– Ладно. Давайте попробуем, – согласился Женя. Он вспомнил, как когда-то его мама – вот так же, как эта смешная бабушка, осматривала его горло.
Марина стояла в сторонке и в душе посмеивалась. Как же, «у меня всего этого нет»! Всем было известно, что у Светланы Фёдоровны в арсенале имелись все новейшие прибамбасы для осмотра. Приобретала она всё за свои деньги, так как считала, что тщательный осмотр больного ребёнка является первейшим делом врача.
Видя, что она закончила осмотр, Максим предложил:
– Ну, что ж гости, дорогие! Прошу вас к столу на чай с тортиком. Никто не возражает, надеюсь? А тебе, Жека, мы тоже принесём, только сюда, хорошо?
– Хорошо, – но видно было, что мальчик приуныл. Ему хотелось пить чай вместе со всеми на кухне. – С вами нельзя?
– Давай-ка, Жень, температуру померим и будет видно, можно или нет. Идёт? – вмешалась Марина.
– Идёт! Конечно идёт! – воскликнул Женя.
Взрослые прошли на кухню, где Максим накрыл стол. В центре красовался его любимый шоколадный торт. «Надо же. И тортик такой же ему нравится, как и мне», – заметила Марина.
– Мариночка, извините, чай пить с вами не буду. Надо возвращаться домой за внуком присматривать. У вашего мальчика ангина. Я здесь написала, что делать и как давать. Ещё больше тёплого питья, – Светлана Фёдоровна протянула Марине листок бумаги.
– Я вас отвезу, – стал собираться Максим.
– Ах, не надо! У вас гости, вызову такси.
Но Максим, не принимая никаких возражений, уже направился к выходу.
Распрощавшись со всеми, Светлана Фёдоровна вместе с Максимом уехала.
Спохватившись, что Женя один, Марина вернулась в комнату. В кресле, напротив него сидел Игорь Петрович. Они играли в шахматы.
– Вам шах и мат! – весело вскричал Женька.
– Ой! Как ты мог это сделать? Ну ты настоящий стратег, Жека! – произнёс Игорь Петрович, убирая шахматы. – Ты мне лучше расскажи, как твои дела в детском саду? Друзей нашёл?
– Конечно! Мне там нравится!
– А воспитательница не обижает? Наверное, строгая и всё время замечания делает? – продолжал опрос гость.
– Вот моя воспитательница! – гордо произнёс Женя, указывая на Марину рукой.
– Ха! Однако! Без комментариев, как говорится, – слегка смутился гость. – Не знал, что сейчас воспитательницы по домам к детям ходят.
– Бывает. Ну, что же, Женечка, вижу, что тебе намного лучше, помощь моя тебе уже не нужна. Мне пора домой. Оставляю тебя на попечение Игоря Петровича, – почувствовав досаду, засобиралась Марина Николаевна.
– Нееет, Марина Николаевна, не уходите, пожалуйста. Макс обидится, если вы уйдёте, – заныл Женя.
– Но, Женя… – было начала Марина, но тут вмешался Игорь Петрович
– Вы на меня обиделись?
– О, нет! У меня дома пёс. Он скучает, ему надо гулять, он хочет есть.
– Но вы можете ещё минут на сорок задержаться? Мне совсем не хочется держать ответ перед Максом, почему мы вас отпустили. К тому же, я не знаю, как ухаживать за Женькой, – стал уговаривать её Игорь Петрович.
– Что ж, ваш последний аргумент весьма весомый. Я останусь. Но никаких шахмат. Ложись, Женя, опять полежи, поспи, а Игорь Петрович пройдёт на кухню пить чай, который уже давно остыл. Только с этим условием я останусь. Хорошо? – улыбнувшись, скомандовала Марина. – Могу почитать тебе книжку.
– Да, да! Ура! – вскричал счастливый Женька.
Игорь Петрович наблюдал за ними с улыбкой. Он послушно отправился на кухню, опять включил чайник, надеясь, что ему сегодня всё-таки удастся выпить горячего чаю.
Женя попросил почитать сказку «Приключения Буратино» Алексея Толстого. Недослушав до конца вторую главу, мальчик спокойно уснул. Дыхание его было ровным и спокойным. «Вот теперь можно и мне попить чайку», – подумала Марина и отправилась на кухню, где уже во всю чаёвничал Игорь Петрович.
***
–Уснул? Присаживайтесь, выпейте чаю, – Игорь Петрович налил ей горячий, чудесно пахнущий напиток. – Устали?
– Есть немного. Спасибо, – она сделала глоток и зажмурилась от удовольствия. – Как хорошо.
– Вы любите шоколадный торт?
– Да, очень, – улыбнулась Марина.
– Угощайтесь, – он протянул ей тарелку с большим куском торта.
– Благодарю, но он огромный! Мне столько не съесть! – они вдвоём засмеялись.
– За фигурой следите? Моя бывшая жена тоже следила, худела. Просто помешалась на своей фигуре. Потом к другому ушла и забыла про всякие диеты. Полнеет, но живёт припеваючи.
– Вы сохранили с ней добрые отношения? – участливо спросила Марина.
– Конечно. У нас двое детей. Что делать? Ну не смогла она перенести бесконечные переезды из гарнизона в гарнизон. Я её не осуждаю. Созваниваемся. Уже внуки подрастают. Делить нам с ней нечего. Вот так. Что делать? Это жизнь. Не всё в ней гладко, да ярко… А как вы? Муж, дети?
Марина Николаевна рассердилась. Он решил, что его откровение выведут и её на душевный разговор? Щас! С чего бы это?! Как бы не так!
– Замужем. Детей пока нет. Мой муж строитель, уехал в командировку. Скоро вернётся.
– Спасибо вам, что помогли с Женькой. Максим просто с ним зашивается. Опыта-то нет, – продолжал душевничать Игорь Петрович.
– Как это «опыта нет»? У отца нет опыта общения со своим ребёнком? Что же это за отец? – рассердилась Марина.
Игорь Петрович уставился на Марину и вдруг рассмеялся.
– Господи! Вы подумали, что Максим отец Женьки?
– А кто же отец Женьки, если не он? – она непонимающе смотрела на него.
– Максим его дядя. Отец мальчика лежит в военном госпитале после тяжёлого ранения. Женина мама тоже была ранена. Ей уже лучше, но она осталась рядом со своим мужем, не уехала. Женьку забрал к себе Максим. Это наше управление похлопотало, чтобы мальчика сразу же определили в ваш детский сад. Всё же Максу полегче. Отпуск дать ему не смогли, слишком ценный специалист.
Марина Николаевна сидела огорошенная такой информацией.
– Как же это всё случилось? Ранения…
– Они военные. Были на учениях в другой стране. Но учение переросло совсем не в учение. Мальчик случайно оказался с ними. Не по инструкции, но ведь они думали, что через день-два освободятся и будет возможность сразу же побывать всем вместе в отпуске. Но всё вышло не так. Кстати, отца Жени тоже зовут Максим. Их так и звали в части «два Максима». Они друзья.
– Простите. Где вы все работаете?
– В безопасности. Такой ответ вас устроит?
– Вполне, – задумчиво ответила Марина. – а мать Жени это…
– Сестра Максима.
– Спасибо, что разъяснили.
– Вы думали…
– Ещё как думала, только с отчествами не могла разобраться. Очень жаль, что с ними так случилось.
– Люди, когда идут работать к нам, должны знать и давать себе отчёт на что они идут, – немного жестко проговорил Игорь Петрович.
– Знаете, очень давно, насмотревшись фильмов и начитавшись книг про храбрых разведчиков, я хотела стать сотрудником КГБ. Но, слава Богу, что отвёл, – прямо глядя в глаза Игорю Петровичу произнесла она.
– Отчего же?
– Однажды мамин знакомый просветил меня, пятнадцатилетнюю девчонку, сказав, одну очень жуткую вещь. «Когда ты вдруг проколешься или не будешь нужна, свои же тебя и прикончат в лесополосе.»
– Брр. Страшновато и жутковато. Мы этим не занимаемся, – отводя глаза в сторону произнёс Игорь Петрович.
– Надеюсь.
Они помолчали.
– Что-то Максима долго нет. Может ему позвонить? – произнесла Марина.
– Вы не волнуйтесь. Приедет. Я потом смогу вас довезти до города.
– Нет, спасибо. Сама доберусь на такси.
– Боитесь, что «прикончу в лесополосе»? – усмехнувшись, произнёс Игорь Петрович.
– Ага, что-то вроде того, – улыбнулась в ответ Марина.
– Можно ещё один вопрос, Марина Николаевна? – спросил Игорь Петрович, включая чайник.
Она кивнула, жуя торт.
– Почему вы мне соврали про своего мужа? Вы ведь не замужем… – он хитро посмотрел на неё.
Марина поперхнулась этим чёртовым куском торта.
– В смысле? – выдавила она из себя, запивая холодным чаем торт, который застрял у неё в горле вместе с мыслью «Как он догадался?»
– Так зачем? – продолжал допытываться Игорь Петрович.
– Я у вас, что, как это говорят… «под колпаком»? Вы за мной следите?
– Боже меня упаси! Нет, но сотрудников вашего сада, потом конечно, пришлось втихаря проверить. А что делать? Обстоятельства обязывают, – объяснил он.
– Капец! Простите, кошмар! – вовремя поправилась Марина. – Как я понимаю, я вам не обязана отвечать? Так, что теряйтесь в догадках, – нагловато улыбаясь, ответила она.
Игорь Петрович громко расхохотался на весь дом. Потом спохватившись, что мальчик спит, прикрыл рот рукой.
– Я смотрю, что вам тут очень весело, – громко сказал вошедший Максим.
– Тсс, – вдвоём зашикали на него Марина и Игорь Петрович. – Женька спит.
– Так, спились и спелись, – шутливо кивая на чай и торт произнёс Максим.
– Ты даже не представляешь, насколько, – подмигивая Марине сказал, Игорь Петрович. – Ну, что ж, братцы-кролики! Мне пора, сегодня всё равно не удастся поработать. Пока всем, я пошёл.
Игорь Петрович встал из-за стола и решительно направился в прихожую. Марина и Максим вышли за ним следом. Распрощавшись с гостем, Максим спросил:
– Вы, наверное, очень устали? Простите, что задержался. Но из-за сильного снега на дорогах пробки.
– Да, вы правы, я очень устала. Мне тоже пора домой. Не беспокойтесь, я доберусь на такси. Я бы уехала раньше, но ваши меня уговорили задержаться до вашего возвращения.
– Спасибо. Я понимаю. Но мне хотелось бы вас довезти самому. Какой странный сегодня день, – задумчиво произнёс он.
– Вполне себе хороший день, – улыбаясь ответила Марина.
Во время их разговора она одевалась. Он вдруг остро почувствовал, что совсем не хочет отпускать её, хочет, чтобы она осталась здесь с ним… навсегда. Эта неожиданная мысль настолько поразила его, что он изменился в лице.
– Что-то не так, Максим Алексеевич? – настороженно спросила Марина.
– О, нет, всё так. Не называйте меня, Максим Алексеевич, хорошо?
В ответ она только кивнула.
– Я ещё не вызвал такси, вы так быстро оделись.
– Ну так вызывайте. Я посижу здесь, подожду. У вас просторная прихожая. Это ваш дом?
– Теперь да. Но я не справляюсь с ним. Он большой, требует ухода. Скоро весна, а я понятия не имею, как заниматься садом, огородом.
– «Решайте проблемы по мере их поступления» и «интернет в помощь», – засмеялась она. Наконец-то стало пропадать чувство настороженности, будто она в «осином гнезде», возникшее у неё после откровенного разговора с Игорем Петровичем.
Подъехало такси. Максим проводил её к машине, помогая идти по заснеженной дорожке.
– Можно я вам позвоню? – нерешительно спросил он.
«Боже мой! Откуда такая робость у агента ноль, ноль, семь?» Она прямо посмотрела на него и сказала:
– Нужно! И вечером, и утром. Ясно? Доложите о самочувствии Жени, хорошо? – улыбаясь произнесла она, онемевшему от удивления Максиму.
– Есть! – шутливо прищелкнув каблуками ботинок, произнёс он.
«Интересно, о чём это они беседовали со «стариком»?» – глядя вслед удалявшемуся такси, подумал Максим.
Марина сидела в такси и тревожные мысли роились в её голове: «Боже, какая же я самоуверенная дура! Не могла всё это время понять, что он не отец Женьки! Балда! Ещё с этим дядькой связалась! Куда бы засунуть свою прямолинейность?! И когда я повзрослею?!»
***
Дома она погуляла с обрадованным Риком. Он весело носился по пушистому снегу, припадал на передние лапы, зарывал нос в снег, отфыркивался и опять мчался галопом по пустырю, поднимая вокруг себя комья снега. Марина с большим удовольствием бегала вместе с ним.
Вечером она позвонила Максиму. Температура у Жени опять повысилась. Ощущалась тревога в голосе Максима. Желая его подбодрить, она сказала:
– Не стоит так тревожиться. При ангине всегда такая температура. После антибиотика, полосканий она снизится.
– Спасибо.
– Не стоит. Звоните в любое время. Жене привет.
Они распрощались, пообещав друг другу созвониться завтра.
***
– Милый, это опять твоя Киска. Ну что так долго тебя не было? Я прям горю.
– Я был занят, моя дорогая. Тебе опять что-то захотелось? – как можно любезнее поинтересовался Роман.
– Да. Говорят, что в магазинчике «Морской волк» есть великолепная чёрная икорочка. Не мог бы ты…
– Конечно, милая. Я куплю и с радостью с тобой встречусь. Но я не знаю где этот магазин. По навигатору искать очень неудобно.
– Я знаю, милый, где он находится. Я уже была там раньше. Запоминай.
Он слукавил. Он тоже там был раньше. Несмотря на такое пафосное название, это была маленькая рыбная лавка. Там раньше продавались чудесные, дешёвые рыбные тефтельки. Они с товарищем с удовольствием их ели в крохотной комнатке студенческого общежития.
– Записал адрес, не перепутаешь?
– Конечно дорогая, я не забуду и не перепутаю. В восемь буду у тебя.
– Ах, это так долго! Жду тебя с нетерпением, дорогой!
Распрощавшись со своей Киской, он вдруг почувствовал, что вся эта кутерьма ему порядком надоела. Совесть его давно молчала, но появилось чувство раздражения, что какие-то «козлы» засчёт того, что он так бешено рискует, прекрасно себя чувствуют, фиговы эстеты наслаждаются ворованными шедеврами с его Родины. «Тебе эти «козлы» хорошо платят.» – вдруг он услышал, как его совесть опять подала свой слабый, но настойчивый голос.
– Роман Владимирович, сегодня всех отпускают на час раньше. Будут проводить санобработку кабинетов, – вывела его из задумчивости секретарша.
– Спасибо, Зоя.
«Вот хорошо. Управлюсь со всей этой кутерьмой по-быстрому. В магазин можно приехать после четырёх. Как раз доберусь к восьми к моей Кисуле. Всё будет окей.»
Спустя почти час он прибыл к магазинчику «Морской волк». Ностальгические воспоминания о его студенческой счастливой жизни нахлынули, не спросившись у него разрешения. «Отставить!» – скомандовал он им. «Может отказаться от всего этого дерьма, прийти к своим? Придурок, тебя сразу к стенке поставят без суда и следствия! Ну, положим, что суд и следствие будут… Надо всё обдумать. Последний раз и всё. Деньги я не потратил. Старушке из своей зарплаты отдал. Так, надо всё же подумать, как прекратить всё это.»
Роман увидел, как под холодным ветром гуляет кто-то одетый в костюм «Морского волка». «Шоу возле каждого магазина. Просто все и всё заколебало!» – подумал он всё более и более раздражаясь. Всё-таки бессонные ночи давали о себе знать. Нервы на пределе.
По своей отработанной схеме он подошёл к продавцу отдела деликатесов и попросил оставленные ему баночки икры и лосося. Взяв уложенные продукты в белый фирменный пакет, вышел из магазина. К нему тут же подошёл «Морской волк» с рекламкой магазина.
– Здравствуйте! – проговорил он знакомым голосом.
– О! Привет! Теперь здесь? – обрадовался Роман, узнав в волке «Золотую рыбку». – Квалификацию поменял, теперь «Морским волком» работаешь»?
– Ну да! Деньги нужны. Кстати, я старушке тогда деньги ваши отдал. Но спасибо она не сказала. Удивилась просто и всё.
– Ну и ладно. Может, они ей помогут… Хоть ей помогут, – произнёс он тише.
Роман не заметил, как к нему сзади приблизился человек.
– О! Привет! Сколько лет, сколько зим! Сто лет с тобой не виделись! Ну как ты? – Роман уставился на незнакомого усатого мужика, который без устали хлопал его то по одному плечу, то по-другому. – Давай отметим нашу встречу! – продолжал вопить на всю улицу дядька.
– Простите, но вы обознались, – стараясь быть любезным произнёс Роман.
– Нет, не обознался. И в ваших интересах сейчас, Роман Владимирович, пройти вместе со мной в ближайшее кафе, – продолжая улыбаться сквозь наклеенные усы, уже гораздо тише проговорил Николай Иванович. – Вы меня не узнаёте? Напрягитесь, мой друг.
– Теперь я вас узнал, товарищ генерал, – у Романа подкосились ноги.
– Вот и славно, мой друг. Ты всё понял. Пошли, можешь взять меня под руку. Тьфу, стоп! Нас могут неправильно понять. Иди просто рядом.
Они пошли рядом, разговаривая друг с другом. Вернее сказать, говорил только Николай Иванович, а его спутник, только утвердительно кивал головой. Со стороны они в самом деле были похожи на двух встретившихся приятелей.
***
В кафе было полно народу в этот час. Они выбрали дальний столик. Заказали сразу при входе кофе и бутерброды.
– Целый день ничего не ел, – пояснил свой выбор Николай Иванович.
– Почему здесь, а не в Управлении? – спросил его Роман.
– А зачем нам с тобой светиться? К Киске во сколько? В восемь? Успеем всё обсудить.
Роман посмотрел на него изменившимся взглядом. От него Николаю Ивановичу стало не по себе.
– Господи! Ты чего подумал? Что я с этими? Окстись!
Они посидели некоторое время молча, наслаждаясь крепким вкусным кофе, который им принёс официант.
– Говори, – сказал генерал после чашки вкусного кофе.
– Что говорить?
– Как дошёл до такого, кто научил, кто направил и, самое главное, хочешь ли ты из этого дерьма вылезти?
– Хочу, – буркнул невнятно Роман.
– Не слышу, – жёстко произнёс Николай Иванович.
– Давайте в Управление, – вдруг попросил Роман.
– Ты придурок? Там тебе точку поставят, а так есть шанс всё переиграть, понимаешь? Рассказывай, что знаешь.
Роман нехотя, но потом поживее, стал рассказывать о том, что знал. Знал не много, но важные сведения. Например, что ворованные ценности отправляются в рыбные магазины в специальных тубусах или коробках под видом отложенных деликатесов для ВИП-клиентов. Ему звонит Киска, сообщает откуда забрать. Он едет, забирает эти фирменные пакеты, отвозит их своей якобы любовнице Киске. А что далее с ними происходит он не знает.
– Сколько раз уже перевозил? – спросил его Николай Иванович.
– Сегодня был бы третий, – хмурясь и не глядя ему в глаза ответил Роман.
– Слушай сюда. Если поможешь, я могу сказать, что ты с самого начала действовал под прикрытием. Понял?
– Да.
– Как зовут твою Киску, настоящее имя знаешь?
– Нет, не знаю. Мне известно лишь, что её зовут Альбина. Больше ничего.
– Где живёт?
Роман назвал адрес, который не менялся. Для всех она была его любовницей, которая очень любила рыбные продукты.
– Сегодня ты опять передашь как всегда то, что тебя просят. И всё. Дальше посмотрим, что делать. О нашем разговоре, естественно, никому. Ну ты и так всё понимаешь, ведь правда?
– Да… Можно спросить?
– Спрашивай.
– Почему вы меня не арестовали? Почему хотите мне помочь?
– Потому что покрупнее рыбка ещё плавает. Работай как работал раньше. Спокойненько, никуда не высовывайся. Если понадобишься, я тебе дам знать.
***
Валентина Георгиевна проснулась рано утром в прекрасном расположении духа. Первым делом она выглянула в окно полюбоваться великолепным пейзажем – снег, чудесный, прекрасный снег. Красота! Целую неделю шёл, прерываясь ненадолго, этот замечательный снег. Но… Теперь невозможно было выйти из дома, не попав в большой сугроб. Такс, надо расчистить дорожки от этого богатства. Она вспомнила, что видела нечто похожее на лопату для снега в сарае. Надев на себя большую, тёплую фуфайку, такие же широченные тёплые штаны, оставленные её старшим сыном «на всякий случай», и обув длинные сапоги, она, буквально вывалилась из дома на заснеженный двор. Поправила нахлобученную мужскую шапку-ушанку, подняла воротник фуфайки. В такой экипировке не замёрзнуть! Как здорово! Настроение как в детстве! Вокруг сверкающий снег, как в сказке. Детство… Вот бы обратно…
Холодный воздух приятно обжигал кожу. Делая великаньи шаги, она добралась наконец до сарая. Ух… Вот она моя красавица… Думала, что эта широкая деревянная лопата ей никогда не пригодится. А вот тут такой аномальный для этих мест снегопад.
Надев большие рукавицы, схватив покрепче лопату, она стала от самого сарая разгребать дорожки, раскидывая снег по сторонам. Эта работа для неё была непривычной, но изрядно её забавляла. Физический труд, она надеялась в душе, взбодрит её и развлечёт. Всё же лучше, чем «думки думать».
Снег был лёгким, пушистым. Не работа, а одно удовольствие. Вот уже добралась и к ступенькам дома. Отлично. Теперь осталось расчистить проход к воротам. А то как до магазина добраться? Сегодня выходной. С недавнего времени, она решила закупаться продуктами только один раз по воскресеньям, но на неделю. Как она считала, это позволяет экономнее вести хозяйство, да и не тратить своё время попусту.
Снегоочистительная машина рано утром расчистила проезжую часть дороги. Из-за неё теперь по обочинам лежали холмы грязного снега. «Может сегодня не ходить в магазин? Всё равно продукты есть. Как я доберусь по этим горкам? Да и зачем?»
Она так усердно и увлечённо работала, что не заметила подошедшего к её воротам мужчину. Свою машину он оставил у противоположного дома.
– Слышь, мужик! Хозяева дома? – услышала она, как кто-то к кому-то обращается.
Она решила, что это её соседи разговаривают друг с другом. Но потом опять:
– Глухой что ли? – затем громче. – Эй, дядя, отставь лопату, оглянись!
Она невольно оглянулась. Перед ней за воротами стоял высокий, широкоплечий мужик с большой коробкой в руке и, жестикулируя, видимо, решив, что она глухая, говорил:
– Ты меня слышишь?
– А ты меня? – в ответ совсем невежливо услышал дядька. Неужели этот пень деревянный не мог отличить мужчину от женщины?
– Простите меня ради Бога. Вы просто так одеты… Да и понятно. Стиль загородный «дачный».
– Это мой любимый стиль. Подходящий, – произнесла она, кивая головой на лопату, слегка осипшим от работы и мороза голосом.
Вдруг подул холодный ветер, и она ещё выше подняла воротник фуфайки, поправила свой клетчатый, тёплый, мужской шарф. «Пора бы уже в дом. План выполнен и перевыполнен.»
– Ну да, ну да. Ещё раз простите, бабушка, – продолжал наглый мужик. – Где ваши соседи, не знаете? Звоню, звоню, никто не открывает.
– Нет, «внучек», не знаю, – возмущалась в душе от таких «комплиментов», Валентина Георгиевна.
– Меня посылку просили им передать из Питера. Уезжать скоро, а их нет. Может, я вам оставлю, можно?
– Лучше дождитесь их сами. Я с ними ещё не знакома.
– Я бы им записку оставил, они бы сами и забрали. В машине печка не работает, подождал бы их там. И мой телефон разрядился. Просто тупик какой-то.
Ей вдруг стало жалко этого бедолагу и неожиданно для самой себя она предложила:
– Давайте я ваш телефон подзаряжу. Зарядка хоть есть? – и чуть не добавила «бедолага».
– Вы меня выручите! Есть, конечно! А пока он заряжается я вам снег за воротами расчищу. Идёт?
– Окей! Несите телефон.
Когда он шёл к своей машине за подзарядкой у него в голове мелькнула мысль: «Старушка странная какая-то. «Окей!» Разве старушки так говорят?»
Валентина Георгиевна, притоптывая от крепчавшего мороза, поджидала своего «внучка» у ворот с лопатой. Она сняла свои неуклюжие рукавицы, что бы было удобно взять зарядку и телефон. Подошедший «внучек» с удивлением заметил, что у «бабушки» совсем молодая кожа рук, французский маникюр и красивые зелёные глаза, смотревшие на него с любопытством.
– Ну, что, «внучек», лопату не «уволокёшь»? Телефон-то в заложниках, – забирая у него телефон и подзарядку, она вдруг рассмеялась весёлым, молодым голосом.
Он остолбенел и с удивлением смотрел ей в след, как его «бабушка», относительно «лёгкой походкой» в таком, видимо, тяжеленом для неё наряде, направляется к дому. «Какой же я придурок!» – констатировал он. Злясь на себя за своё невнимание, за свою непроницательность, вообще за всё, он с каким-то остервенением принялся расчищать дорожки вдоль её ворот.
Осторожно отодвинув край занавески, Валентина Георгиевна наблюдала за ним. «Как бы мой новоиспечённый «внучек» не поломал лопату «своей бабушки», усмехаясь подумала она.
***
– Ну да! А вы мне: «Нет, внучек, не знаю»!
Валентина Георгиевна и её неожиданный гость, Павел Семёнович, сидели за большим столом на кухне, пили горячий чай и смеялись, вспоминая их забавную встречу. За окном началась настоящая метель. После работы на морозе с лопатой, Павел Семёнович чувствовал, что ещё немного, и он просто уснёт в этом уютном доме. Дальняя поездка начинала сказываться, он не спал в дороге два дня, спешил передать подарок мальчику.
После того, как Валентина Георгиевна взяла у него подзарядить телефон, прошло около часа. Дорожки вдоль её забора были вычищены и теперь она могла бы спокойно пройти по ним в магазин. Но совсем не хотелось. Вместо этого она накинула на себя ту же самую фуфайку и платок на голову, позвала, издеваясь:
– «Внучек», достаточно! Идите в дом!
Усмехнувшись, он стал подниматься на крыльцо, отряхиваясь от снега.
– Проходите. Вешайте куртку вот сюда. Устали, наверное, и замёрзли? Спасибо вам. Мне бы долго пришлось снег убирать самой.
Говоря это, она сама сняла накинутые фуфайку и платок. Теперь он увидел свою «бабушку» во всей её «девичей» красе. Перед ним стояла стройная женщина в светло сером спортивном костюме. Она засмеялась, увидя его замешательство, тряхнула короткими тёмно-русыми волосами и сказала:
– Пойдёмте греться. Вы проголодались? Идите вот сюда мыть руки, – показала она на дверь ванной комнаты.
Он кивнул в ответ и послушно пошёл мыть руки.
Валентина Георгиевна постаралась на славу. Она нажарила картошку с мясом. На столе красовались солёные огурцы и грибы.
– Надеюсь, вы не веган? – накладывая мясо в его тарелку спросила она.
– Мне обидеться сейчас или как? – он в замешательстве посмотрел на хозяйку.
Валентина Георгиевна в ответ опять громко расхохоталась.
– «Веган» – это вегетарианец, понимаете? А вы что подумали?
– Простите. Я вообще сейчас плохо соображаю, устал с дороги. Даже не познакомился с вами. Меня зовут Павел Семёнович Рокотов, – он протянул ей свою руку.
– Ваша «бабушка» – Валентина Георгиевна.
Они опять рассмеялись.
– Ну простите меня. Там на улице в таком наряде было не разобрать, кто стоит. Простите.
– Прощаю, но издеваться не перестану, – они опять рассмеялись.
– Слушайте, как вкусно. Наверное, простая еда – это самая вкусная еда на свете, – говорил Павел Семёнович, уплетая за обе щеки. – Такой вкуснятины я давно не едал. Спасибо.
– Пожалуйста, на здоровье.
Павел позвонил Максиму сразу же, как пришёл в этот гостеприимный дом. Сработал автоответчик. Его друг был чем-то очень важным занят. Поэтому и отключил свой телефон. Павел стал волноваться. Что могло случиться?
***
Прошло почти две недели с той субботы, как заболел Женька. Марина ходила на работу, но теперь она ловила себя на том, что скучает за мальчиком. Первые дни они созванивались с Максимом. Но потом, узнав, что мальчику стало лучше, перестала звонить первой. Вдруг не захотелось быть навязчивой. Пусть сам звонит. Их дорогая Светлана Фёдоровна похлопотала, и к Жене стал наведываться местный доктор, весьма сведущий специалист. У Жени теперь не было ярко выраженной фобии, и он перестал бояться доброго старика-врача. Обо всём этом ей рассказал Максим по телефону. Вот и славно.
Он позвонил в четверг вечером, сообщил, что мальчику гораздо лучше. В воскресенье у него день рождение, и они хотят пригласить Марину Николаевну в детское кафе.
– Марина Николаевна, соглашайтесь, пожалуйста. Женьке будет очень приятно. Я знаю, что теперь вы всё о нас с ним знаете, и…
– Игорь Петрович отчитался? – «Какой противный старикашка!» – подумала о своём новом знакомом Марина.
– Знаете, мы с ним друг друга знаем очень давно. Это мой отличный, старый товарищ. А главное, надёжный… Так что насчёт кафе? Наш доктор разрешает Женьке выходить, дышать свежим, морозным воздухом. Он не заразен, с детьми общаться может. Но в детский сад ему ещё рано. Доктор посоветовал ещё недельку дома посидеть.
– Да? А ваш «старший, надёжный товарищ» не против – такой длинный больничный? – не удержавшись, съязвила Марина.
Она услышала, как Максим засмеялся:
– А куда ему деваться? Приезжает ко мне или по видеосвязи работаем. Вы пойдёте с нами в кафе?
– Хорошо. Я согласна.
– Ну наконец-то! Ура, обрадую Женьку!
Они договорились где и когда встретятся. Максим слышал про прекрасное детское кафе «Смешарики». Там было, чем занять ребёнка и прекрасная кухня.
Марина придумала сразу, что подарит Жене, большой набор художника. Она такой уже дарила своим племянникам. Туда входили хорошие акварельные краски, гуашь, кисти разного размера, цветные карандаши, мелки и фломастеры. Ещё в набор входила прекрасная бумага для акварели и граффити.
Дождавшись субботы, она отправилась в магазин. Среди недели просто невозможно было вырваться, они были уже закрыты, когда она возвращалась домой. А подменной воспитательницы всё никак не было. Никто не стремился на работу с такой маленькой зарплатой и такой огромной ответственностью.
Купив всё необходимое, она довольная вернулась домой. Теперь предстояло поразмыслить над тем, в чём она пойдёт завтра. Это не ресторан и не кафе для взрослых. Это детское кафе, где бегают, играют дети, до взрослых нет никому никакого дела. Иногда, и они принимают участие в детских забавах. Значит наденем светлый пуловер и джинсы. Прекрасный выбор! На том и решила.
***
Они стояли у входа и ждали её с большим букетом прекрасных розовых роз.
– Здравствуйте, Марина Викторовна. Это вам, – и Максим протянул ей чудесный букет.
– Спасибо! Какие чудесные! Но почему? Праздник то не у меня…
Он чуть не сказал «Вы сами, как праздник!», но вовремя опомнился:
– Просто так, для настроения. Выбирали вместе с Женей.
– Вы меня очень порадовали. Теперь моя очередь радовать тебя, Женя, – она протянула ему большую коробку, упакованную в золотую бумагу, сверкающую на солнце.
– Ух ты! – вскричал обрадованный мальчик, – Спасибо! Что это? – он восторженно посмотрел на Марину Николаевну.
– Сюрприз. Потом сам посмотришь.
– Давайте зайдём в кафе, а то я уже замёрз, – засмеялся Женька и со своим подарком едва протиснулся в двери.
– Спасибо вам огромное, Марина Викторовна. Женя просто счастлив, – произнёс Максим, пропуская её вперёд. От неё веяло какими-то волшебными духами. И вся она излучала как будто свет. Свет мира и спокойствия.
В большом зале вовсю сновала детвора. Они шумели, кричали, заныривали в сухие бассейны, скатывались с горок, лазали по канатным лестницам и ещё, и ещё. Много ещё чего, чему дети были несказанно рады и вовсю всем этим пользовались. Некоторые взрослые вместе со своими чадами принимали участие в развлечениях. Другие просто сидели за столиками, пили напитки и беседовали, наблюдая за своими чадами издали. К таким парам можно было отнести и Марину с Максимом.
– Женька хотел пригласить всех детей группы сюда, еле отговорил. Доктор посоветовал не переутомляться. Часик и хватит.
– Понятно.
Раздался звонок сотового. Максим включил телефон.
– Слушаю… Привет… Что случилось? Слава Богу! Скоро приеду. Через час. Конечно, Павел Семёнович, спасибо!
– Ещё один «старый, надёжный товарищ»? – заметила Марина Николаевна.
– Да! – весело расхохотался Максим. – Ещё очень хороший друг. Из Питера. По правде говоря, я сначала испугался, что с родителями Жени что-то случилось. Но всё хорошо. Максим идёт на поправку, уже ходит. Нина с ним. Они передали подарок для Жени. Павел Семёнович приехал к нам в посёлок, а нас нет. Но хочет дождаться, чтобы его Женьке вручить лично.
Бесплатный фрагмент закончился.