– Да что это с тобой? – спросила Екатерина Папашкина, мама Насти. Она сидела перед зеркалом и наносила на лицо макияж, когда в комнату вошла дочь с весьма хмурым лицом.
– Я похожа на хабалку? – спросила Настя, становясь за спиной матери.
– Ну, характер у тебя точно не подарок…можешь нагрубить, разозлить, заставить плакать, – мать широко улыбнулась, – но я всё равно тебя люблю.
– То есть, похожа?!
– В некотором роде. У тебя прекрасное воспитание, но когда ты начинаешь ругаться…
– Офигеть! Просто офигеть. Моя родная мать обозвала меня хабалкой. Ты хотя бы понимаешь насколько мне неприятно это слово? Меня в жизни никто так не называл.
– Да я даже не думала…, – начала оправдываться мать.
– Думала! – отрезала Настя. – У тебя даже маленького уважения нет к собственной дочери, а ты о любви твердишь. Но всё равно спасибо. Слушая тебя, понимаешь насколько я была права…
Оставив мать в полной растерянности, Настя ушла с видом человека, чья жизнь уже погублена по вине родителей.
От матери она направилась в свою комнату. Ей нетерпелось узнать подробности о человеке, которого она стала считать своим кровным врагом.
Раскидав сапожки по разным углам, Настя по привычке, села на ковер, скрестив ноги, и поставила перед собой ноутбук. Как только он загрузился, она запустила браузер и задала в поиске «Фёдор Матвеевич Дятлов», а в конце приписала «Ульяновск». На выдаче в верхней строке появилась социальная страничка. И больше ничего. Ещё какие-то упоминания о директоре фирме по пошиву обуви, которые она даже смотреть не стала. Обуреваемая любопытством, она открыла страничку Фёдора. Больше всего её интересовал статус врага. Уже в первые минуты она испытала разочарование. Обычный директор маленькой фирмы. Непонятно, откуда у него вообще взялись такие серьёзные связи. Она стала смотреть дальше. На одной из фотографий красовалась молодая девушка с Фёдором в обнимку. Настя с некоторым злорадством переключилась на его девушку, желая понять, какие отношения их связывают. Это был способ отомстить обидчику. Вскоре она наткнулась на её личную страничку с надписью «Жасмин»
В самой верхней части её странички была сделана запись месячной давности: «Я бросила Фёдора, – ссылка на его страницу. – Найду себя парня получше, чем этот придурок».
– Не я одна считаю его придурком, – промурлыкала под нос довольная Настя.
Далее следовали многочисленные свежие записи, касающиеся поведения Фёдора, не оставляющие сомнений в том, кто кого бросил. В одной из записей Жасмин даже досадовала, что Фёдор не отвечает на её звонки: «Ну нельзя же так, – писала она. – Целый год встречались, а он взял и разом оборвал все связи. Я его простила, но он не понимает, какую прекрасную жену потерял».
– Прекрасную жену?! – гневно пробормотала под нос Настя. – Да ты на себя посмотри, Шмындра! Что в тебе прекрасного? Нос кривой, губы толстые, глазки маленькие, лоб узкий, а волосы как паклей обмазаны …наверное каждый день красишься…облысеешь скоро, а всё туда же – в прекрасные жёны метишь! Вот я – другое дело, – Настя придвинула к себе зеркальце и глядя на своё отражение широко заулыбалась. – У меня даже кровь…утончённая. Все бабушки и прабабушки красавицы. А я самая красивая уродилась. У меня всё идеально…лицо, тело, грудь, ноги. Я когда на пляже загораю, все мужики в ступор впадают. Только и смотрят, как я нежусь под солнышком. Если из кого и получится прекрасная жена, так это из меня. Но выходить замуж не моё. Муж и дети эти – глупость. А вот… – Настя убрала зеркальце, а потом снова открыла страничку Фёдора, – …отомстить ему надо…Дам надежду…пусть слюнки распустит, а потом поиздеваюсь вдоволь, – Настя рассмеялась и тут же приступила к выполнению плана.
Первым делом она написала ему сообщение следующего содержания:
– «Я готова извиниться и возместить ущерб. А тебя приглашаю в ресторан. Ты классный парень. Я просто не сразу поняла».
Она отправила сообщение и стала ждать. Ответа не приходило очень долго. Настя пошла в кухню за фруктами, но услышав долгожданный звук, прибежала обратно. На экране висело сообщение:
– «Будет достаточно только извинений и возмещение ущерба».
Настя насупилась.
– «Не хочешь в ресторан? Ладно. Тогда где и когда? Встретимся и обсудим разногласия» – она отправила сообщение и тут же получила ответ:
– «У меня с тобой нет разногласий. Поступи как порядочный человек. Этого будет достаточно. Я сделаю так же и прямо сейчас попрошу прощения у тебя за свои слова и поступки. Мне стыдно за них».
Настя довольно заулыбалась.
– «Значит, ты это сделал со зла? Ты так не думаешь?»
– «Нет, думаю. Я сказал и сделал то, что хотел сказать и сделать. Речь идёт только о форме выражения. Не хочу быть на тебя похож».
Настя хотела написать оскорбления, но сдержалась из-за высших целей.
– «Ладно. Давай забудем. Давай начнём заново наше знакомство. Меня зовут Настя. А тебя?»
– «Ты с моей страницы пишешь», – пришёл ответ.
– «Я хотела услышать имя от тебя. Так мы сможем познакомиться».
– «У меня нет никого желания с тобой знакомиться. Таких людей как ты, я терпеть не могу. Конец связи».
Настя написала ещё несколько сообщений, но ответа больше не последовало.
– Отшил меня…! – Настя поверить не могла, что с ней так обошлись. Да парни готовы были по одному её слову песок целовать под ногами. А этот что говорит?! Но появилось ещё что-то кроме злости. Он не говорил о внешности. Он говорил только о неких человеческих качествах. И это было внове для неё.
– Настя! Настя! – донёсся до неё взволнованный голос матери. Предполагая нечто неприятное, Настя бросилась вон из комнаты.
Мать с весьма взволнованным видом стояла в зале, перед телевизором с пультом в руках.
Завидев Настю, она указала на экран.
– Это показывают по федеральному телевидению. Вся страна видит!
Один взгляд на экран заставил Настю вздрогнуть. Там показывали видеозапись утреннего происшествия, в котором она являлась главным участником. Мать повысила громкость. Голос за кадром зазвучал с новой силой.
– Дочь губернатора Ульяновской области Анастасия Папашкина сама оказалась виновницей аварии. Однако это не помешало ей оскорблять и открыто угрожать Семёну Астаркову, водителю «Лады».
На экране появился эпизод с её участием, где она использовала нецензурную брань в адрес водителя.
Мать бросила на Настю взгляд полный ужаса. А голос за кадром зазвучал снова:
– Фёдор Дятлов посчитал своим долгом вмешаться и осадить взбалмошную особу. Между ними завязалась ссора.
На экране начали проходить кадры видеозаписи с участием Насти и Фёдора. Слова Фёдора повторяли по нескольку раз, подчёркивая их значимость.
– В результате Фёдору Дятлову удалось добиться справедливости для Астаркова. Астарков уехал, получив извинения и компенсацию от Анастасии Папашкиной. Теперь несколько слов о нашем герое…Фёдор Матвеевич Дятлов…
На экране запестрели его фотографии. На каждой из них он выглядел едва ли не идеально. Никакой работы, семьи и друзей. Только он один. На отдыхе, или прогуливающийся по улицам, или просто с улыбкой кинозвезды.
– По оценкам экспертов, Дятлов один из самых выдающихся политиков нового формата с блестящим будущим. Он не так давно основал собственную партию под названием «РавноСправедливость», и намерен бороться за место в Государственной Думе. Опять же по оценке специалистов, вероятность того, что Дятлов окажется в Парламенте через год, очень высока.
Далее почти то же самое, но с небольшими поправками. Дятлова, умышленно или нет, но показывали, как некую знаменитость, при этом упорно повторяя словосочетание «известный политик».
– Настя! Как ты могла опуститься до такого жаргона? И зачем ты ввязалась в ссору с этим человеком? Он же всем нам жизнь может испортить. Твоего отца за столько лет один или два раза показывали. И то мельком. А об этом человеке все телеканалы трубят. Ты должна пойти и извиниться перед ним. Публично! – потребовала мать.
– Обойдётся! И потом они лгут. Я ни перед кем не извинялась, и никому ничего не компенсировала.
– Это сделал я! – в комнате появился отец. – Ты что, пытаешься лишить меня губернаторского кресла? – спросил он у дочери. – Да я полжизни горбатился за это право, на брюхе ползал перед нужными людьми. Пойдёшь и извинишься. Сначала перед Астарковым. А потом и перед Дятловым.
– Дятлов не хочет. Я ему предлагала, – с хмурым лицом ответила Настя.
– А ты уж постарайся его смягчить. Мне никак нельзя иметь такого недоброжелателя. Хорошо?!
Настя ушла в свою комнату и снова села за компьютер. Ей хотелось понять, что думают об утреннем инциденте другие люди. Она всегда мечтала, чтобы о ней все говорили, превозносили как некий эталон совершенства, и добивалась этой цели. Теперь же, она видела своё изображение в заголовках многих информационных агентств, но все они были связаны с именем Дятлова. Даже их фотографии размещались рядом. Они так гармонично смотрелись друг с другом, что Настя даже задержала взгляд на этих фотках. В глаза бросился один из комментариев незнакомой девушки.
– Какая красивая пара, – писала она, – оба выглядят как кинозвёзды. Не верится, что они оба живут в Ульяновске и не поддерживают близкие отношения.
Настя открыла свою страничку. За короткое время туда набежало несколько сотен незнакомых людей. Едва ли не каждый написал гневный комментарий, касающийся её поведения. Многие замечания отличались откровенной ненавистью. В душе Насти что-то постоянно переворачивалось, когда она читала все эти сообщения. Но надолго её не хватило. Вначале она очень сильно разозлилась, потом расстроилась, но потом неожиданно осознала, что может одним ударом разобраться со своим недругом. Немного лицемерия и слезливой романтики, и дело будет в шляпе.
Она начала набирать новое сообщение на своей страничке:
– Вы все правы! Все! Я поступила плохо. Очень плохо. И у меня нет ни одного оправдания. Больше так никогда не будет. Я получила свой урок…очень горький урок. Мне понравился Фёдор, но из-за того, что случилось, он даже разговаривать со мной не хочет. Лучше бы посадили в тюрьму, чем слышать его презрительное молчание…
Она закрепила это сообщение, а потом выключила ноутбук и довольная собой легла спать. Прошедший день стал самым неудачным в её жизни. Но она ещё не понимала, что благодаря таким встряскам люди и начинают меняться, становиться лучше, чем они есть.
– Ты это видела? – от крика матери Юля аж подпрыгнула в кресле. Она сидела в маленьком офисе вместе с другим адвокатом и по совместительству её гражданским мужем, Женей Киквидзе.
Завидев тещу, взволнованную до крайности, он непроизвольно поднялся, уступая ей место.
– Что слышала? – не поняла Юля.
– Что слышала!? Про своего брата слышала? – закричала мать.
– Ты почему всё время кричишь? Спокойно объясни, в чём дело. Что я должна была слышать?
– Значит, не слышала. Он политическую партию создал. На выборы в Парламент идёт. Его по всем каналам показывают.
Юля остолбенела.
– Ты чего, мать? Выпила, что ли? Какой из Феди политик?
– Да ты сама посмотри! – закричала мать. – Фёдор во всех новостях. Вся страна знает, а ты, его родная сестра, ни сном ни духом.
Юля некоторое время растерянно смотрела на мать, а потом полезла в интернет и ввела имя и фамилию брата. Первые же результаты заставили её издать целую череду неопределённых звуков.
– Что? – спросил заинтригованный Евгений.
– Сейчас послушаем! – Юля нажала один из видеороликов. В помещение ворвался взбудораженный голос:
– Фёдор Дятлов, один из самых перспективных политиков нового формата. Эксперты прочат ему блестящее будущее и предсказывают, что он уже через год будет заседать в Государственной Думе. На данный момент Дятлов занимается организационными вопросами. Он формирует свою партию под названием «РавноСправедливость».
– Партию формирует и мне ни слова! – гневно вскричала Юля. – Да ему же наверняка понадобятся юристы. – Она встала с места. – Едем! Все вместе едем к Фёдору. И пусть только попробует нас с Женей не взять на работу.
– Так нельзя, – начал, было, Евгений, но Юля не дала ему закончить.
– Можно и нужно! Едем!
Фёдор в это самое время собирался выйти из дома. Ему так и не удалось купить костюм. Он позабыл обо всём после инцидента с дочкой губернатора. А сейчас вспомнил, и засобирался за покупкой. Но как говорится: не суждено!
Зазвонил телефон. Услышав голос Коврова, Дятлов чертыхнулся.
– Вы чего сделали?! – закричал в трубку Фёдор. – Выставили меня какой-то смазливой куклой на всеобщую потеху. Разве об этом мы договаривались?
– Всё отлично, Фёдор! – в трубке раздался смех. – Нам надо было собрать впечатления твоих будущих оппонентов, и мы сейчас это делаем. Урожай – пальчики оближешь. Вся оппозиция на тебя обрушилась. Называют «провластным кандидатом», «безвольной куклой», «смазливым ничтожеством», и всё в таком роде. Общее мнение, что ты пустое место!
– Что же в этом хорошего?
– Скоро поймёшь! Но процессы уже пошли. Эта твоё вчерашнее заступничество оказалось как нельзя кстати для первой подачи информации. Соберись. Скоро тебя пригласят на известную политическую передачу. Тема – дорожное строительство. Изучи её хорошенько, чтобы не выглядеть глупо. Это станет твоим экзаменом. Все ведущие политики посмотрят эту передачу. Если справишься, считай полдела сделано. Кстати, ты заходил сегодня в свои социальные сети?
– Нет.
– Зайди! Ну и хорошо бы сделать совместную фотографию с Анастасией Папашкиной. Вы хорошо смотритесь вместе. Это бы тебе добавило политические очки. Люди просто обожают всякие такие слезливые истории. В общем, жди приглашения. Точное время они сами уточнят.
В телефоне раздались гудки.
– Какая ещё совместная фотография?! С Папашкиной дочкой? – Фёдор всё время таким образом называл Настю. Фамилия как нельзя лучше подходила её характеру.
Он разулся и пошёл к компьютеру. Увидев количество подписчиков на своей странице, он несколько раз протёр глаза, словно не доверял им. Но нет, цифра «17345» так и осталась на месте. Потом она начала расти. И это при том, что у него всегда были только два подписчика: его сестра и Жасмин. Жасмин потом отписалась и осталась только сестра. И полным-полно комментариев. Многие из комментариев сопровождались фотографиями Папашкиной дочки.
– Что бы это могло значить? – Фёдор ничего не понимал вплоть до того момент, пока не прочитал самый верхний комментарий:
– Ты чего, мужик? – писал некто под ником Гургулес. – С кем не бывает? Она же попросила прощения. Надо прощать…
Он перешёл к другому комментарию – Волшебницы Усолья:
– Фёдор, вы несправедливы к Насте. Она вас любит. И вы просто обязаны её простить.
Под комментарием была ссылка. Фёдор её нажал и попал на сообщение Папашкиной дочки. Прочитав его, он сообразил, откуда дует ветер.
– Никак успокоиться не может. Измором решила меня взять! То козлом обзывала и извиняться не хотела, а тут вдруг за несколько часов влюбилась, да так, что её все жалеют. Ну и особа…где же она столько коварства нагребла за двадцать пять лет?
Фёдор задумался. Чуть позже он открыл свою страницу и начал писать сообщение для всех, кто сочувствовал Папашкиной дочке.
«Ребята, вы все большие молодцы! Я бы и сам заступился за Папашкину дочку, после того, как прочитал её сообщение. И это правильно и благородно, но только с точки зрения общества. Но у каждого из нас есть выбор. И этот выбор определяем только мы. В особенности, когда вопрос касается наших чувств. Вы принуждаете меня сделать выбор, которого я делать не хочу. И это несправедливо. Я надеюсь, что Папашкина дочка найдёт своего принца. Что касается моих планов, она туда не входит и не войдёт. С тяжёлым сердцем вынужден ей снова и окончательно отказать».
Фёдор загрузил сообщение, дождался, пока оно появится на странице, а потом выключил компьютер и пошёл обуваться, чтобы купить злополучный костюм. Но как говорится: не суждено!
Резкий звонок снова нарушил его планы. Он открыл дверь, узрев перед собой сразу три лица. Мать выглядела радостной, сестра возмущённой, а будущий зять попытался сразу извиниться.
Фёдор провёл всех троих на кухню, налил по чашке кофе, а затем сел на четвёртый свободный стул.
– Это правда? То, что говорят по телевидению? – радостно улыбаясь, спросила мать.
Фёдор утвердительно кивнул.
– Не мог сказать раньше. Имела место неопределённость. Сейчас всё прояснилось. Я уже начал формировать свою партию, и вместе с будущими единомышленниками пойду на выборы в Парламент.
– А как тебе удалось попасть на федеральные каналы? – с откровенной подозрительностью спросила Юля.
Ответом стал хмурый взгляд.
– Юля, мы серьёзно поссоримся. Я тебя сто раз просил не лезть в мои дела! Но ты не слушаешь. Вбей себе в голову, что я не стану обсуждать ничего, чего не захочу обсуждать.
– Значит, и на работу нас не возьмёшь? – уточнила Юля.
– Возьму, но при условии, что ты усвоишь значение слов: субординация без учёта родственных связей. Женя возглавит юридический отдел партии… – заметив негодующий взгляд сестры, Фёдор пригрозил ей пальцем. – Только так и никак иначе. Женя толковый, понятливый и не лезет со своими наставлениями. Он возглавит юридический отдел. Ты будешь его помощником. Возьмёте в штат ещё четырёх юристов, которые понимают, разбираются в тонкостях политической работы.
– Четырёх? Ты серьёзно? – Юля даже немного растерялась от слов брата. – А зарплата?
– Сто пятьдесят тысяч Жене. Тебе сто двадцать. Остальным по восемьдесят. Это для старта. Дальше видно будет.
– Да ты врёшь! В нашей области и сорок тысяч за счастье!
Фёдор ушёл, а потом вернулся с туго набитым конвертом в руках. Он положил конверт перед сестрой.
– Здесь один миллион сто тридцать тысяч рублей. Зарплата за три месяца вперёд всем юристам. Включайтесь в работу; и первым делом оформи контракты на весь юридический отдел. Я должен буду отчитываться о своих тратах. Все документы должны быть идеальны с точки зрения действующих законов. Ещё вопросы?
– Можно кофе? Во рту пересохло…
Несколько часов длилась беседа между Фёдором с одной стороны, и Евгением с Юлей, с другой стороны. Фёдор всё подробно объяснил. Он сказал, чего от них ждёт. Кроме всего прочего, им надлежало принимать и вести учёт новых членов партии. А так же нанять бухгалтера для ведения отчётности. В общем, Фёдор переложил все тяготы, связанные с функционированием партии, на их плечи, и тем самым развязал себе полностью руки, чтобы как можно основательней подготовиться к политической известности, которая к нему уже пришла.
Мать за это время успела сбегать в магазин и накупить продуктов. А потом и наготовить вареников с творогом, которые все четверо поели с огромным удовольствием.
В самом конце обеда у Фёдора зазвонил телефон.
– Слушаю, Дятлов! – по привычке бросил в трубку Фёдор.
– Это Бочкарёв из программы «Новая политика и новые политики». Мне бы хотелось, видеть вас в нашей программе. Она выйдет в эфир послезавтра. Но вам уже завтра надо будет прибыть в Москву. Программа пойдёт в записи. Вы сможете приехать?
– Да. Диктуйте адрес, – Фёдор знаком показал сестре, чтобы она принесла блокнот и ручку из его комнаты. Юлия быстренько выполнила просьбу. Фёдор записал адрес, попрощался и выключил телефон.
– Еду завтра в Москву на программу Бочкарёва. Он сам пригласил.
– Ух ты! – восторженно воскликнула Юля. – Это же самая популярная программа про политику. Бочкарёва всегда так здорово слушать.
Евгений поздравил Фёдора, а мать осторожно поинтересовалась:
– А ты сможешь? Там вон какие большие люди…
– Как получится! – ответил Фёдор.
Настя несколько раз прочитала сообщение Фёдора, но так и не пришла к окончательному выводу по поводу её смысла. Вроде как и не хочет, но одновременно всех благодарит за помощь ей. И это вселяло бы оптимизм, не будь двух раздражающих факторов: его слова «Папашкина дочка» мигом разлетелись по интернету. Едва ли не каждый считал своим долгом повторить эти слова. И это вызывало жуткое негодование. Но существовал ещё более сильный раздражитель в лице Жасмин. Она едва ли не каждые пять минут размещала на странице трогательные комментарии с признаниями в любви на фоне её с Фёдором общих фотографий. Но, как ни странно, именно она подала Насте замечательную, как ей казалось, идею.
– Эта Шмындра всех знает: сестру, мать…, а кто мне мешает с ними познакомиться? Пойду и назло ему познакомлюсь, а потом размещу с ними фотки. Пусть лопнет от злости. Но сначала… – Настя широко заулыбалась, а потом метнулась к креслу за телефоном.
– Дядя Артём! – закричала в трубку Настя. – Это ты? Хорошо. Всё хорошо. Мне этот мужик нужен, которого я стукнула на своей машине. Дашь адресок? Нет, нет, ты не так понял. Я просто хочу поехать и извиниться. Хорошо, хорошо, поезжай со мной. Жду!
Настя взвизгнула от восторга и начал быстро одеваться.
Тремя часами позже на её страничке появилось видео, в котором она просит прощения у того самого водителя «Лады» и дарит ему цветы. Видео мгновенно обрело популярность.
Прикрыв тыл и, не без помощи полковника Арефьева, раздобыв адрес Фёдора, Настя ринулась к нему домой, намереваясь любой ценой заслужить расположение его матери.
Дверь ей открыла незнакомая блондинка, в которой Настя сразу узнала Юлю Дятлову, сестру Фёдора.
– Можно? – спросила у неё Настя. – Мне бы хотелось поговорить с тёть Настей и…с вами. Если возможно…
– Вы кто? – с нарастающим удивлением глядя на незнакомку, спросила Юлю.
– Папашкина дочка! Простите, с языка сорвалось, – за спиной Юли появился с виноватым видом Евгений.
– Ничего страшного. Меня с лёгкой руки Фёдора уже все так называют.
– Кто? – не поняла Юля, поэтому и устремила вопросительный взгляд на своего коллегу и гражданского мужа.
Тот махнул рукой.
– Долго объяснять. Я тебе потом всё покажу. Это Анастасия Папашкина, дочь нашего губернатора, и… знакомая Фёдора.
Услышав слова «дочь губернатора», Юля спохватилась, распахнула дверь, приглашая Настю войти. Та поблагодарила, вошла в прихожую и начала раздеваться. Евгений предусмотрительно встал за её спиной, принял куртку и повесил на крючок. Все трое вошли в зал. Там, в одиночестве, перед телевизором сидела мать Фёдора. Заметив незнакомую гостью, она встала.
– Меня тоже зовут Настя. Я знакомая Фёдора. Очень хотелось с вами познакомиться, тётя Настя. Вы не сердитесь? – с подкупающей искренностью спросила Настя. Если она и кривила душой, то совсем чуть-чуть.
Юля наклонилась к уху матери и что-то прошептала. Та сразу всплеснула руками.
– Так этот разбойник не хотел нас знакомить?! Я ему покажу…
– Вы неправильно поняли, – начал было Евгений, но тёща резко его оборвала.
– Я всё правильно поняла. Гуляет с Настенькой, а нам ни слова. Вот она и пришла. А ты, – она бросила ласковый взгляд на Настю, – ничего не бойся. Если…ну ты понимаешь…в общем, если ты забеременела, не думай ни о чём. Примем тебя с любовью вместе с ребёночком.
Эти слова совершенно растрогали Настю. Она обняла мать Фёдора и несколько раз подряд поблагодарила.
– Всё совсем не так, – сказала она, отстраняясь, – но я вам всё равно благодарна.
– Жаль! – с философским видом заметила старшая Настя. – У меня два взрослых оболтуса, а внуков «ёк». Порадовала бы…
– Мама! Это дочь губернатора! – не сдержалась Юлия.
– Ну и что? Девушка красивая. Пришла к нам в гости познакомиться. Значит, будет уважать семью своего молодого человека. Или я опять неправа? – она смотрела на Юлию. А Юлия смотрела на Настю. Настя же в свою очередь смотрела на мать Фёдора.
– Правы! Конечно, правы! По большому счёту, я по этой причине и пришла. Хотела познакомиться с вами и извиниться…
– Это ошибка Фёдора, а не твоя. Давай только потом поговорим. Сейчас передача начинается, в которой Фёдор выступает.
– Вы это серьёзно? – вырвалось у Насти.
– Да! – подтвердила Юлия. – Его покажут по телевизору. Вот сидим, ждём, и грызём, – она указала на тарелку полную семечек.
– А можно мне с вами? – взмолилась Настя. – Я ничего не знала, но тоже хочу посмотреть.
Старшая Настя без слов усадила её на диван рядом с собой. Юле и Евгению пришлось расположиться в креслах. Евгений подтянул к себе тарелку с семечками, чтобы высыпать в ладошку, но Юля не позволила.
– Зубы испортишь! – она забрала всю тарелку и поставила себе на колени. А на ручку кресла положила пустую пиалу для шелухи.
Евгений нахмурился, но ни единым словом не возразил, ни возмутился. Однако в этой комнате существовала высшая справедливость в виде тёщи. Окинув дочь негодующим взглядом, она забрала тарелку, высыпала из неё часть семечек в ладошку зятя, а потом вернула её на место. Юля только смеялась, наблюдая за её действиями. Насте же всё больше и больше нравилась мать Фёдора. Это была на самом деле прекрасная женщина. Жаль, что сын совсем на неё не похож.
Тем временем показалась заставка программы «Новая политика и новые политики». Евгений увеличил громкость.
Под звук аплодисментов в студии появился сам Бочкарёв. После него за каждый из пяти столов начали вставать гости программы. Он представлял каждого из них по отдельности, но всё внимание, конечно же, было уделено Фёдору. Он появился последним, пятым по счёту. В элегантном тёмно-синем костюме с тонким галстуком. Лицо было гладко выбрито, пуговицы пиджака расстёгнуты. Он вёл себя непринуждённо, но никоим образом не выставлял напоказ.
Все четверо из числа тех, кто сидел перед телевизором, захлопали в ладоши, когда появился Фёдор.
– Сегодня у нас не совсем обычный формат! – этими словами начал программу Бочкарёв. – Наша единственная и главная тема сегодняшней передачи – дороги. Всем известна старая русская пословица насчёт дураков и дорог. Дороги за последние годы очень сильно изменились в нашей стране. Они стали лучше. Намного лучше. Но всё ещё далеки от качества дорог Европы, США и Китая. Китай за последнее десятилетие по качеству и протяжённости дорог выходит на лидирующие позиции в мире. Почему мы так не можем?! Чтобы обсудить эту проблему, мы пригласили четырех действующих депутатов Государственной Думы, которые имеют непосредственно отношение к строительству дорог. И… – Бочкарёв сделал паузу и, указывая на Фёдора, продолжил: – Мы пригласили политика из Ульяновска, который недавно создал свою политическую партию, и только делает первые шаги. Выслушаем их и сравним мнение опытных профессионалов с мнением молодого поколения. Но сначала мнения экспертов о молодом политике из Ульяновска.
На экране возник пожилой мужчина лет шестидесяти. Он сидел в кресле, окружённый книгами. Надпись снизу гласила, что это профессор Аркадий Робенштейн. Голос за кадром спросил у него мнение насчёт политика Фёдора Дятлова.
– Ваше мнение очень ценят в политических кругах. И вы редко ошибаетесь в своих прогнозах. Скажите, какое впечатление производит политик Фёдор Дятлов?
– Это не политик, – последовал ответ. – Это пустышка. Бессмысленная пустышка, которую вытащили на свет, чтобы показать всем нам. Взяли бестолковую модель, сделали небольшой грим и выпустили в политическое пространство. Такой подход обречён на провал. Этот Дятлов опозорится на первом же публичном мероприятии. На подиуме его бы ждал успех. Но в политике, ему ничего не светит. Вообще ничего. Как и его кукловодам.
Все четверо в зале были возмущены такой оценкой. Настя отпустила несколько крепких выражений в адрес этого ленивого толстяка, как она выразилась. Осознав, что позволила себе лишнее, она тут же извинилась перед всеми. Но те только улыбались в отве.
– Ты молодец! – похвалила её мать Фёдора. – Я сама так хотела! Постеснялась!
Настя совершенно забыла о цели своего визита. Она волновалась вместе со всеми и вместе со всеми переживала. И даже не осознавала этого. Но цель, которую она перед собой поставила, уже была достигнута. Её приняли в семью. И это обстоятельство как нельзя лучше тешило самолюбие.
Появилось изображение студии. Бочкарёв попросил дать оценку мнения эксперта всем своим гостям. Четверо согласились, а Фёдор только и сказал:
– Каждый человек может иметь мнение насчёт меня и моих планов. Но я с мнением уважаемого профессора не согласен.
– Что же, послушаем других экспертов!
Выступили ещё двое экспертов. Они практически озвучили первую версию. Все, кто выступал далее в программе, были очень невысокого мнения о Дятлове как о политике.
– Задай им, Федя! Задай! – закричала Юля, когда началось обсуждение в студии.
Но уже первые минуты принесли с собой разочарование. Как только обсуждение доходило до Фёдора, он молча кивал головой, показывая, что ему нечего сказать, и он передаёт слово другому.
В комнате перед телевизором понемногу спадало приподнятое настроение. А вскоре все четверо совсем приуныли. Фёдор продолжал молчать, и его безвольность бросалась в глаза, несмотря на все попытки Бочкарёва как-то сгладить ситуацию. Но после очередного кивка головой, и он не выдержал.
– Господин Дятлов! Вам нечего сказать? Вы вообще не понимаете сути нашего сегодняшнего обсуждения?
– Я не собираюсь обсуждать этот гадюшник! – уточнил Фёдор, не обращая ни малейшего внимания на насмешливые замечания своих оппонентов.
– Простите! – ведущий даже растерялся от слов Фёдора. – Что вы сказали?
– Я не собираюсь обсуждать этот гадюшник, – повторил Фёдор и спокойно продолжил: – Цена одного километра дороги в России выше в семь раз цен на такие же работы в Европе и Китае. При этом качество дорог у нас остаётся гораздо хуже, чем в вышеупомянутых странах. Это одна из самых коррумпированных отраслей страны. Там всё пронизано коррупционными нитями. Мы голову сломаем, потратим десятилетия и уйму денег на поиск оптимальных решений. Такой подход для нашей партии неприемлем.
– Что же вы предлагаете? – откровенно заинтересовавшись ответом, спросил Бочкарёв.
– Уничтожить всё. Вырвать с корнем. И отстроить новую систему дорожного строительства по следующим параметрам: введение новых технологий. Передача всего дорожного строительства в руки граждан, непосредственно проживающих на территории прокладки дорог. Вести финансирование в обход административных ресурсов, напрямую от государства к гражданам.
– Да это же утопия! – воскликнул один из оппонентов. – Я понимаю новые технологии и финансирование в обход административных ресурсов. Но как вы собираетесь передать строительство дорог в руки граждан?
– Создадим форму сотрудничества между государством и гражданами. Убираем все нормативные акты, которые мешают этим процессам. Создадим сеть узкоспециализированных фирм, которые будут строго заниматься только дорожным строительством. Все желающие из числа местных жителей смогут создать такую фирму и получить финансирование от государства.
Бесплатный фрагмент закончился.