“I cannot make speeches, Emma:” he soon resumed; and in a tone of such sincere, decided, intelligible tenderness as was tolerably convincing. — ”If I loved you less, I might be able to talk about it more. But you know what I am. — You hear nothing but truth from me. — I have blamed you, and lectured you, and you have borne it as no other woman in England would have borne it. — Bear with the truths I would tell you now, dearest Emma, as well as you have borne with them. The manner, perhaps, may have as little to recommend them. God knows, I have been a very indifferent lover. — But you understand me. — Yes, you see, you understand my feelings — and will return them if you can. At present, I ask only to hear, once to hear your voice.”
...глупость уже не выглядит глупо, когда ее без стыда, на виду у всех совершает неглупый человек.
В скрытности есть надёжность, но в ней отсутствует привлекательность. Невозможно полюбить скрытного человека.
Успех предполагает усилия.
- Не знаю, мне это не понятно.
- Но так всегда бывает, папочка. Одной половине человечества всегда непонятно, почему что-то нравится другой.
Важно чтобы сострадание побуждало нас всеми силами помогать несчастным, а прочее - пустая жалостливость, без всякой пользы растравляющая душу.
Где прямота и цельность, неукоснительная приверженность принципам и правде, где презренье к мелкому надувательству, rоторые надлежит всегда и во всем выказывать настоящему мужчине?