– Он не сможет идти! – закричала Настя.
Кровь медленно, но все же шла. Если бы не действие заклинания, она хлестала бы из раны охотника. И если бы не действие заклинания, то он давно бы свалился. А так стоял заторможено замороженный.
– Ну это уже дело за мной. Положи его на землю, – ответила Зименея.
Мужчина был похож сейчас на большую такую тяжелую ватную куклу, которая слегка хлопала своими синими глазами. Поэтому девушка не без труда уложила его на землю.
– Так, приложи руки к ране.
– Надо ее перевязать, зашептала Настя.
– Приложи руки, на перевязки нет времени и средств.
Девушка смиренно положила руки на рану. Она почувствовала, как горячая жидкость прикасается к ее ладоням.
– Повторяй… – Зи стала проговаривать свои заклинания.
Кровь перестала биться, а сверху ранки появилась небольшая едва заметная корка.
– А теперь бегите.
Легко сказать – «бегите». Мужчина просто повис на женском плече и еле волочил ноги. Но Настя все же пыталась бежать, пусть и с тяжелой ношей под боком. Да и к тому же раны Ханта открывались по пути несколько раз. Что существенно тормозило их передвижение. Приходилось заново останавливать кровь.
Лес заканчивался, и девушка увидела вдали стену из высокого частокола и крыши некоторых построек.
Но в лесу раздался странный вой, будто смешали истошный крик и стон.
– Ну все, закончилось, – с тяжелым вздохом сказала Вильма.
В нескольких метрах от больших ворот Настя рухнула без сил. В этот момент оттуда выходила молоденькая рыжая девчушка. В руках она несла корзинку, размахивала ей и что-то довольно мурлыкала под нос.
– Помоги… – лишь прошептала Настя.
Девчушка ойкнула, подбежала к Насте с Хантом. И, несмотря на всю кажущуюся девичью хрупкость, ее стройность и даже «тонкотелость», девушка живо взгромоздила «тушу» охотника и бодро понесла его. Насте лишь оставалось плестись, устало перебирая ногами, за ней, неся в руках ее корзинку и делая робкие попытки хоть как-то помочь рыжульке.
Идти пришлось недолго. Девушка привела их в один из домов на окраине деревни.
– Мам, у нас гости… срочные, – только сказала девочка, когда она переступила порог дома.
Навстречу вышла полноватая женщина в переднике, который был заляпан яркими красками (на самом деле, это был сок от ягод смелки). Ее лицо будто светилось изнутри (или это так падал на нее свет из окна?), подчеркивая ее золотисто-рыжие волосы и веснушки.
– Ох, ты ж ёшки марешки, Хант! – озабоченно выкрикнула женщина и уронила из своих рук чашу, полную разноцветных ягод смелки, которую она держала до этого в руках.
– Тащи его в гостевую и гостей пока не пускай. Только срочных. Хотя… отправляй их в летний домик, там буду принимать. Но только через 3-4 сейма!!!
Девчушка потащила мужчину в соседнюю комнату. Настя последовала за ней.
– Куда? – строго гаркнула Сильва.
– Я могу помочь, – уверенно ответила Настя, а голос в голове сказал ей, чтобы она повторила фразу «Зименея да селт, Зименея да вент…» и после показала тату со змеей.
Настя машинально выполнила наставления Зи.
Сильва оторопела, слегка кивнула и поклонилась, показала жестом «Проходите».
Рыжуля уже уложила охотника на большой широкий стол. Ловко подрезала окровавленную одежду и сняла ее. Видно было, что девушка, будто какая-то заправская медсестра, проделывает не в первый раз подобные манипуляции.
– Асточка, солнышко. Все. Иди. Но забудь про лес. И другим запрети. Похоже, что волки сегодня будут злы. Ягод хватит. Мы здесь справимся. Иди. Если что, я тебя позову, – отчеканила ее мать.
Девчушка, озадаченная, ушла.
– Я несколько раз останавливала ему кровь заклинаниями, – начала мямлить Настя.
– Но раны все равно открывались? Плохо дело. Его что, ножом с кровью сегды пырнули? – перебила ее женщина
– Не знаю, возможно.
– Так, долой разговоры, хватай зенту и парочку фликов, начнем…
Голос в голове у Насти начал – «Слушай меня… зента это вон та зеленая жидкость в длинном и прозрачном кувшинчике. А Флинты или флики.. это.. в коробочке, специальные полоски ткани, вроде ваших бинтов. Они…, – голос Зименеи немного споткнулся, замешкался, – они, да справа… , да на этой, второй полке. Открывай коробку, бери за один конец и повторяй за мной…»
Настя машинально, хоть и не совсем складно, действовала по указке Зи. Повторила все озвученные заклинания, и выполняла все то, что та говорила. Девушка то сматывала, то, наоборот, разматывала «бинты». От этого «накрахмаленные» жесткие полоски становились эластичнее и мягче. Девушка при этом старалась не удивляться и не отвлекаться на действия Силвы.
Знахарка схватила кувшинчик с зеленой жидкостью, плеснула ее на свои ладони, а затем и на раны Ханта. И начала действовать, словно в трансе. Водила руками по его телу, что-то нашептывала. При это руки ее ярко светились, от них исходило тепло.
Настя точно так же на автомате или в трансе совершала свои механические действия. После того как Силва проходила руками по раненому месту охотника, Настя накладывала повязку на еще горячее от прикосновений знахарки, место.
– Плохо дело… – озадаченно прошептала знахарка, – Нас тии яяя, есть внутренние переломы, и сильно пострадали… Хант, потерпи немного
Настя хотела откликнуться на свое имя, как вдруг до нее начало доходить, что Силва таким образом выругалась, не смогла сдержать эмоций. Женщина стала двигаться еще быстрее, злее и четче, остервенее.
Хант, лежавший неподвижно, словно бревно, все это время, стал извиваться и истошно орать.
– Что стоишь, а еще из верховных! Помогай давай, – грубо прикрикнула Силва.
– Делай то же что и она, – закричала Зи, – да проговаривай за мной все то, что я тебе говорю.
Женщины схватили охотника. Он изгибался, орал, словно в него вселился демон (и не один). И откуда столько силы в умирающем теле? Насте было жутко, но она делала все то, что делала Силва. И ее руки также светились, от них исходил неимоверный жар.
Вскоре мужчина затих. Он словно уснул глубоким лечебным сном.
– Ну все, мой хороший, все… Отдыхай, все позади, – сказала знахарка шепотом и по-матерински погладила мужчину по его голове.
Силва перевела дух и внимательно посмотрела на Настю.
– Ты ранена? – спросила она, увидев на одежде девушки кровь Ханта.
Машинально, не отдавая себе отчета, женщина потянулась к запачканному месту.
Настя почувствовала, как на нее направляется словно подогреваемый феном, горячий поток энергии. А Силва упала без сил, как только прикоснулась к девушке.
– Хватай зенту, смочи ею свои руки и предавай энергию, – спокойно и как-то уже отрешенно сказала Зименея.
– Как? – недоуменно проговорила Настя.
– Как, как, рубя астролак, ты же Ханту помогала, сколько раз повторять надо…
Настя стала вспоминать.
А Зименея с тяжелым вздохом, начала снова проговаривать свои заклинания.
– Точно! – радостно сказала Настя и стала шептать нужное заклинание.
Ее руки засветились, и она направила их на Силву.
Женщина резко очнулась.
– Ох, и вымотал меня этот прохвост Хант. Ты как? Тебе помочь? – спросила она, поднимаясь.
– Мне нет, на мне все заживает быстро. А что с Хантом, он будет жить?
Силва посмотрела на Настю, как на дурочку.
– Мы ввели его в состояние переходного сна. Если он захочет, а он захочет, выживет. Пока нужно просто приглядывать за ним, денек другой, да пару раз ритуалы на восстановление поделать. Он крепкий, сам должен вытянуться, не впервой уже… Про состояние переходного сна рассказывают же в первую очередь только что посвященным первогодкам… Ты чего?
– Я… я не помню, – Настя хотела было сказать, что не знала, но запнулась и решила, что так будет звучать убедительнее. – Я вообще много сейчас «не помню», – «ну или не знаю», продолжила про себя девушка.
Настя почему-то решила придерживаться версии с амнезией. И рассказала Силве о встрече с охотником, о встрече со стаей в запретном лесу и их приключениях.
– Да, детка… это тебе в Рихтер, змеиный город надо, к своим, – сказала озадаченно женщина. Она развернула запястье девушки и, показав на тату добавила, – Это татуировка верховной жрицы великой Зименеи, даже если ты и аорчанка, у вас тоже были ее служители. Может и верховные появились со временем. А я что?… я… я выбрала семью, хоть и осталась наделенной даром.
Ты, наверное, есть хочешь? Да и искупаться… Вы ж без воды, и чтобы … – но дальше Настя не расслышала, что говорила сквозь свое бормотание Силва.
А женщина, меж тем подошла к окну, и громко так раскатисто прикрикнула:
– Эй, Зик, сынка, иди сюда…
Чуть позже в дом вошел невысокий, но такой же рыжеволосый как мать, кареглазый парнишка. Худенький, но с волевым взглядом. Он был, похоже, одного возраста с рыжулькой Астой.
– Сходи, сделай купальню госте, и мне. Да поживей.
– Ну, мааам, мы там с пацанами…
– Я сказала сделай живо, – каким-то стальным приказным тоном сказала женщина, и тут же мягко добавила – у тебя это не займет много времени и выиграешь ты еще у Кита.
Смущенный пацанчик убежал.
Силва еще немного подсуетилась, вручила Насте сменную одежду и белье – легкий светло-голубой сарафан чуть ниже колена, просторную, светлую тунику, мягкие сапожки, связанные причудливым кружевным узором, нижнее платье-майку, панталончики.
Женщина «задала вектор движения» и отправила Настю в соседнюю постройку, что была похожа на нашу баню.
Настя зашла в это здание. Вначале было небольшое помещение, ну типичный предбанник, место где можно спокойно раздеться, посидеть, подумать. А вместо «парной» – купальня, небольшой бассейн, глубиной по колено. С бортиками для рук и ног, чтобы лежать и наслаждаться теплой водой и пузырьками.
Девушка осторожно потрогала воду. Та была ледяной, студеной, колодезной.
– Эй, шизики, включайтесь давайте. Мне что купаться в ледяной воде?
– Посмотри на полку на соседней стене, – ответил Виленд, – там должны стоять порошки. Посмотри их.
– Красный порошок, отсыпь его немного в воду и она нагреется. Чем больше, тем горячее станет вода. Для теплой водички достаточно лишь щепотки – добавила Вилма.
– А ты что, будешь наблюдать, прошипела Зи, – иди выйди отсюда.
Виленд фыркнул.
А Настя «посолила» красным порошком воду.
– Добавь еще голубого и зеленого порошка, они добавят аромата и подлечат твои ссадины, – как-то мечтательно и грустно прокомментировала Зименея.
Новые «приправки» были добавлены в бассейн. В воздухе стал отчетливо проявляться мятно-цветочный аромат.
Кто-то зашел в предбанник.
– Извините, мама сказала, чтобы я принес вам зеркало. Вдруг вы что-то вспомните, глядя на себя, – быстро промямлил сын Силвы, оставил массивное полотно и убежал, хлопнув дверью.
Девушка вновь заглянула в «предбанник». Там стояло что-то большое, высокое и плоское, накрытое простыней. Оказалось, это зеркало в полный рост. Настя невольно заметила, что паренек-то необычайно силен, притащить такую махину.
Она скинула с зеркала простыню и, впервые, увидела свое отражение.
Там определенно стояла она… и не она. Девушка похожа на нее, как младшая сестра.
Длинные светло-пшеничные волосы до поясницы, все также заплетенные в две косы. Цвет ее, а вот длина – нет. У нее никогда не было такой длины волос, максимум до лопаток. Ее зеленые глаза. Да, определенно глаза ее, тот же разрез глаз, но обрамленные пушистыми ресницами, словно она недавно побывала у заправского мастера. Губки, нет, не ее. Более пухлые, чувственные, не то что ее симпатичные ниточки.
А еще у нее были скулы, тонкие руки и талия с проглядывающими ребрами. Которые она невольно нащупала сквозь одежду. Та девушка была явно худее, даже как-то слишком болезненно худее. Эту девушку напротив хотелось поскорее накормить, чтобы не гремела костями. Ее точеной фигурке многие могли бы позавидовать, но не Настя. Ей никогда не нравились такой худющий тип фигур.
Да, девушка в зеркале была определенно похожа на ту прежнюю Настю, словно младшая сестра, которой только исполнилось лет 16-17. Только у Насти никогда не было младшей сестры.
Настя еще немного рассматривала себя, и решила искупаться. Стала раздеваться и заметила на своем теле татуировки. Одна на груди, по центру, в области солнечного сплетения. Это была белая волчица на фоне луны. Татуировка была такая искусная, что казалось, что вот-вот сейчас и волчица завовеет. Приглядевшись, Настя поняла, что и эта тату движется. Волчица – дышала.
Еще одна татуировка появилась на ее плече. В облаках парила черная величественная птица. Она то появлялась, то скрывалась за пушисто-ватной дымкой.
Настя никогда не была против тату. Она даже начала набивать одну в прошлой жизни. Но не столько же сразу! Правда, эти живые изображения – змеи, волчицы и птицы, понравились девушке.
Повернувшись полубоком к зеркалу Настя убедилась, ее старая татуировка была с ней. Сбоку на ребрах, как бы подкрадываясь к сердцу. Немного недоделанная, недобитая татуировка— феникс, который расправил свои крылья. Ее тату было статичным. И каким-то блеклым, по сравнению с другими.
Настя быстро завернулась в простыню. Вышла из «предбанника». Увидела ровную гладь бассейна. Не выдержала. Залезла. Поудобнее улеглась в бассейне. Вода была идеальной. Зажмурилась и нырнула с головой. Вынырнула с ясной головой и кучей вопросов.
– Шизики, вы здесь? Позовите Виленда. И давайте рассказывайте уже, во что я вляпалась.
Девушка отчетливо слышала, как фыркнула Зи, и пробормотала «ни капли уважения». А Вилма лишь сказала – «Брось еще желтого порошка, появится плотная пена, Виленд заходи, есть разговор».
Порошочки работали что надо. Настя практически сразу ощутила как ее заволакивает легкая усталость смешанная с нежной, чувственной негой. Мысли куда-то улетучивались. Хотелось просто раствориться в этой цветочно-мятной воде с плотной и ласковой пенкой.
– Кх, кх… Я конечно понимаю, действие порошков ассаи оно такое… Но долго мы еще будем лицезреть, как ты болтаешься в купальне? – немного нервно и скомкано сказал Виланд.
Настя встрепенулась и сбросила с себя сладкую негу. Встала и подошла к зеркалу.
Простыня плотно облепила молодое худощавое тело девушки, подчеркивая все ее прелести.
– Что это? – спросила девушка, немного стянув простыню в районе груди, указывая поочередно на свои новые татуировки.
– Это знаки принадлежности к верховным из гильдии магов. Вот змея, символ Зи… Зименеи. Ее верховные жрицы набивают себе эту татуировку при переходе, при посвящении. Поэтому и Силва решила, что ты одна из них, из верховных, – пояснил Виланд.
– Волк – это мой символ, а парящий синдр – Виланда, – продолжила Вилма.
– «Татуировки» появились потому что ты поглотила нас, – продолжила Зи, – отпустишь – исчезнут.
– В смысле поглотила? Это как?
– Ты дера, – начал рассказывать Виланд, – Дева, что наделена уникальным даром. В нашем мире маги обладают способностями управления стихий, эмоций, созидания и разрушения, различной направленности. А дера может поглотить любую магию и использовать ее, усилив в несколько раз. Вспомни про кафф. Ты собрала всю его магию в себя и теперь можешь говорить на всех языках Зиртана, да и, пожалуй, всей Зирнеи (*Прим. Зиртан – главный материк Зирнеи).
Но собирать магию ты можешь не бесконечно. И у тебя есть свой резерв. Как и любого другого мага. Твой резерв может переполниться и тогда…
Хорошо что богиня Атис предусмотрела и ты не только берешь, но и отдаешь. И отдаешь гораздо больше. Ты словно взращиваешь эту магию внутри себя…
Ну а мы чистое воплощение магии, которое ты…
– Только помни, что ты должна отдавать, иначе будет плохо, – перебила и вставила свой комментарий Зи.
– Ты способна поглотить любую магию, которая воздействует на тебя – амулеты, заклятья, – тебе все нипочем. Нет, конечно, ты их чувствуешь, некоторые сильные заклинания или амулеты будут действовать как надо, но не долго. Фактически они не могут причинить тебе вреда.
– То есть я всемогущая, – саркастично подметила Настя.
– Ну нет, – ответила Вилма, – физически тебя вполне можно убить.
– Но сложно, пока есть магия великой змеи, с ее регенерацией.
– Так, шизики, подытожим. Я поглощаю и отдаю магию, типа аккумулятора. Но я должна освободить вас. Иначе мне кирдык. И как мне это сделать? Я не хочу умирать, нафиг мне тогда способности… Или не нафиг? Какие там у меня способности? Змея – это целитель, волк что делает? Черный сокол, не помню как там его назвали сандр, что ли… не запомнила названия…
– Мы не шизики!!! Имей хоть капельку уважения, архивебры, самые сильные на Зиртане! Я великая змея Зименея – Богиня земли и целительства.
Но высокопарную и гневную речь Зименеи прервала Вилма.
– Богиня? Да ладно уж, Зи, опять ты со своей гордыней. Мы не боги. Но когда-то были столь могущественны, что люди поклонялись нам как богам. И это говорю я, – продолжила с явной ухмылкой Вилма, – Богиня праведного гнева и войны, Вилма Великая – хозяйка Варсаавского леса, обители славных воинов.
– Я Виланд созерцающий, открывающий путь неизвестное, Великий странник – продолжил мужской голос.
Чтобы освободить нас нужен мощный всплеск твоей энергии (магии), чистый и правильный.
– А почему тогда с Хантом не сработало, – спросила Зи.
– Эмоции не те были. Чтобы вырваться нужны правильные эмоции, – заключил Виланд.
Настя немного поворчала, передразнила своих подселенцев и в итоге спросила – «Ну и что же мне делать? И вообще, зачем мне все это? Я домой хочу… Я могу вернуться домой?»
– Пока научись управлять магией внутри тебя. Пока ты берешь и отдаешь не осознано. Этим могут воспользоваться, или ты причинишь кому-нибудь вред, заберешь всю магию. А маг без магии – не жилец, его ничто не удерживает в этом мире. Твой дар еще и великое проклятие. Ты легко можешь убить мага, ведь его жизнь неразрывно связана с его магией. Заберешь всю без остатка магию – и нити, удерживающего его здесь оголятся, легко оборвутся от простого физического тыка или более менее сильной эмоции, – выдал очередные наставления Виланд
– И как управлять даром то? Я пока ничего такого не делала. Я вообще не понимаю, что вокруг меня происходит.
– Ну пока учи шенгу – всеобщий язык магии. Все заклинания проговариваются на шенге. Если ты поймешь и научишься разговаривать на нем, то сможешь правильно направлять магию, что липнет и есть в тебе. Вот что ты сказала, когда отдавала силу Силве? Как думаешь, что это значит? – как-то «по дружески», ласково спросил мужчина, как маленького ребенка.
– Передаю добровольно частицу себя, – почему-то отчеканила Настя.
– Ого… да ты не безнадежна, а даже… похоже кафф хорошо так был заряжен, – Виланд продолжил свое наставление-обучение, – А теперь подумай, и скажи, как могла бы звучать фраза «Открой сокрытое, покажи незримое»
Настя немного подумала, и ляпнула какую-то абракадабру.
Почти сразу же она стала замечать, как некоторые окружающие ее предметы стали подсвечиваться цветным сиянием.
– Ну что, ты видишь сияние над баночками с порошком ассаи? – уточнил Виланд.
– Да, прошептала еле-еле Настя, – вижу.
– Поздравляю, теперь ты видишь мир моими глазами! – подытожил Виланд.
– А долго будет длиться это заклинание?
– Ну смотря какой у тебя резерв и силы, вложенные в заклинание. Может несколько секунд, может и больше, часы и сутки. Зажмурься, и видение спадет.
Она зажмурилась по совету Виланда.
– Офигеть… – прошептала Настя, после того как открыла глаза, – но вы не ответили, про то как мне вернуться домой. Я все равно не хочу ввязываться во все это…, – Настя вспомнила про оборотней или звероподобных людей, и ее немного передернуло, она инстинктивно попыталась сбросить с себя эти воспоминания, быстро, быстро встряхнув головой и плечами.
– Нужно тебя посмотреть в городе целителей. Есть ли нити, ведущие в твой мир. И есть ли куда тебе вообще возвращаться. Вернуть-то можно, было бы куда. Останешься так ненароком неприкаянной душой. В городе есть всевидящее зеркало богини Праматери, которое открывает свои знания только великим жрицам – ответила как-то обреченно Зименея.
– А теперь ши… Великие вебры, можно я побуду одна. Мне нужно это все переварить. Да и искупаться хочется, водичка просто кайф.
– Давай, давай – отключай. Зачем тебе смотреть на девочку? Давно не видел что ли, – послышалось хихикающее бурчание Зи, а потом все резко стихло.
Настя стащила с себя мокрую простыню и медленно, растягивая удовольствие, погрузилась в купальню. Ее практически сразу взяла в плен нежная пенка и ласковая цветочно-мятная вода.
– Может, зря мы все ей рассказали? – спросила Зименея Виланда, когда тот отключил телевизор.
– Поверь моей чуйке – это не Элика, она другая. Ей нужно знать правду о себе. Иначе наломает тех еще дров.
Леди, а вы не пробовали открывать двери или окна вон там, – ответил Виланд и указал на балкон.
– Да все закрыто было. Хотя да… вид из окна интересный и красивый, вот бы хотя бы подышать свежим воздухом, – сказала мечтательно Вилма, что сидела на подоконнике возле балконной двери.
Девушка уже как-то пыталась передвигаться. И практически сразу же заняла свое «коронное место» на подоконнике перед балконом. Там так уютненько разместилась плоская подушечка, что грех было не воспользоваться такой «лежанкой». Руки и ноги ее все еще были в повязках. Но она уже не чувствовала этой дикой боли. И несмотря на протесты Зи, пыталась передвигаться, и все время возвращалась к окну, к «лежаночке», чтобы рассматривать мелькающие пейзажи за окном.
Вид из окна действительно был занимательно-замечательным. Каким-то зачаровано прекрасным. Вдалеке виднелось бескрайнее море с песчаным берегом. Но оно словно было огорожено туманом, так же как и другие «островки», что вырастали то тут, то там. Под домом явно город с высотками и красивым парком, а чуть поодаль какой-то поселок с маленькими уютными домиками. Он далеко и близко одновременно. Иногда кажется, что выйди и пройди пару метров, и окажешься среди этих маленьких избушек. А иногда, он словно «убегает» и его можно лишь провожать взглядом. Маленькие разрозненные «островки», которые были окружены облаками или туманом.
Как позже объяснил Виланд, это места, в которых когда-то бывала, жила или быть может просто видела краем глаза Настя. Каждое место – значимое для ее сердца – будь то мечта или далекое воспоминание.
Виланд стал осматривать балконную дверь. Потянул за ручку – не открывается. Повернул, дверь откинулась, приоткрылась «на проветривание», впустив легкую прохладу морского бриза. Да за окном было море. Хоть оно и казалось таким далеким.
Мужчина поставил дверь на место. Еще раз повернул ручку, на прежнее положение. Развернул в другую сторону, потянул и вуаля… Дверь открылась.
– Влад, помоги. Я тоже хочу туда, на балкон, – взмолилась Вилма.
Парень помог девушке, подставив свое плечо и фактически перенеся ее за дверь. Они перебрались на небольшой балкончик.
О миниатюрных габаритах балкона стало понятно после того, как все трое вышли туда. Трое людей свободно помещались там, да и собственно все. Свободного пространства больше не было.
А пространство было под балконом. Густой молочный туман-облако застилал внизу весь обзор. И нельзя было понять, на каком этаже они находятся. Они словно парили в воздухе. Но зато вдали виднелся морской песчаный берег. Где-то там шумели ласковые волны. И было чистое голубое небо с ярким солнцем.
Девушки зачарованно смотрели вдаль. А Виланд вдруг перепрыгнул через перила. Прыгнул и обратился в огромную черную птицу, которая с упоением поймала ветер и устремилась ввысь.
– Девушки, я здесь осмотрюсь немного, поищу выход для вас. Не закрывайте двери…
Вилма и Зи с некоторой досадой смотрели вслед улетающему Виланду и синхронно вздохнули.
– Пойдем? – спросила Зи.
– Ты иди, а я еще постою здесь, подышу. Да не переживай так, я уже вполне могу ходить… Посмотри и убедись сама…
Зименея осмотрела раны Вилмы.
– Действительно, ты восстанавливаешься невероятно быстро. Ладно, начинай ходить потихоньку, но не переусердствуй.
***
Вдоволь накупавшись и переодевшись, Настя вышла во двор. И едва не сбила глубоко беременную женщину, когда она выходила и открыла дверь от купальни.
– Ой, простите, – замешкавшись, пробубнила девушка.
– Это вы простите, я думала там Силва, у нас сеанс, – сказала незнакомка, поглаживая свой большой живот. А вы кто?..
Но беременную женщину своим окриком отвлекла Силва.
– Претта, я здесь. Сегодня прием проведу в «гостевой» у дома. Пойдем. Кое-что возьму и приду. А ты, Сестренка, – сказала, интонационно выделив «сестренка», уже обращаясь к Насте, знахарка, – раз выходишь, захвати порошки асаи – желтый и красный.
Силва взяла под ручку беременную женщину и повела ту домой. Настя вернулась в купальню, послушно взяла пару коробочек и вышла.
Силва и ее «клиентка» еще не ушли далеко, Настя отчетливо видела и слышала их. Двигались они весьма степенно и размеренно. Силва заботливо уводила свою подругу к дому, чтобы та даже ничего не успела заподозрить. Забалтывала ее и на ходу придумывала легенду для Насти.
Уже на веранде, (так называемой «гостевой», где женщина летом часто проводила свои приемы) врачевательница усадила посетительницу на стул и стала проводить сеанс. Было видно, как у знахарки слегка светились руки, которыми она водила по большому животу своей гостьи.
Настя передала баночки с порошками Силве. Но та даже не взглянула на них. Небрежно поставила их подальше на стол к чайнику с чашками, чтобы не мешались. Девушка тихонечко села на табуретку в сторонке.
А Силва стала расспрашивать Претту. Как известно, «нападение – лучшая защита», и чтобы ее гостья не переключилась с расспросами на Настю, разговор лучше завести самой знахарке.
– Как муж? Рука не напоминает о себе?
– Все хорошо. Как ты передала свои травки, так хоть спал стал. Выпьет и спит, как бревно, не ворочается. Да и я могу тогда спать спокойно. А то бывало полночи туда-сюда, туда-сюда. А как я сделаю вид, что уснула начинает… скрежечет зубами, тихонько постанывает, а потом вообще уходит.
– Ну и славненько. Ты, главное, не волнуйся, хорошо кушай, высыпайся, – и погладив живот Претты, Силва добавила, – а ты мамочку больше не тревожь, рановато тебе еще.
Приходи ко мне дня через два. Еще раз, для закрепления результата. И главное помни, береги себя, не волнуйся. Все будет хорошо. Смотри мне, без «геройства» – сказала врачевательница, напоследок шутливо пригрозив гостье пальцем.
– Ох, Силва, спасибо тебе. Даже не знаю, как и благодарить тебя… – стала распинаться женщина, но целительница довольно быстро ее проводила домой, сославшись на то, что ей нужно еще пообщаться с сестрой, которую она не видела 10 весен.
Беременная женщина такой же степенной походкой «поспешила» к себе домой, на другой конец деревни. Это потом она уже встретит по пути нескольких своих односельчанок. «Присядет им на уши», и вскоре половина деревни будет знать, что у Силвы в гостях ее младшая сестренка. Что девушка выросла и готовиться поступать на обучение к жрицам Зименеи. А здесь она – погостить и обучиться каким-нибудь премудростям сестры. Чтобы не упасть в грязь лицом, перед принимающими решение о «зачислении».
– Уфф, ушла наконец-то, любит она лясы поточить, – сказала облегченно выдохнув, Силва, когда Претта скрылась за поворотом. – Что, Нэс, есть, наверное, хочешь? Ты деревенским говори, что моя сестра, ладно. В гости заехала, перед тем как на учебу в город лекарей пойти. И змейку свою спрячь. На всякий случай. А то мало ли что… У меня действительно была сестренка, наверное, ей было бы сейчас столько же сколько и тебе. Но в деревне никто не знает, что та, как 10 весен назад ушла за Грань.
С такими словами Силва стала здесь же накрывать на стол.
Вскоре Настя вовсю уплетала простую, но вкусную еду. За обе щеки. Ну и что, что каша из неизвестного ей злака, за то с полюбившимися ей ягодами смелки.
Знахарка удивленно смотрела на девушку, как-то ненароком спросила, когда она в последний раз ела… Уж больно «тощей» выглядела та. Кожа да кости, человека, давно не евшего нормальной пищи. Да и то, с каким остервенением девушка набросилась на еду, навевало такую мысль.
Этот вопрос вызвал небольшой ступор у Насти. Ведь этого она не помнила, ягоды смелки не в счет. Действительно, а когда в последний раз это было, в прошлой жизни?
Девушка решила сменить тему разговора и спросила про Ханта. Он все также находился в лечебном сне. По заверениям врачевательницы он должен был оклематься, но нескоро, через несколько дней.
Нужно только за ним наблюдать, давать лекарства, проводить ритуалы. Но они такие, легонькие, с ними справится даже ее дочка Аста. Надо же начинать учить девочку. Уже скоро, через пару весен, она ее отправится в Рихтер. Девочка пойдет по стопам матери. Чем женщина явно гордилась, но при этом она довольно сильно переживала за свое чадо.
Говоря строго, Хант был стабилен, но нуждался в постоянном контроле и систематическом лечении.
Настя вдруг «выдохнула». Она почувствовала себя спокойно. Словно груз ответственности свалился с ее сердца. Да и к тому же в доме Силвы было так уютно и хорошо.
Такая же атмосфера царила в доме на даче у ее бабушки, на деревне. Настя ездила туда в детстве до 10 лет. Там также было хорошо и по-домашнему и «тепло».
Хоть и женщина вскоре взяла ее «в оборот», загрузив домашними хлопотами. Не нужно было Насте стараться помыть посуду, после ее незатейливого обеда. Девушка вскочила, взяла тарелку и уточнила, где ее можно помыть.
Женщина поняла этот жест как то, что перед ней простая девчонка, пусть и потерянная (во времени и пространстве). А не какая-то жеманная принцесса белоручка или аристократка голубых кровей.
Насте это было совсем не в тягость помогать этой солнечной рыжеволосой женщине. А даже интересно.
В огород сбегать? Да пожалуйста! Хотя там она похлопала глазами минут двадцать, прежде чем поняла, что большую часть растений не знает, но все же нашла нужные салатные травки. Заодно пообщалась со своими подселенцами, выясняя, что же такого просила принести ее Силва.
То принеси-подай странные баночки-скляночки для врачевательницы. Хорошо, что помогал недовольный бубнеж Зименеи. «Как можно не догадаться, что такое зелта? Ну это же элементарно!»
Потом девушка увязалась помогать Асте – перебирать ягоды смелки, травы и листья, которые она все-таки умудрилась собрать, несмотря на запрет матери. Астра была милой девчонкой и говорливой. Вскоре Настя знала все деревенские сплетни, а еще она поняла, что Аста очень любила лес.
Но не очень любила (а точнее боялась) его обитателей. Отступников – потомков воинов предателей, отступивших от своей веры и присягнувших служить «темным силам». Эти воины получили невероятную силу, ловкость, звериное чутье. Но так и не стали воинами вебрами. Остались лишь полуобращенными.
Бесплатный фрагмент закончился.