Мой генерал, мой генерал,
Просто солдат,
Просто устал…
( из песни М. Хлебниковой)
Я была в шоке! Это же он!
Я так надеялась его увидеть ещё раз! А он здесь!
Значит, синеглазый господин с закрытым лицом, который помог мне спастись из постоялого двора, а потом привез меня в столицу и ещё денег оставил – это генерал Шэнь?
– Отвечай! – мужчина прикрикнул, продолжая сердито буравить меня своими умопомрачительными глазами, а я стояла и восхищалась его красотой, млела от этого голоса!
– Дядюшка Син меня нанял, – ответила я.
– Он не хочет моей смерти, отвечай, кто тебя нанял на самом деле и зачем подослал ко мне? Как ты вычислила меня? Неужели, узнала?
Лекарь с ужасом взирал на нас, а воины за моей спиной стояли грозной стеной, готовые в любой момент пронзить мечами.
Эх, ну зачем мне желать ему смерти?
– Успокойтесь, генерал… до этой минуты я не знала, что вы и тот попутчик одно лицо. Поверьте мне! Я откладывала деньги, чтобы вернуть своим спасителям и очень надеялась когда-нибудь их встретить. Кто же мог знать, что я работаю в чайной лавке, принадлежащей Вам! – я возмущённо пыталась объяснить это мужчине. Но тот не менял выражение лица.
Лекарь вмешался:
– Ян, не пугай девушку! Син бы никогда не отправил к нам подозрительного человека! И уберите мечи от бедной девушки, это уж совсем лишнее. Я ей верю!
Он отчитывал его, как ребёнка. Всё это было бы смешно, если бы не было так грустно.
– А я не верю, – пробурчал генерал, но при этом махнул рукой, отпуская стражников.
Он сел обратно за столик и пригласил лекаря присоединиться. А я осталась стоять.
Воины ушли.
Лекарь удивился, что мы знакомы, а потом тоже вышел, напоследок погрозив генералу:
– Не обижай Лан, я долго её ждал!
И мы остались наедине с синеглазым теперь уже знакомцем.
Он смотрел на меня, не отводя взгляда. Я тоже смотрела на него и тонула, тонула… даже если бы он сейчас решил убить меня, я бы не дрогнула. Почему-то страха не было. Неужели, это любовь?
Минуту мы молчали, а потом пришёл слуга Ли.
– Я радостно кивнула ему, а он удивленно посмотрел на генерала.
– Представляешь, Ли, – с сарказмом проговорил Ян, – новая служанка из чайной лавки это та самая девушка из постоялого двора!
Ли ещё больше удивился.
– Значит, пока мы её искали по серебряной шпильке, она работала в нашей лавке? Что за совпадение? – проговорил он.
– Вот и я о том же! – возмутился генерал.
Поиск меня по шпильке? О чём они?
– Зачем вы меня искали? – спросила я.
Ли радостно начал рассказывать:
– Господин переживал, что у тебя закончатся деньги и тебе придётся всё-таки торговать своим телом. Вот он и думал, что когда средств не останется, ты отдашь в ломбард свою шпильку с аметистом. Он даже её нарисовал очень подробно по памяти, представляешь?
Генерал фыркнул и сложил руки на груди.
Я мягко проговорила:
– Вы мне очень помогли, я уже сказала твоему господину, что откладывала деньги с зарплаты и обязательно верну вам за всё.
Слуга воскликнул:
– Вот какая умница! А мы бы ещё долго ждали, пока ты решишь заложить шпильку, да? – он весело посмотрел на своего хозяина.
– Простите, но разве не проще меня было искать по чайным лавкам? Я же говорила, что буду искать работу там? – удивлялась я.
– Кто же знал, что ты и вправду пойдёшь искать работу, обнаружив у себя приличную сумму денег? – Ян Шэнь смерил меня высокомерным взглядом.
У меня отвисла челюсть. М-да, логика у него, конечно…
– Потому что я не привыкла надеяться на других, а когда бы деньги закончились, что бы я делала? Если бы не ваша помощь, я бы и до столицы не добралась.
– Значит, ты точно не узнала меня? – кажется, генерал наконец-то начал верить мне.
– Конечно! Я уже в Лояне услышала о Белом Демоне и когда пару дней назад дядюшка Син мне рассказал о настоящем владельце нашей лавке, я была в ужасе! А когда ехала сюда, уже простилась с жизнью.
Слуга улыбался, а генерал хмыкнул.
– Кстати. Что за слухи? Вы и вправду убиваете своих служанок, господин? – я смело взглянула на Белого Демона.
– Да! – не стал оправдываться он, – И если ты закончила пустые разговоры, иди к дедушке Кану. Моя бессонница не исчезнет сама по себе.
Ли предложил меня проводить к лекарю.
Я поклонилась и вышла, бросив напоследок взгляд на синеглазого блондина. Он задумчиво смотрел мне вслед.
Пока слуга меня вёл по длинным коридорам поместья, я успела обдумать ситуацию.
Кто я для генерала? Очередная служанка, не более. Нам не суждено быть вместе. Его беспокоит паранойя, за ним тянется кровавый след и помощь мне, наверняка, была лишь случайным эпизодом в его жизни.
Он не хотел, чтобы я пошла на панель? Искал меня? Зачем? Убедиться, что "бездомный котёнок ", которого он "подкормил " не погибнет? Не знаю… не хочется быть таким воспоминанием.
Разбитые надежды, я здесь лишь как служанка, а не племянница дядюшки Сина.
Я всхлипнула, а слуга Ли неожиданно поддержал меня :
– Не бойся, с тобой не случится ничего плохого. Я верю тебе!
А вот и лекарское крыло. Большие светлые окна, прикрытые белой бумагой, стеллажи со склянками и мешочками, запахи трав и лекарственных смесей. Дедушка Кан ждал меня.
– Прости его, он никому не доверяет и на это есть причины, – извинялся дедушка Кан.
Я хмыкнула. Убийства несчастных девушек никак не соответствовали тому образу синеглазого спасителя, что я нарисовала в своём воображении.
–Давайте приступим к работе, дедушка.
И мы начали. Лекарь перечитал мои рецепты и рассказал, какие из этих снотворных средств уже перестали действовать.
За несколько лет он перепробовал множество смесей от бессонницы и на данный момент его знания иссякли.
– Но ведь дело не просто в бессоннице, – предположила я, – Его мучают тревоги? Возможно, переживания прошлого?
Лекарь подтвердил:
– Он прошёл войну, смерть видел каждый день.
– Да, и сейчас продолжает убивать, – не удержалась я.
– Ты думаешь, что он убивает по прихоти? – впервые дедушка Кан рассердился, – Не смей обвинять его!
Хмыкнув, продолжила перебирать бумаги.
Ясно, все домочадцы генерала поддерживают его наклонности.
Я поняла, что надо быстро сделать свою работу и исчезнуть отсюда. Сейчас, когда Ян Шэнь не находился в одной со мной комнате, в голове прояснилось. Как я могла мечтать о нём? А ещё готова была стать одной из его жертв, только бы он смотрел на меня? Фу, какие глупости! Это просто убийца. И если во время войны его поступки были оправданы, то сейчас мирное время. Несчастных служанок было жаль. Одна надежда, что они умерли счастливые, приняв смерть от "небожителя". Я не из этого мира и смогу сохранить трезвость мысли и ясность рассудка. Мысленно пообещала себе держать в руках свою влюблённость, не растекаться при нём лужицей и сконцентрироваться на рецептах.
Дедушка Кан тщательно вёл записи, и примерная картина болезни генерала была мне понятна. Ровные ряды иероглифов покрывали свитки шёлковой бумаги, я внимательно вчитывалась в хроники.
Итак, Ян Шэню 30 лет. Для этого мира он уже зрелый и даже не молодой генерал в отставке. Прошёл войну, были ранения. Многих родных убили.
Психологические травмы и огромный груз ответственности вызвали невроз, основными симптомами которого стали резкая смена настроения, вспышки агрессии, тревожные состояния и в итоге бессонница.
Это уже психопатология какая-то! А я ведь не врач. Очень надеюсь, что ничего более серьёзного у генерала не было. Сложные состояния, вроде шизофрении, мании преследования или диссоциативное расстройство личности (раздвоение личности) мне не по зубам.
Ладно, будем решать проблемы по мере их появления.
– Давайте сначала попробуем выбрать успокоительный чай? – предложила я, постаравшись забыть об убийствах служанок.
– Успокоительное от бессонницы? Зачем? – удивился лекарь.
– Мягкий лечебный состав трав позволит незначительно скорректировать его состояние. И следующие средства для улучшения сна подействуют лучше.
– Хм, а это мысль.
Мы с лекарем сделали смесь для улучшения сна и добавили туда мягкие успокоительные травы.
– А ещё я решила внимательно осмотреть кровать генерала , возможно, нужно более удобное место для сна? Другая подушка?
– Не знаю что такое "подушка ". Хорошо, пойдём и посмотришь. Генерал сейчас должен быть во дворе, так что ты с ним не столкнешься.
Это хорошо.
Мы вернулись в комнату Ян Шэня.
Его кровать была стандартной полуторкой и, возможно, ему это было удобно. Солдатские привычки? Странно.
Я ожидала роскошный "сексодром", на котором он занимается развратом со своими служанками, а на утро их убивает прямо на кровати, пачкая кровью простыни. Эта картина так и стояла перед моими глазами, и я сама удивилась своей кровожадности.
Вероятно, размышления о маньяках напомнили мне массу триллеров из моей прошлой жизни. А уж там сценаристы не скупились на кровавые зрелища.
– Он не хочет кровать больше? – спросила я лекаря, – Возможно, нужна перина мягче?
– Ян не любитель что-то менять в своей комнате. Кровать точно не позволит заменить.
Ясно. Ладно, попробуем поменять подушку.
В Древнем Китае делали твёрдые подушки из фарфора, бамбука, нефрита. Богачи использовали такие подушки, так как считали что они полезные для здоровья. Мне, как человеку из двадцать первого века это кажется диким. Здесь я видела подушки-валики под шею и тоже не могла спать на таких. У себя в комнате в столице я использовала стопку тканей.
Будем надеяться, что генералу понравится мягкая подушка, которую я хочу ему предложить. А чтобы усилить снотворный эффект, вместо пуха внутрь положу что-то полезное. Я прошлась по складам с сухим чаем и лекарственными растениями, заглянула в продуктовые кладовые.
Лекарь ходил со мной, чтобы меня пропускали без вопросов. Охранников было много. Не знаю, во всех ли богатых поместьях такая охрана? Или он просто очень ценный кадр для Империи? Или это ещё одна причуда Ян Шэня?
В одном из складов мы встретили худощавую пожилую женщину в красивом бежевом ханьфу. Она выделялась среди слуг и явно занимала здесь более высокую должность. А, возможно, была родственницей генерала. Очень элегантная с аккуратной причёской и внимательным взглядом карих глаз, она слегка поклонилась:
– Здравствуйте, Лан, я полагаю?
– Всё так, Юми. Эта девушка поможет генералу выспаться и вылечит его душевные раны, – с улыбкой проговорил лекарь Кан.
Прозвучало очень двусмысленно. По тому, как скривилась госпожа Юми, я прекрасно поняла, о чём она подумала.
– Я не задержусь, госпожа, – постаралась её успокоить и увидела удивлённый быстрый взгляд.
Неужели, только я не хочу здесь оставаться? Другие служанки вели себя иначе?
Мы раскланялись и продолжили поиски средства для подушки. Лекарь объяснил, что Юми тут вроде экономки или домоправительницы. Она много лет служит в этом поместье и для неё генерал как сын.
Понятно…
Обходя запасы разных товаров, я рассматривала рис, просо, другие крупы.
Тут увидела мешки с гречкой и вспомнила! Гречневая шелуха отличный наполнитель. Экологично, полезно для шеи, а шум этой лузги тоже даёт успокоительный эффект, как белый шум. Надо попробовать!
Значит, я сделаю ему подушку и набью её гречневой лузгой!
Лекарь предложил обратиться к экономке за помощью с пошивом.
Через пару часов и долгих моих объяснений, госпожа Юми с помощницей швеей выдали мне готовую подушку!
Потом мы с экономкой перестелили простыни, заменили ткани на балдахине над кроватью, поместили подушку с гречкой. А ещё я лично протерла все горизонтальные поверхности в спальне генерала, добавив в воду отвар шалфея. Влажная уборка тоже поможет крепкому сну. Не сказать, что до меня тут было грязно, просто… похоже, хозяин не позволял тут особо прибираться. А чем тогда занимались его личные служанки?
Этот вопрос я задала Юми, пока мы занимались уборкой.
– Они приносили ужин господину, помогали раздеться или принять ванну, ночевали в его комнате и выполняли другие личные поручения.
О, бедные девушки! Помогать раздеться или принимать ванну этому ходячему соблазну и оставаться спокойной невозможно.
– За что их убивали? – спросила я, приготовившись и от экономки услышать сердитое недовольство. Но она отреагировала мягче, чем лекарь.
– Спроси сама генерала, когда будешь ночевать сегодня с ним.
– Что?? Я?? Мне придётся провести ночь в его спальне? – воскликнула я и ошарашенно посмотрела в невозмутимо-спокойные глаза Юми. Она же неожиданно глянула за мою спину и опустила глаза.
– Конечно! Ты же сегодня моя личная служанка! – хрипло проговорил голос над моим ухом, от которого по моей спине и рукам пронёсся табун мурашек. И когда он успел прийти?
Экономка Юми спешно вышла из комнаты.
Я повернулась:
– Но я лишь должна помочь вам уснуть, господин. Средство мы с дедушкой Каном уже подготовили, осталось лишь заварить. А ещё я заменила постельное белье и предложу вам другую подушку, мне совершенно незачем оставаться с вами, – приводила я доводы.
Ян обошёл вокруг меня:
– А на постоялом дворе ты не боялась оставаться со мной в одной комнате, – напомнил он.
– Я держала в руках серебряную шпильку для защиты, – возразила я, а он удивлённо хохотнул.
Кажется, лучший мечник в стране даже не понял такую угрозу.
– А еще тогда я не знала, что вы убиваете своих служанок после ночи, проведённой с вами!
В один миг его глаза потемнели. Он поджал губы и резко сказал, выделяя каждое слово:
– Сегодня. Ты. Ночуешь. Здесь.
Несмотря на его заявление, я не чувствовала себя обязанной. Он что, один ночевать не может?
Я сидела на кухне и лениво размешивала суп. Пришло время ужина и меня пытались накормить вместе со всеми.
Госпожа Юми взволнованно смотрела на меня:
– Лан, поешь и иди к господину. Ему тоже нужно отнести ужин.
– Я не хочу к нему идти. Здесь я лишь в качестве помощницы лекаря, – терпеливо объясняла я свой статус экономке.
– Господин приказал…– повторяла она, как попугай и я понимала, что не отстанет.
Вскоре показались воины – стражники и встали с обеих сторон от меня. Молча, но их многозначительное молчание не оставляло сомнений – они потащат меня силой. Белый Демон не будет ждать.
Я встала и отодвинула свою тарелку. Кусок в горло не лез.
Юми вручила мне пустую фарфоровую чашу.
– Что? Мне ещё и самой накладывать ему?
Она отодвинулась.
– Ладно.... , – я налила немного супа в изящную фарфоровую чашу, предварительно сполоснув её. Просто, по привычке. Но это заставило экономку уважительно взглянуть на меня.
Я подняла бровь. Но она опустила взгляд и кинулась вытаскивать серебряные ложки.
М-да, посуда генерала отличалась от посуды слуг.
Приготовив всё и уложив на деревянный круглый поднос, я пошла к Ян Шэню в комнаты. Впереди и сзади меня конвоировали молчаливые стражники.
Как преступницу.
Апартаменты генерала состояли из нескольких комнат: гостиная, спальня и купальня. Гостиная от спальни разделялись тонкой перегородкой с раздвижными дверями. Мы прошли в гостиную, хозяин ждал меня за низким столиком и выражение его лица ничего хорошего не предвещало.
– Ваш ужин, – торжественно объявила я, поставила поднос на столик перед ним и кинула на него злой взгляд.
Он открыл крышку у чаши и вдохнул аромат.
Взял в руки серебряную ложку и … протянул мне.
– Пробуй первая.
– Что? – не поняла я.
– Моя служанка обязана первая пробовать мои блюда, – спокойно ответил генерал.
– Но я не ваша служанка.
– Сегодня МОЯ, – он равнодушно скользнул по мне взглядом.
А на меня вдруг такое спокойствие накатило, я почему-то совсем не боялась его сейчас.
Стражники продолжали стоять молчаливой стеной у входа.
Я села за столик напротив него и попробовала суп. Вкусно. Зря я его не ела на кухне. Повар положил туда маринованные корневища лотоса, а ведь я успела полюбить такой суп ещё в столице.
Ела, ела и, кажется, увлеклась. Ян Шэнь отобрал чашку и начал есть сам.
– Если голодная, принеси себе ещё, – сказал этот невозможный мужчина и с удовольствием съел всю порцию моей же ложкой. Он что, после каждой служанки использовал приборы? Это же негигиенично!
Я сморщилась, но моё выражение лица генерал понял по-своему :
– Если я смогу выспаться, завтра вернёшься в город и тебе не придётся терпеть моё присутствие.
О, меня не планируют убивать? Я даже обрадовалась, а генерал встал и велел унести посуду стражникам. Они вышли, и он запер за ними дверь. Стало как-то страшновато…
До подготовки ко сну было ещё далеко, и Ян стал прогуливаться между полок со свитками. Выбрав один, он вернулся к столику и погрузился в чтение.
– Что вы читаете? – спросила я.
Блондин повернулся ко мне.
– Тебе это не интересно, тут мысли великих умов прошлых эпох, – он изящно выгнул бровь, намекая, что я слишком тупая для чтения цитат.
Я улыбнулась, знал бы он, что я в курсе законов физики, геометрии, знаю алгебру и самое сложное – фармацевтику уровня двадцать первого века.
– Я не хочу, чтобы вы нагружали свою голову перед сном. Слишком много мыслей не дадут уснуть, – ответила я и тоже выгнула бровь, отзеркалив его недавний жест.
– Что же делать? Развлечешь меня тогда? – наигранно невинно поинтересовался он, а я даже мысль потеряла.
Каким образом можно развлечь и развлечься самой перед сном я знала. Но оказаться потом мёртвой за дерзость или просто по прихоти как-то не хотелось. Хоть я и не планировала покушения, но самой проявлять инициативу было чревато. Да и не факт, что я в его вкусе.
Все эти мысли пронеслись в моей голове, а он ждал. Синие глаза тщательно отслеживали мою мимику, считывая мысли. А ведь генерал умён, думала я.
– Я расскажу вам сказку. Про Шахерезаду. В одной стране жил жестокий правитель, он каждый день брал в жены невинную девушку, а наутро убивал. Его звали царь Шахрияр.
– А зачем убивал? – спросил генерал, – Они тоже пытались его отравить?
– Нет. Просто он не верил женщинам и чтобы исключить даже возможность измены, убивал наутро. Пока в стране не осталось девушек, кроме дочери его советника. Она была умна и, несмотря на переживания отца, согласилась стать очередной женой царя.
– Хм… смелая девушка, – синеглазый мужчина увлёкся сюжетом, внимательно слушал, облокотившись на столик. А я продолжала.
Постепенно я рассказала ему всю сказку и заметила, что свиток с цитатами умников прошлых эпох, был забыт генералом и сиротливо валялся на столе.
– Но каждый раз под утро она останавливалась на самом интересном месте своего рассказа, чтобы царь не убил её до следующей ночи. Когда же история заканчивалась, она начинала новую и в конце концов...., – я резко замолчала, так как в дверь постучались. Я встала, открыла дверь. Ли сообщил, что слуги принесли воду для купания.
Генерал вздохнул:
– Завершишь историю перед сном, мне интересно, чем там закончится.
Купание генерала проходило в отдельной комнате. Небольшой зал и очень большая деревянная бадья посередине. Возле неё стул, наверное, для служанки. Ведь кто-то помогает ему мыть волосы?
Деревянная обшивка, на полу тоже гладкие доски, на них циновки, пара стеллажей с полотенцами и средствами для купания.
Эту ёмкость уже наполнили тёплой водой и сейчас пар поднимался над водой, делая воздух дрожащим, как в парной в моем мире. Интересно, а сухие сауны тут уже придуманы?
Слуги вышли, оставив меня наедине с мужчиной. Кажется, никто из домочадцев не считал неприличным моё здесь присутствие. Меня что, уже в его наложницы записали?
Ян начал раздеваться и велел помочь ему. Сняв верхнее одеяние, он остался в нижнем подобии кимоно и бриджах. Он раскинул руки в стороны и выжидающе посмотрел на меня.
Я подошла и развязала тесёмки на его поясе. Он не шевелился, тогда я сама стала раздевать его.
– Ты даже глаза не закроешь?– спросил он, удивив меня.
– Вы хотите, чтобы я помогала вам с закрытыми глазами? Как же мне развязывать завязки и помогать, если я ничего не увижу?
Он пожал плечами:
– Обычно, служанки закрывают глаза или носят повязку. А кто-то даже падает в обморок.
Я засмеялась:
– Если это вы стесняетесь, зовите в помощники мужчину!
Он, кажется, обиделся:
– Я не стесняюсь, говорю же, это служанки, – он остался в одних бриджах, демонстрируя мне широкие плечи с красивым рельефом мышц, идеальный пресс и полоску коротких светлых волос, убегающую к паху. Боги, какой же он!
– И зная это, вы всё равно заставляли юных девушек помогать вам? – мужчина вызывал во мне вполне конкретные желания и от напряжения я стала грубить, – Бриджи тоже мне снять? – я кивнула на его бедра.
Он фыркнул, отвернулся, снял с себя оставшийся предмет одежды, сверкая ягодицами. Потом перешагнул бадью и залез в воду, придерживая волосы рукой.
Я не дышала… не знаю, как мне удалось не показать своих желаний и мыслей, но красивый обнажённый мужчина в воде и так близко от меня, теперь сам был в двух минутах от изнасилования. О, боги, как же хочется провести рукой по его плечам, погрузить пальцы в его волосы… может, массаж предложить ему?
– Генерал…, – начала я через какое-то время.
– Мм?– он сидел в воде, откинув голову на край этой своеобразной ванны с закрытыми глазами и его волосы густой волной спускались вниз.
– Хотите, я сделаю вам массаж головы? – я старалась не выдать волнение в голосе, а сама уже предвкушала, как его шелковистые пряди буду пропускать сквозь пальцы и потом тянуть вниз, открывая шею… а потом я бы поцеловала его ключицы и..
Я втянула носом воздух, и он повернулся вполоборота.
– Хорошо, только сначала надо нанести на волосы моющее средство, – едва улыбнувшись, он резко встал, окатив меня водой. Я отпрыгнула, а он засмеялся. Отомстил? Пока я стряхивала воду и тянулась за полотенцем, он достал рукой банку с каким-то средством для купания на самой верхней полке, абсолютно не стесняясь своей наготы.
Откручивая крышку, он двигал плечами, руками и струйки воды бежали по его телу вниз, вызывая во мне аритмию…
И тут я почувствовала запах. Миндальный, тонкий…
– Остановитесь! – приказала я, удивив мужчину жёсткой интонацией. Он обернулся, демонстрируя шикарный торс и стройные сильные бедра и всё то, что между бёдер… но я уже туда не смотрела. Ринулась к нему, выхватывая банку и параллельно заворачивая ее в полотенце.
– Задержите дыхание! Вымойте руки! – Крикнула я и кинулась на выход.
Да, в банке была синильная кислота. Её пары особенно ядовиты и во время принятия ванны от горячей воды генерал мог умереть.
Вот ведь! Даже в моющем средстве можно обнаружить яд!
Я выскочила из купальни, напугав воинов-стражей у входа.
Ли кинулся ко мне:
– Что случилось?
Я объяснила слуге Ли свои действия, отдала свёрток и он сказал, что позже проверит этот яд на мышах в какой-то отдельной банке. Я попросила его быть очень аккуратным, чтобы не отравиться самому, и он улыбнулся.
– Это смешно? – возмутилась я.
– Это привычно и поэтому не страшно, – горько пояснил слуга, – Господина пытаются отравить регулярно. Не бойтесь, я умею обращаться с ядом.
Попытка отравления не удалась. Это хорошо, но теперь мне многое прояснилось.
Я вернулась в купальню, Ян Шэнь уже выбрался из воды и оделся сам.
– Откуда у вас эта банка?
Он хмыкнул:
– Кажется, одна из служанок приносила много разных банок с косметическими средствами. Она говорила, что от них мои волосы и кожа станут ещё красивее, – он горько усмехнулся. – Буквально сразу она попалась на попытке отравления моего чая. Испугавшись наказания, она выпила этот чай сама. Значит, все средства в моей купальне нужно выбросить?
– Да! – приказала я, удивив его ещё раз.
– Но чем я буду мыть свои волосы? – невинно поинтересовался мужчина, как будто красота волос сейчас важнее всего. Или он, действительно, привык к постоянным покушениям?
Я захлопала ресницами от этого осознания, но решила его успокоить:
– Я сама сварю вам средство и сама подготовлю составляющие. Ваши волосы останутся такими же.
– Лан, запомни это обещание, – тихо проговорил он голосом со своей волшебной интонацией, от которой замирает сердце и подгибаются колени в любом мире у любой среднестатистической девушки от пятнадцати до ста пятнадцати лет.
Но в этот раз я не реагировала, предыдущие события здорово напугали меня.
Значит, это не паранойя, генерала, действительно, пытаются убить. Самое страшное, что убийцы даже в его купальню проникли…
Может, не зря он такой мнительный. И все эти мёртвые девушки либо сами пытались его убить, либо стали жертвами неудачных попыток отравления?
Глаза генерала внимательно смотрели на меня. Он понял, о чём я думала.
Мы вернулись в комнату и прошли в спальню.
Пришёл лекарь с нужной смесью трав. Я ещё раз пересмотрела их и, только убедившись, что всё в порядке, заварила. По комнате поплыл приятный аромат. Здесь ощущалась лаванда и ещё что-то. Казалось, даже от запаха уже хочется спать. А, может, я просто этого сильно хотела. Ведь если получится вылечить бессонницу генерала, то мне совершенно нечего будет тут делать, и я смогу вернуться в столицу.
Я посмотрела на мужчину, он посмотрел на меня. М-да, забыть его будет невозможно. Боюсь, после этого я даже замуж ни за кого не захочу.
Тем временем, отвар был готов, и я вновь потянулась за серебряной ложкой.
Дедушка Кан хотел сам продегустировать лекарство, ведь он, вероятно, всегда это делает. Но генерал велел проверить мне.
Лекарь, как ни странно, даже не обиделся. Он знал, что Ян Шэнь доверяет ему, а с чистой совестью страха не бывает. А ещё он уже был наслышан про яд в купальне и тоже переживал.
Я попробовала отвар, тщательно размешивая серебряной ложкой и убеждаясь, что ни в воде, ни в чашке нет мышьяка. Впрочем, от других ядов серебро не темнеет. Вот для этого и существуют живые индикаторы.
Интересно, быстро ли я умру, если кто-то умудрился подсунуть сюда яд белладонны, бледной поганки или другие сложные яды?
Признаки будут понятны, но на каждый организм и разная дозировка влияет не одинаково. Эх…
Смесь для улучшения сна была чистой. Я выпила половину чашки, когда генерал остановил меня и попросил принести ему. И выпил отвар из моей чашки. А потом попросил ещё половинку.
Он улегся на кровать и махнул рукой, приказывая выйти лекарю и охранникам. А я уже сама за ними заперла двери.
– Значит, продолжаем рассказывать сказки? – язвительно проговорила я.
Меня все ещё потряхивало от предыдущих событий и хорошо, что отвар имел успокоительный эффект.
– Ага, – кивнул блондин и приготовился слушать. Ей богу, как ребёнок! Но, глядя в эти синие глаза с чертовщинкой, понимаю – ребёнок тут только я.
Я продолжила повествование и уже сама начала ощущать снотворный эффект нашего средства. Выпить половину чашки это тоже много для этого семнадцатилетнего хрупкого тела.
В какой-то момент я отвлеклась от истории:
– Кстати, вам удобно в одежде? – Ян непонимающе посмотрел на меня, и я пояснила, – Если спать нагишом тело отдыхает и сон будет лучше.
Вот сказала, а потом сообразила, как подозрительно это прозвучало. Вдруг он подумает, что я соблазняю его?
Но генерал кивнул и лежа снял с себя ночное одеяние – нижнее белье вроде халата и бриджей. Вытащил их из под одеяла и закинул на пол, к ножкам кровати. Шёлковое белье скользнуло на пол.
Я проследила взглядом за ним, а также за тем, сколько обнаженного тела успело мелькнуть при этом, сглотнула. И вдруг словила его усмешку, спрятанную в уголках губ. Надо сказать, красивых и весьма соблазнительных губ… Он поднял глаза, взмахнув ресницами и… ничего не сказал…
Положил руку себе под голову и продолжил слушать мой рассказ.
– Тогда Синдбад – мореход привязал к своей спине один из огромных кусков мяса и птица Рух, ухватив, отнесла мясо, а вместе с ней и его в свое гнездо. А там..,– я рассказывала уже вторую историю из цикла тысячи и одной ночь.
– Мне плохо слышно, придвинься ближе, – через некоторое время попросил генерал с такой мягкой интонацией, что я удивилась. Он и так умеет?
Стала рассказывать погромче, но он наморщил лоб и потер висок:
– Говори потише, – его глаза были закрыты и, я надеюсь, он засыпал.
Подождав пару минут, я хотела встать и выйти, но внезапно он открыл глаза:
– Не останавливайся, продолжай. Что там дальше? – он зевнул и повернулся в мою сторону, высунув колено из под одеяла.
Я старалась не смотреть на него, мужчины у меня не было давно, а у этого тела, скорее всего, вообще никогда никого не было… По крайней мере, память Лан ничего такого не хранила. В её сердце был Бао Тан, а теперь, уже в моё сердце планомерно влезал генерал Ян Шэнь. Который сейчас сердито похлопывал место на своей кровати:
– Иди сюда.
Я вспомнила сказку про колобка. И сейчас почувствовала себя этим самым колобком, а генерала хитрым лисом, который заманивает меня, чтобы съесть. Вздохнула, так и не решив, хочу я чтобы меня "съели" прямо сейчас или нет?
Пришлось встать и пересесть на его кровать… и я продолжила рассказывать. Сначала он смотрел и старался внимательно слушать, но потом его глаза стали затуманиваться, а дыхание замедляться. Я тоже старалась говорить ровно и не очень эмоционально, убаюкивая его своей интонацией и голосом. Когда он зевал, я тоже зевала, потому что старалась внимательно наблюдать его реакцию и, в конце концов, потеряла контроль над происходящим.
Тяжёлая плита навалилась на меня, как – будто я в могиле? Было темно и трудно дышать. Что это? Почему я ничего не вижу?
Я пыталась выбраться и отодвинуть тяжёлую плиту, но она давила ещё сильнее.
И с каждым моим движением, с каждой попыткой выбраться, придавливала сильнее.
А ещё шелест, шорох, непонятный звук? Как будто песок или мелкие камешки сыпятся? Да что же это? Меня уже похоронили? Я в могиле? Но почему я жива? Как так?
Слезы выступили из глаз и внезапно страх сменился апатией. Значит, все это бессмысленно? Я уже на том свете, но почему-то не в аду или в раю, а здесь, под тяжёлой плитой? В земле? Или где-то в склепе? Где же меня похоронили? Прошло какое-то время, не знаю сколько. Не помнила кто я.
Я ничего не могла разглядеть в кромешной тьме, но вдруг почувствовала аромат лаванды, свежей травы и еще чего-то приятного. Очень смешно, наверное, моя могила на поле лаванды. Я вздохнула цветочный аромат, с силой приподнимая эту плиту и …проснулась!
Проснулась, придавленная самым невероятным в мире обнаженным мужчиной.
Не поняла…
Я увидела голую спину, ягодицы и ноги…ох.., кажется , генерал абсолютно не стеснялся меня и даже одеяло было отброшено на пол.
Его подбородок лежал на моей голове и размеренное дыхание доказывало, что он крепко спит. Это хорошо, что спит, но…
Его рука, нога и часть корпуса уютно устроились на моем теле, мешая дышать и двигаться.
Разметавшиеся белые волосы лежали на его спине, на подушке из гречневой шелухи, которая как раз издавала мягкий шорох и на мне. Так вот что за "плита" придавливала меня всю ночь. А сплю я ..на его кровати?
Бесплатный фрагмент закончился.