Нам направо, – Марк показал пальцем в сторону от озера. – Если бы ты пошла туда, через десять минут вышла бы на автостраду, – он повернулся ко мне.
– А она не ищет легких путей, – Том ухмыльнулся. – У гоблинов была знатная вечеринка, да, Трейси?
– Очень смешно, – я обернулась на дом. – А что если избушку кто-нибудь найдет?
– Не найдет, – Марк произнес несколько непонятных слов и рассек рукой воздух. Через пару мгновений на том месте, где стояла избушка, уже ничего не было.
– Но…. Как? – нашему удивлению не было предела. Хорошо, что я догадалась захватить сумочку с собой, потому что теперь найти ее было бы проблематично.
– Все расскажем, когда доберемся до места, – Марк повернулся к нам. – И да, вам неплохо бы переодеться, – еще несколько непонятных слов, щелчок пальцами – и вот мы с Кайли рассматриваем друг друга с неподдельным любопытством.
На мне вдруг оказались синие узкие джинсы, серая футболка и теплая белая кофта. Кайли облачилась в такие же джинсы, только на пару тонов светлее, и темно-зеленую толстовку.
– Вау! Вот это мне уже гораздо больше нравится, – восторгу Кайли не было предела. – Да кто же ты такой?
– Я колдун, – Марк произнес это так, будто слово «колдун» у них означало «бухгалтер» или «разносчик пиццы». – Пойдем, а то как бы Холли хуже не стало.
Марк оказался прав: если бы я повернула от избушки направо, совсем скоро оказалась бы возле дороги. Широкая трасса проходила прямо через лес. На обочине сиротливо стоял небольшой черный микроавтобус. Правда, я не смогла разобрать марку машины: таких затейливых значков на капоте я никогда не видела.
Том щелкнул брелоком, и машина моргнула фарами, словно приветствуя нас. Мы погрузили носилки в машину. Эрик сел за руль, Том устроился на переднем сиденье, мы с Кайли и Марком разместились в кузове рядом с Холли.
– Никогда бы не подумала, что окажусь в одной машине с волшебником, – Кайли никак не могла отвести взгляд от Марка. – Как ты это делаешь? Как это вообще возможно?
– Ну, для начала, прошу, не называй меня волшебником, – начал Марк, но Том его перебил:
– Да, а то у Марка комплексы по этому поводу. Навевает мысли о стариках с бородой и в синих мантиях, расшитых желтыми звездами, ну или как вы люди сейчас представляете волшебников, да, приятель? – они с Эриком засмеялись. Марк бросил на них быстрый взгляд и продолжил:
– На самом деле они правы, я начинаю чувствовать себя старым. Поэтому как угодно, маг, колдун, ведьмак, но не волшебник. Кроме того, волшебники пользуются белой магией, не способной причинить вред. Мне же приходится частенько прибегать к черной, например, чтобы спасти чей-нибудь зад, – он посмотрел на меня.
Я лишь скривила губы в ответ. Все это время я ехала молча, разглядывая нашу новую компанию. Марк – колдун? Не может быть. Это сказки. В конце концов, если бы магия была реальной, люди знали бы об этом. С другой стороны, как объяснить гоблинов в лесу? Они были более чем реальными. Да и одежда, в которой я сидела, была далеко не иллюзией: вещи были почти такими же, какие я носила дома. Но Марк сказал, что мы едем в город. Как люди могут находиться так близко к этому лесу? Более того, как они могут каждый день ездить по этой дороге и ни разу не заметить ничего странного? Раз гоблины питаются людьми, здесь должно быть много пропавших без вести. Хотя, Марк сказал, что им нельзя охотиться. Охотиться…Боже, кажется, я начинаю сходить с ума…
Чтобы немного отвлечься, я посмотрела в окно. Лес давно закончился, и мы ехали через какое-то поле или степь. Через пару минут показались первые дома.
– Вау, вот это городок, – Кайли прилипла к окну, восхищенно рассматривая высокие красивые многоэтажки. – Что это за город? Далеко отсюда до Портсмута?
– Тенебрис. В переводе означает «город теней». Не очень, всего около тридцати миль, – за рулем Эрик стал куда более дружелюбным.
– Тридцать? – я удивилась. – Странно, никогда не слышала о таком.
– Тенебрис…Красиво. А на каком это языке? Не на английском точно, – Кайли слегка повернулась к Эрику, не отводя глаз от окна, в котором мелькали разноцветные витрины. Город действительно выглядел вполне обычным, но что-то в нем было такое, что отличало его от других городов Англии.
– Эээ, на местном, – Эрик проехал пару кварталов и свернул на дорогу, вдоль которой стояли маленькие частные дома. Хотя маленькими они выглядели лишь на фоне огромных высоток. На самом же деле это были огромные коттеджи, огороженные высокими заборами. – Только вы у себя говорите на современном английском. Здесь же большинство городов носят кельтские названия. Кстати мы приехали, – грузовик еще раз повернул, на этот раз налево, и остановился возле роскошного двухэтажного особняка с крышей цвета горького шоколада и такой же оградой. Том щелкнул чем-то на приборной панели, и автоматические ворота с легким шуршанием разъехались. Эрик припарковал микроавтобус под прозрачным навесом. – Выходим.
Парни извлекли носилки, и мы вместе вошли в дом. Там они переложили опять начавшую стонать Холли на огромный мягкий диван. Я огляделась по сторонам.
Дом был шикарным. Переступив порог, мы оказались в просторном холле, плавно перетекающем в гостиную. Темно-синие, почти черные плотные шторы и полупрозрачные белые занавески красиво струились, обрамляя огромные окна до пола. Напротив дивана располагался камин, над которым висела огромная плазма. Кроме пары метров темно-коричневого паркета, покрытого белоснежным ковром, их разделал стеклянный журнальный столик с затейливыми ножками. По всей комнате были расставлены растения в белоснежных горшках.
Эрик вышел из гостиной, но уже через пару секунд вернулся, держа в руках пару таблеток и стакан с водой. Одну он отдал Холли, другую протянул мне. – Вот, выпейте.
Я с недоверием покосилась на небольшую ярко-синюю пилюлю, лежавшую на бледной руке.
– Да ладно, Трейси, нельзя так не доверять тем, кто спас тебя от неминуемой смерти, – Эрик посмотрел на меня и улыбнулся. – Это просто лекарство. Оно поможет ранам затянуться.
– Ааа, жжется! – Холли, успевшая запить пилюлю водой, вдруг начала корчиться как от внезапных судорог. – Моя нога! Почему так больно?!
– Что вы ей дали? – Кайли накинулась на Марка. – Ей же больно, сделайте что-нибудь!
– Это реакция организма, через пару минут все пройдет, – Марк попытался успокоить ее. – Смотри, – он показал на внезапно замолчавшую Холли. – Ей гораздо лучше.
– Холлз, ты как? – я озадаченно посмотрела на нее, отвернувшись от Эрика.
Она ничего не ответила. Лишь пару секунд без движения полежала и… встала с дивана! Я не могла поверить своим глазам. Холли наклонилась и начала медленно развязывать узелки на кусках ткани, скреплявших шины, освобождая… абсолютно целую ногу. Не было ни перелома, ни разреза, сделанного Марком.
– Но… как? – Холли подняла голову и оглядела всех нас. – Что со мной? Что вы мне дали?
– Специальный фермент, ускоряющий процесс регенерации, – ответил Том. – Теперь можешь не только ходить, но и бегать, правда, я бы так не торопился, вдруг опять ногу сломаешь, – из его уст вырвался легкий смешок. – Трейси, ты будешь пить свою или предпочитаешь и дальше хромать?
Я снова повернулась к Эрику, взяла у него из рук пилюлю, положила в рот и запила водой. В глазах мгновенно потемнело, а живот и ногу скрутила жуткая боль.
– Ну что? – Кайли подошла ко мне, придержав за руку.
– …Больно, но терпеть можно, – я оперлась на ее плечо. – Каленое железо куда хуже.
Через несколько секунд боль прошла. Я расстегнула кофту и задрала футболку. На месте прежних ожогов не было ни царапинки. Чудодейственная таблетка заживила даже ранку двухдневной давности на руке, оставшуюся после неудачного пореза на кухне.
– Отлично, с этим разобрались, – Эрик показал на коридор и винтажную лестницу, ведущую на второй этаж. – Здесь одна ванная прямо по коридору и еще одна на втором этаже. Вам не мешало бы привести себя в порядок.
…Я даже не представляла, как соскучилась по горячему душу всего лишь за сутки. Горячая вода смывала грязь и засохшую на лице и руках синюю слизь. Я стояла под струей, наверное, с полчаса, обдумывая произошедшее. Если случится еще что-нибудь, не поддающееся логичному объяснению, я окончательно слечу с катушек. Откуда у этих парней такие лекарства? Как вообще возможно ускорить восстановительные процессы в организме настолько, что перелом сросся меньше чем за две минуты, не оставив и следа? Это опять магия или что-то еще? Мне вдруг вспомнилась последняя прочитанная мной книга об алхимиках. «А что, если все, что происходит, реально? Мне казалось, что это лишь дурной сон, очередной кошмар, а что, если нет? Вдруг магия на самом деле всегда была среди нас? Просто мы никогда ее не замечали…». Странные мысли в голове не давали мне покоя. Я выключила воду, вышла из душа и наскоро одевшись, спустилась вниз.
Все уже были на кухне. Видимо, ванных комнат здесь было больше двух, потому что парни тоже успели помыться и переодеться.
– А вот и наша русалочка, – Том пододвинул ко мне стул. – Присаживайся, чувствуй себя как дома.
– Это вряд ли, – протянула я, оглядывая кухню, обставленную с таким же изысканным вкусом, что и гостиная. – Так это твой дом? – Я повернулась к Тому.
– Ну, фактически он вообще-то мой, – Эрик отвлекся от плиты, на которой варилось что-то, источавшее восхитительный аромат. – Но эти двое проводят здесь столько времени, что он успел стать общим. Так что Том прав, чувствуй себя как дома.
Варево в кастрюльке оказалось восхитительным овощным супом. Впервые за день я поняла, как сильно проголодалась. Ели все молча. Ну, или почти все. Эрик почти не притронулся к еде, просто помешивая содержимое тарелки ложкой. «Странно, неужели не голоден?» – пронеслось у меня в голове.
За искусно сваренным крепким кофе мы начали расспросы. Хотя то, о чем мы спрашивали, больше походило на беседу сумасшедших, нежели на нормальные объяснения.
– По сколько вам лет? – Кайли ребята в первую очередь явно интересовали, как парни.
– …Боюсь, если мы не соврем, ты не поверишь, – они переглянулись между собой. – Давай будем считать, что мне слегка за двадцать, – начал Марк. – А Тому с Эриком около двадцати пяти.
– А если честно? – Холли посмотрела на Марка. – Думаю, нас теперь будет трудно чем-либо удивить.
Парни весело засмеялись. Первым отдышался Эрик:
– Ну, тогда мне семьсот восемьдесят, Тому почти девятьсот, а Марку сто двенадцать.
– Кхм, кхм… сколько?! – от неожиданных цифр я подавилась кофе. – Вы серьезно?
– Вы же сами просили правду, – Том улыбнулся.
– Ну хотя да, чему тут удивляться… – Кайли посмотрела на парней. – Просто вы не выглядите…
– Как дряблые сморчки? – веселился Марк. – Ну спасибо на добром слове.
– Ладно, давайте серьезно, – я посмотрела на Эрика. – Если вам действительно так много лет, почему вы не стареете?
– Ну на самом деле не стареют только они двое, – ответил Марк. – Я годам к восьмистам буду выглядеть уже лет на пятьдесят.
– …Мой мозг отказывается принимать эту информацию, – Холли сжала пальцами виски. – Перейдем к более трудным вопросам: как мы сюда попали? Я слышала слово «портал», можно как-то поподробнее, и желательно с более научным обоснованием.
– Рассказать тебе про пространственно-временной континуум? – Том повернулся к ней. – Думаю, простым языком будет все же понятнее. Комната, в которой вы оставили медальон, на самом деле – портал Балора. А сапфир в подвеске, про который ты рассказывала, – он подмигнул мне. – «Слезы демона».
– Балор? Кто это? И не думаю, что здесь замешаны демоны. Я помню таблички на латыни: в них говорилось о чистых душой или вроде того, – Кайли отхлебнула уже остывший кофе.
– Балор – Божество кельтов, одноглазый Бог смерти. Но не путайте его со скандинавским Одином. Балор куда опаснее и гораздо более жестокий. А насчет табличек… Балор, хоть и является предводителем огромной армии демонов, все же Бог, так что это неудивительно, – объяснил Эрик. – Меня больше интересует не то, как вы здесь оказались, а то, как вы вообще смогли пройти через портал без сверхъестественного существа. Десять лет назад кучку некромантов-любителей провел демон.
– Но для чего? – я посмотрела на него. – Зачем кому-то понадобилось переносить нас сюда?
Парни переглянулись. Потом Марк набрал в легкие побольше воздуха:
– Ладно, слушайте внимательно. Только не перебивайте…
Чем больше он говорил, тем больше у меня, Кайли и Холли отвисала челюсть. Мы даже и подумать не могли, насколько вляпались на этот раз.
– Все вы очень любите Хэллоуин, отмечаемый в канун дня всех святых. Но сейчас мало кто уделяет внимание тому, что раньше в этот день люди не веселились и не ходили по домам в поисках угощений. В этот день кельты, раньше населявшие территорию современной Англии, отмечали праздник сбора урожая, и, что как раз относится к делу, день почитания мертвых – Самайн. Позднее, уже с утверждением христианства в Великобритании и Ирландии, Самайн стал зваться кануном дня всех святых, но суть особо не изменилась: люди по прежнему верили, что в этот день грань между мирами живых и мертвых падает, и призраки, демоны и ожившие мертвецы наполняют поселения людей.
Кстати, отсюда и традиция носить маски. Сейчас вы надеваете их, чтобы пугать друг друга. Кельты же разрисовывали друг другу лица с немного иной целью – они считали, что маски делают их похожими на демонов и заставляют настоящую нечисть обходить их стороной. Пока шло «празднество», никто и не думал выпускать детей на улицу, тем более за конфетами. И длился праздник смерти не одну ночь, как вы наивно полагаете сейчас: Самайн отмечали, начиная с первой минуты двадцать девятого октября и заканчивая последней четвертого ноября. Всю неделю люди старались не выходить лишний раз из дома, и, конечно же, избегать кладбищ, лесов и заброшенных поселений.
Неудивительно, что Самайн оказался самым удачным днем для призвания Балора и ему подобных. Только вот вопреки мнениям всех ваших псевдошаманов, гадалок и прочих, сверхъестественное существо может быть вызвано лишь сверхъестественным. Человек призвать его не мог, хотя и обладал кое-какой энергией, необходимой для ритуала. Поэтому в течение трех дней на Земле должны были приноситься три добровольные человеческие жертвы во славу одноглазому Богу. После чего в ночь непосредственно самого Самайна группа людей должна переместиться сюда для жертвоприношения.
Как я уже говорил, десять лет назад это была кучка некромантов. Эти идиоты настолько верили в значимость их жертв, что трое их них не задумываясь отдали свои жизни в полное распоряжение демону, решившему призвать Балора, а все остальные понеслись сюда. К счастью, как бы это ни было жестоко, попав сюда, они угодили в лапы гоблинов, без лишних церемоний разорвавших их и приготовивших себе на ужин.
Тогда все немного пошумели насчет обошедшего нас стороной конца света и благополучно забыли. До сегодняшнего дня. Потому что сегодня утром небо окрасилось багровым пламенем. Совет заподозрил неладное, и нас отправили в лес проверить, не случилось ли чего. Собственно, это конец истории, потому что там мы обнаружили Трейси, с которой мило общались гоблины, – Марк закончил свой рассказ.
Пару минут мы просто сидели молча, переваривая услышанное. Я отказывалась верить своим ушам. Боги, демоны, жертвоприношения – только этого мне и не хватало…
– Марк, ты сказал, что Балора хотят освободить демоны, так? – Холли повернулась к нему. – Демоны хотят освободить демона? Какой в этом смысл? Он не может выбраться сам?
– Еще раз, – Ей ответил Том. – Балор не демон, а Бог. Несущий смерть и разрушения, но все же Бог. Кроме того, он придет не один. Те, кто пытается освободить его – демоны самого низшего уровня, так называемые фоморы, выполняющие самую грязную работу. Такие не нуждаются в человеческих телах, чтобы выбраться за пределы ада. Балору и его свите же понадобится оболочка. Наверняка вы много слышали про одержимых. Не знаю точно, как они это делают, но таким божествам, как Баргесту, Анку, Донну и другим необходимы человеческие тела, чтобы находиться вне ада. Они проникают в ваши души, заставляя содрогаться в конвульсиях от боли. А уж если демону удастся завладеть разумом человека… Его уже не спасти. Хорошая новость, Богов в человеческих «шкурах» можно убить. Единственная загвоздка: придется попотеть, чтобы застать его врасплох и приблизиться достаточно близко, чтобы нанести удар.
– Но если Балор Бог, как он оказался в аду? – Холли посмотрела на него. – Я хочу сказать, Боги ведь бессмертны, разве нет?
– К сожалению, не совсем, – Том отхлебнул остывший кофе. – Небольшая экскурсия в прошлое. Балор – в вашей ирландской и кельтской мифологии одноглазый бог смерти, предводитель уродливых демонов-фоморов, правивших на территории современной Англии до богини Дану. Он поражал врагов смертоносным взглядом своего единственного глаза, в который в детстве попали капли волшебного зелья. Он был убит Лугом, кельтским Богом солнца, и приговорен к вечным скитаниям в аду. Это было очень давно, так что думаю, он успел порядком обозлиться на наш мир. Если Балор и его демоны восстанут, здесь воцарится вечная смерть и не останется ничего живого.
– …Значит, мы жертвы для Балора? – Кайли посмотрела на Тома. – Но с нами не было демонов, поверьте, мы бы заметили.
– Магию на Земле вряд ли сможет увидеть человек, который в нее не верит, – ответил тот. – Скорее всего, вы слишком старались объяснить происходящее с точки зрения логики, чтобы понять, что здесь замешано что-то сверхъестественное. Другое дело, что демона не смогли почуять мы, а значит, с вами его действительно не было. Поэтому мы теперь ломаем голову над простым, но абсолютно необъяснимым вопросом: как три человека пересекли границу без посторонней помощи?
– Но мы ведь видели, как избушка исчезла прямо у нас на глазах! И я могу пощупать одежду, которая волшебным образом оказалась на нас, как только ты щелкнул пальцами! – я потеребила край кофты.
– Это другое… – вздохнул Эрик. – Наш мир насквозь пропитан магией. Не имеет значения, верите вы в нее или нет, вы все равно можете ее почувствовать. Равно как и пострадать. На Земле же нанести серьезный вред человеку, который в нее не верит, простая магия практически не может. И уж естественно…
– Минуточку, – Кайли перебила его. – Ваш мир. Ты сказал «Ваш мир». Что это значит? – она перевела взгляд сначала на Тома, потом на Марка. – И про какую границу вы все время говорите? Что-то мне подсказывает, что не про ту, которая отделяет мир живых от царства мертвых. Я все же задам еще раз вопрос, который вы уже несколько часов оставляете без ответа: куда нас, черт подери, занесло?!
Парни переглянулись.
– Вы до сих пор не поняли? – Том посмотрел на нас. – Девушки, мы не отвечали, потому что думали, что это итак очевидно…
– Очевидно? – Холли вскочила из-за стола. – Сначала вы говорите нам, что мы в Англии, а теперь несете какую-то чушь про «ваш мир»! Просто объясните нам, наконец, где мы находимся, и все!
– Не думаю, что вопросы на этом закончатся, – задумчиво протянул Марк. – Королевство, в котором вы находитесь, действительно носит название Великобритания. Но оно отличается от вашей Англии, – он посмотрел в глаза Кайли, потом на меня и в конце перевел взгляд на Холли. – Это не Земля.
– Я даже боюсь спрашивать, что же тогда? – мой голос заметно дрожал.
– Утопия, – принялся объяснять Марк. – Этот мир – что-то вроде зеркального отражения вашей планеты, ее другая сторона, населенная магическими существами.
– Можно еще раз, – Кайли закрыла глаза и принялась тереть виски. – Как называется это место?
– Утопия, – усмехнулся Том. – Вы переводите это слово как «мир, которого нет». Не так уж ошибочно, если учесть, что в вашей реальности его действительно не существует. Так что поздравляю, девушки, – он наигранно пару раз хлопнул в ладоши. – Вы официально по ту сторону Земли!
– … Мне нужно подышать, – Холли поставила пустую чашку в мойку и вышла из кухни.
– Мне тоже, – Кайли последовала ее примеру. Том с интересом посмотрел на меня:
– Трейси, а ты не хочешь выйти подышать?
Я молча смотрела в чашку с остатками остывшего кофе. Утопия. Мы не на Земле… Как же абсурдно это звучит! Мы не могли перенестись на другую планету! Хотя… Кто знает, теперь возможным кажется все что угодно. Но оказаться в другом мире, населенном магическими существами… Это уже слишком! Да эти трое прикалываются над нами!
– Откуда мне знать, что вы говорите правду? – я наконец оторвала взгляд от содержимого чашки. – Даже если допустить на минутку, что нас втянуло в портал, и мы перенеслись в какое-то другое место, как вы объясните существование планеты, которой нет во Вселенной?
– Технически, ее нет только в вашей Вселенной, – Марк покрутил в руках пустую чашку. – Вернее, во Вселенной, доступной вашему сознанию.
– Ты издеваешься? – я посмотрела на него. – Хочешь сказать, что Вселенных несколько?
– Не совсем так, – Марк отставил чашку и улыбнулся. – Трейси, ты производишь впечатление образованного человека. Скажи, ты веришь в инопланетян? Веришь, что на других планетах могла существовать жизнь?
– Ученые много спорят по этому поводу, но никаких убедительных документальных подтверждений существования инопланетного разума нет, – я не понимала, к чему он клонит. – Впрочем, как и доказательств их отсутствия.
– Отлично, уже лучше, – Эрик поднялся со стула и открыл один из настенных шкафов, достав оттуда маленькую упаковку то ли каких-то таблеток, то ли маленьких леденцов. Взяв один леденец, он положил его в рот и запил водой. Впервые за весь день я увидела, что хоть что-то попало ему в желудок. – А то большинство вас на Земле такие забавные: всегда с подозрением относятся ко всему, что не является хотя бы в какой-то степени научным, зато с легкостью попадаются на крючки вроде финансовых пирамид и прочих махинаций.
– Сейчас не об этом, – Марк отвлек меня от разглядывания Эрика. – Значит, фактически ты веришь в то, чего сама никогда не видела…
– Я не говорю, что верю, – я перебила его. – Я лишь сказала, что не отрицаю их существования.
– Хорошо, пусть так. Тогда почему ты так рьяно отрицаешь возможность существования альтернативного мира, так сказать параллельного Земле?
– Потому что в защиту гипотезы о существовании инопланетян есть хоть какие-то адекватные и относительно правдоподобные доводы, а то, что вы мне сейчас доказываете, просто какой-то бред! – я была уже не в силах сдержать эмоции.
– Какие же вы, люди, упертые, – Том вздохнул. – Всегда считаете, что вы совершеннее и разумнее остальных, но при этом ваш хваленый разум в девяноста девяти случаях из ста не в состоянии оценить ситуацию и сделать правильные выводы, – он встал из-за стола, подошел к раковине, открутил кран и подставил свою чашку под мощную струю. – А еще вы очень эгоистичные, – чашка перекочевала в сушку, а Том повернулся ко мне. – Как вы можете быть такими глупыми, чтобы не понимать – ваш мир не единственный! Все ваши фантастические фильмы и книги далеко не вымысел: все это придумано не на пустом месте! Миров бесконечное множество, раскрой глаза! Они пересекаются друг с другом, и каждый настолько же реален, как и предыдущий. В каждом свои правила. В каком-то существует магия. В каком-то – нет. Во всем есть баланс. Логично, что если в вашем мире нет волшебства, о котором повествуют столько легенд и сказок, где-то должен быть мир, который не может существовать без магии! И ты сейчас находишься в нем!
От его громкого голоса у меня разболелась голова, и я сжала руками виски. Эрик протянул мне стакан с водой:
– Держи. Мы понимаем, это может быть трудным для понимания. Просто смиритесь с тем, что все, что вы знали о Вселенной раньше, и реальность – как микроскопическая бактерия и большой синий кит. Если вы хотите помочь нам и не дать концу света начаться, лучше просто перестать думать об этом и принять действительность как должное.
– А потом мы вернемся домой? – я не заметила, как Холли и Кайли вернулись на кухню.
– Мы очень постараемся вернуть вас обратно, – Марк посмотрел на Холли. – А пока вам стоит отдохнуть немного. Мы свяжемся с Советом и выясним, что будем делать дальше, – он улыбнулся и вышел в холл. Том повернул голову в сторону девушек, стоящих у порога:
– Ну, у нас по меньшей мере пара часов, пока Марк дозвонится до Совета и они что-нибудь решат. Пойдем в гостиную. Кстати, наши тарелки ловят ваши каналы, – он сделал приглашающий жест рукой. Кайли пожала плечами и пошла за ним, Холли вместе с ними. Эрик посмотрел на меня, медленно потягивающую воду из граненого стакана:
– Ты идешь?
– Да, сейчас, – я встала и подошла к раковине. На пару секунд замешкалась, вспоминая кухню в избушке. – Здесь ведь тоже нет труб, да? – я показала на сливное отверстие. Эрик утвердительно кивнул. – Куда же уходит вода? И откуда она берется?
– Ну, берется она по трубам, – он подошел к раковине и открыл шкаф. – Смотри. Они сделаны из особых полимеров с добавлением концентрированной магии, поэтому кажется, что под мойкой действительно ничего нет, но если провести по стене, ты их почувствуешь. Попробуй.
Я протянула руку к стене и почувствовала, как пальцы наткнулись на преграду.
– У меня нет слов, – я с интересом ощупывала трубу. – А куда уходит вода? Здесь уж точно труб нет, – я провела рукой прямо под тем местом, где находилось сливное отверстие.
– Ну, здесь все немного сложнее, – Эрик улыбнулся. – Наши технологии ушли далеко вперед по сравнению с вашими достижениями. Внутрь встроены специальные магические кристаллы – гальдуры. В вашей скандинавской мифологии есть истории о Гальде. Люди в средневековье считали Гальд своего рода искусством заклинаний, закреплявшихся на рунах или кристаллах. С помощью этих заклинаний они лечили болезни, отгоняли злых духов, меняли погоду, могли повлиять на ход событий. На самом деле суть была не в заклинаниях, а в камнях. В то время те, кто населяет Утопию, делились магией и волшебными предметами с людьми, получая взамен славу и в дальнейшем отождествляясь с богами. Сейчас все иначе, – он грустно вздохнул и закрыл шкаф. – Вы настолько привязаны к вашим технологиям, что и представить себе не можете, что получаемую вами электроэнергию, крупномасштабное производство и прочие «прелести» можно заменить чем-то куда меньших размеров. Здесь внутри, – он ткнул пальцем в раковину. – Гальдур размером с маленькую пуговицу. Но его мощности достаточно, чтобы фильтровать поступающую воду и вновь отправлять ее в трубы. Кстати, все, что у вас зависит от электричества, у нас работает на кристаллах, – Эрик кивнул на холодильник. – Это вечный источник энергии, который всегда так мечтало получить человечество.
– Уму непостижимо, – я с восторгом переводила взгляд то на холодильник, то на раковину, то на улыбающегося Эрика. – Это… это волшебство… Просто потрясающе…
– Ну наконец-то, – он удовлетворенно выдохнул. – Хоть что-то произвело на тебя впечатление. А то пока у твоих подруг от рассказов Марка отвисали челюсти, ты сидела с таким выражением лица, с каким обычно сидят студенты на скучных лекциях.
– Скажем так, у меня был шок, – я подошла к столу и снова села за стол. Эрик устроился напротив. – Кстати, это к делу, может быть, не относится, но все же… Марк сказал, что он колдун. А вы с Томом тогда кто? Вы тоже владеете магией?
– Я точно нет, – Эрик растянул губы в улыбке и откинулся на стул. Я заметила, что его лицо посветлело, и он уже не кривился, глядя на меня. – Хотя Том умеет кое-что из магических штучек. Ну да он сам расскажет при случае. Что до меня… Знаешь, Трейси, мне кажется, из вас троих ты единственная, кто до сих пор не понял.
– В смысле? – я удивленно приподняла бровь. – Холли и Кайли уже в курсе? Но ты ведь не говорил…
– А ему и не надо было, – в кухню зашла Холли. – Брось, Трейси, ты что слепая? Неужели не видишь?
Я еще раз посмотрела на Эрика, и тут меня словно по голове ударили. Как я, прочитав столько книжек, не смогла понять очевидные вещи? Глаза всматривались в абсолютно идеальные черты лица и бледную кожу. Сразу вспомнились его холодные руки и то, что он не притронулся к еде. Все же так просто! Конечно, такие, как он, предпочитают на обед не суп…
Сердце бешено заколотилось. Эрик усмехнулся и посмотрел на меня с удовлетворением. – Спасибо, Холли.
– Пожалуйста, – я только теперь заметила, Что Холлз держится поодаль от него, стараясь не смотреть в глаза. – Марк сказал, что нам нужно быть в каком-то центре через полтора часа. У вас что, что-то вроде штаб-квартиры для волшебной команды по спасению мира?
– Да, вроде того, – Эрик усмехнулся. – Не оставишь нас на минутку? Мы сейчас придем.
– …Но ты же ходишь днем? – я продолжила задавать вопросы. – Я имею ввиду, вампиры должны сгорать на солнце, разве нет?
– Должны, – Эрик бросил взгляд в окно. – Но в этом мире магия успешно совмещается с наукой, позволяя достигать потрясающих успехов во всех сферах, особенно в фармацевтике, – он встал и достал из шкафчика те самые «леденцы». – Это – специальные препараты, содержащие набор веществ, которые вырабатываются живыми организмами. Мы по своей сути если и не совсем мертвые, то уж точно не живые. Мы можем быстро восстанавливаться, если хорошо…эээ… питаемся. Но наш организм сам ничего вырабатывать не способен. А это, – он потряс склянкой. – Позволяет спокойно ходить под солнцем без опаски сгореть и не чувствовать голод. Поэтому я хотел извиниться, если был слишком груб, – Эрик опять улыбнулся, обнажив белоснежные ровные зубы. – Кое-что в тебе меня действительно на тот момент очень раздражало.
– Перед такой улыбкой трудно устоять, – я посмотрела на него. – А как же клыки? У вампиров должны быть длинные клыки, разве нет?
– Они есть, но думаю, лучше ходить, не обнажая их без лишней надобности, – он снова улыбнулся, но на этот раз в глазах была заметна легкая грусть. – Не только люди боятся вампиров, скажем, с феями и некоторыми другими волшебными созданиями мы тоже не в лучших отношениях. Не из-за того, что мы плохо ладим, просто они слишком чувствительны к опасности. Впрочем, как и вы. Так что очень странно, что ты не догадалась. Холли поняла еще в лесу, в избушке, как только я к ней приблизился.
– Скажем так, я была слишком ошарашена происходящим вокруг, – я потеребила рукав кофты. – Да и честно говоря не чувствую я особой опасности.
– Окей, – Эрик поднялся со стула. – Потом еще поболтаем. Пойдем посмотрим, чем там заняты те четверо.
Когда мы переступили порог гостиной, Кайли, Том, Марк и Холли стояли и спорили о чем-то возле включенного телевизора. Том заметил нас с Эриком и воскликнул:
Бесплатный фрагмент закончился.