Родители сознательно или бессознательно с рождения учат своих детей, как вести себя, о чем думать, что чувствовать и воспринимать. Освободиться от этого влияния нелегко, потому что оно глубоко укоренилось и совершенно необходимо для биологического и социального выживания в первые два или три десятилетия жизни. Такое освобождение возможно только тогда, когда индивидуум начинает независимую жизнь, то есть становится способен на осознание настоящего, спонтанность и близость, и понимает, что именно из родительского наследия хочет сохранить.
Бесполезно говорить Уайту, что на самом деле он не глуп. Он ведь и на самом деле может
быть не слишком умен и понимать это, что и послужило поводом к началу игры. Но существуют
особые сферы, в которых он не имеет себе равных; часто одна из таких сфер — психологическое
чутье. Не вредно проявить уважение к таким способностям — это не то же самое, что
неуклюжие попытки «внушить уверенность». Эти попытки могут дать ему лишь горькое
удовлетворение от сознания, что остальные еще глупее, чем он, но это слабое утешение. Такое
«внушение уверенности» не самая умная терапевтическая процедура; обычно это ход в игре «Я
только пытаюсь вам помочь». Антитезис «Дурачка» не замена его другой игрой, а отказ от игры
вообще
Повседневная жизнь предоставляет очень мало возможностей для человеческой близости. Кроме того, многие формы близости (особенно интенсивной) для большинства людей психологически неприемлемы. Поэтому в социальной жизни весьма значительную часть составляют игры.К счастью, свободная от игр человеческая близость, которая по сути есть и должна быть самой совершенной формой человеческих взаимоотношений, приносит такое ни с чем не сравнимое удовольствие, что даже люди с неустойчивым равновесием могут вполне безопасно и даже с радостью отказаться от игр, если им посчастливилось найти партнера для таких взаимоотношений.Один из элементов в игре «Ну почему такое случается именно со мной?» является результатом, который я называю гордостью наизнанку: «Мои несчастья лучше ваших». Эта черта часто наблюдается у параноидальных личностей.Интересный вариант этой же игры можно наблюдать у хорошо приспособленных к жизни людей, которым постоянно сопутствует успех, часто превышающий их собственные ожидания. В таких случаях ПТСМ может подвести человека к серьезным, конструктивным размышлениям и даже к развитию его личности в самом лучшем смысле этою слова. Тогда игра может обрести вид «Что хорошего я сделал, чтобы заслужить все это?»Игра «Ну что, попался, негодяй!» рассчитана на двух игроков, и ее следует отличать от игры «Подумайте, какой ужас!» (ПКУ), в которой Водящий стремится обнаружить несправедливость, чтобы пожаловаться третьему лицу; поэтому игра включает трех игроков: Агрессора, Жертву и Доверенное лицо. Девиз этой игры – «Беда никогда не приходит одна». Доверенное лицо обычно играет в ту же игру.
Хотя ПТСМ и рассчитана также на трех игроков, но Водящий в ней пытается установить собственное превосходство по количеству обрушивающихся на него несчастий и с негодованием отвергает попытки других неудачников соперничать с ним.
Игра НУПН имеет также профессиональный коммерческий вариант для трех игроков, а именно шантаж. В более-менее скрытой форме она существует и как супружеская игра только для двух участников.«Посмотри, что я из-за тебя сделал» второй степени. Когда игра ПЧЯТС является не просто защитным механизмом, используемым от случая к случаю, а образом жизни человека, тогда Уайт женится на женщине, которая играет в «Я всего лишь пытаюсь помочь тебе» или в какой-нибудь близкий вариант этой игры. Он с легкостью передоверяет жене решение всех проблем. Часто это происходит под маской тактичности или галантности. Муж может любезно дать право жене выбрать, куда пойти пообедать или какой фильм посмотреть. Если выбор окажется удачным, то он тоже получит удовольствие. В противном случае он может прямо или косвенно упрекнуть жену: «Ты меня в это втянула» (простой вариант ПЧЯТС). Или, например, супруг может полностью доверить жене вопросы воспитания детей, оставив себе роль простого исполнителя. Если же с детьми возникнут осложнения, то он прибегнет к игре ПЧЯТС в чистом виде. На основе этого фундамента, заложенною еще много лет назад, он сможет обвинть жену во всех неудачах их детей. В этом случае ПЧЯТС – не самоцель, а лишь ход, попутно приносящий мимолетное удовольствие, в таких играх, как «Ну, что я тебе говорил!» или «Посмотри, что ты наделала!». В этой игре обычно участвуют люди, которые ведут себя так, будто на них написано: «Пожалуйста, не бейте меня». Искушение почти всегда непреодолимо, поэтому после вполне естественного исхода Уайт жалобно восклицает: «Но ведь весь мой вид ясно говорил: „Не бейте меня“!» После этого он чаще всего недоуменно добавляет: «Ну почему такое случается именно со мной?» (ПТСМ). С клинической точки зрения игра ПТСМ может интроецироваться и надеть маску стандартного клише из игры «Психиатрия»: «Когда я нахожусь в состоянии стресса, я совершенно не в себе». Один из элементов в игре ПТСМ является результатом, который я называю гордостью наизнанку: «Мои несчастья лучше ваших». Эта черта часто наблюдается у параноидальных личностей.Если домашней хозяйке удается установить свой собственный темп работы, если она умеет находить удовлетворение в любви к своим детям и мужу, то ее многолетняя домашняя служба будет ей не только не в тягость, а даже в удовольствие. И когда она наконец отправит в колледж своего самого младшего ребенка, то может почувствовать себя одинокой.
Встречаются женщины, которых, с одной стороны, преследует ее собственный внутренний Родитель и критически настроенный муж, постоянно требующий с нее отчета, а с другой – ей не удается найти достаточного удовлетворения в любви к своей семье. В такой ситуации она может чувствовать себя все более и более несчастной. Скорее всего серьезная болезнь мужа в данном случае не завоюет женщину, а заставит ее почувствовать себя в западне.Исходные предпосылки «Изъяна» могут варьировать от мелких и поверхностных («На ней прошлогодняя шляпка») до самых циничных («У него нет 7000 долларов в банке»), зловещих («Не стопроцентный ариец»), эзотерических («Не читал Рильке» 17), интимных («Он импотент») или рефлексирующих («Что он этим пытается доказать?»). С психодинамической точки зрения чаще всего основой игры является сексуальная неуверенность, а ее целью – самоутверждение. В трансакционном плане мы в основном имеем дело с нездоровым любопытством и стремлением совать нос в чужие дела. Причем удовольствие, которое при этом испытывает Ребенок, иногда маскируется филантропической озабоченностью Родителя или Взрослого. Внутреннее психологическое «вознаграждение» игры состоит в защите от депрессии, а внешнее психологически «вознаграждение» – в избегании близости, которая может обнаружить изъяны самого Уайта. Он чувствует себя вправе, например, отказаться от общения с немодно одетой женщиной, небогатым или неуверенным в себе человеком. В то же время вмешательство в чужие дела влечет за собой некоторые внутренние социальные действия, сопровождаемые биологическим выигрышем. Внешнее социальное «вознаграждение» принадлежит к группе игр «Подумайте, какой ужас!».
Интересно отметить, что выбор Уайтом исходной посылки не зависит ни от его интеллекта, ни от кругозора. Так, некий человек, занимавший ответственный пост в министерстве иностранных дел, однажды официально заявил на лекции, что другая страна не столь высокоразвита, как его государство, в частности потому, что ее мужское население носит пиджаки со слишком длинными рукавами. Во Взрослом состоянии этот человек, наверное, был вполне компетентен. Но он мог упомянуть о такой не относящейся к делу детали, только играя в Родительскую игру типа «Изъян».Например, женщина приходит в незнакомую компанию, и, еще не успев освоиться, вызывающе приподнимает ногу, привлекая к себе всеобщее внимание, и восклицает: «Ах, боже мой, у меня чулок пополз!» Это делается с расчетом возбудить сексуальный интерес у мужчин и разозлить остальных женщин. Конечно, на любые замечания относительно ее поведения Уайт отвечает протестами, призванными свидетельствовать о ее невинности, или же встречными обвинениями. Это делает игру похожей на классический вариант «Динамо». Отличительной чертой является отсутствие у Уайт умения адаптироваться в ситуации. Она почти никогда не стремится понять, что за люди ее окружают, или дождаться подходящего момента для своего маневра. Поэтому ее ход сразу же бросается в глаза как неуместный и ставит под угрозу ее взаимоотношения с другими членами группы. Несмотря на некоторую поверхностную «утонченность», она так всю жизнь и не может понять, что с ней происходит, так как судит о людях слишком цинично. Ее цель – показать, что окружающие ее люди похотливы, причем ее Ребенок и Родитель надувают ее Взрослого и не дают ему заметить ее собственное вызывающее поведение и здравомыслие большинства окружающих ее людей. Следовательно, эта игра саморазрушительная.
Женщины с более ярко выраженной патологией, имеющие большой бюст, часто сидят, заложив руки за голову, чтобы привлечь к нему внимание. Иногда они дополнительно привлекают внимание, упомянув о размере бюста или о какой-нибудь своей болезни, например, опухоли.
Смысл Игры состоит в том, что женщина демонстрирует своим поведением сексуальную доступность. Поэтому игра может приобретать и более символический вид, когда в нее играют недавно овдовевшие женщины, неискренне демонстрирующие свое положение вдовы.Более искушенная женщина, которая вполне сознательно собирается завести роман с подобным человеком или женить его на себе (при этом она восхищается им совершенно искренне), может прекрасно отдавать себе отчет в его слабостях. Она может даже использовать их, чтобы добиться своей цели. В зависимости от того, какой из этих двух типов женщин принимает участие в игре, она будет состоять либо в идеализации недостатков, либо в их использовании; при этом мы называем данную форму игры искренней, потому что женщины обоих типов действительно восхищаются деяниями своего избранника, которые они вполне способны правильно оценить.
В лицемерном варианте игры Мергитройд может быть великолепен, а может и не быть таковым, но ему приходится иметь дело с женщиной, в любом случае неспособной по-настоящему оценить его, например с женщиной легкого поведения. Она играет в игру «Я бедняжечка» и использует АВВММ как откровенную лесть, чтобы добиться своего. В глубине души она либо озадачена его поведением, либо потешается над ним. Но сам он ей безразличен, по– настоящему ее интересуют только блага и престиж, связанные с его именем.Промежуток между времяпрепровождениями и истинной близостью как бы прослоен играми. Повторяющиеся времяпрепровождения, такие, например, как вечеринки в честь продвижения по службе, в конце концов приедаются. Близость, в свою очередь, требует тщательной осмотрительности, причем и Родитель, и Взрослый, и Ребенок обычно настроены против нее. Американское общество в основном не поощряет искренности (кроме как в интимной обстановке), так как здравый смысл предполагает, что искренность всегда можно использовать с дурным умыслом. А Ребенок опасается ее, потому что знает: она может повлечь за собой разоблачение. Поэтому, чтобы отвязаться от скуки времяпрепровождения, не подвергая себя опасностям, сопутствующим близости, большинство людей в качестве компромиссного решения приходят к играм, если только они доступны. Они-то и составляют большую и весьма значимую часть человеческого общения. В этом, состоит социальное значение игр.Наши наблюдения свидетельствуют о том, что интенсивнее всего играют люди, утратившие душевное равновесие. Весьма любопытно, однако, что некоторые шизофреники отказываются участвовать в играх и с самого начала требуют прямолинейности. В обыденной жизни с наибольшей отдачей играют два типа людей, которых мы назовем Брюзгой и Ничтожеством или Обывателем.
Брюзга – это человек, чаще всего обиженный на свою мать. При внимательном исследовании выясняется, что он обижен на нее с раннего детства. Наверное, у него есть вполне основательные «детские» причины для обиды, например, возможно, в его раннем детском возрасте мать заболела и долго лежала в больнице, как бы предав его в критический период. А может быть, он не был счастлив из-за того, что она родила слишком много братьев и сестер? Иногда «предательство» выглядит более злонамеренным, например мать отправляет ребенка на ферму к своим родителям, чтобы вторично выйти замуж. А ребенок с тех пор остается обиженным на весь мир. Будучи взрослым, этот человек не любит женщин, хотя может быть донжуаном. Поскольку с детских лет он дуется вполне намеренно, то свое решение может отменить в любой момент (именно так и поступают дети, когда подходит время обеда). И взрослый (Брюзга), и маленький мальчик отменяют решение дуться на одних и тех же условиях: он должен иметь возможность не уронить своего достоинства и ему «обязаны» предложить что-то стоящее взамен его привилегии быть обиженным. Иногда, отказавшись от роли обиженного, пациент может прервать, например, игру «Психиатрия», которая в противном случае может тянуться годами. Для этого необходимо тщательно подготовить пациента, найти умелый подход к нему и выбрать подходящий момент. Бестактность и запугивание со стороны психотерапевта будут иметь такой же эффект, как в случае с надувшимся ребенком. В конце концов пациент «отомстит» психотерапевту за его неправильное обращение с ним точно так же, как ребенок может затаить обиду на своих бестактных родителей.
С Брюзгой женского пола ситуация обычно такая же, если она злится на своего отца. Но при этом надо учитывать, что ее игра «Калека» («Что вы хотите от женщины, у которой был такой отец?») требует от мужчины– психотерапевта большого такта и дипломатичности. Иначе он рискует оказаться в положении отца этой женщины, то есть быть отнесенным к тому же классу людей, куда попадают все мужчины, похожие на отца.Большинство представителей человеческого рода навсегда утрачивают возможность стать живописцами, поэтами или музыкантами, так как они очень рано теряют способность непосредственно видеть или слышать. Это происходит из-за того, что они получают все из вторых рук.Обретение способности вновь видеть и слышать непосредственно мы называем «включенностью в настоящее». По своей психологической природе «включенность» представляет собой восприятие, родственное эйдетическим образам 29. Возможно, у некоторых индивидов такое восприятие существует в области вкусовых и обонятельных ощущений, что открывает большие возможности в соответствующих сферах деятельности, например, кондитерам, косметологам, поварам, чья вечная проблема состоит в том, чтобы найти аудиторию, способную оценить их произведения.К четвертой категории относятся люди, «включенные» в окружающее, которые никуда не торопятся, потому что живут в настоящем, как бы в гармонии со всем окружающим их миром, небом, деревьями и ощущением движения. Торопиться – значит пренебрегать этим миром и думать только о том, чего еще не видно за поворотом дороги, или о самых обыкновенных препятствиях, или исключительно о себе. Как-то один китаец спешил на электричку. А сопровождающий его европеец заметил, что они могут сэкономить двадцать минут, если сядут на экспресс. Они так и сделали. Когда они сошли у Центрального парка, человек, спешивший на электричку, к большому удивлению своего друга, уселся на скамью. «Если мы сэкономили двадцать минут, – объяснил он, – то можем позволить себе посидеть эти двадцать минут здесь, наслаждаясь пейзажем». Человек, «включенный» в окружающее, знает, что он чувствует, где находится и какое сейчас время. Он знает, что после его смерти деревья будут расти, как и прежде, но он их уже не увидит, поэтому он хочет увидеть их сейчас со всей остротой, на которую способен.
«Спонтанность» означает возможность выбора, возможность свободно самому решать, какие чувства (Родителя, Взрослого или Ребенка) испытывать и каким образом их выражать. «Спонтанность означает освобождение от принуждения играть в игры и владеть только теми чувствами, которые были воспитаны.
«Близость» представляет собой спонтанное, свободное от игр чистосердечное поведение человека, осознающего окружающее, освобождение, эйдетически-воспринимающего мир глазами неиспорченного Ребенка, который со всей искренностью живет в настоящем. Можно экспериментально показать [Эффективное экспериментальное использование трансакционного анализа требует специального образования и опыта. Отличить игру от времяпрепровождения порой ничуть не легче, чем отличить звезду от планеты.
– Прим. автора.], что эйдетическое восприятие пробуждает привязанность, а чистосердечие мобилизует позитивные чувства. Известен даже такой феномен, как «односторонняя близость». С ним хорошо знакомы люди, умеющие пленять своих партнеров, оставаясь при этом невовлеченными. Человек добивается этого, поощряя собеседника смотреть ему в лицо, высказываться свободно и чистосердечно, в то время как соблазнитель (или соблазнительница) лишь делает вид, что их чувства взаимны.
«Близость», по существу, является функцией естественного ребенка, хотя и имеет сложную психологическую и социологическую основу. Она, как правило, не приводит к неприятностям, если не вмешивается какая-нибудь игра. Обычно близости угрожает стремление приспособиться к Родительскому влиянию. Маленькие дети (пока они не испорчены) в большинстве своем предстают существами любящими, а это и есть истинная природа близости.
Сознательно или неосознанно все родители с колыбели учат своих детей думать, чувствовать, воспринимать окружающий мир. Освободиться от этого влияния ребенку нелегко, поскольку оно обычно бывает глубоко укоренившимся. К тому же в первые два-три десятилетия жизни человека оно необходимо для биологического и социального выживания. Освобождение от родительского влияния становится возможным только тогда, когда человек достигает независимости, то есть приобретает умение жить «включенным» в настоящее, действовать спонтанно и достигать близости с другими людьми. Кроме того. в это время он уже свободен в выборе, то есть понимает, что именно из родительского наследия он хочет оставить себе. На ранних этапах жизни человек решает, как он намерен приспособиться к родительскому влиянию. Его адаптация представляет собой последовательность решении, и именно поэтому при благоприятных обстоятельствах решения бывают обратимыми. Причем ниспровержение никуда не бывает окончательным: непрерывная борьба против возврата к старым привычкам чаще всего продолжается всю жизнь.Некоторые счастливые люди обладают свойством, которое выходит за пределы всех классификаций поведения. Это свойство – «включенность» в настоящее. Другое их свойство, гораздо более важное, чем любое предварительное планирование, – спонтанность. У них есть нечто куда более ценное, чем игры, – близость. Но все эти три свойства для неподготовленных людей опасны. Может быть, им лучше оставаться такими, какие они есть, и искать решение своих проблем в популярных социальных методах, например в чувстве общности с другими людьми. Это может означать, что для многих представителей рода человеческого впереди прекрасные надежды и большие перспективы.
К счастью, свободная от игр подлинная человеческая близость, которая есть или, по крайней мере, должна быть высшей формой человеческого бытия, приносит такое огромное вознаграждение, что даже личности с неустойчивым равновесием могут без страха и сожаления отказаться от игр, если им посчастливится встретить такого близкого человека.
На крыс, испытывающих недостаток сенсорных ощущений, одинаково положительно влияют поглаживания и удары тока.
В первой части излагается теория, необходимая для анализа и понимания игр. Часть вторая содержит описания игр. В третьей части изложен новый клинический и теоретический материал, который позволяет расширить наши представления о том, что значит быть свободным от игр.
«Близость означает спонтанную, свободную от игры откровенность осознающего человека, свободу эйдетического восприятия неиспорченного Ребенка, со всей наивностью и непосредственностью живущего здесь и сейчас».
Подтверждение структурного анализа можно наблюдать в случаях алкогольного опьянения. Обычно первым отключается Родитель, и тогда приспособившийся Ребенок освобождается от Родительского влияния и преобразуется в Ребенка естественного.
никто из присутствующих не находит ничего интереснее, чем заметить: «Вам не кажется, что сегодня вечером стены перпендикулярны?
Придется учиться иметь дело с едва уловимыми, иногда только символическими формами физической близости: рукопожатием, иногда просто вежливым поклоном – хотя врожденное стремление к физическому контакту не исчезнет никогда.