Каторга ИК-3.
Погрузочный сектор.
Пока работала сканирующая рамка, я украдкой рассматривал доступную обзору часть зоны.
Со стороны океана вздымался защитный вал, высотой не менее пятидесяти метров, насыпанный из отработанной породы. Он защищал периметр от приливных волн. Говорят, иной раз те заходят, даже за отметку в 120 километров от берега океана. Всё-таки у нас здесь три луны, поэтому такая защита необходима.
Саму зону окружали два обвода высоченного сетчатого забора, с многокилометровыми витками колючей проволоки и системой энергетических разрядников, способных вырубить нарушителя на расстоянии до десяти метров.
Вдоль берега, на дистанции двух сотен метров друг от друга, стояли пластобетонные вышки, оборудованные пулемётными турелями. Судя по нагару на дырявых охладителях, аппараты без дела не простаивают.
– Господин капитан, имплант этого дикаря выдаёт странную сигнатуру, – неожиданно выкрикнул дружинник с сержантскими лычками.
Он постучал по прикреплённому к запястью гаджету, выдающему объёмное изображение.
– Сержант, что там у тебя опять? – раздражённо проворчал подошедший офицер и остановился возле рамки сканера, продолжавшей гудеть над моей макушкой.
– Вот, посмотрите сами. Номер стандартного импланта по имперскому реестру вроде как пробивается. Незаконных улучшений тоже не обнаружено. Но сигнатура показаний периодически скачет. Из-за этого уровень энергопотребления, то зашкаливает, то, наоборот, снижается. Может, нам стоит засунуть арестованного в капсулу цифрового сканирования? Просветим имплант и проверим целостность оболочки. Я подозреваю, наличие незаконной перепрошивки, – быстро протараторил въедливый дружинник.
– Сержант, да мля. Ты опять за своё, – капитан поднял забрало шлема, явив свету рубленную физиономию, – Если номер бьётся по имперскому реестру, то на кой нам проверять его имплант? Насколько я понял, незаконного вмешательства сканер не обнаружил. А скачки напряжения можно списать на мутации молодого организма, свойственные жителям фронтира третьего поколения. Ещё на показания влияют дефекты импланта, возможная неисправность сканера или вообще аномальное электромагнитное поле перед большим приливом. Короче, кончай тупить и открой глаза. Посмотри на указанную в файле дикаря статью, по которой он сел. Ещё зацени присвоенный ему высший рейтинг опасности. А теперь подумай, сколько ему осталось дышать? В общем, не еби мне мозг подобными заморочками и не задерживай очередь.
Отвернувшись от излишне инициативного подчинённого, капитан с тревогой посмотрел на висящие над головами две луны. Первые колонисты назвали их Близнецами.
Сейчас курсы небесных тел практически сошлись и приближались к третьему, красному спутнику. Казалось, что луны вот-вот должны столкнуться. Я отлично знал, что подобное гравитационное явление не предвещает ничего хорошего. В такие моменты во всех рукавах Волги начинался сильный прилив, похожий на морской шторм.
В подтверждение моих выводов перед глазами начали всплывать очередные системные сообщения ИскИна каторжной зоны, рассылаемые владельцам активированных имплантов.
Внимание всем! Береговые наблюдательные посты фиксируют ускоренное начало большого прилива. В двухстах километрах от берега замечено формирование цунами. Предполагаемая высота вала – не менее тридцати метров.
Всем служащим и работникам администрации, следует срочно проследовать в близлежащие укрытия или казармы.
Примерное время достижения приливной волной 100 – километровой зоны 17 минут 32 секунды. Защитная система запускает таймер обратного отсчёта.
– Дикарь, быстро дал руку! – рявкнул сержант и схватил моё запястье.
Затем он раскрыл магнитные застёжки рукава, прижал к коже раструб и нажал специальную клавишу. В тот же миг участок обожгло раскалённой дугой. Отдёрнув руку, я увидел дымящееся лазерное клеймо с криптограммой заключённого. Она состояла из индивидуального кода с высшим рейтингом опасности в виде выделенной ромбиком буквы «Е».
Одновременно с этим в информационном поле импланта появилось ещё несколько сообщений.
Защитной системой получена директива на временную блокировку 92 % всех доступных функций сроком на 5 лет.
Защитной системой включён блокиратор необязательной к исполнению директивы.
Все системы импланта продолжают работать в прежнем режиме.
Стоявший невдалеке Щербатый увидел букву рейтинга опасности у меня на руке и ехидно оскалился. С учётом его потрёпанной рожи выглядело это омерзительно. Причём до такой степени, что мне сразу захотелось впечатать в его харю подошву ботинка. Наверное, я бы так и поступил, если бы не пара вертухаев. Они грубо выдернули меня из-под рамки сканера и толкнули к неровному строю зеков.
Встав сбоку, я воспользовался новой функцией зрения, немного приблизил изображение и принялся осматривать казармы. Они находились в паре километров от зоны погрузки за дополнительным забором из колючей проволоки.
Вдруг раздался характерный звук сервомоторов, заставивший всех посмотреть в сторону меха, вышедшего из раскрытого хранилища биоминерала.
Похожий на паука, старинный имперский механоид, со страшным скрежетом развернулся и расправил загребущие манипуляторы. А затем принялся один за другим хватать двухтонные брикеты, оплетённые сеткой, наполненные бледно-розовым минералом. Кряхтя, потёртыми сочленениями, он выкладывал груз на транспортёрный рукав, направленный внутрь грузовика.
Подобные полувоенные мехи, я несколько раз видел в степи. Правда, те были частично разбиты кинетическими ударами и давно вросли в грунт. Рабочая версия механоида весом под сорок тонн и высотой в шесть метров, оказала на меня сильное впечатление. Стало понятно, почему Алиса, побывав в Новгороде, захотела получить нижнюю степень и научиться управлять подобными аппаратами.
Однако сейчас меня интересовало совершенно иное. Я не понимал, что обозначает высший рейтинг опасности для общества. Но отлично осознавал, что с такой меткой с каторги живым не выпускают. А так как в среде зеков я чужак, то ничего хорошего ждать не приходится уже сейчас. Поэтому надо валить любой ценой, причём срочно.
Задумавшись, я не сразу обратил внимание на другое средство передвижения, стоявшее на площадке.
Кроме меха погрузчика и огромного грузовика, у стены хранилища был припаркован небольшой глайдер, похожий на квадроцикл степных охотников. Конструкция практически идентична, но этот гораздо массивнее. Вместо обычных колёс, под корпусом красовались четыре шарообразные антиграва, позволяющие аппарату парить над землёй на высоте до метра.
Подобную технику новгородские купцы на фронтир не продавали. А такие модели вообще редко завозили на планету. Все общинники прекрасно знали, что мехи, антигравы, рельсотронное оружие и военная техника, советом олигархов Новгорода приписаны к стратегическим товарам, запрещённым к вывозу. Их могут позволить себе только кланы и их вассалы.
Годный аппарат! Даже для своих, наверняка стоит не меньше двухсот тысяч. Прикинув ценность глайдера, покрытого потёртым трёхмерным камуфляжем, я машинально дал команду импланту вступить в контакт с информационной оболочкой аппарата.
Как ни странно, но даже с расстояния в двести метров, имплант получил отклик, и перед глазами появилось описание.
Боевой глайдер огневой поддержки ТИП-4С.
Производство имперской корпорации «ЭЛРОН».
Возраст матричной печати – 242 стандартных имперских цикла.
Накопительный период регулярного использования – 107 циклов.
Процент выработки рабочего ресурса – 42,4 %
Дата списания и снятия навесных оружейных систем с защитным силовым щитом – 45 годовых циклов назад.
Продан торговой гильдией пандорским колонистам 15 циклов назад.
Для активации энергосистем необходимо ввести электронный ключ.
При утере копии ключа возможен взлом системы активации.
Для начала взлома введите вручную стандартный код активации «010101010101010101» на сенсорной панели управления глайдера.
Все эти строки означали, что глайдер давно списан одной из имперских корпораций и отправлен в наше захолустье для продажи кланам. А судя по тому, что он откликнулся на цифровой зов импланта, в аппарате до сих пор стоит физический носитель с дорогущей имперской нейросетью. Она значительно упрощает его использование и техническое обслуживание.
Одно жаль, что никто не позволит мне ввести вручную простейший код, позволяющий запустить процесс взлома. Да и подойти к аппарату ближе сейчас просто нереально.
А пока я мечтал о возможном чуде, вертухаи продолжали сканирование прибывших каторжников. Казалось, они не обращают внимания на приливный таймер и бежавшие от океана грозовые тучи.
Едва встав в строй, я сразу почувствовал неприязненные взгляды зеков. Так что последние иллюзии насчёт своей участи у меня пропали окончательно.
Городские никогда не любили жителей фронтира, считая их вольности незаслуженными. Нас называют дикарями и наверняка станут ликовать, узнав, что посёлки начали переходить под власть новгородских кланов.
Наблюдая за происходящей вокруг суетой, я не забывал поглядывать на таймер. И потому заметил, как он совершенно неожиданно сократил количество минут, оставшихся до прихода приливной волны с десяти до восьми.
Две минуты пропало бесследно и это неспроста. Ко всему прочему, грозовой фронт фиолетовых туч, закрыл лунных Близнецов, которые успели сойтись в одной точке небосвода.
А затем потемневшее небо озарилось сеткой ветвистых молний и обрушило сотни разрядов. После этого сверху упала стена тропического ливня, вмиг покрывшего пластобетонные плиты, кипящими от капель лужами. Все стоявшие рядом каторжники начали натягивать капюшоны. Только я не стал этого делать, предпочитая всё видеть и слышать.
Пятидесятиметровый вал отработанной породы защищал зону от порывов ураганного ветра, идущих со стороны океана. Несмотря на это, даже те шквалы, что залетали на территорию зоны, заставляли пригибаться.
Едва ливень ударил по каторге, вертухаи зашевелились шустрее. Согнав всех не прошедших сканирование в отдельную кучу, они принялись нервно переговариваться с помощью сети зоны. Из обрывков переговоров, стоявшего рядом капитана, я уловил, что он вызывает транспорт для доставки зеков до барака.
Шум ливня не позволял расслышать все слова, но судя по злым выкрикам офицера, с отправкой транспорта возникли какие-то проблемы. Одновременно с этим, таймер снова уменьшился на минуту семи до шести. После чего секунды побежали назад, сгорая вместо одной сразу по две – три.
Внимание всего персонала зоны ИК-3.
С автоматических наблюдательных постов получены обновлённые данные.
Приборами наблюдения зарегистрированы рекордные скорость и высота приливной волны.
ИскИном произведён перерасчёт возможного негативного воздействия.
Объявлена срочная эвакуация всего персонала.
До столкновения массы воды с защитным барьером зоны ИК-3 остаётся 32 секунды.
Читая мелькающие перед глазами строчки сообщений, замечаю, как дружинники начали отдаляться от строя зеков, явно не желая остаться между ними и внешним обводом периметра.
В тот момент, когда остановивший их трёхэтажным матом капитан, заставил организовать цепочку охранения, со стороны защитного барьера донёсся рокот. Очень быстро он перерос в оглушающий грохот неодолимой природной стихии.
Молнии продолжали колотить по вышкам, и раскаты грома в сочетании со штормовыми порывами ветра, заглушал любые другие звуки. Когда на таймере оставалось десяток секунд, я понял, что столкновение со стихией произойдёт прямо сейчас.
Обернувшись к защитному валу, выкручиваю настройки, получившего апгрейд глаза и поднимаю чувствительность зрачка до 180 единиц. После этого струившаяся по лицу вода перестала мешать обзору. Тем временем над кромкой насыпи появилась приливная волна.
Казалось, что вал океанской воды поглотит всё. Но в какой-то момент он сломался и вниз обрушился многотонный поток клокочущей массы. Перемахнувшая защитный вал вода устремилась к лагерному периметру, но её энергия начала быстро тухнуть в неровных навалах пористой породы. Поэтому до столбов вышек и сеточных заграждений, дошла волна только полутораметровой высоты.
Приготовившись к удару стихии, я дождался, когда водная масса дойдёт до начавших разбегаться зеков. И в самый последний момент подпрыгнул, чтобы не быть сбитым, а наоборот попытаться её оседлать. Это частично получилось сделать. Причём стихия понесла меня в нужном направлении. Рядом кричали сбитые с ног каторжане и дружинники. Сверху продолжали бить молнии. Лупил ливень. А я, изображая сёрфера, словно в замедленной съёмке нёсся прямиком к глайдеру.
Когда до вожделенной цели оставалось каких-то 25–30 метров, волна окончательно потеряла силу, превратилась в клокочущую пену и резко опала. Мигом сориентировавшись, я пополз, стараясь максимально воспользоваться ситуацией. Однако, едва я преодолел несколько метров, как по позвоночнику прошёлся шоковый разряд, заставивший тело забиться в конвульсиях.
Открыв глаза, я увидел капитана, держащего планшет.
– Вот сука, – выкрикиваю, сплёвывая солёную пену.
Тем временам рука офицера начала движение, готовясь отправить в нокаут едва начавших приходить в себя зеков. Одновременно прозвучал грохот пулемётных очередей и неожиданно, несколько бордовых щупалец сбили капитана с ног.
Не собираясь разбираться, что происходит, я перевернулся на живот и рванул к глайдеру. В тот же миг рядом в плиту ударил разрывной заряд, осыпав голову пластобетонными осколками. Среагировав, я замер и обернулся. И тут же продолжил ползти, поняв, что это попавший в живые путы капитан, палит из тяжёлого игломёта, пытаясь попасть в дёргающуюся тушу осьминога-переростка. При этом он дополнительно лупил по оплетавшим его щупальцам вибротесаком, порождая фонтаны чернильной жижи. А совсем недалеко от него разворачивалось самое настоящее кровавое представление.
Принесённый волной цунами океанский краб, очухался и понял, что вокруг него копошатся крупные куски свежего мяса. Расправив суставы и работая жвалами, он принялся рвать подвернувшегося зека.
Воспользовавшись полной неразберихой, я снова рванул вперёд. Всего в паре метров от глайдера, рука потянулась к сенсорной панели, готовая набирать код активации протокола взлома. Вдруг что-то обвило мою ногу и рвануло назад. Я пытался уцепиться ногтями за мокрую поверхность, но противник оказался слишком силён.
– Вот мля! – кричу от неожиданности.
Обернувшись, увидел похожего на закрытую ракушку моллюска, размером с двухтонный брикет биоминерала. Выброшенный на поверхность обитатель морских глубин, выпустил из прорезей в броне десятки длиннющих отростков, смахивающих на извивающихся змей. И прямо сейчас эти отвратные живые хлысты подтаскивали к моллюску несколько жертв, включая меня.
Пытаясь затормозить, я начал хвататься за всё подряд и случайно зацепился за сетку, обвивавшую брикет с минералом. Однако, несмотря на остановку, змееподобный отросток продолжил с неимоверной силой дёргать за ногу. Причём с явной перспективой её оторвать.
И в этот момент полной безысходности, накопленная ярость переполнила чашу. Издав звериное рычание, я вырвал из разорванной сетки небольшой кусок минерала. Рванул ногу на себя и со всех сил обрушил острую кромку на отросток. Попав точно в цель, вошедший в плоть минерал сверкнул, выбив гроздь ослепительных искр.
А уже в следующий миг щупальце отпустило мою ногу. Не собираясь разбираться, что произошло, я откатился назад и, как оказалось, вовремя. В то место, где только что лежала моя тушка, вонзилась ступня меха-погрузчика, породив фонтан брызг.
Рванув на четвереньках к цели, я уклонился от попытавшегося достать меня отростка и заметил, как манипуляторы меха отодрали от плит, присосавшуюся раковину. Оператор дал команду, и погрузчик поднял моллюска стальными лапами и принялся бить моллюска об поверхность погрузочной площадки.
На этот раз, благополучно добравшись до глайдера, я, наконец, вскочил на ноги. Пальцы пробежали по сенсорной панели, вырывая нейросеть аппарата из спящего режима. Она тут же откликнулась и на всплывшем цифровом табло начали появляться нули с единицами.
И когда мне начало казаться, что успеваю, на затылок обрушился очередной шоковый удар. Тело выгнулось дугой, и я упал, принявшись биться в кипящей луже, словно рыбина, выброшенная на мелководье.
На этот раз позывом очнуться послужил звук сирены, идущий в комплекте со скрежетом разрываемого металла и треском работающих пулемётов. Открыв глаза, я увидел существо, похожее на покрытую шипами версию, ящера Кава. Причём намного больше того, что мне доводилось раньше видеть.
Многотонный гигант, с разгона врезался в меха и принялся кромсать челюстями сочленение одной из его конечностей. Увиденное едва не заставило забыть о том, что я хотел сделать. Однако напоминание о глайдере пришло оттуда, откуда не ожидалось.
Стоявший рядом аппарат неожиданно ожил. Заурчала на ультразвуковых частотах турбина движка, и он завис в десяти сантиметрах, оторвавшись от поверхности. А потом прямо из стены проливного ливня вышел капитан. В одной руке он держал вибротесак, а второй тянул за собой того самого сержанта, что хотел отправить меня на дополнительное сканирование.
Одна из верхних конечностей дружинника была сломана. Из сочленения брони обильно хлестала кровь. Сам же вертухай вопил во всю глотку, пытаясь прижать к ране пакет первой помощи.
Перекинув дружинника через заднее сидение глайдера, офицер выругался и пнул меня в живот. Армированный ботинок встретился с успевшим напрячься прессом и отшвырнул мою тушку метра на полтора.
Затем офицер помог сержанту прижать к плечу оранжевый пакет. После чего тот сразу лопнул и находящийся в нём гель, плотно облепил разорванную броню, проникая внутрь. Это мигом прекратило кровотечение и обезболило место повреждения.
С презрением глянув на меня, капитан заскочил на водительское сидение и крутанул рукоятку, отвечающую за набор скорости. После этого глайдер рванул с места, увозя последнюю надежду на взлом его нейросети.
Поднявшись, я продышался и отбежал к стене хранилища. Быстро осмотрел погрузочный сектор зоны и понял, что дело худо. Периметр не просто прорван сразу в сотне мест, а его практически нет. Пулеметные вышки продолжают лупить по многочисленным обитателям океана, спускающимся со стороны защитного барьера, но явно не справлялись.
Внутри периметра тоже продолжалась бойня. Ящер-переросток оторвал одну из конечностей меха и продолжает его добивать. Кроме этого, я заметил два десятка огромных крабов, дюжину хищных моллюсков, нечто похожее на источающую электрическую медузу. А ещё множество морских червей и креветок копошилось в настоящих озёрах, образовавшихся на площадке.
Отступать было особо некуда, и я уже приготовился к худшему, когда со стороны центра лагеря ударил рельсотрон. Пройдя через досветовой ускоритель, вольфрамовый брусок превратился в поток частиц и прошил насквозь бронированного ящера. Затем последовал десятисекундный набор мощности. И новый росчерк, разогнанных до неимоверных скоростей частиц, разорвал на куски пару огромных крабов.
Конечно, использовать рельсотроны очень дорого из-за гигантского расхода энергии. Но когда нет иного выхода, приходится пускать в дело самое мощное оружие. Ведь только оно способно пробить любую броню океанских хищников Пандоры. Ему не поддаётся только силовое поле, прикрывающее грузовые челноки имперского синдиката корпораций.
Рельсотрон выстрелил ещё восемь раз, уничтожив наиболее опасных противников. А потом со стороны бараков подкатило несколько броневиков, начавших методично работать по недобиткам из электромагнитных пушек. В поле видимости снова появились дружинники, вооружённые винтовками и автоматами. Согнав оставшихся в живых зеков к стене хранилища, они сначала поставили всех на колени и обыскали. И только затем загнали внутрь грузового броневоза, уложив вповалку, словно дрова.
С нами особо не церемонились. Каждого несколько раз пнули, перед этим врубив вторую степень утяжеления на обручах. А в пути для острастки ударили током, заставив корчиться на полу. Закончилась экзекуция, только тогда, когда броневик остановился, и откинулась аппарель.
Выбравшись наружу в числе последних, я прошёл через короткий тамбур и увидел два длиннющих ряда заключённых, стоявших вдоль широкого прохода. По бокам возвышались трёхъярусные нары. И их ряды тянулись на пятьдесят метров и упирались в противоположную стену.
Потом ворота за нами закрылись, и из строя встречающих вышел одноглазый зек небольшого роста.
– Ох, мля! И каких же только уродов к нам вертухаи не закидывают, – презрительно проговорил он, и сзади раздались многочисленные смешки, – Ладно пацаны, сейчас мы узнаем, кто из вас, чем дышит и кем является по жизни.
Бесплатный фрагмент закончился.