В 2045 году на Земле появились долгожданные пришельцы…
Почти с середины прошлого века земляне пытались с помощью телескопов, радиосвязи найти во Вселенной себе подобных существ. Отчаявшись и не веря, что мы во Вселенной одиноки, стали изучать вообще все непонятные объекты, явления, то, что могло оказаться проявлением неземного разума. Искали не только в Большом Космосе, но и в океанах, во льдах Антарктиды, не говоря уже об изучении таинственных загадок истории (Атлантида, нержавеющая колонна в Дели, Тунгусский метеорит, НЛО и т.д.). Все было тщетно, нигде братьев по разуму не было обнаружено. Прошло почти сто лет. И вот однажды, в жаркий июльский полдень совершенно внезапно, не замеченные мощными земными радарами, из глубины космического пространства на обожженные солнцем пустыни Африки опустились многочисленные ракеты пришельцев. Их было действительно много, причем ракетами эти аппараты назвать можно было только с большой натяжкой, они скорее напоминали невысокие многогранные пирамиды, насквозь дырявые и очень массивные. Пока приземлялась эта армада, исчезла связь по всему миру, никто не мог никому дозвониться, погасли экраны телевизоров. Все произошло неожиданно – понятно, что гостей не ждали и к встрече готовы не были.
О случившемся узнали лишь через день, когда у большинства жителей планеты был выходной. Люди собирались провести его на природе: рыбалка, пешие прогулки, морские круизы, лыжи в горах и все такое прочее, а на другой стороне планеты была еще ночь, и все перечисленное планировалось лишь через двенадцать часов. И вот из Центральной Африки утром пошли сообщения о высадившемся десанте непонятных существ. О количестве космических кораблей сведений не поступало, так же как и о числе пришельцев. Со спутников они по неясной ученым причине не просматривались. Чрезвычайные силы ООН организовали посты вокруг пространства, где высадились странные аппараты – через километр. Но из них, как ни странным это казалось, никто не появился. Все воздушное пространство на высоту нескольких десятков километров над чужаками было закрыто мощным силовым полем, куда не смогла проникнуть земная авиация. Появились первые жертвы вторжения – летчики, пытавшиеся пролететь над защищенной полем зоной. Представители сил ООН, которые на вездеходах хотели приблизиться к неземным кораблям, также были остановлены силовым полем. На этом история появления кораблей пришельцев застыла на мертвой точке. Через несколько лет о них практически забыли. Песчаные бури засыпали пирамиды почти на треть, ООН оставила несколько постов наблюдения, законсервировав остальные. Специалисты из крупнейших научных центров мира подготовили несколько противоречивых отчетов, провели серьезные конференции, но никаких окончательных выводов сделано не было.
Прошло много лет…
Роман проснулся ранним утром. В огромное окно больничной палаты светило далекое марсианское солнце. Экран компьютера показывал нормальный ритм работы сердца, давление крови и температуры тела – все было в норме. Шесть часов утра по земному времени, вскоре заглянет медсестра, принесет рекомендованные компьютером пилюли. Здоровье уверенно шло на поправку и, видимо, через несколько дней Романа выпишут. Но что будет дальше? Оставят ли его на Марсе? Ведь здесь еще столько работы!
Несчастный случай произошел со следопытом при исследовании подпочвенного озера. Такое большое озеро они нашли на Марсе впервые, воды в нем было не менее двухсот миллионов кубических метров, температура – плюсовая, хотя недалеко ушла от нуля. На Земле заволновались: а вдруг в воде есть жизнь? Пусть хотя бы в виде микроорганизмов.
Пещера находилась на глубине почти пятьдесят метров и, когда они втроем – Машка, Вихрь и Роман – спустились на узкую ровную площадку у самой воды, то застыли, пораженные открывшимся зрелищем. Здесь было на что полюбоваться. Во-первых, от воды исходило странное, очень приятное для глаз розовое свечение и все было видно даже без нашлемных светильников, исследователи сразу их выключили. Во вторых, вода напоминала блестящее, ничем не замутненное зеркало, в нем отражался близкий потолок пещеры со всеми шероховатостями, и не видно было края у этой красивой спокойной воды. И в третьих, что больше всего их взволновало: здесь, внизу все выглядело неестественно, такого в природе просто не могло существовать. Даже в своеобразной природе Марса. Это озеро можно было только соорудить и только человеческими руками.
Экспресс-анализ у Машки не получился, прибор отказался выдавать информацию, хотя и выглядел исправным. Но, может быть, здесь не было никаких микроорганизмов. Вода в прозрачном стакане отсвечивала розовым оттенком, как и все озеро.
Вихрь подготовил лодку, все погрузились в нее и поплыли, как на Земле, волнуя идеальную водную гладь. Наверху, у начала спуска в пещеру, остались ждать Никонов с Лесовским. Но связь с ними сильно ослабла после отплытия, поэтому связывались редко, сообщая, что все нормально. Никонов, как старший в группе, напутствовал перед началом движения вниз:
– Вы, ребята, не рискуйте, только осмотритесь, возьмите с собой пробы грунта и воды, а потом решим, что предпринять дальше…
Но внизу, осмотревшись и передав по связи первые снимки, Роман с ребятами решили втроем проплыть дальше, проверить, не меняется ли состояние воды и свода пещеры, заодно можно было собрать побольше проб воды, в том числе на глубине, и проб здешнего разряженного воздуха, который сильно отличался от наружнего. Ресурс скафандров позволял находиться вне Купола до пяти часов, этого обычно хватало для полнокровного рабочего дня.
Все произошло вблизи берега, они и отплыли-то всего ничего. Вначале перестала двигаться лодка. Прислушались и поняли, что не работает двигатель, это само по себе выглядело странным: ядерные микродвигатели вывести из рабочего состояния было невозможно. Затем озеро потемнело, стало очень неуютно при свете фонарей, даже свод пещеры как будто приблизился. А уже после этого около лодки возникло несколько бурунов на поверхности воды, лодку перевернуло ударом снизу и все оказались в воде.
В скафандре повышенной защиты любое нападение в принципе не было страшным, и никто не успел как следует испугаться, может, только удивились. Однако следующим ударом невидимое в воде существо показало, что оно не намерено делить с вновь прибывшими свою территорию: Вихря подбросило на несколько метров вверх, а Машку завертело в буруне. Но больше всего досталось Роману: ему прокусили знаменитый скафандр и он, успев это сразу почувствовать, включил резервный защитный слой, крикнув:
– Быстрее к берегу! – И поплыл вместе с ними.
На этом приключение в общем-то и закончилось, Роману успели оказать помощь, но пришлось поваляться в стационаре, да еще врач экспедиции Хьюстон намекнула пострадавшему, что проникшая через порез в скафандре вода из озера нанесла необратимые изменения организму.
Легкий звуковой сигнал прозвучал как нельзя кстати – Роману надоело лежать в одиночестве. Дверь в палату приоткрылась и показалась довольная физиономия Машки.
– Привет, Самойлов! – Мария Осокина чмокнула приятеля в щеку и достала из пакета гроздь бананов. – Витаминов тебе притащила, жуй буржуй!
– За витамины большое спасибо! – Роман любил с утра пожевать что-нибудь из фруктов. – А что такое «буржуй»?
Машка не ответила, видимо, сама не знала. Вместо этого она затараторила, как всегда непоследовательно выкладывая последние новости:
– Ты здесь дурака валяешь, а у нас там… Сашка Никонов за случай с тобой нагоняй от Генерала получил. Совет трижды собирался, но никакого решения по нашему Озеру принять не смог. С Земли присылают кучу специалистов, никто не представляет, где их расселять, под Куполом места уже нет. Видимо, пригонят большой грузовик с пристройкой для Купола, похоже, у нас даже бассейн появится. Вот покупаемся! Жалко, что тебя на Землю переводят.
Роман помрачнел:
– Это уже окончательно решено?
Машка испугалась:
– А тебе эта мымра Хьюстон разве еще не сообщила? Я считала, что ты уже знаешь… Теперь они мне голову оторвут!
– Ладно, не притворяйся! Красоткам головы даже на других планетах на всякий случай оставляют… – Роман не хотел ее огорчать. – Что-то она такое говорила, но я не придал значение. Как дела у вас с Вихрем? Обнадеживающие результаты есть?
Вихрь – он же Уилл Смит – сумел каким-то чудом зацепить жесткой перчаткой скафандра за разбушевавшегося тот раз в Озере монстра и получил прекрасные пробы не то кожи, не то чешуи. Да и автоматические заборы воды еще не полностью прошли проверку, химикам работы на Марсе сильно прибавилось. Все ожидали потрясающих результатов, но пока завесу над тайнами Красной планеты никто не открывал.
– Молчат все. Что скрывают? – Машка казалась озадаченной. – Ведь нам-то с Биллом могли бы шепнуть, мы же могила! Сам знаешь.
«Ну насчет могилы – подумал Роман, – Машка несколько загнула… Все новости на Марсе она же первой и сообщает, причем почти всем сразу. Поэтому и молчит Генерал со своими химиками, видимо, что-то не вяжется, все-таки это Марс, здесь можно ожидать любого результата. Но не каждый результат можно сделать достоянием гласности».
Одно было понятно наверняка: в Озеро больше никто не полез, будут ждать больших специалистов с Голубой планеты, настраивать в пещере аппаратуру на каждом изгибе, экранировать поверхность воды, записывать все до единого звуки, строить изо дня в день новые диаграммы, сравнивать их между собой… И пошло, и поехало! Длиться это будет теперь годами и ничего новенького при нашей жизни уже не узнаем. Есть кому об этом постараться!
– Машь! Ты, случайно, не знаешь, когда меня отсюда выпустят?
– Почему не знаю? – Машка почти обиделась. – Хьюстон сказала – сегодня, но при условии, что ты будешь вести себя пай-мальчиком. Я обещала, что ты выполнишь все ее назначения. Я правильно обещала? Выполнишь?
– Ну, раз сама Осокина за меня ручается… – Роман развел руками. Процедуры врача ему изрядно надоели, как и пилюли, однако выхода не было, порядки под Куполом были очень строгие. Насколько он разобрался в происшедшем, его здесь, в палате, могли прописать надолго. Но раз решили списать на берег, там, на берегу, то есть на Земле, и долечат. Если есть от чего.
Мелодичный сигнал известил о том, что подошло время назначений. В стене против постели открылось окошко и в нем на блюдечке с голубой каемочкой рядком поблескивали столь надоевшие пилюли: по одной зеленого и красного цвета, здесь же стоял стакан с водой. Роман вежливо спросил:
– Хорошо, что ты зашла, а то даже медсестра не желает меня видеть! Хочешь пожевать со мною вместе? Такая дрянь, скажу тебе по секрету… Но тебе о-о-чень будут полезны, ты же со мной вместе в той луже плавала! Не забыла?
– Такое разве забудешь! Ладно, давай лечись, я побегу, мне к Генералу на доклад сегодня.
– Какой доклад? Про Озеро? – Роман поморщился, запивая пилюли.
– Да ты что? – Машка даже развеселилась. – Озеро сейчас под запретом, под большим притом запретом. До прилета с Земли спецов район Озера – в карантине. Мой доклад совсем о другом, мне отдельную тему дали, разбираюсь с песчаником у Олимпа. Там следопыты еще до нашего прилета накопали уйму всякой всячины, никто не хотел разбираться, потому что много противоречивых данных. Я как окунулась в перечень подготовленных для архива документов, так и ахнула. Мне Генерал специально подсунул, побоялся, что я в Озеро одна полезу. Но проблемка оказалось интересной, выписывайся, прибудешь на Базу – посмотрим вместе. Похоже, марсиане – это не байки, но в двух словах не объяснить…
Вид у Генерала был неприветливый. Роман вежливо поздоровался, ему не хотелось портить настроение начальнику экспедиции, у него здесь в колонии более сотни работников, всем не угодишь. Но и стерпеть безропотно высылку с Марса он не мог. Хотя бы предварительно поговорил с ним, объяснил, в чем собственно дело.
– Рад, что зашел попрощаться, – Генерал протянул руку. – Только без обид! Мы за тебя все переволновались, просили медслужбу пересмотреть первоначальное решение. Но рисковать не стали, со здоровьем не шутят. Хьюстон что-то у тебя нашла, просила обязательно отправить на Землю, поближе к теплу, к родному горячему солнышку. Отогреешься и анализы, глядишь, в норму придут. С новой экспедицией и вернешься! Хотя я понимаю, если так произойдет – это будет первый случай. Хьюстон, кстати, полетит с тобой, теперь она будет сопровождать тебя всюду. До полного исчезновения проблемы в твоем организме.
– Все я понимаю, Иван Алексеевич! – Роман удрученно посмотрел ему прямо в глаза. – Но и меня поймите!
– Помочь тебе здесь остаться я все равно не могу, даже не думай. Кстати, тобой заинтересовалась какая-то комиссия при ООН, желают пригласить на работу. Учитывая, конечно, твой опыт поисков на Марсе. Что им там конкретно нужно, мне не сказали, но, полагаю, с ними тоже не соскучишься.
Такой вот получился короткий разговор – без продолжений. Роман направился к себе, готовиться к отлету. Корабль прилетал утром по земному времени. Они все здесь жили по земному времени. Корабль прилетал, разгружался и сразу готовился в обратную дорогу длиною в сотню миллионов километров космического пространства.
Перелет на Землю прошел нормально, без всяких приключений. Сам корабль остался на орбите, а пассажиров пересадили в посадочный модуль и спустили на космодром. Роман всю дорогу от Марса просматривал последние отчеты, в том числе и те, что готовила Осокина. Здесь было о чем почитать! В песчанике у потухшего вулкана Олимп нашли сухие каналы и остатки, лучше назвать – развалины, каких-то циклопических сооружений. Самый большой в Солнечной системе вулкан… Каких же размеров были те сооружения? Да, на Марсе сейчас – передовая, там идет действительно интересная работа, как раз для поисковиков – следопытов, там его место, на Красной планете! Как некстати эта непонятная хворь, ведь самочувствие – отличное…
В модуле пассажиров было всего четверо: борт-инженер Василий, врач экспедиции Хьюстон и кроме Романа еще Роберт Хачарян. У Хачаряна тоже что-то Хьюстон обнаружила, а то бы вкалывал Робик в таинственных песчаниках покинутой ими планеты.
Модуль плавно приземлился и все перешли в шлюзовую камеру.
– Как себя чувствуете, пациенты? – поинтересовалась врач, поглядывая на обоих следопытов.
– В порядке все, – буркнул Роберт, а Роман только большой палец показал. Интересно, сколько еще месяцев она будет за ними следовать и ласково пациентами обзывать?
– Дай-то бог, чтобы все так и было, – вздохнула Хьюстон и больше с ними в этот день не заговаривала.
Люк, как всегда внезапно, распахнулся и в шлюзовую камеру ворвалось ослепительное солнце. Давненько не видел столько света Роман, сколько же это прошло времени? Да какой-то год с хвостиком. И такая разница! Привыкли к Марсианским блеклым пейзажам и к жесточайшей экономии энергии под Куполом, где располагались все лаборатории, подсобные хозяйства и личные помещения.
Хачарян выскочил их камеры первым и первым попал к встречающим, А встречала их сегодня довольно странная компания. Здесь был сам Власов собственной персоной, начальник Космопорта Савва Михайлик, какой-то чин, судя по значку на мундире, из ООН, а также вечно ухмыляющийся профессор от медицины, непосредственный шеф Хьюстон, Аркадий Михайлович Капица.
Арнольд Иванович Власов курировал все работы на Марсе, в его компетенции были подборка кадров в институтах Земли для подготовки экспедиций, разбивка их по группам, разработка программ исследований, сроки вылета на Красную планету, изучение окончательных отчетов и оценка работы каждого участника. В общем, это был сам Господь бог для земных «марсиан» и появления рядом с модулем именно Власова из возвратившейся тройки никто не ожидал. В конце концов, у него была уйма первых заместителей!
По старинному обычаю все приветственно пожали друг другу руки и направились в автокар, стоявший здесь же. По дороге Власов представил смуглого незнакомца со значком ООН:
– С нами – господин Хайнц. В Организации объединенных наций он занимается общими вопросами, связанными с космосом и межпланетными сообщениями. Прибыл, чтобы лично переговорить с Робертом и Романом.
Про Генриха Хайнца Роман краем уха слышал. У того были опубликованы статьи про попытки связей с внеземными цивилизациями, но читать их Роману не приходилось, а рассказывал про Хайнца Генерал – при инструктаже ребятам уже по прилету на Марс.
Попав в помещение для отдыха в здании, прилегающем к территории Космодрома, и прилетевшие и встречающие расположились вместе за широким столом, то ли для каких-то переговоров, то ли для подготовленного для всех ужина. Власов вновь был как всегда молчалив, Хайнц же посматривал на следопытов довольно равнодушно. Хьюстон и Капица занялись медицинскими разговорами, сев рядышком и не обращая ни на кого внимания. Роберт Хачарян выглядел немного растерянным, да и Роману было не по себе. Хотя у него с Власовым раньше взаимоотношений не было, но, учитывая возникшую ситуацию, пришлось брать огонь на себя:
– Арнольд Иванович! – приблизив кресло, сказал Роман. – Что мы сейчас ждем, и каким вы представляете наше будущее? Это пока секрет или что-то уже можно нам сказать?
Власов окинул внимательным взглядом Романа, выждал паузу в несколько секунд и, наконец, произнес:
– Как всегда, торопишься, Самойлов! Но секрета действительно уже нет: ждем последних результатов экспресс-анализов, что обычно делаются после высадки на Землю. Получим их и поговорим подробнее. Хотя для меня все понятно и перспективы ясны. Ни у тебя, ни у Хачаряна ничего не выявлено такого, что мешало бы вам обоим работать вместе на планете-матери. Только понаблюдать за вами придется еще не один день. Ты про эффект Гулагина слышал?
– Это про какого Гулагина? Что в первой четверке на Марсе высадился? А что с ним?
– Лежит при смерти уже полтора года. Тело покрылось синими пятнами, не разговаривает, пищу не принимает. Мы изолировали его в отдельном боксе на одном из островов Тихого океана. В прессе про него, слава богу, не пишут и то хорошо. А получилось у Антона примерно то же, что и у вас с Робертом. Разница только в том, что Антон Гулагин давно в коме и, возможно, перерождается, и вы к этому результату можете прийти, а, может, и нет. Все-таки с тех пор медики много чего изобрели. Пилюли пил, не выбрасывал? Ну и правильно! Хьюстон не напрасно с вами все время была, опекала.
– В кого же Гулагин перерождается? – Роман не мог не задать этот вопрос.
– А черт его знает, в кого! – отмахнулся Власов. – Плюнь и забудь, будто об этом и речи у нас не было. Нет никакой информации! И в ближайшие десятилетия вряд ли появится, поэтому и не ломай себе голову. Вы через ту пропасть перескочили, надеюсь!
– И что же все-таки дальше? – почему-то Роман не особенно испугался. Он знал, что Хачарян перед ним отлежал свое в медицинском отсеке, но не ожидал, что с теми же проблемами. А Гулагин… Что же, кому-то просто сильно не повезло…
Власов еще помолчал с минуту и веско добавил:
– Не переживай! Поработаете у Хайнца, Хьюстон с вами повертится. Если мы все правильно понимаем в данной ситуации, то нужно выждать до окончания инкубационного периода, осталось немного, всего-то сотня дней. Затем будете свободны. Ты веришь мне?
Вижу, что веришь, молодец! На Марс тянет? – Он улыбнулся и потрепал Романа по коленке. Потом добавил: – А с Робертом на эту тему не говори, он все знает!
Утром состоялся обстоятельный разговор с Генрихом Хайнцем. То, что предложил Хайнц, было удивительно. ООН приняло решение начать насильственные исследования пирамид пришельцев в Африке. Земляне не могли сколь угодно долго держать у себя под боком опасный и, главное, непредсказуемый объект, который вполне может повлиять на развитие и даже на продолжение жизни на планете.
– Ваши способности следопытов там весьма будут кстати. Вы вольетесь в команду, которую мы там создаем, и начнете – после всестороннего обсуждения предложенной нашими яйцеголовыми учеными программы – серьезную операцию. Она реально опасна, скрывать не стану! Но вы, думаю, не откажитесь принять участие. Даю вам на принятие решения сутки.
После этого разговора представитель ООН убыл с Космодрома. Хачарян ходил по гостевой комнате кругами и недовольно высказывал собственное мнение о Хайнце и ему подобных. Он был весьма красноречив и Хьюстон, слушая его, довольно улыбалась. Чувствовалось, что в здоровье Роберта Хачаряна она сейчас не сомневалась, посинение ему, видимо, не грозило. Роман помалкивал, он думал о перспективах работы в Африке. О пирамидах пришельцев все следопыты знали хорошо, история их появления, обросшая легендами, была одной из забытых тем студенческого прошлого. Что там придумали ученые? Лезть напролом через защитное поле? Вновь пытаться использовать вертолеты? Заманчивым показалось Роману обойти все защитные экраны и проникнуть внутрь одной из пирамид. Уже на следующий день они, возможно, будут знать о пришельцах много больше, чем узнали земляне много лет назад при вторжении.
– Ну, что ты молчишь? – спросил Роберт, – Едем к верблюдам или нет?
– Я поеду! – решительно произнес Самойлов.
Хьюстон одобрительно кивнула своей темной головкой. Она тоже не была словоохотливой и выражала мысли больше мимикой. Хачарян понимал, что выбора на самом деле у него не было, но поупрямиться для вида всегда любил.
Ночью Самойлову приснился потрясающий сон. Будто он с оставшимися товарищами из группы следопытов нашел в одной из песчаных пещер Марса круглое полотно с нанесенным на нем цветными красками изображением неземного города с широкими и величественными зданиями. Картина была живой. По проспектам мчались странные экипажи, в которых не видно было людей и никого похожего на людей. Они представляли собой закрытые большие сооружения без видимых колес, возможно, это были экипажи на воздушных подушках. Небо над странным городом было ярко – голубого цвета и в нем светили три солнца: самое большое – оранжевое, поменьше – голубое и самое маленькое – ослепительно фиолетовое. От яркого света Роман проснулся, но оказалось, что свет этот пришел не из сна. Разбудила его Хьюстон, включив освещение в комнате.
– Пора собираться в Африку, – буднично произнесла она и вышла.
Времени на часах было уже почти девять. В обеденном зале все собрались через полчаса. В том числе и сопровождающий их к месту веселый словак Иржи Новотный. Но поболтать и расслабиться за завтраком как раз не получилось, все предполагали серьезность будущих событий.
Перелет предстоял на скоростном военном геликоптере – самом современном из современных вертолетов. У этого было даже свое имя: «Skorpion», оно было нанесено на фюзеляже и на маленьких крыльях.
Полет не был осложнен погодными условиями, прошел нормально. Геликоптер кружил над лагерем, разбитым предыдущей группой ученых, а вдалеке маячали невысокие темные строения, в которых угадывались те самые грозные пирамиды пришельцев. Только сейчас, глядя с высоты на чуждые земному разуму разбросанные по пустыне сооружения, Самойлов почувствовал нарастающий интерес, приближалось Большое приключение! О чем-то подобном мечталось с детства. Что их ждало в зоне пирамид? Есть ли там живые существа? Возможно ли такое, что некто находился внутри пирамид много лет без связи с внешним миром? Или это были автоматы, роботы, засланные на нашу планету для последующей подготовки масштабного вторжения и искоренения всего живого на Земле?
Геликоптер приземлился у самой большой палатки лагеря. Их никто не встретил, Новотный еще на Космодроме сообщил, что прежнюю группу распустили, и теперь с завтрашнего дня к ним добавятся еще трое исследователей из лаборатории в Пасадене. Они долго там работали с образцами, которые удалось здесь раздобыть, не входя в зону пирамид. А уже по результатам исследования образцов были изготовлены защитные костюмы и специальное оборудование для возможности безопасного вторжения в Зону пришельцев. Американцы должны были прилететь вечером следующего дня.
Вчетвером они сидели под навесом и вполголоса говорили о предстоящих работах. Похоже, Новотный был больше всех осведомлен о событиях двухсотлетней давности и многое, если не все, стало понятно вновь прибывшим. С 2045 года здесь кое-что изменилось. Пустыня перестала быть похожей на пустыню, неземные пирамиды, разбросанные в совершенно непонятном порядке, стояли – в основном – накренившись, как Пизанская башня, и неясно было, почему они все-таки не падают. Некоторые стояли на удивление ровно, очень близко к вертикали. Люди могли изучать их только издали. Фотографировали, зарисовывали, эскизировали, собирали все в огромные альбомы, но, к сожалению, все это не принесло никаких результатов за два века. И вот наступило, наконец, это долгожданное время, когда все должно было начаться: решительное наступление землян на непринадлежащую им тайну. Тайну, которую необходимо было разгадать даже с риском для жизни участников экспедиции. Земляне устали от неизвестности, от пирамид исходила опасность, они могли в любой момент вторгнуться в цветущую жизнь зеленой планеты, изменить жизнь ее обитателей, и неизвестно – в лучшую ли сторону.
Бесплатный фрагмент закончился.