Мимо могилы с множеством цветом проходит мужчина. И вдруг он останавливается: он замечает, что возле надгробной плиты плачет молодой парень.
– Что произошло? – удивлённо пытается узнать мужчина.
– Моя девушка погибла. Я обидел её. Вечером, когда я читал книгу, она решила устроить мне сюрприз- подарить что-то, а я не знал, что она здесь, когда Мери подошла ко мне, я разозлился, что меня отвлекают, накричал на неё. Она побежала в машину, села и уехала. Мне было всё равно. Я был ужасно зол на неё… Через час мне позвонил какой-то мужчина и сообщил, что она попала в аварию, и попросил приехать в больницу. Я со всех ног помчался по адресу. В больнице меня встретил мужчина и передал её телефон. Он сказал, что соболезнует…Врачи не смогли ей помочь…– Парень не смог больше сдерживаться, он тихо заплакал.
– Я Вам сочувствую,– с горечью ответил мужчина. Перед его глазами пронеслись события прошлого.– Да, разве люди могли бы смириться с событиями этого мира, если бы ничего не чувствовали и не замечали? А мы бы ничего не чувствовали и не видели без неё.
– Без нее? – с интересом спросил парень, утирая слёзы.
– Без доброты, мой друг, вечной и желанной! – ответил Грегори Миндгудмен.
Стол. Графин с водой на самом дне. Ваза с завядшими цветами. Солнце сквозь немытое окно со шторой, задёрнутой до его половины. Пыль повсюду. Почти голые стены без обоев. На них замедлившиеся часы и зеркало с чёрной накидкой на нём, открывающей лишь маленький его кусочек, который отражает кровать. Она стоит полупустая. На ней человек. Смятое одеяло. Маленькая подушка под головой с давно выцветшими на ней цветами, тоже похоже завядшими. Над головой лишь пожелтевший от воды потолок. Даже нет люстры…
Ночь. Секунда за секундой. Тик… Тик… Тик…
…Всё ещё мрачнее становится вокруг. Тишина, нарушаемая лишь маленькими прерывистыми вздохами часиков. Пустота, которую невозможно уже заполнить. Одиночество, догнавшее и теперь не отпускающее. Минута следует за секундами.
Эта минута самая обидная из всей человеческой жизни. Минута горя. Минута прощения. Минута осознания. Минута принятия…
Минута перед вечностью…
Тик… Тик… Тик… Стоп…
…Маленькие часики на осиротевшей стене застыли перед величием вечности.
Утро. Я еду в автобусе в институт. Обычно в нём много людей, но сегодня почему-то почти никого нет, всего два человека: я и кто-то, сидящий сзади меня. Дорога от моей остановки до института далека: я живу за городом – денег на то, чтобы снять квартиру вблизи института, нет, хватает только на пригород.
Обычно ехать мне весело, сидят какие-то женщины или тоже студенты, дети, да кто угодно, и завести разговор, чтобы ехать было нескучно, очень легко. Например, в прошлую пятницу я разговаривала сначала с пожилым работником завода, а когда он вышел, и на его место села нелицеприятная старушка у нас тоже завязался разговор, он был о культуре, и дама оказалась в ходе разговора довольно милой. В общем, дорога в институт довольно весела и приятна.
Но сегодня всё немного иначе. Серые тучки унылой цепочкой тянутся в сторону леса, как уставшие люди после работы. Льёт дождь и из окна почти ничего не видно. И я грущу, почему-то, и сама не знаю почему. Сегодня я с утра почти ни с кем не разговаривала: дома живу одна, по дороге на остановку не было ни души, а когда села в автобус – один серьёзный водитель, которого ни в коем случае нельзя отвлекать. Сев на своё место, пришлось углубиться в мысли о предстоящем зачёте и вспомнить всё нужное. Дело оказалось пятиминутным , и дальше мысли об учёбе перестали лезть в голову- обычно по дороге я никогда не думаю о ней, что никак не сказывается на успеваемости, а сейчас из-за нарушения «традиции» не могу сосредоточиться вообще ни на чём. Очень плохо!
Немного подумав, я полезла в портфельчик с тетрадями и достала одну из них – по философии. Умные мысли великих людей, как приятный разговор, ворвались в мою душу и захватили её целиком, теперь- то разум пришёл в порядок. И как- будто глотнув свежего воздуха, я вновь решила задуматься о чём-нибудь: оказывается разговор со своим разумом тоже бывает очень интересен.
На этот раз предметом свое внимания я случайно выбрала муху. Она была одна, но тем не менее ползала по стеклу, развлекаясь, как могла. Возможно бедняга искала выход, а может, путешествовала по миру на автобусе? Нет, я знаю! Всё намного сложнее и интереснее: эта муха- изгой своего мира, и ли отшельник, которая решила отделиться от своего привычного бытия, и показать всем на что она способна- совершить невозможное: переместиться на тысячи километров и увидеть мир где-то вдалеке…
На этом моменте моя, как оказалось, безграничная фантазия понеслась в небывалые полёты. И видимо, с непривычки одиночества я медленно и осторожно начала сходить с ума. Страшно подумать, о чём же я могла начать размышлять дальше: над тем, какая может быть свадьба у пыли в старом автобусе; о чём думают кресла, когда на них садятся; можно ли вырастить в автобусе съедобные грибы??? Но вдруг автобус остановился и кто-то зашёл.
Я не видела ни лица, ни фигуры вошедшего, потому что он зашёл в дверь, находящуюся сзади меня. Он сел позади меня и молча начал что-то делать. Когда люди заходили в автобус, я обычно легко завязывала с ними разговор, но сейчас вошедший человек, отталкивал от себя чем-то, что было для меня в новинку, я побоялась или же просто не захотела заводить разговор с ним из-за этого, продолжив, всё так же ехать молча и размышлять.
Человек, который теперь являлся моим спутником, оставался для меня, очень интересен. Не видя его, разыгравшейся фантазии было легко нарисовать его картинку. Незнакомец почему-то представлялся мне мужчиной (видимо я так решила, услышав поступи), наверное, он был довольно молодым (просто потому, что мне так хотелось), по шуму, издаваемому им сзади, можно было подумать, что он читает книгу или листает какие-то страницы, что делало его образ ещё более загадочным. Также у меня возникали и другие детали его образа, но показавшись мне слишком сумбурными, они были мгновенно уничтожены самим же воображением, и я принялась думать опять о чём-то странном…
Вдруг меня тронули по плечу. Я вздрогнула и оглянулась. Тронул меня тот самый незнакомец.
Незнакомец и вправду оказался полностью совместим с моим воображением: молодой мужчина, причём несколько загадочный.
–М, извините за беспокойство, но Вы видимо заскучали? – прозвучал его голос твёрдо и уверенно. Парень смотрел мне прямо в глаза. Возможно, он понял, что пред ним сидит девушка и захотел поговорить. Странно, а почему же тогда я не заговорила первая? Ну и чёрт со всем.
– Здравствуйте, – промямлила я, но затем продолжила, собравшись – Вы попали в точку, мне скучно.
– Сегодня чудесный день, – начал он, то ли с иронией, то ли с восторгом,– И в такой чудесный день, не хотели бы Вы познакомиться с не менее чудесным парнем?
Каков наглец! Как он остёр на словцо!
–Хм, звучит довольно заманчиво… Ну, что ж, я согласна, но Вы первый.
–Прекрасно! Алексей! – парень протянул худую руку для рукопожатия.
–Марина! – с улыбкой, пожимая его руку в ответ, сказала я.
–Какое приятное для меня знакомство, не желали бы Вы его продолжить?– продолжил Лёша.
–Ах, почему бы и нет. Приятный разговор никогда и никому не помешает.
–Извините, меня за наглость, какой можете счесть Вы, общаться на ты? Уж, позвольте, я вижу, Вы довольно молоды, как и я, к чему же нам тогда прелюдии.
–Чудесно! Я согласна, – ни капли не возражая, тут же согласилась я.
–Лёша.
–Всё та же Марина, – улыбнулась я.
Лёша сидел напротив и тоже смущённо улыбался, было приятно и тепло, его глаза горели какой-то светлой искрой, а мне нравилось в них смотреть – столь глубокие и красивые были они.
–Ты учишься в институте?– почти утверждая, сказал он.
–Да, а ты?
–Тоже, – он примолк на секунду, но опять продолжил,– на математическом факультете, в *** институте.
Как всё было странным вокруг меня в эту минуту: горящие глаза, мягкая улыбка, светящееся лицо, его голос.
– А я в институте имени Пушкина, мне не пришлось говорить факультет, Лёша сам продолжил:
– Филология?
Я лишь кивнула и замолчала. Эта встреча показалась мне довольно необычной и это утро в целом. Что-то здесь явно не так. Хотя, какое мне до этого оставалось дело – оставались лишь эти горящие глаза…
Далее у нас завязался отдалённый разговор, на какие-то сторонние темы. Интересным с ним было обсуждать всё, даже тот сумбур, который создала моя фантазия ранее. Подумать только: Лёша серьёзно рассмотрел вариант разведения крокодилов в космических условиях. Со стороны смех над нами, да и только.