По роду службы ему часто приходилось вторгаться в мир чьих-либо грез и, причинив этому миру по возможности минимальный ущерб, приводить человека обратно – в реальную жизнь.
Проклятая, признаться, должность…
Вот и сейчас – ну что это за строение возвышалось перед ним? Храм не храм, дворец не дворец – нечто безумно вычурное и совершенно непригодное для жилья.
Он осторожно тронул костяшками пальцев металлическое кружево дверей, и все же стук получился громким и грубым. Как всегда.
С минуту все было тихо. Потом из глубины дворца послышались быстрые легкие шаги, тревожный шорох шелка – и двери отворились. На пороге, придерживая створки кончиками пальцев, стояла синеглазая юная дама ошеломительной красоты.
– Фрейлина государыни, – мелодично произнесла она, с удивлением разглядывая незнакомца.
«С ума сошла! – обескураженно подумал он. – Да разве можно окружать себя такими фрейлинами!»
В двух словах он изложил причину своего появления.
– Государыня назначила вам встречу? – переспросила фрейлина. – Но кто вы?
– Государыня знает.
Синеглазая дама еще раз с сомнением оглядела его нездешний наряд. Незнакомец явно не внушал ей доверия.
– Хорошо, – решилась она наконец, – Я проведу вас.
И они двинулись лабиринтом сводчатых коридоров. Он шел, машинально отмечая, откуда что заимствовано. Таинственный сумрак, мерцание красных лампад… И хоть бы одна деталь из какого-нибудь фильма! Можно подумать, что государыня вообще не ходит в кино.
– А где у вас тут темницы? – невольно поинтересовался он.
– Темницы? – изумилась фрейлина. – Но в замке нет темниц!
– Ну, одна-то по крайней мере должна быть, – понимающе усмехнулся он. – Я имею в виду ту темницу, где содержится некая женщина…
– Женщина? В темнице?
– Да, – небрежно подтвердил он. – Женщина. Ну, такая, знаете, сварливая, без особых примет… Почти каждую фразу начинает словами «Интересное дело!..»
Бесплатный фрагмент закончился.