– Договорились – не задумываясь, согласился Соловьёв – Оружие и боеприпасы мои парни могут подвезти тебе хоть сегодня. Прячь куда хочешь. Потом мы расскажем тебе «легенду» и дадим хорошенько запомнить карту местности, куда выдвигается «экспедиция». Желательно, чтобы ты внедрился в банду Монгола в ближайшие пару дней.
Иван, 2019 год
– Главное – неожиданность – говорит Михаил, показывая на сделанное из старой куртки и мешка с песком чучело – Горло, глаза, гениталии. Это первое, что ты должен атаковать. Сил у тебя немного – компьютерщик. Поэтому, как только видишь, что конфликт неизбежен – бей первым. И максимально жестко. Давай отработаем удар по кадыку.
– Вот так? – я хватаю чучело за то место, где у человека должно быть горло.
– Да, только не души его, а бей промежутком между большим и указательным пальцами прямо по горлу. Резко бей, так, чтобы кадык сломался.
– Быстро двигаться не могу – печально вздыхаю я, – Плечо еще болит левое. Которое ранено.
– В бою тоже будешь жаловаться? – строго смотрит на меня Михаил – Эта кукла тебе сдачи не даст. Сперва медленно попробуй, а потом наращивай скорость.
Я начинаю отрабатывать удар. Наверное, очень неприятно, когда тебе бьют по кадыку, и ты начинаешь задыхаться. Ну и приемчики у отца Оли.
– А если сграбастает меня жлоб какой-нибудь? – спрашиваю я – Может, от захватов освобождаться научите?
– Для этого тренироваться надо. Долго. И с реальными противниками, а не с чучелом огородным – качает головой Михаил – Вот в городе к Чингизу пойдешь, он тебе и захваты покажет и освобождения. Только это все лирика. Если схватил тебя кто-то, то ты его тоже хватай. За яйца. И дави что есть сил. Резко, чтобы он от боли соображать перестал. Или глаза его пальцами нащупай – и выдавливай их на хрен.
– Бать, хватит уже парня мучать – из-за угла дома появляется одетая в легкое платьице Оля. В руках девушка держит два плетенных лукошка – Пойдем, Вань, грибов к обеду соберем.
– Так, ежели драться не научиться, его так и будут разные козлы в лесу закапывать – усмехается ее отец.
– Кто ничего не боится, с тем ничего не случится! – смеется блондинка, и это почему-то задевает Михаила.
– Матери своей покойной это скажи – бурчит он, и похлопав меня по здоровому плечу, кивает – Ладно уж, сходите, погуляйте. Молодежь. Погода вроде хорошая. А я пока скотину накормлю.
Я принимаю из рук Оли лукошко, и мы с ней выходим за покосившуюся изгородь, увитую плющом. Вокруг жилища отшельников лес не такой густой, только разросшийся шиповник слегка цепляет за одежду. Но Оле он не помеха – девушка привыкла ходить по чаще, и словно бы не замечает колючие заросли. Мы углубляемся в чащу. Кругом поют птицы и стрекочут кузнечики. Очень тепло, и лишь легкий ветерок колышет белые волосы моей спутницы.
– Здесь обычно полно маслят – говорит Оля, идущая впереди меня – Вон, смотри, видишь?
– Я гляжу на землю, покрытую толстым слоем хвои и замечаю блестящие шляпки молодых грибов. Сажусь на корточки и срезаю маслята в лукошко.
– Гляди, тут еще есть – смеется спутница – Целая полянка…
– Как ты их находишь? – удивляюсь я – Вроде рядом идём, а ты всегда первая замечаешь.
– Может и замечаю, а может и создаю – загадочно отвечает Оля – Если ты чего-то искренне ждёшь, это случается. Мир подстраивается под твое намерение. Вот хочешь, мухомор найдем? Посмотри в тех кустах.
Я отодвигаю ветви папоротника и с удивлением обнаруживаю сочный оранжево-красный гриб с белыми пятнышками на шляпке.
– Смеешься, да? – я поворачиваюсь к блондинке, но она и сама радуется моей находке.
– Ой, какой красивый мухоморчик! – щебечет девушка и наклоняется так, что ее белые волосы щекочут мне щеку. Хочется толкнуть красотку на лесную хвою, и покрыть ее нежное тело поцелуями, но я не решаюсь.
– Что ты там говорила про намерение? – спрашиваю я, чтобы нарушить неловкую тишину.
– Ой, да не заморачивайся, я пошутила – уходит от ответа Оля – А пойдем, покажу тебе моё любимое место.
Мы пробираемся по лесу, попутно набивая лукошки маслятами и сыроежками. Солнце ласково гладит лучами зеленую чащу. Пахнет еловой хвоей. Вскоре среди деревьев показывается просвет, и мы выходим на поляну, поросшую цветами. Здесь совсем нет комаров, а вокруг вперемешку с елями растут высокие лиственницы с мягкими иголочками. Мы ставим лукошки с грибами на землю. К Оле подлетает яркая бабочка. Девушка протягивает ладошку, и маленькое создание послушно садится туда, сложив крылья. Я подхожу совсем близко, и мои руки сами ложатся на Олину талию. Девушка поворачивается, и в её карих глазах искрится веселье. На пару секунд я застываю, а потом Оля целует меня в губы. Бабочка перемещается теперь уже на моё плечо, но вскоре возмущенно улетает – мы с блондинкой валимся в траву, продолжая целоваться.
Оля, Оленька… Как же хорошо с тобой. Девочка-лето, нежная и неповторимая. А если меня все-таки закопали тогда, и сейчас я в раю? Слишком это похоже на сказку…
***
Через пару часов мы возвращаемся домой, восторженные и окрыленные. На улице – жара, а дома прохладно и пахнет сухими травами. Оля наливает мне ледяного кваса из холодильника. Эх, хорошо… Мы вместе чистим и жарим грибы с картошкой, зовём отца девушки пообедать. За столом, Михаил, кажется, замечает наш веселый настрой, но виду не подает.
– Отдохни часок после еды, потом приходи во двор, еще драться поучимся – говорит он, выскребая стальной ложкой остатки еды из миски. Сам собирается и идёт в сарай. Там живут несколько свиней, куры, и кролики в клетках. Коров отшельники не держат, по причине расположения дома в лесу. Пасти скотину здесь решительно негде. Поэтому, приходится обходиться мелкой живностью.
Оля моет посуду, а я стою рядом и смотрю на неё, не отрывая взгляда. Теперь мне уже не хочется уезжать отсюда. Ощущение, будто я прикоснулся к чему-то чистому и светлому, нашёл свой источник радости. Может, это любовь?
– Батьке только про нас не говори – подмигивает мне блондинка – А то ругаться еще начнёт.
– Не скажу – обещаю я – Вот что я без тебя теперь в городе буду делать?
– Влюбился? – смеется Оля – Ну, оставайся здесь, с нами. Тут хорошо – природа…
– Я бы с радостью – говорю я – Только разве батька твой разрешит остаться.
– Ну, мне же не вечно в девках сидеть – Оля расставляет чистую посуду на полочку, и как бы невзначай касается меня своей упругой грудью.
– Да у вас по ходу хитрый план был – я ласково хлопаю ее по попе – Заманить доброго молодца в избушку на курьих ножках, и женить его на себе.
– Был вариант оставить доброго молодца на потеху басурманам – припоминает мне блондинка.
– Ну всё, пойду свататься – шучу я, выхожу в сени и обуваю свои, уже порядком раздолбанные кроссовки. Одежды, кроме той, что была на мне в момент похищения у меня нет, поэтому накидываю старую куртку Михаила.
Отец Оли стоит возле гудящей на все лады дробилки зерна.
– Последи за этой штукой – говорит он мне – Как пусто внутри станет, досыпь еще зерна вон с тех ведер. А я пока кроликам травы дам.
Некоторое время мы с Михаилом занимаемся работой по хозяйству. Он особо не нагружает мое больное плечо, а поручает какие-то мелочи – подлатать клетку для кроликов, налить воды птицам в поилку. Потом мы выходим из сарая на свежий воздух, и подходим к собачьей будке.
– Лютик, кушать – зовёт хозяин пса. Из будки показывается заспанная морда немецкой овчарки. Заметив меня, он встряхивается и одним движением выскакивает наружу.
– Тихо, Лютик, свои – командует Михаил, и пёс немного успокаивается.
– Что за имя у него странное? – спрашиваю я, пока отец Оли вываливает в миску животного остатки вчерашней каши.
– Лютый, вообще-то – поясняет он – А Лютиком его Оленька называет, да он и привык уже.
– А, вон оно что – мне становится смешно. Так изменить кличку пса – вполне в духе блондинки. Она кажется мне воплощением добра и миролюбия, в контраст с её неугомонным батькой. А тот уже снова тянет меня тренироваться.
– Давай рассмотрим защиту – говорит он, будто только что, и не управлялся по хозяйству. – Вот если тебя бить будут, как защищаться станешь?
– Ну блоки там всякие – предполагаю я – Научите?
– Чтобы блоки ставить, нужно тренироваться пару лет – неодобрительно смотрит на меня лесной «сэнсэй» – Да и то, не всегда получается вовремя отбить удар. Лучше всего применять уклонение с контратакой. Когда ты по чаще пробираешься, и тебе отогнутая ветка в лицо от идущего впереди прилетает, ты обычно успеваешь уклониться. Также и с ударами. Главное – не пропустить следующий удар, и успеть контратаковать. Давай рассмотрим уклонение от прямого удара правой…
До самого вечера Михаил учит меня драться, и если сначала его кулак тактично останавливается в паре миллиметров от моего лица, под конец он уже не жалеет меня, и поневоле, приходится включать всю свою реакцию, чтобы уйти от удара. У меня уже сильно болит раненое плечо, и я сдаюсь.
– Наверное, хватит на сегодня – тяжело дыша говорю я
– Хорошо – кивает Михаил – Извини, увлёкся немного, забыл, что ты еще не совсем здоров. Ну сейчас тебя Оленька подлечит.
– А как маму её звали? – спрашиваю я – Она тоже в лесу с вами жила?
– Да нет, не в лесу – отец блондинки враз теряет весь свой боевой задор, и по-старчески горбится – Софьей звали. Она деревенская была. Я тогда только с Афганистана вернулся, молодой был, горячий. Забрал её в город. А тут как раз, девяностые. Школу свою открыл по самообороне. Деньги были, связи. С детьми всё как-то тянули, только в двухтысячном решились, наконец. Родилась вот Оленька. А когда ей было пятнадцать, Соня моя раком заболела. За какой-то год иссохла вся, и умерла. Не помогли никакие чудеса.
Михаил надолго замолкает, что-то вспоминая и горько хмурясь. Желая разрядить обстановку, я спрашиваю —
– А что за ученик там у вас в городе. Чингиз вроде?
– Ага – встряхивается, очнувшись от тягостных мыслей мужик – Я когда в лес ушел жить, школу свою на него оставил. Он драться не хуже меня умеет. Талантливый парень. Здоровый как кабан. Молодой еще, как ты. Вот в город соберешься, дам тебе его номер.
Я согласно киваю, не решаясь сказать гостеприимному человеку о том, что влюбился в его дочь, и уезжать мне совершенно не хочется. На природе меня совершенно не тянет к привычным компьютерам. У Оли есть старенький смартфон с интернетом, но я решаю не рисковать, и не использовать это устройство для своих нетсталкерских целей. Не дай бог, Соловьев засечет, да отправит сюда еще каких-нибудь «пацанов». Кто были мои таинственные похитители я так до сих пор и не знаю. По поведению – обычные «братки», но фальшивый майор явно не так прост. По крайней мере, знал он явно больше чем два его товарища, одетых в «гражданскую одежду». На спецслужбы не похоже. Какая-то влиятельная организация? Но кто нынче решает вопросы подобными методами? Что такого нашел Segmentation Error? Двойную бухгалтерию? Информацию об офшорах? Или данные о торговле детьми? Да ну, ерунда какая-то. Это всё и так кругом, куда ни плюнь. Нет, тут что-то другое. Эх, достать бы те флешки, мирно лежащие в мусорном ведре у меня в общаге…
Ближе к вечеру я напоминаю Оле наш недавний разговор про то, как она ищет грибы. Мне становится жутко интересно, чему именно её научила покойная мать, и насколько это всё реально. Шарлатанов-целителей и в городе – пруд пруди. Но здесь, мне видится что-то по-настоящему странное. Во мне просыпается нетсталкерский интерес к таинственному. Блондинка в ответ на мои расспросы, пожимает плечами и обещает объяснить всё на пальцах. А точнее – на картах. Мы идём в ее маленькую комнату, и Оля разбрасывает на письменном столе колоду старых карт картинками вниз, так что мне не видно их значения:
– Есть такая игра. Ну или не игра. В общем – смотри… Ты должен загадать любую карту и угадать, где она. Переворачиваем по одной карте, по очереди. – девушка кивает на стол – Давай сперва я покажу.
– Семерка пик – говорит она вслух и не глядя берет одну из карт. Это семерка пик.
– Да они у тебя крапленые – хмыкаю я – Ты не могла с первого раза угадать.
– Пока я не переверну карту, мы не знаем, что на её картинке. Она находится в суперпозиции, как кот Шрёдингера. – Оля мило улыбается – Ну, если простыми словами – изначально там могла быть и не семерка пик. Но когда я сказала, что хочу найти именно эту карту, реальность перестроилась под моё намерение. Давай, попробуй.
– Восьмерка крести, к примеру – бурчу я ехидно и переворачиваю первую попавшуюся карту. Естественно – ошибаюсь.
– Попробуй еще раз. Ты не веришь в то, что у тебя получится. Если угадаешь – поцелую – томно подмигивает мне блондинка. – Когда выбираешь карту, не задумывайся – просто бери первую, на которую упадёт взгляд.
– Туз бубей – пафосно восклицаю я и поднимаю близко лежащую ко мне карту. Снова мимо.
– Ты думаешь, что это невозможно – качает головой девушка – Смотри… Дама червей.
Она не ошибается. Прямо экстрасенсорные способности какие-то…
– Суть игры в том, что любая карта на столе по твоему желанию может стать искомой. Эта игра – не угадайка, а тренажер для твоей воли и разума.
В детстве я собирал всякий хлам. В том числе – коллекционные спичечные коробки. Я отчетливо вспоминаю один из них – из серии с цитатами ученых и писателей. На нем было написано: «Не бывает чудес на земле, кроме тех, что создаются разумом и волей».
– Десятка пик – я указываю на карту, лежащую под двумя другими.
Поднимаю, но опять не то.
– Почти правильно – Оля демонстративно переворачивает две карты лежащие рядом, и одна из них оказывается десяткой пик.
– Ну всё, я волшебник – смеюсь я, и на секунду теряю свой скептицизм – Шестерка крести!
Очередная открытая мной карта – шестерка крести. Блондинка подвигается ближе, манит меня пальчиком и нежно целует в губы. От нее пахнет чем-то приятным, вроде лесных цветов.
– Ты делаешь успехи!
– Да как так то? – я недоуменно смотрю на открытую карту – Какие вообще шансы, что я угадаю карту с первого раза?
– А ты и не угадываешь – отмахивается моя наставница – Любая закрытая карта – это одновременно и король червей, и бубновая десятка, и даже пиковая дама! Своим намерением ты просто даешь маленький толчок, чтобы недостроенная еще реальность сложилась в нужном тебе направлении.
– Бред какой-то – я мотаю головой – А если я захочу пачку денег найти вместо грибов?
– В городе будет гораздо больше шансов на это – смеётся Оля – А здесь у тебя вряд ли хватит личной силы, чтобы визуализировать потерянный кем-то кошелек.
– А у тебя? – спрашиваю я, любуясь её белыми локонами.
– У меня хватит – спокойно отвечает блондинка – Но мне это ни к чему. И доказывать я тебе ничего не буду, даже не проси.
– Давай еще попробуем – я хитро смотрю на нее – Ты вроде обещала поцелуйчики. Эта тренировка, по-моему, гораздо интереснее упражнений твоего батьки.
К нам в комнату заглядывает Михаил.
– Воркуете, голубки? – спрашивает он – Думаете, не вижу?
Я напрягаюсь. Вот сейчас он начнет ругаться и выгонит меня из дома в лес посреди ночи…
– Да нормально всё – отец Оли подмигивает нам – Если хотите, можете вместе сегодня спать. Дверь только прикройте.
– Папа… – девушка невольно краснеет, но Михаил уже удаляется в другую комнату. Мы с блондинкой смотрим друг на друга, и счастливо улыбаемся.
– Давай тогда постель стелить – говорит она спокойно – Или еще в карты поиграем?
– К чёрту карты – я встаю с кровати и тихонько закрываю дверь Олиной комнаты.
Илья, 2035 год
Монгол обосновался в крупном селении с названием Соколовка. По дороге в деревню неспешно двигались крестьянские телеги с провизией, сеном и дровами. На въезде стоял укрепленный пулемётом блокпост с десятком вооруженных до зубов бандюков. Местных они, видимо, уже давно знали в лицо, да я и не старался сойти за своего. Поэтому, когда на меня направили ствол автомата, миролюбиво поднял руки.
– Кто такой, чего надо, блин? – спросил у меня огромный лысый мужик с приплюснутым лицом.
– Илья, наёмник – бодро отрапортовал я – Хочу к вам в банду вступить.
– К нам в банду, блин? – задумчиво повторил мужик. Его товарищи оценивающе меня оглядели.
– Именно так – согласился я спокойно, продолжая держать руки поднятыми – Люди говорят, вам проводник нужен. А я как раз с тех мест родом, куда вы собрались.
– Ну, блин, это с Монголом надо говорить – наконец выдал здоровяк – Если хочешь, давай все свои побрякушки сюда, Димка тебя проводит.
– Хорошо – я аккуратно снял с плеча автомат, и отстегнул от пояса нож.
– Рюкзак, блин, тоже оставь – скомандовал накачанный любитель блинных изделий. Лицо бойца тоже походило на большой сморщенный блин, будто ему с размаху заехали кувалдой, впечатав и без того маленький нос в глубины массивного черепа. Однако сквозь изуродованную физиономию проглядывала добродушная ухмылка.
– Димка, обыщи его – велел мужик молодому веснушчатому мальчугану лет семнадцати, вооруженному только пистолетом.
– Это мы запросто, дядя Плоский – весело ответил паренек. Безо всякого страха приблизившись, он профессионально охлопал меня по бокам.
– Нету ничего больше – резюмировал он – Можно пропускать.
– Ну добро – кивнул Плоский – Отведи его к Монголу. Только сперва к Вике загляните, пусть на вирусы этого парнягу проверит.
– Пойдем – позвал меня паренек – Сейчас к нашей медсестре сначала зайдем. Она тебя осмотрит. Чтобы сыпи на теле не было, обоняние проверит. Ну всё как обычно. Формальность, в общем.
Мы прошли блокпост и направились к деревянному дому, стоящему неподалёку. Над входом висел сколоченный из досок красный крестик. Здесь, судя по всему, располагался медпункт. Вокруг были насажены яблони, с которых едва начал осыпаться молочно-белый цвет. Ухоженный деревенский пейзаж приятно удивил. После заброшенного города, Соколовка казалась райским садом, о котором я когда-то читал в потрёпанной детской Библии. Её страницами я как-то растапливал самодельную печку, параллельно рассматривая цветные картинки. Домик медсестры в окружении яблоневого сада прямо-таки источал какую-то идиллию и спокойствие.
– Ну вот, нам сюда – протараторил мой проводник и толкнул калитку. Было не заперто. Видимо, правду говорят, что под защитой Монгола и его братии народу живется едва ли не спокойнее, чем до пандемии.
– Ты сам давно в банде? – поинтересовался я с целью поддержать разговор.
– Да я почитай с самого детства тут – похвалился Димка – Батя с мамкой в Соколовке осели, когда мне три годика стукнуло.
Поднявшись на веранду первым, я постучал в дверь.
– Кто там? – послышался бодрый женский голос.
– Илья, новенький, меня к вам на обследование отправили.
– Ну, заходи давай! – девушка за дверью усмехнулась.
– Я тут подожду – кивнул мне Димка – Воздухом подышу. Внутри лекарствами воняет, не люблю их.
Войдя в дом, я на миг застыл. За столом, забитым какими-то бумагами и склянками сидела убитая мной рыжая снайперша! Машинально попятившись назад, я зацепился за порог пяткой, и чуть не упал.
– Ты чего побледнел так? Проходи, я не кусаюсь. – бойко отреагировала медсестра. Нет, всё-таки есть неуловимое отличие. Кожа менее загоревшая, другая стрижка. Но лицо…
– Да уж больно лицо у тебя знакомое – медленно сказал я – Сестры-близняшки случайно нет?
– Была, Вероника. – настала ее очередь удивляться – Мы еще в детстве потеряли друг друга. Нам тогда лет по тринадцать было. На деревню мародеры напали. Я спряталась на сеновале, а она побежала маму звать. С тех пор и пропала. А ты что, видел её где-то?
– Ага видел… – обескураженно кивнул я – Недавно она меня чуть не прикончила. Она сейчас с мародерами, снайпер.
– Значит, жива! – Вика вдруг заплакала. Встала, подошла к подоконнику, где стоял кувшин с водой, и налив себе полный стакан, стала жадно пить.
– Ты извини, я просто думала, что она умерла давно – рыжая девушка утёрла слезы – Так где, говоришь, видел её?
– В покинутом городе – не стал я врать – Мы не общались. Она меня убить хотела.
– Понятно – Вика нервно пригладила волосы – Ладно, давай, осмотрю тебя. В банду, значит, к Монголу хочешь?
– Да вот, наслышан – неопределенно хмыкнул я, стаскивая футболку – Штаны тоже снимать?
– Не обязательно – отмахнулась медсестра – Можешь просто закатать до колена. Сыпи нет? Кашля?
Она сунула мне под нос кружку, накрытую марлей
– Чем пахнет?
– Чеснок – с ходу определил я
– Обоняние в порядке – кивнула девушка – Как вообще себя чувствуешь?
– Прекрасно – ответил я – Иммунитет у меня к вирусу. Если бы не было, я бы сейчас не стоял здесь перед тобой.
– Знаю, знаю – не стала спорить Вика – Но есть еще бедняги, которые продолжают болеть в вялотекущей форме. Ходят, кашляют. Бойцы из них, сам понимаешь никакие. Монголу такие не нужны.
Снаружи вдруг послышались приглушенные выстрелы и какой-то шум.
– Атас! – заорал вбежавший в сени Димка. Глаза у него были расширены от ужаса. – На нас напали!
– Кто? – изумилась Вика
На улице гулко бухнуло – где-то неподалёку взорвалась граната. Голый по пояс, я аккуратно выглянул в окно. Вокруг в панике бегали крестьяне, и понять, что происходит было решительно невозможно. Из-за соседнего дома показалось четверо угрюмых бандитов в полной боевой амуниции.
– А ну, с дороги! – заорал один из них, и полоснул короткой автоматной очередью по земле рядом с несколькими крестьянами. Те в панике бросились врассыпную.
Приглядевшись, я узнал гнусавого бандита по кличке Сиплый. Насколько я помнил, он входил в довольно крупную группировку Лешего, промышлявшую в лесах на севере от земли Монгола.
– Оружие в доме есть? – спросил я, повернувшись к Вике.
– Только скальпель – развела руками медсестра.
Паренек демонстративно помахал своим пистолетом.
– Я пошел! – рванулся он к двери, но я поймал его за шиворот.
– Тихо, тихо! – сказал я – Давай лучше здесь посиди, Вику посторожи. Чтобы эти дядьки ничего плохого ей не сделали. Судя по звукам снаружи, они не одни сюда пожаловали.
Бандиты тем временем направились прямо к нашей калитке. Я быстро накинул футболку, взял протянутый Викой маленький скальпель, махнул рукой Димке.
– Уходите в дальнюю комнату, и сидите там тихо. Пистолет держи наготове.
Сам, неторопливо открыл дверь и встал на пороге, щурясь от солнечного света.
– Эй, Сиплый, привет! – крикнул я громко, так, чтобы бандиты сразу не начали стрелять – Какими судьбами здесь?
– Илья? – удивленно прогундел знакомый мне бандит – А ты сам то, чего здесь делаешь?
– Да вот, мимо проходил, дай думаю, к Монголу в гости зайду – я направился к калитке, навстречу четверке бандитов – Мир тесен.
– Это Илья, пацаны, он не местный – Сиплый махнул рукой товарищам – С неделю назад только виделись. Наемник. Сам по себе двигается.
– А какие у него с Монголом дела? – подал голос пожилой бандит со шрамом на пол лица – Чего в Соколовке забыл?
– Да говорю же, мимо шел – пояснил я – Вот, патронов решил прикупить, да переночевать.
– У медсестры, что ли? – ехидно засмеялся Сиплый – Приятное с полезным?
– Здорово, что ли! – я протянул знакомому бандиту руку, и он нехотя пожал её. Не теряя ни секунды, я дёрнул его к себе, и быстро крутанув чужое тело, приставил к горлу Сиплого острие скальпеля.
– Дёрнешься, голову отрежу – шепнул я ему на ухо.
Трое других бандитов отшатнулись, и на миг растерялись.
– Ах ты, сука! – загундел бандит, который оказался в незавидном положении живого щита, прикрывающего меня от выстрелов его товарищей.
– Ну что же ты так грубо. Совсем меня не уважаешь – опечалился я и резанул скальпелем по яремной вене. Сиплый задергался, во все стороны брызнул фонтан крови. Я, продолжая удерживать раненого перед собой, стремительно перехватил автомат, висящий на его плече. Три автоматные очереди слились в одну. На моё счастье, Сиплый был в бронежилете, и все пули, направленные в меня, успешно застряли в его грузном туловище. А вот я стрелял непосредственно в головы. С автоматом я обращаться умел, а расстояние до врагов было небольшим. Только один из них успел дёрнуться, и пуля попала ему в челюсть. От жуткой боли бандит скорчился на земле, среди белых лепестков яблони, поливая их кровью. Оттолкнув мертвого Сиплого, я подошел ближе и аккуратно перерезал раненому горло. Быстро перемещаясь, отстегнул у всех нападавших рожки от автоматов, и рассовав трофеи по карманам, оглядел улицу.
Вдалеке я заметил бегущих вооруженных мужиков. Было неясно, кто из них – люди Монгола, а кто напавшие на деревню враги. Да и меня в лицо никто не знает. Наверное, стоит вернуться в дом, сами разберутся. Вообще, нападение на Соколовку было чем-то из ряда вон выходящим. Насколько я знал, окрестные банды и мародеры давно обходили землю Монгола стороной. Группировка Лешего хоть и была довольно большой, но рассчитывать на успех в случае войны с Монголом ему явно не приходилось. И угораздило же этих идиотов устроить заварушку именно в тот момент, когда я решил внедриться в банду. Уроды.
На пороге дома показался Димка с пистолетом в руках.
– Классно! – воскликнул он – Мы в окно смотрели! Вот это ты выдал! Монгол если узнает, сразу тебя возьмет!
– Спрячься, дурак – шикнул на него я, и поднял с земли еще один автомат – Умеешь стрелять с него?
– А то! – паренек, вместо того чтобы вернуться в дом подбежал ко мне и схватил оружие – А магазин где?
– На! – я достал из кармана один из трофейных рожков.
– Идём скорее, нужно нашим помочь! – потянул меня Димка, но я покачал головой
– Сидим тут, от нас сейчас мало пользы. Меня за чужака примут, а ты еще молодой слишком, чтобы под пули соваться в одиночку…
Я недоговорил, потому что пацан выстрелил куда-то мне за спину, и тут же присел так, чтобы его прикрывал забор.
– Там еще четверо – воскликнул он и принялся лупить из автомата в сторону соседнего дома. Вскоре у него кончились патроны, и он озадаченно посмотрел на свое оружие. Я выглянул из-за куста вишни, и чуть не схлопотал пулю в лицо. Прошла чуть левее. Из-за дома быстро выглянул и спрятался назад боец, двое других корчились в судорогах, сраженные очередью Димки. Где-то за домом, судя по всему, был еще один, невидимый отсюда, четвертый бандит.
– Да что же они все по четверо то ходят… – я взял на прицел опасный участок и бросил Димке еще один рожок – Патроны экономь.
– Увлёкся – парень передернул затвор. Бандиты притихли, и пока не высовывались.
– Они свалили, наверное – спустя несколько минут, предположил Димка.
На улице показался кряжистый человек лет пятидесяти с длинной черной бородой, без оружия, в большой не по размеру мешковатой рубашке цвета хаки.
– Змей! – неизвестно чему обрадовался Димка и высунулся из-за забора, махая рукой. Странный человек бесстрастно посмотрел на паренька и приветственно кивнул.
– Тебе бы лучше спрятаться – сказал он негромко, и тут же из-за соседнего дома выглянул затихарившийся бандит. Я успел среагировать, и одиночным выстрелом снес врагу голову. Но тут же откуда-то выскочил четвертый и столкнулся практически лицом к лицу со Змеем. Палец мужика судорожно жал на курок автомата, но выстрелов не было.
– Заклинило – спокойно констатировал бородач, и быстрым движением ударил противника в горло. Тот схватился за шею, и глаза его вылезли из орбит.
– Сидите пока тут – бросил нам Змей и пошел дальше, не обращая более внимания на начавшего заваливаться набок, хрипящего мужика.
– Ты бы хоть автомат у него забрал – крикнул я вслед, но бородач даже не повернулся.
– Ему не нужно оружие – покачал головой Димка.
– Это тот самый Змей? – спросил я, повернувшись к мальчишке.
– Да, тот самый. Других у нас нету – паренек как завороженный смотрел на удаляющегося человека.
Про персонажа по прозвищу Змей за пределами земли Монгола ходили легенды. Говорили, что Монгол и он были вместе с самого начала пандемии. И являлся этот бородач вроде как лучшим другом главаря бандитов. Но в дела деревенские не лез, и вообще, был довольно странным субъектом.
– Его что ли, правда, пули не берут? – спросил я, оглядывая местность. Вокруг слышались далекие выстрелы, но поблизости пока опасности не было.
– Ну ты сам видел – глаза Димки аж светились от гордости – Он еще не то может. Это же Змей!
– Пойдем-ка мы в дом – сказал я – Патронов мало.
– Айда – на сей раз не стал противиться Димка. Мы вернулись в медпункт. На лавке сидела встревоженная Вика, сжимая в руках тупой столовый нож. Повернувшись к нам, девушка испуганно ойкнула.
– Что происходит? – спросила она дрожащим голосом – Илья, ты знаешь этих людей? Я видела, как ты говорил с одним из них.
– Это банда Лешего – я выглянул в окно. На улице никого не было. Крестьяне разбежались по домам, а звуки перестрелки доносились теперь из центра селения.
– Что им интересно надо? – Димка уселся на табуретку в сенях, направив автомат на вход – Я тут посторожу.
– Да кто же его знает – я пожал плечами – Вам виднее. Я здесь вообще человек новый.
– Если бы не ты, меня бы, наверное, убили – тихо сказала Вика – Они прямо сюда шли, те четверо.
– И чего они в медпункте забыли? – удивился я – Спиртом что ли мечтали разжиться. Вообще, это нападение – сплошное самоубийство для Лешего. Монгол же его банду на ленточки потом порвёт…
Мы замолчали, прислушиваясь к наступившей тишине. Выстрелы снаружи затихли. Мы с девушкой переглянулись.
– Не стреляют больше – осторожно заметила она.
– Ага – согласился я – Не знаю только – хорошо это или плохо.
Нетерпеливый Димка заглянул к нам в комнату.
– Надо пойти глянуть – предложил он.
– Сиди, не рыпайся – отмахнулся я. Какое-то время мы молча смотрели в окна. В конце улицы показалась процессия из двух десятков человек. Бандиты вели впереди себя окровавленного мужика с белой шевелюрой. Я узнал в нём Блондина – правую руку Лешего. Рядом с Блондином шагал мрачный как туча здоровяк с длинными волосами, собранными в косу. Судя по всему, это был Монгол. Я раньше никогда его не видел, но надо признать, предводитель бандитов своим видом внушал уважение. Одетый в старую черную майку, которая едва не рвалась на нем от обилия бугрящихся мышц, азиат подталкивал пленника в спину стволом автомата. Рядом шел бесстрастный Змей и толпа бойцов. Из домов начали робко выглядывать крестьяне.
– Выходите все! – крикнул Монгол – Мы отбились!
Димка первым выскочил на крыльцо, а я предпочел лишь выглянуть из-за двери. Однако от взора азиата моё движение не укрылось, он на миг остановился и указал на меня пальцем.
– Ты кто такой?
– Это Илья – не дав мне рта раскрыть, крикнул Димка – Новичок. К нам в банду хочет. Он нас с Викой спас.
Змей приблизился к Монголу и что-то негромко сказал.
– Ладно, с тобой потом разберёмся – кивнул мне главарь и снова ткнул пленника стволом в спину – Иди, Блондин. Сегодня ты останешься жив. Передай Лешему, чтобы сваливал в свой лес поглубже и поскорее. Если еще хоть один из вас рядом покажется, вырежем всех подчистую.
Бесплатный фрагмент закончился.