«Сидите как мыши, я за вами слежу. Скоро вы за всё мне заплатите».
– Глупая шутка? – неуверенно спросила Виола.
– Мы же только приехали! Ни с кем даже не ссорились! – простонала Роза, которая не выносила конфликтов.
– А это кто? – спросил вдруг Люк.
Все четверо повернулись в указанном направлении, но стоявший там высокий мальчик в синем спортивном костюме тут же растворился среди спешащих к Мухомору ребят.
– Только не это. – Артур мысленно попрощался с любимым сериалом. – Если это снова как в прошлый раз, то мы точно не отдохнём…
На удивление речь директора Дуба, собравшего детей перед Мухомором, оказалась не такой занудной, как предсказывала Виола. Ребята даже устать не успели, сидели вокруг на газонах и наслаждались летом, слушая вполуха наставления. А лето обещало быть что надо! Ещё только начало июня, а уже жара, и благодаря обильным дождям в мае зелень кругом была яркой и свежей. Дубы, как огромные паруса, покачивались над постройками, а липы пахли мёдом и будто удивлённо глазели вокруг: ещё недавно здесь лишь стояли одинокие и заброшенные хозпостройки, а люди не появлялись в окрестностях много лет.
У каждой возрастной группы участников «Олимпуса» был свой вожатый: Сущий Кошмар у старших, долговязый студент Винсент для средней группы и улыбчивая выпускница университета Амалия у малышей. Распорядок дня оказался не таким строгим, как боялся Артур, который любил поспать по утрам, и интересного обещали много. Ещё бы разобраться с тем, кто подкинул им письмо с угрозой. О нём забыла, кажется, только Роза, потому что переживала о том, удачно ли получилась на общей фотографии. Распечатать её обещали на библиотечном принтере и вывесить в столовой на следующий день.
– Я клянусь, – громко заявила девочка, – я пойду в библиотеку и уничтожу фото, если оно жуткое. Может, даже в компьютер секретаря Дуба залезу, чтобы удалить сам файл.
Стоявшие рядом соседки по спальне удивлённо на неё оглянулись.
– Надеюсь, нас не будут заставлять читать книги по летнему списку, – простонал Артур, – у меня были другие планы. Зачем вообще в летнем лагере книги?!
– Заставят ещё дневники читательские вести, – мрачно добавила Виола.
– Ой, да ладно тебе. – Люк оказывается незаметно отходил от друзей, вернулся сияющий. – Тут есть отличные ребята.
Виола подозрительно посмотрела туда, откуда пришёл Люк. Там снова мелькнул синий спортивный костюм.
– И чем они отличные?
– Хорошо поболтали с одним парнем, он тоже не хотел приезжать. А ещё ему было интересно, что мой папа работает в полиции, я ему такого рассказал!
Пока Четвёрка плелась обратно к коттеджу, Виола сокрушалась:
– Десять дней в этом детском саду, а через пять дней родительский день. И зачем он? Мама всё равно не сможет приехать. Умру со скуки тут.
Как же она ошибалась… Письмо в капюшоне Артура стало только первым звеном цепочки событий, которые произошли в тот день.
Когда Четвёрка принялась раскладывать вещи по шкафчикам в коридоре и личным тумбочкам, Артур обнаружил, что потерял свой четырёхлистник. У Розы пропал любимый ободок, у Виолы – набор стикеров, а у Люка – блокнот в клеточку, куда его мама записала список вещей. По нему Люк должен был собраться домой в конце, иначе по привычке забыл бы всё на свете.
Четвёрка отправилась в столовую на ужин, радуясь, что по-прежнему им удаётся избегать общественных мероприятий (Сущий Кошмар после собрания увела других из старшей группы на спортивную площадку, и теперь ребята возвращались оттуда красные и вспотевшие).
– Дай мне то письмо, пожалуйста, – попросила Роза Артура, – может, мы поймём, кто его написал. Сравним почерки, например.
– Мы же не в школе, чтобы можно было чьи-то тетради посмотреть, – мрачно ответил Артур, но письмо вынул из кармана и протянул.
Оказалось, не зря. Роза догадалась перевернуть листочек, там значилось: «23:45, на крыльце найдёте свои никчёмные вещи. Только если придёте одни и никому ничего не скажете!»
Виола, услышав о продолжении записки, закатила глаза:
– Почему кто-то думает, что нам только и хочется, что расследовать дела? Я бы предпочла переждать эти дни в спокойствии, раз уж вынуждена здесь находиться.
Артур спрятал письмо в карман шорт. А потом случилось то, от чего мистер Дуб непременно поседел бы, не будь он уже лысым.
Первый отбой в «Олимпусе» прошёл спокойно, несмотря на распри во всех коттеджах по поводу выбора кроватей и спален. Друзья непременно хотели оказаться рядом, недруги – наоборот. Возня с окончательным распределением и очередями в ванные комнаты продлилась почти до десяти часов вечера. А потом ещё непривычные постели и кусачие одеяла не давали детям заснуть.
Четвёрка только радовалась этим обстоятельствам, каждый с нетерпением и волнением ждал назначенного времени, чтобы положить конец глупой шутке незнакомца. Кто-то явно хотел отхватить кусочек славы Четвёрки из Трясины и пытался спровоцировать её членов.
Артур боялся, что им не удастся выйти из коттеджа незамеченными, если вокруг никто не будет спать. Но к половине двенадцатого в их спальне слышалось сопение и местами лёгкий храп. Гораздо более громкий храп доносился из комнаты вожатых. Сущий Кошмар решила первую ночь провести на дежурстве, не отправляясь в домик сотрудников.
– Слишком хорошо знаю подростков! – заявила она из коридора и строго оглядела подопечных, которых видела через открытые двери спален.
Впечатлительный Эмиль икнул, его сосед, долговязый Марк в вечном синем костюме, отвёл глаза в сторону. Да и остальных эта реплика не порадовала: дома бесконечный надзор, теперь ещё и в «Олимпусе».
Люк в ожидании почти уснул, ему приснилось, что дверь спальни скрипнула, и он резко сел в кровати. Не хватало, чтобы Артур ушёл без него! Но тот лежал лицом к окну и слушал музыку в наушниках.
«Только бы не попасться», – думал Люк, когда они с другом крались к выходу, натянув перед этим шорты. В коридоре он чуть не заорал, когда увидел в тёмном углу высокий силуэт. В плотном сумраке, который едва рассеивался от света фонаря, проникавшего через коридорное окно, глаза Виолы казались чёрными. Она сердито приложила палец к губам, и Люк подавил крик, судорожно вдохнув. Роза появилась за спинами мальчиков и молча подтолкнула их к выходу. Хорошо, что замок щёлкнул едва слышно и Четвёрка появилась на веранде красного коттеджа незамеченной. В больших окнах покачивались ветви дубов, холодный свет уличных ламп точками висел над «Олимпусом». Артур вытащил из кармана смартфон, на часах было без двадцати двенадцать, и прошептал:
– Перед отбоем не мог найти телефон, думал, стащили. Но, оказывается, он завалился за подушку.
Виола шикнула: незачем привлекать внимание. Скоро они узнают, кто подкинул записку. Четвёрка выскользнула на крыльцо, пытаясь найти свои вещи на ступеньках или скамейке рядом. Спустились ниже, огляделись – пусто.
– Я так и знала! – Голос Виолы дрожал от злости. – Какой-то идиот решил с нами шутки шутить.
«Хлоп!» – входная дверь на сквозняке захлопнулась, Роза вздрогнула.
– Вернёмся в спальни, пока нас никто не заметил.
«Плимс!» – дверной замок провернулся и звякнул.
Артур и Люк одновременно прыгнули к крыльцу, взлетели по ступенькам, дёрнули дверь. Но куда там, её держали изнутри!
А потом их оглушил взрыв. Виола глупо заозиралась в поисках фейерверков, Роза села на корточки, прижав ладони к ушам, и тонко сказала:
– Мамочки!
– Что это? – ошарашенно спросил Люк.
Артур молча указал на тёмную сейчас дорожку между красным и синим коттеджами.
– Бахнуло оттуда, – уверенно сказал он, – и это не жилые дома.
Над «Олимпусом» эхом разошёлся гул от взрыва, потом всё стихло ненадолго. А потом в окнах начал загораться свет.
– Вы поняли, да? – мрачно сказала Роза, которая успела прийти в себя. – Нас подставили.
«Бам-бам-бам!» – раздались тяжёлые шаги внутри их коттеджа. Через несколько секунд замок входной двери снова щёлкнул. «Плимс!» На пороге стояла Сущий Кошмар в совершенно кошмарной розовой ночной сорочке.
– Не может быть! – пробасила Сущий Кошмар. – Вы что, убежали из коттеджа? Зачем? И что это громыхнуло?
– Это не мы! – затараторила Роза. – Мы вам всё покажем, нас подставили! Артур, покажи ей письмо!
Тот послушно зашарил по карманам: правый, левый, два задних и один узкий для телефона. Письма не было. Сущий Кошмар вздохнула так, что у неё расширились ноздри.
– Ну уж нет, – сказала она, едва сдерживая гнев, – не в мою смену!
Конечно, ребят быстро вернули в коттеджи, не дав им узнать ничего интересного. В спальнях шептались, столпившись у окон. Артур и Люк сели на кровать последнего и настороженно глядели на остальных. Подставить их мог кто угодно. Например, толстячок по прозвищу Бах (его настоящего имени никто не знал), мрачный чернобровый Амит, а может, долговязый Марк? Да нет, он соображал так медленно, что накануне долго не мог заправить одеяло в пододеяльник. Виола и Роза тихонько изучали девчонок в соседней спальне. Пока самой подозрительной казалась Диана, она зыркала на них в ответ и задирала нос.
Вожатые заперли подопечных и побежали в сторону Мухомора (сотрудники быстро переняли это название от детей). Неведомым образом в коттеджи просочилась первая новость:
«Взрыв был в библиотеке».
Чуть позже:
«Пострадала техника и книги».
– Если общее фото пропало, я буду только рада, – пробормотала под нос Роза.
А ещё все как-то узнали, что Четвёрка из Трясины отсутствовала в постелях ночью.
– Я так и знала, – прошипела Диана. – Они обижали Эмиля с утра! Все говорят, что они зазнались после случая с миссис Ларс. А у того низкого прозвище Правый Хук тоже неспроста!
Роза едва удержала Виолу на месте, зашептала на ухо:
– Сейчас нам не нужны неприятности, пусть эта дурочка болтает что хочет.
Люк же получил прозвище ещё в третьем классе, когда залез в шкаф в кабинете биологии, чтобы поцеловаться там с самой красивой девочкой в классе. Но на них упал скелет, а Люк от неожиданности мощным ударом правой разнёс экспонат на косточки. С тех пор ни одна девочка не захотела повторить опыт с поцелуем.
Пока Роза уговаривала Виолу промолчать, Артур и Люк отвечали на вопросы мальчиков: «А что вы там делали? Куда ходили ночью?»
– Никуда, мы вышли… Подышать, – уныло отвечал Артур.
Приехали отдыхать, называется, и тут же влипли в неприятности! Мама узнает, сразу бросит свою учёбу. А может, оно и к лучшему. Если на них теперь будут все десять дней пялиться вот так…
Люк смотрел в стену и колупал с неё краску, потом вдруг сказал:
– Когда мы вышли, девчонки были уже там. Интересно, они выходили или заходили?
– Брось ты, – тихонько сказал Артур. – Если мы друг друга начнём подозревать, это точно хорошим не кончится. А главное, мы никому ничего не успеем доказать, вот что обидно!
– Успели бы, если бы знали, кто нас подставил. Кто так хитро подбросил, а потом выкрал письмо? И следил за нами… Мне казалось, все спят. – Люк бросил взгляд на соседей по спальне.
Те по-прежнему шептались у окна и время от времени спрашивали что-нибудь у Артура и Люка.
– Нам никто не верит, – сделал в конце концов вывод Артур. – Они думают, это мы подорвали библиотеку.
– В прошлый раз нас хотя бы в исчезновении миссис Ларс не обвиняли! – От стены отвалился большой кусок краски, и Люк поспешно смахнул его за изголовье кровати.
Сущий Кошмар вернулась в коттедж лишь полтора часа спустя. Никто не спал: все жаждали узнать подробности. Вожатая возникла в дверном проёме, закрыв его собой почти полностью, и пробасила:
– Всё в порядке. Вашей безопасности ничто не угрожает. Это чья-то глупая шутка.
При этом все посмотрели на Артура и Люка. А Сущий Кошмар продолжила уже громче, потому что девчонки из соседней комнаты услышали её и высыпали в коридор:
– Сторож кого-то видел. Не лица, но фигуры. В балахонах, как будто это театрализованное представление!
– А лица? Лица он разглядел? Сколько их было? – сиплым от испуга голосом спросил толстячок Бах.
Сущий Кошмар смотрела поверх голов.
– Четверо, – отчеканила она. – Все по кроватям! Подъём в установленное время!
Спустя минуту из комнаты вожатых донёсся запах успокоительных капель, а Диана, устав провоцировать Виолу и Розу, прибежала в спальню мальчиков.
– Я знаю, что это вы! Терпеть не могу выскочек! – злобно проговорила она. – Я это ещё утром поняла, когда вы обижали Эмиля.
– Наверное, ты права. – Впервые со времени приезда долговязый Марк подал голос, и все удивлённо посмотрели на него.
Он смутился и закашлялся. Диана даже не посмотрела в его сторону. Она тревожно изучала комнату.
– А где Эмиль?
И тут все поняли, что он исчез. Кровать в углу была пуста. Диана втянула воздух так, что ноздри расширились:
– Ну, Четвёрка из Болота, держитесь!
Сущий Кошмар выплыла из комнаты вожатых и разогнала всех по постелям.
Артур думал о том, что делать, до глубокой ночи. Забылся тяжёлым сном, и ему до утра мерещились бомбы и рождественские хлопушки.
Люк пытался интуитивно почувствовать, кто вызывает у него больше всего подозрений. Говорят, что преступники выдают себя в мелочах, а мозг может считать эти детали и передать человеку как смутное ощущение…
Виола злилась на весь мир и больше всего на Диану.
А Роза мечтала, что утром всё объяснится, все сразу их простят и отдых в «Олимпусе» пройдёт безоблачно.
Утром выяснилось, что окна библиотеки целы, но на входе дежурил один из замов директора Дуба. Сам директор застрял в своём кабинете, где его поймала Сущий Кошмар и больше часа упорно что-то доказывала. Зарядку, которая стояла в расписании в восемь утра, отменили. До завтрака Артур десять раз проверил телефон: как ещё мама не позвонила? А может, она уже на пути сюда? Четвёрку по дороге в столовую обходили стороной, на них показывали пальцем. Виола фыркала и дерзила каждому, кто задерживал на ней взгляд дольше, чем на три секунды.
Когда все расселись на завтрак, а за шестиместным столиком рядом с Четвёркой никого не оказалось, в столовую вбежал директор Дуб. Он вытер лоб платочком, который спрятал затем в карман серого пиджака, и пробрался боком мимо столов к пустой площадке рядом с мойками.
– Техническая неисправность, – Дуб говорил отрывисто. – Все сотрудники занимаются ночным инцидентом. Вы в безопасности. Проводятся дополнительные проверки. Мы просим воздержаться от передачи информации куда-либо за пределы «Олимпуса». Мы должны разобраться во всём сами.
Ребята за столами загудели, заговорили, Дуб повысил тон и сорвался на фальцет.
– Глупым шуткам в «Олимпусе» не место! – противоречил директор сам себе.
Артур скептически посмотрел на друзей:
– Так техническая неисправность или глупая шутка?
Дуб уставился на Четвёрку:
– Несмотря на непредвиденные обстоятельства, у нас есть пострадавший. О, все в порядке. Небольшой шок и только.
Диана, сидевшая через три столика от Четвёрки, вскочила так, что под ней опрокинулся стул. В столовой повисла тишина. Панкейки и сосиски на тарелках стремительно остывали, клюквенные морсы стояли нетронутые, как и кучки натёртой с яблоком моркови.
– Мы все знаем, кто это сделал! – заверещала Диана.
И тогда столовая утонула в шуме. Каждый хотел выразить своё мнение, перекрикивал остальных и строил версии одну страшнее другой. Ботаник Эмиль был найден в библиотеке без сознания. Рядом лежали его квадратные очки. Ещё бы его сестра не злилась на главных подозреваемых!
– Самое время уходить, – встревоженно сказала Роза и встала со своего места.
– Ты права, мы должны решить, что делать дальше, – поддержал её Артур.
Четвёрка выскользнула из столовой, пока Дуб успокаивал малышню. Укрытие нашлось тут же, за хозпостройками, в густых зарослях сирени.
– Мы не должны прятаться, – кипятилась Виола.
На неё сердился Люк:
– Нужно действовать по обстоятельствам!
Роза пыталась утихомирить обоих, а Артур напряжённо думал. Потом сел на корточки, его примеру последовали остальные.
– Так, ребят, я не знаю, кто пытается нас подставить, но у него это отлично получается. Ещё и Эмиля, беднягу, приплели.
– Ага, – вздохнула Роза, – он похож на моего троюродного брата, тот тоже постоянно влипает в неприятности. Говорит, на нём порча.
– Пока за нами не приехали родители, – сказал Артур, – надо попытаться поговорить с Эмилем. Нам нужна информация, пока всё не зашло слишком далеко.
Виола срывала листья сирени и раздирала их на мелкие кусочки. Люк вздохнул:
– А что нам пока делать?
– Договориться, что мы будем говорить, – задумчиво произнесла Роза, – всю правду или… Поверят ли нам, если мы расскажем о письме? Это не будет выглядеть так, будто мы всё придумали?
Нехотя покинув убежище, ребята тут же услышали новые подробности. Оказывается, Эмиля кто-то позвал в библиотеку, но кто это был, Диана не знает. Она была уверена, что братишка струсит и не станет бродить один по ночам. Сейчас его отправили в лазарет, лечить шок и ушибы. Наверняка скоро его заберут родители, хотя Диана о них почему-то молчала.
Лазарет был первым круглым зданием справа от Мухомора, рядом жили старшие воспитанники «Олимпуса». К сожалению, с Эмилем хотели поговорить не менее дюжины человек, и Роза, которую отправили на разведку, не могла приблизиться к лазарету незамеченной. Зато местный доктор со странной фамилией Таб в конце концов так устал от посетителей, что вышел на крыльцо и во всеуслышание заявил:
– У пациента высокая температура, он не в состоянии ни с кем разговаривать! Сейчас он спит после приёма лекарств. Прошу вас дать ему отдохнуть!
«Олимпус» пытался жить по запланированному распорядку: со стороны спортивной площадки слышались крики футболистов, в районе пирса кто-то хохотал, а качели в парке рядом с эстрадой надсадно скрипели на всю территорию. Артур, Виола, Роза и Люк в нетерпении направились к директору, чтобы все выяснить.
– Я поверить не могу, я давно их знаю, – слышался из кабинета Дуба знакомый бас.
– Сущий Кошмар всюду, – прошептала Виола. – И как она успевает?
– Подслушивать нехорошо. – Роза подвинула подругу и постучала по двери костяшками пальцев.
Неожиданно директор Дуб обрадовался ребятам:
– Я как раз хотел с вами поговорить.
– Неужели? – не сдержалась Виола.
Кабинет директора был маленький и светлый, с дешёвой мебелью и двурогим торшером у письменного стола. Дуб будто не услышал слова девочки и сказал:
– Артур, прости, не мог бы ты в присутствии педагога, – Сущий Кошмар мрачно смотрела на мальчика, – показать нам свой телефон?
– Что? Зачем? – растерялся Артур.
Происходило что-то не очень хорошее. Одно дело – слухи среди ребят, другое – когда взрослые тебя в чём-то подозревают.
– Только в присутствии законного представителя, – мрачно отчеканил Люк, – папа рассказывал.
– А что, твой папа работает в школе? – спросил Дуб, радуясь возможности отложить неприятный момент.
За Люка ответила Виола:
– В полиции. И у него много связей.
– Да хватит вам! – Роза больше не могла сдерживать волнение. – Что произошло? При чём тут телефон Артура? Как Эмиль оказался ночью в библиотеке? Нам пора беспокоиться? Звонить родителям?
– Нет! – гаркнула Сущий Кошмар так, что вздрогнули все, включая директора. – Ещё есть шансы разобраться самим. Я не хочу, чтобы кого-то зря обвинили. Мы так и написали в родительский чат, что это мелкое возгорание розетки, мы всё исправили, все в безопасности.
Роза вздохнула с облегчением, но оказалось – рано. Дуб чуть ли не заикаясь, поведал им, что в кармане Эмиля нашли брелок:
– Безделица, но все говорят… Дети говорят, что это ваш брелок.
– Который украли у Артура накануне, – упавшим голосом сказала Роза.
– Хм, – Сущий Кошмар продолжила за директора. – Ребятки, в телефоне Эмиля сообщение. Хотите, зачитаю вам?
Откуда у неё телефон Эмиля, никто не стал спрашивать. Она и сама ни у кого не спрашивала разрешения. И даже графический ключ на блокировке ввела ловко. Прочитала:
«Хочешь стать частью Четвёрки из Трясины, приходи в полночь в библиотеку. Докажи, что ты достоин».
Виола взорвалась:
– Да бред это всё! Нас подставили, как вы не понимаете! С чего вы взяли, что это писали мы?!
– Кхм, – вмешался директор Дуб, – сообщение отправлено с номера Артура, мы проверили по нашей базе.
– Не может быть. – У Артура что-то заныло в животе. – Покажите!
Сущий Кошмар протянула смартфон ребятам. Цифры совпадали все до единой.
Конечно, этого было мало, чтобы выдвинуть обвинения против Четвёрки. Никакого сообщения у Артура не сохранилось. К тому же он рассказал директору Дубу и Сущему Кошмару, что терял телефон накануне вечером. И что брелок-четырёхлистник пропал и не нашёлся. Артур продемонстрировал поясную сумку, где сиротливо висел металлический язычок пламени – Кальцифер.
– Вот колечко – всё, что осталось от другого брелка.
Директор нахмурился:
– Что-то ещё пропало?
Роза пригладила блестящие, густые каштановые волосы:
– Мой любимый ободок с дракончиками.
Виола пожала плечами:
– У меня стикеры, но, может, я и сама их куда-то положила. Это наклейки такие.
Люк потупился, заметил на полосатой футболке пятно кетчупа и принялся оттирать его большим пальцем. Смутился ещё больше:
– А я блокнот потерял. У меня там вещи по списку. Вот.
Стеклянные глаза броши-совы на груди Сущего Кошмара нестерпимо сверкали, когда владелица поворачивалась к окну, а цепочка очков еле слышно звякала. Директор Дуб нервно перебирал пальцами, глядя в пол.
– Лишь бы всё было мирно, – пробормотал он.
Впоследствии Четвёрка убедилась, что это любимая фраза Дуба и, похоже, основная причина того, что он не вызвал ни полицию, ни родителей. Странно, но никто не приехал за Эмилем.
– Я присмотрю за ним, – пророкотала Сущий Кошмар, когда Роза спросила о мальчике. – Ему нужны лимонные капли, и я умею их готовить. А сейчас идите погуляйте. Скоро сбор на спортивной площадке, будет весело.
Четвёрка уныло поплелась к выходу. Даже обычно боевая Виола выглядела грустной. За дверью она резко остановилась и наклонилась, чтобы подтянуть красные гетры, задела Люка длинным рыжим хвостом. Тот зажмурился, чихнул. Виола пфекнула, но как-то без энтузиазма. Артур натянул карманы красной клетчатой жилетки и хмуро глядел на дощатые стены коридора в Мухоморе:
– Фигня какая-то.
Его чёрные брови почти сошлись на переносице и составляли забавный контраст с почти белыми отросшими волосами. Роза посмотрела на Артура, потом на худую, высокую Виолу, перевела взгляд на Люка, волосы которого торчали ёжиком. Где же их боевой дух? Всего несколько месяцев назад они распутали такое сложное дело, спасли родной город. А теперь стушевались из-за проделок шутника-идиота?
– Ну уж нет, – внезапно сказала Роза.
Остальные удивлённо на неё посмотрели. Глаза у девочки горели решимостью, но вид при этом был комичный. Потому что Роза обычно была добродушной, всех мирила, а воевала только сама с собой, и то большинство людей этого не замечали. Главной для неё проблемой был нос картошкой и крупные коричневые веснушки. А ещё Роза всегда мечтала похудеть ещё немного, хотя бы чуточку. И до того момента предпочитала оставаться в тени. Если только у неё не случался сдвиг, как это называла Виола. Например, в прошлом учебном году Роза обезоружила преступницу, а потом хладнокровно навела на неё пистолет! Только потом сама не могла понять, как так получилось… Вот и сейчас приближалось что-то похожее. Роза прошлась по коридору взад-вперёд. Оглянулась на дверь директорского кабинета, за которым напряжённо шептались Дуб и Сущий Кошмар. Дошла до единственного окна, у которого чах длинный фикус. И оторвала лист!
Артур ещё с прошлого расследования побаивался Розу, поэтому промолчал, нашлась Виола:
– Ну ты даёшь… Зачем тебе фикус?
– Это то, что они сделали с нами. Оторвали от остальных. На нас косятся даже малыши из зелёного коттеджа. А в столовой садятся подальше. А мы ни-че-го плохого не сделали.
– К-кто… они? – заикаясь, спросил Люк.
– Другие четверо, – ответила Роза и до хруста смяла листочек фикуса.
Между её пальцами потёк зелёный сок. В кабинете директора послышались шаги, и ребята поспешили к выходу. Спустились по лестнице и покинули Мухомор, по красной крыше которого начал стучать дождик.
– Нужно спрятаться, – предложил Артур.
– Я знаю где, – ответил Люк и повёл друзей в сторону парка, к эстраде, стоящей в углу территории у забора.
Сзади у эстрады сдвигалась широкая доска обшивки. Внутри было сухо и чисто, пахло деревом и свежим лаком. Правда, Виоле пришлось пригнуть длинную шею, сидеть под сценой с её ростом оказалось не так удобно.
– Пф, ну и местечко.
– Нормальное, – заступился за друга Артур, – главное, тут нет никого.
– И чисто, – добавила Роза, подозрительно осматриваясь.
Она достала из кармашка джинсов упаковку влажных салфеток и принялась оттирать пальцы от сока фикуса. Вспышка гнева, как всегда, настигла её внезапно и так же быстро покинула. Артур понял это и взял инициативу в свои руки:
– Как я понял, Роза предлагает самим найти того, кто нас подставил.
– Ага, – кивнула та.
– Я бы с ним поговорила! – Виола прищурила зелёные глаза.
– Или с ними, – меланхолично добавил Люк. – Роза права, их может быть несколько. Сторож видел четверых. Так ему показалось. Странно, что он так расплывчато всё описывает…
– Нужен план. – Вместо упадка сил Артур начал чувствовать приятную бодрость.
Быть жертвой в расследовании противнее всего, поэтому теперь настало время исполнить другую роль! Телефоны всех четверых запиликали и завибрировали одновременно: у Артура стандартное оповещение, у Розы чириканье птицы, у Виолы скрежет из любимого ужастика, у Люка только вибрация, зато громкая, как у трактора.
– Млин, – вырвалось у Виолы.
Остальные пытались осознать сообщение, полученное от неизвестного отправителя:
«Через три дня приезжают родители, и Четвёрке хана. Дуб слабак, что решил ждать. Всё равно все получат по заслугам!»
– Это что, общая рассылка? – поразилась Роза.
Номер отправителя состоял из четырёх цифр.
– К-кто это написал? – Люк начал заикаться от волнения. – Откуда он это всё знает?
За обедом в столовой выяснилось, что сообщение получили все. Четвёрка сидела особняком, пока их соседи и обитатели других цветных коттеджей, не скрываясь, пялились на ребят. Все были уверены, что и сообщения их рук дело – для создания алиби.
– Я слышал, у них связи, ничего им за взрыв не будет, – так громко шептал толстячок Бах, сидевший рядом с Дианой, что его слышали все.
Марк грозно косился на него, но Бах был счастлив, что Диана слушает, и вдохновенно продолжал:
– Но посмотрим, что скажут их родители. Шесть дней подождём, а потом Дуб сдастся и передаст дело куда следует. И этот точно не помешает, видите того толстого?
Люк был всего лишь слегка плотным и уж точно стройнее самого Баха, но все поняли, куда смотреть.
– Говорят, он боксёр. У него кличка Правый Хук.
– Прозвище, – поправила его Диана.
Она была вся в любимых скорпионах: заколки на длинных каштановых волосах, яркий принт на объёмной белой футболке и даже браслетики на ногах были с миниатюрными серебристыми скорпиончиками. Диана делала вид, что не слушает, но сама не сводила глаз со столика, за которым сидела Четвёрка.
– Та, что со странным ободком, говорят, стреляет как снайпер. Рыжая у них ищейка, а тот с белыми волосами – их мозг, центр управления.
Услышав это, Роза поперхнулась соком, начала фыркать, хрюкать, и друзья не сразу разобрали, что на девочку нашёл приступ хохота. Успокоившись и пригладив волосы, Роза оглядела Артура, Виолу и Люка смеющимся взглядом:
– Всё, ребят. Снайпер… Ой, не могу… идём к Эмилю, пусть всё выкладывает. Этого дурачка кто-то развёл, а мы, типа, виноваты.
Все до единого повернулись вслед выходящей из столовой Четвёрке. У Дианы меж бровей пролегла тонкая морщинка, а кончики пальцев, в которых она держала стакан, побелели.
Если бы не ситуация с Эмилем, лето могло бы оказаться прекрасным. Небо было голубым, как на пейзажах, развешанных в доме старой знакомой ребят, бабули по прозвищу Белые Букли. Дубы, объёмные, с резными листочками, походили на гигантские паруса. Стволы лип чернели тут и там. А если выйти к озеру, можно было увидеть красочные бело-синие горные вершины. От пирса за коттеджами слышался смех инструкторов по пла- ванию.
– Из-за всего этого мы даже озеро толком не видели, – мрачно сказала Виола, – лучше бы дома остались.
Но дома всё равно никого не было, родители в разъездах. Кстати, не пора ли им сообщить? Эта мысль пришла ко всем одновременно, но озвучил её Артур:
– Что, если дело зайдёт слишком далеко? И нас правда выставят виноватыми?
Дорожка вильнула между синим и зелёным коттеджами, обогнула Мухомор и привела друзей к лазарету. На крылечке сидели две девочки из средней группы, одна из них шмыгала в платочек. Вторая утешала:
– Ну, Софи, не надо так. Он поправится.
И тут Софи, увидев Четвёрку, яростно зашипела сквозь слёзы:
– А вы тут чего делаете?! Из-за вас он чуть не умер!
– Э-э-э, мы хотели его проведать, – растерялся Артур.
– И это не из-за нас! – возмутиласьВиола. – И вообще, какое вам дело?
Это была ошибка. Софи разрыдалась, а её подруга взвилась, как маленький коршун:
– Он её бойфренд! Они ещё в автобусе друг другу понравились!
– Да когда они успели! – Виола снова не сдержалась.
Роза поспешила вмешаться:
– Я вас понимаю! Особенно тебя, Софи. Честное слово, мы ни при чём и сами хотим во всём разобраться. Поговорить с Эмилем для начала.
Софи глянула исподлобья:
– К нему не пускают. Даже меня!
– Так, ребят, пройдитесь пока, пожалуйста. – Роза строго посмотрела на друзей. – Озеро как раз посмотрите. Только вожатым не попадитесь, я слышала, они футбольный матч затевают.
Роза села на ступеньку ниже, чем Софи и её подруга. Мягко начала разговор и очень скоро узнала вот что.
– Эмиль самый умный в классе! Ну и что, что ботаник. Он стильный, у него такие классные квадратные очки! И голос у него красивый. Ну и что!
Последнее Софи бросила подруге, которая посмела упомянуть заикание.
– А ещё он, как Марк Цукерберг, носит одинаковые шорты и футболки! Потому что он тоже компьютерный гений.
Честное слово, если бы Роза не видела Эмиля, по рассказам влюблённой девочки она бы представила его совершенно по-другому! Наконец пришло время для главного вопроса:
– Софи, а он не говорил тебе, что собирается в библиотеку? Может, он с кем-то вчера ещё разговаривал?
– Не-а, – шмыгнула носом девочка, – может, только вот с ним.
В сторону спортивной площадки шёл потерянный Марк, как всегда, в синем спортивном костюме. Он насвистывал под нос и медленно переставлял ноги. Вскоре стало понятно почему: из-за Мухомора показалась стайка девочек с Дианой во главе. Но никто из них не обратил на Марка никакого внимания.
Бесплатный фрагмент закончился.