Алиса
– Алиса! Горим! – взволнованный голос хозяйки свадебного салона и моей прямой начальницы прогоняет остатки дремы.
– Что?! Как горим?! Салон горит?!
Подпрыгиваю на кровати, как ошпаренная.
– Нет! Ты что! Типун тебе на язык, Васильева! У нас заказ! Ты должна приехать!
Сжимаю телефон в руках. С трудом распахиваю глаза и бросаю взгляд на часы, лежащие рядом с кроватью. Морщусь.
Сегодня первый день моего законного отпуска, и я хотела хоть чуточку отдохнуть. В последнее время со всеми делами буквально не успеваю выдохнуть.
– Марина Анатольевна, если не помните, я на выезде работала, все организовывала для свадьбы за городом, а сегодня у меня первый день отпуска…
Я уже все распланировала, хотела пропустить со своей малышкой садик. Мия очень просила, и вчера я ей обещала, что сегодня у нас будет поход в парк и мороженое…
Я обещала своей малышке, а тут…
– Я помню! – вновь голос моей начальницы звучит немного взвинчено. – Но мы буквально горим! У меня намечается очень важная клиентка! Ты даже не представляешь, насколько важная!
– Честно говоря, не очень понимаю, как в столь ранний час вы получили заказ.
Вновь тру лицо, пытаясь прийти в себя.
– Для таких людей время не имеет значения, Васильева!
– И кто же этот звездный клиент?
Действительно интересует, так как знаю хозяйку салона: она бы так не распиналась, не будь вопрос действительно крайне серьезным.
– Светская львица Тамара Успенская решила, что сегодня приедет в наш салон на консультацию! – произносит с каким-то пафосом, словно, услышав это имя, я должна просто упасть в обморок. – Ты хоть знаешь, кто это?!
Имя этой женщины на слуху, но я не припоминаю, кто это. Я вообще мало интересуюсь новостями. Вся моя жизнь сфокусирована на моей дочурке и работе. Так уж получилось, что я почти не смотрю телевизор и избегаю всяких новостных лент. Для этого есть причины. Мои личные.
– Примерно, – отвечаю уклончиво.
– Это дочка того самого бизнесмена Успенского! Это такая рыбина! Словим ее – озолотимся, – восторженно поясняет хозяйка салона, но я все равно не очень понимаю, кто вызвал такой восторг у Марины Анатольевны.
– Алисочка! Мне нужна ты! Я одна не потяну! Лисочка, просто приезжай! Я тебе зарплату повышу! Нам нужна эта клиентка! Это такой шанс… такой шанс… – повторяет моя начальница, и я, даже не видя ее лица, отчетливо представляю, как Марина Анатольевна мечтательно прикусывает губу, считая перспективы и возможности, которые открываются перед ее свадебным салоном.
– Ты понимаешь, если обслужим такую клиентку на уровне, – это же реклама! К нам ее подруги придут, я тебе зарплату наконец повышу! Ты ведь недавно просила! Вот, обещаю, если сможешь заполучить Успенскую, все сделаю!
– Хорошо, Марина Анатольевна, я буду, только мне понадобится помощница, чтобы я не отвлекалась и максимально была сконцентрирована на клиентке.
– С этим у нас проблемы, Петрова вывихнула лодыжку, говорит, ей светит операция, Василиса лежит с температурой, а Зоя просто не может справиться с подобным заказом. Я сейчас вызвонила Кристину. Придется с ней тебе поработать.
Морщусь вновь. Конкретно с этой сотрудницей мы не очень ладим. Но, учитывая, что мне наконец-то повысят зарплату и мы с доченькой сможем чуточку выдохнуть, все эти вопросы отходят на второй план.
– Хорошо, – отвечаю четко.
– Сделай все, чтобы моя заказчица осталась довольной! Это золотой билет для нас! Справишься – премию обеспечу!
На мгновение интуитивно цепляюсь за чрезмерную доброту моей начальницы. Деньги нам с Мией очень нужны. Все же совсем недавно я смогла осилить ипотеку, и сейчас мы вынуждены во всем себя урезать. Зато крыша над головой своя, и больше не ютимся в съемной…
– Не беспокойтесь, Марина Анатольевна, – отвечаю, окончательно приходя в себя.
– Вот и отлично! Подготовишь эскизы. Переговоришь с заказчицей. Внесешь правки. Все, как попросит! Без самодеятельности.
– Сделаю в лучшем виде.
– Алиса, помни! Тамара Успенская – это наш шанс!
– Я все поняла, скоро буду! – выговариваю спокойно.
– Вот и умничка! Ты мой лучший сотрудник! Жду!
Хозяйка салона отключается, а я выдыхаю и тру лицо. Сажусь на кровати, спускаю ноги и разминаю шею.
Даю себе немного времени и поднимаюсь. Все тело затекло. Босыми ногами шлепаю в ванную комнату и забираюсь под теплые струи душа, которые прогоняют остатки сна и немного успокаивают напряженные мышцы.
Дальше привожу себя в порядок, прохожусь расческой по длинным, до талии, волосам. Неплохо было бы их немного подрезать, слишком уж отросли, но я все откладываю.
Времени на себя нет. Приходится много работать, крутиться. Успевать везде и быть мамой самой замечательной егозы в мире.
Заглядываю в зеркало и присматриваюсь к своему отражению. Из зеркала на меня смотрит симпатичная женщина с немного усталым взглядом.
Решаю воспользоваться косметикой, чтобы скрыть круги под глазами. Блеском увлажняю губы и возвращаюсь в комнату, застываю перед шкафом.
У меня не так много вещей, жара неимоверная стоит, поэтому я выбираю светлое платье с рукавами-фонариками. Остаюсь довольна своим внешним видом. Специфика профессии такова, что мне необходимо создать определенную атмосферу при работе с клиентом. Чтобы наше сотрудничество не было похоже на работу в офисе.
Здесь нужно проявить креативность, а встречи с клиентами у меня проходят в формате дружеских женских посиделок. Именно при такой беседе мои клиентки открываются и перестают паниковать, когда обсуждают важное событие в жизни женщины, будь то помолвка или свадьба…
Именно такое умение выходить на неформальное общение помогает мне быть лучшей сотрудницей салона. В моем лице клиентки видят подругу, с которой обсуждают предстоящее событие, которая помогает сделать лучший день в жизни женщины действительно красивым.
Так странно… но… когда я только устроилась в салон после болезненного расставания, я внимательно рассматривала безделушки, которые заказывают для украшения торжества: подсвечники, салфетки, а сама с кровоточащим в груди сердцем думала, что человек, который должен был стать моим мужем, предал меня.
Предал очень жестоко. Разбив мне сердце, но… оставив частичку себя со мной навсегда…
Моя доченька стала для меня спасением…
Отгоняю мысли и иду к кроватке, где спит моя малышка. Мой ангелочек. Моя Мия.
Смотрю на темные волосики моей девочки, провожу по ним. Моя доченька – моя единственная отрада. Мой смысл жизни.
Улыбаюсь тепло, наблюдая, как дочурка спит, оттопырив нижнюю губку. Всегда так делала. С самого младенчества.
– Беременна, говоришь?! – выговаривает надменный красавец-олигарх.
– Да… возможно… у меня задержка… – отвечаю тихо, и отчего-то мое сердце пропускает болезненный удар.
– Тогда решай вопрос.
Кровь в жилах стынет от малейшего воспоминания о том, как мой первый и единственный мужчина… Мужчина, которого я любила так сильно и так остро, не захотел, чтобы наши отношения имели продолжение…
Продолжение, которое сейчас так сладко сопит в кроватке.
Неожиданно, словно почувствовав взгляд, моя малышка сладко потягивается и просыпается. Распахивает глазки и смотрит на меня до боли знакомым взглядом.
– Привет, мое солнышко, – улыбаюсь, провожу пальцами по непокорным прядкам дочки.
– Я не хотю в садик! – бодро заявляет моя непоседа.
В последнее время у нас с этим проблемы. Все чаще моя доченька отказывается посещать сад. И… вчера я, кажется, поняла почему. Мия подралась с мальчиком из группы, который, к слову сказать, гораздо плотнее и сильнее моей девочки, но… ее пришлось от него просто оттаскивать, как меня заверила воспитательница, выдавая выговор за поведение и угрожая, что, если я не проведу разъяснительные беседы с дочкой и подобное повторится, исключат нас.
Позже, переговорив с доченькой, я узнала болезненную правду.
Мию одногруппники задирают. Задирают, потому что у нее нет отца.
– Мама, а где мой папа? Почему он не пришел за мной?
Вопрос, на который у меня нет ответа. Вернее, есть. Есть ответ, который я никогда не озвучу, потому что твой отец, маленькая моя, магнат Роман Ворошилов.
Владелец огромных компаний. Состоит в первой десятке списка «Форбс». Он не пришел за нами. Потому что он…
Он предал нас.
Предал!
И мы к бизнесмену и олигарху Роману Ворошилову не имеем ни малейшего отношения!
В то время, когда у него есть все, мы… вынуждены были ютиться и выживать.
Вот так. Стоит только подумать об этом, как у меня вновь кровь бурлить начинает в жилах.
Моя доченька же тянет ко мне ручки и обнимает меня крепко.
– Сегодня будем гулять?
Спрашивает бодро, а у меня сердце сжимается, когда отвечаю выдохнув.
– Солнышко мое, мне сегодня позвонили с работы. Вызывают. Мой отпуск откладывается.
По мере того как говорю, Мия грустнеет. Улыбка, которая зародилась на детском личике, начинает гаснуть.
– Не хотю в садик!
Вновь повторяет, а я понимаю, что обещала доченьке. Она у меня настроилась весело провести день. Все же погода располагает к прогулкам, а летнее солнышко сияет ярко.
Я тоже хотела развеяться, пойти с дочкой в парк, а может, и до речки доехать, но… работа есть работа, и мне не на кого положиться. Только на себя.
– Тогда к бабушке! – подкидывает мне очередную идею дочка. Я же улыбаюсь ей тепло и киваю.
– А это мысль, – подмигиваю дочке и смотрю на часы. В принципе, успеваю. Правда, мама работает, но если успею, если она еще не вышла из дома, то, может, и получится перехватить ее.
Быстро беру телефон и спустя несколько минут слышу немного запыхавшийся голос мамы:
– Да!
– Мам, у меня форс-мажор. Ты можешь погулять сегодня с Мией? Я ей обещала прогулку, но мне на работу нужно…
– Доченька… – выдыхает мама и замолкает, явно думает над тем, что я сказала, – я в выходные могу забрать внучку, погуляем с ней, как раз у нас в парке аттракционы открылись, но сегодня я никак не смогу. У меня на работе аврал. Не отпустят…
Слышу сожаление в голосе мамы и смотрю на свою доченьку, которая, сделав большие глазки, наблюдает за мной.
Мия, сложив ручки в молебном жесте, прислушивается к моему разговору, а я понимаю, что у дочки нежелание идти в сад не на пустом месте возникло.
До этого у нас с садиком проблем не было. Мия бежала утром в сад, так как обожала свою воспитательницу. Татьяна Борисовна была, что называется, воспитательницей от бога, любила деток, и они в ответ любили ее.
С Мией у меня никаких проблем не было, нареканий мы также не получали. Но в последние полгода ситуация изменилась. Все началось с того дня, как Татьяну Борисовну уволили, вернее, она сама ушла. Написала заявление по собственному желанию, но… как говорили, родители ее просто допекли вечными придирками. На ее место приняли родственницу одной из сотрудниц.
С тех пор Мия не ходила в сад с той же охотой, а вот в последнее время и вовсе не хочет.
Вишенкой на торте стала драка…
Я не знаю, что мне делать. Разве что менять сад. Но… это сложно… льготных мест мало…
– Хорошо, мам, что-нибудь придумаем, не переживай, – отвечаю родительнице, которая продолжает расстраиваться.
Откладываю телефон и вновь смотрю на дочку.
– Бабушка обещала, что заберет тебя на выходные, – выговариваю бодро и радостно, чтобы дочка не сильно расстраивалась, но вижу, как бровки Мии хмурятся.
В такие моменты мне кажется, что я в ней Романа вижу… и от этого больней… его взгляд… разлет бровей, хотя, если присмотреться, Мия совсем на отца своего непохожа.
Но… я улавливаю сходство в мимике, в жестах. Так странно. Дочка никогда своего отца не видела, но… я иногда вижу в ней Рому. Его черты, его движения…
Вот и сейчас. Этот взгляд. Будто душу насквозь пронизывает. При этом Мия у меня совсем неконфликтная девочка, абсолютно добрая и отзывчивая.
Послушная. С ней у меня никогда особо проблем не было. Она словно уже родилась понимающим ребенком, не слишком меня мучила.
И сейчас я понимаю, что мне нужно будет серьезно переговорить с воспитательницей в садике. Мою дочку травят. И именно в этом причина ее нежелания идти в сад.
– Мий, давай все же пойдем в садик… – вновь делаю попытку, но Мия лишь отрицательно качает головой. Кажется, моя девочка унаследовала также упертый характер собственного отца.
– Малышка моя, я сама очень хотела с тобой сегодня погулять. Настроилась на отпуск. Но… мне придется выйти на работу. Это очень важно.
Мия еще совсем крошка. Ей не расскажешь о проблемах, об ипотеке, о тратах, которые ежемесячно уходят на коммуналку и прочие расходы…
Она ребенок, и как любому ребенку, ей хочется общения, ласки и любви, которые я пытаюсь дать ей за двоих…
Замолкаю. Не знаю, что могу еще сказать доченьке. Скорее себя убеждаю, а не ее.
Наконец малышка выдыхает и выговаривает:
– Холошо… я пойду… лаз надо…
И столько грусти у нее в глазах появляется, что у меня просто сердце замирает в груди. Прикрываю веки. Понимаю, что, возможно, совершаю ошибку…
Словно интуиция срабатывает, я понимаю, что сама не хочу отправлять Мию сегодня в сад.
Решение само приходит. Я на мгновение прикусываю губу. Раздумываю, смогу ли взять дочку на работу…
В принципе… не раз мои коллеги приводили детей в салон. Зоя часто сына приводила на обеденный перерыв с секции…
Но. Сегодня на подхвате будет Кристина, с которой я не очень лажу. Не думаю, что смогу попросить ее немного погулять с Мией, пока я буду заниматься важной клиенткой, да и хозяйка салона не одобрит подобное.
Крепко задумываюсь и наконец выговариваю тихонечко:
– Мия, я могу взять тебя на работу. Хочешь?
Дочка неожиданно светлеет и улыбается так, словно я ей пообещала маленькую тележку мороженого.
– Хотю! Да!
– Хорошо, только ты мне должна пообещать, что будешь вести себя тихонечко, чтобы меня не наругали, справишься?
Смотрю в глаза своей дочурки, которая задумывается вновь, будто обдумывает сказанное мной, а затем уверенно кивает.
– Значит, бежим на работу!
Мы с Мией выбегаем на улицу, и дочка весело прыгает рядом. Настроение повышается. Солнышко приятно светит. Доходим до автобусной остановки, и аккурат к этому момент останавливается нужный.
Принимаю это как очень хороший знак, проходим в салон, и Мия занимает место у окна.
Улицы проскальзывают за окном, и мы постепенно приближаемся к центру города, где Марина Анатольевна арендует помещение для своего салона, отдавая львиную долю прибыли на антураж.
Хотя, может, она и права. Именно благодаря тому, что салон находится в дорогом районе, к ней, возможно, и обратилась эта Успенская…
Подходим к стеклянной витрине нашего салона, и я спотыкаюсь на ровном месте, замечая представительный седан агрессивного черного цвета…
Сердце пропускает удар, пульс зашкаливает и… мне вдруг кажется, что… я знаю, кому именно принадлежит эта дорогостоящая иномарка…
Замираю на мгновение. Забываю, как дышать, но… уже в следующую секунду дверь распахивается, и из автомобиля выходит лощеная брюнетка.
Высокие шпильки, идеальная подтянутая фигура и четкий профиль, к которому явно приложил руку пластический хирург.
Красивая, яркая девушка уверенным шагом направляется в сторону нашего салона, и меня будто молнией ударяет. Сразу же понимаю, что, скорее всего, это и есть та самая Успенская.
Поэтому я быстро прибавляю шаг и, как только прохожу мимо автомобиля, который привез богатую наследницу, отчего-то закрываю собой дочку.
Это получается чисто на инстинктах. Мы с Мией заходим в салон, оформленный в светлых оттенках, на стенах здесь фотографии красуются с мест наших работ. Большинство из представленных – мои проекты.
Мия еще ни разу не бывала на моей работе, поэтому смотрит по сторонам с детским восторгом, разинув рот.
Я завожу малышку в комнату отдыха, где мы обедаем. Комнатушка небольшая. По совместительству мини-кухня и что-то вроде релакс-зоны.
Усаживаю свою малышку на диван и включаю небольшой телевизор, который как-то принесла Марина Анатольевна, пока у нее ремонт, да так и осталась здесь эта устаревшая модель.
Но иногда, пока сидим здесь, телевизор работает фоном, крутит клипы и музыку, сейчас же он приходится как нельзя кстати, чтобы я могла отвлечь свою малышку.
– Миечка, мне нужно поработать. Давай ты посидишь здесь, посмотришь мультики. Пожалуйста, не выходи из комнаты.
Мия смотрит на меня внимательно и важно кивает. Я же улыбаюсь своей девочке и покидаю комнату, убедившись, что на столе нет ничего опасного.
Дочь располагается на диване и с упоением смотрит свой любимый мультик, который прямо сейчас начался по детскому каналу, а я прикрываю за собой дверь и цепляю на лицо дежурную улыбку, цокая каблучками, иду в зону обслуживания клиентов, где на роскошной белоснежной софе восседает, будто императрица, Тамара Усманова.
А рядом с ней, чуть ли не как девочка на побегушках, бегает наша хозяйка.
– А вот и наш лучший специалист! Тамара Евгеньевна, знакомьтесь! Это Алиса. Она устроит торжественное мероприятие с учетом всех ваших пожеланий. У Алисы большой опыт. Вчера она работала на вилле Петра Огородникова, устроила им роскошную церемонию…
Пока владелица свадебного салона буквально распинается перед Успенской, светская львица обращает свои карие глаза на меня, и… в них неожиданно вспыхивает какая-то темная зависть или злость…
Не успеваю понять, какое именно чувство считываю, но… когда цепкие глаза проходятся по моей фигуре, мне становится не по себе.
Спустя мгновение на губах Успенской появляется высокомерная ухмылка. Которой она буквально указывает мне на то, что успела оценить дешевизну моей одежды.
Все это я считываю на каком-то интуитивном уровне. Вот бывает так: смотришь на человека – и все понимаешь.
Вот и с Успенской так же. К тому же эта девушка слишком явно демонстрирует свое высокомерное отношение к окружающим.
Под прицелом такого язвительного взгляда хочется поправить на себе платье и проверить, не слишком ли у меня декольте глубокое, но в целом я себя в зеркале видела и осталась довольна.
Я одета скромно. В демократичный бренд, который может себе позволить мать-одиночка с ипотекой. В то время как Успенская буквально обвешана драгоценностями и разодета в бренды.
Раннее утро, а эта женщина уже в полной боевой готовности, будто собралась на премьеру в Большой театр.
– Алиса, подойди, пожалуйста…
Марина Анатольевна улыбается натянуто. Становится понятно, что за несколько минут общения Успенская уже успела заставить хозяйку салона почувствовать себя не в своей тарелке.
Тяжелый случай. Я только по манере держаться вижу. А еще… знаю этот типаж людей… В свое время я работала в отеле главным менеджером, и на моих плечах лежала ответственность по общению именно с такими людьми, уж не говоря о моем бывшем…
С такими, как Тамара Успенская, нельзя показывать слабину, поэтому я улыбаюсь радушно и забираю с полки журналы и собственные наработки, которые планирую показать девушке.
– Добрый день. Как вы поняли, меня зовут Алиса, и я рада знакомству.
Улыбаюсь радушно Успенской и занимаю место напротив. Нас разделяет низенький столик, и девушка лишь кивает в знак приветствия, закидывает ногу на ногу, демонстрируя высоченные шпильки с красными подошвами.
– Для начала, прежде чем мы начнем обсуждение и я предложу вам свои наработки, я бы хотела услышать, какие у вас предпочтения. Где планируете провести торжество, какая цветовая гамма предпочтительней.
Успенская поворачивает голову в сторону замершей хозяйки салона и выговаривает надменно:
– Мне моккачино, без сахара и на соевом молоке.
Девица ведет себя нагло. Будто ей все обязаны. На мгновение мне даже жалко становится хозяйку салона, так как вижу недоумение на ее лице.
Что и понятно. Ведь у нас есть кофемашина в салоне, но максимум, что мы на ней делали, это капучино, и уж, конечно, соевого молока у нас в салоне нет.
– Боюсь, что… у нас нет… – начинает оправдываться Марина Анатольевна, а я уже почти слышу, как надменная девица выговаривает:
– Так принесите!
Поэтому действую на опережение, смотрю на немного ошалевшую Кристину и вклиниваюсь быстро:
– Кристина, у нас рядом великолепная кофейня. С обширным меню. Можешь, пожалуйста, принести нам с Тамарой Евгеньевной по чашечке кофе?
По взгляду коллеги я понимаю, что мое предложение не пришлось по нраву Кристине, но… я сейчас спасла всех нас от унижения…
Поэтому быстро переключаю внимание на себя.
– Итак, Тамара Евгеньевна, чтобы наметить план, мне нужно знать детали. Просветите, пожалуйста.
Девушка же вновь бросает на меня какой-то внимательный и острый взгляд и выговаривает четко:
– А вы что, не знаете, за кого я собралась замуж выходить?!
Бесплатный фрагмент закончился.