Я развернулась и выбежала из дома в сторону своей машины, прежде чем могла успеть лишний раз подумать о том, что собиралась делать. Потому что это была абсолютно безумная, самая сумасшедшая выходка, которую я когда-либо совершала в жизни.
Хуже, чем поставить одну звезду в рейтинге книги.
Страшнее, чем попросить об интервью у автора, за ланч с которым я могла бы отдать что угодно.
Намного глупее, чем целоваться с Дэймоном.
- Ты сейчас очень яркая. Смотреть на тебя, всё равно что смотреть на солнце.
- Тебе, вероятно, будет непросто заснуть в таких условиях.
- На самому деле мне так даже спокойнее. Твоё сияние напоминает мне о своём собственном народе.
Это... не было романтично. Это сводило с ума
- Ди, я думаю, он смотрит на меня только потому, что обдумывает, как лучше меня убить и спрятать моё тело.
- Это не та разновидность взгляда, поверь мне.
- Тогда какая "разновидность", Ди?
- Это разновидность: "я тебя ненавижу, но хочу".
- Следующий вопрос, Котёнок?
- Почему ты так меня зовёшь?
- Ты напоминаешь мне пушистого котёнка - коготки наружу, не кусается.
- ... Ты смогла воспринять невозможное. Ты доброжелательна к моей сестре и ко мне, даже не смотря но то, что - признаюсь - я часто веду себя по отношению к тебе как настоящий придурок. Ты могла сбежать вчера из нашего дома и рассказать о нас всему миру, но ты этого не сделала. И ты не миришься с моим характером. Мне это в тебе нравится.
Да уж, это действительно патология, если человеку доставляет удовольствие выводить меня из себя. Патология ещё более серьёзная, чем та, которой страдала я, ибо мне самой тоже нравилось доводить его до состояния крайнего раздражения.
Перед глазами промелькнули картинки массовых беспорядков и мародёрства. Именно так мы обычно реагировали на всё, чего не могли понять.
- ... Прямо сейчас ты сияешь так же ярко, как фейерверк на День независимости.
Я думаю и говорю гораздо лучше, когда гуляю. В ином случае я превращаюсь в того самого кретина, к которому ты испытываешь не самые нежные чувства.