Дом Ким Ёнхака был старым односемейным домом, построенным на склоне холма в Хуамдонге8.
Было два часа дня. Тихое время, никакой суеты. Именно в это время совершалось большинство квартирных краж. Сейчас вряд ли кто-нибудь заметит, даже если взломщик решит перелезть через забор.
Хан Чжису ходила вокруг дома и осматривала окрестности. В переулках было тихо, а дома, стоящие близко друг к другу, молчали, словно необитаемые. Она залезла на припаркованную машину и перелезла через забор. При падении она вывихнула лодыжку, но ходить могла. Во дворе трава густо поросла сорняками, а растения перед входной дверью засохли и умерли, потому что о них некому было заботиться. Чжису нашла ключ от входной двери под цветочным горшком, как и говорил детектив Сон.
Она вставила ржавый ключ в замочную скважину и провернула его несколько раз. Проворачивался он с трудом, потому что им уже давно никто не пользовался и ключ заржавел. Когда дверь открылась, наружу хлынул затхлый и пыльный воздух. Хан Чжису чихнула.
Несколько пар обуви валялись в беспорядке на крыльце. Она на минуту задумалась, не пропала ли какая-нибудь обувь. Это был важный ключ к пониманию того, было ли исчезновение добровольным или насильственным, но Чжису поняла, что это ничего ей не даст. Подтвердить, пропала ли обувь, было некому.
Гостиная была относительно чистой и хорошо обставленной. Стены отделаны массивом дерева. На одной из них висела восточная картина неизвестного Чжису художника. Тут же стоял серый диван из искусственной кожи, журнальный столик рядом с ним, настенный телевизор и шкаф.
Если бы не толстый слой пыли, то вполне можно было бы подумать, что хозяин дома только что вышел.
Чжису обернулась назад и проследила за светом, проникающим через окно. Она наклонилась к полу и посмотрела на следы. Под мелкой пылью виднелись следы нескольких ботинок.
Детектив Хан сразу отказалась от идеи реконструировать передвижения в этой комнате по направлению этих следов. Сама того не осознавая, она действовала как опытный следователь-криминалист. Но сейчас это было бессмысленно. Подражатель не мог оставить зацепку таким образом.
Она глубоко вздохнула и прошла в гостиную. Следы ее ног четко отпечатывались в пыли.
Хан Чжису выдвинула ящик стола в гостиной и высыпала все содержимое на пол. Она на мгновение замерла, чтобы разглядеть разбросанные вещи, и почувствовала странное удовольствие от того, что действовала не по шаблону.
Словно в лихорадке, она выдвинула еще один ящик стола и снова высыпала на пол все, что было внутри. Разные предметы быстро громоздились на полу гостиной. Она даже не задумывалась, что там могут остаться отпечатки пальцев или что целостность места происшествия может быть нарушена.
То, что она искала, должно было как-то отличаться от всего остального. Подражатель намеренно оставил этот предмет где-то в доме. Она прошла через гостиную в спальню.
Там тоже не было много мебели: шкаф, туалетный столик и комод. У стены стояла двуспальная кровать, на которой лежало скомканное одеяло.
Не было никаких признаков того, что обитатель дома собирался в поездку, не говоря уже о следах похищения.
Чжису перевернула матрас, изучила его и сняла наматрасник, но там тоже ничего не было.
Она открыла нижний ящик комода, достала оттуда одежду и сложила ее стопкой на полу. Она не заметила ничего необычного. Но все не могло быть так просто, поэтому она поискала еще, но так ничего и не нашла.
Пустой комод с выдвинутыми ящиками стоял ненадежно, шатаясь. Чжису вышла из спальни и направилась на кухню.
Раковина была чистой, никакой грязной посуды. Чжису осмотрелась. Все вещи лежали на своих местах, ничего не бросалось в глаза.
Было такое чувство, будто Чжису попала в игру, где нужно найти скрытые предметы на картинке. Вроде бы оно на самом видном месте, но нужно изрядно постараться, чтобы это найти.
Она начала переживать, что так ничего и не найдет.
Детектив Хан нервно открыла дверцу холодильника.
Холодок пробежал по коже. Странно, что электричество до сих пор не отключили.
Внутри холодильника гнилые овощи и остатки еды уже покрылись плесенью.
Морозилка была заполнена продуктами, превратившимися в ледяные глыбы. Она пододвинула стол и начала доставать продукты из морозилки один за другим; рисовый пирог в черном полиэтиленовом пакете, мясо в прозрачном пакете на молнии и сушеная рыба в белом полиэтиленовом пакете лежали на столе, как кирпичи.
Когда она собиралась опустошить второе отделение морозильной камеры, она обнаружила небольшой комок внутри пластикового пакета на молнии. У нее даже начали неметь кончики пальцев от холода. Интуиция подсказывала, что к этому предмету лучше не прикасаться.
Эксперты-криминалисты, вероятно, даже не удосужились проверить морозильную камеру. Они иначе подходили к осмотру места происшествия. Обычно в случае исчезновения человека они ищут следы, которые преступник мог оставить на месте происшествия случайно, а не намеренно.
Небольшой комочек в полиэтиленовом пакете был завернут в ворох бумажных полотенец, который по размерам напоминал личную печать9.
Чжису открыла пакет на молнии, вынула содержимое и сняла все бумажные полотенца одно за другим. Когда она наконец оторвала последний листок бумаги, то увидела то, что так усердно искала.
Это был отрезанный палец, замороженный и покрытый серебряной ледяной пылью.
Большой палец. Поперечное сечение разреза было гладким, поэтому выглядело так, будто его намеренно отрезали ножом или предметом с острым краем. Учитывая, что на бумаге, которой был обернут палец, не было крови, его могли отрезать, когда человек был уже мертв.
Чей это мог быть палец? Казалось очевидным, что он принадлежал либо Ким Ёнхаку, либо его жене. Она взяла его и посмотрела на подушечку пальца. Никаких внешних повреждений она не заметила. Значит, они легко смогут узнать, кому он принадлежит.
Хан Чжису открыла кран, чтобы пустить горячую воду. Через некоторое время вода нагрелась, и в теплой воде кончик замерзшего пальца начал оттаивать, а изгибы отпечатка пальца начали постепенно выпрямляться.
Тщательно вытерев палец бумажным полотенцем, она достала компактную пудру из своей сумочки и нанесла ее на подушечку, очень аккуратно, чтобы не было комочков.
Хан Чжису обыскала гостиную, надеясь обнаружить скотч или лист бумаги, но нашла коробку с кассетой. Ею она заменила ленту для переноса отпечатков пальцев.
Когда она перенесла отпечаток пальца на ленту, он получился достаточно четким, чтобы его можно было идентифицировать по базе данных в лаборатории. Детектив Хан сделала снимок на свой мобильный телефон и отправила фото отпечатка пальца младшему инспектору Ким Сончжу, сотруднику AFIS Национального полицейского управления.
Они с Сончжу вместе учились в полицейской академии, поэтому по старой дружбе результаты она получит быстро и без лишних вопросов.
Вскоре после этого зазвонил телефон. Это был младший инспектор Ким.
– Личность установлена? – сразу же спросила Хан Чжису без лишних приветствий.
– Это срочно? Тело уже нашли?
– Нет, пока не нашли.
– Ну тогда, я думаю, время терпит.
– Почему?
– Эти отпечатки недавно запрашивали из Йонсана.
– Ну и кто же это?
– Ким Ёнхак.
Отрезанный палец точно был подсказкой, которую оставил Подражатель.
Но что же теперь с этим делать?
Детектив Хан почувствовала, что снова зашла в тупик. Как найти тело по одному пальцу?
Младший инспектор еще что-то говорил по телефону, но Чжису уже не слушала его.
«Алло?» и «Хан Чжису?» повторились еще несколько раз, а затем она повесила трубку.
Она опустошила всю морозилку, но больше никаких улик, оставленных Подражателем, не обнаружила. Кончики ее пальцев замерзли и уже ничего не чувствовали.
Дрожащими руками она достала телефон и позвонила детективу Сон Чжиюну из полицейского отдела Йонсана.
– Что происходит? Где вы находитесь? – казалось, что в голосе детектива Сон сквозило любопытство, а не просто беспокойство.
– Можете ли вы сейчас приехать в дом Ким Ёнхака?
– Зачем? Вы что-то нашли? – возможно, это было скорее нетерпение, чем любопытство.
– Палец Ким Ёнхака.
– Сейчас приеду, – детектив Сон повесил трубку, не задавая больше никаких вопросов.
Хан Чжису села и оглядела разгромленный ею дом. Все казалось ей нереальным. У нее закружилась голова, будто ее сильно толкнули и она ударилась головой.
Играя в игру «найди предмет на картинке», Чжису чувствовала, что начинает теряться в изображении и ничего не может разглядеть. Сколько уже прошло времени, сколько часов? Издалека послышалась сирена. Детектив Хан пришла в себя, только услышав полицейскую сирену возле дома.
Она открыла входную дверь и стала ждать детектива Сон на улице.
Патрульная машина с шумом приблизилась и остановилась, из нее вышел детектив Сон. Он дал несколько указаний полицейскому в форме. Громкие сирены стихли, мигалки выключились.
– Я старался приехать пораньше. Я как раз освободился, когда вы мне позвонили, – детектив Сон смущенно улыбнулся.
Только тогда она поняла, что уже стемнело.
Детектив Сон прошел мимо Чжису и вошел в дом:
– Похоже, здесь орудовал очень неуклюжий вор.
Детектив Хан была рада услышать от него эту шутку. Сон Чжиюн совершенно не удивился, увидев дикий беспорядок в гостиной. Как будто он знал наверняка, что она так и сделает.
– Было ли что-нибудь еще? – спросил он. – Другие части трупа или что-то в этом роде?
– Нет. Только палец.
– Тем не менее это потрясающе. Даже эксперты не смогли его найти.
Детектив Сон по привычке провел рукой по своей бритой голове.
– Он не якудза. И Ким Ёнхак не мог сам себе отрезать палец и хранить его в морозилке. В любом случае, кажется, очевидно, что его убили…
– Палец отрезали уже после его смерти. Если вы посмотрите, то увидите, что кровь на срезе застыла.
– Тела нет, только палец. Что, черт возьми, здесь происходит?
– Я думаю, это может быть подсказкой, которая в итоге приведет нас к телу.
– Каким бы психопатом он ни был, не станет же он отрезать трупу палец и класть его морозилку в доме жертвы. Кто в здравом уме сделал бы такое и почему? Ничего не понимаю.
– Подражатель.
Детектив резко перевел взгляд:
– Копирование убийств? Так значит, мы имеет дело с Подражателем… Вы хотите сказать, что убийца сымитировал исчезновение жены Ким Ёнхака? Убил его самого и спрятал труп?
– В принципе, да, все верно.
– Это дело будет сложно расследовать, – детектив Сон тяжело вздохнул.
Хан Чжису наблюдала, как детектив Сон осматривал беспорядок в доме. Его взгляд остановился на отрубленном пальце.
– Извините, – детектив махнул рукой. – Мне очень жаль. Следователи и судмедэксперты, в том числе и я, осматривали этот дом несколько раз. Тем не менее никому и в голову не приходило проверить морозильную камеру. Потому что мы искали наркотики или украденные вещи, вроде золотых украшений. Если бы не вы, никто так и не нашел бы эту улику. Теперь позвольте мне разобраться с остальным, – детектив позвонил в отдел судебно-медицинской экспертизы и попросил их приехать. Он снова обратился к Чжису: – Ваше пребывание здесь никак не поможет, поэтому вы можете идти домой. И так уже поздно.
Хан Чжису оглядела перевернутую гостиную, как будто этот бардак устроила не она, и спросила:
– Что вы собираетесь сказать судмедэкспертам?
– Скажу, что это сделал полный страсти толковый детектив.
– Спасибо большое.
– Но все же нам нужно найти тело Ким Ёнхака как можно быстрее. Сейчас в отношении нас ведется проверка, так что сделать это будет еще сложнее.
Хан Чжису вышла из дома, оставив детектива Сон внутри. Она посмотрела в глаза полицейскому, ожидавшему в патрульной машине. Ей показалось, что она уже слышит сирену приближающейся к дому команды экспертов-криминалистов.
Хотя рабочий день уже давно закончился, офисные здания в районе Кванхвамун были полны горящих окон и людей, которые засиделись на работе.
Хан Чжису пошла быстрее, размышляя, как можно связать Подражателя и отрубленный палец Ким Ёнхака.
Сотни светящихся окон здания полицейского управления Сеула были хорошо видны издалека.
Кто-то был сейчас на выезде, а кто-то сидел в офисе и занимался отчетами.
В отделе поведенческого анализа на третьем этаже никого не было. По требованиям меморандума полицейского управления Сеула, профайлеры занимались разработкой стратегии допросов и сами их проводили, а значит, не нуждались в дополнительной охране офиса.
Отсутствие коллег тревожило Хан Чжису. Поскольку из-за проверки ее временно отстранили от дел, на остальных сотрудников легла дополнительная нагрузка.
Она включила компьютер и вошла во внутреннюю сеть. Написанный ею протокол о преступлении был отложен начальником отдела О Дэёном. Он, судя по всему, пока не хотел включать дело об исчезновении Ким Ёнхака в дело Подражателя.
Хан Чжису по привычке встала, чтобы выпить кофе, но тут же села обратно из-за резкой боли в животе. Тут она вдруг поняла, что все, что у нее было в желудке за сегодняшний день, – это три чашки кофе. Она ждала, пока боль пройдет. На ее лбу выступили капельки пота. Боль накатывала волнами каждые несколько секунд.
Хан Чжису достала из ящика стола свой стандартный пакет с жидкой пищей, которую обычно дают пациентам в больницах, и сняла крышку.
Пресная, безвкусная жидкость потекла по горлу. Когда-то она перестала чувствовать вкус еды, даже соленое или сладкое, так что не сильно с ней заморачивалась. Если она не ела в присутствии других людей, то довольствовалась такой вот отвратительной пищей. Хан Чжису вытерла пот со лба и вошла в SCAS. Она толком не знала, что собирается искать, но сейчас следовало довериться интуиции, а не действовать по шаблону. Ведь именно так она и нашла палец Ким Ёнхака.
Чжису начала с просмотра сводки недавних смертей. Список занимал больше страницы. Большинство смертей произошли в результате самоубийства или несчастного случая.
Просматривая список смертей в результате несчастного случая, детектив Хан представила, как каждая строка записи меняется на труп, одна за другой. И представила, как Подражатель прячет труп Ким Ёнхака среди других погибших.
Среди других трупов?
Эта мысль пришла к ней из ниоткуда, но почему-то казалась вполне реальной. Если вдуматься, то не обязательно рыть землю, чтобы спрятать труп. Она думала просто так, выходя за рамки шаблонов.
Казалось, что если она перестанет зацикливаться на месте, где спрятан труп, то сможет легко его найти. Что, если можно было спрятаться между событиями, между телами? Уже казалось, что найти его вполне реально.
Если предположить, что Подражатель спрятал тело Ким Ёнхака среди других мертвецов, палец явно был подсказкой преступника.
Среди несчастных случаев, произошедших за последние пять месяцев, она выбрала те, в которых личности погибших не были установлены. Таких набралось около десяти. Она проверяла один за другим. Поскольку это был простой несчастный случай со смертельным исходом, ей не требовалось специального разрешения для доступа к этим делам.
Первые два неопознанных трупа из списка были утопленниками, выловленными из реки Хан. Чжису сразу исключила второй, поскольку жертвой оказалась женщина.
В первом же случае отсутствовал палец, и труп слишком долго находился в воде и настолько сильно разложился, что личность не удалось установить. Полицейский отдел Йонсана запросил анализ ДНК, однако в базе данных пропавших без вести совпадений по ДНК обнаружено не было. Естественно, личность погибшего установить не удалось.
Чжису проверила протоколы вскрытия первого тела. Было отмечено, что в легких обнаружены вода и планктон. Это говорило о том, что человек еще дышал, когда оказался в воде. Следовательно, причиной смерти стало утопление.
Даже если Подражатель сбросил тело Ким Ёнхака в реку Хан, то в его легких не смогли бы обнаружить воду и планктон, ведь в воду скинули бы уже труп, а не живого человека. Значит, этот вариант тоже исключается.
Следующие три неопознанных трупа принадлежали людям, погибшим при пожаре в парке Коши в Бончондоне10. Это дело расследовала пожарная команда управления Сеула. Все три тела были очень сильно повреждены.
Тела настолько обгорели, что установить личности погибших можно было только с помощью анализа ДНК. В результате вскрытия причины смерти подтвердились у двух погибших из трех. У мужчин в дыхательных путях и легких была обнаружена сажа. А третье тело, предположительно, было женским.
Тот факт, что в дыхательных путях обнаружили сажу, означает, что в момент пожара человек дышал. Ни один из этих двоих, соответственно, не был Ким Ёнхаком.
Два тела, обнаруженные в Канвондо11 у подножия горы после оползня, тоже не подходили. Подражатель не стал бы прятать тело в земле, не зная, когда его найдут после захоронения.
В случае с трупом самоубийцы, повесившегося в горах, тоже было трудно поверить, что это Ким Ёнхак. Поскольку тело сильно разложилось и его растерзали дикие животные, личность установить не удалось, но, согласно протоколу вскрытия, кисти рук и оба больших пальца были на месте.
Хан Чжису сосредоточилась на случаях, классифицированных как убийства среди уголовных дел. Всего осталось два дела об убийствах. В одном случае речь шла о расчлененном трупе, найденном возле озера Сихва, находящемся под юрисдикцией полицейского участка Ансан Данвон, а в другом случае – полуобгоревший труп, обнаруженный в сельскохозяйственном водотоке, находящемся в ведении полицейского участка Даньян в провинции Северный Чхунчхон.
Хан Чжису запросила доступ к этим двум делам. Поскольку они не подпадали под юрисдикцию полицейского управления Сеула, то и получение разрешения занимало какое-то время.
Судя по всему, труп, найденный в сельскохозяйственном водотоке, сожгли в самодельном костре. В дыхательных путях не было обнаружено сажи, а следы масла, оставленные вокруг тела, явно указывали на то, что это было именно убийство.
Вокруг тела были обнаружены следы сожженной одежды и других вещей пострадавшего, однако никаких улик, по которым можно было бы установить его личность, не было. Как и ожидалось, не осталось ничего, кроме анализа ДНК.
Определили приблизительное время, когда произошел инцидент. Судя по степени разложения тела, между убийством и обнаружением тела прошло около двух месяцев.
Это не соответствовало времени исчезновения Ким Ёнхака, но и полностью исключать этот случай тоже было нельзя. Кроме того, в данном случае все пальцы были повреждены, так что оставалась вероятность, что это мог быть Ким Ёнхак.
Наконец, предметом пристального внимания СМИ стало расчлененное тело, найденное возле дамбы на озере Сихва. Этот случай получил широкую огласку.
В отличие от большинства случаев, когда приходилось иметь дело с расчлененными телами, этот труп разрезали пополам, по позвоночнику, а не по суставам. Вот почему все заголовки на первых полосах печатных изданий говорили об этом странном инциденте.
Нижнюю часть тела, отделенную от верхней, нашли при осмотре окрестностей озера, но голову и отрубленные пальцы так и не обнаружили. Следовательно, и в этом случае единственный способ, с помощью которого можно было идентифицировать человека, был анализ ДНК.
Инцидент произошел пять месяцев назад и совпал по времени с исчезновением Ким Ёнхака. Детектив Хан подумала, что есть достаточно высокая вероятность того, что расчлененное тело, найденное на озере Сихва, принадлежало именно ему. Подражатель вряд ли стал бы отрезать пальцы, а потом сжигать тело, чтобы настолько усложнить определение личности.
Внезапно Чжису будто охватила паника, ее дыхание стало прерывистым.
Результаты анализа будут готовы через несколько дней. Детектив Сон Чжиюн должен отправить запрос на сравнение ДНК Ким Ёнхака и расчлененного тела, чтобы подтвердить ее догадку.
Но детектив Хан не хотела просто сидеть без дела несколько дней и ждать результатов. Она распечатала на принтере протокол осмотра места преступления и отчет о вскрытии по делу на озере Сихва.
Возможно, инспектор Ли Суин сможет еще до получения результатов анализа ДНК подтвердить, совершил ли это преступление Подражатель.
Хан Чжису услышала, как принтер в конце офиса начал распечатывать документы. Она взяла свою сумку и встала.
Ее дыхание стало восстанавливаться.
Детективу Хан нужно снова встретиться с инспектором Ли Суином.
От жажды ее язык был сухим, словно осенний лист. Она отчаянно нуждалась в очередной чашке кофе.
Кто-то включил свет в палате.
Ли Суин вздрогнул от испуга. Он не услышал ни звука открывающейся двери, ни приближающихся шагов. После того как он перестал принимать обезболивающее, у него часто были проблемы со сном из-за резкой боли. Но, несмотря на это, когда он засыпал, то спал как убитый. Однако на этот раз сон был настолько мимолетным, что он даже не понял, спал ли на самом деле или просто прикрыл глаза. И в этот короткий промежуток времени кто-то зашел в больничную палату и включил свет.
Ли Суин внимательно прислушивался к шагам, держа под простыней пульсометр и иглу от капельницы. Ему было страшно даже подумать, что кто-то в любой момент может протянуть руку, сжать его шею и задушить.
Он затаил дыхание и начал медленно считать про себя. Один, два, три… Досчитав до тридцати, он так и не обнаружил признаков присутствия кого-либо в палате. За это время ему уже успели бы причинить вред.
Ли Суин медленно поднялся. Мокрый халат прилип к его вспотевшей спине.
Чего он боится? Кого он боится?
Ему было очень стыдно, что он испытывает такой дикий страх за свою жизнь. Хоть он и потерял память и зрение, на самом деле он боялся не смерти. Он боялся, что его убьют, когда он так и не узнал ничего о своей жизни до того, как оказался в больничной палате.
То, что он не смог запомнить Подражателя и не поймал его, когда была возможность, еще больше усиливало его страх.
Ли Суин смутно увидел потолок с включенным освещением. Он увидел маленькую точку света размером с игольное ушко посреди кромешной тьмы. Теперь он, наконец, хотя бы может отличать свет от тьмы.
Он решил не говорить ничего детективу Хан. Улучшения были слишком незначительными, чтобы придавать им большое значение, а восстановление зрения еще не означает восстановление памяти.
Сейчас самое важное – это не зрение, а память.
Ли Суин часто пытался восстановить в памяти все, что происходило за день, в обратном порядке. Он чувствовал, что если вернуться на день назад, то постепенно он сможет вспомнить и день перед этим.
Он вернулся к самому свежему воспоминанию…
Старший инспектор Ли заснул, затем включился свет, перед этим он поужинал. Он уронил ложку на пол во время ужина. Ложка была сделана из легкого пластика, поэтому не издала никакого звука.
Он не знал, в котором часу это было, но медсестры Ким и Ли точно приходили к нему, чтобы поменять капельницу.
Несмотря на то, что медсестра Ли могла и сама поменять капельницу и взять кровь на анализ, они всегда приходили в больничную палату вдвоем.
Перед этим Ли Суина тщательно осмотрели.
Медсестра Ким и медсестра Ли толкали перед собой каталку. За скрипом колес каталки последовал металлический лязг: звук, который издает вооруженный полицейский Чой каждый раз, когда идет по коридору.
Когда инспектора перемещали из больничной палаты, в коридоре всегда было тихо и безлюдно. Казалось, что, кроме них, в здании никого и не было. Ли Суин представлял, что он едет по пустой дороге с неработающим светофором. За исключением лифта для пациентов, он не слышал ни единого звука, а это значит, что даже пассажирский лифт не работал.
Детектива беспокоило, что даже работа пассажирских лифтов строго контролировалась. Это означало, что за пределами больничной палаты было очень опасно, и полицейские находятся здесь не просто так.
Теперь он решил вспомнить вчерашний день.
Может, приходила Хан Чжису?
Внезапно его воспоминание прервалось звуком открывающейся двери. Инстинктивно Ли Суин все свое внимание обратил на следующий звук.
– Вы не спали, старший инспектор? – раздался уже знакомый голос детектива Хан.
Впервые она пришла так поздно. Ли Суин догадался, что произошло что-то необычное. Он поднял руку в знак приветствия.
– Я пришла не слишком поздно? – спросила она.
– Что-то случилось?
Ее выдох прозвучал уже ближе:
– Около пяти месяцев назад на озере Сихва обнаружили расчлененное тело. Личность убитого не установлена, – Хан Чжису рассказывала о зверском убийстве таким тоном, будто рассказывает будничную историю о своем новом соседе. – Человек, который ловил рыбу на дамбе Сихва, увидел ногу, застрявшую в шлюзе, и сообщил об этом полиции. Это оказалась нижняя половина тела мужчины. Верхнюю половину нашли приблизительно в пятидесяти метрах.
Хотя Хан Чжису говорила довольно размеренно и отрывисто, Ли Суину казалось, что его кровь начала быстрее циркулировать по телу с ее появлением.
Детектив Ли спросил первым:
– Это случайно… не дело рук Подражателя?
Он услышал, как девушка слегка постучала пальцем по твердой поверхности.
– Я хочу услышать ваше мнение, инспектор, – сказала Чжису. Именно поэтому она и пришла к нему так поздно. – Я хочу, чтобы вы мне это сказали. Этот расчлененный труп, обнаруженный на озере Сихва, – дело рук Подражателя?
Ли Суин поднялся на кровати и сел прямо.
– Наступит ли когда-нибудь день, когда я все вспомню и наконец поймаю Подражателя?
– Обязательно наступит… Даже если вам не удастся вернуть свои воспоминания, Подражателя рано или поздно все равно найдут, – в голосе Чжису не было ни капли сочувствия.
Но ее холодный и циничный тон скорее утешал, чем ранил Ли Суина. Из-за сухого тона, которым говорила детектив Хан, ее слова звучали как констатация фактов.
– Скоро… его поймают. Так что… я сделаю все, что смогу.
Детектив Ли опасался, что список преступлений Подражателя будет расти и к трем уже подтвержденным убийствам добавятся новые. И он будет терзаться от чувства вины, что не смог их предотвратить. Он сможет поймать Подражателя, только если к нему вернется память.
– Я вам верю, – ответила детектив Хан лаконично.
Ее ответ оставался по-прежнему бесстрастным. Ли Суин считал, что ему очень повезло, что между ними сохраняется такая психологическая дистанция.
– В каком состоянии находится расчлененное тело, найденное на озере Сихва? – спросил детектив Ли.
Послышалось шуршание бумаги, словно детектив опять просматривала материалы дела. Затем она сказала:
– Тело сильно не разложилось. Преступник перерезал позвоночник пополам острым оружием. Расчлененное тело было завернуто в одеяло.
– А что насчет других телесных повреждений?
– Были отрезаны все десять пальцев.
– Что еще?
– Голову и пальцы жертвы так и не нашли. Странно, не правда ли? – Чжису называла расчлененное тело «странным». Он отметил, что она не сказала, сколько именно раз преступник прорезал ножом между позвонками.
Инспектор Ли Суин сразу подумал, что это было на нее не похоже. Убийца расчленяет тело, чтобы сэкономить место. Рыбу легко взять, если разрезать ее на кусочки.
Обычный убийца даже не стал бы расчленять труп и пачкаться в крови, вместо этого он поспешил бы скрыться с места преступления. Перемещать труп с руками и ногами было неудобно. Значит, нужно выяснить, откуда его перенесли.
Чжису прервала размышления Ли Суина:
– Тот факт, что убийца отрезал голову и пальцы, говорит о том, что он не хотел, чтобы жертву опознали, не так ли? – это был вполне очевидный вопрос.
По отпечаткам пальцев проще всего установить личность человека. Подражатель специально отрезал пальцы. Более того, они могли бы узнать больше, если бы нашли голову. Сравнить зубы этого неопознанного трупа и записи из стоматологических карт и установить личность таким образом. Поэтому голову тоже не нашли.
– Вы сказали, что расчлененное тело завернули в одеяло? – уточнил Ли Суин.
– Да, но оно не может послужить зацепкой или ключом к разгадке, потому что такое одеяло можно купить на любом рынке.
– Если убийца не хотел, чтобы личность жертвы установили…
– Обычно преступники поступают так, чтобы их не смогли вычислить.
– Нет, если это Подражатель, то я думаю, что как только установят личность жертвы, сразу станет известно, кто совершил это преступление.
– Но как… как вы пришли к выводу? – Чжису запнулась, задавая этот вопрос.
– Убийцей является крепкий мужчина, личность которого не установлена, и он хочет сохранить анонимность. И у него, конечно же, есть транспортное средство, а место жительства преступника и озеро Сихва находятся на расстоянии от места совершения преступления.
– И что с этого?
– Убийство совершено или по месту жительства преступника, или по месту жительства жертвы. Но ключевым фактором является то, что человек там проживает один, без семьи.
Ли Суин говорил не задумываясь, слова сами вылетали из его рта. Он определенно понимал, о чем говорит, но не мог понять, откуда это берется в его в голове.
Детектив пришел к выводу, что и другие его воспоминания не исчезли совсем, а просто спрятались где-то глубоко в его памяти. И пока он не знает, как их вытащить оттуда.
– Почему убийца – крепкий мужчина? – детектив Хан снова задала вопрос.
– То, что он разрезал позвоночник, не отрезая ног или других суставов, значит, что можно было переместить тело, просто разрезав его пополам. Причина, по которой это предпочтительнее, заключается не в весе тела, а в том, что тело должно стать достаточно маленьким, чтобы его можно было легко перенести, не привлекая к себе внимания. В подобных случаях преступником обычно оказывается сильный мужчина.
– А что насчет анонимности? – Хан Чжису задала очень простой вопрос. Она задавала их, как обычный человек, ничего не знающий об этом деле.
Обыватель сосредоточился бы на антураже убийства и заговорил бы о том, что убийца явно психопат или что-то в этом роде, из-за того, что тело расчленили. Однако настоящий детектив увидит причину того, почему тело было разрезано на части, а суть этого заключается в желании убийцы остаться неизвестным.
– Убийство человека и последующее расчленение трупа означает, что если тело будет найдено на месте убийства, то это может указать на убийцу как на главного подозреваемого.
– Значит… преступник стремится сохранить анонимность.
– Если бы тело просто закопали или спрятали, то это было бы сделано с целью скрыть само преступление. Однако если тело расчленили и просто бросили…
– Вы имеете в виду, что место преступления – это дом преступника или жертвы?
– Тот факт, что убийца завернул тело в одеяло, означает, что жертву убили и расчленили внутри дома. Но то, что преступление до сих пор не раскрыто, почти наверняка означает, что в этом доме больше никто не живет.
Детектив Хан, кажется, согласилась с его выводами и перестала задавать вопросы.
Бесплатный фрагмент закончился.