Не знаю, может, на морозе водка не берет, а может, организм привык, что в крови циркулирует алкоголь и уже не опьяняет. Но хоть согревает. Горло и желудок так точно горят. Закусывать-то нечем, даже конфетки нет в кармане. Чтобы потом как в анекдоте всем рассказывать, что именно с нее плохо и стало.
– И вот когда он сказал, что я ему должна теперь за разбитую машину как минимум тридцать три ночи в его постели, я ему и врезала.
– Почему? Это много? – кажется, уже не соображая ничего, спросила я Настю. Прикольно у нее ресницы замерзли. Беленькие такие на концах. Интересно, не отвалятся потом?
– Не смешно, Ир, – обиделась Настя. – Мало. Очень мало. Но такие, как он, на дольше и не задерживаются.
– Вот и Лёши надолго не хватило.
– Я вот думаю. На всех этих видео, конечно, понятно, что он в своих командировках неплохо время проводит, но ведь факта измены там нет.
– Ну и что? Не мог же тот, кто снимал, в номер за ним идти. Зато есть, как он их лапал на этих вечеринках. Тимбилдинги, блин. Укрепляют командный дух во всех плоскостях.
– А зачем вообще этот оператор за ним хвостом ходил и все снимал? Прям папарацци для звезды Зареченска.
Руки в перчатках уже превратились в ледышки, как и ноги уже онемели от холода. Мы с подругой обнялись, прижимаясь друг к другу и передавая согревающий напиток премерзкого вкуса, но делать нечего, и маленькими глоточками удавалась его в себя заливать.
– Это как раз ты должна была выяснить. Кто этот доброжелатель и зачем он все снимал и прислал мне? – этот вопрос меня тоже очень мучил. Какая выгода у этого самаритянина?
– Выясню. Потом. Дела закрою. Сама же понимаешь, конец года. Начальство в истерике. Опять год закончился неожиданно. Кто же знал, что этот декабрь так сразу после ноября завалится на порог? – усмехнулась Настя
– Всегда так. Знаешь, я бы сейчас плюнула уже на все принципы и забралась бы к Лёше под бочок. Горячий, – сразу в голове возникла картинка, как он спит сейчас там в домике. В одних боксерах. Такой милый и такой желанный.
– Знаешь. Я сейчас уже согласна к Диме в постель. Согрел бы хоть. Маньяк мой.
Вот и правда, у дураков мысли сходятся, сидим две кукушки в лесу, мерзнем. А дома два горячих парня всячески нам прямым текстом намекали, что можно и без приключений на нижние девяносто прекрасно время провести.
– Смотри. Едет кто-то, – я махнула замерзшим носом в сторону приближающихся фонарей на снегоходах.
К нам приближались сразу четыре снегохода и слепили нас своими фарами, так что разглядеть ничего, кроме темных силуэтов, было невозможно. Но из-за того, что наши следы замело, а глаза залило, мы не поняли они едут с той же стороны, что и мы приехали, или нет.
– Тепло ли вам, девицы? Тепло ли вам, синие? – пошутила девушка, спрыгивая со снегохода и двигаясь к нам.
– Настя, это не по пояс! По колено максимум! – наехала я на подругу, пока остальные девушки, тоже приехав, шли к нам.
– Это же лес! Не весь снег до земли доходит, в кронах много остается. Да и не было столько снега еще, – миролюбиво пояснила одна из девушек.
– Как не было, а около дома тогда почему-по пояс? – удивилась Настя.
– Так там, когда чистят дороги и тропы, накидывают, – улыбнулась еще одна. Рыженькая. Красивая очень. Люблю ярких людей. – А вы тоже в Яхонтах отдыхаете?
Мы с Настей смотрели друг на друга вопросительно, и стало понятно, что ни я, ни она не удосужились узнать название места, куда нас доставили вчера после клуба. Не дождавшись от нас вразумительного ответа, девушки приняли решение за нас.
– Ладно, сосульки-красотульки. Едем к нам, греемся и решим, что дальше делать. Есть кому позвонить, чтобы вас забрали?
– А если нет, с нами оставайтесь! – предложила рыженькая. – Мы вчетвером отдыхаем. Корпоратив у нас чисто женским коллективом.
– Класс! – обрадовалась я. Я ведь такую компанию и хотела на праздники! – Некому звонить! Мы хотим к вам!
– А елка у вас там есть? – все же уточнила Настя, вспомнив Димин запрет.
– Да была во дворе какая-то. Она прямо там и растет. Ее просто нарядили и все.
– Супер! Нам подходит! – весело сказала Настя, и мы, весело болтая и знакомясь, пересели к девушкам на их снегоходы.
Интересно, почему они без мужчин отдыхают? Просто решили девочками собраться. Или они в принципе мужчин не любят?
Девчонки, веселые хохотушки, смеялись над нашим незапланированным пьянством на опушке и показывали нам все красивые места по пути, которые они тут обнаружили, пока катались.
Даже если они нетрадиционной ориентации, нам-то что? Мы толерантны и ни капельки не осуждаем их выбор. Даже иногда понимаем.
Подъезжая к их месту отдыха, я уже поняла, что это не то место, где мы были. Эти коттеджи намного богаче и больше наших домиков, и забором обнесена территория очень высоким, даже охрана на въезде и ворота автоматические. Мы-то выезжали через старенькие, покосившиеся. Да и территория этой базы была намного ухоженнее и наряднее. Все аллеи в разноцветных гирляндах. Под подстриженными кустарниками и красиво сформированными кронами деревьев – подсветка. Сказочно, волшебно. А жизнь-то налаживается!
Мы подъехали к большому дому, украшенному мигающими гирляндами-сосульками. Наверняка декорирован «под ключ» профессионалами, судя по всяким штукам из еловых веток, новогодних шаров и мишуры и различных светящихся фигур на американский манер.
– За нашим домом зона белок. Их там около сотни. Владельцы парк-отеля их кормят, да и постояльцы тоже балуют, вот они и обосновались тут, – сказала блондинка за рулем снегохода, на котором ехала я. Лиза, вроде. – Спрыгивай, приехали.
– А неподалеку есть дом с бассейном на втором этаже, и прямо из него горка в уличный бассейн с подогревом, – добавила еще одна девушка.
– Я вспомнила, мы тут были с Лешей и его друзьями. Они еще подогрев забыли тогда включить и весело проскакали попами по льду в этом бассейне, съехав с горки.
Девчонки рассмеялись этой истории, а я загрустила, вспоминая наши с ним моменты семейной жизни. Тогда казалось, что ничто в мире не может омрачить нашего счастья и сломать такую сильную любовь.
– Скорее в дом! – позвали нас наши новые знакомые.
Мы с Настей резво зашевелили замерзшими конечностями и устремились в сказочный домик. В котором грохотала музыка, несмотря на то, что все девушки были на прогулке.
– А у вас просто девичник или вы мужчин не любите? – решила уточнить я, чтобы понимать, какие темы не затрагивать с ними в общении.
– Почему не любим? Очень любим. Просто они нам на работе надоели. Мы танцовщицы, стриптиз-клуб «Голодная кошка», слышали?
– Нет. Это в Самаре?
– Да. Недалеко от набережной.
Это определение местоположения мне ровным счетом ничего не дало. Протяжённость набережной там ого-го какая.
В доме было тепло и уютно, новогодняя атмосфера была и тут. Просто как в американских фильмах, все в разных штуках красивых, даже не представляю, как они называются.
– Девчонки, вашу одежду лучше снять, так быстрее согреетесь, оставьте только белье, – посоветовала Марго, кажется, так зовут рыженькую. – Вот там возьмите пледы – и в гостиную.
– Сейчас будет готов глинтвейн, – обрадовала еще одна красотка, Лиза.
– Они все как на подбор, – заметила и Настя, что внешность у девушек модельная. – Ты тоже такая стройняха была. Шесть килограмм назад.
Завернувшись в нежные пушистые пледы, мы сидели в гостиной с девочками и пили глинтвейн из больших кружек с изображением оленей и саней Санты.
– У нас, конечно, много всяких противных извращенцев бывает, но есть и такие красавчики, тоже постоянные. Я даже в одного влюблена, тайно, – заговорщически сообщила Марго. – Он просто шикарный мужчина. Бывает у нас пару раз в месяц с друзьями. У них там один лысый есть. Так вот, у него голова пустая не только снаружи! Вечно на сцену лезет и к девкам подкатывает, обращаясь «мадемуазель», как будто он на променад вышел, а не в стрипе виснет.
Девчонки принялись травить байки о своих рабочих буднях в клубе, вспоминая смешные моменты, а я чувствовала, как в тепле меня развозит ранее принятый алкоголь. Как бомба замедленного действия, на улице пили, пили и не пьянели, а как зашли в тепло, накрыло беспощадно.
– Зря мы еще и глинтвейн пьем, – произнесла Настя заплетающимся языком и продолжила хлебать из кружки.
– У нас же баня тут есть! – воскликнула Лиза. – Сейчас растопим, а пока греется – потанцуем! Марго, найди нам что-нибудь веселое и танцевальное!
– Так мы же без одежды, все мокрое еще, снег налипший растаял, – пыталась возражать Настя и отказывалась танцевать в одном белье.
– Мы так каждый день танцуем! Вы хотите сказать, это аморально? Вы такие все принцессы, а мы падшие женщины? – обиделись девчонки.
– Нет! – спорила Настя. – Только сейчас-то вы одеты! Нам неловко.
– Тьфу ты. Девочки, устроим без-пижамную вечеринку?
– Легко!
Не знаю, как Насте, а мне уже не было неловко. Мне уже было очень хорошо и я точно определилась, с кем буду встречать Новый год. Определенно с этими девушками. Веселыми, компанейскими и без пафоса. Мне они нравятся.
– Девочки, а все-таки без елочки настроение не новогоднее, – сообщила я, уже решив, что нужно оторвать хотя бы одну веточку для елового аромата. Так как искусственные украшения совершенно этому не способствовали.
– На втором этаже стоит маленькая, давайте принесем, – пожала плечами Марго.
– Ура! – обрадовалась Настя и рванула на поиски главного новогоднего украшения. – Лиза, пойдем со мной!
– Слушай, а у твоей подруги кличка не Чума случайно? – поинтересовалась почти всегда молчавшая Соня. – Очень уж похожа на грозу Зареченска.
– Она и есть, – кивнула я, и мы опять врубили музыку, услышав один из веселых новогодних треков.
Но порезвиться толком не успели, в дверях возникли две обмороженные морды неженской национальности.
Что за незваные гости, я, конечно, поняла сразу, а девочки подбоченились и грозно на них взирали, пытаясь за красными носами, щеками и побелевшими на морозе бровями и щетиной опознать двух Санта Клаусов без подарков.
У Леши с Димой лица вытянулись от удивления. Наверное, не ожидали увидеть столько красивых девушек в одном белье. И если поначалу Леша хмуро огляделся по сторонам и, не увидев мужчин на вечеринке, уже довольно расслабился, то Дима продолжал шарить по комнате взглядом и даже направился к лестнице на второй этаж, не заходя к нам в гостиную. Наверное, услышал голоса Насти и Лизы, что-то громко щебечущих наверху. Мы с девочками, не сговариваясь, двинулись посмотреть, что он собрался там делать.
Настя попятилась назад попой в крошечных трусиках, ухватившись за макушку уже наряженной маленькой елочки, всего метра полтора высотой, а Лиза тащила ее же за ствол с другой стороны. Дима застыл внизу лестницы, от удивления открыв рот и округлив глаза.
– Лиза, в поворот не вписываемся, давай через верх перил! – командовала Настя, и Лиза послушно подняла ствол деревца вверх.
Дима двинулся им на помощь, видимо, но не успел. Что-то у девочек пошло не так, и елка полетела вниз, весело звеня игрушками, и приземлилась рядом с Димой, зацепив его многострадальную голову ветвями.
Настя и Лиза бежали следом и пытались догнать зеленую беглянку.
– Дмитрий Маркович! Миленький! Вы в порядке? – закудахтала Лиза, на что Настя заскрипела зубами громче музыки. – Хорошо, что не на вас упала!
– Что хорошего? – проворчала Настена. – Он же сейчас ругаться будет!
Пока все собрались вокруг пострадавшей елочки, ко мне пробрался Леша, плотоядно пожирая глазами. Мне, конечно, это польстило, что среди таких красавиц он не смотрит ни на кого и топчется вокруг меня, хоть и недобро.
– Ира, я тебя забираю. Хватит уже куролесить. Одевайся.
– А ты что тут раскомандовался? У нас девичник, вы чего приперлись?
– Совести у тебя нет, Ирка! Мы чуть с ума не сошли, когда ваш снегоход обнаружили в лесу! Я пол-леса оббегал, искал тебя. Все, домой! Быстро! – потерял терпение бывший, и я чуть и правда не рванула собираться, поежившись от его сердитого взгляда, но алкоголь в крови не разрешил мне быть послушной овечкой, и я, гордо задрав нос, проплыла как королева обратно в гостиную, присоединяясь к танцующим девушкам, которым неинтересно стало, что происходит вокруг, и они продолжили веселье.
– Ира! – опять зарычал мне в ухо Леха, догнав и обхватывая холодными руками. Хорошо, а то мне уже жарко давно. Но то, что он опять нарушил мой запрет, меня злило.
– Иди в баню! – наорала я на него в ответ и вспомнила. – Девочки! Баня-то, наверное, согрелась! Идем париться!
– Я с тобой! – заявил бывший и, не слушая возражений, закинул меня на плечо и, строго приказав никому не приближаться к жарким помещениям, поволок меня, не обращая внимания на мое сопротивление. И так и донес до разогретой баньки.
– Иди в парную. Я сейчас. Выберу, чем тебя наказывать, и приду, – распорядился Леша, задумчиво разглядывая стену предбанника, на которой висели веники всех видов на свете.
– Ой! – натурально перепугалась я, предвкушая наказание. – Березовым, он самый полезный, – посоветовала я Лехе, снимая белье как можно эротичнее. – Посмотрим, кто из нас больше будет страдать от наказаний, дорогой!
В парилке было всё отделано деревом, как, наверное, и во всех традиционных саунах и банях. Аромат разогретых хвойных досок вперемешку с запахом горячих камней в специальной емкости сразу настроили на расслабленное времяпровождение. А мысли, что через пару-тройку минут ко мне присоединится Лёха, меня заставляли трепетать, и я старательно выбирала выгодный ракурс, раскладывая свою тушку. Чтобы всё особо интимное было прикрыто, но при этом выглядело привлекательно. Вот ненормальная, как будто он меня никогда голой не видел.
Я решила не забираться на самую верхнюю полку не только потому, что боюсь оттуда съерашиться, но и потому, что там меня точно развезет от выпитого спиртного окончательно. Или сердце остановится от такой нагрузки. Растянувшись на нижней полочке, я прислушивалась к звукам в предбаннике. Если меня не подводит фантазия, Лёха там чай делает. Какой же он догадливый. Чай для меня сейчас – то что нужно. С травками какими-нибудь. Чабрец там или смородиновые листья. Блаженно улыбаясь своим мыслям, я совсем расплылась по полочке, что, даже услышав открывшуюся дверь, поленились повернуть голову к входящему бывшему, но одним глазом покосилась. Леша приволок большой веник и, покрутив его в руке, сообщил:
– Надо бы, конечно, тебя отшлепать, зай. Но я боюсь, твое сердечко не выдержит. Алкоголь и парилка – это перебор.
Пока я раздумывала над этой информацией, закрыв глаза, Леша отбросил веник и подошел ко мне.
– Ириш, – тихо позвал меня Лёха, присев перед лавочкой на корточки, – уснула?
– Нет. Я кайфую. Мне очень хорошо, – сказала я ему чистую правду.
– Я нашел тут штуки всякие бабские для бани. Намазать тебя? – предложил Лёха, впрочем, уже начал поглаживать спину безо всяких там банных косметических плюшек.
– Мажь, – разрешила я. Он же все равно не отстанет, так что же не попользоваться услугами массажиста бесплатно?
– Слушаюсь и повинуюсь, – обрадовался Леха и аккуратно нанес мне на спину прохладное и ароматное масло. Лавандовое. Медленно растирая мне его по коже, Леша не упускал возможности оставлять поцелуи везде, где хотел.
Хорошо, что глаза у меня закрыты, а то бы Леша увидел, как я млею от его нежных прикосновений, которые, впрочем, очень быстро сменились на настойчивые и однозначные. А я слабачка. Не могу устоять. Никогда не могла. Во мне уже температура была выше, чем в этой парилке. А наглец вовсе осмелел и уже совершенно не скрывал своих намерений, спускаясь все ниже и все больше заставляя меня поддаться желаниям и отключиться хотя бы ненадолго от всего. Совсем от всего.
– Перевернись, – хрипло сказал бывший, намазав меня до кончиков пальцев на ногах.
Повернувшись и встретившись с его взглядом, я уже поняла, что опять пропала. Его должность генерального в самой крутой рекламной кампании отложила на нем отпечаток. Его приказы не оспариваются и власть не подвергается сомнению. Жесткий и непреклонный, и, похоже, ему надоело делать мне поблажки и давать время изменить решение самостоятельно.
Еще и по-мужски красив. Волевой подбородок, четкий контур чувственных губ и тяжелый взгляд карих глаз, ярко подчеркнутых черными и густыми ресницами. У меня не было ни одного шанса не влюбиться. И разлюбить уже, наверное, не смогу никогда.
– А как же веник? Отшлепать там вроде надо, – все же попыталась я не поддаваться и сделать вид, что все еще держу оборону. Смешно даже. Как с промокашкой над головой, спасая прическу от ливня.
– Потом, Ириш. Иди ко мне, – Леша не стал ждать, пока я соизволю встать, и помог мне подняться на ноги.
Я, конечно, не успела забыть, какой он потрясный. Куда там забыть, если я фотки наши пересматриваю сотню раз в день.
Мы оба были влажные и горячие не только от температуры в бане, по-честному, не так уж сильно ее девочки и разогрели. Леша продолжал поглаживать меня, все теснее прижимая к твердому торсу . Наблюдал из-под пушистых ресниц за мной, хрипло говорил мне, что все равно мы поговорим потом, и не отводил своих карих глаз, потемневших в полумраке и в пару казавшихся почти черными. Несмотря на то, что и его тело предавало, он все еще настаивал, что нам нужно разобраться, но я уже растворилась в собственных ощущениях и не слушала его. Поговорить мне сейчас хотелось меньше всего.
От жары и возбуждения губы пересохли, и я не нашла лучшего способа это исправить, чем подставить их для поцелуя. Чем Леха тут же и воспользовался, перестав болтать, схватив мою голову обеими руками, набросился, как будто никогда меня не целовал. Пробегая пальцами по шее и чувствительному месту за ушками так, что я была готова мурлыкать от удовольствия. Сама к нему тянулась и дрожала от разбегающихся легкой щекоткой мурашек.
От этой короткой прелюдии вспыхнули искры, разрядами поражая нас и заставив не тянуть с основным блюдом.
– Держись за плечи, – прервав на секунду поцелуй, выдохнул Лешка и снова вернул мне вкус и страсть его губ и ласк шустро проникающего языка.
Его сильные руки сводили с ума, задевая все чувствительные зоны. Он знал все, что мне нравится, и умело доводил меня до черты невозврата.
– Не отпущу, – грозно прорычал Леха в момент, когда мне уже ничего было не интересно и не слышно из-за собственного вскрика и ощущений долгожданной наполненности любимым и единственным желанным.
А потом и вовсе все вокруг исчезло, и в этом мире остались только мы одни. Растворяясь друг в друге, как раньше, и забывая обо всем. Пока оба не достигли наивысшей точки наслаждения, утонув в поцелуе и делясь своими чувствами. Я была уже в полной его власти, как всегда. Безотказно подчинилась и отдалась, полностью открывая ему душу и сердце.
Выплывая из эйфории, я видела только его глаза напротив, которые были полны обожания, как когда-то. Он смотрел так на меня в последний раз очень давно. Эта мысль меня отрезвила, и, чтобы сделать ему больно, я не придумала ничего лучше, чем укусить его плечо, на что Леша рассмеялся и, опустив меня на лавочку, развалился рядом, кое-как протиснувшись боком и уложив свою буйную голову мне на живот.
– Ириш, я люблю тебя, – прошептал Леха. – Мне без тебя ху… худо совсем.
– А что ты тут улегся? – полюбопытствовала я, впрочем, не имея сил прогонять нахала.
– Ириш. Хватит, пожалуйста. Ну не было у меня ничего и ни с кем. Что ты там придумала, а?
Я опять собралась уходить в несознанку, так как раньше не видела смысла с ним разбираться. Зачем. Я все своими глазами видела. Но если первое время Леша ждал, пока я одумаюсь, полагая, что это просто глупый женский бзик, то теперь он действительно таскается за мной по пятам, и давать ему надежду нечестно. Пора ставить точку.
– Леша, все из-за твоих командировок вечных и того, чем ты там занимаешься в нерабочее время.
– Не понял, – нахмурил брови Леша, что не мешало ему продолжать гладить мой живот. – Я не изменял тебе.
– Ну, хорошо. Я расскажу. Мне прислали несколько видеофайлов и много фото. Везде ты с разными женщинами. То развлечения какие-то в одних плавательных костюмах…
– Ну, это, наверное, просто конкурсы эти дурацкие, все там участвуют, в этом нет никакого подтекста, даже если я кого то там на руках ношу, – возмутился Леша, кажется, начиная закипать в остывающей бане.
– Не перебивай, – твердо осадила я его. – На последнем видео ты весь вечер провел со своей бывшей девушкой. Танцевал с ней. Целовал ее. И потом вы вместе ушли в номер. Это стало последней каплей, Леш.
Леша молчал, не пытаясь более оправдываться, и я решила высказаться до конца, раз уж начала.
– Мне было больно, Леша. Очень больно. Наверно, я в тот момент почти умерла. А ты приехал через неделю как ни в чем не бывало, радостно всучил мне очередную побрякушку. Но я не буду жить во лжи и доверять тебе больше не могу. А без доверия…
– Я понял, не продолжай, – уставшим голосом сказал Леха, вставая и выходя в дверь, задержался, бросив через плечо: – Пойдем чай пить. Любимая.
Бесплатный фрагмент закончился.