– Благодарю за доброе слово, мсье Бриссо. Итак, вы не запрещаете мне надеяться?
– Не спешите, виконт. Слишком много происшествий могут воспрепятствовать осуществлению ваших желаний, так что я не смею поощрять их. Продолжайте помогать мне с тем же усердием, как и прежде, а после, в более спокойное время, мы вернемся к этому разговору.
– Мсье Бриссо, – растроганно произнес Мартиньи, крепко пожимая руку торговцу, – я не могу просить вас о большем, по крайней мере теперь. Уверенность в вашем расположении ко мне придает мне силы и, возможно, я заслужу награду, к которой стремлюсь… Впрочем, – продолжал он с таинственным видом – ничто не могло бы поколебать мою преданность вам, потому что уже давно, хотя вы этого не подозреваете, интересы у нас общие.
– Что вы этим хотите сказать? – удивился Бриссо.
Виконт не успел ответить, так как в магазин постучали. Бриссо схватился за ружье, а Мартиньи направился к двери. Взглянув в щель ставня, он увидел Педро и четырех других приказчиков. Удостоверившись, что они были одни, он открыл дверь и сказал вполголоса:
– Проходите скорее.
Не было необходимости повторять им это приглашение, и как только они вошли, Мартиньи поспешил снова запереть дверь.
Приказчики казались очень испуганными, потому что слышали угрозы золотоискателей в адрес торговцев и их хозяина в особенности. По их мнению, нападения на магазин ждать осталось недолго. Золотоискатели были вооружены, а спиртное, которым они накачивались с утра, еще больше распаляло их. Приказчики слышали, как они грозились сжечь лавки и убить торговцев.
Только трусливый Фернанд, казалось, не унывал.
– Придется защищаться, – говорил он, схватив одно из ружей, приготовленных Мартиньи. – Хотя не на нас, простых приказчиков, сердятся золотоискатели. Но если хотят напасть на нашего любезного хозяина – это все равно как если бы хотели напасть на нас. Он такой добрый, такой великодушный! Мы все равно что его дети!
Однако эти слова не произвели особого впечатления на его товарищей.
– Если мы будем сопротивляться, – сказал один из них, – нас всех убьют.
– Да и что мы можем сделать против тысячи человек? – вздохнул обреченно другой.
– Вы трусы, – воскликнул Фернанд. – Неблагодарно было бы не защитить хозяина, хлеб которого мы ели. Даже если мне придется сражаться одному возле мсье Бриссо и мсье де Мартиньи, я их не оставлю.
И он с преувеличенным усердием принялся заряжать свое ружье.
Бриссо взглянул на виконта.
– Ну, что вы думаете?.. – спросил он шепотом.
– Гм?.. Слишком много усердия… Будем наблюдать за ним.
Мартиньи раздал приказчикам ружья и пистолеты, назначив каждому свой пост на случай нападения. Однако видно было, что они трусят. Не стесняясь, Бриссо, они то и дело повторяли, что это сопротивление кончится только тем, что их всех убьют.
– Что за нужда? – возражал Фернанд. – Мы не можем малодушно оставить хозяина. Да, опасность велика, и, по всей вероятности, мы погибнем. Но мы умрем как люди храбрые, защищая своего хозяина. Да здравствует мсье Бриссо!
Разумеется, эти слова не встретили поддержки у приказчиков. Однако Фернанд продолжал суетиться и предлагал самые нелепые планы для зашиты магазина. Мартиньи нашел лучший способ взбодрить будущих воинов: он накормил их хорошим обедом и угостил коньяком.
Остаток дня прошел без происшествий. Время от времени мимо магазина проходили многочисленные группы золотоискателей и слышались крики, но этим все и ограничивалось.
В магазине тем временем стало совершенно темно, и защитники могли узнавать друг друга только по голосу. Фернанд предложил зажечь свечу, однако Мартиньи решительно этому воспротивился, заявив, что за ними могут наблюдать через щели. Но на самом же деле он опасался, что Фернанд таким образом намеревается подать знак своим сообщникам.
Ближе к полуночи виконт начал было уже сомневаться в своих предположениях, как вдруг на улице раздались неистовые крики, за которыми последовали ружейные выстрелы.
– Начинается! – тихо сказал Мартиньи.
– Не находите ли вы, что эта суматоха происходит на другом конце города? – с волнением спросил Бриссо. – Если золотоискатели вздумали решиться на что-нибудь, то они не отважатся напасть на наш квартал. Ведь поблизости находятся солдаты.
– Не будем полагаться на это, – возразил виконт. – Что тут происходит? – прибавил он, прислушиваясь.
Выстрелы раздались с другой стороны.
– Стреляют сразу в нескольких местах, – продолжал виконт. – Что это может означать?
– Давайте откроем дверь и посмотрим, что происходит, – предложил один из приказчиков, – а при опасности вернемся.
– Да-да, выйдем! – поддержали его другие.
Они бросились открывать дверь, возможно, намереваясь убежать, но Бриссо остановил их.
– Никто не должен трогаться с места! – крикнул он и обратился к Мартиньи: – Я тоже считаю, что было бы полезно узнать, что там происходит.
– Подождите… Я, кажется, придумал, как это сделать, – сказал виконт.
На крыше магазина была надстройка, нечто вроде стеклянного купола, пропускавшего свет внутрь. Мартиньи поставил на прилавок самую большую лестницу, какая только нашлась в магазине, и с удовольствием констатировал, что она как раз достает до надстройки. Прошептав что-то Бриссо, Мартиньи проворно вскарабкался по лестнице и с высоты этой импровизированной обсерватории мог осмотреть часть города.
Зрелище было зловещим. На фоне темного неба постройки выглядели бесформенными черными массами. Во всем городе горело всего три или четыре фонаря. Обширное пространство равнины было погружено во мрак. Лишь кое-где в окнах Мартиньи различил слабый отсвет свечей. В тех местах города, откуда раздавались крики и ружейные выстрелы, красное пламя, увеличивавшееся с каждой минутой, освещало горизонт.
До Мартиньи донесся голос Бриссо, в котором слышалось нетерпение.
– Ну, что вы видите?
Виконт вместо ответа спустился в магазин.
– Смотрите сами, – глухо сказал он.
Бриссо поднялся по лестнице, когда через несколько минут он спустился, голос его дрожал.
– Пожар в немецком квартале и на Мельбурнской улице, – прошептал он. – Однако при отсутствии ветра его легко будет потушить. Опасность еще далека от нас.
– Слышали вы какой-нибудь шум около магазина?
– Нет. В этой части города спокойно.
– Тем хуже.
– Что вы говорите? Почему?
– Я говорю, что это спокойствие мне кажется подозрительным. Я полагал бы… – Мартиньи оборвал фразу на полуслове. – Черт побери, что они там делают? – закричал он.
Пока Мартиньи и Бриссо смотрели, что происходит в городе, приказчики с живостью о чем-то шептались. Потом раздался звук, похожий на звон разбившегося сосуда, и какая-то жидкость полилась на пол.
– Это я, – раздался голос Фернанда. – Боюсь, я что-то разбил. Вы запретили зажигать свет, и я ткнул ружьем… не знаю во что.
– Сейчас посмотрим, – пробурчал Мартиньи, чиркая спичкой.
Он подошел, а за ним Бриссо, к тому месту, где был испанец. В этой части магазина вдоль стены стояли на полках большие глиняные сосуды с маслом и эссенциями. Оказалось, что Фернанд попал ружьем в два таких сосуда и разбил их. Жидкость текла по товарам, лежавшим внизу, и крупными каплями падала на пол.
– Вы заплатите за убыток, – сердито сказал Бриссо. – Что вы искали здесь?
– Боже мой, хозяин, – ответил Фернанд в замешательстве, – я просто поскользнулся и из предосторожности приподнял ружье. Дуло наткнулось на эти проклятые сосуды и…
– Мы поправим завтра эту беду, – перебил его Мартиньи. – Пожалуйста, мсье Бриссо, посмотрите, что происходит в городе.
Бриссо поспешил к лестнице. Виконт, задув свечу, схватил Фернанда за руку и сжал ее, как в тисках.
– Итак, – прошептал он, наклонившись к его уху, – с той стороны начнется пожар? Конечно, товары будут гореть лучше, когда пропитаются маслом, не так ли?
Испанец тщетно старался высвободиться.
– Я вас не понимаю… Выпустите меня… Вы сломаете мне руку!
– Предупреждаю: я убью тебя как собаку, если увижу новое доказательство измены!
Он отпустил руку приказчика и вернулся к Бриссо, который поспешно спускался с лестницы.
– Начался новый пожар, – сказал торговец, – и мне показалось, что около магазина копошатся какие-то люди.
– Черт побери! – прошептал Мартиньи.
И он полез на крышу.
Бриссо сказал правду: начался еще один пожар, сильнее и ближе других. В его отсвете Мартиньи заметил людей, окружавших магазин. Некоторые из них, неся на руках какие-то большие тюки, направлялись в переулок. Из стеклянного купола виконт не мог видеть, что там происходило, и терялся в догадках.
Снизу его окликнул Бриссо, прося спуститься.
– Слышите? – спросил он.
За стеной со стороны переулка слышались какие-то странные звуки, напоминавшие шуршание веток. Мартиньи вздрогнул, поняв, что означают эти звуки: магазин собирались поджечь. Но он не успел поделиться своими опасениями с Бриссо, потому что снаружи раздался свист, и неизвестные поджигатели остановились, как бы ожидая ответа на свой сигнал.
Мартиньи схватил Фернанда за ворот, приставил револьвер к его груди и сказал ему на ухо:
– Только тронься с места, и будешь мертв.
– Я… я не имею ни малейшей охоты, – ответил тот, дрожа.
Сообщник испанца снова свистнул. Виконт почувствовал, как напрягся в его руках Фернанд.
– Они убежали или спят, – послышался голос в переулке. – Надо кончать.
Мартиньи не удивился, услышав испанскую речь.
– Подожди, – возразил другой. – Они там, я в этом уверен. Кроме того, мне хотелось бы сказать им два слова, прежде чем мы их прикончим. Притом они должны нас впустить.
– Дьявол! Мы не можем терять времени: нас могут увидеть полисмены. Не будем ждать никого – это вернее.
Сквозь щели в стене сверкнуло пламя.
Сомнений не было: магазин окружен людьми, замышлявшими грабеж, а может быть, и убийство. Мартиньи больше не колебался. Оттолкнув Фернанда, он схватил ружье и выстрелил в стену, за которой находились злоумышленники.
Но выстрел не достиг цели, о чем свидетельствовал громкий хохот за стеной. Видимо, пули попали в тюк с товарами.
– Я же вам говорил, что они там! – закричал голос, уже знакомый виконту. – За работу же! На этот раз мы им отплатим!
Около магазина слышались шаги, какая-то возня. Судя по дыму, начавшему проникать в магазин, и по треску пламени, огонь разгорался.
Потом кто-то попытался открыть дверь. Попытка не удалась, и тогда злоумышленник принялся работать топором. Нечего было сомневаться, что эта ненадежная преграда скоро разлетится вдребезги.
– Все сюда! – закричал Мартиньи. – Стреляйте в дверь!
Последовал нестройный залп, по-видимому, не причинивший вреда находившимся снаружи, потому что топор продолжал рубить доски, уже начинавшие трескаться, зато пуля одного из стрелявших – или от неловкости, или от страха – пролетела мимо щеки Мартиньи, но в горячке он не заметил этого.
– Проворнее заряжайте ружья! – командовал виконт. – А мы, Бриссо, выстрелим из наших револьверов.
Но если ружья большого калибра не могли поразить нападавших, то что можно было ожидать от револьверных пуль? А между тем от двери летели щепки, и сквозь дырки в досках можно было различить силуэты неприятелей.
– Теперь ваша очередь, молодые люди! – закричал Мартиньи. – Цельтесь в этих негодяев!
К его величайшему удивлению, выстрелов не последовало. Он поспешно обернулся – приказчиков не было.
– Фернанд! Педро! Лендольф! – позвал Мартиньи. – Где вы?
– Неужели подлецы бросили нас? – воскликнул Бриссо.
– Черт побери, вы правы! Я забыл про потайную дверь. Фернанд без сомнения, показал им ее. Надо их удержать. Они наверняка еще не успели выйти.
В самом деле, там, где находилась потайная дверь, слышались торопливые шаги и шорох.
Мартиньи и Бриссо, натыкаясь впотьмах на мебель и тюки, поспешили туда. К счастью, в отсвете пожара, пробиравшегося сквозь тонкую перегородку, они увидели приказчиков, суетившихся около потайной двери, уже открытой. Мартиньи бросился к ним.
– Фернанд! Проклятый предатель! – закричал он. – Ты дорого заплатишь за измену! Клянусь, я…
Он не закончил: несколько человек, которых он принял за приказчиков, бросились на него, между тем как другие схватили Бриссо. Через минуту они лежали связанные с кляпом во рту. Все произошло так неожиданно, что Мартиньи не успел даже подумать о сопротивлении.
Один из негодяев, стоявший рядом с виконтом, спросил по-испански:
– Это человек с алмазом?
– Да, – ответил голос, походивший на голос Фернанда.
– А второй – хозяин магазина, этот торговец с жестоким сердцем, который так нас притеснял и недавно убил нашего бедного Альвареса?
– Это он, сеньор Гуцман, – отвечал тот же голос. – Вы не можете ненавидеть его так, как ненавижу его я… его и другого, француза, у которого есть дорогой алмаз.
– Ну, так сделаем же то, о чем мы договорились, – продолжал тот, кого называли Гуцманом и который был главарем шайки.
Мартиньи почувствовал, что его обыскивают. В один миг его оружие, бумаги, деньги сделались добычей грабителей. Он сопротивлялся и испускал невнятные крики, призывая на помощь Бриссо, но тот и сам находился в опасности, потому что, сумев освободиться от кляпа, прохрипел:
– Помогите!.. Помогите!
Виконт не мог даже повернуться, чтобы посмотреть, в чем дело. Он слышал судорожные хрипы, а потом голос торговца вдруг замолк, как будто ему стиснули горло.
Тем временем огонь добрался до товаров, облитых маслом по милости мнимой неловкости Фернанда. Дым сделался такой едкий и густой, что с трудом можно было дышать.
– Поскорее! – услышал Мартиньи. – Огонь добрался до прилавков, а бочонок с порохом еще находится здесь.
– С хозяином кончено, – сказал Фернанд позади Мартиньи, – мы применили к нему закон Линча. Он так любил свои товары, что сгорит с ними вместе. А вы кончили ваше дело?
– Мы не нашли ничего. Наверное, нас обманули.
– Невозможно! – возразил Фернанд. – Алмаз находится при нем, я в этом уверен!
Мартиньи почувствовал, что его рот освободили от кляпа, но тотчас длинный нож был приставлен к его сердцу и его спросили на дурном английском:
– Где твой алмаз?
Мартиньи, почти задохнувшийся, не мог говорить. Несколько раз глубоко вздохнув, он спросил:
– Чего вы хотите от меня?
– Что ты сделал со своим алмазом? Ну, говори!
Виконт тянул время.
– С моим алмазом?
– Где он? Говори, или я распорю тебе брюхо, чтобы посмотреть, не проглотил ли ты его.
– Это была бы пища нездоровая, – возразил Мартиньи.
– Где он? – с угрозой в голосе повторил злодей.
– У черта! Куда вы, рано или поздно, отправитесь сами.
Спрашивавший зарычал от ярости.
– Скорее! Скорее! – раздались на улице испуганные голоса. – Полисмены, маори1 и черная стража идут сюда! Маори на приисках очень боялись из-за их свирепости, так же как и черную стражу, которая состояла из австралийцев.
– Торопитесь, сеньоры! – закричал Фернанд. – Огонь подбирается к бочонку с порохом!
Большинство ворвавшихся в магазин поспешили к потайной двери. Только двое остались возле Мартиньи, главарь шайки и Фернанд.
– Ну, – произнес первый глухим голосом, напирая кинжалом на грудь виконта, – скажешь ли ты, наконец, что ты сделал с алмазом?
– Как, вы не нашли его в моих карманах? Дайте-ка я сам посмотрю…
Фернанд чиркнул ножом, освобождая руки виконта от веревок. Он приподнялся и сделал вид, будто ищет в своей изорванной одежде вещь, которой так жадно от него добивались, но на самом деле ему хотелось видеть лица своих врагов.
– Скорее! Скорее! – торопил его мексиканец.
– Торопитесь, – повторил Фернанд, – или мы взлетим на воздух.
Мартиньи вместо того, чтобы отдать им то, чего у него не было, вдруг оттолкнул руку, державшую кинжал, и закричал что было сил:
– Ко мне, полисмены, меня убивают!
Гуцман в ярости бросился на него.
Мартиньи был силен и проворен, но Гуцману все-таки удалось нанести ему удар. В последний момент Мартиньи дернулся, и острый кинжал, коснувшись его шеи, вонзился в плечо. Удар был так силен, что виконт опрокинулся навзничь, обливаясь кровью.
Гуцман, может быть, добил бы его, но Фернанд закричал ему, стоя у потайной двери:
– Подумайте о себе, сеньор! Француз сгорит через несколько минут. Посмотрите, бочонок с порохом вот-вот взорвется!
Гуцман с первого взгляда убедился в справедливости этого предостережения. Убежденный, что виконт не сможет спастись, он поспешил следом за Фернандом.
Мартиньи, серьезно раненный, все же не лишился чувств. Когда Гуцман покинул магазин, он с трудом приподнялся и осмотрелся. Его особенно тревожил Бриссо, обреченный, как и он, на смерть в огне. Сквозь клубы дыма виконт увидел фигуру человека, судорожно дергающего ногами и услыхал глухой стон.
Стараясь не потерять сознания от резкой боли в плече, Мартиньи пополз туда. Его глазам предстала странная картина: негодяи повесили бедного торговца на столбе, поддерживающем крышу магазина.
К счастью, Бриссо был еще жив: злодеи, уверенные в успехе своего предприятия, использовали слишком толстую веревку с намерением продлить его страдания – Бриссо рвался, болтая ногами в нескольких дюймах от земли, испуская невнятные звуки, которые и привлекли внимание Мартиньи. Он пытался руками держаться за столб, но силы его истощались и несчастный уже хрипел. Еще несколько минут, – и всякая помощь была бы для него бесполезна.
Виконт попытался подняться на ноги и достать до той части столба, где была привязана веревка, но боль в плече, нестерпимый жар, удушливый дым не позволили ему это сделать. В отчаянии он хотел позвать на помощь – голос его прервался. Притом никто не осмелился бы войти в магазин, охваченный огнем. До него доносились крики с улицы:
– Порох, порох! Магазин сейчас взлетит на воздух!
Мартиньи посмотрел на Бриссо. Ему показалось, что глаза торговца умоляют о помощи, руки царапали столб, слабые вздохи вырвались из его горла. Как будто он хотел что-то сказать.
– Черт побери! – прошептал Мартиньи. – Мы не можем умереть так глупо! Еще одно усилие… смелее!
Он сумел наконец подняться на ноги и прислонился к столбу, однако отвязать Бриссо не мог: возле не было ни табурета, ни тюка, на который можно было бы влезть, а принести их Мартиньи не хватило бы сил, и тут его осенило.
Среди других товаров в магазине имелся земледельческий инвентарь, в том числе косы. Накануне вечером одну из этих кос он сам поставил у прилавка, чтобы, в случае необходимости, воспользоваться ею как оружием. Она и теперь еще стояла там.
Виконт схватил косу и после нескольких попыток, почти теряя сознание от боли, все-таки сумел перерезать веревку, на которой висел Бриссо. Тот тяжело упал, увлекая за собой своего освободителя.
Отдышавшись, Мартиньи наклонился к Бриссо и снял веревку с его шеи. Он с удовольствием увидел, что Бриссо еще дышит. Дело оставалось за немногим – привести его в чувство.
Но Мартиньи спас Бриссо в ту минуту, когда им обоим угрожала смерть не менее ужасная: огонь добрался до крыши, и она могла в любой момент рухнуть, раскаленный воздух обжигал легкие. Виконт не понимал, каким образом бочонок с порохом, который охватило пламя, все еще не взорвался.
Он попытался поднять Бриссо на руки, и чуть не закричал от боли, перед глазами поплыли красные круги. Тогда Мартиньи опустился на землю и пополз, таща за собой торговца, все еще не пришедшего в себя. Время от времени он останавливался, задыхаясь от дыма, и опять полз, оставляя за собой кровавый след.
Наконец Мартиньи удалось добраться до потайной двери. Он оставался там некоторое время, с наслаждением вдыхая чистый воздух. Теперь предстояло преодолеть еще одно препятствие: проползти через узкое отверстие. Мартиньи, выбиваясь из сил, сделал несколько бесполезных попыток. Рассчитывать на чью-либо помощь не приходилось, опасаясь взрыва, грабители разбежались, вокруг магазина не было ни души.
– Ну, смелее! – приказал себе виконт, делая последнее усилие.
На этот раз ему удалось выбраться из магазина. Перевернувшись на бок, он вытащил Бриссо, который, видимо, начинал приходить в себя и слабо шевелился. Однако надо было спешить, потому что взрыв, застигни он их здесь, положил бы конец всем усилиям виконта.
Мартиньи огляделся. Они находились позади магазина. Он вспомнил, что видел здесь несколько ям, брошенных золотоискателями. Одна из них была вырыта наподобие пещеры; может быть, ее владелец хотел под землей захватить долю своего соседа. Виконт пополз к ней. К несчастью, яма была довольно далеко, и он сомневался, хватит ли у него сил дотащить Бриссо до этого убежища, когда, к его величайшему удивлению, Бриссо вдруг приподнялся.
Так, опираясь друг на друга, они то шли, шатаясь, то ползли, и скоро спустились в яму, свод которой был достаточен, чтобы укрыть обоих.
Едва они спрятались, как раздался страшный взрыв. В пожиравшем его пламени магазин вдруг раскрылся, как кратер вулкана, огромный столб огня устремился в небо, увлекая с собой горящие бревна, тюки с товарами. Небо осветилось, земля задрожала, можно было подумать, что город погибнет в этой катастрофе.
Взрыв разметал огонь. На месте магазина, составлявшего теперь огненную массу, находилась черная яма с еще горящими столбами, грудами земли, от которых поднимался удушливый дым. Множество обломков, поднятых в воздух взрывом, падали на землю с ужасный грохотом, опрокидывая, громя, давя все, что находилось на их пути. Мартиньи и Бриссо оказались погребенными в своем убежище под бревнами, досками, бочками, отброшенными взрывом и продолжавшими гореть над их головой.