Хорошо, что я не пожадничал, ограничившись одной бутылкой из сейфа. Полковник «дозрел», когда содержимое второй бутылки уменьшилось уже до критического уровня.
– Ты отличный парень, Тед! – заплетающимся голосом произнес Джеймс, окидывая меня тяжелым невидящим взглядом, – но ты, как всегда, ни черта не смыслишь в семейных отношениях! Для тебя, закоренелого холостяка, это то же самое, как для сопляка из первого класса высшая математика. И не вздумай мне возражать!
Взяв пример со вчерашней бутылки, возражать я, естественно, не стал, тем более что до предстоящей встречи оставалось уже не более двадцати минут. Сочувствующе вздохнув, я в очередной раз наполнил стакан Джеймса. Потом сделал вид, что наполняю свой, и так наполненный до предела.
– Из грязи ее вытащил! – внезапно рявкнул Джеймс. – Из такой грязи… А эта дрянь вчера даже не соизволила…
Недоговорив, полковник одним махом выдул содержимое стакана и, сунув в рот несколько картофельных чипсов, меланхолически ими захрустел.
Чипсы, случайно обнаруженные Джеймсом в верхнем ящике служебного стола, являлись единственной нашей закуской.
– Из такой грязи… – мрачно повторил Джеймс, машинально ощупывая толстыми, похожими на сосиски пальцами параллельно расположенные царапины на левой щеке. Потом он резко подвинул ко мне пустой стакан. – Наливай!
«Когда же ты свалишься? – мысленно вздохнул я, выливая в стакан Джеймса все, что оставалось в бутылке. – Или надо было еще и третью прихватить в качестве контрольного выстрела в голову?..»
«Контрольный выстрел» не понадобился. Даже не взглянув на стакан, Джеймс уронил голову на руки и вырубился. В то же время я ощутил в нагрудном кармане кителя едва различимую вибрацию. Вспомнив, что отключил звуковой сигнал мобильника, я сунул руку в карман. Наверное, Холройд беспокоится… Но мне звонил Мартин Бейкер, а это могло означать лишь одно: Клейтон пришел в чувство.
Стараясь не шуметь, я поднялся и, выйдя в коридор, плотно притворил за собой дверь. Лишь после этого поднес телефон к уху.
– Что у тебя, Мартин? – спросил я. – Клейтон оклемался?
– Да, то есть не совсем… – как-то уклончиво и даже загадочно отозвался Бейкер. – Очнуться-то он очнулся, но, кажется, так ничего и не вспомнил…
– Понятно! – разочарованно проговорил я и вновь взглянул на часы. – Ладно, попозже к тебе заскочу. Сейчас некогда.
– Но есть еще кое-что, – продолжал Бейкер все тем же загадочным тоном. – Это могло бы вас заинтересовать…
– Позже! – повторил я и прервал связь, хоть Бейкер что-то еще пытался мне объяснить.
Когда мы остановились возле очерченной мелом неровной окружности, я внимательно всмотрелся в рядовых, вставших по приказанию Холройда в шеренгу. «Интересно, кто же из вас является осведомителем Джеймса?» – невольно подумалось мне. Уточнять это в данный момент я не собирался, тем более полковник Хилл уже является одним из посвященных в великую сию тайну. И хорошо было бы, если б на этом круг посвященных окончательно замкнулся…
– Итак, – медленно проговорил я, окидывая пристальным взглядом хмурые лица рядовых, явно предчувствующих что-то недоброе, какой-то мерзкий подвох с моей стороны. – Ваш товарищ… ваш сослуживец, – тут же поправился я, – уже очухался, но внятно объяснить произошедшее пока не в состоянии. Для этого нужно время, а времени у нас с вами, как говорится, в обрез. Вопросы есть?
Я замолчал, в ожидании вопросов со стороны рядовых, но их не прозвучало. Никто из присутствующих так и не соизволил поинтересоваться, почему у нас нехватка времени, хоть, наверное, каждый в шеренге мысленно задался себя этим вопросом. Однако под свирепым взглядом сержанта Холройда интересующий всех вопрос задан не был.
– В связи с этим, – продолжил я при полном молчании остальных, – необходимо провести следственный эксперимент. Надеюсь, вам понятно, о чем идет речь? – Ответом мне было абсолютное молчание. – Итак, нужен доброволец! – Я вновь окинул взглядом угрюмо молчавшую шеренгу. – Кто из вас…
– Разрешите мне, сэр! – Сержант Холройд, стоящий в шеренге правофланговым, сделал было шаг вперед, но, повинуясь моему отрицательному жесту, отступил.
– Итак, кто согласен стать добровольцем?
Еле различимый ропот прошелся по шеренге, но тотчас же утих под угрожающим взглядом Холройда.
– Значит, добровольцев нет? Тогда…
– Я согласен на эксперимент, сэр! – раздался голос Алана Джонсона.
– Отлично! – Я подошел вплотную к Джонсону и некоторое время внимательно его рассматривал. – Готовы рискнуть, рядовой?
– Так точно, сэр! – ответствовал Джонсон, даже не моргнув глазом. – Риск, как говорится, – благородное дело!
– Вот и я так считаю!
Я сделал шаг назад и повернулся в сторону Холройда.
– Напомните мне после о рядовом Джонсоне, сержант. Кажется, он засиделся в рядовых, звание штаб-сержанта ему явно не помешает…
– Есть, сэр! – угрюмо и не совсем довольно отозвался Холройд, а тройка рядовых второго класса как-то многозначительно переглянулась.
– Итак, начнем! – сказал я. – Давайте отойдем к вертолету, возле которого и находились вчера наши свидетели.
Когда это было исполнено, я приказал Джонсону двинуться тем же путем, что и Морт Клейтон. Остальным же было приказано внимательно за этим наблюдать. Видно было, что Джонсон заметно волнуется. Но, несмотря на это, приказ он выполнил, то есть, неторопливо двинулся вперед, как раз по направлению к обведенной мелом окружности. Я же, как и остальные, с замиранием сердца наблюдал. Вот Джонсон вплотную приблизился к окружности, вот сделал шаг внутрь и…
И ничего не произошло. Рядовой первого класса, вернее новоиспеченный штаб-сержант, Алан Джонсон спокойно прошел очерченный мелом участок и, остановившись, повернулся в нашу сторону.
– Дальше что, сэр?
– Дальше?
Если бы я сам знал, что дальше! Но демонстрировать полное своё разочарование и даже растерянность… Нет, только не это!
– Вернитесь назад там же путем!
– Слушаюсь, сэр!
И на этот раз ничего сверхординарного не случилось. Алан Джонсон спокойно прошел по очерченному участку… И вот он возле нас. Внимательно смотрит на меня, как бы в ожидании дальнейших указаний, но сам-то, наверное, рад-радешенек, что все благополучно завершилось…
– Может, ему пройтись еще, сэр? – осторожно заметил сержант Холройд. – Или все же разрешите мне попробовать?
– Не разрешаю!
Некоторое время я усиленно размышлял над явной неудачей эксперимента. Почему Джонсон не исчез, подобно Клейтону? Причин тут могло быть несколько. И наиболее вероятная из этих причин – время. А что, ежели портал открывается лишь в строго определенный временной отрезок?
– Кто-нибудь из вас запомнил точное время исчезновения рядового Клейтона? – обратился я к рядовым, не особо надеясь на успех.
– Я запомнил точное время, сэр! – к моему большому удивлению, отозвался рядовой Моралес, тот самый, у которого и произошла стычка с Клейтоном. – Это было в одиннадцать ноль четыре, я точно запомнил…
Машинально взглянув на часы, я увидел, что часовая стрелка почти вплотную приблизилась к цифре одиннадцать. Мысленно выругав себя за то, что не задал подобный вопрос ранее, я все же решил уточнить более подробно. Тем более что время еще оставалась.
– А как случилось, что вы точно установили время его исчезновения, рядовой? – спросил яс некоторым недоверием. – Это из-за предыдущей стычки?
– Не знаю, сэр! – Моралес пожал плечами. – Возможно, и из-за этого. Когда нас с Мортом разняли, Джонсон приказал ему отнести ключи, не потому что в этом была какая-то особая необходимость, а чтобы дать нам возможность поостыть. И я почему-то как раз в тот момент взглянул на часы…
Но я его уже не слушал. «Ключи! – вдруг осенило меня. – Может, дело не во времени, а в гаечных ключах, которые Клейтон держал в руке в момент своего таинственного исчезновения?» На проверку версии с ключами, однако времени уже не оставалось, ибо пошла вторая минута двенадцатого…
– Еще разочек пройдитесь туда, Джонсон, – проговорил я, стараясь при этом не смотреть в лицо испытуемого. – Только не слишком быстро…
Джонсон вновь двинулся в путь, а я, не глядя на него, все свое внимание сосредоточил на минутной стрелке часов. Вот уже до одиннадцати ноль четырех осталось всего ничего, и как раз Джонсон вплотную подошел к очерченному мелом месту. Остановился, вопросительно посмотрел в мою сторону…
– Джонсон, идите! – выкрикнул я, а про себя подумал, что напрасно не сверил свои часы с часами Моралеса. Между ними могла быть небольшая разница.
Но, как бы там ни было, исчезновения Джонсона и на этот раз не произошло. Спокойно пройдя по очерченному месту туда и обратно, будущий штаб-сержант остановился неподалеку от меня в ожидании дальнейших приказаний. А я в первую очередь сверил показания своих часов с часами Моралеса. Никакого отклонения… «Ключи! – подумалось мне. – Теперь нужно проверить версию с гаечными ключами в левой руке!.. Именно в левой? – фыркнул язвительный внутренний голос. – А ежели не получится, что тогда? Напялишь на Джонсона очки Клейтона? Или, может, даже примеришь ему зеленые плавочки Морта?» «А не пошёл бы ты! – мысленно ответствовал я своему внутреннему голосу. – И без тебя тошно!» Вслух же проговорил следующее:
– Где ключи, которые Клейтон должен был вчера отнести?
Сначала никто не понял вопроса, потому как все недоуменно на меня уставились.
– Гаечные ключи, – пояснил я. – Может, дело в том, что он держал их в руке?..
– Я отнес их, сэр, – отозвался рядовой Брук, – на место после того, как… когда Клейтон вернулся…
– Ну так принесите их обратно! – сказал я. – Только именно те самые… вы помните, где вчера их положили?
– Так точно, сэр! – не совсем уверенно произнес Брукс. – Кажется, помню. Разрешите выполнять?
– Выполняйте! Да, и вот еще что… – я замялся. – Постарайтесь, когда будете идти за ключами, все же пройти через то место, где…
Недоговорив, я взглянул на Брукса.
– Вы согласны пройти по очерченному месту?
– Никак нет, сэр! – опустив голову, прошептал Брукс. – Простите, сэр, но я… В общем, я не пойду туда!
– Рядовой Брукс! – рявкнул над моим ухом сержант Холройд. – Вы отказываетесь подчиниться приказу?!
– Это не приказ, сержант! – возразил я, не сводя глаз с явно побледневшего Брукса. – Это была просьба, впрочем, можете идти любым маршрутом, рядовой. Главное: доставьте сюда ключи!
– Есть доставить ключи, сэр!
Боясь, как бы я не передумал, Брукс рванул вперед, оставляя очерченный участок далеко справа от себя. И вдруг он исчез… Я не видел вчерашнего исчезновения Морта Клейтона, но, кажется, и сейчас произошло нечто идентичное. Вот только что Уинер Брукс шел быстрым шагом по направлению к кладовому помещению ангара, как внезапно его не стало.
Одежда рядового Брукса еще некоторое время каким-то непонятным образом продолжала держаться в воздухе (даже пилотка совершенно неподвижно парила над кителем), а потом все обмундирование мягко опустилось на пол. Именно опустилось, и именно мягко, причем не бесформенным комком, а аккуратно разложившись по бетону в следующем порядке: берцы, брюки, китель и, наконец, пилотка…
– Матерь Божья! – взволнованно выдохнул за моей спиной кто-то из рядовых.
Я обернулся.
Все, кроме сержанта Холройда, сбились в кучу и испуганно озирались по сторонам, да мне и самому не по себе стало. Бесстрастное выражение на каменном лице Холройда подействовало успокаивающе.
– Все нормально, ребята! – ободряюще произнес я. – Эксперимент проходит удачно. Теперь будем ждать возвращения рядового Брукса. Да, кстати, точное время исчезновения кто-нибудь из вас засек?..
– Я засек, сэр! – подал голос сержант Холройд. – Одиннадцать пятнадцать ровно.
– Отлично! – Я мельком взглянул на собственные часы, на них минутная стрелка только что передвинулась на одно деление. – Итак, сколько нам придется ждать? Сержант, вы не помните, сколько отсутствовал вчера рядовой Клейтон? Хотя бы приблизительно…
Холройд задумался на мгновение.
– Появился он в двенадцать сорок восемь. Я специально засек время. А ежели, как сегодня выяснилось, исчезновение рядового Клейтона произошло в одиннадцать ноль четыре, то отсутствовал он ровно… – тут сержант замолчал, как бы высчитывая что-то в уме, – отсутствовал он ровно один час и сорок четыре минуты…
«Золото, а не человек! – невольно подумал я, глядя на невозмутимое лицо Холройда. – Побольше бы таких!»
– Итак, будем ждать! – произнес я вслух.
– Разрешите отлучиться, сэр! – произнес вдруг рядовой Уоллес, добавив несколько смущенно: – В гальюн, по естественным надобностям.
Не знаю почему, но у нас на базе туалетам, расположенным в ангарах, присвоили это чисто морское название.
– Разрешаю! – я кивнул и подумал, что мне и самому не помешало бы посетить сие заведение. – А где он у вас находится, гальюн этот?
– В той стороне, сэр! – Атлетическая рука Холройда взметнулась, указывая куда-то в дальнюю часть ангара. – Там вначале складские помещения, за ними – ремонтная мастерская… Ну а гальюн… Он в самом конце расположен…
– Понятно!
Я посмотрел на страдальческое лицо рядового Уоллеса и невольно улыбнулся.
– Идите первым, рядовой! Я потерплю!
– Благодарю вас, сэр!
Уоллес едва ли не рысью устремился в указанном направлении, широкой дугой огибая справа и разложенную, словно для показа, амуницию Брукса, и очерченный мелом пустой участок бетона. Он бежал, а у меня вдруг заныло в груди от нехорошего предчувствия. А что, ежели и Уоллес сейчас исчезнет также таинственно и непонятно, как исчез перед этим Уинер Брукс? Может, окликнуть его, предупредить?..
Но Уоллес, благополучно миновав открытый участок ангара, скрылся затем за наполовину разобранным остовом некогда грозной боевой машины, и я перевел дух. Фу-ты! Нервы шалят, что ли? В это время послышался телефонный звонок, вытащив мобильник из кармана, я понял, что это вновь звонит Бейкер.
– Слушаю вас, Мартин!
– Сэр, вы обещали зайти… – послышался в телефоне донельзя взволнованный голос Бейкера.
– Зайду! – пообещал я. – И уже скоро…
– Буду ждать, сэр!
Сунув мобильник в карман, я внимательно посмотрел в ту сторону дока, где тускло поблескивал металлическим остовом вертолет, марку которого в данный момент даже трудно было определить. Кажется, все же «Апачи»…
Уоллес должен оттуда вот-вот появиться, или не ждать мне его? А, впрочем, какого лешего?! Там что, одна туалетная кабина, в этом их сухопутном гальюне? И я двинулся в том же направлении, что и рядовой, по его примеру огибая широкой дугой места вчерашнего и сегодняшнего исчезновений. Дошел до бренных останков вертолета, прошагал мимо и вдруг остановился, словно вкопанный. Одежда рядового Уоллеса была аккуратно разложена по бетонному полу, причем пилоткой в мою сторону. А это значит, что Уоллес уже возвращался назад, когда нечаянно попал под удар дьявольского портала.
Однако тот ли это портал, который чуть ранее поглотил рядового Брукса и почему-то перескочил на новое место? Или их теперь уже два в доке? А почему тогда не четыре? Или не десять, скажем…
Застыв на месте, я затравленно огляделся по сторонам. Старый ангар, такой обыденный и безобидный еще вчера, вдруг показался мне неким своеобразным минным полем, на котором любой неосторожный или необдуманный шаг грозил весьма серьезными последствиями. Смертельно опасными, можно сказать. Или ничего смертельно опасного нет в этом исчезновении? Клейтон вон возвратился целехоньким, хоть и с временно расстроенной психикой. Но, если верить словам фельдшера Бейкера, психика его уже почти в норме. Зато самолично смогу уяснить, что там за желтый песочек такой и что означали слова рядового Клейтона о бескрайнем море. И я решительно зашагал вперед. А потом, совершив все надлежащие дела, двинулся обратно. Правда, вторично проходя мимо разложенной по полу амуниции, невольно замедлил шаг и сжался внутренне, готовый ко всяческим неожиданностям. Но ничего неожиданного со мной так и не произошло.
– Сэр, – тотчас же обратился ко мне сержант Холройд. – Рядовой Джон Уоллес до сих пор не возвратился. Вы его там не встречали?
– Встречал, – как можно спокойнее проговорил я. – Не самого, правда, а лишь его амуницию на полу. Поняли, что это значит?
И, глядя на враз побледневшие лица Джонсона и Моралеса, добавил:
– С этого места ни шагу! Разрешаю даже залезть в вертолет и наблюдать оттуда. При появлении рядового Брукса, а он должен первым возвратиться, немедленно сообщить мне по телефону! У сержанта есть мой номер. Вопросы имеются?
– Никак нет, сэр! – ответил за всех Холройд.
– А я в медпункт, – почему-то счел нужным пояснить, направляясь в сторону выхода из депо и подсознательно ожидая, что где-то здесь, на пути к выходу, тоже могла успеть зародиться очередная дьявольская ловушка.
Выбрался я из ангара вполне благополучно.
Палата, в которой находился Морт Клейтон, была рассчитана на двух пациентов, но, разумеется, рядовой Клейтон располагался тут в полном одиночестве.
В настоящий момент он восседал на своей койке, неловко свесив босые ноги и стыдливо придерживая рукой излишне широкий отворот пижамы. Я же за неимением в палате стульев примостился на соседней пустой койке, а фельдшер Мартин Бейкер скромно остановился у самого входа в палату да и застыл там, прислонившись спиной к дверному косяку и скрестив на груди руки.
– Итак, – задумчиво проговорил я, внимательно наблюдая за Клейтоном, – вы по-прежнему продолжаете утверждать, что совершенно не помните произошедшего с вами вчера?
– Нет, сэр! – прошептал Клейтон и для пущей убедительности энергично мотнул головой. – Я хорошо помню все, что случилось до моего обморока…
– То есть с вами просто произошел обморок? – перебил я его.
– Наверное, так оно и было, сэр! – кивнул Клейтон. – Я нес инструменты на склад, а потом…
– Что потом? – нетерпеливо переспросил я, уже предчувствуя ответ.
– Как отрезало! – Клейтон вздохнул, машинально потер пальцами переносицу, и тут я вспомнил о его близорукости. Осмотрелся и увидел очки, лежащие на тумбочке возле кровати.
Перехватив мой взгляд, Клейтон нерешительно потянулся за очками, взял их, некоторое время задумчиво вертел в руках. И лишь после осторожно водрузил на переносицу.
– Это все, что я помню, сэр, – проговорил он, смущенно улыбаясь. – Очнулся здесь, а мне говорят, что уже около суток с того времени прошло…
Я продолжал внимательно рассматривать Клейтона. В больничной пижаме, несколько для него великоватой, рядовой выглядел щуплым, неуверенным в себе подростком. Очки на носу лишь усиливали это впечатление.
– Ну что ж, рядовой… – Я встал. Клейтон тоже попытался было подняться, но я жестом его остановил. – Если вспомните что-либо еще, обратитесь к уоррен-офицеру Бейкеру! – Я кивнул в сторону неподвижно застывшего у входа Мартина. – И притом немедленно!
– Есть, обратиться к господину Бейкеру, сэр! – выкрикнул Клейтон, но я уже выходил из палаты.
Бейкер вышел следом за мной и плотно притворил за собой дверь.
– По-моему, врет! – прошептал он, кивая головой в сторону двери. – Врет, как я не знаю, кто…
– Врет? – удивился было я, но Бейкер тут же приложил палец к губам, и я замолчал.
– Сюда!
Бейкер распахнул противоположную от палаты Клейтона дверь и первым зашел внутрь. Я поспешил следом. Это был небольшой, но довольно уютный кабинет, и я тотчас с удовольствием плюхнулся на широкий кожаный диван, стоящий у стены. Бейкер же, пододвинув почти вплотную к дивану легкий плетеный стул, осторожно присел на самый его краешек. Некоторое время я смотрел на Бейкера, он же, низко опустив голову, о чем-то усиленно размышлял. Мне надоело обоюдное наше молчание.
– Выкладывайте все, что хотели сказать, Бейкер! – произнес я, возможно, несколько резко. – Не бойтесь меня огорошить, я готов поверить сейчас в любую мистику! – Тут я замолчал на мгновение, но Бейкер тоже продолжал молчать, глядя куда-то себе под ноги. – Итак, вы сказали, что рядовой Клейтон врет, утверждая, что не помнит ничего из произошедшего с ним?
– Врет или недоговаривает… – Наконец Бейкер поднял голову и посмотрел мне в глаза. – Но главное даже не в этом…
– Не в этом? – Я удивленно посмотрел на Бейкера. – А в чем же тогда?
– Человек в палате вовсе не рядовой Морт Клейтон! – одним духом выпалил Бейкер.
– Что?!
Некоторое время я рассматривал Бейкера, потом рассмеялся. Несколько натянуто, правда.
– Бейкер, старина…
– Послушайте меня, сэр! – Бейкер вскочил со стула и, метнувшись к стоящему у окна письменному столу, вытащил что-то из верхнего ящика. – Вот посмотрите!
На раскрытой ладони Бейкера тускло поблескивала белая зубная коронка.
– Эта та самая коронка, которую вы вчера передали, сэр! Она выпала изо рта Клейтона в момент его исчезновения…
– И что? – спросил я, рассматривая коронку. – Клейтон ее не признал?
– Не в этом дело, сэр! – Поколебавшись, Бейкер вновь бросил коронку в ящик стола. – У него сейчас отличные зубы! Ни пломб, ни коронок, ни единого признака кариеса…
Бейкер замолчал, и я тоже некоторое время сидел молча, обдумывая только что услышанное.
«Отличные зубы? Что ж, возможно, так оно и есть. И с чего я вообще взял, что коронка принадлежит рядовому Клейтону. Может, она валялась там, на полу, в момент его исчезновения?» – пронеслось в мыслях. Бейкер, кажется, понял, о чем я только что подумал. Вздохнув, он уселся за стол и, выдвинув верхний ящик стола, вытащил из него стопку документов.
– Медицинские данные рядового Клейтона, – пояснил Бейкер, поспешно перебирая лежащие на столе бумаги. – Вот тут о состоянии зубов. Три пломбы… еще на двух малых коренных кариес в начальной стадии… ага, вот! Установлена металлокомпозитная коронка справа сверху: второй малый коренной… – Отодвинув бумаги в сторону, Бейкер вопросительно посмотрел на меня. – Сейчас ничего этого нет, сэр, уж я-то в этом хорошо разбираюсь! Как-никак первая моя специальность – зубной техник…
Он замолчал, но я тоже сидел молча, пытаясь переварить только что услышанное.
– И это еще не все, сэр!
Вздрогнув, как от озноба, я посмотрел на Бейкера, нервно покусывающего нижнюю губу.
– Что еще?
Бейкер вновь пододвинул к себе бумаги, торопливо принялся их перебирать.
– В возрасте тринадцати лет Морт Клейтон перенес операцию. Острый аппендицит с обширным перитонитом брюшной полости, чудом остался жив…
– И что? – спросил я и сам удивился тому, как хрипло и незнакомо прозвучал собственный голос.
Ничего не отвечая, Бейкер исподлобья смотрел на меня.
– Исчез шрам? – спросил я, но Бейкер лишь отрицательно мотнул головой.
– Шрам не исчез, сэр! Исчезла близорукость, впрочем, это лишь мое предположение. Что же касается шрама, то он переместился…
– Переместился? – переспросил я, все еще ничего не понимая. – Но куда?!
– На левую сторону, сэр! – почти шепотом пояснил Бейкер и добавил: – Как и печень, она у него теперь тоже слева, зато сердце с правой стороны…
– С правой стороны… – машинально повторил я и тут же вопросительно посмотрел на Бейкера. – И что все это значит?
– Это значит, – прошептал Бейкер, опасливо поглядывая на дверь, – что в палате находится не рядовой Морт Клейтон, а его зеркальное отражение. Значительно, кстати, улучшенное по сравнению с оригиналом, ежели вспомнить о зубах и зрении…
Бейкер еще что-то говорил, но я его уже не слушал. Удушливая волна холодного даже не страха, а дикого первобытного ужаса нахлынула откуда-то изнутри, да так, что дышать стало трудно. «Это вторжение! – внезапно подумалось мне. – Самое настоящее инопланетное вторжение! Мы ожидали его сверху, из космоса, строили планы по сопротивлению и отражению, мистер Смит упоминал о чем-то подобном во время одной из недавних наших встреч! И вот оно началось, но мы совсем не готовы к такому внезапному повороту событий…» Я вспомнил о еще двоих исчезнувших, и мне сразу же поплохело. А тут еще телефонный звонок от Холройда:
– Сэр! – прокричал он, едва только я поднес телефон к уху. – У нас вновь исчезновение!
– Кто?! – ответно выкрикнул я. – Джонсон? Моралес? Почему они не оставались на месте, как я приказал?
– Никак нет, сэр! – Я даже подумать не мог, что у сержанта Холройда, всегда спокойного и невозмутимого, может быть настолько взволнованный голос. Даже испуганный, скорее… – Джонсон и Моралес сейчас рядом со мной, сэр!
– Тогда кто?! – теряя самые последние остатки самообладания, заорал я. – Да не молчите же вы там, Холройд!
– Он появился так внезапно, сэр! – растерянно проговорил Холройд. – Часовой не мог его не пропустить, а мы… Мы пытались остановить его, объяснить, что к чему…
– Кого – его? – что есть силы рявкнул я в мобильник. – О ком вы вообще говорите, сержант?!
– О полковнике Хилле, сэр! Он был в таком состоянии, что никого и слушать не пожелал!
Холройд еще что-то продолжал объяснять, но я его уже не слышал. Опустив руку с зажатым мобильником, я лишь тупо смотрел перед собой в одну точку. «Это конец! – билась в моей голове единственная связная мысль. – Это конец!» Уже не хотелось никаких преференций, ни служебных, ни материальных. Единственное, чего мне хотелось сейчас больше всего, так это скинуть с плеч тот непомерный груз ответственности, который я столь самонадеянно посмел взвалить на себя днем ранее. Или хотя бы разделить его с кем-либо… Однако разделить его с полковником Хиллом у меня, увы, уже не получится.
Вот почему я почти обрадовался, когда, войдя в собственный кабинет, обнаружил в нем мистера Смита. Того самого таинственного мистера Смита, которому я втайне от полковника Хилла передавал время от времени интересующие его сведения. Вряд ли это была его настоящая фамилия…
Мистер Смит восседал на моем стуле и, чуть наклонив голову к правому плечу, внимательно меня рассматривал.
– Сэр! – произнес я хрипло и сдавленно, и даже сам почувствовал, как предательски дрожит и срывается мой голос. – Я как раз собирался связаться с вами, чтобы… – недоговорив, я замолчал. Мистер Смит смотрел на меня в упор, и мне невольно пришлось продолжать. – …Чтобы сообщить вам о некоторых событиях, произошедших за последние двое суток. Совершенно невероятных событиях, – немного запоздало добавил я.
– Настолько невероятных, что я мог в них и не поверить, так?
Голос у мистера Смита был лениво-безразличный и даже добродушный, он всегда говорил со мной именно таким тоном, но это было обманчивое безразличие и сильно преувеличенное добродушие.
– И поэтому вы, сколько могли, откладывали свое сообщение? – произнес далее мистер Смит. – Но ситуация явно вышла из-под контроля, вы просто испугались ответственности, разве не так, Тед?
Я ничего не ответил. Да и что было отвечать? А мистер Смит, вытащив из лежащей перед ним коробки толстую коричневую сигару, некоторое время лишь взирал на нее. Вздохнув, он вернул сигару назад в коробку.
– Пытаюсь бросить, – пояснил он мне, хоть я ни о чем таком не спрашивал. – Вернее, ограничить суточное потребление. Но получается не очень. У тебя выпить не найдется? – неожиданно произнес мистер Смит…
Еще бы не нашлось у меня выпить!
– Коньяк подойдет, сэр? – спросил я, подходя к сейфу.
– Коньяк? – Мистер Смит недовольно поморщился. – А кроме коньяка?
Вытащив из заветного сейфа початую бутылку джина и водрузив ее на стол, я огляделся по сторонам в поисках посуды. Возле графина с водой обнаружился массивный стакан из толстого сиреневого стекла, наверное, он являлся единственным представителем своего рода в моем обширном кабинете. Посему стакан я пододвинул поближе к мистеру Смиту и тотчас же наполнил его на треть. Себе же набухал джин в пластиковый стаканчик для карандашей.
– Ну, будь! – сказал мистер Смит, поднимая стакан.
Он выпил, я последовал его примеру и только в процессе пития обнаружил, сколько же пыли и всякой дряни скопилось на стенках, донышке пластиковой карандашницы. Казалось, что стоило сполоснуть, да вот же не додумался. Да и как тут додуматься, когда голова совершенно другим забита?! Не показывая вида, я стоически допил свою порцию.
– Ну а теперь можно поговорить, – сказал мистер Смит и все же, чуть поколебавшись, зажег сигару. – Давай, выкладывай!
– Откуда начинать? – задал я довольно-таки глупый вопрос.
– С самого начала! – окутавшись синеватыми клубами дыма, проговорил мистер Смит. – Кое-что мне уже известно, но будем считать, что я впервые обо всем слышу. Именно сейчас и именно от тебя. Так что рассказывай, ничего не пропуская и с самыми мельчайшими подробностями. Уяснил?
И я принялся рассказывать. Все по порядку, начиная со вчерашнего утреннего известия о загадочном исчезновении в ангаре номер пять рядового третьего класса Морта Клейтона и заканчивая недавним тревожным звонком от сержанта Холройда о пропаже полковника Хилла. Единственное, о чем я не упомянул в своем докладе, так это о состоянии Джеймса на момент исчезновения.
Надо отдать мистеру Смиту должное: он выслушал меня, ни разу не перебив. И даже когда я закончил, некоторое время он задумчиво смотрел куда-то поверх моей головы, что-то прикидывая в уме.
– Ну и что ты об этом думаешь, Тед? – наконец-таки проговорил он. – Именно ты!
Надо же какая честь!
Я немедленно поделился с мистером Смитом своей догадкой об инопланетном вторжении, но, кажется, эта версия не показалась ему достаточно убедительной.
– Ты так считаешь? – вяло произнес мистер Смит и наполнил на треть свой стакан. – Тебе налить?
Я отказался.
Не настаивая больше, мистер Смит медленно поднес стакан ко рту, сделал глоток, неожиданно улыбнувшись.
– И что ты предлагаешь?
Наконец он смотрел прямо на меня. И, кажется, на полном серьезе ожидал от меня каких-то предложений, кои следует предпринять в этой непростой ситуации.
– Что мы должны сделать в первую очередь, Тед?
– Полная изоляция! – сказал я. – Полная секретность! Убрать всех посторонних, доставить специальную аппаратуру, начать всестороннее исследование данного феномена, чем бы он ни был вызван!
Высказав все это, я замолчал, а мистер Смит самодовольно улыбнулся и сделал еще глоток.
– Ты молодец, Тед! – сказал он, ставя стакан на стол. – И все это уже делается.
– Делается? – удивился я. – Уже?
– Вот именно! – Мистер Смит встал из-за стола и, подойдя к окну, жестом попросил меня приблизиться. – Кстати, можешь полюбоваться!
Бесплатный фрагмент закончился.