Весь день шёл по одному месту. Утром сломалась машина, секретарь позвонила и попросила выходной из-за личных обстоятельств. Днём отменилась важная встреча плюс одна крупная сеть аптек решила требовать права на эксклюзивный сбыт наших витаминов, но взамен не были готовы предложить выгодные условия, поэтому перешли к шантажу.
Сейчас состоялась встреча с рекламщиками. Они должны были разработать кампанию по продвижению нового продукта – успокоительного на натуральных компонентах, но в итоге мне казалось, что они собрались рекламировать наркоту.
Настроение не то, чтобы плохое. Но нахожусь на грани, чтобы не начать орать благим матом на окружающий мир. В свой кабинет возвращаюсь с единственным желанием – наконец-то спокойно поработать, чтобы никто меня дёргал.
Как много лишних посетителей и звонков, оказывается, отсеивает Галина. Сегодня я не успел сделать и половины из запланированного, потому что постоянно отвлекали по всякой ерунде. Некоторым оказывается хватает просто позвонить мне, выговориться и тут же решение проблемы находится. Я даже рта не успевал раскрыть, как радостно благодарили и прощались со мной. Магия, чёрт её дери. Только мало кого волнует, что они отвлекают меня. Ладно, засиживаться на работе мне не привыкать, тем более все уже расходятся по домам и дёргать меня будет некому.
Чего я точно не ожидаю, так это увидеть ребёнка в своём кабинете. Не люблю детей. Не понимаю, как ими управлять. Ведь даже животное можно научить выполнять команды, а детей сколько не видел, они всегда творят, что им хочется.
– Ты кто?
Парень отрывается от террариума, с пренебрежением смотрит на меня, потом отворачивается и снова смотрит на Стивена. А тот и рад вниманию, сразу заактивничал.
– Денис.
– И что же, Денис, ты забыл в моём кабинете?
– Случайно наткнулся, а тут он, – парень указывает на ящерицу и с восхищением в голосе тянет: – клё-ё-ёвый.
Ни фига не понимаю, как можно случайно оказаться в чьём-то кабинете. Надо ещё выяснить, откуда вообще ребенок взялся у нас, но его восторг во взгляде на Стивена мне нравится. Почему-то мой белый друг мало кому нравится.
– Хочешь его подержать?
– А можно?
Молча достаю Стивена и передаю парню, тот так этому рад, будто не ящерицу получил, а сундук с золотом.
– Так откуда ты взялся на этом этаже?
– Мама здесь работает, – парень гладит Стивена, – клёвый. Интересно, мама согласится подарить мне такого на день рождения. За ним сложно ухаживать?
– Нет.
Задать новый вопрос не успеваю, в кабинет стучатся, а потом появляется девушка. Хм, думал, после незнакомого пацана в моём кабинете меня сложно будет удивить, как бы не так. Одну определённую девушку я явно ожидал увидеть ещё меньше, чем ребёнка. Радость и облегчение на её красивом личике сменяются на отвращение, когда видит Стивена, а потом и вовсе появляется испуг, стоит ей перевести взгляд на меня.
И чем ей так моя рожа не угодила? Вроде даже брился утром.
Она что-то лепечет, но я не придаю значения словам. Пялюсь на её губы. Сладкие. Стоило один раз попробовать и было уже сложно остановиться. Меня тогда в клубе торкнуло от неё похлеще, чем от выпитого алкоголя.
Хорошо помню тот вечер. В клуб совершенно не хотелось идти, но приятель уболтал. В итоге попёрся, но даже там, сидя в вип-комнате, работал. Было побоку на всю компанию, которая там собралась, как и на общее веселье. Изучал отчёты продаж. Особенно интересовали колонки с новыми продуктами.
– Слушай, ты достал, – друг выхватывает планшет из моих рук и всучивает вместо него бокал с янтарной жидкостью внутри, – хорош строить из себя такого делового, отдохни, а?
– Может, я и есть деловой.
– Раньше мой лучший друг был разгильдяем.
– Но что-то пошло не так, и он вырос ответственным мальчиком.
– Так выпьем же за это!
– Не прикалывает, – пытаюсь отмахнутся от Феди. – Отстань.
– Ромыч, я тебя не узнаю! Да раньше ты бы нам всем показал, как надо отрываться. Что происходит? Это всё из-за неё, да?
Поддаюсь на провокацию и выливаю виски в себя. Лишь бы не продолжать неприятный мне разговор. Алкоголь обжигает горло, морщусь с непривычки. Слишком давно не пил.
– А теперь пошли зажигать.
– Отстань.
– Ромыч, я там такую мулаточку видел.
– И что? Будто никогда мулаток не видел в своей жизни.
– Таких шикарных никогда! Пошли, – продолжает канючить Федя.
– Ты уже не можешь один девку склеить?
Друг мнётся, но всё же признаётся.
– Она там с подругой, ну ты как подстраховка будешь – отвлечёшь подругу, пока я мулаточку обрабатывать буду.
Взглядом даю понять другу, чтобы развлекался без меня. Но Федя не сдаётся, смотрит взглядом побитой собаки.
– Ром, будь другом, а? Ты ведь ничего не теряешь.
Наверное, я сошёл с ума, раз поддаюсь на его уговоры и встаю с дивана.
– Идём.
Когда мы спускаемся на первый этаж и практически доходим до нужного другу столика, Федя разочарованно стонет.
– Ну вот не успел.
Бросаю взгляд в сторону, куда пялится друг. Там и правда танцует мулаточка с каким-то мужиком.
– Я в бар, – говорит Федя.
Киваю и уже хочу идти за ним, как вижу златовласую богиню. Она танцует одна, не обращая ни на кого внимания. Вокруг неё крутится много мужчин, но никто из них не решается к ней подойти. Боятся. Такие всегда всех отшивают без разбора. Никто не достоин их внимания, вот и не стоит даже пытаться.
А я не удерживаюсь, поддаюсь соблазну, сокращаю расстояние между нами, кладу руки ей на талию, разворачиваю лицом к себе и увлекаю в танец. Мы двигаемся в едином ритме, неразрывно смотрим друг другу в глаза. Они у неё красивые: синие с зелёным отливом, как чистое озеро в солнечный день.
Богиня едва заметно проводит кончиком языка по нижней губе, и я срываюсь. Набрасываюсь на пухлые губы жадным поцелуем. Пью её дыхание и не могу насытиться. Да и разве можно утолить жажду одной маленькой каплей свежести.
– Здесь недалеко есть гостиница.
Звучит отвратительно. Словно девку зову в ближайший мотель отработать гонорар. Я явно растерял практику общения с женским полом. Только девушка, не задумываясь, соглашается на моё приглашение. Забирает сумочку, и сама ведёт меня к выходу. Ну что ж, видно не так уж я и неправ в своём сравнении. И это даже хорошо, меньше мороки. Переспим и разбежимся.
Всё было хорошо, даже отлично. Пока ей не позвонили. Оказывается, у неё есть мужчина и ребёнок. Не понимаю таких мамаш, которые вместо того, чтобы быть с ребёнком, шляются по клубам. Но если это ещё с натяжкой понять можно, то измену – нет.
Я вообще презираю тех, кто изменяет. Неважно, женщина это или мужчина. Если ты с кем-то, то ты с этим человеком от начала и до конца. Захотелось чего-то другого – без проблем, расстанься по-человечески и пробуй всё, что хочешь.
Своего презрения я в то утро не стал скрывать, даже попытался заплатить. Предложенные деньги она отработала на сто процентов, но девка решила строить из себя гордячку. Задрав нос, сбежала из номера. Думала, буду догонять и извинятся? Вот ещё. Спокойно собрался и уехал домой. Девку, что притворялась богиней, даже не вспоминал.
Пока не увидел на пороге кабинета.
Интересно, что она тут делает? То, что девица якобы мать этого пацана, я уже понял. Только вот он на брата больше похож! Слишком взрослый, а она слишком юная.
Девушка всё продолжает извиняться, но я совершенно не слушаю её. Меня волнует, откуда эта девица взялась в моей компании. Совпадение или нет? Может быть, уже в клубе она знала, кто я, поэтому и согласилась так быстро со мной переспать. Поэтому и денег не взяла. Но в чём выгода?
Рабочий шпионаж? Бред. Такое только в низкопробных мелодрамах используют. А вот розыгрыш от старого «друга» возможен. Интересно, Федя помогал ему или весь этот поход в клуб и попытка напоить меня – совпадение?
Решаю не гадать понапрасну, а допросить девчонку. Можно даже с пристрастием. Пацана только надо выпроводить, кем бы он ей не приходился: сыном, братом или актёром нанятым.
Планам моим сбыться оказалось не суждено. В кабинет врывается Гордей и заботливо так лапища свои на хрупкие плечи кладёт. Не понял. Это что ещё за фокусы? Мой ли это друг, что постоянно ратует за запрет отношений на работе?
– Ром, сорян, – повторяет, когда девчонка со своим пацаном сваливают, и он захлопывает за ними дверь, – они куда-то едут, а парень не утерпел и приехал к матери раньше. Я и разрешил посидеть у нас. Не на улице же ему торчать. Кто ж знал, что пацан гулять по офису пойдёт. Но ничего плохого не произошло, так ведь? Он просто ребёнок любопытный.
– То есть теперь у нас это норма, что дети по офису шляются? Пусть все сотрудники тогда своих отпрысков притаскивают. Можем детский сад устроить.
– Ты чего взъелся? Совсем одичал. Даже на детей бросаешься.
– Ни на кого я не бросаюсь. Просто не люблю посторонних. И раньше мне казалось, что мы в этом схожи. Что за девка?
– Вежливее будь! – одёргивает меня друг, – сотрудница моя новая. Я же говорил, что долго никого не мог найти в свой отдел.
– И что, кроме смазливой блондинки никто больше не подошёл? Или решил отступить от собственного правила?
– Да что с тобой сегодня не так?
– Просто не понимаю, в Москве программисты мужского пола перевелись?
– Раньше тебе было до лампочки кого я беру в свой отдел.
– Мне и сейчас…
– Вижу, – перебивает Гордей, громко рявкнув на меня, – как бешеный пёс всё слюной залил.
И уже спокойнее добавляет:
– Люда отличный специалист. Месяц отработала прекрасно, без нареканий. Теперь она в моём штате.
Хочу возразить, что в моей компании, ну ладно, на несколько несчастных процентов и в компании Гордея, испытательный срок три месяца, но натыкаюсь на острый как лезвие взгляд и примирительно поднимаю руки вверх, заранее капитулирую. Только друг не оценивает мой жест. Ещё сильнее прищуривается, такое ощущение, что он пытается снять с меня скальп и покопаться в моих мыслях.
– Не смей даже смотреть на неё! Никаких романов на работе.
– Даже не собирался. – безбожно вру. Собирался, но до того, как она устроилась работать к нам. Хотя это меня не остановило бы, а вот муж в наличии неплохой стопор. – Тем более женатых никогда не трогал.
Гордей всё пытается сосканировать меня, но сдаётся.
– Ну смотри мне, – грозит пальцем, на что я закатываю глаза. – Кофе есть?
Тяжело вздыхаю, ни фига не поработаю сегодня, но киваю.
– Где кофемашинка, знаешь.
– Не поухаживаешь?
– Ты вроде не шикарная блондинка, чтобы ухаживать за тобой.
– Всё-таки зацепила тебя Люда, да? – Гордей кидает на меня подозрительный взгляд, но, видно, у меня получается сделать невинную морду, потому что он отворачивается и продолжает: – Да нет у неё никого.
Выходит из моего кабинет и заруливает в небольшую кухоньку. Плетусь следом. Сам не откажусь от бодрящего напитка. Я здесь нечастый гость, обычно кофе мне приносит Галина, а вот Гордей слишком хорошо ориентируется. Наливает себе кофе. Когда ставлю чашку, чтобы он сварил и мне, тот цыкает.
– Не блондинка. Сам справишься.
Оборзел.
Делаю себе кофе, а эта наглая морда уже в мини-холодильнике, головы не видно – он что, там вход в Нарнию выискивает?
– Нашёл! – довольный вылазит назад, а в руке две шоколадки.
Совсем оборзел.
На меня, недовольного, не обращает внимания. Возвращается в мой кабинет и плюхается на диван. Тот жалобно скрипит от этой тушки. Я морщусь, так как не планирую покупку новой мебели. А Гордею хоть бы хны, закидывает одну ногу на другую. И как ни в чём не бывало начинает говорить:
– С сыном на съёмной хате недалеко отсюда живут. Про бывшего мужа не говорит. Но они точно не вместе, а жаль, не пришлось бы волноваться, что замутит с кем-нибудь.
– Ты достал со своим правилом, если честно. Ну замутит и замутит, тебе-то что? Свечку держать не попросят.
– Потому что работать не будет. Проходили. Не надо больше.
Жму плечами. Мне всё равно, какой фигней Гордей страдает в своём отделе. Но то, что у златовласой нет мужа, меня радует. Значит, возможно, я тогда всё неправильно понял. Лучше, конечно, ещё с ней обсудить, но планы на златовласую богиню в голове уже рождаются.
– А пацан точно сын? Взрослый какой-то. Думал, у неё какой-нибудь младенец. – рассуждаю вслух, пока не замечаю, как друг впивается в меня подозрительным взглядом. И поспешно добавляю: – Я имею в виду, молодая слишком. Может это её брат, а дома младенец?
Гордей едва заметно мотает головой.
– Девчонка в шестнадцать матерью стала. А ты редко оговариваешься, ты её знаешь?
– Нет, – снова вру, но Гордей не верит. – Что?
– Да ничего. Предупредить хочу. Подкатишь к ней, яйца оторву.
– Сам виды имеешь? – ещё один принципиальный момент. С другом за девушку воевать не стану.
– Нет. Не хочу, чтобы она через месяц слёзы лила, а потом увольнялась и мне нужно было заново искать сотрудника. Держись от неё подальше.
Молчу. Врать другу не собираюсь и держаться подальше от Златовласки не буду.
– Пусть завтра зайдёт ко мне. Хочу воспитательную беседу с новой сотрудницей провести, чтобы ситуация не повторилась.
– Я тебе всё объяснил, а с ней сам поговорю.
– Нет.
Мы играем в гляделки. Можно сказать, устраиваем самое настоящее фехтование взглядами. И вот мой противник недовольно поджимает губы, встаёт с дивана и перед тем, как покинуть мой кабинет, бросает:
– Ладно.
Я, наоборот, улыбаюсь. Не такой уж и плохой сегодня день оказался.
Делать нечего, придётся идти к боссу на поклон. Надеюсь, я не ошиблась в адекватности своего непосредственного начальника. Но перед тем, как переступить порог его кабинета, всё равно беру паузу, чтобы перевести дух. Делаю глубокий вдох. Сжимаю кулаки и с уверенностью вхожу.
– Гордей, прости за вчерашнее. Я, правда, надеюсь, что ситуация не повторится. У меня нет привычки приводить сына на работу, – выпаливаю на одном дыхание.
– Успокойся. Я хочу поговорить не об этом.
– А о чем?
– Ты знакома с Ромой?
– Нет, – и даже не вру, познакомиться мы так и не успели. Всего-то переспали.
– Почему мне кажется, что вы оба обманываете или что-то не договариваете?
Жму плечами. Я-то понятно, почему молчу. Договор подписывала, а эту работу терять не хочу. А вот почему врёт незнакомец, не знаю, но он и не должен отчитываться перед подчинённым. В любом случае я рада, что Гордей не знает правды.
– Люда, ты же умная девочка, про моё основное условие, надеюсь, помнишь?
Забудешь тут. Ага.
Киваю. Жду, к чему приведёт нас весь этот увлекательный разговор.
– Рома хочет лично с тобой пообщаться о вчерашнем, – а вот это уже хреново.
Мне меньше всего хочется оставаться наедине с незнакомцем. Да ещё и этот чёртов сон, чтоб его. – Не переживай так. Не съест он тебя.
Гордей смягчает голос, видно, лицо у меня сейчас очень красноречиво орёт о том, что я думаю о предстоящей встрече. Но вот про съесть зря сказал. Я отлично помню, как незнакомец «лакомился» мной.
– Люд, – обеспокоенный голос начальника звучит словно через толстенный слой ваты, – ты как? Была бледная, а сейчас вся красная. Не заболела?
Он перегибается через стол и ладонью проверяет мою температуру, аккуратно касаясь лба. Да лучше бы снова заболела!
Как же мне так повезло?! Хочется подойти к окну, распахнуть его пошире и высунувшись заорать: ЗА ЧТО?! А вдруг повезёт и мироздание даст ответ.
– Я в порядке, – выдавливаю из себя, но судя по скептическому выражению лица Гордей не ведётся на неё, – просто что-то разволновалась от предстоящей встречи с директором.
– Не думал, что ты такая робкая.
Я тоже.
– Не переживай, Рома обещал не зверствовать, но тебе лучше поторопится.
Гордей, видно, пытается успокоить своим напутствием. Как бы не так. Мне ещё меньше захотелось идти к этому Роману.
– Люд, отомри уже. Говорю же, ничего не будет. Или мне с тобой за ручку сходить? – насмешливо дёргает уголками губ, а я, представив эту картину, подрываюсь вверх.
– Нет, – тоже изображаю улыбку, – я уже пошла.
До злополучного кабинета дохожу быстро. В этот раз секретарское место не пустует. За ним сидит женщина лет сорока. Ухоженная, красивая, в глаза бросается строгий пучок на затылке. Да и вообще аскетичный стиль в одежде наводит на мысль, что передо мной требовательный педагог, а не секретарь. Она поднимает голову и смотрит так, что хочется извиниться за опоздание, бочком вдоль стеночки добраться до кабинета этого Романа (кстати, надо было отчество узнать) и скрыться там. Так себе перспектива спасения, но что делать.
– Здрасьте, – немного нервно выдаю.
– Добрый день.
Удивительная женщина, взгляд по-прежнему ледяной, а улыбается вполне себе приветливо, так что даже надежда на выживание появляется. Но я не спешу ей поддаться и остаюсь настороже.
– Вы Людмила? – киваю, оказывается, меня ждут. – Роман Михайлович предупредил, что вы подойдёте. Можете проходить, он не занят.
Вот и отчество узнала, что неплохо. Снова киваю и направляюсь к уже знакомой двери. Стучусь, открываю, не дожидаясь ответа, вхожу внутрь.
– Доброе утро, – первым здоровается мужчина, он даже не смотрит на меня. Стоит возле террариума, а я стараюсь не смотреть в ту сторону, от воспоминаний о белой гадости до сих пор передёргивает, – прикрой дверь. Разговор предстоит конфиденциальный.
ЧЕГО?!
Громко сглатываю, вытираю вспотевшие ладони об юбку и так некстати вспоминаю свой сон. Смотрю на Романа Михайловича – вот же, блин, в сером костюме, сволочь такая. Соблазнительная.
– Люд, дверь закрой. – поворачивается лицом ко мне и отчеканивает приказ.
Слушаюсь, а куда денусь. Попробуй такого не послушаться.
– На колени встань.
Даже не думаю отказывать, опускаюсь перед ним на колени и жду следующего приказа, жадно заглядывая ему в лицо. Он нежно проводит по моей щеке, а потом произносит лишь одно слово, от которого всё внутри меня переворачивается.
– Приступай.
Слушаюсь. Наши желания совпадают. Удивительно, но с ним всё не так, как с Костиком. Остро и в то же время чувственно. Никогда ещё так не хотела доставить мужчине удовольствие. Никогда не испытывала столько удовольствия сама.
Ох, как не вовремя я всё это вспоминаю, потому что чувствую, как вспыхивают мои щёки. Да и хрен с ними, с щеками полыхающими. А что делать с тем, что я пялюсь Роману Михайловичу на ширинку? Понимаю, что взгляд надо поднять, всё уже давно выходит за рамки приличия, а не получается.
– Люд, если ты сейчас ещё и свои губки оближешь, то разговор у нас не выйдет.
Отрываю наконец взгляд и смотрю в лицо своего случайного незнакомца. Да, сейчас стоит передо мной именно он, несмотря на костюм и обстановку вокруг нас. Просто он смотрит на меня совершенно так же, как в ту ночь.
Так руководители не смотрят на своих подчинённых.
Наверное, мною овладевает бес, потому что я всё-таки провожу язычком по пересохшим губам. Наблюдаю, как на мужской шее дёргается кадык, а в глазах вспыхивает огонь.
Чёрт дери, почему мы с Костиком не реагировали так друг на друга?! Может, тогда у нас всё было бы по-другому.
– Вы хотели поговорить?
Голос выдаёт меня с головой, но думаю, после того как я пялилась на его ширинку, это уже и неважно.
– Хотел.
Он делает шаг ко мне. А у меня в голове начинают проносится картинки, словно рассматриваю кадры на фотоплёнке, вот его пальцы расстёгивают пуговицы на моей рубашке. Следом его руки на моей попе, я даже знаю, с какой силой он сжимает её. Следующим кадром его губы касаются моей шеи.
Да что со мной не так? Столько лет жила без мужика, и ничего, а тут вижу его, и веду себя как оголодавшая кошка по весне.
Роман Михайлович останавливается в каком-то шаге от меня. Теперь я чувствую его аромат, что только ухудшает моё положение. Он протягивает руку и ласково проводит по руке от плеча к локтю, а потом резким движением притягивает к себе, впечатывая в грудь.
– Очень хотел, Люд. Только вот ты все мои планы сбиваешь.
– Да? И как?
Не понимаю, о чём он говорит. Пытаюсь включить обратно мозг и не вестись на разбушевавшиеся гормоны.
– Соблазняешь меня.
Соблазняю? Нет. Даже не пытаюсь.
Как в замедленной съёмке мотаю головой, потому что не могу оторвать глаз от его гипнотического взгляда.
– Нет? – спрашивает, наклоняясь ближе, опаляя дыханием.
У него красивые глаза. Серые, с характерным металлическим блеском. И взгляд такой… пронизывающий до самой глубины души. Будто он видит меня насквозь. Знает о всех моих демонах и тайных мечтах.
Я чувствую себя обнажённой. Нет, не физически, а именно душой. И это гораздо страшнее. Не хочу никому открываться. Именно поэтому меня устраивала та единственная ночь. Она не имела продолжения.
Нам было хорошо вместе. На этом и закончим.
Отталкиваю мужчину, делаю шаг назад, пока не упираюсь спиной в дверь кабинета. Начинаю суетливо поправлять одежду, хотя она и не сбилась, и уверена, по-прежнему сидит на мне идеально.
– Я как понимаю, вы, Роман Михайлович, – специально делаю упор на официальном обращении, – хотели поговорить о вчерашнем. Приношу ещё раз свои извинения. Обещаю, что больше такого не повторится. У меня нет привычки приводить сына на работу.
Роман Михайлович не спешит что-либо говорить. Наблюдает, оценивающим взглядом гуляет по моему лицу. Думает, я ещё что-то скажу? Да нет, вроде выговоривалась.
– Нет. Хотел поговорить о другом.
Удивляет, чего скрывать-то. Вскидываю бровь, показывая, что вся во внимании.
– Хочу извиниться, в прошлую нашу встречу я был немного груб.
Прикусываю язык, чтоб не высказать всё, что думаю.
Намекнуть на мою продажность – это он называет «немного грубым»? Лучше бы он молчал. Хотя нет. После его слов всё наваждение спало.
– Роман Михайлович, а давайте сделаем вид, что той ночи и вовсе не было? Каждый получил, что хотел, на этом и закончим.
– А если я хочу продолжить?
– Сожалею, но у меня договор, где сказано: никаких служебных отношений.
– Я всегда могу помочь с увольнением.
Делает шаг ко мне, кладёт ладони на дверь по обе стороны от меня. Теперь я в ловушке и мне совсем это не нравится. Как и улыбка, что появилась на его губах. Чарующая. Я снова залипаю на какое-то мгновение.
Красивый, гад.
Он понимающе ухмыляется и начинает наклоняться к моим губам. Тоже мне тут нашёлся, влажная мечта всех женщин. Улыбнулся – и я сразу уволилась? Ну уж нет. Уворачиваюсь и его губы скользят по моей щеке.
Мягкий смех щекочет ухо. И как бы там не было, но я реагирую на него. Невольно сжимаю ноги, переступаю с одной на другую, но беру себя в руки, поворачиваю голову и заглядываю ему в лицо. Наши губы слишком близко. Носы и вовсе соприкасаются кончиками.
– Заманчиво, – улыбаюсь. А что, я тоже умею красиво улыбаться. – Но, пожалуй, откажусь.
Скольжу вдоль двери вниз, ныряю ему под руку и отскакиваю от него. Жду, когда он обернётся, перед тем как задать вопрос:
– Роман Михайлович, мы всё обсудили? Мне бы вернутся к работе.
– Пойдёшь на свидание со мной?
– Нет.
Он недовольно щурит глаза, склонив голову набок. На губах снова улыбка. Для него всё это игра, и он от неё получает удовольствия. Только проблема в том, что для меня-то это жизнь.
– Мне казалось, тебе было хорошо со мной. Да и сейчас ты остро реагируешь. Не вижу причины для отказа.
Зато я вижу. Одна ночь ничего не значит. Регулярные «Привет, проблемы». А мне их в жизни хватает и без сексапильного незнакомца. Не бывает идеальных отношений. Брак с Костиком отличное тому доказательство. Можно было бы считать, что мне не повезло, но это не так. Неудачные браки и отношения повсюду. Вон, Люба три года встречалась с мужчиной, а тут выяснилось, что он женат. Все мужики – вруны.
– Мне казалось, я чётко высказала свою позицию, – копирую его интонацию. Даже голову наклоняю набок, как он.
Мы сверлим друг друга взглядом, пока дверь не бьёт мужчину в спину. Он сдвигается в сторону и смотрит на непрошенного посетителя.
– Не помешал?
Гордей с подозрением осматривает нас, не дожидаясь приглашения, заходит в кабинет и встаёт между нами. Становится смешно, будто боится, что мы сейчас накинемся друг на друга, и он готовится разнимать нас в любой момент.
– Помешал. Ты что тут забыл?
– Люда нужна. Работы полно.
– Других сотрудников нет?
– Ромыч, я же говорю, работы полно.
Теперь Роман Михайлович играет в гляделки с Гордеем. Я бы спросила, не мешаю ли им, но привлекать лишнее внимание к себе не хочется.
– Ладно. Идите, работайте, – милостиво разрешает, так и хочется в ответ благодарственный поклон отвесить.
Мы проходим мимо грозного секретаря, я стараюсь даже не смотреть в её сторону. Почему-то начинает казаться, что у неё острых слух, рентгеновское зрение и она знает абсолютно всё, что было за закрытой дверью.
– Галочка, хорошего дня. – распевается соловьем Гордей.
Я даже закашливаюсь. Какая Галочка? О чём он? У него глаза на месте, там же такой взгляд, что следователь убойного отдела покажется милым зайчиком по сравнению с ней.
– Всё нормально? – спрашивает меня, когда мы оказываемся в коридоре.
Наконец получается выдохнуть. Киваю. Разговор пошёл немного не так, как я себе представляла, но вроде бы все живы.
– Хорошо. Тогда приступай к работе.
Это я делаю с радостью. Работу свою люблю. А в этой компании и вовсе получаю удовольствие от того, чем занимаюсь. Время летит незаметно. Уже настаёт обед.
– Люд, пора обедать.
Заботливо напоминает Анвар, потому что иногда я могу заработаться и забыть о перерыве. Иногда мы ходим обедать вместе, но сейчас говорю, что пойду чуть позже. Хочу завершить текущее задание. Коллега кивает и уходит. Я одна остаюсь в кабинете, завершаю работу. На обед ухожу, когда уже все возвращаются в кабинет.
В небольшом ресторанчике, что расположен на первом этаже нашего бизнес-центра, где мы чаще всего и обедаем, народу почти нет. Занимаю столик у окна. Заказываю комплексный обед, который практически всегда беру. И пока жду свой заказ, проверяю, где находится мой заказ – подарок на день рождения сына. Я так долго не могла придумать, что подарить, и в итоге заказ оформила слишком поздно. Теперь подарок приедет ровно за день до нужного дня, а если какая-нибудь задержка в логистике? Сын поймёт, но всё равно расстроится, хоть и не покажет этого.
Переноса даты нет, что не может не радовать меня. Осталось только решить ещё одну проблему. Я бы всё на свете отдала, лишь бы как можно реже общаться с бывшим мужем, но Костику доверия нет. Он может запросто и вовсе забыть о таком важном дне.
– Ты помнишь о дне рождение сына? – спрашиваю сразу, как он отвечает на звонок.
– И тебе привет, любимая.
Козёл.
– Так что насчёт ответа на мой вопрос?
– Да. Я же не совсем отстой, хоть ты и считаешь по-другому.
– Ага. Может, даже дату его рождения назовёшь?
В телефоне тихо, лишь слышу недовольное пыхтение. Козёл в квадрате.
– Костя, через четыре дня.
Я даже не пытаюсь скрыть разочарование в голосе, хотя давно привыкла к тому, что каждый год напоминаю о дне рождения сына, а ещё у меня всегда есть второй подарок «от папы» на случай, если Костик так и не купит ничего.
– Да, помню я, помню. – врёт с раздражением в голосе. – будто я тебя когда-то подводил.
– Всегда, – не удержалась, и пока Костик не стал доказывать обратное, прощаюсь, не забывая бросить: – не забудь купить подарок сыну.
Телефон откидываю на стол, беру влажную салфетку и судорожно начинаю вытирать руки, будто в грязи измазалась.
Мне на плечо ложится мужская рука. Дёргаюсь от испуга, поворачиваю голову, вижу красивые мужские пальцы, длинные с аккуратным маникюром. И край рукава знакомого серого пиджака.
Его только для полного счастья мне и не хватало, но вежливую улыбку натягиваю.
– Свободно? – кивком указывает на стул рядом со мной.
– Предпочитаю обедать одна.
Даже не удивляюсь, когда он, забив на мой ответ, отодвигает стул и садится рядом.
– Я слышал твой разговор.
Он ждёт от меня реакцию, но я и бровью не веду. Ну подслушал, ну молодец. Медальки у меня нет, так что порадовать нечем.
– Знаешь, есть в тебе что-то притягательное, когда злишься.
– Спокойно пообедать не дадите?
– Ну на свидание со мной отказалась идти, почему бы нам сейчас не отобедать вместе.
Официант приносит мой обед. Роман Михайлович с интересом разглядывает каждое моё блюдо.
– Угостить?
– Ты всегда такая язва?
– Нет. Только по понедельникам и нечётным дням.
– Сегодня пятница и десятое.
– Значит, вам просто не повезло.
Следом приходит ещё один официант, выставляет другие блюда. Тяжело вздыхаю – одной пообедать не получится.
– Наоборот. Так сильно мне давно не везло.
Если бы он не был человеком, который может меня уволить, я бы ответила ему, но вместо этого молчу.
– Тебе нравится работать у нас?
– Будем вести светскую беседу?
– Почему бы и нет? Мы и погоду можем обсудить.
Лучше бы я сегодня осталась без обеда или пошла с Анваром. Но что делать, вернуть время нельзя, иначе я бы многое изменила в своей жизни. А может, и нет. У меня есть Дениска, а он стоит абсолютно всего, что мне пришлось перетерпеть. Ну, может, только от Костика ушла бы раньше.
– Люд, я обидел тебя тогда?
– Нет.
– Тогда почему ты не хочешь продолжить наше общение?
– Роман Михайлович…
– Можно просто Рома.
– Роман Михайлович, – упрямо называю по имени и отчеству, – вы мой директор, а добровольно усложнять свою жизнь я не привыкла.
– Хорошо.
– Хорошо? – переспрашиваю с какой-то досадой в голосе.
– Да. Ну не буду же я тебя принуждать.
Киваю, но разочарование разрастается в груди. Наверное, мне, как и любой девочке, хочется, чтобы меня добивались. А тут вот так сразу сдаются. Хотя чего я ждала? В первую встречу сама согласилась с ним пойти в гостиницу, после такого девочек уже не добиваются.
Бесплатный фрагмент закончился.