чем формальностью.
А вот дальше начиналось то, ради чего нас сюда послали на самом деле. Нужно было лечь на что-то вроде койки с каким-то блестящим опутанным проводами и мигающими индикаторами шлемом. Уже на час. И таких лежанок имелось в наличии всего два десятка на нашу сотню.
Совсем не нужно было являться гением математики, чтобы быстро подсчитать – застряли мы там как минимум на пять часов. Ни зала ожидания с удобными креслами, как на Луне, ни чего-нибудь подобного классом пониже никто не предусмотрел. Широкий коридор, по которому изредка проходит по своим делам кто-нибудь из ожу и еще реже из ашу, и все.
Самые дальновидные тут же вспомнили главную солдатскую мудрость про сон и службу. Подоставали из сумок кто спальник, кто одеяло, а кто и надувной матрас, попросили разбудить, как только подойдет их очередь, и отключились. Но таких оказалось совсем немного. Другие спасались от скуки кто как мог. Что примечательно, отправиться на разведку и поиск приключений никто пока не решился. Слишком уж велик был объект, на котором мы находились.
Из сумок и карманов появились карты, шахматы, МР3-плееры, планшеты с фильмами и книгами. Многие стали коситься на мою гитару. Намек был понят, и пальцы пробежали по струнам. «Трава у дома» и прочая ностальгия по Земле еще дождутся своего часа. Сейчас требовалось спеть что-то другое.
О мире песни петь – завидней доли нет,
Но если ты и пел – то громко и не в лад!
Гитара за спиной, под мышкой арбалет…
А если воевать, то лучше – автомат!
Шагай, шагай вперед, отъявленный маньяк!
Технический прогресс – отрада для души.
Зачем тебе решать, кто – друг тебе, кто – враг?!
Оптический прицел все за тебя решит!! —
запел я. Многие прислушались. И не только потому, что все равно делать было нечего. Песня действительно была не только под настроение, но и в чем-то о нас. И еще, на Лунной базе я ее как-то ни разу не спел, следовательно, какое-никакое, а новшество. Нет, возможно, кто и слышал в авторских записях или переделках, не знаю.
Кто сильный, тот и прав! – иных законов нет.
Победный гаркни клич – враги со всех сторон!
Мифрильная броня космических ракет
За миг тебя домчит на новый полигон.
Хотел себя воспеть – три слова не связать:
Извилину давно расплавил гермошлем.
Она и не нужна, чтоб кнопки нажимать:
Поставь сапог на пульт, и никаких проблем!!
На этом месте поймал взгляд проходившей мимо ушастой, в смысле эльфийки, в смысле блондинки ашу. Не знаю, может, у них действительно очень тонкий слух и моя гитара доставляет дискомфорт, но морщилась она очень явно. Или мой голос? В любом случае слова песни тут ни при чем, так как русского она знать точно не могла. Правда, это мне ничуть не помешало допеть до конца, тем более женщина успела пройти мимо.
Но вот – окончен бой, врагам пришел конец.
Пора идти в поход, чтоб новых завести…
Ты сам себе маньяк и сам себе певец
В обнимку с АКМ на жизненном пути!3
Спел еще несколько песен в том же духе, затем пошли заявки, а потом как-то незаметно подошла и моя очередь ложиться на стол со шлемом.
Встал с койки я уже полностью обучившимся языку ашжуров. Теперь было понятно, почему тут не возятся с перенастройкой переводчиков Арбитров. Зачем, если первым делом обучают именно языку? Причем таким быстрым и качественным способом.
Теперь все прекрасно понимал и мог говорить, как на родном, совершенно без акцента. Чувствовал, что без проблем даже земные песни смогу на новый язык перевести (уже прикинул в уме, с чего начать). Имелся только один небольшой недостаток, о котором стало известно позже. Если в русском языке не было нужного слова или понятия (или я их просто не знал), то и ашжурского не получил. Их пришлось заучивать уже по старинке. Правда, переводчик-пуговица Арбитров имела похожую проблему, только куда более ярко выраженную. Тут мог хотя бы объяснить, а там или есть, или нет.
Также позже выяснилось, что таким способом можно научить только тому, что и так уже знаешь. Например, говорить-то я несомненно умел, мне просто привязали к русскому языку еще один. Даже два! Но второй вражеский на самом примитивном уровне. Почти как киношное «хенде хох», «Гитлер капут», «аусвайс контроль», только чуть лучше.
Штамповать же необходимых специалистов, просто вкладывая им в головы нужные знания, таким способом, к сожалению, не получалось. Чуть усовершенствовать и закрепить уже имеющиеся – да, можно, но не более того. Нам как раз так кое-что все-таки вложили. Ведь все мы в большей или меньшей степени умели воевать. Вот некоторый опыт в голове и сохранился, а ашжуры добавили свои аналоги этих знаний. Позже очень облегчило обучение, так как часто отпадала необходимость вбивать в голову вообще все. Обычно достаточно было запомнить только некоторые частные случаи и особенности.
Вообще-то это сильно отличалось от того, что я слышал от тех, кто возвращался со службы Арбитрам на Землю. В отпуск или насовсем – неважно, все они рассказывали примерно одно и то же. С их слов выходило, что в отрядах обучение независимое по совместной технологии людей и ухогномов, дающее хорошую гражданскую специальность. Два года муштры в самых настоящих кирзовых сапогах, затем четыре года гражданских работ для закрепления навыков именно ГРАЖДАНСКОЙ, а не военной профессии и возможность последующего трудоустройства на Ас-шииш-а и станциях вртортхч.
Также краем уха слышал, что для всяких экстренных случаев параллельно имеется какая-то программа гипно, позволяющая получить память и навыки нужного специалиста полностью. Причем реально существовавшей личности, а не набор формул и статей из справочников. Правда, там далеко не все пригодны.
Тут же ничего подобного не было. Обучили языку, а потом чуть ли не из портала прямо в бой. То ли Арбитры не со всеми делятся гипнотехнологиями (если они вообще их), то ли ашжуры по каким-то своим причинам далеко не все «подарки» принимают.
И кстати, этот шлем не только вкладывал мне в голову знание языка, но еще и анализировал, что там уже есть, выдавая окончательный вердикт о пригодности. Таким образом я получил звание, аналогичное сержантскому.
Алексей Шишкин, сержант десантной дивизии. Звучит, однако.
Павел Смирнов. Лейтенант космодесантной дивизии
Поскольку транспортный челнок, что должен переправить нас на линкор, ожидался только завтра, на станции предстояло провести ночь.
Накормить в местной столовой нас накормили. Пища ашжуров оказалась полностью съедобной для людей. Как в том смысле, что можно спокойно съесть и не отравиться, так и в том, что давала полный комплект необходимых организму белков, жиров, углеводов, минералов, витаминов и вообще всего что нужно. Правда, большую часть блюд при этом трудно было назвать вкусными. Надеюсь, просто от непривычки. Кофе, шоколад, чай, пиво в первый раз тоже редко кому нравятся.
В любом случае с едой все обстояло в относительном порядке, чего никак нельзя было сказать о ночлеге. На такой короткий срок заселять в отдельные каюты нас никто не собирался. В не отдельные, впрочем, тоже. Просто привели в огромный ангар и предложили устраиваться как сочтем нужным.
Некоторые поначалу стали было возмущаться, и я приготовился наводить порядок. Вольница окончилась, и теперь мы в армии. Однако не пришлось. Оказалось, что таких отрядов в ангаре расположилось не то чтобы много, но и немало, причем все они были из ашжуров. То есть никакой дискриминации к нам как к людям, просто тут так принято. Ну а раз все равны, то никаких обид.
Мы что, хуже других и не сможем в ангаре переночевать? Конечно, сможем! Причем лучше!
Насчет лучше, это смотря с чьей точки зрения. Местные явно так не думали. Они укладывались ровными, геометрически точными рядами, на одинаковых тоненьких матрасах. Хоть линейкой меряй! Явно ведь специально тренировались. Хотя, скорей всего, как раз недавно и тренировались, так как в основном это была молодежь. Не иначе вчерашние курсанты. У нас бы так не получилось при всем желании. Мы, естественно, и не пытались, тем более что ковриков одинаковых нам тоже никто не выдал.
В общем, взяли и самым что ни на есть буквальным образом выполнили распоряжение «устраиваться, как сочтем нужным». Вот мы и сочли. На чем спать нашлось у всех. Нам, конечно, обещали, что на месте получим все необходимое, но запас, как известно, карманов никуда не тянет. Особенно в предполагаемой в космосе невесомости. Из сумок опять начали вытаскиваться спальники, одеяла, надувные диваны и даже палатки. В общем, устроили форменный цыганский табор. Только костра в центре не хватало.
Мы бы, пожалуй, разожгли. И отсутствие горючего было не главной сдерживающей причиной. Просто имелось подозрение, что нельзя. Космическая станция как-никак. Вместо него выставили в центр лагеря несколько включенных фонарей, направленных в потолок и разные стороны.
Соседи пытались сохранять невозмутимость и вообще не смотреть в нашу сторону, но у них это плохо получалось. Представил себе картину. Суворовское училище приняло курсантов из далекой Африки, и они вместо построения на утреннем плацу устроили в самом буквальном смысле пляски с бубнами или еще какую-нибудь свою мумбу-юмбу. Мы, наверное, выглядели примерно так же.
Ну и что с того? Это негры, с одной стороны, будучи людьми, а с другой – ведущие себя совсем не как люди, однозначно воспринимаются ненормально. Мы-то точно не местные и не претендуем! Стать абсолютно похожими на ашжуров у нас все равно вряд ли когда получится, так лучше сильно отличаться, чем неумело подражать.
Заснули не сразу. Слишком не наглели, так как в ангаре были не одни, но некоторые еще посидели у символического костра и вместе с Пашей спели:
Изгиб гитары желтой ты обнимешь нежно,
Струна осколком эха пронзит тугую высь.
Качнется купол неба – большой и звездно-снежный.
Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались!
Спиртного никто не доставал, хотя абсолютно уверен, что у многих есть. Очень удивлюсь, если окажется, что у кого-то нет хотя бы бутылки. Но не сомневаюсь, что все будут хранить до особых случаев, а кто-то вообще откроет, отправляясь обратно на Землю. Или уже дома. Символично все-таки взять с собой бутылку, протащить через полгалактики и открыть, лишь вернувшись.
Причины тут были две. Мало того что в космос откровенных алкоголиков никто не брал, так Арбитры после испытания «осчастливили» человечество еще и лекарствами от наркотиков. Все бы ничего, только действие у них было довольно специфическое. Желание никуда не исчезало, просто где-то в мозгу блокировались центры удовольствия, которые раздражал конкретный наркотик. То есть наркоман лишался чувства эйфории и других приятных ощущений, что давал наркотик, но при этом у него сохранялись все неприятные. И желание тоже. Хотя если подумать, тут они поступили очень правильно, за все нужно платить, и за вредные привычки в том числе. До сих пор так считаю, пусть лично и пострадал.
Бесплатный фрагмент закончился.