У Лекса были весьма горячие любовницы. Глава клана как-никак считался завидной партией. Краем уха Лекс слышал, что когда-то его отец доваривался о браке с дочерью главы какого-то арабского клана. О да, он ее помнил. Та еще горячая восточная штучка. Но отец погиб, а с востока предложений о свадьбе до сих пор ни поступало. И к лучшему. Лекс не желал нести ответственность по сделкам, которые не заключал лично, а преемственность… да пес с ней.
Лекс до сих пор не смог понять, почему отец предпочел его, а не старшего брата Максима, более мудрого, более сдержанного и взвешенного. Он же всегда называл Лекса раздолбаем, который непременно пропадет, если не изменит своего отношения к жизни. Теперь Лекс обязан был тащить на себе ответственность за жизнь нескольких сотен вампиров, точно крест, да еще и под надзором старшего брата.
Вспомнив о брате, Лекс нахмурился. Макс еще не мог встать с постели, но опасность для его жизни миновала. Лекс вынул из кармана маленький, сложенный вчетверо, платок и взглянул на засохшие на нем капли крови. «Ты, тварь, мне ответишь за это», – думал он. Он думал о том, как медленно и мучительно будет убивать ее. Он знает ее запах, он почувствует ее, окажись она рядом. Убить, не раздумывая? Или все же сначала заставить ее помучиться? И снова не так. Разорвать ей вены на шее и руках и оставить умирать там, где проходят тропы падальщиков. Тогда ее не спасет ничто, даже если ведьмы сразу же придут ей на помощь. Лекс знал, что делать, чтобы наверняка убить жертву. Этому он учился с большим интересом и удовольствием.
И пусть рыжая ведьма будет умолять его убить ее, он останется равнодушен. Человек убил его отца, ранил брата и держит в плену сестру. Людей не за что жалеть, а Валькирию и эту рыжую ведьму особенно.
– Александр Владиславович, – послышалось за спиной одного из охотников клана.
– Чего? – равнодушно спросил Лекс, не отводя глаз от костра.
– Есть новости.
– Оперативно, – хмыкнул он. – Даже не ожидал. Говори.
– Ведьмы завтра утром уходят из лагеря.
– И что?
– Ведьм сменили солдаты группы «Альфа». Татьяну Владиславовну ведьмы оставили в живых. Вероятно, для перестраховки. Но теперь, когда они забрали наших доноров, она им больше не нужна. Разведчики нашли тропу в обход болота, где можно сократить путь. Совет клана считает, мы можем напасть сейчас и попытаться спасти ее.
– Нет, не можем! – взорвался Лекс. – Сейчас в лагере находится целая армия, и ведьмы – это только часть проблем. Если кучка баб провела вас, как последних лохов, то куда вам нападать на «Альфу»?
Вампир молчал, понурив голову. Лекс попытался взять себя в руки.
– Я и сам хорош, – тише продолжил он. – Чем я только думал? Мы пойдем навстречу ведьмам.
Вампир уставился на него в недоумении. Лекс помолчал немного, явно не желая озвучивать свои мысли, но затем все же пояснил:
– Вряд ли они оставят Таньку в лагере. Скорее всего, они уведут ее в лес и там убьют.
– Тогда я предупрежу бойцов, – вампир развернулся, собираясь уйти, но Лекс окликнул его.
– Стой. Не надо бойцов. Скажи охотникам, чтобы через час были готовы.
– Охотникам? – с удивлением переспросил вампир.
– Ты глухой? Повторить? – зарычал Лекс.
– Нет… но, простите, охотники не солдаты. Они только охотятся…
– Вот именно, – Лекс улыбнулся в предвкушении удачной охоты. – Охотятся.
Вампир кивнул и исчез в темноте. Лекс снова обернулся к костру.
– Завтра мы с тобой потанцуем, – загадочно протянул он, потирая пальцами платок.
Луна скрылась за тучей, но вампиру не страшна темнота, она – его стихия. И снова наступила тишина. Костер все так же бросался в ночное небо тысячей мигающих огоньков, а Лекс долго еще смотрел на пламя, наблюдая за завораживающим, опасным танцем рыжей ведьмы.
Я проснулась до рассвета. Мы уходим. У «Дельты» нет постоянной базы или лагеря, мы кочуем, выполняя задания Верховного штаба Живого Альянса по всей Евразии, но чаще все-таки на территории России и стран ближнего зарубежья. Пару раз нас отправляли в Западную Европу, один раз на границу Киргизии и Китая и в Индию. Конечно, посмотреть другие страны интересно, но то, что осталось от многих памятников истории и архитектуры лучше вообще не видеть. Да, лица у людей разные, но боль на них она. И кровь тоже везде красная.
Я собрала в свой рюкзак как всегда самое необходимое: сменная одежда, средства личной гигиены, ноутбук и, конечно, оружие, предварительно проверив его. В бою проверять будет некогда. Накинув рюкзак на спину, я окинула взглядом, уже ставший за месяц мне родным, шатер и вышла на улицу. Опять тучи, а я уж размечталась, что как вчера будет солнце. Наивная.
Юля тоже уже собралась. Я заметила, как она ходит по лагерю и торопит остальных. Не зря я сделала ее своим замом. Солдаты из «Альфы» смотрели на нас с грустью в глазах. Еще бы, не каждый день на войне им удается прожить несколько дней бок о бок с женщинами, да еще такими же не избалованными вниманием, как и они сами. Неудивительно, что многие из моих сестер поддались соблазну приятно провести время. У них месяцами не бывает встреч с мужчинами, тем более не абы какими, а «своими». К тому же, не всем же быть такими ледяными глыбами, как я. Единственное, кому в моей группе не место, так это сентиментальным и беременным. И если мечтательные вздохи о Ромео прекрасно лечатся синяками, полученными на тренировке, и тяжелой физической работой, то вот беременность сама по себе не рассосется. Замечу, выгоню сразу, и пускай идет в лагерь к беженцам. Но, честное слово, лучше бы они беременели, чем молча переживали, что бесплодны, ведь даже полное отсутствии контрацепции ничего не меняет.
Вскоре моя группа была готова к отбытию. Краем глаза я заметила на себе пристальный, настойчивый взгляд Игоря. Он наблюдал за мной уже минут пять, но я игнорировала его.
– Ольга! – наконец не выдержал он.
Я обернулась. Он махнул рукой в сторону моего бывшего шатра и исчез внутри.
– Юль, приведи пока вампиршу. Я на пару минут, – уходя, сказала я.
– А вам хватит? – подколола она.
Я одарила ее убийственным взглядом, улыбка Юли тут же исчезла. Юля, конечно, мне ближе всех из сестер, но иногда она забывает, что я все-таки ее командир. Я вошла в шатер вслед за Игорем. Он стоял, опершись задом на стол, и ждал меня.
– Не хочешь попрощаться? – с легким укором спросил он.
– Ты же знаешь, я не люблю долгих слезливых прощаний.
– Это не значит, что надо уходить, совсем не попрощавшись.
– Я и не собиралась. Я бы обязательно зашла к тебе.
– Оль, ты не злись на меня за тот вечер, – Игорь подошел ближе. – Я не собирался учить тебя жизни. Я просто переживаю. Красивая, молодая девушка должна жить не такой жизнью. Это неправильно.
– Игорь, порой ты такой чудной! Ты сам затащил меня в группу, можно сказать, насильно. Сам учил. А теперь «это неправильно»? Что за розовые сопли опять?
– Я с себя вины не снимаю.
Я промолчала. Мне хотелось скорее выйти из шатра и покинуть, наконец, лагерь. Игорь подошел еще ближе. Я невольно отступила назад. Не люблю сокращать дистанцию своего личного пространства, становится некомфортно. Игорь странно взглянул на мое лицо, сначала в глаза, потом на губы, затем снова в глаза. Кажется, он колебался. Внезапно он прижал меня к себе и крепко поцеловал. Это было так неожиданно, что я даже не оттолкнула его.
– Береги себя, – прошептал он.
Я коротко кивнула и поспешила выйти на улицу. Я не могла смотреть ему в глаза. Возможно, мы теперь долго не увидимся. Это к лучшему. Я больше не буду маячить перед ним. С глаз долой – из сердца вон. По крайней мере, я надеюсь, что он сумеет забыть меня, найдет себе нормальную женщину и будет с ней счастлив. Игорь – хороший человек. Дома ему нужен уют и надежный тыл. Я ему этого дать не смогу, а он того заслуживает.
Сестры ждали у ворот в полном составе, плюс испуганная вампирша, которую Юля держала на цепи около себя. Вампирша явно понимала, зачем ее разбудили в такую рань, и куда ведут. Она нервно оглядывалась по сторонам, словно искала кого-то. Она не попрощалась с Женькой. Наверно, с моей стороны не красиво не дать им проститься, но так лучше. «Прощайтесь, девочки. Вампирше Тане осталось недолго». Страшно представить, какую истерику могла устроить Женька.
– Уходим, – громко произнесла я.
Группа зашагала по дороге в сторону леса. Я шла первой, не оборачиваясь. Я знаю, Игорь сморит на меня, затылком чую даже сквозь копну волос. Я не хочу пересекаться с ним взглядом. Через несколько минут лагерь скрылся за деревьями, и мне стало морально легче. Все позади, как и не было. Мы снова идем куда-то, по дороге будем убивать вампиров, ботов, если попадутся. И так до тех пор, пока Альянсу не понадобится проводить какую-нибудь колонну, встретить высокопоставленных лиц или провести зачистку местности от всяких тварей.
Мы шли небыстро, но в одном темпе. В лесу начинало светать, и деревья уже не казались сплошной темно-серой массой. Боже ж мой, я буду скучать по этому аромату. Я всегда любила лес, особенно хвойный, как здесь. В детстве мне нравилось бродить по лесу с подружками и набирать в майку, как в гамак, сосновые шишки. Потом мы сажали эти шишки у себя во дворе и очень ждали, что из них вырастут такие же могучие деревья, как в лесу. Уже не помню, проросла ли хоть одна из того вагона шишек, что я набрала за все время. Я помню лишь ощущения от леса моего детства. Вдыхаешь полной грудью свежий хвойный воздух, по телу растекается умиротворенность, и все проблемы куда-то исчезают. Сейчас я понимаю, как мало мы обращаем внимания на такие мелочи, а ведь они делали нас счастливыми.
Увы, это уже не тот лес, что был раньше. В пасмурную погоду в чаще леса всё покрыто сумраком. Повсюду холодный запах сырости и трухлявых, поросших мхом пней. А еще какая-то нездоровая тишина. Такая, что становится жутко. Леса теперь очень любят всякие твари.
Дабы отвлечься от мрачных мыслей, я включилась в разговор Кати и Монро о вреде и пользе загара. Разговор увлек меня не особенно, и я погрузилась в воспоминания о вчерашней ночи. Вампирша меня не убила. Почему? Этот вопрос не давал мне покоя половину ночи. Был даже порыв сходить в сарай и задать ей этот вопрос, но я решила, что это уж слишком. Может быть, я придаю этой ситуации слишком большое значение. Может быть, вампирша просто растерялась, повела себя неадекватно и теперь жалеет, что не нажала на курок. Но я никогда прежде не находилась с живым вампиром так близко, и мне интересен образ мыслей этой особи. Что уж там, я даже не знала, что у них есть нормальные человеческие имена.
– Юль, ты как думаешь, убивать вампиров грех?
Она посмотрела на меня как на ненормальную.
– Ты это к чему?
– Просто, – пожала плечами я.
Юля подняла глаза к небу и задумалась.
– Нет, наверно. Мы же делаем доброе дело. Спасаем людей от них.
– Может быть, – протянула я несколько отрешенно.
Юля взглянула на меня с лицом «я тебя умоляю».
– Давно ты стала сильно верующей?
– Я верю, что Бог есть, – и имею на это право.
– Не припомню, чтобы ты хоть раз ходила в церковь.
– Бог и церковь – это две большие разницы.
– Звучит в духе «ненавижу расизм и негров», – не унималась Юлька. Не знаю, была ли она атеисткой, мы не особенно часто говорим о подобном.
– По-моему, это ты мешаешь все в одну кучу, – таки возразила я. – Даже объяснять не буду, почему.
– В любом случае, все просто. Если вампиров убивать грешно, то ты попадешь в ад, – насмешливо добавила Юля.
– Да мы и так в аду.
Десять минут назад мы прошли то место, где вчера поймали вампиршу. Справа от дороги была стена мрачного леса и склон. Слева – болота. Еще пара километров, и нам нужно будет идти через топь. Я обернулась на плетущуюся позади всех вампиршу. Обуза нам не нужна.
– Привал! – скомандовала я. – Отдохните минут десять.
– А почему сейчас? – подошла ко мне Лена.
– Надо решить вопрос с вампиршей.
Я протянула руку к Кате, которая вела вампиршу на цепи как собаку. Та молча передала мне цепь. Вампирша в панике дернулась в сторону, но я удержала ее.
– Помочь надо? – спросила Лена, косясь на зубастую.
– Не надо. Сама справлюсь.
Еще бы я с этой малявкой не справилась. Я потянула Таню за собой на холм.
Влажная земля проминалась под ногами, почва всюду покрылась мхом. Мы быстро поднимались по склону. Я мельком взглянула на свою пленницу, которая послушно семенила передо мной чуть сбоку. Здесь в полумраке леса ее бледная кожа приобрела пугающий серовато-синий оттенок. В купе с черными вампирскими глазами и диким испуганным взглядом девчонка выглядела, как кукла из фильма ужасов. Я сняла пистолет с предохранителя и держала руку на рукояти на всякий пожарный случай.
Когда мы отошли метров на двести в чащу, я обернулась. За деревьями группы не было видно. Девчонка смотрела на меня полными ужаса ледяными глазами. Она отлично знала, зачем я увела ее от группы. На казнь. Я молча достала пистолет.
– Не надо, пожалуйста, – прошептала вампирша.
Из ее больших черных глаз потекли слезы. Ее снова затрясло, она обхватила себя руками и сжалась. То же мне, совершенный хищник.
– Пощадите, – пропищала она, – пожалуйста… ради Бога…
– Так тебя просят люди, которым ты рвешь вены?
– Я никому ничего не рвала! Я клянусь!
– Святым духом питаешься, что ли?
– Нет, – она протянула руку в мою сторону, пытаясь отгородиться. – Кровь мне приносит брат.
– Ах, ты еще и принцесса? – усмехнулась я и направила на нее оружие.
Она сжалась в один маленький трясущийся комочек и заорала:
– Я не могу заставить себя убить человека! Не могу и все! Не верьте мне, но это правда! Я – урод! Я не умею! Хотите стрелять, стреляйте! Хватит уже издеваться!
Она зажмурилась. Я выстрелила. Спустя пару секунд вампирша медленно открыла глаза, не понимая, почему еще жива. Я бросила к ее ногам ключ от замка на цепи и быстро пошла обратно. Девчонка так и осталась стоять как статуя. Не знаю, зачем я выстрелила мимо, зачем отпускаю ее. Надеюсь, не пожалею. Я очень быстро оставила ее и вернулась к сестрам.
– Все? – с любопытством спросила Юля.
– Все, – ответила я. – Подъем. Уходим.
Сестры, расположившиеся на рюкзаках, нехотя встали и снова пошли за мной.
***
Таня стояла в лесу. Она все еще не верила, что Валькирия, о которой она слышала столько ужасов, пощадила ее. Зачем она сделала это? Как такое вообще возможно? Наверное, Таня правильно поступила, что не стала тогда стрелять. Наверно, все-таки существует круговорот добра в природе.
Трудно сказать, сколько раз за те дни, что она пробыла в плену, Таня успела проститься с жизнью. Не будь она блондинкой, наверняка нашла бы у себя кучу седых волос. Но что она могла сделать? Драться с ведьмами? Смешно. Куда ей? Да и нападать-то она толком не умеет. Старший брат, Максим, потратил кучу времени и нервов, чтобы обучить ее хотя бы азам и в итоге оставил эту бесполезную затею. Его сменил второй брат, Александр. С импульсивным и веселым Лексом заниматься было интереснее, чем со спокойным, продуманным Максом, но Таня все равно не понимала, чего от нее хотят, и зачем ей все это надо. Она не хотела никого убивать, ей было достаточно добычи охотников, тем более что Лекс велел приносить ей кровь в стакане. В конце концов, и Лекс плюнул на тренировки, назвав Таню бестолковой. Этого она и добивалась – чтобы ее просто оставили в покое. Только вот теперь она одна в лесу, ее чуть не убили ведьмы, и нет гарантий, что по лесу не бродят боты и падальщики.
Решившись, наконец, Таня подняла ключ и дрожащими руками открыла замок. Цепь упала на землю, а Таня потерла покрасневшее запястье. Надо куда-то идти. Но куда? Почему она не слушала братьев, когда те учили различать запахи? Нет ни телефона, ни оружия. Таня пошла в противоположную от дороги сторону, чтобы еще раз случайно не встретиться с ведьмами. Иначе Валькирия все-таки застрелит ее. Вынуждена будет застрелить. Второго такого шанса у Тани не будет.
Она шла вниз по холму. Подошвы ее кроссовок скользили по сырому мху, и она придерживалась руками за стволы деревьев, чтоб не скатиться кубарем с крутого склона.
Вдруг странный, пугающий звук заставил ее остановиться. Она замерла и прислушалась. Звуки раздавались где-то поблизости. Таня испуганно оглянулась. Чуть в стороне позади нее в склоне холма чернела огромная нора. Звуки доносились оттуда. Таня никогда раньше не слышала ничего подобного. Она стояла совсем близко, но даже с ее отличным зрением, не могла различить, кто был в кромешной тьме под землей.
Звуки стали еще более устрашающими. Таня попятилась. Из норы медленно показалась отвратительная лысая морда. Ноздри вздымались, втягивая запах жертвы, с оголенных клыков капала слюна. Таня со всех ног рванула вниз по склону, наплевав на всякую осторожность. Чудовище из норы бросилось за ней. Оно бежало на задних ногах, вытянувшись параллельно земле, и жутко хрипело. Какое счастье, что способность быстро бегать дана ей от природы, и этому не надо учиться. Теперь только бы не упасть! Таня никогда еще в жизни так быстро не бегала. Ветки больно хлестали ее по лицу, но останавливаться нельзя.
Выбежав к поросшему камышом озеру, Таня остановилась и отдышалась. Вроде как, все. Она таки сумела оторваться от чудовища. Таня огляделась вокруг. Озеро казалось большим, тянулось далеко влево и огибало холм, но в том месте, где стояла девушка, ширина его не превышала и двухсот метров. Внезапно Таня почуяла что-то столь противное, что это вызвало у нее рвотный позыв. Моля всех богов, чтобы это было не то, что она подумала, девушка обернулась и окаменела. Она ошиблась, ей не удалось убежать от падальщика. Только теперь уже их было много. Целая стая монстров скалилась, глядя на нее, в предвкушении завтрака.
Таня попятилась и вошла в воду. Это конец. Если с Валькирией у нее всегда был хотя бы призрачный шанс договориться, то с этими существами точно не получится. Не раздумывая, Таня бросилась в воду и что было сил поплыла к противоположному берегу. Чудовища заметались на берегу, не решаясь войти в воду. Неужто, твари боятся воды?
Добравшись до противоположного берега, девушка устало рухнула в траву. Хорошо, что озеро не большое. Надо убираться отсюда. Таня отжала край мокрой кофты и волосы и побежала в лес.
***
В обед сестры начали ныть, что хотят есть, и на развилке лесных дорог мы сделали привал. Солнца по-прежнему не ожидалось, но было довольно тепло, и это радовало. Вампирша, наверное, уже бежит домой. Сегодня я не оправдала славу убийцы вампиров. Вот прибежит девчонка к своим зубастым сородичам и расскажет, что я мягкотелая размазня, и нечего меня бояться. Буду тогда знать.
Развернув фольгу, я достала бутерброд и откусила кусок. По лесу прокатился крик и отдаленное «Помогите!» Кусок встал поперек горла. Я вскочила. Сестры схватились за оружие. Все мы смотрели в лес. Крик повторился, такой знакомый…
– Это Джиджи, – вырвалось у меня.
Не раздумывая, я рванула на крик. Несколько девушек бросились следом. Стоп! Что, если я ошиблась, и это не Джиджи, а вампирша? Как я объясню все сестрам?
– Нет! Всем оставаться здесь! – приказала я.
Потом объясню свой бессмысленный поступок.
Криков больше не было. Неужели опоздала? Если это Женька, и она еще жива, я лично ее добью. Я бежала со всех ног, перепрыгивая поваленные стволы и сплетенные ветви.
– Женя! – закричала я.
– Ольга! Я здесь! – донеслось из-за холма.
Значит, точно она, и еще не поздно. Обогнув холм, я остановилась как вкопанная. Такого я еще не видела. Восемь падальщиков кружили под деревом, на которое забралась до смерти перепуганная Джиджи. Увидев более легкую добычу, они оставили дерево и бросились на меня. Троих я убила сразу, остальные пять оказались более проворными и спрятались в кустах. Я бросилась бежать, они за мной. Впервые в жизни я позавидовала вампирам. За секунды я оставила за спиной рощу, на ходу ранив еще одну тварь. Она взвизгнула подобно собаке и отстала, но остальным четырем это аппетита не убавило.
– Сюда!
Не думая, я влетела на дерево, ствол которого удачно раскололся надвое. Еще миг, и челюсти монстра вцепились бы мне в ногу. Я перевела дух. Вампирша!
– Какого черта ты здесь? – опешила я.
Таня заняла соседнюю ветку, вцепившись в нее обеими руками, как обезьянка.
– Вон, – показала она пальцем на падальщиков. Теперь их стало семь. – Загнали меня сюда.
– Вампир, что, не справится с парой лысых шавок?
– В одиночку и без оружия? – она посмотрела на меня как на ненормальную.
Мда. Разочарована. Я окинула ее взглядом.
– Смотрю, ты решила искупаться.
– Да уж, – проворчала вампирша, – не по своей воле.
Сверху я успешно прикончила двух тварей, остальные исчезли в кустах. Выжидают. Я достреляла последние патроны по кустам и сменила магазин. Эти твари быстро соображают. Ни один не выскочил. Ну ладно.
– Так, я не собираюсь сидеть тут вечно, – я спрыгнула вниз.
Двое тут же кинулись ко мне, и упали замертво. Остальные бросились всем скопом. Отходя назад, я без особых проблем прикончила и их, хотя последний поганец все-таки успел ободрать мне ногу. Семь дохлых псов валялись на земле. Один, истекая кровью, еще дергался, я выстрелила ему в голову. Даже такая тварь не заслуживает мучений. В конце концов, они убивают из-за инстинкта. Я взглянула на вампиршу, все еще сидящую на дереве, и пошла обратно, туда, где оставила Женьку. Услышав позади хруст ветки, я снова чуть не выстрелила.
– Это я, я! – остановилась вампирша, вскинув руки.
Вот же напасть! Перешагнув через поваленную березу, я пошла дальше.
– Ты зачем идешь за мной?
– С вами безопасней, – неуверенно ответила она.
– Со мной?!– я обалдела. – Из уст вампира это звучит, как оскорбление.
– Можно, я пойду с вами? – тихо спросила она.
– Куда ты собираешься со мной идти? – усмехнулась я. – К ведьмам, что ли?
– Они не увидят меня, я просто буду идти за вами.
– Юля уже поймала тебя однажды, и поймает еще раз. Скажи спасибо, что не пристрелила, и вали к своим, – я ускорила шаг.
Надо забрать Джиджи и всыпать ей, как следует. Наверняка сбежала из лагеря спасать свою зубастую подружку.
– Спасибо, – промямлила она. – Но я не знаю, куда идти.
Я обернулась. Она стояла такая жалкая и потерянная, что на секунду мне даже стало жаль ее. Абсолютно не приспособленная к жизни маленькая вампирша.
– Иногда мне не верится, что ты – вампир, – с укором сказала я. – Ты вообще кусаться умеешь?
– Я только раз пробовала кусать человека. Ничего хорошего из этого не вышло. С тех пор даже не пытаюсь. Нервы дороже.
– Хм, в семье не без урода, – напомнила я ей ее же слова.
– Меня учили, – продолжала Таня, семеня в нескольких метрах позади. – Но я почему-то не могу укусить донора. Брат сказал, что я бестолковая.
Я засмеялась.
– Наверно, он прав.
– Понимаете, они так смотрят… – она на миг запнулась, – что я чувствую себя чудовищем.
– Ты и есть чудовище, – весело заметила я.
– Вы меня не знаете!
Я резко обернулась.
– Не заставляй меня передумать, что не пристрелила тебя.
Вампирша надулась, но промолчала.
– Разворачивайся и чеши к своим, пока ветер без сучков, – я сжала в руке автомат. Может, вспомнит, маленькая кровопийца, что играть с огнем детям опасно.
Вдруг за деревьями снова раздался крик. Сердце оборвалось. Я со всех ног рванула туда, где оставила Женьку.
Бесплатный фрагмент закончился.